(Не) моя свадьба

Глава 1. (Не) мой ребенок

– Это не мой сын, – прогудел Баграт в лицо маленькой нахалке, державшей на руках малыша. – Не может быть мой, мы с тобой не спали!

Он смотрел в ее карие глаза и диву давался: как только у нее хватило наглости утверждать невозможное с таким уверенным видом? И где – на свадьбе у его брата. Нашла время для подобных обвинений, ничего не скажешь.

Подошел на свою голову к скучающей в одиночестве девушке. Пожалел, решил развеселить, а она вон что удумала – навесить на него отцовство. Надоело быть матерью-одиночкой? Дал же бог родственницу. Но с ним такой номер не пройдет.

Милана прижала к себе малыша плотнее и бросила на Баграта такой обиженный взгляд, будто он ей должен как минимум миллион.

– У тебя точно амнезия, – прошипела она, ничуть не стесняясь. – Или тебе просто невыгодно признавать очевидное. А знаешь что? Нафиг моему Пашке такой папашка не сдался. Так что иди-ка ты отсюда, пока я тебе блюдо с шашлыком на голову не надела!

Она сказала это громко. Достаточно громко, чтобы редкие гости, которые не успели выйти на улицу подышать воздухом после заводного танца, стали на них оборачиваться. Тут-то до Баграта и дошло, что зал ресторана – не место для подобных разговоров.

Но уходить от нее так просто он не собирался уж точно.

– А ну, пойдем, поговорим наедине, – прорычал, хватая Милану под локоть.

– Отпусти! – фыркнула она, давая понять, что никуда с ним не пойдет.

Только Баграт не из тех, от кого можно так просто отвязаться, тем более не после подобных обвинений.

– Если не пойдешь сама, я сейчас тебя вместе с ребенком на руки возьму и унесу на глазах у всех. Хочешь?

Он вполне мог это сделать, в девчонке и веса-то наверняка от силы килограммов пятьдесят, учитывая ее хрупкую фигуру. Плюс малыш, который весит не больше пушинки. Сам же Баграт отличался высоким ростом и крепким телосложением.

Милана опешила, уставилась на него круглыми глазищами.

– Не надо, – пропищала она испуганно.

– То-то же. Пошли, – процедил он, поднимаясь из-за стола.

Милана посадила малыша в слинг, закрепила на себе хитрое устройство и наконец соизволила встать.

Баграт повел ее через зал к коридору, ведущему в административную часть.

– Эй, Баграт, – раздался со стороны голос одного из гостей, – ты перепутал девушку. Надо красть невесту, а не ее сестру!

Шутник нашелся.

Баграт проигнорировал возглас подвыпившего приятеля, повел Милану вон из зала.

Вскоре они оказались в коридоре, и Баграт зашагал прямиком к комнате отдыха для персонала. Он был прекрасно знаком с этим местом, ведь помогал брату в организации свадьбы и отвечал за ресторан.

Он привел Милану в комнату, указал на псевдокожаный голубой диван и велел:

– Садись, рассказывай.

Сам схватил стул и устроился напротив.

– Что рассказывать? – Она вытаращилась на него своими огромными глазищами.

– Почему ты обвиняешь меня в том, что я отец твоего ребенка? Я не помню, чтобы я с тобой спал.

Это было чистейшей правдой. Баграт, конечно, любил покутить, к тридцати двум годам успел сменить не один десяток подружек, даже не пять десятков. Да, пользовался успехом у женщин и нагло этим злоупотреблял. Жгучий брюнет, при деньгах, обаятельный – все козыри были у него на руках.

Помнил тех, кого стоило помнить. Но такую, как Милана, уж точно не забыл бы. Ведь, если не брать в расчет вздорный характер девицы, внешне она супер – полные губы, большие глаза, густые русые локоны, да и фигура не подкачала.

– Хватит сочинять, – прогудел он хмуро. – Между нами ничего не было.

Милана вперила в него обиженный взгляд, немного попыхтела и принялась выдавать информацию:

– Я ничего не сочиняю. Помнишь празднование годовщины Киры и Левона в позапрошлом году? Это случилось ночью после праздника. Ты вошел ко мне в спальню и…

– Стоп! – сказал он с нажимом.

Баграт помнил то время.

Вместе с братом ездил встречать Милану в аэропорту за день до праздника. Ведь она, как и ее сестра, родом из Анапы.

