Вслед за Бурей. Доля слабых

– В начале моей жизни многие-многие годы никто не считал меня сыном Ярада, а в той тряске гор ничего божественного люди, и подавно, не видели. Это гораздо позже, когда все кто застал ту пору уже давным-давно померли, в народе появилась легенда про страшную бурю и божьего сына. Надо же было себе и другим объяснить, почему я не старюсь. В легендах оно всегда так – стараются чтоб по красивше звучало. Всяк свои додумки лепит, да небывальщину разную прибавляет. Вот и получилось, что получилось. Какое-то время я было пытался людей вразумить, но потом плюнул на это дело. Что прошлое ворошить? А уж сказка, которую матери рассказывают детям сейчас, ушла от правды еще дальше. Громы и молнии… Как же. – Яр замолчал, видимо, давая молодым людям время осмыслить услышанное. Ребята, и правда, все как один стояли с задумчивыми лицами. Никто не решался открыть первым рот – что тут возразишь, когда Мудрейший твой мир только что с ног на голову поставил?

– Надеюсь, теперь все успокоились? – подытожил вопросом свою речь Яр и, не дожидаясь ответа, резко сменил тему, принявшись командовать:

– А раз так, давайте-ка наведем здесь порядок. Пока что, на лагерь это место походит меньше всего.

– Так мы что же, никуда не идем? Тут сидеть будем? – Кабаз совершенно не понимал, как в такой момент можно бездействовать.

– А куда ты собрался? – Лицо Яра выражало недоумение. – Домой, по своим родам пойдете? Если я прав, то пока дотопаете, все и закончится. А если не прав, хотя лучше об этом сейчас даже не думать, вы мне здесь можете пригодиться.

Охотники приуныли. Такое в мире творится, а им сиднем сидеть! Дома, может, чем помочь смогли бы, пригодились бы родичам. Тянет к семьям, аж мочи нет, но сына Ярада ослушаться никак нельзя.

Видно, терзавшие ребят чувства явственно отразились на лицах, так как Яр поспешил немного добавить к своим словам:

– Да вы не переживайте так. Мне и чутье подсказывает, что разум не ошибается. Отдохнем здесь несколько дней, переждем тряску, а после пойдем глянем, что с моим домом сталось. Посмотрим цела ли пещера, стоят ли горы вообще. Потом и родичам отчитаетесь: мол, были, видели, Мудрейшего оберегали. – Яр улыбнулся.

А вот Арил совсем и не переживал. Дома и без него есть, кому о семье позаботиться, а тут, и правда, вдруг Яру какая помощь понадобится. Мудрейшего оттого так и величают, что в голове у него силы побольше, чем в руках будет. Хотя и там немало. Сказал ждать – сидим и ждем.

***

Время медленно потянулось. В безделье оно всегда так. Еда, сон, охота, снова еда. Дичи от гор набежало – бей не хочу. Не охота, а скука одна. Ручей тоже рядом – вода мутная, но пить можно – а больше ходить и некуда, да и Яр запретил отлучаться надолго. Сидишь день-деньской в лагере, впору корни пускать. Радовало Арила только одно: наговориться с сыном Ярада удалось от души. Хоть в чем-то его мечты сбылись. Много интересного узнали в эти дни молодые охотники. Яр, хоть временами и грубый, но совершенно не скрытный, свободно рассказывал истории из своей жизни, которых скопилось немало.

Приглушенный расстоянием грохот и нестихаемая земная дрожь стали настолько привычны, что даже не замечались. День шел за днем, и на утро восьмого поднявшийся первым Арил, спросонья, долго не мог разобрать, что не так. Наконец, осознав перемены, парень с радостным криком вскочил на ноги и принялся будить спящих. Как и предсказывал Яр, все завершилось, затихло. Людям опять предстояло отправиться в путь.

