Вслед за бурей. Выбор мудрых

Вслед за Бурей

Книга третья

Выбор мудрых

Пролог – Дела семейные

Грязный, лохматый, в потертой кожаной куртке и латаных холщовых штанах – раскинувшийся в кресле напротив Даниэля человек совершенно не походил на Натана. Дома в Арасе брат одевался получше, да и при всей своей неопрятности и расхлябанности заботливо следил за волосами, собирая их в тугой хвост. Черный короткий хвост, схваченный на затылке шнуром. Патлы же незнакомца мало того, что серели явственной сединой, так еще и опускались за плечи слипшимися русыми космами. Припухшее обветренное лицо, бледно-голубые глаза, широкий с горбинкой нос – бродяга, бандит, или пропивший все и вся работяга. Никак не один из Ангелов.

Даниэль молча рассматривал новую ипостась брата, стоя у закрытой двери. Внешний вид Ната мог обмануть кого угодно, но только не его. На своем веку Первому Ангелу довелось повидать сотню разных Натанов любых возрастов и общественных статусов. Брат всегда с легкостью менял роли и лица, как и пол при желании. Сегодня суровый вояка с усами и бородой, завтра взбалмошная блондинка, еще через день лупоглазый сутулый отрок. Лучший мастер перевоплощений всей Сарии – Безликий, как его называли в народе. Само собой за глаза, ибо официально Натаниэль именовался Ангелом Ночи, или Ночным Ангелом.Мать страстно любила помпезные титулы и певучие имена, а спорить с Великой Богиней не позволялось даже им – ее детям.

– Не рад меня видеть, брат? – ухмыльнулся оборванец.

– Рассказывай.

– А ты не меняешься. – Натан картинно зевнул, потянувшись в кресле. – Чтобы ты знал, я даже не перекусил с дороги, сразу пришел к тебе. Имперцам понравился Вихрь?

– Не особо. Индар взяли за день. Их армия отступила на юг – Нарваз почти наш.

– Это радует. Герцог, я полагаю, отправился с ними?

– Нет. Рихтер предпочел Империи Даргон. Полагаю, он уже на подходе к границе.

– А это вдвойне хорошо, – встрепенулся Натан. – Разом убьем двух зайцев.

– О чем это ты? – спросил Даниэль.

Первому Ангелу, наконец, надоело стоять и он, в несколько шагов преодолев зал приемов, опустился в высокое, обитое бархатом кресло, заменявшее здесь герцогский трон. Сам трон находился в другом зале приемов – в большом. Во дворце Рихтеров таких залов имелось три штуки: большой, малый и тайный. Натан для своего визита почему-то предпочел этот тайному, но то его дело – не Даниэлю учить брата скрытности.

Натаниэль всегда сам выбирал место встречи – это было его маленькой привилегией. А, может, и необходимостью – кому еще разбираться в таких вещах, как не шпиону. Вернее, разведчику, как предпочитал себя называть Натан. Глава тайной службы имел много разных талантов, но главным средь них шла отточенная до безупречности скрытность – никто и никогда не знал наперед точных места и времени появления Ангела Ночи. Вот и сейчас Даниэль мог поспорить на что угодно – приход брата во дворец остался незамеченным даже для его личной охраны. Весть о том, что Холодного ожидают в зале малых приемов передал ему служка из местных – один из немногих нарвазцев, не покинувших город вместе со свитой герцога. Наверняка, один из осведомителей Ната. Таких в сети брата по всему миру имелось великое множество. Паутина доносчиков-информаторов, насколько знал Даниэль, покрывала и графства Империи. Вряд ли густым узором, но свои люди были у брата везде. Даже в сердце врага – Гайдоре Безликий умудрялся держать агентов. Как минимум, одного.

– О том, что нам нужен Даргон. – Нат загадочно улыбнулся, демонстрируя желтые зубы бродяги.

