Гол-2018

– Я санитаров предупрежу, чтобы вам не мешали.

– Только не Сергея.

– Почему?

– Он сам психически неуравновешенный. Его самого лечить надо.

Колышкин хохотнул.

– Есть в этих словах правда. Нет, он к тому моменту сменится. И палату вашу прикажу не закрывать – вернётесь в неё в любое время.

– Спасибо огромное.

– Да не за что. До завтра.

Доктор развернулся и ушёл.

Ноан остался следить за игрой. Земляне так неуклюже обращались с мячом, так неловко падали, так медленно бегали и так часто били мимо нужной цели, что гость периодически прыскал в кулак.

Сгустились сумерки, игроки бросили пинать «круглого» и разошлись. Гость оказался один. Он разулся, вышел на площадку, поднял оставленный мяч и взвесил его в обеих руках, потом подержал на ладони, затем подбросил и поймал на пальцы правой ноги. Чтобы удерживать его на весу, землянам, наверное, нужна была особым образом натренированная координация, для кронянина же никаких проблем в этом не существовало. Ноан держал, держал спортивный снаряд на подъёме ступни, потом опять-таки ногой подбросил его вверх и, не дав опуститься на землю, несильно пнул в «ворота». Мяч ткнулся в проржавевшую металлическую сетку и выскочил обратно. Гость попробовал попасть в боковые стойки с облупившейся краской, в перекладину сверху – это получалось очень легко. Он оглянулся, убедился, что за ним никто не наблюдает, и ударил в перекладину изо всех сил. Мяч, отскочив от неё, мгновенно взмыл вверх и исчез далеко за одной из стен клиники.

«Интересная игра», – подумал Ноан.

Поев предложенной санитаром «гречки», которая оказалась не менее вкусной, чем «манная каша», и выпив «компот», он отправился наверх в кабинет зам. зав. отделением. За эту ночь он узнал о футболе всё, что можно – о национальных чемпионатах, о клубных турнирах Европы, Азии, Африки, Центральной, Северной и Южной Америк, о континентальных и мировом первенствах, выучил названия всех ведущих команд, имена знаменитых игроков и тренеров, а также титулы, которые в разные времена всякими клубами и сборными завоёвывались.

Но до утра времени оставалось ещё много, и гость принялся читать литературное произведение, на которое наткнулся совершенно случайно. Называлось оно «Братья Карамазовы» автора Достоевского. Ноан удивился жестокости людей и несправедливости созданного ими мира. До утра он прочитал всю доступную в сети классическую русскую литературу, литературу двадцатого века и современную. Когда русская бесплатная в Интернете кончилась, а осталась только та, за пользование которой необходимо переводить деньги, он перешёл на английскую, потом, выборочно, – на американскую, после – на французскую, утро встретил, изучая авторов японских.

На этот раз он никуда не спешил, читал спокойно и ничуть не устал. Но, зная, что его собираются отпустить из клиники именно сегодня, решил хоть чуть-чуть вздремнуть – про запас. Тем более, что, на его вкус, Кавабата, Танидзаки и Мураками были много слабее того же Достоевского, или Толстого, или Гоголя, или Набокова. Или Шекспира и Гёте. Или Джойса. Или Хемингуэя и Джона Ирвинга. Или Анатоля Франса и Мишеля Уэльбека. А может, он ещё недостаточно хорошо выучил японский язык. Но, несмотря ни на что, он отправился спать.

Глава четвёртая

Утром Колышкин предложил Ноану посетить душ. Это оказалось невообразимым удовольствием! На Кроне потовыделения и пыль удалялись широкой струей сухого воздуха в специальной домашней кабинке. Её действие продолжалось около десяти мгновений. А тут он стоял под струями бегущей горячей воды и уходить не торопился, пока врач сам не попросил его выйти.

Ноан переоделся в принесённую доктором одежду и обувь.

– И вправду сорок третий! – обрадовано констатировал гость, пару раз стукнув о пол подошвой поношённого кроссовка.

Его облик дополнили серая футболка и потёртые, когда-то бывшие синими джинсы. Он не смог застегнуть их на поясе – эскулап был худощав.

– Вот вам две тысячи рублей, – заметно смущаясь, протянул психиатр две купюры.

