Леди Непредсказуемость

От боли сон прервался и стал явью. В кроватках надрывались от крика на два голоса малыши, Алиса пыталась остановить текущую по моему плечу кровь, а Элиза исчезла и вернулась вместе с Ребеккой.

– Алиса, возьми Армана, Элиза, ты – Георга, успокойте их, – распорядилась бабушка и принялась обрабатывать рану. – И куда тебя, лягушка-путешественница, на сей раз занесло? Ты понимаешь, что тебя пытались убить?

– Извини, бабушка! Я не ожидала ничего подобного, – повинилась я. – На следующей неделе все из газет узнаем, ну или лорд Пэйн расскажет. Алиса, давай мне Армана, буду кормить малышей.

Ребекка села в кресло и задумчиво смотрела на нас.

– Красавицы мои родные, давайте договоримся, никаких путешествий в сновидения, особенно ты, Видана. Достаточно того, что за деток целая война развернулась, нам тебя потерять ни в коем случае нельзя.

И мы пообещали, а когда, накормив и перепеленав малышей, стали укладываться спать, бабушка поставила дополнительную защиту в нашей комнате и, пожелав всем сладких снов, ушла.

– И где ты была? – шепотом спросила Алиса, а Элиза, высунув голову из-под одеяла, прислушалась. – Расскажешь?

Я вспомнила обо всем только ранним утром, когда проснулась и почувствовала, что голова ясная и можно подумать о том, что же произошло в сновидении.

– Герний, – позвала я, и привидение проявилось сидящим в кресле. – Можно тебя попросить? Слетай к лорду Гиену Мордерату, выясни, все ли в порядке?

Он исчез, а я поднялась, голова немного кружилась, подошла к зеркалу и, убрав повязку, наложенную ночью, проверила рану.

– М-да, бабушка права, придись удар ниже – и прощай, жизнь, здравствуй, Вечность! – подумала я. – И тогда все пророчества на свалку, да еще и предки на том свете по шее настучат за такое безрассудство.

– Видана, давай помогу забинтовать, – Алиса выскользнула из кровати и приготовила бинт, пока я закладывала мазь в рану. – Ты ночью не договорила, уснула на фразе о сердитой тетушке Георга. Отдохнуть удалось?

– Да, бабушка защиту поставила, никто из сновидений к нам попасть не мог, – пояснила я и спросила, – вы сегодня чем займетесь?

– Дел много, но тебе нужно отлежаться, так мама Ребекка сказала, – пояснила девушка. – А потому мы поможем по хозяйству, соберем свои вещи и отправимся в Академию. Скучать вам не придется, сегодня вечером лорд Пэйн прилетит, а еще и Янина с вами. Слушай, а Дарина вернется в Академию?

– Должна, но как – это ректору решать. Она же училась все годы, дисциплины освоила, должен быть какой-то способ…

– Так, ложись обратно в кровать, – приказала Алиса, – я завтрак принесу сюда, и не спорь, Видана.

Вот только спорить никто не собирался, я вернулась под одеяло и увидела смеющееся личико Элизы.

– Видишь, тебя одни командиры окружают, – развеселилась сестренка, обнимая меня. – Здесь так спится хорошо. В комнате прохладно и тихо. Я сегодня во сне летала на метле по Академии и сверху увидела одинокий домик на окраине, интересно, кто в нем живет? Алиса, ты не знаешь?

– Хм, пойдем завтракать, – поторопила серьезная Алиса Тойби-Лангедок, делая вид, что не расслышала вопроса, – не будем никого заставлять нас ждать.

Девушки ушли, а я лежала под теплым одеялом и смотрела на малышей, крепко спавших в своих колыбельках. За окном было еще темно, и можно было подремать, но я ждала Герния, меня тревожило, что же на самом деле произошло в замке Офулдет.

– Видана, – привидение появилось передо мной, – я не смог выполнить твое поручение. Лорд в доме, что в Королевстве Тюльпанов, но пробиться к нему невозможно, он поставил защитный блок. У дверей в его покои сидит домоправитель, а рядом таз с окровавленной водой, выходит, он ранен.

– Это плохо, это очень плохо, Герний, – сна как не бывало, и я поднялась. – Попроси бабушку зайти ко мне.

Пока привидение отсутствовало, я надела зимние брюки и теплую тунику, связанную Ребеккой.

– Вида, что случилось? Ты куда собралась? – всполошилась бабушка, открыв дверь и увидев, как я зашнуровываю зимние боты и надеваю меховой жилет.

