Родственные узы

– Лорд Мордерат, может быть, хватит возводить поклепы на моего кузена? – взвился было Гикс, но по его руке хлопнула Бейла, и лорд Зархак замолчал.

– Умница, Бейла! – похвалил ее лорд Делагарди. – Гикс, а ты не помнишь, какой адепт избил адепта Мердока Зархака в Академии? Я слышал, пришлось накладывать швы.

– Это сделал адепт Патрик Барней, я лично ездила к ректору Академии, мой Повелитель, – негромко произнесла Бейла. – Тогда же и приняла решение, что юноша должен проходить практики в моем агентстве.

– Неужели? Моя дорогая Бейла, а скажи, что тебя подвигло на это? Благотворительностью ты не занимаешься, любишь только Георга, что должно было случиться, чтобы ты решилась на этот шаг? Ну же, расскажи сама или я вызову сюда ректора Академии, и поверь, он будет рад все поведать, да еще и в красках, – мягко попросил лорд Делагарди, и я почувствовала, как на террасе похолодало.

– Повелитель, как я узнала… – леди Бейла замолчала и пауза затягивалась.

– Вы узнали, Бейла, что Патрик Барней талантливый алхимик и много времени проводит в химической лаборатории. Бьюсь об заклад, Вы увидели его обожженные руки и поняли, что он копия своего отца, – спокойно ответил за нее лорд Мордерат. – И потому исчезновение юноши испугало Роберта Зархака настолько, что он решил убрать свидетелей – леди Тримеер и ее родственника. Уж кто-кто, а Роберт понял, что угроза минирования корпусов в Ордене могла исходить только от одного человека – Патрика Барнея, а вот увидеть его там они могли, и не только увидеть, но и помочь попасть в империю. А чтобы эта информация не дошла до ушей лорда Делагарди, нужно было убить леди Тримеер и пустить слух о том, что ее убийство – это борьба за наследство покойного лорда Тримеера. Вы же понимаете, Бейла, у кого что болит.

– Вы думаете, Роберт готов даже убить Георга? – испуганно спросила она.

– А тогда зачем он потребовал от леди Деворы Норберт переписать все состояние на себя? – словесно ударил лорд Мордерат, наблюдая, как сереет лицо Бейлы Зархак и бледнеет Гикс. – Мой человек лгать не будет. Ваш кузен, Гикс, поставил леди условие: или она отписывает состояние на него, или он вытаскивает на белый свет компромат на нее, и оставшиеся дни Ваша тетушка проведет в тюрьме. Вы в восторге от такой информации?

– Гиен, я тебя боюсь, – вырвалось у Гикса, – ну скажи, что ты все это придумал.

– В интересах нашего дела я принял решение, – спокойно произнес лорд Делагарди. – Бейла, твое агентство с этого момента находится в подчинение у лорда Гиена Мордерата, и не возражай, дорогая. Тебе за ним не уследить, вы с Гиксом казначеи, вот и занимайтесь этим, а лорд Гиен пусть почистит двурушников и откровенных предателей. Бейла, деточка, – отечески успокоил всхлипнувшую леди, лорд Илорин, – ничего личного, это бизнес, не так ли?

– Да, конечно, – пробормотала она, промокнув глаза платочком, – я не ожидала, что, получив в свои руки власть, Роберт захочет избавиться от Георга.

– Я не понял, если Видана и ее родственник встретились в Ордене с адептом Барнеем, – подключился к разговору лорд Сент-Жен, – то где юноша сейчас? Понятно, что в империи, но где именно?

– А Вы сначала докажите, что мы видели Патрика Барнея, – ответила я, поставив чашку на стол, так и не выпив ни глотка, – а потом спрашивайте.

– Да видели, конечно, потому Роберт и решил вас обоих убрать, – поведал Гикс, гладя жену по ладони. – У нас там осведомитель имеется, и ему точно известно, что вы с ним встречались, но после вас юноша как сквозь землю провалился. А это значит, что в империю его отправили вы. Вопрос: куда? И кто помог адепту связаться с Академией магических искусств? Элитное заведение, как – никак.