– Город Белгород, Россия, возможны пятнадцать маленьких бизнес-ланчей в дешёвых забегаловках.

– Ну уж, – попытался обидеться врач, – чем богаты… Вы знаете, какая у меня зарплата?

– Да что вы, милый Иван Петрович. – Пациент даже приобнял ревностного служителя медицины. – Я просто шучу. На самом деле я очень признателен.

Он помахал взятыми бумажками и сказал:

– Это – в долг. Устроюсь, отдам.

– Дай Бог, – не поверил доктор. – Вот вам адрес отделения полиции, откуда вас доставили, там и паспортный стол. Пытайтесь, договаривайтесь – не знаю, может, у вас что и получится. Но так стыдно вас выгонять… Вам же спать придётся или в полицейском обезьяннике, или на улице…

– Я не буду спать, не беспокойтесь.

– Как так?

– Да вот так.

– Ну… – пожал плечами Колышкин, – если что, вы всегда знаете, где меня найти.

– Спасибо. Как правильно говорить – «до скорой встречи»?

– Верно. А я скажу «до свидания». Любой автобус – и вы в центре города.

Они пожали друг другу руки, и Ноан вышел наружу.

Ярко светило солнце, по небу плыли – чудо! – белые перистые облака, дул лёгкий ветерок. Везде, а не только за искусственной стеной псевдопарка, росла зелень. Как же здорово! Правда, под ногами валялся мусор, а рядом с урной, для неё вроде бы и предназначенные, лежали пустые бутылки, клочки газет и окурки.

«Это же насколько нужно быть ленивым, чтобы лишний метр не пройти!» – удивился привычкам землян гость.

Подъехал автобус, «больной» в него поднялся. Чудо местной автотехники, кряхтя, трясясь и плюясь смертоносным газом, направилось в горку. Потом оно выехало на широкое шоссе и принялось периодически останавливаться, принимая и выпуская пассажиров. Через какое-то время самый неопытный пассажир направился к водителю и, держа в руках данную врачом записку, спросил:

– Простите, мне нужна остановка «Стадион». Это скоро?

– А вот она как раз, – ответил тот и нажал на тормоз.

Двери с шипеньем раскрылись.

– Тогда возьмите в качестве оплаты за проезд, – Ноан протянул водителю тысячную купюру.

– Да ты шо, издеваешься!? – закипел тот не хуже своего мотора. – Хгде я тебе сдачу брать буду?! Иди, мля, так!

Гость опешил и, забыв, где находится, спросил:

– Извините, а почему вы себя столь вызывающе ведёте?

– Шо-о-о? – завращал глазами хозяин колымаги и схватился за изогнутый металлический предмет, до этого лежавший на полу. – Ща вот как охгрею монтировкой, и будет тебе «вызывающе»!

Двери были открыты, Ноан вспомнил, что он на другой планете во всех смыслах – и в прямом, и в переносном – да молча вышел. Странно – здесь, чем меньше у человека власти, тем с большим наслаждением он ею пользуется. Ему уже повстречались наглые полицейские нижнего ранга, наглый медработник самого нижнего ранга, и вообще непонятно что за чучело за рулём самого убогого средства передвижения, какое только можно себе представить. А кронянин, которому ещё в начальной школе рассказывают историю всех на данный момент известных ста четырнадцати вселенских цивилизаций на среднем и высшем уровнях развития, может себе представить многое. Раз истории Земли не отвели для рассказа даже одной минутки, об уровне её цивилизации всё понятно.

Как насекомые, вокруг сновали люди. Гость смял бумажку с адресом и выбросил в урну – идти к служащим местной власти он не собирался. После ментов, санитара и водителя с монтировкой то, что ждёт его при общении с каким-нибудь бюрократишкой в паспортном столе, ему виделось отчётливо. План у него появился другой – добыть денег, найти представителей криминальных структур и с их помощью сделать документы. Что это такое – изготовить себе фальшивые документы – он уже понимал. Как всё будет выглядеть на практике, Ноан представлял не очень чётко, но он никуда не спешил. По крайней мере, стояло лето, и участь оказаться замёрзшим во льдах ему не грозила.