– Бабушка, пожалуйста, мне нужно попасть в Королевство Тюльпанов, Герний все объяснит. Присмотрите за малышами, я постараюсь быстро: одна нога здесь, другая там, – протараторила я и, расцеловав Ребекку, выскочила в коридор и побежала, перепрыгивая через ступеньки, в библиотеку, там открыла переход и исчезла в нем.

Я летела и думала только об одном: только бы успеть и суметь попасть в покои лорда Мордерата, чтобы оказать помощь. Почему-то я была уверена в том, что смогу пройти внутрь, минуя охранные заклинания. И еще мне не давала покоя мысль о том, что это нападение было спланировано ранее и согласовано с лордом Делагарди. Вот только зачем? Вариантов было много, но ни один из них не давал возможности леди Гровели и лорду Делагарди получить наших с Ольгердом детей под свою опеку.

Полет замедлился, переход раскрылся на втором этаже особняка Гиена Мордерата. Действительно, рядом с его покоями сидел поникший Томас и невидящими глазами смотрел на посудину, в которой вода была красной от крови и плавали какие-то тряпки.

– Томас, здравствуйте, хозяин не пускает Вас к себе?

– Леди, какое счастье, – он встрепенулся и поднял на меня уставшее лицо, – вот выставил два часа назад таз и, как я не просил разрешить оказать ему помощь, не отзывается. Может, у Вас получится?

– Очень на это надеюсь, – я шагнула к двери, вытянула руку и ощутила, как она проникает через плотную невидимую занавесу, и прошла сама. Дверь как распахнулась, пропуская меня, так сразу закрылась, не позволив Томасу даже разглядеть, что происходит за ней.

Лорд Мордерат лежал на кровати, раскинув руки в стороны, на его груди – множество ран от больших до маленьких, а на правой щеке и кистях рук – серьезные ожоги. Он был без сознания. Я огляделась, в комнате не было ни бинтов, ни лекарств. Как хорошо, что я додумалась взять с собой стандартный набор, состоящий из нескольких настоек, бинтов и пары мазей. Неожиданно до меня донесся громкий голос Томаса: «Лорд Гиен никого не принимает», но когда в ответ я услышала чье-то властное требование пропустить в покои, то раздумывать не стала. Взмах рукой, тело лорда Мордерата поднялось с кровати, а я уже открывала переход и, отправив раненого в него, заскочила следом, и мы улетели.

Во время полета я достала из внутреннего кармана жилета обезболивающую настойку и, влив сквозь сжатые губы лорда, достала следующую для снятия жара: кровь к моему появлению уже запеклась на ранах. К тому моменту, когда переход открылся в моей комнате, я успела перевязать раны и обработать противоожоговым настоем лицо и руки лорда Гиена. Бабушка, увидев нас, поднялась с кресла и, когда тело лорда плавно опустилось на кровать, уточнила: «Его тоже ночью ранили?»

– Я думаю, да. Мы успели улететь, в его покои кто-то рвался, а домоправитель не пускал. Ты осмотришь лорда?

– Хорошо, я его осмотрю, и если потребуется, вызовем лорда Маркеса. И еще, лежать лорд будет в другом месте, – произнесла Ребекка и склонилась над ним, – нечего ему в твоей комнате делать.

– Бабушка, конечно, – согласилась я, наблюдая, как она проверяет раны, ожоги, а на лице раненого даже ни один мускул не дрогнул.

– Сильный лорд, цепко за жизнь зубами держится, – с уважением сказала Ребекка, – и ты молодец, хорошо все раны обработала, а вот ожог на лице останется навсегда. Мы сейчас с Алисой соседнюю комнату подготовим и туда лорда Гиена отправим.

Бабушка ушла, а я проверила малышей и исчезла в гардеробной, совмещенной с санузлом, чтобы переодеться. Раздумывала на ходу: «А почему мои крохи спят? Со времени последнего кормления прошло много времени». И тут я поняла, в чем дело, и содрогнулась.

Я отсутствовала буквально пару минут и, когда вернулась, то обнаружила, что лорд Мордерат пришел в себя. Но я в первую очередь проверила детей и, убедившись, что они действительно спят, повернулась к нему.