– Ко мне домой, – врать бесполезно, уже завтра им доложат, что адепт проходит с нами практику.

– Наша сердобольная леди Тримеер, а лично Вам это зачем нужно? – удивился лорд Сент-Жен. – Других забот больше нет?

– А лично мне это нужно, уважаемый лорд Аллан, потому что я, в отличие от некоторых здесь сидящих, от родственников не отказываюсь, – рассердилась я не на шутку. – Патрик Барней, он же Дурнен, мой двоюродный дядя, его мать – тетка моего отца. И если человеку нужна моя помощь, я ее окажу.

– Извините, если я обидел Вас таким вопросом, – смутился лорд, – но у меня сложилось ощущение, что я сделал что-то такое, что Вас расстроило, причем не сегодня, а какое-то время назад. Вы не хотите мне пояснить, что не так?

– Не желаю, я хочу покинуть вас и отправиться отдыхать, утром рано вставать, – ответила я и поднялась. – Всего вам доброго, леди и лорды. Постарайтесь меня не приглашать на ваши встречи, не поверите, но с каждым разом я все больше и больше разочаровываюсь во взрослых людях, мне претит ваша беспринципность и хождение по головам. Очень больно наблюдать все это, – с этими словами я покинула террасу и начала спускаться по лестнице.

– Видана, – меня догонял лорд Сент-Жен, – и все-таки, что я сделал не так? Пожалуйста, я хочу знать. Однажды Вас назвали леди Эквитас, совсем недавно, леди Минерва Гровели очень удивилась, а затем весело рассмеялась. Но затем пояснила, что в юности ей предсказали долгую счастливую жизнь, при одном условии: если на ее пути встанет леди Эквитас, то леди Тривия, так зовут Минерву в очень узком кругу, не сможет ей противостоять.

– Лорд Аллан, – мы стояли у входной двери, он придержал ее, чтобы я не смогла открыть, – вспомните наш последний разговор и постарайтесь понять сами, что Вы сделали не так. Кстати, а Ваш отец, он жив?

– Нет, он умер пять лет назад, поздней ночью. Просто схватился за сердце, прошептал: «Папа», и все, его не стало, – ответил лорд. – А почему Вы спросили?

– Просто спросила, пять лет назад поздней ночью умер Ваш дед, видимо, они ушли вместе. Позвольте мне открыть дверь, я очень устала.

– Видана, почему Вы согласились отправиться в Королевство Тюльпанов? – лорд смотрел на меня, ожидая ответа.

– Лорд Аллан, я сегодня несколько раз давала ответ на этот вопрос, но так и быть, отвечу еще раз. Мой родственник так обрадовался приглашению, что было просто преступлением насупиться и утащить его в империю.

– Понятно, а я подумал, что Вам импонируют ухаживания лорда Гиена, – ответил лорд и предложил, – составьте мне компанию в день Юпитера, леди Минерва желает Вас видеть в своем салоне.

– Вы часто бываете у нее? – уточнила я. Сверху никто не спускался, а лорд не спешил возвращаться обратно.

– Да, это дань вежливости, она заменила мне мать и бабушку, они обе умерли рано.

– Ничего обещать не буду, у меня практика, а значит, полноценный рабочий день, – лорд открыл дверь, и я, попрощавшись, покинула замок.

Открыла глаза, за окном темно, а в голове промелькнула мысль, что на сегодняшней встрече произошло нечто важное, но что именно, я пойму много позднее, а пока часы пробили час, и я вновь погрузилась в сон.

– Ой, ну кого я вижу, – раздался радостный голос лорда Трибония, стоявшего в проеме дверей нашей приемной. – Видана и Веспасиан вернулись. Ух, а этого алхимика где нашли? Парень, на тебе хоть живое место имеется? А то я смотрю, не только руки, но и лицо обожженное.

– Здравствуйте, я Патрик Дурнен, – представился алхимик, – вот нашли в одном Королевстве и отправили домой, в империю.

– Патрик Дурнен? – переспросил оборотень и сделал шаг к шкафу, достал из него альбом выпускников Академии Радогона Северного и, пролистав, нашел нужную страницу и показал юноше. – Это твой отец?

