Я на тебе (не) женюсь

Глава 9. Лицом к лицу

«Никогда не думала, что скажу это тебе, Артур!» – слушал он сообщение, отправленное матерью этим утром. «Но ты опозорил нас как никто. Дважды мы приглашали Агаронянов в гости. Дважды бедная Нелли надеялась на крохи твоего внимания. И ты дважды разрушил надежды бедной девочки. Так и знай, мы с отцом умываем руки. Больше я тебя ни с одной приличной невестой знакомить не стану, закрылась лавочка! По крайней мере до тех пор, пока ты не посерьезнеешь. Очень надеюсь, что это в скором времени произойдет. Ты нас очень разочаровал, а я еще называла тебя моим главным сокровищем… Прав был Баграт, молод ты еще для брака, не созрел. Я-то думала, ты из троих братьев самый серьезный…»

Мать стенала таким образом еще три минуты, по крайней мере такое время показывалось на остатке сообщения. Но Артур остановил запись. Не мог больше этого слушать.

Представлял, как из-за его вчерашнего отъезда бушевал отец.

Ладно, с родителями он разберется позже. Сейчас главное – Эва.

Он ждал ее в своем кабинете уже целых пятнадцать минут, а она до сих пор не изволила прочитать его сообщение.

И вдруг он увидел – прочитала. Подметил в мессенджере две синие галочки возле сообщения.

Почувствовал, как вспотели ладони.

«Сейчас приду», – вскоре последовал ответ.

Теперь уже у Артура вспотели не только ладони, но и лоб.

Он быстро достал салфетку, вытер пот. Не хотел, чтобы Эва видела, как он нервничает.

Целых две минуты решал, как ее лучше встретить – сидя или стоя. Что сказать.

Потом бросил это гиблое дело, все равно на ум ничего не шло, собственно, как обычно при ее появлении. Эта девчонка странным образом действовала на его мозг – он будто отключался.

Прошла еще минута.

И еще половина.

«Ну и когда наступит это ее “сейчас”?» – негодовал он про себя.

Наконец в дверь постучали.

Артур аж подался вперед в ожидании. Но все же со своего места не встал, напустил на лицо побольше равнодушия.

– Ну привет, – процедил он, едва головка Эвы показалась в дверях. – Заходи.

Артур указал ей на место напротив своего.

Она прошла, скромно опустив взгляд в пол. Присела на указанное место.

Артур откинулся на спинку кресла, посмотрел на Эву внимательнее. Отметил, что сегодня она выглядела чересчур бледной. Даже будто похудела, что ли? Форма горничной сидела на ней свободнее, чем раньше.

«Разве беременные могут худеть? – задался он вопросом. – Они, наоборот, набирают вес».

Вспомнил двух своих невесток, которые почти одновременно забеременели. Каждая набрала по несколько килограммов почти сразу. Это было видно.

Эва же совсем не выглядела беременной, талия такая же узкая, как и раньше.

Такая же обалденно узкая и притягательная. Так бы и обхватил, а потом задрал подол формы и приложился губами к впалому пупку… Уж он его всяко успел поцеловать той самой ночью.

«Тормози, – прорычал он про себя. – Это не та женщина, к которой стоит испытывать подобные эмоции…»

Умом он это понимал, а вот телом… Телом он ее до сих пор хотел, и плевать на любые обстоятельства.

Жестким усилием воли Артур взял себя в руки.

Начал сдержанно:

– Я пригласил тебя для разговора о ребенке.

– Я поняла, – кивнула Эва и устремила на него взгляд.

– Обязательно было звонить мне непонятно откуда, наводить туман на свою личность? – спросил он строго.

– Извини, я была уверена, что ты понял из прошлого телефонного разговора, кто я…

– С чего вдруг я должен был это понять? – разозлился он. – Я даже имени не расслышал. Как последний дурак искал, кто от меня забеременел. Ты представляешь, в какую ситуацию ты меня поставила?

– А вариантов было так много? – охнула она с круглыми глазами.

Уела, нечего сказать. Но Артур не собирался чувствовать вину за свои сексуальные аппетиты. Не перед девушкой, которая обменивала свои ласки на баксы.

