Тайна черной кошки

© Елена Рыбагова, 2024

ISBN 978-5-0056-6446-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть первая.

Черная кошка

1. Серафима

Старая ведьма не спеша брела по лесной дорожке, опираясь на толстую ветку. Разноцветные листья ковром устилали поверхность земли. Холодный осенний ветер пробирался под тонкую накидку и вызывал неприятные ощущения. Тонкая морщинистая кожа покрывалась мелкими мурашками. Очень холодно сегодня. Руки совсем окоченели. Пальцы в тонких вязаных перчатках с трудом удерживают ветку, служащую костылем. А без него ведьма давно уже никуда не выходит. С ним-то и то еле ноги переставляет. Старость она никого не щадит. Сейчас бы сидеть в теплой избушке у горячей печки и пить травяной чай. Но нельзя. Смерть дышит ей в затылок. Уже не раз ведьма, благодаря своему чутью, уходила из ее лап.

Ох, что-то опять сердце сдавило. Надо остановиться и отвар достать из котомки. Но это займет много времени. Раньше, когда молодая была, на ходу со спины котомку скинула, и все. А сейчас, чтобы это сделать, требовалось остановиться, опереть ветку-клюку о дерево, чтобы не упала. Иначе никак не поднять. Спина-то уже и не сгибается. Да и руки выше груди не подымаются. Совсем тело не слушается. Как-никак сто лет уже. И так прожила дольше, чем другие. Но на то и ведьма. Вроде сердце уже не сильно болит. Жалко времени терять на остановку. До лесной избушки еще четыре версты. Надо сжать зубы и идти. Нельзя сейчас умирать.

Все же зря я о смерти подумала. Сердце сильнее защемило. Видно придется останавливаться и пить отвар. Внучка, надежда моя, кровиночка ненаглядная. Как же так получилось? Почему забыла наставления своей бабки? Настенька, солнышко мое. Уже год прошел, как смерть забрала тебя у меня, а до сих пор сердце кровавыми слезами обливается. Глупая смерть, неправильная.

Утром ушла в лес за травами, так больше и не вернулась. Несколько дней я ее искала. Все ноги смозолила. Но не нашла. Пришлось к ведьме Аглае идти. Та в лицо мне смеялась, унижала. Но я терпела. Когда-то сильнее меня в округе не сыскать ведьмы было. Все ко мне учиться шли. Да только не каждую в ученицы брала. Вот и Аглаю тогда не взяла. Гниль на ее сердце увидела. Это только в сказках детей неразумных злыми ведьмами пугают. Природа зло не терпит и секреты свои лишь открытой душе покажет.

Люди становятся ведьмами по многим причинам. Среди них – желание богатств, признания, получение власти, временное умопомрачение, божественное указание. Причин очень много. Но становятся настоящими ведьмами лишь по одной причине – ради любви и заботы о всем живом.

Аглая же жаждала власти. И как бы не прикидывалась тогда невинной овечкой, от глаза ведьмы зло в сердце не утаишь. Оно черным цветком распускается, окутывает своими стеблями тело, прорастает корнями в душу. Прогнала ее тогда. Так эта наглая девица нашла другого учителя. А затем, обретя знания, призыв совершила и заключила сделку с демоном. Ведьмы знают бесценность души и не станут продавать ее даже ради спасения своей жизни. И знания эти оберегают и так легко ими не делятся. До сих пор так и не узнала, откуда Аглая прознала тот обряд. Но что сделано, то сделано.

И только ради Настеньки ведьма пришла к Аглае. Но та лишь унизила, а потом, смеясь, приказала своим слугам из дома выбросить. Прямо на навозную кучу. Ее, великую ведьму, как какого-то нашкодившего щенка, волоком по деревне протащили.

Тогда на помощь в поисках внучки пришли люди. Среди них были те, кто, повстречав меня, прикрывали глаза рукой. Им когда-то церковники рассказали, что ведьме нельзя смотреть в глаза. Их уверяли, что в противном случае может случиться что-то ужасное. Были те, кто при встрече старался коснуться моих одежд. Ибо верили, будто ведьма обладает исцеляющей силой и с теми, кто прикоснется к ней, произойдет нечто чудесное. Долго искали Настеньку. Только так и не нашли. И лишь недавно один егерь пришел в мой дом и поведал, что нашел внученьку мою. Вернее, то, что от ее молодого тела осталось.