– Надо же, у вас здесь и его портрет имеется, – только и вымолвил юноша, взяв альбом в руки и рассматривая его, – а я никогда не видел его изображений, ну кроме как в газете, что сообщила о гибели Крония Барнея.

– А ты один вернулся в империю или с матерью? – уточнил лорд Трибоний, мы поставили стул между столами Веспасиана и Шерлоса, приготовив место для Патрика.

– С мамой, – подтвердил юноша. – А я чем заниматься буду? Меня нужно загружать полностью, я привычный к работе.

– Это хорошо, работы у нас хватает. Факультет какой? Неужели боевой? Вот, сразу чувствуется подготовка, – обрадовался лорд. – Патрик, мы тебя к Видане прикрепим, ты столицу еще не знаешь, а ее отпускать одну нежелательно. В общем, ребят, – Патрик занял приготовленное место, – поступила информация – мы с Шерлосом отправляли на проверку, – что целитель Керкос регулярно встречается с несколькими лордами в клубе «Сократ». Туда отправляюсь я с Веспасианом, а ты, Шерлос, пройдись невзначай около дома, где предположительно проживает Керкос, походи, понаблюдай. А Видана и Патрик остаются в конторе, она под охраной, можно не переживать. На кухне фруктовый пирог от Марты, она всем передает привет.

Через несколько минут приемная опустела, мы остались одни.

– Патрик, занимай стол Веспасиана, – посоветовала я, – он сегодня уже не вернется, с обеда к профессору отправится.

– Меня Шерлос немного в курс дела ввел, вы действительно преступления расследуете? – уточнил юноша, усевшись за стол и положив перед собой альбом.

– Стараемся, для этого и компанию создали, – ответила я, достав из стола свитки по делу Рунгерд Торверг, и задумалась: если Зелда служила в магическом агентстве Серой Леди, значит, есть смысл на встречу соглашаться.

Патрик взял карандаш и свиток, что-то начал рисовать, а я обложилась газетами, поступившими в наше с Веспасианом отсутствие, требовалось просмотреть, вдруг какая информация проскользнет, касающаяся наших дел.

Все случилось неожиданно. Мы углубились в свои дела, как вспыхнул переход, прямо в приемной, и оттуда вывалился бледный до синевы Георг Норберт, даже придумывать ничего не нужно было – юноша был ранен.

– Видана, пожалуйста, – только и прошептал он, теряя сознание.

Патрик, выскочив из-за стола, успел подхватить Георга, уложил на пол и поднял на меня глаза.

– Я могу обработать и прижечь раны, но их много, – вырвалось у него, – неужели и правда старались убить?

Отправив телепатическое сообщение принцу Птолемею и попросив прислать целителя Маркеса, я отправила Патрика за стол, а сама, вытряхнув из сумки настойки, приступила к оказанию помощи. Разорвав тунику Георга, я обрабатывала раны, отмечая про себя: «Целились в грудь, но просчитались, правда, кровопотеря немаленькая, неужели он успел дать бой?».

– Что случилось? – в приемной появились принц Птолемей и Маркес. – Видана, зачем ты убила юношу? – хмыкнул вампир, оттирая меня в сторону. – Брысь, мелкая, еще не хватало, чтобы ты тратила силы на него. Для этого есть я. Леди Тримеер, лучше выясните, что произошло на самом деле.

Хлопнула входная дверь, и в приемной появился рассерженный Шерлос, увидев распростертого на полу Георга, чуть смягчился.

– Я уже голову ломаю, куда этот хулиган подевался, – в сердцах высказался он, опускаясь на колени перед тем, кто просил считать его братом. – Нападение на него было. Георг трех человек положил, они ранены тяжело, а сам исчез. Ну, правильно, кому он еще довериться мог, только Виданке.

– Не пыхти, лучше помогай, – остановил словесный поток Маркес, – сейчас в себя придет. Ух, а вот это он зря.

Глаза Георга широко раскрылись, и на всех смотрели кошачьи суженые зрачки.

