Жить без правил

Глава 1. Женщина – хранительница очага

Сегодня я решила целый день посвятить исключительно самой себе. Сходить в кино, на маникюр и ничего не делать по дому. Моя бабушка смогла привить мне с детства мысль, что дом – это своеобразная крепость женщины, где все должно быть идеально. А если не будет идеально, то и мужа не будет, а это считай позорное пятно на всю жизнь.

И хотя мир вокруг меня развивался и все менее зазорным считалось отсутствие мужа у женщины средних лет, но моя убеждённость в том, что нет чистоты в доме – нет мужчины только укреплялась.

Пройдя сквозь два неудачных брака, моя уверенность в себе и своих принципах заметно пошатнулась. Затем, наблюдая за подругами у которых дома я боялась пользоваться даже чашками, под благовидным предлогом их всегда перемывая, я, наконец, сообразила, что счастье от чистоты в доме не зависит.

В тот миг, когда я это поняла, мир для меня пошатнулся и я впала в глубочайшую депрессию из которой меня выводили все подруги поочерёдно дежуря рядом со мной. Смотря на себя в зеркало во время ежеутренней чистки зубов я с ужасом понимала, что прожила свою жизнь поклонялась ложным идеалам, которые привели меня буквально к разбитому корыту. Я поняла, что больше не могу доверять самой себе и своим инстинктам. Во мне раскололось и рухнуло самое главное, что составляет личность человека – уверенность.

Теперь даже выходя из магазина, я мучилась неясными сомнениями: правильно ли я купила картошку или надо было капусту? А не зря ли я потратила так много денег на продукты, которые все равно кончаться?

В общем, я напоминала не живую женщину, а настоящий комок нервов, готовый получить нервный срыв от любой неожиданности.

К счастью, переломить ситуацию мне помог муж моей подруги Ани. Поскольку она была на последнем месяце беременности, то не могла приходить ко мне так часто, как того требовала по её мнению моя затяжная депрессия. В связи с этим, она ультимативно потребовала, чтобы я ежедневно приходила к ней домой не позже десяти утра.

Ссылаясь на то, что буду мешать её семье я пыталась избежать своего присутствия в чужом доме, но под ее непосредственным напором, а также напором её мужа сдалась. В оправдание своего присутствия в чужом доме я стала выполнять работу по дому, которую Аня и раньше не любила делать, а сейчас и вовсе брезговала. За месяц, что прошёл до начала родов мы смогли провести генеральную уборку во всей квартире, наладить приготовление ужинов и завтраков для её мужа, которые он сам для себя разогревал утром и вечером.

Аня всегда передавала мне слова благодарности от её мужа:

– Наконец, хоть поест по-человечески, а то постоянно лишь бутерброды ест – я уже восемь месяцев ничего не готовлю.

Я же эти слова принимала с откровенным безразличием помятую о том, что Аня счастливо замужем вот уже восемь лет, а я за это время уже дважды развелась.

– Сама ведь знаешь, что умение хорошо готовить не гарант счастья, – всегда отвечала я на её слова.

– Не умеешь ты ключ к мужику подобрать, – со вздохом соглашалась со мной Аня.

Последний раз, когда я снова оказалась у Ани в гостях была ночь перед её возвращением из роддома. Андрей, её муж, попросил меня устроить причем в честь её возвращения. Выбор естественно пал на меня, поскольку в течении последнего месяца я научилась ориентироваться в их квартире, как в своей собственной.

Приступить к организации праздника я смогла лишь поздно вечером, потому что Андрей не смог раньше вернуться домой, и по понятным причинам дома у них никого не было:

– Извини, не мог раньше приехать, – влетая в подъезд, где я прождала его без малого тридцать минут, сообщил он мне.

– Ничего, – спокойно ответила я, напоминая себе о том, что без их поддержки я бы не пережила свой последний развод. Скорее всего выбросилась бы из окна своего пентхауза.

– Давно ждёшь? – снова переспросил он меня, открывая двери квартиры и пропуская меня внутрь.

– Не очень, – успела ответить я пока мои губы не онемели, а горло не пересохло от того что я увидела внутри. Всего лишь неделя прошла с момента отъезда Ани в больницу, но квартиру было просто не узнать.