– Моя личная жизнь тебя не касается, – отрезал он строго.

Эва на секунду задержала на нем взгляд, потом кивнула.

И заговорила:

– Я понимаю, для тебя это неожиданно и наверняка нежеланно. Но ситуация сложилась таким образом, что мне очень нужна помощь. Я бы не просила, если бы не обстоятельства…

Ох уж эти ему разговоры бедных, несчастных, обездоленных.

Он бы нормально воспринял это, будь на месте Эвы любая другая. Но если девчонка спит за деньги, она, мать ее так, должна сначала задуматься о возможных последствиях. Тем более что он тоже об этом позаботился. Так что вероятность его отцовства равна примерно одному проценту, это при условии, что ребенок вообще есть.

– Эва, оставь грустные истории о своей жизни для подружек, – резко оборвал он ее. – Объясни популярно, почему со своей проблемой ты решила обратиться именно ко мне? Отчего ты решила, что я должен непременно раскошелиться?

– Я ведь не прошу многого, только на квартиру помочь, – пробубнила она, громко сглотнув.

«Ох ты ж скромная какая! – взвился он про себя. – Квартиру ей купи, и все… Мелочь какая».

Может быть, его старшие братья, Баграт или Левон, могли себе позволить вот так с лету купить квартиру. Но Артур не мог. Он еще не заработал достаточно.

Отец предлагал ему долю в бизнесе или первоначальный капитал, но Артур от всего отказался. Хотел, как Баграт и Левон, попытать счастья своими силами. Еще будучи студентом, впахивал на рекламном поприще. Потом перешел на теплое местечко к брату и тут тоже впахивал. Но заработал пока что только на собственное жилье. Не лучшее, к слову.

Да, у него есть трешка в центре Анапы. Но это вряд ли можно назвать каким-то большим достижением, по крайней мере он так не считал, особенно на фоне успехов старших братьев. Квартира была не слишком большая.

Он планировал поднабраться опыта, потом открыть свое рекламное агентство здесь или со временем в Москве. Но расшвыриваться миллионами вот так, по щелчку пальца, пока и близко себе позволить не мог.

Видно, его возмущение отразилось на лице, потому что очень скоро он услышал от Эвы:

– Я думала, для тебя это мелочи…

– Ничего себе мелочи, – хмыкнул он. – Ты, может, меня с кем-то спутала, девочка. Но я не миллионер.

– Так я ведь и не прошу миллионов, – захлопала ресницами она.

«Интересно, эта дева в курсе, сколько стоит купить квартиру?» – задался он вопросом.

Артур, например, был в курсе. Когда выбирал себе квартиру, прошерстил рынок недвижимости.

– С чего ты вообще решила, что я обязан обеспечивать тебя жилплощадью? – задал он вопрос в лоб. – Просто потому, что ты сказала, что беременна? Как я могу быть в этом уверен? Уж прости, но ты не выглядишь как беременная.

– Я правда беременна, – сказала Эва сдавленным голосом. – Срок двенадцать недель, еще не видно…

– И что? – усмехнулся он. – Почему ты так уверена, что претензия по адресу? С чего решила, что ребенок мой?

Эва поморщилась, будто он сказал ей какую-то жуткую гадость.

– Это не претензия, – вдруг заявила она. – И это твой ребенок.

– С чего такая уверенность? – спросил он с прищуром.

Эва ярко покраснела, нервно сглотнула, но все же ответила:

– Я уверена… По той простой причине, что после тебя я ни с кем не спала.

У Артура на это ее заявление вырвался нервный смех.

– Серьезно? Прямо ни разу?

После этих его слов Эва замерла без движения. Даже будто бы забыла, как надо дышать. Просто смотрела на него с ошарашенным видом. А потом ее дымчато-голубые глаза увлажнились. Девчонка явно собралась рыдать.

– Вот только не надо мне тут концерты устраивать, – проговорил он, поморщившись. – Я тебе не мальчик, чтобы реагировать на подобные шоу.