Она понравилась ему с первого взгляда – яркая девушка. Но к тому же безумно молодая. Ей тогда, кажется, только-только исполнилось восемнадцать. Баграт таких не любил – наивные, глупые, мечтающие о всякой ерунде типа любви до гроба и прочей ереси. К тому же совершенно неумелые в постельных делах. Хотя тут как повезет. Он предпочитал девушек постарше, чтобы понимали, на что идут, ложась с ним в постель.

К тому же Милана – не просто какая-то там юная красавица. Она – младшая сестра жены брата, а значит, по умолчанию не подходила на роль любовницы. А большего Баграт ни одной девушке пока не предлагал, да и не собирался.

Не мог он так просто уложить ее в постель и потом забыть. Или все же мог? Нет, он себя знал.

– Думаю, ты меня с кем-то спутала, – проговорил он уверенным голосом. – На помолвке у Левона была куча гостей, мало ли кто зашел к тебе.

– Я, по-твоему, слепая, что ли? – возмутилась она. – Не отличу одного мужчину от другого?

– Тогда почему я этого не помню? – спросил он с прищуром.

– Может потому, что пить надо меньше? – фыркнула она.

– О чем ты говоришь, женщина? – тут же оскорбился он. – На праздновании помолвки я был трезв как стекло.

– Не был, – покачала головой она.

Память услужливо напомнила Баграту, сколько всего он продегустировал во время застолья и как на следующее утро у него болела голова.

«Эм… переспал с ней по пьяни?»

Баграт почесал затылок, прикидывая, мог ли и вправду так накуролесить. По всему выходило, что мог, вон каким недовольным взглядом окидывала его Милана. И правда, зачем бы ей так сочинять?

Однако для секса нужны двое, и ответственность несут тоже двое. Пусть и с неохотой, он допускал, что мог пристать к ней по пьяной лавочке, однако и она хороша, ведь зачем-то согласилась.

– Ладно я, но ты… – проговорил он обвинительно. – Ты куда смотрела? Как получилось, что легла со мной? Или тоже была под этим делом?

Баграт показательно щелкнул указательным пальцем себе по подбородку.

– Я, вообще-то, не пью! – зафырчала Милана. – Я была абсолютно трезвая…

Он ни капли ей не поверил. Посмотрел свысока и с усмешкой спросил:

– И по какой причине ты такая абсолютно трезвая согласилась со мной переспать? Ведь согласилась же?

Глава 2. И как она такая абсолютно трезвая согласилась с ним переспать…

О, Милана великолепно помнила, как так вышло, что позволила Баграту то, чего до этого никому не позволяла.

Она больше года крутила в голове давние события, поражалась тому, какой наивной глупышкой тогда была. Шаг за шагом, фрагмент за фрагментом восстанавливала в голове те выходные, когда они познакомились. Представляла, что бы сделала тогда, сумей она каким-то чудом вселиться в прошлую себя с теперешними знаниями и мозгами. Да только нет такой силы у человека – перемещаться в прошлое. К ее великому сожалению, это невозможно.

После всего случившегося она разом поумнела, стала не по годам мудрой, да только поздно…

Все началось в тот день, когда ее сестра, Кира, позвонила и счастливым голосом сообщила: «Мы с Левоном решили пожениться!»

Кира уехала в столицу из родной Анапы два года назад, но сестры не потеряли связи, общались почти ежедневно.

После того как Левон сделал Кире предложение, они наведались в Анапу для личного знакомства с Миланой. Жених сестры ей понравился, показался достойным.

А через несколько недель Кира прислала приглашение на официальную помолвку: «Приезжай, сестра, покажу тебе Москву, познакомлю с будущими родственниками».

Милана и без личного знакомства будто уже знала семью Левона. Кира не скупилась на рассказы про жениха, его родню, а заодно и на фото. Счастливая она с Левоном под ручку в парке, в ресторане, с его мамой, папой… братьями.

Вот на одном из таких общих фото Милана Баграта и увидела. Левон и Баграт Саркисяны на этом фото стояли вместе, а Кира посередине. Братья были похожи – оба рослые, крепкие, с черными глазами и волосами, красивые по-мужски. И в то же время Милана не понимала, как выбирая между ними, можно предпочесть Левона. Совершенно очевидно, что старший брат, пусть они и погодки, гораздо более обаятелен и привлекателен.