– Нам все нужно. – Даниэль не любил, когда брат говорил загадками. – Весь мир будет наш – это лишь вопрос времени. Я собирался идти на юг, прямиком на Гайдору. Почему нет?

– Все просто, – развел руки Натан. – Деньги, время, людские ресурсы и неоправданный риск – ничего нового. Рациональнее будет начать со святош. После потери флота они ослаблены, как никогда. Приходи и бери.

– И позволить имперцам собраться с силами, перегруппироваться и подготовиться к обороне? Глупо.

– Это как посмотреть, – продолжал улыбаться Нат. – Может, сил у них не прибавится, а убавится…

– Хватит юлить! – оборвал Первый Ангел брата. – Выкладывай новости. Вижу, что раскопал нечто мне неизвестное.

– Новости одна чуднее другой, – перестал играть в недомолвки Нат. – На Империю напали с юга. И кто напал? Драконы! Ты не поверишь, брат, но нынешняя Буря оживила детские сказки – Ализию разоряют стаи чудовищ. Мировая стена треснула, и из-за гор в наш мир лезут твари Зарбага. По крайней мере, это официальная версия.

– А неофициальная? – Выражение лица Даниэля не изменилось – все то же спокойствие и равнодушный взгляд – но внутри Первый Ангел пылал любопытством. Драконы? Зарбаговы демоны?

– Сильный, умный, хорошо организованный враг. – Натаниэль больше не улыбался. – Какие-то змееподобные нелюди ведут армию чудищ. По моей информации, огромные хищные звери, похожие на ящериц переростков. Повиновение хозяевам полное. Самые большие размером со средний дом. Первую крупную битву имперцы продули вчистую. Говорят, объединенная дружина двух баронов с полутысячей регуляров в придачу полегла полностью. Сейчас, наверное, уже разорено пол Аллизии – беженцы текут реками в соседние графства. Считаю, пока намтуда лезть не стоит.

– Нужно сообщить матери. Новости действительно важные. – Даниэль с трудом удерживал голос в спокойствии. – Получается, южный мир существует – а я ведь не верил, думал очередная сказка, на вроде тех, что святоши скармливают своей тупой пастве. И живут там драконы и змеелюды. Нда… Не знаю даже, радоваться, или расстраиваться.

– Я все-таки склонен радоваться. – Натану надоело сидеть и, встав с кресла, он принялся расхаживать взад-вперед. – С пришельцами Юлиан справится. Змеелюдов мало. У них нет ни стрел, ни мечей, ни копий – оружием выступает дрессированное зверье. Успехи нелюдей в Аллизии обусловлены отсутствием в регионе достаточного количества войск. Все заняты войной с нами. Вот посмотришь, имперцы перекинут корпус-другой на юг, и со зверушками будет покончено.

– И к чему ты тогда пугаешь? Зачем мне поворачивать на Даргон, если имперцам так и так разделять свою армию? Из твоих слов я делаю обратные выводы – нужно атаковать сейчас.

– Подожди с выводами, – скривился Нат. – Дай договорить. Вторжение в Империю – палка о двух концах. На этот пирог точим зубы не только мы.

– Мудрецы?! – Брови Первого Ангела резко прыгнули вверх, чем разрушили маску спокойствия на лице Даниэля. – А эти-то здесь каким боком?

– Самым, что ни на есть выпуклым, – скривился Натан, недовольный тем, что его перебили. – Магистры стягивают войска к границе. Восточный Валонг трещит по швам от солдат. Зуб даю, Навасне к обороне готовится. Наверняка хочет безнаказанно откусить от Империи кусок побольше. Пойди мы сейчас к границе, Юлиан может не на шутку перепугаться, и армия останется прикрывать север – мол, знать в Аллизии сама отобьется от чудищ. Графа с баронами на какое-то время в любом случае хватит, а там, глядишь, и сарийцев прогнать удастся. Не смотри коршуном, я тебе мысли Юлиана описываю, – примирительно поднял руку Нат, гася огонь недовольства во взгляде брата.