Эва снова застыла. Ее глаза будто остекленели.

Несколько секунд она молчала, а потом часто-часто задышала, проговорила сдавленным голосом:

– А знаешь что, ничего не надо Артур. Я вижу, что я и ребенок пришлись тебе не к месту. Забудь.

С этими словами она встала и, не оборачиваясь, бросилась к выходу.

«Уже забыл!» – хотел он бросить ей в спину.

Только вот это и близко было не так.

Эва хлопнула дверью и убежала прочь.

Артур же остался сидеть на месте, переваривая произошедшее.

– Что это сейчас было? – зло процедил он, глядя на закрытую дверь.

То, что она пыталась развести его на деньги, – понятно. Но как умело… И слезы изобразила, и шок, когда он бросил ей в лицо, казалось бы, вполне ожидаемые обвинения. Еще и дверью хлопнула напоследок. Выставила все так, будто он ее, невинную овечку, обвинил непонятно в чем. И как минимум отказался обеспечить собственного ребенка.

Главное – у нее получилось!

Умом Артур все понимал… А вот на сердце теперь лежал камень. В эту минуту как никогда в жизни он почувствовал себя последним подонком.

Как у нее это получилось? Ни дать ни взять, профессионалка.

Глава 10. Из огня да в полымя

Эва не помнила себя от жгучей обиды.

Выбежав из кабинета Артура, она чуть не расплакалась прямо там, в коридоре. Кое-как уговорила себя не показывать чувств на людях.

Пока шла в раздевалку для персонала, в голове, будто мины, взрывались воспоминания всех тех мерзостей, которые ей наговорил Артур.

Он ведь едва проституткой ее не обозвал! По его мнению, она только и делала, что кувыркалась со всеми подряд, и ребенок непонятно от кого. Хотя она ясно сказала, что уверена, кто отец. А он даже не предложил проверить. Что ему это стоило? Неужели вправду настолько равнодушен к своему потомству?

Идя сегодня к Артуру, Эва надеялась на конструктивный разговор. И совсем не думала, что он может вот так нагло усомниться в ее порядочности. Кажется, он действительно не поверил в то, что является отцом ее ребенка, или в то, что этот ребенок в принципе есть, хотя она могла легко это доказать.

Впрочем, Эва понимала, почему он не поверил. Просто потому, что ему так выгодно, вот и все.

Глупая, на что она вообще надеялась? Ведь и раньше знала, что Артур Саркисян – тот еще гад и подлец. Иначе разве он так повел бы себя с ней после того, как переспал? А она еще надеялась на какие-то там чувства, отношения…

Минут двадцать Эва просто сидела в углу раздевалки, баюкала раненное сердце.

Костерила себя за глупость.

Не надо было звонить ему, унижаться, о чем-то просить.

А ведь Эва знала, кем он работает и какая у него примерно зарплата. Выделить ей небольшое ежемесячное содержание для него было бы раз плюнуть. Очень похоже, что он жлоб каких мало. От такого снега зимой не допросишься. Стопроцентно и ребенка не признает…

«Что же мне теперь делать?» – все задавалась она одним и тем же вопросом.

Слава богу, ночная смена закончена и можно идти домой.

Отец еще вчера отправился в очередной рейс, и Эва очень надеялась не увидеть его дома в ближайшие недели. На радостях вчера наготовила себе вкусного – плов с курицей, овощной салат. Купила яблок, бананов.

Сейчас придет, слопает порцию плова, и жизнь немного наладится.

Живот буквально сводило от голода.

Странный у нее организм, то тошнит по несколько часов к ряду, то, наоборот, хочется без остановки лопать. Беременность – то еще приключение.

Однако стоило ей открыть дверь в квартиру, как она услышала громкий женский смех, раздававшийся из гостиной. Также увидела в прихожей обувь отца и заодно несколько пар чужих ботинок, в том числе женских.

Неужели отец уже вернулся с рейса? Или его уволили?

Она прошла в гостиную и обалдела.

За столом сидело четверо мужчин, включая ее отца, и две женщины. Лица их уже окрасились хмелем. А ведь еще даже не полдень!