– Это Вечность? – еле выговаривая, произнес он. – Или все-таки я жив?

– Конечно, жив, есть еще предложения? – насмешливо поинтересовался вампир. Подхватив Георга на руки, потребовал, – Птолемей, переход к леди Виргинии.

Вспыхнул переход, и лорды с раненым Георгом улетели к Регине рода Мордерат, оставив нас втроем в агентстве.

– В общем так, мои дорогие, отправляйтесь к дому целителя Керкоса, – решил Шерлос, – а я останусь в агентстве, скоро здесь появится Ахорн, нам нужно переговорить.

Убрав в ящик стола документы, я поднялась, Патрик уже ждал в прихожей, и мы покинули контору.

– Вида, это Георга из-за наследства ранили? – спросил он, когда мы вышли на улицу, и отправились туда, где располагался лечебный кабинет целителя Керкоса, а над ним, если верить Ахорну, и его квартира.

– Похоже, да, заспешили родственники, – сдержанно отозвалась я. – И ведь никакой жалости, Георгу и лет всего семнадцать, но матери нет и защищать некому.

Мы идем по улице, не торопясь и обмениваясь впечатлениями, со стороны можно сделать вывод: парочка мило беседует, и им нет ни до кого дела. Подходя к дому целителя, я увидела, что лечебный кабинет располагается в старинном деревянном флигеле. Аккуратный, двухэтажный домик, обгоревший на солнце и умытый дождями, к которому вела дорожка, упирающаяся в трехступенчатое крыльцо. На первом этаже, видимо, располагался лечебный кабинет, два окна которого, выходящие на улицу, были закрыты белыми полотняными шторками, а вот окна на втором этаже были занавешены красивыми тюлевыми. Мы бы и прошли мимо, как ни в чем не бывало, но стоило нам только поравняться с флигелем, как из окон первого этажа полыхнуло пламя, раздался треск лопающихся стекол, и Патрик кинулся к крыльцу, на плече у него появилась юркая саламандра.

– Салли, будем гасить, – произнес Патрик и споткнулся.

Мне хватило этого мгновения, подняв руки на уровне груди, я развернула ладони к небу и прошептала: «Вода, я призываю тебя, стихия волн и чувств, приди ко мне, наполни мои руки, помоги затушить огонь, зажженный злой рукой».

Ладони становились тяжелыми, небо затянуло серыми тучами, застучали крупные капли дождя по мостовой, движение руками – и к флигелю устремился мощный водяной поток. Стекла окончательно лопнули, вода, перелившись через подоконник, тушила огонь, бушевавший на первом этаже. Патрик, дождавшись, когда из окон повалит дым, тут же обмотал лицо туникой, оставив только глаза, и устремился вперед.

– Вызывай помощь, – только и расслышала я от исчезнувшего за дверями флигеля родственника.

Отправив телепатическое сообщение Киру Эванзу и лорду Трибонию, я отошла к ограде соседнего дома и приготовилась ждать. Вспыхнул переход, из которого выскочили Кир и Алистер, а следом зашипел другой, и появились лорд Трибоний и Веспасиан. Мгновенно оценив обстановку, они направились к флигелю, а оттуда уже появился Патрик, цепко державший за локоть немолодого мужчину, прихрамывающего при движении, с обожженным лицом и руками, которыми он закрывал нос, а открытым ртом хватал чистый воздух.

– Держите пиротехника-самоучку, – передавая целителя Керкоса, а это был он, произнес Патрик. – На мой взгляд, он планировал пыль в глаза пустить и исчезнуть потихоньку, да вот незадача – горючего вещества положил больше, чем следовало.

– А ты кто такой? – тут же задал вопрос появившийся эксперт из Тайной канцелярии. – Почему решил, что это не настоящий взрыв?

– Да ладно, я этой смесью лет десять назад баловался, тоже мне нашли великую науку, – отпарировал юноша. – Ну, стекла из окон вылететь могут, конечно, но чтобы убить – да ни в жизнь.

– Умник, ты фамилию назови, – не отставал эксперт, народу прибывало, сотрудники начали осмотр флигеля.