***

Обратно к дому отшельника шли не спеша. Путь постепенно усложнялся. Провалы, трещины, вырванные с корнем деревья встречались все чаще. За день добраться не вышло – пришлось заночевать на подходе. С утра выбрались к вернувшему свои былые размеры ручью. Русло размыло изрядно, но вода журчит чистая. Мостка не видать – перешли по упавшему дереву. Двести шагов по истерзанной роще. Вот и поляна.

Поле, хотя и изрыто, но вполне узнаваемо, а вот на месте величественного прежде строения – груда камней. Просто огромная груда.

– Камни на месте, и то хорошо. А могло бы все и под землю уйти! – улыбаясь, подметил Мудрейший. Услышав такое, Арил аж глаза округлил. Это как так? Дом разрушен, а он будто и не расстроен вовсе? Лис недоверчиво посмотрел на сына Ярада – может, шутит? Нет, и правда, доволен. Загадочный он человек. Или бог?!

– А вы еще по домам собирались! – между тем продолжал Мудрейший, – Нет, детишки, одному мне здесь надолго работы. Да не бойтесь! Вижу, о чем подумали. Что же я, изверг какой? Заново дом отстраивать не заставлю, а вот до погреба моего добраться придется. Больно много там у меня ценного накопилось. Достанем вещички, уйду жить поглубже в Долину. Что мне здесь в разрухе сидеть? А пещеру и проверять не станем. Отсюда вижу – нет ее больше. Порушились горы, отошли чуток.

***

А вот теперь пошли тяжелые дни. Работы много – погреб как раз под пузатой пристройкой был – таскать, не перетаскать. Пока одни неподъемные глыбы ворочают, другие отдыхают, а третьи за дичью отправились. Зверь к горам возвращаться не хочет, боится. Далеко за добычей уходить приходится – по два дня охотников нет. Так что прошла неделя, за ней другая, а дело лишь наполовину сделано. И ничего, спешки нет. К сроку управились бы, но…

***

Сегодня солнце светило, казалось, ярче обычного. Пролившийся ночью дождь развесил по листьям и веткам прозрачные серьги. Мириады сверкающих капель покрыли кусты и траву. Даже мокрые камни блестели в рассветных лучах. Все так сияло, что аж смотреть было больно. Долгожданная влага в один миг оживила предгорья, вернув миру прежний окрас. Струи небесной воды смыли с зелени пыль, осевшую на округу пока рушились скалы. Сразу стало легко и приятно дышать. Свежесть бодрила прохладой. Ветерок щекотал ноздри запахом мокрой травы. Поле накрыла мостом семицветная радуга.

Арил отвел руку от прищуренных глаз и снова взялся за палку. Утро выдалось на загляденье, но работу никто не отменял. До обеда еще далеко – семь потов сойдет. Зато нынче их ждет свежатинка. Вернувшиеся посреди ночи с охоты Мина с Валаем умудрились дотащить до лагеря целого кабана. Теперь им уже не придется давиться пережаренной олениной, которую давеча промухал Гамай. Лис презрительно сплюнул, вспомнив жесткую дрянь, что с трудом сгрыз на завтрак. Мудрейший, тоже не оценивший стряпни силача, пообещал в этот раз сам приготовить добычу. Так что за мясо можно было больше не переживать и целиком сосредоточиться на камнях. Чем, собственно, народ и занимался. Охотники в полном составе, включая самого хозяина обломков, используя палки, как рычаги, ворочали тяжелые глыбы.

– Да уж, неслабая работенка, – поднявшийся распрямить затекшую спину Кабаз закинул за голову руки. Потягиваясь, парень небрежно скользил взглядом вдоль кромки изломанного предгорного леса. Вдруг глаза его замерли – охотник что-то заметил вдали. Несколько ударов сердца Кабаз простоял, присматриваясь, даже ладонь козырьком ко лбу поднес, затем окликнул пыхтевшего рядом товарища из рода Орлов:

–Слышь, Ралат. Ты поглазастее. Ну-ка глянь, что это там под лесом. Я отсюда никак разобрать не могу – то ли дерево, то ли не дерево. Пятно какое-то, а вроде шевелится.