На истлевшее тело тогда я взглянула ведьмовским взором и увидела, что ей перед смертью пережить довелось. Страшно и представить. Изуродовали ее ужасно. Настенька. А ведь такая красавица была. Загляденье просто. И голос мелодичный, словно ангельский колокольчик. На маму свою похожа.

Мама-то ее, Светлана, тоже красавица была. С женихом только не повезло. Петька тот хорош собой был. Первый парень на деревне. А ведь говорила я тогда, беги, мол, Светочка от него. Нехороший он. Не послушалась. Любовь у них, видите ли. И что в итоге? Петька-то этот соблазнил и обрюхатил. Как узнал, что Светланка Настеньку ждет, так и бросил. Тут же сосватал старосты дочку Матрену. Конечно, куда нам со старостой достатком мериться.

У Светланки дара-то не было. Не смогла совладать с собой. И как только дочку родила, так и забрала смерть ее. Хорошо еще Настеньку мне оставила. Хотя может быть лучше, чтобы сразу забрала. Больно уж страшную смерть внученька через шестнадцать лет приняла. Наверное, тогда было бы не так больно…

Вот чует мое сердце, Аглаи это рук дело. Чует, а доказать не может. Дар свой я Настеньке хотела передать, у девочки предрасположенность была. Через поколения ведьмами рождаются. А теперь нет ее. Аглая слуг своих к дому моему отправила. Те увидели вестники моей приближающейся смерти. Вчера ночью Аглая пентакли вокруг моего дома чертила. Только не зря меня сильной ведьмой считали. Подготовилась я. «Книгу мертвых» сожгла, а знания из нее в камушек перенесла. Простенький такой. Невзрачный. Зелье три полнолуния варила. А сегодня утром, пока соглядатаи Аглаи спали, через подземный ход и ушла. Он у меня из погреба шел. Давно еще прорыла. Как знала, что пригодится. Теперь надо просто дойти до лесной избушки. А там уже все подготовлено. Не видать Аглае ни моего дара, ни моей души, ни тайных знаний. Ведьма Серафима еще повоюет.

Ладно, хватит отдыхать. Холодно же. И хоть простыть уже не успею, но дойти надо. Ох, сердце-то как ноет. Отвар уже не помогает. Но ничего, немного осталось. Потерпи маленько. Постучи еще. Котомка какая тяжелая. Всего-то там половина бутылька отвара, немного волшебного зелья да кусок черствого хлеба. А все одно, тяжело очень. Старая совсем стала. Но надо дожить совсем немного. Совсем чуть-чуть. Иначе зачем все это? Зачем жизнь прожила? И внучка с дочкой неотомщенные останутся. А так нельзя. Ведьма я или кто?

Ведьма, опираясь на клюку, продолжила свой путь.

2. Лена

Я потянулась на кровати и сладко зевнула. Яркое солнце запустило сквозь оконное стекло несколько теплых лучиков и ласково пробежалась по светлым волнистым волосам. У нас в семье ни у кого волосы не вьются, только у меня. У всех остальных они прямые и тонкие. Странно, не находите? И веснушки в нашей семье только у меня весной высыпают. Сейчас их уже не заметно, так как я сразу принимаю меры. Благо в интернете много рецептов и можно подобрать для себя самый оптимальный. Но в детстве эти конопушки доставили много переживаний. Хотя моя школьная подруга Анька мне из-за них завидовала. Просто она дура. Не понимала, что веснушки – это уродство. Что красивого в пятнах на лице? Вот у нее кожа белая, ровная. Всегда хотела иметь такую. И почему этой Аньке так повезло? За что? Этим она меня постоянно бесила.

Как хорошо валяться в кровати, понимая, что никуда не надо спешить. Хоть весь день лежи. На кухне слышу какую-то возню. Верно муж, не дождавшись пробуждения жены, принялся готовить завтрак. Понятное дело, голод – не тетка. Пора бы и мне подниматься. Только как-то лениво.

Кажется, блинами запахло. Это одно из коронных блюд моего супруга. Я, отведав их впервые, поняла, что печет он их просто божественно. Даже лучше меня. А блины я очень люблю. Особенно со сгущенкой. В такие минуты всегда вспоминаю детство. По воскресеньям мама пекла их целую гору. И мы с сестрами уплетали эти тончайшие кружева из теста, соревнуясь, в кого больше влезет. Я хоть и была средней, проигрывать никогда не любила. И если не получалось завоевать победу честным путем, шла на хитрость. Такой уж у меня характер.