– Дурнен я, Патрик Дурнен-младший, если Вам это о чем-то говорит, – с удовольствием произнес он.

– Понятно, что старший в свое время не разрушил, то ты сделаешь, – с не меньшим удовольствием ответил эксперт. – Я правильно понимаю, что практику ты проходишь в детективном агентстве Блэкрэдсанов – Тримееров? И как тебя угораздило попасть в загребущие ручки этой милейшей родственной компании?

– Очень просто, дядюшка я, – поведал Патрик, – своей двоюродной племянницы, ну что, посмотрим, нет ли еще каких сюрпризов в доме?

– Идем, вдвоем скорее управимся, – пригласил эксперт и уточнил, – Академия какая?

– Была Академия Януса Змееносца, а сейчас будет магических искусств, – на ходу проронил Патрик, и они скрылись во флигеле.

Мужчине оказали помощь, и подхватив под его руку, Алистер отправился с ним через переход в Тайную канцелярию.

– В доме больше никого нет, – на крыльце появились лорд Трибоний и Веспасиан, а следом вышел Кир Эванз, – целитель решил в очередной раз исчезнуть. И вот ведь что странно: рвануть должно было минут через десять после того, как он исчезнет, но что-то ускорило этот процесс.

– Не что-то, а кто – саламандра адепта Дурнена стала катализатором, – раздался голос эксперта, – Кир, мы обнаружили тайник, а в нем лорд без сознания.

Сотрудники тут же вернулись в дом, а я решила обойти флигель. За домом обнаружила пристройку, она располагалась в трех метрах от флигеля и была закрыта на магические замки. Не раздумывая, разрушила их заклинанием, дверь распахнулась, открыв передо мной небольшую комнатку, где на диване со связанными руками и кляпом во рту лежала женщина. Появился Алистер, вызвал еще сотрудников канцелярии, и мне предложили вернуться в контору. Открыв переход, я улетела, после чего на место происшествия отправился Шерлос, оставив меня дежурить в агентстве.

Я читала документы, что приготовили Шерлос и лорд Трибоний, пока мы с Веспасианом отсутствовали, даже описи картинной галереи, некогда принадлежавшей леди Дурнен, и то раздобыли. Как я поняла, в наше отсутствие в имение Дурненов, что стало собственностью леди Деворы Норберт, они не летали. Ну и хорошо, значит, нас с собой захватят, очень хотелось побывать в имении, пообщаться со старожилами, может, что удастся выяснить.

Я поднялась и достала из книжного шкафа энциклопедию по Лангедокам, вспомнив, что рассказывали мне о настоятельнице Ордена Плачущих – Каролине Лангедок. В тишине листала книгу, иногда задерживаясь на страницах, чтобы прочитать о том или ином представителе древнего рода. Добравшись до страницы с Сириусом Лангедоком-старшим, пропавшим семьдесят лет назад, я с удивлением узнала, что его супруга Каролина Лангедок в девичестве была Тетрамон, ее старшую сестру звали Алиса, обе происходили из старинного рода, проживавшего в Королевстве Теней.

– Мда, как, однако, все лихо закручено, – подумала я, рассматривая небольшой портрет супруги Сириуса Лангедока, – придется посетить императорскую библиотеку. Не каждый день встречаешь представителей рода Тетрамон, особенно если учесть, что один из них возглавил заговор против императора Птолемея VI.

Выписав информацию, я продолжила читать, отмечая про себя, что Сириус Лангедок-младший исчез в более взрослом возрасте, чем его отец, сейчас ему должно было быть около восьмидесяти лет. Каролина Лангедок возглавила Орден Плачущих после исчезновения супруга, отказавшись от предложенных брачных партий. В энциклопедии мельком упоминалось, что леди Каролина обладает редкими магическими талантами, но какими именно, сказано не было. Лорд Сириус Лангедок-младший, пропавший тридцать лет назад, обладал даром тайновидения.

Перед обедом вернулись лорд Трибоний и Шерлос с Патриком, Веспасиан отправился к профессору.