Мастер лука, оторвавшись от своего занятия, разогнулся и кинул зоркий взгляд через всю поляну, в указанном Кабазом направлении. Лицо Орла, обычно совсем не отражавшее эмоций, начало быстро меняться. Сначала от удивления поползли вверх брови и округлились глаза, нижняя челюсть отвисла, затем рот резко закрылся, губы затряслись, а голова вжалась в шею. Не обладавший столь острым зрением сын Кабана с вопросом уставился на Ралата, но тот вдруг схватил его за руку и, приседая, словно боясь быть услышанным, полушепотом зашипел:

– Пригнись, пригнись!

Не понимая что происходит с таким хладнокровным обычно товарищем, Кабаз, подчиняясь, присел. Ралат же, не распрямляясь, как был на четвереньках, рванулся к подножию кучи камней, где сейчас собрались остальные – Яр как раз раздавал указания.

– На землю! На землю! Ложитесь же! Ну скорее! – молящий тон лучника, сопровождавшего свои слова частыми взмахами руки сверху вниз, подействовал – все распластались. – Не стоит маячить столбами, Оно может заметить!

– Кто нас может заметить? Чего это ты? – Яр тоже говорил шепотом.

– Я не знаю, что это, но оно большое. Очень большое! – в голосе Ралата слышался страх. – Вам лучше самим посмотреть.

Охотники, медленно и осторожно, подкрались к краю развалин, где, с ужасом и удивлением, принялись разглядывать нечто, неторопливо бредущее вдоль кромки леса на противоположной стороне поляны. Тварь – другого слова при взгляде на это пока подобрать не получалось – постепенно приближалась, уже перемахнув трещину. Выбранный существом путь обещал в скором времени провести его мимо укрывшихся за камнями людей. "Хорошо хоть, что до опушки неблизко – пройдет вдалеке". – Арил облегченно выдохнул, мысленно прочертив маршрут твари.

По мере своего приближения существо обретало детали, и родичи начали шепотом поминать Зарбага. Такого уродства никто и вообразить не мог. Большую часть огромной, размером с матерого кабана, головы, напоминавшей по форме волчью, занимала широкая пасть, усеянная здоровенными и острыми, как ножи, зубами. С обеих сторон плоского лба поднимались костистые гребни, уходившие дальше назад, на широкую мощную шею, где сливались в один. Желтые, с вертикальными зрачками, глаза были посажены по бокам. На месте отсутствующих ушей зияли небольшие отверстия. Массивное туловище поддерживали, под углом к земле, длинные, мускулистые задние лапы. Более короткие передние, которые тварь не использовала при ходьбе, заканчивались изогнутыми когтями. Такие же, но поменьше, желтели на крупных четырехпалых ступнях. Не зверь, а ночной кошмар! Уравновешивал тяжелую голову толстый, качавшийся при движении из стороны в сторону хвост. Коричневая чешуйчатая, как у змеи, толстая шкура в темно-зеленую полоску блестела на солнце. А главное, тварь была настолько огромна, что и сравнить толком не с чем. "Пожалуй, раза в четыре выше Гамая", – прикинул Арил, – "А в длину шагов двадцать. О боги! Какая громадина!"

Шагавший ожившей скалой вдоль поляны невиданный зверь почти уже миновал ближайший к укрывшимся людям отрезок своего прямого пути, когда молчавший с утра ветерок, встрепенувшись, задул от развалин в простор. Аромат свежей крови, обильно пролившейся на месте разделки недавно добытого кабана, подхватили потоки предателя-воздуха. Тварь замерла, раздувая широкие ноздри, медленно повела головой в сторону источника запаха и, на мгновение встретившись взглядом с Арилом, с места рванула к камням.

Глава седьмая – Зверь

Молодые, но вполне уже опытные охотники, которым не раз доводилось встречаться, порою один на один, с опасными хищниками, сейчас растерялись. Зак попятился, глупо моргая глазами. Застыл на месте остолбеневший Гамай. Трясущиеся руки Арила потянулись за спину, к луку. Остальные смотрелись не лучше.