– И к чему это приведет? – тут же продолжил Безликий. – Правильно, ни к чему хорошему. Мало того, что нам легче не станет, так еще и у Мудрецов появится шанс явиться на юг в роли спасителей. Придут большой армией, перебьют змеелюдов вместе с их дроконьем, да так и останутся в Аллизии. Пойди потом, прогони их оттуда. Заодно и проход в южный мир приберут к рукам.

– А не трогай мы какое-то время Империю, и те сами расправятся с пришельцами из-за гор, не дав Мудрецам повода к себе лезть, – закончил Даниэль мысль брата.

– Верно, – улыбнулся Натан, довольный, что его поняли. – Имперцы ослабят себя войной с драконами, магистры останутся ни с чем, а мы без помех разделаемся с Даргоном и наскоро приберем к рукам Короткие княжества. Идеальный расклад – с какой стороны не взгляни. Мать бы точно одобрила.

– Убедил. – Даниэль снова был спокоен и собран. – Значит, Даргон. Мне же проще – не нужно беспокоиться о дорогах. Арней приведет к самым стенам святого города. Несколько дней – и будем готовы выступить.

– Это твой выбор, брат, – предупредительно поднял Натан палец. – Я всего лишь сообщил новости.

– Не переживай, младший брат, – с акцентом на слове «младший» медленно проговорил Даниэль. – Ответственность – не твое бремя. Наши армии возглавляю я, мне и отчитываться перед Богиней, пойди что не так.

И Первый Ангел, не прощаясь, вышел из зала приемов.

***

Блоки! Все упиралось в проклятые блоки, которых не было. Снова везти по реке из сарийских каменоломен – непозволительно долго. Самим тесать здесь? Так нет, ни специального инструмента, ни обученных этому делу людей. Да и до ближайших гор прорва миль – доставка сожрет кучу времени. Может, попробовать разобрать городскую стену? Камни, из которых она сложена, мелковаты, но, если соединить раствором по несколько штук…

Даниэль сидел в герцогском троне, размышляя над тактикой будущей осады Севрона. Взятие Индара прошло относительно просто и с мизерными потерями только благодаря обстрелу имперских позиций и городских стен с помощью Вихря. Столица Даргона, стоящая в устье Арнея, точно так же прижималась к реке. Зачем же придумывать что-то новое, когда в арсенале есть проверенный действенный способ. Фокус с обстрелом городских стен прямо с воды сработает и сейчас – в этом Первый Ангел был абсолютно уверен. Более того, только этот прием позволит обойтись без долгой, хлопотной, кровопролитной осады. Лезть лично к воротам со стенобойным шаром больше Даниэль не желал. Хватило прошлого раза. Тот наглый имперец – Арчибальд Монк, чье имя Холодный на всякий случай решил не стирать из памяти, тогда едва не достал его со своей кавалерией. Редкий случай, когда он – сын Богини испытал настоящий страх. Но ничего, больше он так собой рисковать не станет. Блоки! Проклятые блоки! Нужно собрать на прибрежных лугах те немногие, что остались целы после встречи с землей и имперскими латами.

– Мой Ангел! – один из Бесстрашных, согнувшись в поклоне, застыл у открытой двери, сквозь которую только-что вихрем влетел в зал приемов. – Богиня!

– Что?! – вскочил на ноги Даниэль.

– Со стены донесли. Речной Замок на дальней излучине. Движутся к нам.

Быстрым шагом, едва не срываясь на бег, Первый Ангел миновал продолжавшего гнуть спину Бесстрашного и, выскочив из зала приемов, двинулся по коридору в сторону ближайшего выхода из дворца. Шестеро стражников, охранявшие двери снаружи, немедля кинулись следом. Пять минут – и Даниэль уже поднимался на стену по винтовой башенной лестнице. Последние ступени, выстроившиеся по стойке смирно солдаты в желтых плащах, пролепетавший приветствие сгорбленный офицер, камень настила, зубцы, гладь Арнея и… Замок матери – тут уж ни с чем не спутаешь.