Казалось, что по квартире прошёл торнадо, вывернув все ящики, всю одежду на пол. На кухне я увидела горы немытой посуды и поняла, что и ночи не хватит, чтобы привести все в порядок. Первоначальная радость от возможности навести идеальный порядок переросла в панику и истерику:

– Я не убирался, если честно, времени не было, – слегка извиняясь, ответил на мой немой вопрос Андрей. – Но я готов помогать тебе в уборке.

– Я не убирался, если честно, времени не было, – слегка извиняясь, ответил на мой немой вопрос Андрей. – Но я готов помогать тебе в уборке.

– Тебе придётся, – снимая с себя пальто, произнесла я. – Иначе мы не успеем до утра, а её хватит удар, если она увидит все это.

Первые два часа мы работали с энтузиазмом, ещё час я работала лелея идею о том, что скоро все это кончится, но в час ночи я поняла, что впереди нам предстоит провернуть ещё столько же работы, а ведь нужно было ещё успеть приготовить еду для гостей.

Руки безвольно опустились и я села на подвернувшийся мне стул:

– Мне кажется, мы переоценили свои возможности, – с горечью произнесла я.

– Знаешь, давай закажем пиццу, – внёс рациональное предложение Андрей. Приняв разумность данного предложения я с энтузиазмом согласилась, попросив заказать ещё какой-нибудь слабоалкогольный напиток.

Утро мы встретили так и не сомкнув глаз, но в прекрасном настроение. Все вокруг блестело, а на плите и в духовке уже готовились блюда, любимые Аней.

– Не представляю, чтобы я без тебя делал, – ставя пылесос в кладовку и садясь за стол, чтобы допить остатки вина сообщил мне Андрей. – И не понимаю, чего от тебя мужики бегут.

– Знаешь, не в чистоте счастье, – со смехом ответила я. Впервые я могла шутить на эту тему, видимо сказывались чужие алкогольные градусы в моей крови.

– Не чистота и еда для мужика главное, – согласился со мной Андрей. – Что-то по тебе так и не скажешь, – снова сказала я.

– Я другое дело, – отводя взгляд, ответил мне Андрей. – И чем это ты другой? – нахально задала я вопрос, хотя в обычном бы своем состоянии никогда не стала лезть в душу к чужому мужчине.

– Я, знаешь ли, люблю секс, люблю дурачиться, люблю свободу. А если я домой попадаю как в больницу, где все блестит, то меня это угнетает.

– Ну вот мы и нашли причину несчастий в личной жизни, – со смехом ответила я.

– Нет, ты просто серьёзная очень, – снова не согласился со мной Андрей. – Ты как мужчина постоянно думу думаешь. А женщины они же ветреные, – повёл он рукой из стороны в сторону, – они думают только о сегодняшнем дне.

Все время, что шли встречи из роддома, праздник в честь родившейся малышки я постоянно обдумывала слова Андрея. Неужели он прав, в том, что мне не хватает лёгкости? А может быть я и в постели не очень?

Отведя меня в сторону, Аня спросила:

– Что с тобой сегодня? Ты словно сама на себя не похожа. Случилось что-то?

– Нет, просто твой муж сказал, что мне надо быть ветренее… – со вздохом ответила я.

– Не слушай ты его, – нахмурила брови Аня, – вот может быть имидж бы тебе и стоило изменить. А ветрености у тебя достаточно. За своего второго мужа ты выскочила через пару месяцев после знакомства. Помнишь?

Все ещё размышляя над словами четы Новиковых я побрела домой, наслаждаясь не по-зимнему тёплой погодой. На часах было всего лишь четыре часа дня, домой не хотелось, душа рвалась к переменам. Мне надоело быть несчастной.

Проходя мимо моего любимого магазина товаров для дома, я решила зайти и купить себе что-то, что могло бы поднять настроение, но обойдя весь магазин так ничего и не нашла. Снова оказавшись на улице, я заметила вывеску салона красоты, которую обычно просто игнорировала.

Мои длинные волосы по моему убеждению не требовали ничего кроме шампуня, потому отрастив их до поясницы, я решила перестать даже ровнять кончики, благоразумно отрастив чёлку, чтобы и ради нее не пришлось ходить к парикмахеру.