– Бежим! К лесу! – выкрикнул, выводя всех из оцепенения, Яр и тут же подал пример, бросившись в сторону рощи.

Очнувшись, ребята стремглав припустили за ним. Несмотря на допущенное промедление, задел у людей был велик. Когда над головами бегущих сомкнулись сосновые ветви, от твари их отделяло еще шагов триста. Приближаясь к ручью, все услышали, как позади, уступая чудовищной туше, треском грянул сметенный подлесок. Ноги ребят замелькали еще быстрее, а в голове Арила пронеслась отстраненная мысль: “Не так давно мы здесь уже пробегали, спасаясь…”

Невероятно шустрое для своих размеров существо в лесу изрядно замедлилось, но все равно двигалось быстрее людей. Ручей, пересекая который охотники потратили какое-то время, тварь даже и не заметила. Побеги, кусты и ветки скользили по гладкой коже, не причиняя вреда. Молодые деревья с хрустом ломались под тяжестью зверя. Все ближе и ближе гремели сотрясавшие землю шаги. Жуткий, пробирающий до мозга костей рев то и дело звучал за спиной, заставляя невольно вздрагивать .

Кучная поначалу группа бегущих сейчас растянулась. Впереди всех, почти вровень с Мудрейшим, неслись, как на крыльях, легконогие Мина с Валаем. Далее мчался большими скачками Трой. Ему в спину дышал Ралат. На пятки Орлу наступали Гамай и Кабаз, за которыми держался Арил – Лис в начале погони неловко споткнулся, но уже наверстал упущенное. Последним же, прилично отстав от остальных, яростно семенил короткими ножками, силясь спасти свою жизнь, перепуганный до смерти Зак.

Возникшую на пути небольшую полянку пересекал неширокий разлом. Охотники, не останавливаясь, перепрыгивали опасную трещину и мчались дальше. Только маленький парень из рода Змеи на мгновение замешкался на краю. Последним покидавший поляну Арил, обернувшись, стал свидетелем жуткой картины.

Разметав грудью опушку, чудовище вывалилось из леса. Мальчишка, застывший у трещины, пронзительно заверещал и попытался прыгнуть вперед. Слишком поздно! Огромная пасть опустилась сверху на Зака, накрыв его целиком. Что-то омерзительно хрустнуло, чавкнуло, брызнула во все стороны кровь. Болтая торчащими из зубов ногами своей жертвы, тварь перемахнула разлом и только потом, остановилась. Запрокинув голову вверх, чудище задвигало челюстью и в пару рывков до конца заглотило добычу.

Увиденное походило на сон, но в отличие от того, въелось всеми деталями в память охотника намертво. Потрясенный Арил обалдело смотрел на "ходячую смерть", не желая верить глазам. Парень словно прилип к твари взглядом. Все чувства перемешались – злость, боль, жалость поочередно сменили друг друга, и остался лишь страх. Осознав гибель товарища, Арил вместо того, чтобы огорчиться, неожиданно поймал себя на малодушной мысли: «Пожрала вроде. Уж теперь-то должна отстать». Но нет! То ли для насыщения такой туши этого было мало, то ли хищника гнал неуемный охотничий пыл, то ли дело в другом, но заканчивать на этом погоню тварь вовсе не собиралась. Проревев и ударив о землю хвостом, чудище снова рванулось вперед за людьми. Этого Лис уже видеть не мог, только слышал – лавируя между деревьев парень со всех ног улепетывал прочь.

Не миновать бы охотникам участи бедного Зака, продолжи они эту гонку со смертью. Тварь настигала, и стало понятно, что измотать ее не удастся. Нужно было срочно что-то придумать, иначе конец! Благо, среди них был Мудрейший.