– Видана, это Вы? Это действительно Вы? – он с удивлением смотрел на меня, с трудом выговаривая слова. – Как я здесь оказался? Я точно помню, что был в своей спальне…

– Простите, лорд Гиен. Я недавно отправила к Вам Герния, чтобы выяснить, что же на самом деле произошло ночью. Он принес весть о том, что Вы, по всей видимости, ранены, так как он не смог попасть в комнату, а рядом с ней сидел Томас. Я выкрала Вас, кто-то требовал от Томаса пропустить его в Вашу спальню. Мужской, властный голос, и мне он не знаком, – пояснила я, опускаясь в кресло. – Я сделала что-то не так?

– Хм, у Вас была прекрасная возможность покончить со мной и освободиться от требований лорда Гиена Мордерата, – с трудом усмехнулся он, но вот глаза говорили об обратном, в них была какая-то теплота. – И Вы ее упустили, леди Видана. Другого такого случая не представится, жалеть будете.

– Вы считаете, я настолько беспринципна, что могу убить беззащитного человека, пусть даже это один из самых сильных магов империи? – просто спросила я, замечая, как его взгляд очень плавно перемещается в сторону колыбелек и в нем появляются искорки неподдельной радости.

– Нет, конечно, нет. Но на Вашем месте мало кто бы смог удержаться от последнего удара, потому я выставил защитный блок.

– А я ничего не выигрываю от Вашей смерти, скорее нужно говорить о минусах, которые она принесет. Если не трудно говорить, что все-таки случилось ночью?

– Нинервия Зархак выдвинула Бейле условие: Георг будет жить, если она убьет Вас, – пояснил лорд, с трудом поднося руки к лицу и рассматривая опухшие кисти. – Мои осведомители поставили меня в известность, и я отправился в дом Делагарди, где все уже были в сборе. У Бейлы не выдержали нервы, когда она услышала историю, которую так стремилась похоронить, а имя Регины рода сработало как детонатор. Видите ли, она безумно боится и ненавидит Нинервию, истерика, которая случилась с ней, когда Вы потеряли сознание и пропали из виду, была жуткой, я ничего подобного не видел. Однако уверен в одном: Георга они все равно постарались бы убить, юноша мешает Зархакам припасть к деньгам своей матери.

– Если дело было только во мне, то почему Вы в таком состоянии? – не выдержала я. – Вас тоже старались убить.

– Ваша рана на плече и мои обожженные руки – результат одного удара, благодаря им огненная стрела, пущенная Бейлой, Вас не убила, а все остальное… это хорошо продуманная акция, одобренная лордом Делагарди…

– Вас приняли за другого человека? – уточнила я, хотя поняла, что попала в точку. – И за кого, если не секрет? Неужели за Ольгерда Тримеера? Они не верят, что он мертв?

– Леди Минерва посчитала необходимым проверить эту версию, – согласился лорд. – Удар шел с трех сторон: Бейла, Гикс и она собственной персоной. Если бы под моей личиной был он… в момент серьезного ранения маг возвращается к своему настоящему облику…

– А почему она так решила? Неужели только потому, что я не попала на роды в ее дом?

– Я думаю, что это одна из причин такого решения. Я дал им возможность удостовериться в том, что они не правы, и исчез в направлении своего дома, а вот там не рассчитал силы. Успел только поставить защитный блок, чтобы никто не смог проникнуть в спальню, и потерял сознание.

– Почему я смогла пройти в Ваши покои?

– Я доверяю Вам, – он прикрыл глаза и негромко довершил, – леди Видана, постарайтесь какое-то время не появляться в сновидениях. Мне нужна полная свобода действий, Вы понимаете, о чем я?

– Да, я буду каждый вечер ставить защиту от приглашений подобного рода, – пообещала я, а сердце сжалось, мне хотелось плакать. – И что, лорды Линдворм и Аллан Сент-Жен просто сидели и смотрели, как Вас убивают?

– Хм, думаю, что им тоже было интересно, кто я на самом деле…

Дверь распахнулась, и появился лорд Пэйн, а следом дед.

– Гиен, выходит, это не шутка… О, Черная Луна, как тебя отделали… Кто это был, брат? – лицо лорда Герна стало совершенно бледным, а дед присел на кровать в ногах раненого.

– Потом, Герн, я расскажу потом, позднее. Мне нужно все обдумать и решить, как действовать дальше. Рад вас видеть, лорды, – попытался он улыбнуться и как-то успокоить друга.

– Гиен, мы перенесем тебя в соседнюю комнату, – произнес дед, – сам понимаешь, здесь тебе находиться не положено. Это покои Виданы и мальчиков, а ты не ее супруг и, кроме того, ранен.

– Зачем переносить, я сам перейду, – попытался подняться лорд, но смог только приподнять голову и упал обратно на подушку, было видно, что он очень слаб.