Фото ей очень понравилось.

Позже Милана без труда нашла Баграта в соцсетях, где он выложил массу снимков и видео из поездок, а объездил он, судя по всему, полмира.

Баграт в горах в прикиде скалолаза.

Баграт в спортзале с гантелей наперевес.

Баграт в Париже рядом с Эйфелевой башней.

В старинном авто на Кубе. В шезлонге на пляже. В своей московской квартире…

Заочно он ей показался интересным и многогранным человеком. Очень привлекательным внешне, но вместе с тем абсолютно недостижимым.

Милана жила в своей маленькой Анапе, вела скромный образ жизни. И даже не мечтала, что когда-нибудь такой мужчина, как Баграт, обратит на нее внимание. Пусть сестре и повезло стать невестой его брата.

Однако в день, когда Милана прибыла в Москву, все изменилось. В аэропорту ее встретил именно Баграт, приехавший вместе с Левоном. Так сложилось, что Кира была занята на работе, и братья вызвались стать ее сопровождающими.

Неожиданная встреча подействовала на Милану как взрыв фейерверков. Она смотрела на Баграта и не могла насмотреться, ведь вживую он показался ей даже лучше, чем на фото. К тому же вкусно пахнул морской свежестью, будто только что вылез из воды.

«Наверное, у него какой-то особенный парфюм», – решила она тогда.

А как он себя с ней вел…

Миланочка, хочешь то, Миланочка, хочешь се и с подвыподвертом. Позволь, я тебе помогу забраться в машину, ой, что ж ты удумала сама тащить чемодан, а ну, дай сюда, помогу. Не желаешь ли кофе в дорогу? А какой кофе ты любишь? Где ты учишься? Нравится ли тебе Москва?

Милана в жизни не получала столько мужского внимания, сколько дождалась за одну лишь поездку из аэропорта до дома семьи Саркисян.

Она к такому не привыкла. Мужчины вообще в ее жизни скорее отсутствовали, нежели присутствовали. Росла без отца – с мамой и сестрой. В школе с мальчиками не встречалась. Когда поступила в университет, пробовала ходить на свидания с однокурсниками, но все они не шли ни в какое сравнение с Багратом.

Тогда Милана подумала – случилось.

То самое, особенное, чего ждет каждая девушка – взаимная симпатия, которая, возможно, переродится в большое чувство.

Поездка длилась час, и за этот час Милана практически уверилась в том, что приглянулась Баграту. А он ей уже заочно очень нравился.

Дурочка! Наивная глупышка…

За всем этим флером она не разглядела истинную натуру двуличного вруна.

Той ночью Кира с Левоном остались ночевать у его родителей, ведь отмечали помолвку в их загородном особняке.

Милана также осталась там. На свою бедовую голову.

Ей выделили роскошную спальню на втором этаже. Комната была отделана в нежный оливковый цвет, здесь даже покрывало на кровати и то оказалось в тон обоям.

Большая постель на поверку оказалась мягкой и удобной, но от переизбытка полученных за день эмоций Милана прокрутилась на белоснежных простынях чуть ли не час. Перед глазами стояло улыбающееся лицо Баграта, вспоминались моменты, когда он на нее смотрел, говорил комплименты. Их она от него за вечер услышала немало.

Через некоторое время Милана сдалась, отправилась в ванную. Она долго стояла под горячим душем в надежде, что это поможет заснуть, ведь завтра ее ждет новый день в компании семьи Саркисян. Вышла, завернутая в пушистый белый халат, который ей выдала домработницу, подошла к зеркалу расчесать волосы. Да так и застыла с расческой в руках, увидев в отражении, что ее кровать занята.

И кем!

Его Величеством Саркисяном собственной персоной.

Баграт завалился в кровать, не потрудившись раздеться.

Поначалу ей даже показалось, что он спит, хотя в комнате ярко горел свет. Похоже, это обстоятельство ему нисколько не помешало.

Милана подошла к лежавшему на спине незваному гостю, легонько тронула за теплую руку:

– Баграт… – позвала тихо.

И тут он открыл глаза. Сфокусировал внимание на ней и несколько бесконечно долгих секунд прожигал ее взглядом.

Милана шагнула назад, не зная, что делать. Собралась было поискать Киру.