Огромная плавучая помесь крепости с кораблем медленно ползла по течению, влекомая шестеркой галер. Тросов, связующих Замок с буксирами, отсюда было не видно, из-за чего несведущему наблюдателю могло показаться, что весельные малышки убегают от жуткой громадины. Но Даниэль-то прекрасно знал, что даже вниз по реке замок матери ходит «на привязи». Неповоротливое деревянное чудище самостоятельно передвигаться не могло. Дашь свободу, течением стащит на мель – и пойди потом сдвинь эту тушу. Капитанам буксиров и так каждый раз при швартовке к причалам приходится проявлять чудеса маневрирования. Как и при отходе плавучей громады от берега.

Вопреки своему названию, Речной Замок мало в чем походил на каменных сухопутных собратьев – ни изящества, ни причудливых украшений, ни арок, ни башен, ни окованных сталью ворот. Единый дощатый настил покрывал шесть подогнанных друг к дружке вплотную барж, превращенных в закупоренные поплавки. По периметру шла сплошная стена с редкой цепью бойниц ближе к верху. Середину же занимал многопалубный слоеный пирог из технических и жилых помещений, к центру чуть выпирающий ввысь острым куполом, над которым на шпиле гордо реял большой желтый флаг. При этом наружную аскетичность с лихвой окупала роскошь внутреннего убранства. Покои Великой Богини, как и зал церемоний купались в золоте, парче и предметах искусства. Даниэль много раз путешествовал с матерью по Арнею в этой плавучей сокровищнице – то еще, надо сказать, удовольствие.

Он, вообще, не особо любил церемонии, помпезность и вычурность. Все это показное богатство… Тьфу! Перед кем им топорщить перья? Перед подданными? Те и так боголепно млеют от одного только упоминания имени Великой Богини, или ее сыновей. Иностранцам же все равно не увидеть, ни великолепия арасских дворцов, ни прекрасных картин в залах Речного Замка. Хотя, сам Замок теперь может узреть каждый любопытный нарвазец, рискнувший подобраться к реке. И какой бес, вообще, принес сюда мать?! Вторжение полностью отдано ему-Даниэлю на откуп. Все продумано, обговорено, точки в спорных вопросах поставлены. На войне он – царь и бог. Армии подчинены ему напрямую. Не дай Кэм-создатель, Сара сейчас полезет не в свое дело!

***

Развалившись на герцогском троне, мать внимательно слушала отчет Даниэля о нарвазской кампании в целом и взятии Индара в частности. Кроме них двоих в большом зале приемов не было ни единой души. Не считать же людьми четверых немых великанов, что статуями застыли у матери за спиной с оголенными мечами наизготовку – застать Сару без этих живых атрибутов власти имелась возможность лишь в ванной, да и то Даниэль до конца не был в этом уверен. Взращенные с младенчества слуги-охранники сопровождали свою хозяйку всегда и везде: будь то пир, прием, встреча с кем либо из Ангелов, или прогулка по саду. Традиция таскать за собой безмолвных амбалов уходила корнями ко временам предшествующим его рождению, так что Даниэль еще с детства привык считать немых воинов мебелью. Когда-то давным-давно мать и ему предлагала обзавестись подобным эскортом, но Первый Ангел слишком любил одиночество, да и не видел нужды в дополнительной защите лучшего бойца Сарии, коим считал себя с молчаливого согласия братьев.