Но главное, Эва увидела на столе всю ту еду, которую приготовила для себя – контейнеры с салатом и пловом. Все съедено почти подчистую. Даже фрукты – и те почти все слопали.

Что называется, поела, отдохнула…

В этот момент ее пробрала такая злость, что захотелось заорать матом.

– Дочка, – тут же приметил ее отец. – Паршивый ты приготовила плов, есть невозможно.

Эва смерила его диким взглядом и процедила:

– Что ж ели, раз невозможно? Я устала и хочу спать. Вечеринка окончена!

Сама не поняла, как осмелилась сказать такое.

По вытянутому лицу отца поняла, что переступила грань. Его и без того красная физиономия теперь прямо-таки побагровела.

– Ах ты, шаболда! Шлялась непонятно где всю ночь, а теперь еще отцу будешь указывать?

Эву аж перемкнуло от такого высказывания.

– Ты прекрасно знаешь, что я была на работе! Нигде не шлялась… Тебе великолепно известно, что я тружусь в ночную смену, чтобы заработать на те продукты, которые ты ешь!

Эта ее фраза оказалась для отца последней каплей.

Он подскочил с места так резво, что опрокинул стул, и тот с гулким стуком повалился на пол.

– Ты как смеешь так со мной разговаривать? А ну, извинись! И пошла на кухню, приготовь хоть что-нибудь съедобное…

Эва еще раз посмотрела на стол, на остатки любовно приготовленных ею блюд. И ее взяла такая горькая обида, что терпеть было уже невозможно.

Она знала, что отца в принципе лучше не бесить, особенно если выпил. Но сегодня у нее будто сгорели все предохранители.

– Я не буду ничего готовить! – заявила она с горящим взглядом. – И извиняться тоже не буду! Не за что!

– Ах ты тварь…

С этими словами отец ринулся к ней.

До этого дня он никогда ее не бил.

В детстве, бывало, шлепал за какой-нибудь проступок. Много орал на нее, это да, но физически не трогал. Поэтому того, что последовало дальше, Эва все-таки не ожидала.

– Еще при друзьях меня будешь позорить, шельма… – прошипел он, нависая над ней.

Потом резко вцепился в ее плечо левой рукой, большо сжал. А правой со всего размаха зарядил ей по лицу.

В голове у Эвы зазвенело, но она устояла на ногах.

С ошалевшим видом уставилась на родителя. Но тот ни на грамм не усовестился.

– Надо было тебя в детстве ремнем пороть…

Тут-то Эва и сообразила, что он выпил гораздо больше, чем показалось ей изначально. Во взгляде ни намека на адекватность.

Очень сильно испугалась, увидев, как он вдруг потянул руку к ремню, попытался неуклюже его расстегнуть.

Это что же он собрался делать?

Ждать Эва не стала.

Что есть силы пихнула его в грудь и побежала в прихожую. Уже успела сунуть ноги в кроссовки, когда отец прибежал следом. Эва рванулась к двери, успела чуть ее приоткрыть, когда он схватил ее сзади за шею.

– Отпусти! – заверещала она.

В этот момент приоткрытая дверь растворилась настежь.

Эва обалдело уставилась на незваного гостя, который показался в дверном проеме.

– Артур? – охнула она.

Здоровенный, плечистый, в черной кожаной куртке, он занял собой весь проем.

Отец тоже обалдел, завидев нового гостя, но жесткой хватки не разжал, по-прежнему больно впивался пальцами Эве в шею.

– Отцепился от нее! Быстро! – гаркнул Саркисян и шагнул в прихожую без приглашения.

«Как он тут очутился?» – охнула она про себя.

Глава 11. Как он там очутился

После ухода Эвы Артур и близко не успокоился.

Битых полчаса мерил свой кабинет шагами, а голова кипела от обилия мыслей.

Самое паршивое – ведь так толком с ней и не поговорил. Разговор получился пустой, ни о чем.

Нарычал на девчонку, она в ответ надула губы. Сплошной конструктив, нечего сказать.

