- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
Сотрудники коллекторского агентства «Везувий» терпеливостью не отличались. Пока я в панике носилась по дому, собирая все, что могло уместиться в один небольшой чемодан, мощные удары сотрясали входную дверь.
Мачеха с пыхтением тянула сундук с платьями из гардеробной в коридор. Весил он не менее трех пудов, но женщину, чьи радость и счастье заключались в одежде, это не останавливало.
– Мистер Террон не будет против? – вдруг спросила я, замерев с двумя шляпками в руках. – Мы ведь даже не предупредили его, что приедем!
Бетрикс сдула влажную прядь волос с лица и выпрямилась во весь рост.
– Об этом я хотела с тобой поговорить, но как-то не представилось случая, – начала она, но очередной удар в дверь заставил ее осечься.
Мое сердце глухо стукнулось о ребра.
В ее карих глазах мелькнула жалость.
– Ави, тебе со мной нельзя. Мистер Террон меня любит, он меня примет, но чужую девчонку, не являющуюся моей родственницей, – нет. Отец твой…
– Ни слова о нем! – рявкнула я, и Бетрикс вздрогнула. – Папы нет с нами всего год, а ты уже готова выскочить замуж за его злейшего врага!
– Отец твой, – перебила меня мачеха, – согласился на брачный союз с Эдельвейсами. Карон будет для тебя хорошим мужем, Ави. Я пока не собиралась говорить тебе, что ты уже помолвлена, но сейчас нам с тобой негде жить. Коллекторы не ворвутся в дом, пока мы их не впустим, но ведь не можем мы прятаться здесь вечно? Я уеду к мистеру Террону, а вот тебе некуда пойти, кроме как к своему жениху.
Слова Бетрикс доносились до меня, как сквозь толщу воды. Шляпки выпали из моих рук, мачеха тут же подхватила их и ловко сунула в сундук к своим платьям.
– Езжай к Карону, Ави, – сказала Бетрикс. – Ты дочка моего бывшего мужа, мне совесть не позволит тащить тебя с собой к мистеру Террону.
– Я не хочу к Карону, – прошептала я в ужасе. – Папа не мог отдать меня за него, ты врешь! Все знают, кто такие эти Эдельвейсы!
– Палачи, и что с того? Тебя не должно волновать, кем работает твой супруг, милая. Трать его деньги, разводи крохотных собачек и встречайся с подругами за холодными коктейлями…
Я не дослушала. Подхватила свой чемодан и быстрым шагом двинулась на выход. Из родного дома уходила не оглядываясь, по пути едва не снесла толстопузого сотрудника «Везувия», который явно не ожидал, что мы так скоро сдадимся. Впрочем, стоило мне спрыгнуть с последней ступеньки на мощеную дорожку, коллекторы рванули в дом.
Ну и пусть Бетрикс теперь сама с ними разбирается. С момента, когда нога коллектора переступает порог, дом и все, что в нем находится, становится собственностью долгового агентства. Шляпки, платья, туфли, огромная коллекция сумочек – все это Бетрикс покупала на деньги, которые мой отец оставил нам перед смертью, чтобы мы не умерли с голоду. Деньги закончились, а желание Бетрикс обладать нарядами из свежих коллекций не прошло. Так появились долги.
Я все-таки обернулась на дом, но всего на миг. Просторный и светлый, он стоял в окружении благоухающего сада и больше не принадлежал роду де Флёр. Я теперь не просто разорившаяся аристократка, а разорившаяся аристократка без определенного места жительства. Тех нескольких купюр, что я припрятала задолго до того, как Бетрикс заложила поместье, хватит разве что на несколько ночей в дешевой гостинице и один скромный ужин, состоящий из кровяной колбасы с чесноком и кружки молока.
Сердце щемило от боли. Я вытерла обжигающие слезы и уверенно зашагала к воротам. Бетрикс права: мне некуда идти, кроме как замуж.
Но не за Карона Эдельвейса!
Спустя некоторое время я топталась посреди шумной улицы перед входом в брачное агентство. Агентство «Пылкие сердца» открывалось рано утром, будто специально для таких, как я. Ну кто в здравом уме поскачет искать себе спутника жизни ни свет ни заря? Только те, кого прогнали из дома злые коллекторы.