Я еще раз сладко потянулась, разминая затекшее ото сна тело, и решительно откинула одеяло. Пора вставать, а то муж с сыном съедят все блины и доказывай им потом, что сегодня не планировала сидеть на диете. Как все же вкусно пахнет! Мой желудок, согласившись с моими мыслями, громко заурчал.

Нашарив на полу удобные вязаные тапочки и накинув ситцевый халат советской эпохи, отправилась совершать водные процедуры. Из зеркала в ванной на меня смотрела женщина средних лет с темно-карими глазами, пшеничными (не от природы, а от очень дорогущей краски) вьющимися волосами и с выраженной ямочкой на подбородке. Это отличие мне досталось от моего покойного батюшки. В целом внешность моя была обычная и самая заурядная.

Наскоро умывшись и почистив зубы, я, походкой голодной гиены, прокралась на кухню. Муж с сыном ждали меня. На столе на большом блюде возвышалась приличная стопка румяных блинов. В небольших блюдечках ожидает своего звездного часа сгущенка. Свежезаваренный чай с мятой разлит по кружкам. Захотелось воскликнуть фразой из известного кинофильма: «Красота-то какая! Лепота!»

Умяв суточную дозу калорий и мысленно себя поругав за это, я, убрав с кухонного стола и перемыв посуду, отправилась благодарить мужа за завтрак.

– Сереж, блины были просто восхитительные! – воскликнула я, только переступив порог комнаты. – Всегда удивляюсь, как тебе удается создавать такое божественное блюдо из обычных продуктов?!

А вы думали, я просто буркну «спасибо» и поцелую мужа в щечку? Мужчин необходимо благодарить громко и пафосно. Иначе они обидятся и перестанут готовить. Это как выработка рефлекса. Самое главное, после серии похвалы надо искренне улыбнуться, обнажая зубы. Женщина вообще должна показывать свои зубки только в двух случаях – для того, чтобы укусить мужчину, по возможности отрывая от него хороший кусок плоти, или для того, чтобы ласково улыбнуться ему, опустошая банковские карты на что-нибудь дорогое и роскошное. А чтобы у представителей сильного пола выработалось смирение с неизбежностью, надо данную улыбку тренировать на различных мелочах. Вот как сейчас.

Сегодня была суббота, а значит впереди целых два дня выходных. Если вы спросите, кем я работаю, отвечу честно – никем. Точнее я – домохозяйка. Самая обычная, жизнь которой вертится вокруг кастрюль, половой тряпки, утюга и других бытовых развлечений. Нет, раньше я работала. Но наступил момент в нашей с мужем жизни, когда мы приняли решение работать на себя. Начав вместе, как-то так само получилось, что он стал работать один, предоставив мне заботу о доме. Поэтому жизнь моя была скучна и однообразна. В ней не было интересных, захватывающих дух событий, которые случаются с другими людьми. Когда где-то в организациях плетутся интриги, собираются сплетни, начальники обманывают своих подчиненных, клиенты выплескивают свой негатив на несчастных служащих, я в этот момент ползаю с тряпкой по полу, либо варю борщ. И вполне естественно, от этого однообразия мне хотелось попросту завыть. Поэтому выходные я любила больше других дней. Ибо можно было переложить привычную для себя рутину на плечи своих домочадцев, а самой заняться чем-то более интересным. Например, сплетничать по телефону, ходить в магазин не только за продуктами, а приятными женской душе вещами, читать книги. Нет, мне никто не запрещал читать в рабочие дни, но согласитесь, в выходной все же валяться на диване с очередной книжкой в руках намного приятнее. Совесть, что ли, не так грызет.

– Леночка, – обратился ко мне муж, – какие у нас планы на сегодня? Ты случайно не хочешь сходить в кино?

Да, забыла представиться. Меня зовут Елена Хорькова, но все называют просто Лена. И в нашей семье принято проведение выходных дней планировать совместно. И советоваться друг с другом. Точнее, со мной. Но это потому, что женщина лучше знает, как проводить мужчине свои выходные. Насчет похода в кино у меня возражений не было. Дав свое согласие на культурный досуг, я отправилась собираться.

На улице было по-весеннему замечательно. Яркое солнце, слепящее глаза; грязный снег с ошметками собачьих «сюрпризов»; остатки льда на неровном асфальте, старательно замаскированные под обычные лужи; промозглый ветер, вносящий свои корректировки в прически проходящих людей. Мрачно и мерзко. Одним словом – ранняя весна.