Несмотря на проделанный путь, выглядела мать, как всегда, великолепно. Роскошные волосы, скатываясь черными водопадами по оголенным плечам, обволакивали изящную фигуру Богини невесомым блестящим коконом. Снежно-белое короткое платье в обтяжку не скрывало, а только сильнее подчеркивало девичью упругую грудь и крепкие бедра. Ярко-голубые глаза сверкали льдинками из-под тонких бровей. Покрытые серебристой помадой полные губы в недовольстве жались друг к другу. Маленький немного вздернутый нос еле заметно подрагивал в такт с частым дыханием. Тонкие, увитые браслетами руки спокойно лежали на подлокотниках, не в пример, качающейся вверх-вниз миниатюрной ножке, обутой в серебряную же узкую туфельку, расшитую кристаллами хрусталя.

Залюбовавшись матерью, Даниэль с трудом поборол в себе отвращение, вспомнив с кем та проводит ночи.

«Надеюсь, она не притащила ублюдка с собой», – мелькнула в голове Первого Ангела неприятная мысль. Даниэль прекрасно умел, говоря об одном, думать о совершенно другом – это было одним из его многочисленных талантов. Вот и сейчас, когда губы вещали про битвы и силу Вихря, мозг рисовал образ тощего щеголя с бабской косой за спиной, что вышагивал гоголем возле трона Богини все последние месяцы. Никчемного линганца, позорящего свой род Вечных, год назад притащил матери Нат – дорогая игрушка и племенной жеребец в одном флаконе. И хотя Даниэль понимал, необходимость присутствия Теодора в спальне Богини накануне грядущей Бури, а своего отвращения к Мудрецу-перебежчику побороть все равно не мог. Закончив с отчетом, он даже не удержался и спросил про линганца:

– Как поживает Тэо? Довольна ли моя Богиня восточником?

– Довольна, – холодно произнесли серебряные губы. – Теодор оправдал наше доверие – я беременна. Осталось дождаться родов и узнать, кто сидит в моем чреве: очередной Ангел, илиникчемный, лишенный фаллоса мусор.

– Поздравляю от всего сердца, моя Богиня! – склонил голову Даниэль. – Отец будущего ребенка здесь с вами, в Речном Замке?

– Зачем? – расширились в вопросе голубые глаза. – Теодор исполнил свое предназначение и покинул нас. Навсегда.

Первый Ангел смиренно кивнул, пряча проступившую на лице радость. Не то, чтобы он сомневался в одноразовости линганского Вечного, но вдруг… Теперь оставалось дождаться рождения девочки, что гарантированно отправится вслед за отцом и можно будет вздохнуть спокойно. Троих Ангелов новому объединенному миру более, чем достаточно.

– Когда будешь готов выступить дальше? Империя ждет своих новых хозяев, а я голову Юлиана, насаженную на пику.

Даниэль еле заметно скривился. Пришло время поведать матери принесенные Натом новости. Почему-то он был уверен, что те ее не обрадуют. Сам Ангел Ночи исчез так же внезапно, как и возник, еще позавчера, и теперь за все предстоит отдуваться его старшему брату. Но что поделаешь, больше власти – больше ответственности, больше встреч с матерью, больше неприятных разговоров и сложных решений.

– Я собираюсь вести армии на Даргон, моя Богиня. Ангел Ночи принес удивительные известия: Буря открыла проход в южный мир… – И Даниэль пустился в подробный рассказ о творящихся на юге Империи ужасах.

К его удивлению, новости о вторжении чудищ в Аллизию мать не расстроили – Сара, наоборот, улыбалась, слушая про драконов и змеелюдов, явившихся из-за гор. Казалось, она знает нечто ему неизвестное, нечто важное и волнительное, нечто способное изменить расклад сил и перевернуть приоритеты с ног на голову. Сколько же еще тайн скрывает от своих детей эта страшная женщина? Страшная и прекрасная одновременно. Даниэля пробрал холодок. Мать была единственным существом в этом мире, кого он по-настоящему боялся.

Когда же Даниэль подошел к предпосылкам их с Натом решения – повернуть на Даргон, Богиня резко вскочила с трона.

– Что?! Навас метит прибрать к рукам путь на юг! Никакого Даргона! Мы идем на Империю! Срочно готовь войска к выступлению!