Приметив чуть в стороне бугристый и необъятный ствол древнего дуба, сын бога смекнул, в чем кроется призрачный шанс на спасенье. Криком “За мной!” завернув за собой остальных, Яр бросился к дереву и белкой забрался наверх. Охотники тут же полезли за ним, и лишь Ралат, на секунду задумавшись и, видимо, не поверив в надежность такого укрытия, кинулся дальше и скрылся в кустах. Не успели еще успокоиться потревоженные сыном Орла листья, как парень уже возвращался назад. Так часто бывает – в смятении вроде бы принял решение, а через секунду уже понимаешь, что ты ошибался. Вот и с Ралатом так вышло.

Улегшись на толстую ветку, Арил с замиранием сердца следил за товарищем – тот как раз подбегал к стволу. Бросив быстрый взгляд в сторону приближавшейся твари, Лис с ужасом осознал, что время Ралатом упущено, ему уже не успеть. Массивное тело чудовища мелькало среди деревьев уже совсем рядом. Орел, прыгнув, схватился за первый нарост, потом за второй и за третий. Потные руки скользили, ноги сдирали кору, тварь ревела все ближе. Пара мгновений, и только десяток шагов отделяет несчастного парня от алчного чрева – сейчас гигантские челюсти снова сомкнутся на плоти.

Но вдруг на глазах у Арила случилось настоящее чудо – видно, в судьбу лучника вмешался один из богов. Пожиравший близкую жертву пока только взглядом уродливый зверь, увлекшись погоней, не заметил торчавшего петлей из земли толстого крепкого корня. Правая задняя лапа попала в природный силок и с чудовищным грохотом, невольно заставившим вспомнить недавнюю бурю, тварь врезалась в землю в каких-то паре шагов от дуба. В воздух взметнулись опавшие листья и пыль, Ралат же успел оказаться в спасительной выси.

Обиженно проревев, чудовище поднялось на лапы, но уже было поздно – добыча удрала на дерево. Разинув клыкастую пасть, зверь задрал голову и злобно уставился вверх, где, вцепившись в широкие ветви, укрывались охотники. Неверно оценив расстояние, тварь попыталась подпрыгнуть – в чем она явно была не сильна – и достать до людей. Едва оторвав от земли тяжеленную тушу, чудище звонко щелкнуло челюстями в нескольких локтях от ближайших свисающих ног. Повторив это действо еще раз и опять не добившись успеха, разъяренное существо всей своей мощью обрушилось на ни в чем не повинный ствол лесного гиганта. Дуб задрожал, зашатался. Из-под острых когтей полетели древесные стружки – тварь в ярости обдирала кору передними лапами. Пару раз по стволу рубанул толстый хвост. Зверь внизу бесновался в бессильной злобе, а охотники наверху наконец-то вздохнули свободней, убедившись что приютивший их великан устоит.

– Где Зак? Он вроде бежал за тобой? – дрожащий голос Кабаза, успевшего за последние недели сдружиться с малышом, да и сам тон вопроса говорили о том, что Кабан обо всем уже догадался.

– Там, – Арил со злостью ткнул пальцем в сторону твари. – В брюхе у этой гадины. – и уже громче, так чтобы слышали все, с надрывом в голосе, крикнул: – Родичи, Зак погиб! Эта тварь сожрала его в один миг! Держитесь крепче! Прошу вас, держитесь!

***

Сердце отбило вторую сотню ударов – в груди колотило так, что Арил неосознанно начал считать эти стуки. Люди молчали. Ожидание начинало затягиваться. Зверь уходить не спешил. Злобно поглядывая на засевшую в кроне дерева дичь, тварь кружила под дубом, иногда оглашая округу рассерженным ревом. Люди, временно находясь в безопасности, начали потихоньку приходить в себя. Сковавший здравые мысли страх медленно отступал, и родичи наконец нашли в себе силы для разговора.

– Мы тут можем очень долго сидеть. Даже спать можно, если ремнем к ветке привязаться, – наивно рассуждал о грядущем Гамай.

– Этот зарбагов выкормыш тебя, поди, пересидит, – хмурый Валай пытался чуть дальше заглянуть в будущее. – Ему там, на земле, небось, удобнее, чем нам на дереве, да и брюхо, гад сраный, набил нашим другом. А у тебя жратвы с собой много? То-то! И ни у кого нет!