Я заскользила на своих шпильках в сторону припаркованной машины лилипутскими шажками, стараясь держать равновесие и костеря про себя своего мужа. Вот приспичило ему именно сегодня в кино сходить?! Телевизора, что ли, мало?

Кинотеатр располагался в торговом центре. Сколько народу! Словно все, испугавшись холодной погоды, решили забиться сюда. Шумят, галдят. Дети кричат. Какая-то девочка в синей куртке и смешной шапке в виде медведя громко плачет. Ударилась, что ли? А, нет. Это мама ей отказывается очередную куклу покупать. Предлагает вместо нее конфетку. Наивная. Девочка же понимает, что сладость она и так получит, а вот куклу – нет. Я в детстве в куклы играть не любила. Никогда не понимала, зачем неживую игрушку одевать, укладывать спать? Игрушечные машинки и пистолеты – это другое дело.

Мы с мужем прошли в зал кинотеатра и заняли свои места. В этом году еще ни разу сюда не выбирались. Все никак не получалось. То дела какие-нибудь, то погода холодная, то просто было лень. И фильм нам предстояло посмотреть мистический. Про проклятия и ведьм. На коленях большая коробка со сладким попкорном. На экране заставка. И вот начался фильм. Н-да, сюжет разочаровал. Трое подростков, один из которых был темнокожий, находят подвал с потайной дверью, закрытой на массивный замок. Естественно, они его открыли и выпустили на свободу древнюю ведьму. Ее изобразили страшной и пугающей. Хотелось встать и рассмеяться. Все дело в том, что я – ведьма. Нет, я не ношу традиционные ведьмовские одеяния и украшения. И у меня нет на лице уродливой бородавки. Просто у меня есть дар.

С самого детства меня раздражало, как образ ведьмы представлялся в различных фильмах. Даже в детских сказках. Вот взять Бабу Ягу из сказки «Морозко». Если внимательно присмотреться к персонажу, то становится понятно, что образ не соответствует действительности. Человек, обладающий волшебными силами, не может быть таким страшным. Ведьмы владеют знаниями об энергии природы и человека. И они используют их во благо процветания земли.

Не сложно понять, что фильм мне не понравился. От слова совсем. На улице шел мелкий дождик. Взглянув на серое небо, стало понятно, что капать будет долго и нудно, заставляя прохожих ненавидеть весну, вгоняя их в депрессивно-обреченное состояние. Настроение, которое еще утром было радостным и безмятежным, стало меланхолично-ненавистным. Вон, даже солнце со мной согласно, спрятавшись от людей. Попался бы мне сейчас режиссер, снявший этот художественный фильм, я бы ему стукнула хорошенько чем-нибудь по его больной головушке. Это как такую ерунду можно снимать?

Уже подходя, а точнее, подбегая к машине, я заметила возле колеса припаркованного рядом автомобиля маленького черного котенка. Он дрожал от холода и смотрел на меня своими огромными глазами.

– Бедненький, – запричитала я, сразу забывая о капающем дождике, холодном ветре и потраченном на фильм времени. – Как ты здесь оказался? Ты, пожалуй, голодный?

Я, боясь напугать резкими движениями котенка, не спеша приблизилась к нему и аккуратно взяла на руки. Пушистик посмотрел на меня таким жалостливым и таким человечным взглядом, что я невольно прижала маленькое тельце к своей груди. Комочек меха задрожал и доверчиво потерся мордочкой о мое пальто.

– Сереж, – обратилась я к мужу, изображая на своем лице самую просительную гримасу из моего арсенала. – Давай возьмем его к себе? Смотри, он какой маленький. Пропадет ведь.

Муж, нетерпеливо переминавшийся у водительской двери машины, окинув нашу с котенком парочку, выдал:

– Нет, Лена. Мы же с тобой решили, больше никаких котов и кошек в нашем доме! Так что садись в машину и поехали домой. На улице холодно. К тому же, пора ужинать.