Однако в этот момент Баграт заговорил, хищно ее разглядывая:

– Ну привет. Не ожидал такого подарка.

– Какого подарка? – не поняла она, смущенно стягивая на шее ворот халата.

– Царского… – рыкнул он.

А потом события начали развиваться с ужасающей скоростью.

Секунду назад он просто лежал, а потом – бац! – и вот уже она лежит на той же самой кровати, а над ней возвышается мужчина ее мечты. Еще секунда – и ее губы смяты его губами, а руки заведены за голову.

О, она могла бы закричать. Наверное. В теории.

Но не закричала, потому что поцелуй оказался настолько приятным, что отодвинул на второй план все прочие обстоятельства.

Баграт не ограничился ее губами, очень скоро он стал целовать ее шею, добрался до чувствительного местечка на ее правом ухе.

Ее целовали раньше, но чтобы так… Нет, таких жарких поцелуев ей еще ни разу не доставалось.

С телом Миланы начало твориться что-то невероятное. Губы горели, в груди жгло, а внизу живота пульсировало тягучее желание чего-то большего, намного большего.

– Ты такая красивая, – шептал он ей на ухо. – Сводишь меня с ума. Я от тебя балдею…

Милана млела, слушая его нежные слова, и плавилась от его поцелуев.

Однако когда она почувствовала, как он резко потянул за пояс халата, все же вскрикнула:

– Баграт, не надо…

Он мгновенно обиделся, запыхтел.

– Ты разве не за этим ко мне пришла?

– Это ты пришел! – возмутилась она.

– Что я, свою спальню не узнаю? – рыкнул он недовольно.

Тут-то она и поняла, что Баграт не совсем в адекватном состоянии.

А потом он снова начал ее целовать, и Милане вдруг стало все равно, кто к кому пришел и чья это комната. Слишком хорошо ей было в его объятиях, слишком сильно захотелось того, чего раньше еще никогда не испытывала.

Баграт в считанные минуты превратил ее тело в оголенный нерв, обострил чувства до предела. Она и понять не успела, как он так ловко вытащил ее из халата, а заодно и разделся сам. Ощущать прикосновение его тела к своему было фантастически приятно.

Впрочем, удовольствие очень быстро закончилось.

Когда Милана поняла, что сейчас дойдет до самого сокровенного, шепнула Баграту на ухо:

– У меня раньше никого не было…

Ожидала какой-то реакции, бережного обращения.

Но он лишь сказал:

– Ага.

Натянул резинку и припечатал ее собой к кровати.

После того как Баграт взял барьер, нежничать совершенно перестал. Дальнейшее напоминало Милане какую-то дикую скачку, причем болезненную. Она пыталась ему сказать, чтобы сбавил темп, но он то ли вовсе ее не слышал, то ли слишком увлекся процессом. Вышло как вышло.

Не такого она ожидала от самого первого раза, не об этом мечтала.

К счастью, все закончилось быстро.

А потом он и вовсе уснул.

Прямо на ней!

Милана еле как из-под него выползла, побрела в ванную со слезами на глазах.

Она снова долго стояла под душем. Тщательно себя успокаивала.

Ну и что, что первый раз получился ужасный. Первый блин всегда комом, так вроде бы люди говорят. От подружек слышала, что первый сексуальный опыт по определению не может быть хорошим. Это мучение, через которое должна пройти каждая женщина. Почему с ней должно было быть по-другому?

Ее не слишком беспокоило, что она лишилась невинности. Времена уже не те, теперь совершенно не обязательно хранить девственность до свадьбы. Но вот что ее действительно волновало – это что о ней подумает Баграт. Еще решит, что она легкодоступна. Но ведь он стал ее первым мужчиной, вдруг оценит. К тому же он весь день вокруг нее вился, наверняка не просто так.

Все же выбираться из ванной было дико неловко. Лицо Миланы раскраснелось от горячей воды и жгучего стыда.

Однако очень скоро она обнаружила, что стыдиться не перед кем. Ночного захватчика ее постели и след простыл.

Ушел к себе? Почему? Хотел дать ей спокойно поспать или побеспокоился, чтобы его тут никто не застукал?

Милана не на шутку разнервничалась. Но решила, что завтра с ним поговорит, ведь на второй день ее пребывания в Москве планировалось множество развлечений, они обязательно должны были увидеться.