Вообще-то, Артур считал себя очень рациональным и уравновешенным человеком. В сравнении с братьями так уж точно. На работе его вообще ничто не могло вывести из себя, а уж стрессов в рекламном деле с избытком, только и успевай разгребать проблемы.

Но вот с Эвой он попросту не мог держать голову холодной.

Бесила его эта девушка!

Заводила одним своим присутствием так, что хотелось рычать от острой неудовлетворенности. И злила тем, что оказалась не такой, какой он хотел ее видеть.

А как она рассуждала про квартиру? Видите ли, она думала, что для него это мелочи. Каково? Что называется, почувствуй себя нищим, дорогой Артур.

А какую невинную овечку из себя строила?

«Я правда беременна, – так она сказала. – Это твой ребенок».

Он, видимо, вчера родился и просто должен был поверить ей на слово. Хоть справку бы принесла, честное слово.

Впрочем, он и сам хорош. Нет, чтобы схватить деву под руку и отвезти в больницу! Там бы все и проверил. А окажись она беременна, сразу сдали бы анализ на ДНК. Вполне возможно, этого хватило бы, чтобы девчонка прекратила ломать комедию.

Но нет, Артур этого не сделал. Почему? Вопрос без ответа.

С этими мыслями Артур схватился за телефон. Хотел позвонить паршивке, сказать, чтобы вернулась. Однако Эва оказалась недоступна, что взбесило его еще больше.

После неудачной попытки дозвониться, Артур набрал номер ее начальницы и вскоре выяснил, что Эва отработала ночную смену и ушла домой.

Ночную смену, чтоб ее! С его ребенком под сердцем! Предположительно, конечно, но все же…

Тут-то его голова вскипела окончательно.

Артур будет не Артур, но Эва больше ни под кого в этой гостинице не ляжет. Никогда! Он завтра же обратится к Баграту и решит этот вопрос.

«Солнечный рай» – не притон.

Недолго думая, он залез в ее личное дело, нашел адрес.

Прыгнул в машину и поехал к ней незваным гостем.

Решил просто – он предложит Эве сдать ДНК-тест, и будет решать вопросы, уже получив его результаты.

Если ребенок его… Артур его признает. И купит Эве вожделенную квартиру.

Вполне возможно, она и спала с ним только в расчете на это. Ведь целых несколько дней до того, как он пригласил ее в люкс, она улыбалась ему, кадрила, флиртовала напропалую. Как говорится, ловила на живца. И поймала!

Но… Его ведь никто не заставлял снимать люкс. Никто не пихал его к Эве в кровать. Никто не заставлял с ней совокупляться полночи напролет. Он сделал это все сам.

А раз сам – значит, должен нести ответственность.

Артур взрослый мужчина, и он не позволит, чтобы его ребенок ходил безотцовщиной, разутый, раздетый и голодный. Еще непонятно, какая из Эвы выйдет мать. Если ему хоть что-то не понравится, он поставит вопрос ребром.

С этими мыслями Артур прошел в старую хрущевку, где даже домофон оказался сломан. Заходи кто хочешь, что называется.

А когда поднялся на нужный этаж, вдруг услышал из-за двери квартиры Эвы ее крик:

– Отпусти!

Он резанул по натянутым нервам, заставил мгновенно напрячься.

Дверь оказалась чуть приоткрыта, и Артур без раздумий распахнул ее настежь.

Увидел, как какой-то краснолицый мужик держит крошку Эву за шею сзади, причем явно сильно, поскольку та морщилась. И в голове моментально произошло короткое замыкание. Его руки сами собой сжались в кулаки.

Артур шагнул в квартиру, готовый убивать.

– Отцепился от нее! Быстро! – гаркнул Саркисян.

Мужик, державший Эву, уставился на него с ошалелым видом, но девчонку не отпустил. Будто прирос к ней рукой.

– Откуда взялся, хрен моржовый?! – заголосил он.

Артур подлетел к нему, схватил за горло, сжал. Только после этого мужик выпустил Эву. Она охнула, отпрыгнула в сторону.

Но тот факт, что девушку наконец освободили, ничуть не унял гнева Артура.