– Брат, не хорохорься, тебе придется провести в постели несколько дней. Используй их для того, чтобы отоспаться, на тебя страшно смотреть, – предложил лорд Герн и добавил, – мой дед прислал сообщение, что тебя кто-то выкрал прямо у него из-под носа. Он был очень рассержен, пока Томас не признался, кто же этот нахальный похититель. В общем, он просит разрешения навестить тебя на днях здесь, в замке.

– Передай поклон лорду Карену, и если хозяева не возражают, то я готов пообщаться с ним послезавтра, – согласился лорд Гиен, – два дня беру на восстановление.

Дед заклинанием поднял его с кровати, в горизонтальном положении отправил в соседнюю комнату и сам ушел вслед за ним.

– Спасибо, леди Видана, – сказал лорд Герн, прежде чем покинуть мою спальню. – Наступит день, и Вы поймете, что сделали сегодня, кого спасли от гибели.

– Может быть, лорд Герн, может быть, – в душе разлилась печаль, а в комнате наступила тишина.

Я подумала и легла под одеяло, надеясь немного поспать, но упустила один момент – моя жизнь кардинально изменилась, и расписание дня и ночи стало зависеть не от меня, а от двух маленьких Тримееров, сон пришлось отложить на другое время.

Алиса с Элизой помогали Халли готовить обед на большую компанию, Янина сидела в углу кухни и чистила вареные овощи на салат, а бабушка отправила в печь противень с пирогами. Я спустилась к ним, чтобы узнать, чем все занимаются и не нужна ли моя помощь, в замке было тихо.

– А где наши юноши? – поинтересовалась я, не увидев никого из них, пока спускалась на нижний ярус замка, на котором располагались кухня, котельная, кладовые и прачечная.

– Шерлос, Георг и Патрик отлучились по делам, – ответила Ребекка, – а Веспасиан и Алистер помогают Давену, он печи растопил. Ближе к вечеру наши адепты вернутся в Академию, вот им с собой пирогов дадим.

– Скучно вам будет без нас, – предположила Элиза, – тишина наступит.

– Не наступит, – засмеялась Халли, – малыши силу набирают, да и вы скоро вернетесь на каникулы. Как хорошо, мы так давно об этом мечтали.

– У нас яйца имеются? – спросила я у Халли. Получив утвердительный ответ, добавила, – мазь нужно приготовить, а для этого нужны свежие куриные яйца.

Поставив на плиту кастрюлю с тремя десятками яиц, я присела у стола.

– Видана, иди отдыхай, как яйца сварятся, мы их выставим остывать, а затем пригласим тебя, – тоном взрослой леди предложила Алиса и обратилась к сестре, – Янина, ты не устала? Может, я дочищу овощи?

– А я уже заканчиваю, давай нарежем их вместе, – и девушки, стуча ножами по разделочным доскам, начали шинковать капусту, морковку и картофель. Я решила не мешать и вернулась обратно в свои покои, по дороге заглянув в библиотеку, где сидели дед и лорд Герн, а затем навестила лорда Гиена, он крепко спал под ватным одеялом, окна комнаты были задернуты плотными шторами, не пропускавшими свет.

– Ну, хоть здесь отоспится, – подумала я и, неслышно затворив дверь, ушла к себе, открыв сундучок с записями, привезенный Алисой из Академии, погрузилась в чтение.

Незадолго до моего исчезновения из Академии лорд Трибоний прислал несколько свитков с важной для меня информацией, касающейся пропавших нескольких сотрудников Тайной канцелярии, одним из которых был лорд Даргер. Я знакомилась с каждым из них, внимательно прочитывая и перечитывая характеристики, данные лордам, а в памяти всплыла фраза, которую мне однажды сказал лорд Сириус Лангедок: «Понимаешь, Видана, существует три варианта исчезновения человека. Первый – человек пропадает сам, по собственному желанию, он просто берет котомку с парой белья и покидает семью, друзей и службу, которой отдал немало лет. Второй – человека похищают с целью выкупа, шантажа и иных целей, а третий – его убивают, а тело прячут таким образом, чтобы не нашел никто и преступление нельзя было раскрыть». Три лорда пропали за последние тридцать лет, и все трое были сотрудниками одной организации.