Святая наивность…

На следующий день Баграт с утра пораньше уехал к себе, сослался на головную боль. С Миланой он даже не попрощался.

Вот так и закончилась ее история любви длиной в час.

– Так почему ты со мной тогда легла? – повторил свой вопрос Баграт, возвращая ее из прошлого в настоящее.

Милана плотнее прижала к себе малыша, нервно сглотнула.

«Потому что была дура!» – хотелось ей закричать.

Но вслух она ответила совсем другое:

– Просто так случилось…

По сути правда, хоть и не вся.

Баграт зло на нее зыркнул, показал ей большой палец и прогремел:

– Обалденный ответ. Очень информативно…

Глава 3. Сколько у тебя было любовников?

Баграт очень старался не выходить из себя, общался с Миланой деликатно. Да что там, он вообще был сама терпимость.

Лишь раз рявкнул, строго глядя на сидевшую перед ним девушку:

– Быстро и четко мне отвечай: что было? От «А» до «Я», я жду!

Чуть ли не клешнями все-таки выудил из нее информацию.

Пока она рассказывала ему о том, как он забурился в ее комнату, улегся на кровать, а потом после основного действа и вовсе уснул, в голове начали просыпаться воспоминания. Они как черви вылазили из подсознания, подсовывая ему картины той ночи. Вот он поднимается по лестнице, вот открывает дверь, бухается в кровать. Провал. Потом снова картина того, как он лежит на этой самой кровати голый. В гордом одиночестве, между прочим!

Тут-то его и торкнуло – забыл в гостиной телефон.

Чертыхнулся, кое-как поднялся, стал одеваться.

А ну как мать найдет мобильный, она всегда была не в меру любопытна. Он запаролен, естественно, но вдруг всплывет какое-то сообщение не для ее чувствительной натуры, или – того хуже – фото. Подружки часто баловали его снимками разного рода. Потом объясняй по тридцатому кругу, почему тебе еще не пора жениться и ты не хочешь знакомиться с невестами, которых идейная родительница уже для тебя подобрала.

Вышел из спальни, а потом еще один провал.

Но Баграт точно помнил – проснулся в выделенной ему родителями комнате. Однако помнил он и еще кое-что. Странное по всем параметрам. В то утро у него было стойкое ощущение, что случилось что-то хорошее, что-то из ряда вон. Но вот что? Крутил в голове варианты, а потом махнул рукой, подумал, что не важно.

Нет, раньше за ним такого не водилось, чтобы по пьяной лавочке забраться к девке в койку и даже потом этого не вспомнить. Но и она хороша!

– Значит, мы с тобой спали… – подвел он итог.

Нарвался на новый обиженный взгляд Миланы.

– Ладно, – кивнул.

А потом подумал – ну спали и спали. Он много с кем спал, но что-то за все тридцать два года ему еще ни одна девчонка не предъявила, что он отец ее ребенка. Милана – первая и единственная.

Тот факт, что он с ней спал, еще совсем не значит, что он отец малыша, которого она держит на руках. Пусть, темноволосый и темноглазый, но таких пол-России. Это не признак. Может, девчонка таких и предпочитает себе в половые партнеры – жгучих брюнетов, похожих на Баграта.

– Сколько у тебя на тот момент было любовников? – поинтересовался он с прищуром.

По его мнению, нормальный вопрос. Уж коли девица ищет отца своего ребенка, так надо проверить всех кандидатов. А то, что их много, – это без сомнений. Иначе девчонка подняла бы той ночью вой, выперла его из спальни.

Но она не выперла Баграта. Значит, хотела всего того, что между ними произошло. А это в свою очередь показывает, что она к этому делу привыкшая.

Вот только Милане его вопрос нормальным не показался. Она вскинула на него злой взгляд, а потом ее маленькая ладошка вдруг проехалась по его щеке крепкой оплеухой.

Больно, между прочим!

Баграт взъярился, зашипел:

– Ты как смеешь руки распускать, паршивка такая!

– Я была девочкой! Ты что, и этого не помнишь?

Ну такое он, пожалуй, определенно запомнил бы. Наверное.

Точно врет.

Баграт потер щеку, горящую после пощечины, зло посмотрел на Милану.

– Первый и единственный раз тебе такое прощаю, поняла? Чтобы больше не смела так делать! – резко сказал.