– Вы по записи? – спросила меня вежливая администратор.

– Нет, честно говоря, просто мимо шла. А есть свободные мастера? – неожиданно для смой себя, спросила я.

– А вы стрижку хотите или маникюр? – деловито листая записи спросила она меня.

– А можно все сразу? – тут же нашлась я, определив по времени, что сразу после можно будет лечь спать и, наконец, перевернуть страницу очередного нудного дня. Меня проводили в светлый зал, где не было ни посетителей, ни парикмахеров.

– У нас в это время обычно пусто, – усаживая меня в кресло, проговорила администратор. – Сейчас стилист подойдёт. Ещё минут десять ушло на то, чтобы дождаться мастера, который явно не спешил выполнять свои трудовые обязанности. Это меня немного задело и я снова стала сомневаться в том, зачем я вообще пришла сюда.

– Что хотели бы изменить? – вдруг появившись из ниоткуда спросила меня мастер.

– Здравствуйте, – автоматически улыбаясь ответила я, – хочется что-то поменять в облике, но не знаю что именно и не знаю насколько кардинально.

Представив, что мне сейчас предложат покрасить волосы в розовый цвет я внутренне напряглась, потому что только сейчас заметила как выглядела мой стилист. Наверное, она высоко котировалась среди тинейджеров – сатанистов: неровно выбритая часть волос, пирсинг и в носу и в пупке.

И почему я это вижу, ведь сейчас зима и она должна быть в свитере, а не в короткой маячке?

– Вообще вы хорошо выглядите, – продолжая рассматривать меня сказала она, – а почему вы решили измениться?

– Прихожу в себя после развода, – через силу произнесла я. И тут же поняла, что я не спала почти сутки, да ещё и ночь всю пьянствовала, стоило ли в таком состоянии принимать решения по поводу своей внешности?

Но было уже поздно что-то менять, потому что мой мастер снова обратилась ко мне:

– Давайте мы с вами цвет волос утемним, тогда ваши голубые глаза будут казаться ярче? Длину мы менять не будем, сейчас она на вес золота. Обычно все стараются нарастить волосы, да подлиннее, а у вас свои шикарные.

– Хорошо, – согласилась я, радуясь тому, что мне не предложили ничего экстраординарного.

Выйдя из салона красоты после трех часового общения по душам с девушкой – мастером, я вдруг заметила, что жизнь стала немного лучше. Проникшись взаимным уважением и некоторой долей симпатии мы договорились, что следующий свой визит к ним я запланирую на следующую неделю.

– Нечего проводить все время на кухне, – провожая меня сказала Алла, которая больше не казалась мне представителем оккультных наук. – Ты прежде всего женщина, а уж потом домработница.

Надо сказать, что с Аллой нам удалось подружиться. После того, как я была у нее несколько раз мы решили сходить в бар неподалёку, где убедились в том, что у нас и правда много общего.

– И кто тебе внушил, что для мужчины главное домашний уют, – смеясь выговаривала она мне. – Им важно, как женщина с ними рядом выглядит, да как она в постели ведёт себя. Не будь бревном!

– Да я вроде не бревно, – отнекивалась я, – и потом с этим, наверное, уже ничего не изменить. – Брось, – махнула на меня рукой Алла, – в салон красоты впервые за пять лет записалась и на курсы гейш тоже запишешься. Я тебе скажу, куда именно нужно записаться, – снова со смехом ответила она мне.

На полгода со дня рождения дочери Аня снова пригласила меня в гости. В этот раз мне не пришлось наводить порядок, а лишь чинно сидеть за столом. Все эти шесть месяцев я по большей части проводила дома одна, наотрез отказавшись с кем-либо встречаться, а также в баре с Аллой, которая вела программу моего «оженстливания».

По её мнению в это понятие входило обязательное посещение салона красоты, маникюрного мастера и спа-салона не менее двух раз в месяц: – Ты девушка обеспеченная, так что сможешь себе позволить, – отмечала она, записывая пункт за пунктом. – Да и на курсы гейш также ходи не пропускай, поверь, это очень сильно поднимает самооценку.