Первым пропал обычный делопроизводитель из финансовой части Тайной канцелярии, выпускник Академии магических искусств, на тот момент ему исполнилось двадцать пять лет, и звали молодого человека Ирек Калимсток. Его считали последним учеником лорда Гавардера Мордерата, у которого он занимался два года перед исчезновением. Ирек был из очень небогатой семьи, невесты у него не было, на его содержании находилась мать-вдова, два младших брата и крошка сестра. Молодой человек пропал по дороге со службы домой поздним вечером, через три месяца после исчезновения лорда Гавардера Мордерата. По свидетельствам сослуживцев он был хорошим человеком, но магическими способностями не отличался, чему они очень дивились, так как Ирек окончил Академию магических искусств. Хотя я обнаружила одно очень осторожное предположение, что он просто скрывал свои способности, не желая, чтобы о них было известно. Было даже странное высказывание, принадлежавшее, кому бы вы думали? Да-да, именно, лорду Даргеру, главному криминалисту Тайной канцелярии. Он сказал следующее: «Мне было известно, что офицер Калимсток занимается у лорда Гавардера Мордерата, последний снабжал его книгами из своей личной библиотеки и даже выхлопотал ему абонемент в закрытый отдел императорской библиотеки, где мы однажды столкнулись лицом к лицу. Когда лорд Мордерат пропал, офицер Калимсток замкнулся и отказался от мысли предложить помолвку племяннице нашего эксперта лорда Фулдза Инесс. Так вот, я думаю, что и лорд Мордерат, и наш сотрудник пали от рук одной группы лиц или лица, они влезли во что-то запретное и поплатились за свое любопытство». Исчезновение единственного кормильца семьи, к счастью, не ухудшило ее материального положения, а скорее наоборот: мальчиков за счет императорской казны отправили в Академию, а матушке Ирека с младшей сестрой положили пенсию, это позволило им не беспокоиться о хлебе насущном.

Лорд Даргер пропал вторым, оставив после себя сильно обгоревший труп, пока с ним разобрались и выяснили, что это не он, лорд успел выиграть время и забраться далеко, туда, где его никто не опознает и не найдет.

– На момент исчезновения лорду Шарлю Даргеру было пятьдесят восемь лет, значит, сейчас ему должно быть семьдесят восемь лет, – подумала я, настойчиво ища упоминания о его семье и ничего не находила. – Получается, она у него отсутствовала? Или о ней было неизвестно?

Друзей у него фактически не было, сослуживцы отзывались о нем как о прекрасном профессионале, но очень замкнутом человеке, неохотно пускавшим в свой мир кого-либо. Собственно все собранные сведения крутились около этих двух утверждений. Хорошо образованный выпускник Академии Радогона Северного, знавший несколько языков, лорд Даргер исчез, но в империи остались его дальние родственники, которые, впрочем, ничего нового не сказали.

– Ну, предположим, – рассуждала я, положив свитки на стол у окна и начав прохаживаться по комнате, поглядывая на детей, – родственники дальние, виделись, может быть, раз в год на встрече всего рода, а куда подевались его родители, кормилица или няня? Получается, что и кухарки у него не было? Сам, что ли, готовил? Что-то берут меня сомнения. Вот и вопросы появились, сейчас запишу, а потом решу, кто будет искать на них ответы.

Записав все вопросы, я подумала о том, что кто-то очень неохотно собирал сведения о лорде Даргере, почти как в случае с леди Амилен Амбрелиаз. И вот тут вспомнив об Амбреализах, я отложила перо в сторону и оглянулась на малышей.

Леди Амилен Тримеер, впервые увидев внуков, тут же предложила мне заключить помолвку одного из них с Франческой Амбрелиаз, двухмесячной дочкой лорда Франца и Генриетты. Ну, она-то в отличие от остальных знала, что родство у новорожденных кузенов и кузин только на бумаге, а в реальности они ими не являются. Мы с дедом переглянулись, и я сказала: «Нет», не обращая внимания на насупленное лицо бабушки. Да, я понимала, что этот вопрос леди Амилен поднимет еще не раз, но была совершенно спокойна: линия поведения выбрана, и отступать от нее я не намерена.

– Ты почему не в кровати? – удивилась Алиса, внося поднос с обедом. – Мы же договорились: сегодня отдыхаешь после страшной ночи. И как только я отвернулась, ты уже с документами за столом.

– Не сердись, лучше расскажи, по каким таким делам юноши в столицу улетели? Сегодня выходной.

– А они не докладывались, просто сказали, что у них дела, и все, – поведала Алиса и, поставив поднос на стол, предложила, – заканчивай изучать свитки, у тебя целый месяц каникул впереди, все успеешь. Лучше пообедай и полежи, пока малыши спят. Рана не болит? Яйца сварились, остужаются.