– Раньше пить захочется, чем есть. – внесла свой вклад Мина, – Дня три продержимся, не больше. Но мне кажется, эту громадину жажда замучает раньше. До ручья отсюда прилично. Как отойдет, мы сбежим.

– Девочка права. Дождемся, когда зверюга двинет на водопой, или вовсе заснет. А пока отдохните, наберитесь сил, возможно, скоро нам придется опять пробежаться. – Сказав это, Яр на пару мгновений затих, сделав паузу, а затем задумчиво добавил: – Только вот, что мы будем делать, если эта зарбагова тварь не похожа на наше зверье, как по виду, так и во всем остальном. Вдруг, ей ни пить, ни спать и не надо вовсе.

Все притихли. Никто не решался задать самый страшный вопрос. Наконец, тревожившую молодых охотников мысль озвучил Ралат:

– Мудрейший, так вы что же, думаете Оно оттуда? От Зарбага?

– Да больше, вроде, и неоткуда. У нас таких зверей отродясь не водилось. –Ожидаемый ответ сына Ярада тем не менее заставил семь юных сердец забиться быстрее, а Яр продолжал: – Возможно, во всем виновата недавняя буря. Боюсь, возле гор и взаправду открылись врата в Бездну. Как когда-то в наш мир просочился посланец Зарбага, пытавшийся убить мою мать, так и сейчас прорвалась эта тварь. И самое главное, чего нам пока не узнать – успел ли Ярад закрыть эти врата, и сколько такой мерзоты к нам успело проникнуть?

Слова Мудрейшего о возможных собратьях беснующейся внизу твари, Арилу совсем не понравились. Представив, что по окрестным лесам рыщут такие же страхолюды, парень мысленно охнул. Перед глазами снова возникла картина торчащих из мерзкой пасти ног Зака, и Лис решился. В его голове как раз созрела одна совершенно безумная затея – не хватало только толчка.

– Эй, Кабаз! – окликнул Арил сидевшего в десятке локтей от него, на чуть более низкой ветке, охотника. – Я хочу попытаться его подстрелить, но мне нужна твоя помощь. Ты как? Хватит отваги немного свеситься и поболтать ногами? –и не дожидаясь ответа, зная и так, что свирепый Кабан, если и струсит, при всех не откажет, Лис тут же обратился за разрешением к Яру: – Можно, Мудрейший? Мне кажется, хуже не будет.

Сын бога кивнул, и отчаянный Лис не спеша потянулся за луком. Тяжелая длинная стрела заняла свое место. Арил приготовился, натянул тетиву и подал знак Кабазу – начинать. Кабан не подвел. Безрассудный смельчак ловко перекинулся с ветки и повис на руках. Зубастая тварь внизу немедленно оживилась и, подскочив в удобное лучнику место, стала тянуться наверх, ожидая падения вкусного мяса.

Огромная морда скалилась совсем рядом, всего в каких-то двадцати локтях от Арила. Угол что надо – желтый глаз с черепаху размером. В такой не промажешь. Вот бы еще не дергался и застыл хоть на миг. Лис понимал, что должен попасть обязательно с первого раза, пока эта тупая скотина не видит угрозы в направленной на себя стреле. Вспомнив свое триумфальное испытание, проходившее, кажется, годы назад, Арил весь собрался, заставил дрожащие руки утихнуть и, выбрав момент, отпустил тетиву. Острый кремневый наконечник, влекомый толстым тяжелым древком, с мощью, доступной лишь при стрельбе из рогатого лука, словно в мягкую глину вошел прямо в центр открытого глаза. Зверь вздрогнул, зашатался, вяло перебирая ногами, и начал заваливаться. Тяжелый удар сотряс землю. Все четыре конечности рухнувшей твари мелко задергались, заметался в конвульсиях хвост, глотка в последний раз издала не то стон, не то хрип, и зверюга издохла.