Потому пройдя курс молодого бойца, то есть женщины, я в обновлённом варианте предстала перед моей подругой. Чувствуя себя намного увереннее с момента нашей последней встречи я надеялась, что и она это сразу отметит. К тому же мы не виделись с ней почти шесть месяцев, так что изменения во мне должны просто бросаться в глаза.

Однако просидев почти весь вечер бок о бок мы так и не затронули интересующую меня тему, сфокусировав наше внимание на том, что когда и как именно сделала её дочь. Лишь вовремя десерта, когда её муж удалился проверить как спит ребёнок она сказала:

– Ты просто незабываемо выглядишь. Куда пропала та заплаканная девушка, что провела у меня в гостях целый месяц? Рассказывай, что случилось? Ты встретила своего единственного? Принца на всю жизнь?

– Нет, как раз напротив, – со смехом, ответила я. – Я перестала искать и просто наслаждаюсь собственной компанией.

– Ты шутишь? Ты просто так вдруг стала следить за собой? Никто так не делает, женщина всегда наряжается и красится только для кого-то!

– А вот хорошо бы, – внезапно заходя в кухню, сказал Андрей, – чтобы вы всегда следили за собой, независимо от мужчины в вашей жизни.

– Ну-ну, – это же экономически неэффективно, – не согласилась Аня. – Ты вообще, представляешь, сколько на косметику денег уходит!

– То есть ради мужчины вы готов тратиться? Знаете, а ведь мужчины поступают ровно наоборот. – Правда? – удивлённо спросила я.

– Правда, – кивнул он, – мы сначала делаем все для самих себя, а делимся излишками. Это называется здоровый эгоизм. Живя по вашей схеме, девочки, можно себя растерять и ни с чем остаться. Вы не боитесь?

И с этими словами он покинул кухню. Переглянувшись мы с Аней одновременно покрутили пальцем у виска, но тень сомнения в нашей душе зародилась. И теперь я стараюсь думать сначала о собственном благополучии, а уж потом о благополучии других людей и мужчин, в том числе. Даже сама цель выйти замуж для меня вдруг стала менее значимой и жить стало сразу как-то легче. Теперь я отношусь к себе не как к бесплатному приложению к мужчине, а как к женщине со своими собственными потребностями, своей жизнью, правилами и принципами, которые служат для удовлетворения собственных целей.

Глава 2. Жена должна быть послушная, но делать все по-своему

Сегодняшнее утро встретило меня снегопадом, за которым я с удовольствие наблюдала стоя у окна. В связи с моим интересным положением мне можно не ходить на работу, а просто наслаждаться покоем и тишиной опустевшего дома.

Муж ушёл на работу, свекровь к счастью, наконец-то от нас съехала. Узнав о моей беременности она решила, что мы без нее не справимся и озолотила нас сначала приготовлением обедов и ужинов, а затем и вовсе переехала к нам, мотивируя это тем, что так будет удобнее следить за домом.

Надо сказать, что чувствовала я себя прекрасна и в сторонней помощи совершенно не нуждалась. Однако, моя свекровь, с которой у нас были вполне дружеские отношения решила по-другому. Я кротко восприняла её переезд к нам, чтобы не быть источником конфликтов и недопонимания в нашей семье. Видя, что переезд мамы к нему домой немного беспокоит моего благоверного я решила подождать. Как это обычно случается, у мужа наконец сдали нервы.

При моем молчаливом согласии он объяснил своей маме, что хочет жить один со своей семьёй, а так он даже сексом боится со мной заниматься, чтобы не нарушить её покой. Эта причина мне понравилась больше всего, да и свекровь тут же приняла этот аргумент и срочно собравшись поздно вечером вернулась к себе домой.

Вымотавшийся после разговора с мамой Саша тут же уснул блаженным сном в моих объятиях, о выполнении супружеского долга даже не вспомнив. Именно так, руками мужа я старалась на протяжении всего брака решать собственные задачи. Пустив максимум сил на правильный выбор мужа теперь я могла пожинать плоды – отсутствие ссор и полное взаимопонимание царили в нашем доме. Правда это требовало немалых сил и терпения. Очень часто мне приходилось просто выжидать, когда правильное решение наконец-то придёт к нему в голову или из миллиона предложенных мной вариантов он выберет нужный для меня.