– Ну что, целитель Керкос в камере, его подруга и мужчина, обнаруженный в тайнике, – в лечебнице Тайной канцелярии, – отрапортовал Шерлос, – вот я как в воду глядел, отправив вас с Патриком прогуляться. Как ты саламандру приручил? – обратился он к юноше. – И главное: где ты ее нашел?

– О, давно это было, – усмехнулся Патрик, – еще в приюте. Женщина одна к настоятельнице приехала, жаловалась, что саламандра ее замучила, постоянно углы поджигает. Крестная отправилась к ней домой, а я следом увязался, вот и познакомился с Салли, с собой забрал, а то ждала ее участь страшная. Вот как Видана сегодня воду вызвала и огонь залила, моя саламандра юркнула в жестяную коробку и носа не кажет, испугалась моя родная огневушка – поскакушка.

– Так что там случилось на самом деле? – уточнила я. – И случайно с нападением на Георга не связана эта история?

– Может, и связана, – согласился Шерлос. – Нас с лордом Трибонием пригласили часикам так к шестнадцати в кабинет к следователю, смотришь, что и выясним. А ты чем занималась?

– Документами разными, начала строить версии в отношении линии Лангедок, той самой, где отец и сын пропали, а сама леди Каролина в Орден Плачущих отправилась, – ответила я, откладывая в сторону свитки.

– А давайте сходим в наше любимое заведение и пообедаем, – предложил лорд Трибоний, – война – войной, но обед по расписанию.

– Патрик, а ты случайно не знаком с главным попечителем Академии Януса Змееносца? – спросила я у юноши. Шерлос и лорд Трибоний отправились в Тайную канцелярию, а мы остались в агентстве.

– С лордом Илорином Делагарди, что ли? – он оторвал голову от альбома выпускников Академии Радогона Северного. – Ну как, видеть я его, конечно, видел, знаю о том, что он попечитель, и все. Я не Георг Норберт и не Мердок Зархак или куча других адептов и адепток, которых главный попечитель приглашал в замок Офулдет на встречи с ним. С меня чего взять? Ни породистости, ни богатства, да и магические таланты меня миновали, одним словом – полукровка. Ты только не думай, что я плачусь, – добавил Патрик, – ничего подобного, главный попечитель меня всегда, скорее всего, пугал, и потому желания познакомиться с ним поближе никогда не возникало.

– А говоришь, обделен магическими талантами, – улыбнулась я, – однако самосохранение у тебя развито очень сильно.

– У нас на факультете профессор преподает, не юн уже, но держится молодцом, подтянутый, всегда чисто одет и гладко выбрит, никакой неряшливости, – рассказывал Патрик, – он преподает теоретическую подготовку боевых магов, так вот начиная с первого курса, профессор постоянно напоминал, что инстинкт самосохранения необходимо развивать, если хотим жить. Давал разные упражнения на развитие интуиции и говорил, если что-то не нравится – человек, с которым свела тебя жизнь, место, где оказался, – то нужно разворачиваться и уходить. Кстати, он тоже непростой лорд, никогда на встречи адептов и главного попечителя не ходил. Ему как-то декан при нас внушение сделал, а профессор только плечами пожал и сказал, что если лорд Делагарди столь мудр, как о нем говорят, то не обидится от того, что преподаватель не пришел на встречу, а если он обычный маг, то какой смысл с ним встречаться. И представляешь, декан промолчал и больше этот вопрос не поднимал. Адепты старших курсов шептались, что профессор владеет тайновидением и потому избегает лишних встреч с магами, чтобы случайно не вскрыть чью-то нечестную натуру.

– А профессора как зовут? – спросила я. – Видимо, интересный лорд.

– Лорд Эдвин Блейк, и предвосхищая вопрос, сразу скажу, ему лет восемьдесят, мне дед магистра Хирона об этом сказал, – поведал Патрик, – мы с ним о преподавателях разговаривали, вот он и поведал, что лорд появился в Академии лет тридцать назад. Живет одиноко, у него много научных статей и монографий. А ты что так изучаешь внимательно? – Патрик поднялся и подошел к моему столу, на котором лежала энциклопедия, раскрытая на странице с пропавшими Лангедоками.