– Но, Богиня, – от неожиданности Даниэль даже забыл прибавить положенное «моя». Слова: «мы идем» выбили его из колеи. Какие еще «мы»? Мать никогда не водила сарийские армии лично. Это его дело! – Мы же с Ангелом Ночи как раз и решили двинуться на святош, дабы позволить имперцам расправиться с змеелюдами и не пустить войска ордена в свои земли.

– Ошибочное решение.

– Но, следуя логике…

– Логика опирается на факты. Ты не владеешь нужным знанием, сын. Навас введет войска в это несчастное графство, вне зависимости от желания имперцев ему помешать. Отныне наша главная цель не Гайдора – хотя Юлиана придется выковыривать из-за стен в любом случае. Нам нужен проход в южный мир. Не хотела я скрещивать пики с магистрами раньше времени, но выбора у нас нет – Мудрецы Наваса будут у трещины в Кругосветной стене раньше нас. Тебе предстоит показать все на что ты и Вихрь способны, мой Первый Ангел! Готовь войска к выходу – здесь нечего обсуждать!

Глава первая – Новый обман

– Не торопись, вождь. – Рат перевел взгляд на останки вспоротого колдовским оружием друга, задумчиво покачал головой и снова обратил глаза к Одрегу. – С советом успеется. Сначала нужно решить, что и как говорить. Ту же смерть Дерега утаить не удастся. Хотя… Можно прямо здесь его закопать до поры, а народу скажем: мол, отправлен с заданием за озеро, или еще куда.

– Не по-людски! – немедленно возмутился шаман. – Дух воина без очищающего пламени не покинет мертвое тело. Сами знаете, на четвертый день Зарбаг начнет душу усопшего в Бездну тянуть. Нельзя с Рукой вождя так!

– Зарбаг нынче не в Бездне сидит, Борода. – Голос Одрега звучал сухо и твердо. – Рат дело говорит. Сейчас нам народ лишний раз пужать не с руки. Вот добьемся своего – убедим совет вождей в нашей правде, тогда и Дерега втихаря на последний костер возложим.

– О чем вы, Мирты! – вмешался еще один Рука, которого, как Арил помнил, кликали Нертом. – Дерег сейчас – меньшая из наших бед. Что про посланцев Ярада говорить станем? Как Вещь, разящую колдовским огнем, объяснять? Люд уж настроился за горы тикать, пойди их теперь заставь за копье взяться.

– Я уж поди заставлю, –нахмурился Одрег. – А про посланцев Ярада… Пожалуй, настала пора их поспрашивать. Что, мальчишки, порадуете нас историей вашего превращения в божьих людей? – повернулся вождь к пленникам. – Правдивой на этот раз. У меня нет времени опять слушать сказки, так что давайте уж без брехни. Первого, кто соврет, убью. Второй, если дурости хватит брехать, станет завидовать первому. Ну, кто из вас смелый? Начинайте. Тянуть не советую.

Арил бросил отчаянный взгляд на лежащего рядом Троя. Тот отрешенно смотрел в потолок, думая о чем-то своем. Глаза сужены, губы искривлены в загадочной не то ухмылке, не то недовольной гримасе. Сразу и не поймешь, какие эмоции бушуют сейчас внутри Тигра: боль, злоба, обида, отчаяние… страх? Нет, не похоже, чтобы Троя трясло. Неужели не страшно? Смирился с гибелью?! Ну уж нет!

Лис резко отвернулся от родича – Трой ему не помощник. Нужно решать самому! Что же делать? Стоять на своем? Не поверят! Уже не поверили! Врать по-новой? Что? Как? И зачем? Зачем – главное!