Вообще-то мой план был прост до неприличия. Я выберу первую попавшуюся анкету из тех мужчин, кому моя кандидатура подойдет, а потом предложу ему…
– Входите уже! – нетерпеливо позвала меня тощая блондинка, чей взор я мозолила несколько минут, секретарь «Пылких сердец».
Внутри оказалось чисто и прохладно. Белоснежные стены и пол, стального цвета мебель, металлические статуэтки на стеклянных полках. Пахло свежесваренным кофе с карамелью, и мой рот мгновенно наполнился слюной. Коллекторы не дали нам времени позавтракать, разбудили на рассвете, а потом около часа бились в двери и окна. Я только натянула дорожное платье и наспех собрала волосы, даже накраситься не успела. Надеюсь, что в моем чемодане лежит все самое важное, а не несколько пар чулок и ночные сорочки. Собиралась я впопыхах и в полусне.
– Мадам Ра сейчас занята, но вот-вот освободится. Можете пока присесть, – проговорила секретарь, указывая мне на софу у окна. – Впервые в нашем агентстве?
Я растерянно кивнула. Опустилась на краешек софы, чемодан поставила у ног и осмотрелась внимательнее. Плюшевые розовые сердца, развешанные под потолком, смотрелись в холодном интерьере так нелепо, что я поморщилась.
Секретарь заметила это и фыркнула:
– Ремонт делал бывший муж мадам Ра, а уже после открытия сама мадам дополнила интерьер милыми деталями. Дизайнеры не позволили бы ей сделать это во время ремонта.
Мне не было дела до того, кому пришло в голову развесить гирлянды из плюшевых жопок (а именно так выглядели все эти сердечки), но я понимающе кивнула. Дверь кабинета мадам Ра отворилась.
– Следующий!
Сваха выпустила молодого мужчину и отступила на шаг, чтобы дать мне возможность пройти. Мужчина взглянул на меня исподлобья, что-то коротко бросил секретарю, та ответила, но что именно – я не слышала.
Мадам Ра с милейшей улыбкой попросила меня сесть напротив стола. Вытащила из ящика чистый лист бумаги, протянула мне ручку.
– Пишите.
Пальцы вдруг задрожали, от волнения к горлу подступил ком.
– Что писать?
– Имя, возраст, запрос. Вы ведь пришли оставить анкету?
– Вообще-то нет. – Я отложила ручку, отодвинула листок. – Я хочу посмотреть анкеты мужчин, которые у вас есть.
Сваха удивленно хмыкнула. Поправила седой локон, выбившийся из заколки и растянула ярко-алые губы в улыбке.
– Кто же вас интересует, мисс…
– Леди де Флёр, – подсказала я, горделиво вскинув подбородок. Ну и что, что денег и жилья нет, зато титул при мне. Я не мисс, а леди!
Приставка «де» впечатлила мадам Ра настолько, что женщина крякнула от неожиданности.
Я тихонько вдохнула и выдохнула воздух, насквозь пропитанный ароматом кофе и легких дорогих духов. Последний, надо сказать, принадлежал явно мужчине. Скорее всего, тому, который вышел из кабинета прямо передо мной. Я и лица его разглядеть не успела, но, судя по росту и развороту плеч, мистер был красавчиком. Интересно, а кого он здесь ищет?
– Мне нужен мужчина с жилплощадью, работящий, не пьющий…
Я осеклась. Ну и зачем мне идеал? Я ведь не собираюсь жить с ним взаправду!
– Любой подойдет, – договорила я и кивнула самой себе.
Секретарь принесла две крошечных чашечки крепкого кофе. Бесшумно поставила их на стол и молча удалилась из кабинета.
Мадам Ра постучала кончиком пальца по нижней губе, потом вытащила из ящика стола пухлую красную папку. Подумав мгновение, достала еще одну – синюю.
– Здесь все анкеты, леди. Но, прежде чем показать их вам, я должна убедиться, что вы подходите этим мужчинам. Расскажите мне о вашем образовании, семье. Есть ли приданое или ваш род в долгах?
– В этом году я окончила медицинскую академию с отличием. Родителей нет, приданого нет… – Я вздохнула и скосила глаза на чемодан. – Разве что несколько платьев.
Красная папка скрылась в ящике стола. Из синей мадам Ра выудила несколько листков и протянула мне.
– Это все, что я могу вам предложить.