Сначала я честно канючила. Дула губки, сдвигала бровки, даже ногой топнула для сущего эффекта – муж был непробиваем. Тогда в ход пошли уговоры, шантаж, но с тем же результатом. Моего терпения с каждой минутой становилось все меньше и меньше. Раздражение зарождалось в груди и готово было вырваться на волю и показать моему дражайшему супругу, где раки весной зимуют. Но муж, не прислушавшись к голосу разума, стоял на своем. Зря ты так, любимый! Не надо злить жену! В бешеном состоянии я крайне опасна для общества, особенно мужского пола. Если бы муж сразу согласился, то я может быть еще и подумала бы – брать этого котенка домой или нет. Так что сам виноват. Я, прижав маленькое тельце покрепче к своему пальто, гордо подняла голову и уселась в машину, всем своим видом показывая, что отступать не намерена.

Видя мое нервно-агрессивное состояние, муж покачал головой и, тяжело вздохнув, занялся своими прямыми обязанностями. А точнее, сел за руль и повез нас домой. По дороге он бросал на меня взгляды, словно приценивался – передумаю я или нет. Поняв, что настроена я решительно, еще раз тяжело вздохнул и уже спокойно сказал:

– Если ты решила оставить этого котенка, то тогда надо заехать в магазин и купить для него все необходимое.

– Хорошо, давай заедем, – ответила мужу, мысленно прощая его. Но на всякий случай приняла решение подуться на него подольше. А то избалуется еще. А это вообще никуда не годится. Поэтому в зоомагазине я выбирала для котенка все самое дорогое. Муж мысленно складывал стоимость вещей в корзинке и громко скрипел мозгами. А может это у него зубы так скрипели. Но на такие мелочи я внимания не обращала. Главное, в борьбе между мужчиной и женщиной очередную победу одержала последняя. То есть я.

Уже дома, установив, что найденный мной котенок является кошкой, стали придумывать ей кличку. В итоге благодаря доброму и надежному интернету найденное черное создание стала зваться Моргана, ну или просто – Марго. Ну, а что? У черной ведьмовской кошки должно быть необычное имя.

Марго, оказавшись в квартире, тут же освоилась. Лоток использовала по назначению, от еды нос не воротила. Только все время старалась держать меня в поле своего зрения. Видимо, боялась потеряться. Засыпали мы втроем, что вызвало очередное недовольство мужа.

– Похоже, скоро мне на коврике в коридоре спать придется, – ворчал он, засыпая.

Я, погладив мягкую шерстку Марго, нежно прижала ее хрупкое тельце к себе и прошептала:

– Ну что, малышка. У нас с тобой начинается новая жизнь.

3. Серафима

Ведьма из последних сил шла по тропинке, по одну сторону от которой неровным строем стояли старые березы. Такие дряхлые, как и она сама. Жухлые красные листочки лежали неровным ковром. Вот уже показались кусты сирени. Еще несколько шагов вперед. Главное переставлять ноги и считать. Так легче. Вот и дом. Старая, покосившаяся избушка напоминала скорее груду бревен, непонятно как державшихся и грозящих обвалиться в любую минуту. Но Серафима знала, что на самом деле это не так. Эта избушка покрепче любого каменного дома будет. Ведь в строительство ее была добавлена магия многих ведьм.

Ах! Ведьма с трудом открыла дверь и зашла в дом. Сколько воспоминаний связано с ним! Но сейчас некогда предаваться ностальгии. Времени совсем мало. Ненужный уже костыль отлетел в сторону, содержимое котомки извлечено на стол. Серафима, разложив свои принадлежности, стала готовиться к обряду. Руки ее словно налились силой. Из них пропала дрожь и все действия старой женщины сейчас были точны и уверены.

– Вот и все! – громко сказала Серафима, еще раз внимательно осматривая предметы на столе, убеждаясь, что ничего не забыла. – Пора ставить точку.

Взяв нож, ведьма привычным движением сделала надрез на своей руке. Как только струйка крови, выпущенная из разрезанной плоти, устремилась наружу и медленно, капля за каплей, стала падать в стакан, наполненный волшебным зельем, Серафима стала читать слова. Сперва тихо, едва слышно, затем все громче и громче. В доме сделалось жарко и ярко. Словно тысячи свечей осветили это небольшое помещение.

Закончив читать заклинание, ведьма в несколько глотков выпила зелье. Когда пустой стакан выпал из обессилевших рук Серафимы, дверь избушки резко распахнулась и на пороге дома появилась Аглая.

– Что ты наделала, старуха! – заорала она, уставившись взглядом, полным ненависти, на Серафиму.