Естественно, иногда я ошибалась и предложенный вариант развития ситуации мужем был лучше моего. Но не скрою, такое случалось крайне редко. Ещё одним плюсом, было то, что Саша считал, что все решения он принимает исключительно единолично, а я просто послушно внимаю его словам.

Часто встречаясь с друзьями я слышала, как муж гордо говорит: «Я все решения принимаю сам, правда, котёнок?». А я всегда с радостью соглашалась с этим, но настаивала, чтобы все решения он принимал только после обсуждения со мной. По мере увеличения срока беременности я поняла, что моё терпение становится все меньше и меньше. То и дело мне хотелось, чтобы мои желания были исполнены прямо сейчас, сию же минуту, а не «спустя сто лет». Посоветовавшись с врачом о моем эмоциональном состоянии я получила краткий ответ: «Гормональный дисбаланс». Вот так просто и сделать ничего невозможно – само пройдёт, когда ребёнок родиться. Придя домой, я честно сообщила мужу, что теперь у меня будут эмоциональные взрывы, плохое настроение и ярость. Посмотрев на мою воинственную и округлившуюся фигуру он проговорил:

– Хорошо, я буду стараться терпеливо относится к этому. Потом же все станет по-старому? – переспросил он озабоченно.

– Врач обещал, – прижимаясь к нему ответила я.

Несмотря на свое изменённое состояние я все также просыпалась рано утром, чтобы приготовить моему мужу завтрак и развлечь его беседой, чтобы он поскорее проснулся. Сама я ненавижу тихо перемещаться по полутемной квартире, стараясь никого не разбудить, потому для мужа всегда устраивала праздничное утро. В конце концов отоспаться можно будет и после его ухода.

Каждый вечер ровно в семь часов я накрывала на стол и готовила ужин. Теперь, не ходя на работу я могла посвятить этому гораздо больше времени, чем раньше, а значит и ужин был намного более продуманным.

Договорённость о том, что ужины у нас будут каждый вечер в одно и тоже время мы заключили достаточно давно – ещё до замужества. Как Саша, так и я верили в семейные ценности и решили, что нужно сделать все возможное, чтобы нам не захотелось через пару лет развестись друг с другом или начать изменять.

Возможно, это было связано с тем, что у нас обоих родительские семьи не были счастливыми примерами. Мои родители развелись, а его родители хоть и сохранили брак, но практически не общались друг с другом до самой смерти его отца. Наевшись с лихвой постоянных ссор дома, мы всей душой стремились создать спокойную семейную идиллию, где нам не придётся прятаться за наушниками и слушать беспрестанно музыку, прячась от реальности в вымышленном мире. Видя опыт наших родителей мы смогли составить ряд правил, который как нам казалось, должны были спасти нашу семью от распада.

Сейчас, спустя несколько лет после нашей женитьбы я была склонна считать, что нам удалось заложить фундамент нормальных семейных отношений. Это касалось всех сфер жизни, а не только благостной обстановки за совместными ужинами. Выполнению супружеского долга мы также посвятили немало времени. Здесь для нас было наиболее важным сохранить пыл, страсть и влечение друг к другу. Чтобы желание заниматься любовью друг с другом пересиливало желание попробовать что-то новенькое с другим человеком.

Многие знакомые, да и друзья говорили нам, что это нереально. Больше того, большинство из них просто смеялись над нашим замыслом. Потихоньку мои подруги, моя мать и даже моя свекровь старались отвести меня в сторонку и прошептать:

– Да пусть мужик перебеситься. Чем больше его будет мучить совесть, тем больше он сделает по дому и подарит тебе подарков.

Саша сказал, что мужчины объясняли ему то же самое, но другими словами: – Вот побудешь с другой, и жена снова покажется тебе раем. Главное надёжные тылы!

Приняв решение не обращать внимание на досужие домыслы окружающих мы пошли своим путём, который требовал от нас усилий. Новизна отношений действительно проходит – от этого никуда не денешься, но если не сводить любовные отношения к ежедневно повторяющимся простым движениям, то глубина и острота ощущений намного превосходит новизну по уровню наслаждения.

Это требовало усилий, подготовки, размышлений, но методом проб и ошибок мы нашли свой путь. Пройдя кризис отношений, который случился у нас через три года после свадьбы мы пришли к выводу, что другие просто не хотят работать над собой, считая, что в браке должно получаться все само собой.