Улыбка свахи уже не была такой милой, как в начале нашего разговора. Ну конечно, нищие невесты ее интересуют мало: мы не можем заплатить за ВИП-анкеты и уж тем более не закажем в ее агентстве свадебное торжество.
С фотокарты на меня смотрел симпатичный мужчина в возрасте. Он искал кроткую и скромную девушку без внешних изъянов, и я, справедливо рассудив, что обладаю всеми необходимыми качествами, кроме кротости и скромности, за два шиллинга забрала анкету.
Мадам Ра проводила меня недоуменным взглядом, а я, спрятав в чемодан анкету будущего мужа (если повезет), выпорхнула на улицу.
Мне незачем было знать образование и должность этого человека. Состав его семьи также был неважен, как и вкусовые предпочтения. Любит он вино или сидр, кого волнует? Главное, чтобы любил деньги и пафос. А судя по выражению лица на фотокарте, пафоса ему не занимать. Женится на де Флёр, получит титул и сможет хвастать им перед друзьями, а я стану замужней женщиной, которую с радостью возьмут на работу. Незамужние, увы, работодателям неинтересны. Потом, когда закреплюсь в должности и докажу всем, что я хороший специалист, разведусь. Муж останется с титулом, а я все так же – с работой. Гениально!
Да, мой план был легок и прост, оставалось только поехать к будущему мужу и предложить ему нарушить закон. К слову, за подобные махинации нам обоим грозит до сорока лет тюрьмы, но разве кто-то узнает правду?
Я подставила лицо ласковому солнышку, спрыгивая с крыльца. От недосыпа мое тело было слабым и неуклюжим, а потому запуталось в подоле и с громким визгом полетело кубарем прямо в клумбу. Я рисковала разодрать нежную кожу о розовые шипы, но еще в полете меня перехватили сильные руки.
Он заслонил собой солнце. Я вдохнула уже знакомые духи, прищурилась и повернула голову, чтобы увидеть спасителя. Мужчина хмуро улыбнулся и поставил меня на ноги, как бы невзначай дотронувшись ладонью до моего не прикрытого рукавом запястья. Невинное прикосновение пробило меня разрядом тока. Вздрогнув, я отшатнулась.
– Ищете спутника жизни? – спросил незнакомец, коротко обернувшись на дверь брачного агентства, окрашенную в веселенький голубой цвет.
– В «Пылкие сердца» приходят зачем-то еще? – вспыхнула я от смущения. – Вы ведь тоже заходили не кофе выпить.
– Мое имя Рэймонд. Нет, не ради кофе.
– Мне пора. – Я неловко шагнула вправо, чтобы обогнуть Рэймонда, оступилась, и мне пришлось схватиться рукой за его локоть. – Простите, я правда тороплюсь.
– Я провожу вас. – Рэймонд хмыкнул. – Как вы на каблуках-то ходите?
– Я не всегда такая неуклюжая, если вы об этом. Просто утро было сумасшедшим, вот я и… Да зачем я вам это рассказываю? Простите, но меня ждут!
Мужчина не отставал. Стоило мне повернуть с оживленной улицы в зеленый парк, как Рэймонд вновь возник передо мной.
– У меня к вам предложение, – выпалил он.
Я заинтересованно вскинула брови, давая понять, что готова выслушать.
– Вы не кажетесь девушкой, способной нырнуть в отношения с человеком, который оставил анкету в агентстве.
– С ними что-то не так? – фыркнула я. – Смею заметить, что и вы тоже…
– Мне нужна жена, – оборвал меня Рэймонд. – А вам зачем-то – муж. И, какой бы ни была причина вашего желания выскочить замуж, я могу помочь.
Мои брови поползли еще выше. Рэймонд понял, что оказался прав, и его плечи расслабленно опустились.
Я осмотрелась, волнуясь, что нас могут подслушать, но вокруг не было ни души. На все лады пели птицы, по толстому стволу ближайшего дуба проворно носилась белка, а чуть поодаль, на выходе из парка, под ясенем храпел пьянчуга.
Ни души из тех, кто мог бы помешать нам с Рэймондом договориться.
– Как вы узнали? – тихо спросила я.
– Догадался.
– Это невозможно.
– Да что вы? Почему тогда я оказался прав?