Нет бы девчонке усовеститься, а она смотрела на него тем же злым взглядом, что и он на нее.

Баграт продолжил возмущаться:

– Почему я должен помнить о том, что ты якобы была девочкой, если я даже частично процесса не помню?

– То, что ты чего-то не помнишь, не значит, что этого не случилось, – заявила Милана, задрав подбородок.

Баграт смотрел на нее и диву давался. Сидит вся такая гордая, на целый свет обиженная. И до чего в себе уверена: на лице так и написано «Я права, а ты – нет».

Так и захотелось опустить ее с небес на землю.

– Даже если ты была девочкой, это не доказывает, что малыш, которого ты держишь на руках, мой, – заявил он со значением.

Милана уставилась на него возмущенно, а потом отсела чуть дальше, при этом диван под ней скрипнул.

– Не хочешь, не верь, – нагло заявила она. – Мне все равно.

«Ага, все равно ей, как же…» – подметил Баграт про себя.

Продолжил угрюмо:

– У меня резинки всегда при себе, я их надеваю на автомате, ясно тебе?

– О да, резинка была, – усмехнулась она невесело. – Я нашла ее потом под кроватью порванную…

– Что?! – возмутился он. – Если бы такое случилось в процессе, я бы заметил.

– Но не заметил, – фыркнула она.

Баграта покоробил ее тон.

– И где были твои мозги? – спросил он с прищуром. – Если ты видела, что резинка порвалась, почему не приняла таблетки? В мире есть такая вещь, как срочные контрацептивы для экстренных случаев.

Тут паршивка замялась, опустила взгляд в пол и призналась:

– Я тогда про них не знала, узнала лишь через пару недель, но было уже поздно.

– Я не пойму, ты вроде в Анапе росла, а не в лесу. Не знаешь элементарных вещей?

– Откуда мне было знать? – возмутилась Милана. – У меня нет подружек, которым повезло залететь. Из моих знакомых половина на тот момент вообще еще оставались девочками. Я просто не знала.

То, каким тоном она это сказала, показало Баграту, что Милана не врет.

Если не врала про резинку и таблетки, может, и про остальное сказала правду?

Он внимательнее пригляделся к мальчику, который спокойно сидел в слинге на коленях у матери. Ребенок не спал, но лежал головой у нее на груди.

– Дай мне сына, – попросил Баграт.

Не знал, зачем просил и что надеялся разглядеть в лице малыша, но вдруг захотелось взять его на руки.

– Еще чего! – тут же взвилась Милана.

– К чему тогда весь этот цирк? – насупил брови Баграт. – Ты же зачем-то рассказала мне про ребенка, верно? Чего ты хотела этим добиться?

– Мне просто надоело твое лицемерие, – заявила она и подскочила с места.

– Дай ребенка, – снова попросил он, поднимаясь.

– Не дам, – фыркнула Милана.

Он было потянул к ней руки, но она отпрянула в сторону и громко заявила:

– Ты не прикоснешься ни к нему, ни ко мне, ясно?

С этими словами гордячка направилась к выходу.

– Разговор не окончен, – прогудел Баграт, преграждая ей путь.

– Если ты немедленно не выпустишь меня из комнаты, я закричу, – заявила она.

Причем сказала это с таким уверенным видом, что он ей поверил.

Впрочем, держать ее тут не было никакого смысла, они могут орать друг на друга еще хоть час или два, а толку? Лучше поговорить обо всем завтра, в спокойной обстановке, когда у него прояснится в голове.

– Ладно, мы со всем разберемся завтра, а пока иди, – кивнул он.

Баграт с Миланой вернулись в зал ресторана.

В уши снова врезалась музыка, разговоры гостей.

Здесь все осталось ровно так, как раньше. Люди веселились, танцевали, вот только Баграту теперь было не до веселья.

Он сел за стол, покосился на Милану, которая ушла за дальний столик. Хотел поймать ее взгляд, понять, о чем сейчас думает. Но она на него не смотрела, за долгое время не бросила ни единого взгляда.

Очень скоро рядом с Багратом присел один из дядей, потом другой. Перед ним поставили рюмку, но если полчаса назад он бы спокойно ее выпил, то теперь янтарная жидкость казалась ему отравой. Даже пахнуть стала неприятно – как бензин или ацетон.