С момента пробуждения связанным у Лиса было не так много времени на раздумья, но он успел свыкнуться с мыслью: «Их план провалился». Что дальше – вопрос. А ответа, как не было, так и нет. Но давать его надобно прямо сейчас. Сказать правду? А почему нет? Чем правда способна им навредить? Лишит их прилипшего звания «Божьих людей»? Ну так Одрег уже наплевал на возможный гнев Громовержца – опоил и связал посланцев Ярада. Этот убьет не задумываясь – тут можно не сомневаться. Не похож Одрег на того, кто бросает слова на ветер. Но Трой… Как быть с Троем? Что-то с ним происходит не то. Надломился? Умом тронулся? Говорят, так бывает от страха. Хотя… Про меч-то он колдовской не побоялся сказать. А теперь молчит, когда говорить нужно. Так, может, оно и к лучшему? Тигр же известный брехун – начнет еще врать. Он же одним неверным словом их погубить может!

– Все расскажу, вождь! – выпалил Арил. – Не от Ярада мы. Сами по себе пришли без чьего-то посыла. От чудищ спастись хотели и вас заодно спасти.

– Так ли и нас? – недоверчиво прищурился Одрег.

– А с чего мне вам зла желать? – возмутился Арил. – Одной вроде крови. Зарбаговы твари заполонили Долину. Люди в такое время объединяться должны, а не зло друг против друга замышлять. Сейчас делить уже нечего. Супротив такой беды только вместе, иначе всем нам не жить. Наш народ-то ушел, да с надеждой вернуться. Уведи мы и вас, потом легче бы Долину отбить получилось.

– Так есть за горами земля стало быть, – пробормотал Одрег, задумчиво отведя взгляд в сторону.

– Да то и так ясно, – хмыкнул Рат, стоявший рядом с вождем. – Откуда еще им этот их меч взять было бы? Да и колдовской камень небось оттуда же родом. Пусть лучше расскажет, зачем сказку про Ярада придумали.

– Чего тут спрашивать? – махнул своей здоровенной лапищей Одрег. – Козе понятно: прикрывались именем Громовержца, чтобы их слушали и трогать боялись. Камень летучий, опять же. Колдовство безопаснее за божью силу выдать. Правильно я говорю?

– Правильно, вождь, – не стал упираться Арил, которому задавался вопрос. – У нас по эту сторону Великой реки врагов много. Не придумай мы про Ярада, уже давно бы шакалов кормили. Можете у Сайгана спросить, как он нас по-первой копьями, да стрелами привечал. А за горами и правда мир есть, где такие же, как мы с вами, люди живут. Довелось нам с двумя разными отрядами столкнуться: одни в Долину с добром пришли, другие – не лучше тварей Зарбаговых будут. Трою уши как раз те северяне отрезали.

– Суки! Гореть им в Бездне! – неожиданно очнулся Тигр.

– Меч и камень летучий от них – к нам случайно попали, – поспешно продолжил Арил, отвлекая внимание Миртов от ошалевшего родича. – А Ярадов сын в нашем Племени испокон веков жил. То чистая правда. Он за горы народ и увел.

– Подожди, – тряхнул лысой головой Одрег. – Не сыпь все в одну кучу. Уши, северяне, Ярад… Давай по порядку.

Хорошо, – согласился Лис. – Началось все с похода к Яру. Я, Трой, Мина и еще несколько победителей состязаний отправились к южной стене… – И Арил, отбросив сомнения, недомолвки и страхи, пустился в подробное описание трагичных событий минувшего лета, перевернувших жизнь Долины с ног на голову. Он все говорил, говорил и говорил. И чем дальше продвигался рассказ, тем легче становилось у него на душе, и свободнее выходили слова из пересохшего горла.

Насколько же проще говорить правду, чем врать. Словно камень с груди упал. Арил в очередной раз мысленно отругал себя за то, что позволил Трою втянуть его в этот обман. Пришли бы не как спасители, а как просители помощи, может, оно бы совсем не так обернулось. Одрег, вроде, разумный мужик – глядишь, и сам бы надумал увести люд за горы. А теперь…