– Не знаю, – замялась я. На миг залюбовалась тонкими чертами лица Рэймонда, улыбнулась солнечным искрам, застрявшим в его темных волосах. Очень симпатичный фиктивный муж… Надо брать. – Зачем вам брак?
– Я должен быть женат, чтобы получить наследство отца. Мой дядюшка боится, что состояние моей семьи растворится в барах и борделях да еще и без его участия. Но если я обзаведусь женой, а еще лучше – детьми, то его это успокоит.
– А вы собираетесь промотать состояние семьи в борделях? – ахнула я.
Рэймонд закатил глаза.
– Я давно не завишу от денег моего отца, но у дяди свое мнение на этот счет. О себе я рассказал, теперь ваша очередь.
– Мне жить негде, – усмехнулась я горько. – На самом деле негде. Вот прямо сейчас мне даже идти некуда, разве что на постоялый двор. Не смотрите так! Можно подумать, вы никогда не встречали людей, чьи дома были отобраны за долги. Нет, не подумайте, виновата вовсе не я, а моя мачеха… В общем, мне нужен документ о замужестве, чтобы предъявить его в любой лекарской конторе и получить должность. Устроившись на работу, я смогу снять квартиру или комнату, и вопрос с жильем будет решен.
Улыбка озарила лицо Рэймонда. Мне даже привиделась благодарность в его глазах, а потом он порывисто прижался губами к тыльной стороне моей ладони.
– Как мне вас называть?
– Авелина. Авелина де Флёр.
Ни капли удивления на красивом лице. Моя фамилия никоим образом не взволновала этого мужчину!
– Выходите за меня, Авелина де Флёр. Я подарю вам гостевой дом, и он станет не только жильем для вас, но и маленьким бизнесом, если захотите. Вы осчастливите меня, подарив мне один-единственный поцелуй у брачного алтаря, после чего мы с вами заберем копии документа и разойдемся каждый своей дорогой. Мы не увидим друг друга до конца дней наших и умрем в разные дни.
– Я согласна! – закивала я обрадованно, пока Рэймонд не передумал.
Сердце мое наполнилось радостью. Не менее счастливый Рэймонд тянул меня за руку к выходу из парка, туда, где виднелась светлая крыша храма. Нас поженят мгновенно, если Рэймонд согласится заплатить священнику. А он согласится, я уверена! Подарок, который мужчина мне пообещал, оказался более чем приятным сюрпризом. Все, чего я хотела, – документ о замужестве с кем угодно, а тут такой подарок судьбы!
Будущий супруг торопился, и в то же время он был заботлив и внимателен – следил, чтобы я не споткнулась о собственные ноги, и поддерживал, когда я все-таки путалась в подоле. Почему я вообще продолжаю носить такие неудобные платья? Все девушки уже давно носят брюки, и только мне это было запрещено. Мол, леди из высшего общества не пристало щеголять в мужской одежде. Вот только де Флёры уже давно не относятся к высшему обществу, на балы нас звать перестали, в гости никто не заходит. Кому какая разница, что носит наследница обнищавшего рода?
– Подождите-ка. – Я выдернула руку из крепкой хватки, бросила чемодан на землю. Замок щелкнул, и я на ощупь вытащила из кармашка острые ножницы. – Помогите мне, Рэймонд.
Мужчина удивленно натянул ткань, которую я сунула ему в руки, и лезвия ножниц с треском разорвали подол. Клочки бордового шелка осыпались на изумрудную траву, стеклянные бусины со звоном отскакивали от крышки чемодана, ножницы сверкали в солнечном свете. Из пышного длинного платья я в мгновение ока соорудила короткое и драное, такое, какое не наденет ни одна приличная девушка.
– Перестаралась. – Я цокнула языком. – Но ничего, зато не жарко.
Солнце и впрямь жарило слишком сильно. Юные горожанки подставляли его лучам оголенные плечи и бедра, в то время как я парилась в закрытом платье. Аристократкам не положено светить телесами! Так говорила моя мачеха, когда каждое утро затягивала шнуровку моего корсета. Я хрипела от нехватки воздуха, но послушно кивала. Завистливо провожала взглядом очередную полуголую не-аристократку и жалела, что в моей фамилии есть приставка «де». Толку от нее было мало, без денег-то, а вот проблем она доставляла знатно.
Всего несколько минут спустя мы нырнули с душной улицы в прохладное помещение храма. В одном из темных углов, где «боги не видят», Рэймонд передал священнику чек на приличную сумму за экспресс-церемонию.