Он решил прогуляться и пошёл вдоль дороги, по которой вплотную друг к другу, без всякой системы, дёргаясь перед началом движения и тут же останавливаясь, избегая столкновения, ползали автомобили. Водители гудели в клаксоны и, высовываясь в окна, кричали друг на друга.

«Планетка… Привыкай, друг», – подумал он про себя. И тут… За решётчатыми воротами, прямо здесь, перед машинами, людьми и разогретым солнцем асфальтом, он увидел зелёное поле – настоящее футбольное поле! Рядом никого не было, значит, вход никто не охранял. От возбуждения у него затряслись руки. Мимо проходила землянка, он как мог, максимально вежливо обратился к ней:

– Очаровательная барышня, вы не уделите мне пятнадцать секунд своего драгоценного времени?

– Шо? – обернулось к нему полногубое существо, до этого жующее жвачку, и встало как вкопанное. Челюсть отвисла, жевание прекратилось. – Какая я тебе, это… барышня?

– А как надо обращаться? – засмущался мигом покрасневший гость.

– Ну, типа… Девушка…

– Да… Девушка, извините… Скажите, пожалуйста, где здесь поблизости можно купить футбольный мяч?

– Мяч? – с ещё более возросшим удивлением переспросила местная жительница. – Там… Ниже, за остановкой, есть магазин спорттоваров, – разочарованно объяснила она. Видимо, от высокого, атлетично сложенного красивого парня она ожидала другого вопроса.

Ноан не стал об этом задумываться, кивнул в знак благодарности и помчался в указанном направлении. Вскоре он увидел нужный магазин. Он вскочил внутрь, огляделся, взглядом нашёл продавца и сразу подошёл ближе.

– Девушка, извините! – заученно произнёс он. – Мне нужен футбольный мяч, которым профессионально играют в футбол!

– Да понятно, что не детский, – внимательно разглядывая его с головы до ног, ответила продавец. – Вот, целый ряд, выбирайте. Есть с символикой Лиги чемпионов, есть с символикой чемпионата мира.

– Сколько стоит? – с опаской произнёс гость.

– Девятьсот рублей.

– Нате. – Ноан тут же протянул ей купюру.

– Нет, – засмеялась она. – Это – в кассу. Вам какой именно?

Гость вспомнил фотографии игроков – победителей предпоследней Лиги чемпионов из мадридского «Реала», и ткнул пальцем:

– Этот, со звёздочками.

Через три минуты, прижимая к груди накачанный новенький спортивный снаряд, он спешил к стадиону. Поблизости по-прежнему никто не появился. Он огляделся, сделал несколько шагов, разбежался и перепрыгнул входные решётчатые ворота.

Ноан оглядел пустые трибуны и вышел на зелёный газон. С ума сойти – именно здесь играют в футбол!

Он бросил мяч на ухоженную травку, сразу пожонглировал им – все способы обращения ногами с этим спортивным снарядом он видел в Интернете и запомнил не только основную технику ведения, обводки, паса и удара, но также наиболее эффектные и красивые специальные приёмы. Затем он принялся бить по воротам – носком, внешней и внутренней сторонами стопы, правой ногой, левой, стараясь попасть в ворота именно с отскоком от левой штанги. Любой кронянин координирован настолько, что подобная задача является для него весьма лёгкой – лишь бы не терять концентрацию. Ноан решил задачу усложнить – отойдя от ворот, стал наносить удары по ним пяткой. Получалось. Он отмерил расстояние в тридцать метров, затем в сорок, по-прежнему стараясь попасть в ворота с предварительным касанием левой штанги. Всё получалось.

Затем гость переключился на правую опору, потом – на перекладину. Все снаряды ложились в цель. Он раскраснелся, физические упражнения доставляли ему удовольствие. Всякий раз он подбирал мяч из сетки, отбегал с ним на три десятка метров в сторону, жонглировал, а затем наносил удар.

Тем временем из подтрибунных помещений на тренировку начали выходить игроки, массажисты, врачи и тренеры дубля местной команды «Салют».

– Не, ну нормально! – бросил полную сетку с мячами на газон правый защитник Ваня Щетинин. – Какой-то крендель забавляется на поле!

– А что, завидуешь? – спросил опорник Игорь Налимов. – Смотри как кладёт!

Ноан заметил людей, он понимал, что его сейчас прогонят, но пока никто не подходил, он продлевал своё удовольствие – когда ещё придётся сюда попасть?