– Ты опоздала, – с улыбкой произнесла пожилая ведьма, медленно оседая на деревянный пол. Но сил сидеть у нее уже не было, и она легла на старые доски, по которым еще девчонкой босыми ногами впервые вошла в этот дом. – Ты ничего уже не сможешь сделать, Аглая. Моя сила, мои знания тебе не достанутся. Ты проиграла.

Серафима тихо засмеялась, а затем в последний раз закрыла глаза. «Неужели это все?» – промелькнуло в голове. Она чувствовала, что больше не может дышать. Последним отключился слух. Серафима еще успела услышать, как Аглая, подскочив к столу, что-то схватила и, наклонившись к умирающей ведьме, прошипела в ухо:

– Еще ничего не закончено, старуха!

4. Серафима

Хотя ведьма и была готова к смерти – когда тебе почти сто лет как-то уже свыкаешься с мыслью о ней, – боль в груди оказалась неприятной неожиданностью. Конечно, решаясь на обряд, она не надеялась уйти тихо и незаметно, во сне, как многие другие пожилые люди. Голову сдавило, словно щипцами, дышать было тяжело, на грудь словно кто могильный камень положил. Внутри головы что-то горячо пульсировало, грозясь разорвать мозг на мелкие кусочки. Это мешало Серафиме связно думать.

И тут резко кто-то включил разные звуки. В больную голову ворвались тысячи шумов. Лязганье, дребезжание, топот, скрежет, множество голосов. От шока я открыла глаза. Что это? Где я? Вокруг меня были странные животные, которые двигались с бешеной скоростью. Люди одеты в необычные и неприличные одеяния и имеют просто огромные размеры. Дома гигантские с множеством окон. Я закрыла глаза и попыталась успокоиться. Но громкие звуки и непонятные запахи просто въедались в мой мозг, отзываясь в нем бесконечной тупой болью. Снова открыла глаза – окружающая меня действительность не изменилась. Я решила потереть глаза руками, но вместо них увидела маленькие лапы.

А-а-а!!! Ведьма Серафима впервые в своей жизни громко заорала от страха. Что поделать, нервы не выдержали. Аглая может праздновать, пусть маленькую, но победу. Мне не удалось сохранить свое лицо. И я не знаю, кому на моем месте это удалось, если бы вместо привычных рук с пятью пальцами на каждой он увидел кошачьи лапы. И не взрослой особи, а маленького котенка. И ладно бы только лапы, но все остальное! Это вот мой хвост? Это у меня такие длинные усы? Нет, только не это! Это просто страшный сон! Я умерла, и мое тело сейчас лежит в старом доме на холодном полу. Но почему тогда я ощущаю этот холод? Почему чувствую, как капли дождя, падая на мою шерстку (как не противно это звучит), неприятно ожигают кожу?

Сколько я так вопила – одному Создателю известно. Очнулась я на мокром асфальте возле большого белого монстра. Мое тело жалось к его задней лапе. Приглядевшись, поняла, что он не живой. Так, я жива и Аглаи рядом не наблюдается. Это очень хорошо. Но лапы, хвост и усы остались. Это плохо. И что же теперь мне делать? Как разобраться и понять, что произошло со мной? Я – высшая ведьма, и мне по статусу полагается верить во все мистическое и непонятное. Поэтому в переселение душ я поверила очень легко. Это я к тому, что моя первая реакция на происходящее была весьма неадекватной лишь от неожиданности. Но одно дело верить, а другое – испытать на своем собственном теле или, точнее, шкуре.

Вариант, что мне так навредила Аглая, создав эту ситуацию, хоть и казался самым реальным, но, зная возможности ведьмы, отметался сам собой. Если бы она это умела делать, то не гонялась бы за моими знаниями, не желала бы заполучить «Книгу мертвых».

Выходит, виновница всего этого безобразия – не она. Тогда кто? Врагов у меня было много, но тех, кто обладал бы такими знаниями – ни одного. Сколько бы ни думала, найти хоть одного, самого завалящего подозреваемого так и не смогла. Пока что. Видно мозг у котенка очень маленький и много мыслей в нем не помещается. Но я обязательно во всем этом разберусь! Не будь я Серафимой!

Так, соберись! Что мы имеем? Тело маленького котенка месяцев пяти, не больше. Непонятный мир с диковинными животными. И важный вопрос: почему древний обряд, продуманный до мелочей, вместо того чтобы развеять мое тело и душу, дал сбой? Высшие силы, я – безмозглое животное! За что-о-о-о?