Я была верующей, как и многие в Вэйердаке, но верила в высшие силы, а не в храмы. Продажные священники не внушали мне уважения, а потому я с чистой совестью клялась перед лицом святого отца «всю жизнь любить и оберегать своего мужа Рэймонда Нэша».
Пока произносила слезодавительную речь, обдумывала, как буду жить в новом доме. Интересно, где он находится, и нужен ли ему ремонт. Мне вообще-то все равно, где он. Главное, чтобы в нем можно было жить. Может быть, супруг сжалится и к дому в придачу заплатит мне за фиктивный брак? Тогда мне не придется немедленно хвататься за любую работу и я смогу подыскать местечко получше.
– Скрепите вашу любовь поцелуем! – громыхнул голос священника.
Пикнуть не успела, как мой рот накрыли губы законного мужа, с которым я была знакома менее получаса.
ГЛАВА 2
Его поцелуй, мимолетный и холодный, отрезвил меня. По телу пробежали мурашки от страха из-за осознания, что именно произошло. Глаза распахнулись, и я словно очнулась ото сна.
– Вы стали мужем и женой! – провозгласил святой отец…
И я разрыдалась.
Рэймонду пришлось на руках выносить меня на свежий воздух, где среди благоухающих цветов и зеленых кустарников затаились резные белые скамейки. Рэй усадил меня на одну из них, дождался, когда поток слез закончится, и только тогда присел рядом.
– Я должен был поцеловать вас, как того требуют обычаи.
– Знаю, – шмыгнула я носом. – Просто все это так неожиданно! Еще вчера вечером я планировала проснуться с утра пораньше и покормить уток в пруду на заднем дворе поместья, после выпить кофе и съесть булочку с маслом. Потом я должна была заниматься игрой на пианино, рисовать и просматривать письма. Но из запланированного осуществила только одно: проснулась пораньше, и то не по своей воле. А теперь вообще целуюсь не пойми с кем перед святым отцом! Боги проклянут меня.
Рэймонд промолчал, а я тяжело вздохнула, прислушиваясь к переливчатому пению птиц, ставшему вдруг раздражающим.
– Мой первый брак должен был быть с тем, кого я люблю, – буркнула я в объяснение. – Теперь я чувствую себя продажной женщиной.
– В таком случае и я продажный. Мы ведь с вами заключили взаимовыгодную сделку, разве нет? К слову, поезд в Глэйворк отправляется через час, и если вы хотите уже завтра попасть в свой новый дом, то советую поторопиться на вокзал.
– В Глэйворк?! – выдохнула я ошарашенно. – Это же на краю мира!
– Всего-то четыреста километров от столицы, – недоуменно пробормотал Рэймонд. – Плохо разбираетесь в географии?
Внутренне я обмерла. Вообще я могла бы отказаться от свадебного подарка и делать то, что задумала, – искать работу, но что-то во мне противилось этому решению. Вдруг я не смогу найти места для ночевки, что тогда? Остаться на всю ночь на улице, где после захода солнца творятся совершенно невообразимые, пошлые и отвратительные вещи, благородная леди просто не имеет права!
– В Глэйворке тоже неплохо, – сдержанно кивнула я.
Провинция Глэйворк располагалась у такого леса, в который ни один здравомыслящий человек не войдет на трезвую голову, и имела весьма дурную репутацию. Поговаривают, что населяют Глэйворк не люди, а ведьмы, вампиры, оборотни и даже кикиморы. Сказки, конечно же, но проверять мне не хотелось.
– Комнаты в гостевом доме пользуются спросом? – осторожно поинтересовалась я, заранее высчитывая, как часто буду видеть деньги. Я и на пятьдесят фунтов в месяц согласна, не до богатств уж.
– Когда-то свободных номеров не оставалось круглый год, но дом заброшен уже почти двадцать лет, – ответил он.
– Едем. – Я решительно поднялась на ноги. – У меня все равно выбора нет.
Рэймонд замялся.
– Я дам денег на первое время, но с вами не поеду. У меня дела в столице, да и с наследством стоит разобраться.
Я и не думала расстраиваться. Обрадованно схватила руку новоиспеченного мужа, с благодарностью потрясла ее и протянула свободную ладонь за подаянием.