– Слабаки, – поднимая бокал вина, в тот день, когда мы осознали, что кризис в наших отношениях позади, сказал муж.

– Согласна, но без их опыта не было бы успеха у нас, – поднимая свой бокал, сказала я.

Через три года после замужества нам внезапно стало не о чем говорить друг с другом. Было такое ощущение, как будто мы уже все рассказали друг другу. Причём к своему стыду мы заметили это не сразу, а спустя лишь несколько месяцев. Я стала ловить себя на том, что уже не жду по вечерам Сашу, а лишь механически готовлюсь к его приезду, а он понял, что готов задержать на работе, потому что нашлись дела поважнее. В тот момент, когда я наконец-то, сознательно поняла, что мои чувства остыли я тут же позвонила ему и сказала:

– Нам надо поговорить, постарайся приехать сегодня ровно в семь вечера, не опаздывай!

Весь день я потратила на то, чтобы вспомнить, как именно я готовилась к нашим встречам, когда мы ещё не были женатой парой. В результате, собрав воедино все свои знания, мужа я встретила с лёгкими закусками в очень неприличном одеянии. В программе были массаж, ванна с лепестками, столь любимые многими мужчинами свечи и, конечно же, я.

Помню, что он удивился и не был готов к такому приёму, явно настроившись на то, что нам нужно поговорить, а не заняться физическими упражнениями. Однако спустя несколько часов и запечённой в духовке утке по рецепту его матери мы смогли обсудить сложившуюся ситуацию, а также возможные варианты выхода.

Поиском информационных поводов для общения после этого занялась я. Он же обещал мне начать делиться своей рабочей информацией, о чем ранее я и мечтать не могла. Вот именно так мы и шли сквозь небольшие штормы к нашему семейному идеалу. Хотя не скрою, что наибольшие затруднения у нас вызвали бытовые вопросы. Я не умела и не любила гладить брюки, он не умел пользоваться молотком. Я не хотела общаться с сантехниками, а он соответственно чинить трубы собственноручно. Вопросы по выносу мусора, мытью посуды и приготовлению пищи удалось разрешить простым способом – все это делала я. К счастью, мне это нравилось.

Не став спорить с мужем, чтобы снова не оказаться по две стороны баррикады я пришла к выводу, что нужно найти какой-то нейтральный вариант, удовлетворительный для нас обоих: – А что если ты будешь общаться с сантехником, когда он придёт, чтобы мне не пришлось выслушивать его приставания и жалобы на жизнь? – спросила я как-то за ужином. – Ты думаешь, что они словно из взрослых фильмов приходят к женщине и тут же предлагают расплатиться натурой? – усмехнулся мой любимый. – Не думаю, а знаю, что такие люди встречаются, – наливая в стаканы апельсиновый сок и садясь за стол произнесла я.

– Это правда? – переспросил он, откладывая вилку.

– В общем да, – удивлённо кивнула я, – когда я жила одна только так и было. А почему ты удивлён?

– Я думал так, только в фильмах бывает, – со смехом ответил он и тут же добавил, – хорошо, и вызывать и принимать работу буду я сам.

– Прекрасно, – кивнула я.

Иногда мне приходилось не так явно показывать предпочтительный вариант, а давать несколько вариантов, чтобы Саша не чувствовал безвыходности своего положения. Так, выбирая подарок моей любимой свекрови мне пришлось перебрать несколько сотен подарков прежде, чем мы смогли сделать свой выбор. В том числе пришлось начать поиск и предложенных моим супругом сноубордов для пожилых, фонарика – электрошокера, который может пригодиться ей на даче тёмными ночами, а также путёвки по Золотому кольцу России, где она была несколько раз.

И лишь спустя полторы недели Саша наконец-то смог сделать выбор в сторону сервиза, который явно хотела его мама, подолгу стоя перед витриной магазина, где он был выставлен. Правда ни она, ни её сын не хотели признавать наличия некоторой связи между сервизом и её нахождением прямо перед ним в огромном торговом центре на протяжении нескольких дней. Всегда находились отговорки типа «что-то попало в туфель и мне пришлось остановиться» или «там как раз находятся экскаваторы, где мы договорились встретиться с подругой».