Крона дерева ожила. Все кричали, хвалили Арила, его лук, его крепкую руку, дружно радовались победе и нежданному своему спасению. Наконец ликование улеглось, и Яр первым покинул дуб. Осторожно приблизившись к лежащему зверю, сын Ярада достал из-за плеч свой блеснувший на солнце нож и, крепко взяв оружие в обе руки, сверху вниз, словно кол, со всей силы вогнал его в шею чудовища. Чудесный нож, преодолев сопротивление шкуры, глубоко, почти по самую рукоятку, вошел в мертвую плоть.

– Зарбагова это тварь или нет, но убить ее можно, как обычного зверя, – вынимая из раны нож, высказал здравую мысль Мудрейший. – Правда, шкура у нее крепкая, проверил вот. Вы тоже оружие свое, кто не растерял, испытайте. Не дай боги, опять столкнемся с такой же поганью.

Валай и Кабаз, подобрав свои копья под деревом, куда сами их бросили собираясь взбираться на дуб, приступили к проверке. Остальные охотники свои растеряли во время погони, Трой же вовсе оставил еще у камней. Луки, правда, имелись у всех, благо вместе со стрелами крепко сидели в наспинных чехлах. Арил, с отвращением выдиравший из глаза зверюги стрелу, подметил, что только Орел, собираясь надеть тетиву, изгибает свой лук. Что ж, Ралат, доказавший свое превосходство в стрельбе, пожалуй, и сам разберется, где у твари имеются слабые точки и есть ли они кроме глаза вообще.

Слабина отыскалась: под подбородком, на шее, на брюхе, под сгибами лап. Толстая чешуйчатая шкура была в этих местах чуть помягче и посветлее. Копья и стрелы пробивались до мяса лишь здесь, да и то заходили неглубоко. В остальных же местах кожа твари была неприступна, поддаваясь лишь чудо-ножу.

– А ведь Зак где-то там, – указал на объемное брюхо издохшего монстра Кабаз. – Может, стоит достать и предать огню, как положено? А то больно мне тошно его там бросать. Не по-людски это.

– Ничего не скажешь, дурная смерть, – Яр задумчиво смотрел на массивную тушу. – Но твоего друга там уже нет. Только истерзанное тело. Дух уже отошел, преграды ему не страшны. Я мог бы вспороть эту тварь и достать то, что осталось от мальчика, но не думаю, что вам всем стоит на это смотреть. Уж лучше запомнить парнишку таким, каким он был утром. Да и дым от такого костра будет издалека виден – лучше не рисковать.

Спорить с Яром никто не решился, да и не сильно хотелось стать свидетелями мерзкого зрелища. Нужно было обдумать, что теперь делать дальше, но Мудрейший уже, как обычно, за всех все решил.

– Ладно, хватит рассиживаться. Здесь нам уже торчать нечего, будем возвращаться назад. Не забудьте подобрать свое оружие, кто где бросил.

– А разве не стоит нам сейчас двинуться по своим поселкам, рассказать родичам о случившемся? – задал вопрос Кабаз.

–А смысл? О чем ты расскажешь? – резонно заметил Валай. – Мол, вылез откуда-то невиданный зверь, сожрал Зака, а мы его подстрелили. Ну, то есть не мы, а Арил, конечно. И что? Да тебя сразу же спросят: «Откуда он вылез? Один ли?».

– Правильно говоришь, – одобрил Яр. – Сейчас наше главное дело – найти, откуда пришла эта тварь. Пойдем по следам и все разузнаем. Пока я во всем не разберусь, вас по домам не пущу. И не надейтесь.

***

Вернувшись к развалинам, охотники были приятно удивлены, обнаружив никем так и не тронутую за день тушу кабана. Это было весьма кстати, так как дальше по следу сегодня решили уже не идти – близилась ночь. Чтобы зажарить мясо, пришлось перенести кабана глубже в рощу и выкопать яму, запрятав огонь. На костер отбирали только самые сухие не хвойные ветки, дабы не было дыма. И вообще, осторожности ради, на ночлег перебрались с поляны в густые кусты на опушке.