– Давайте денег, и я поспешу на вокзал. Надеюсь, нам больше не придется встречаться, разве что для развода. Когда разведемся, кстати?
– Думаю, совсем скоро. Вы найдете работу, если захотите, я улажу все формальности с наследством и сразу пришлю вам документы на развод. Вот, держите. – Мужчина вытащил из внутреннего кармана блокнот и ручку, черкнул что-то на белом листочке и протянул его мне. – Это адрес гостевого дома. Ключ найдете под треугольным камнем во дворе. Дарственную на дом отправлю первым почтовым кэбом.
– Рада сотрудничеству, – улыбнулась я, в последний раз взглянув в светлые глаза Рэймонда. И все-таки он очень симпатичный, даже жаль, что нас связывают лишь деловые отношения.
Мы расстались на приятной ноте, пожелав друг другу счастливого медового месяца. Договорились встретиться спустя полгода, чтобы мирно развестись, и разошлись, каждый по своим делам.
Вокзал, шумный и грязный, оказался самым ужасным местом в городе. Я никогда здесь не бывала, но в первые же минуты осознала, что потеряла немного. У входа толпилось многодетное семейство, на ступенях развалился бездомный, а у кассы меня дважды пихнули локтями! Я не привыкла, чтобы в мое личное пространство так бесцеремонно вторгались, а потому не отказала себе в удовольствии ругнуться.
Тетка, которой предназначалось мое грубое пожелание отправиться в пешее путешествие по лесам, развернулась на сто восемьдесят градусов и двинулась в мою сторону с уверенностью ледокола и решимостью палача. Я бросилась в толпу от кассового окошечка, предварительно выхватив у кассира коричневый билет, через заднюю дверь выскочила на платформу, и вовремя: двери вагонов открылись, поезд загудел, и из него рекой хлынули пассажиры.
На миг я замялась, ощутив укол стыда. Уезжаю вот так, ни с кем не попрощавшись… А с кем мне прощаться? С личным лекарем де Флёров, которому мачеха задолжала кругленькую сумму, или с нашим бывшим дворецким, которого пришлось уволить без выходного пособия? Родственников нет, заводить друзей мне запрещалось. В родном городе меня ничего не держит.
В поезд я забиралась с легкой грустью, но вскоре она сменилась приятным волнением. Меня ждет новая счастливая жизнь в собственном доме! Больше всего я, конечно, радовалась тому, что уже не завишу от мачехи. До сегодняшнего дня все важные решения принимала Бетрикс, деньгами управляла тоже она, из-за чего, собственно, я и стала нищей.
Но теперь я замужем, что указано в свидетельстве, которое на днях пришлет мне Рэймонд. С таким документом я на многое способна: и на работу устроиться, и кредит в банке взять. А еще говорят, что девушки после замужества становятся особенно красивыми и еще более женственными. Вот уж не знаю, каким таким образом, но обязательно выясню.
Самое приятное, конечно, то, что мужа мне обслуживать не придется. Более того, мне его даже видеть не нужно!
Рэймонд не пожадничал, выделил денег на двухместное купе, но я взяла место попроще. С тремя незнакомцами в замкнутом пространстве будет не так уж неудобно, ехать-то всего сутки. Уж сутки я как-нибудь выдержу, зато сэкономленных средств мне хватит на целый месяц жизни.
Пожалеть о своем решении пришлось довольно скоро. Я оплатила нижнюю полку, так как спать на верхней точно не смогу: боюсь высоты. Расположилась, разместила чемодан в изголовье, а кошель с деньгами привязала покрепче к поясу платья так, чтобы чувствовать его во сне. В коридоре шумели люди, хлопали двери, лаяли собаки-проводники. Кто-то взвизгнул и залился плачем, но тут же рассмеялся. Обстановка чем-то напомнила мне тот день, когда мы с папой с благотворительными целями ездили в больницу для душевнобольных.
Решив, что буду спать, пока не приеду в Глэйворк, я легла на полку и закрыла глаза. Но не тут-то было. Моими соседями оказались мама и два ее сына подросткового возраста, которым были выделены верхние места. Мальчишки с шилом в одном месте не могли спокойно сидеть и все время спрыгивали на пол, забирались назад, хохотали и громко обсуждали прошедшие экзамены. Юноши их не сдали, кстати, завалили оба предмета, но знать это мне было совершенно ни к чему!