– Спасибо. Неприятно, но не смертельно, – успокоила я, приготовившись пообедать, а Алиса отправилась в гостиную, где ее ждали за столом.

Закончив трапезу и собрав грязную посуду, я решила немного полежать, как и советовала Алиса, обозревая комнату, которая тридцать лет назад была спальней Эдварда и Уны. К моему появлению Шерлос и Патрик сделали здесь небольшую перестановку: большая супружеская кровать встала слева от входа, а рядом с ней расположили две колыбельки. У окна, напротив входной двери, стоял небольшой круглый стол и кресло, по обеим сторонам от окна разместились два узких шкафа с застекленными дверцами, в одном были книги, а в другом – фарфоровые статуэтки. Я думала разобрать шкафы, но пока отложила эти планы на время. Справа от двери была гардеробная, совмещенная с санузлом и душевой, шкаф в которой был заполнен пеленками, распашонками и прочими детскими вещичками. Портрет Эдварда и Уны, стоявший раньше на тумбочке у кровати, убрали в шкаф с книгами. А на тумбочке появились магический светильник и ваза с еловыми ветками, на которых висели маленькие стеклянные шарики белого, красного и синего цветов с золотистым напылением. Вевея стояла между ними, и ее фарфоровые глаза были направлены на колыбельки. Утепленное окно закрывали легкая прозрачная вуаль и плотные тяжелые шторы темно-красного цвета, на полу лежал большой ковер. Вот так разглядывая комнату, я неожиданно для себя уснула, и мне приснился странный сон.

Маленькая девочка сидит на кровати и, чуть склонив голову, наблюдает, как мама у зеркала подкрашивает глаза и улыбается ей.

– Артиваль, – отец выходит из гардеробной, он в длинном мужском халате, у него мокрая голова и полотенце на плечах, – няня пожаловалась, что ты ее напугала, исчезнув из своей детской. Солнышко, ты не должна так делать.

– Эдвард, не ругайся, дорогой, – Уна улыбалась ему, глядя в зеркало, – я тоже любила сбегать из замка через подземный ход. Кто же виноват, что его сделали в детской комнате? Так мои предки спасали своих наследников на случай нападения на замок.

– А тебе кто его показал? – поинтересовался супруг, подхватывая на руки дочь, а та расцвела и поцеловала отца в щеку.

– Мама, когда мы играли в прятки, – весело ответила малышка и предложила, – а хочешь, я тебе покажу?

– Конечно, хочу, – и с этими словами отец с дочерью покинули спальню, а Уна, проводив их глазами через зеркало, поднялась и подошла к шкафу с книгами. Достала фолиант в темно-синей бархатной обложке и раскрыла, что-то прочитала, немного подумала и вернула его обратно на полку.

В детской комнате, поделенной плотными шторами на зоны, стояли отец и дочь. Артиваль подошла к шкафу, на полках которого лежала ее одежда, и нажала на внутреннюю стенку, после чего он беззвучно открылся как массивная дверь, за которой был ход.

– Папа, пойдем, – предложила малышка и начала спускаться вниз по ступеням, Эдвард последовал за ней, а шкаф вернулся на свое место.

Раздался рев, и я мгновенно проснулась.

– Слушаюсь и повинуюсь, мое сиятельство, – пробормотала я, покидая кровать и подхватывая Армана, мокрого от пяточек до ушей. – Ух, какой ты водяной, неудивительно, что так возмущаешься.

Перепеленав и накормив сначала старшего, а затем и младшего, я не переставая думала о том, что увидела в кратком сне. Старинные замки кишели тайнами и неожиданными находками, вполне возможно, что и наш был из их числа, а значит, нужно проверить полученную информацию. Вернув малышей в колыбельки, я подошла к шкафу и открыла его, рассматривая книги, стоявшие на полках. Одна из них по размеру напоминала фолиант, увиденный во сне, правда, бархатная обтяжка больше походила на грязно-черный цвет. Я достала книгу и, открыв титульный лист, прочитала: «Тайны замка Рэдривел», а начав листать, поразилась еще больше, она была написана древним магическим языком, изучением которого я занималась последние полгода. Положив книгу на стол, я не торопясь пересмотрела все томики, стоявшие в шкафу. Там были исторические романы, несколько книг по военному искусству и расследованиям преступлений, а также травники и чистые гримуары, как я понимаю, исписанные нашли свое место на полках книжного шкафа в замке Офулдет или городском доме Серой леди.