– Не, вообще офигеть! – меряя метровыми шагами беговую дорожку, показался тренер по физподготовке. – Где охрана – телик, как обычно, смотрят?

– Стоять! – схватил его за штанину старший тренер молодежной команды Василь Никитич. – Ты видишь, что парень творит? Это что за Марадона такой?

– Скорее Месси, – подошел к тренеру капитан команды Федька Булатников.

– Скорее Ибрагимович, – буркнул тренер по физподготовке. – Глянь, какой здоровый!

– А пластичный, как в свое время Роналдиньо, – заметил старший тренер. – Нет, что творит, что творит! В джинсе! В дурацких кроссовках! И ни разу ведь не промазал!

– Без вратаря и защитников никто не промажет! – недовольно заметил капитан.

– Ну-ка, Федь, – сказал старший тренер, – приведи ко мне этого чудика, – и, повысив голос, обратился к остальным. – Что зенки вылупили! Давай на травку, разминаться, живо!

Булатников подбежал к Ноану.

– Слышь, чувак, – сказал он, – подойди к тренеру, он тебя зовёт.

– Хорошо, – улыбнулся гость, взял мяч в руки и направился к беговой дорожке.

– Здоров, хулиган! – поприветствовал его Василь Никитич.

– Почему хулиган? – спросил Ноан.

– Ну а кто же ты такой – без разрешения проник на стадион, топчешь тут своими говноступами травку… Что, ментов совсем не боишься? Или c утра уже выпил чего?

– «Выпил» – это алкоголь, да? – переспросил гость. – Нет, не выпил. А что, без этих самых «ментов» вообще ни один вопрос не решается?

– Какой-то он «фью-фью»! – сказал шёпотом Василь Никитичу тренер по физподготовке.

– А зачем тогда на поле вылез? – не обратив внимания на замечание помощника, продолжил расспросы старший тренер.

– Травку зелёную увидел. Не удержался. Купил мяч и решил побегать.

– У себя во дворе бегай! – заметил Федька.

– Цыц! – приструнил его тренер. – Живо разминаться! Нефиг здесь уши греть!

Капитан нехотя отошёл.

– Ты где играешь? – более тёплым тоном спросил незнакомца Василь Никитич. – Или играл?

– Амнезия, – постучал себя пальцем по лбу Ноан. – Ничего не помню. А рефлексы, вижу, остались, – соврал он.

– А где живёшь? – удивившись, спросил старший тренер.

– Не помню. Как зовут, не помню, где живу, не знаю, где играл, совсем не знаю. Только что из дурки, отправили к ментам. До этого менты нашли меня в парке, отправили в дурку для установления личности. Чувствую, так и буду между ментами и дуркой бегать. Памяти нет, документов нет.

– Я же говорил! – обрадовался тренер-помощник. – Дурик!

– Оскорбление незнакомого человека не красит ни вас, ни ваш почтенный возраст, – сердито заметил гость. – И дурик – раз уж зашёл разговор, то позвольте выразить своё мнение – не тот, кто не помнит своего имени, а тот, кто на самом деле дурак!

– Чего? – недоверчиво посмотрел на него тренер по физподготовке.

Василь Никитич засмеялся.

– Слушай, парень! А давай я дам тебе бутсы, спортивную форму, и ты с моими ребятами побегаешь. А я на тебя посмотрю, а?

– Незачем, – не согласился Ноан. – Бессмысленная трата времени. Я быстрее, сильнее и технически оснащённей любого из них. Предлагаю другое.

– Что? – тренеру становилось интересно.

– Мне деньги очень нужны. Вы ставите любую «стенку», вратаря в ворота, расстояние – не менее тридцати метров, я пробиваю штрафные, десять штук, по центру, справа и слева. У меня есть тысяча, – он показал бумажку. – Ставлю. Если забиваю десять из десяти, вы мне даёте такую же, если нет, она – ваша.

Тренер по физподготовке наклонился, схватившись за живот – смех сложил его пополам и не давал дышать.

– Размер обуви какой? – серьёзно спросил Василь Никитич.

– Сорок третий. Вроде.

– Жека! – крикнул тренер одному из игроков, тот сразу подбежал. – Мигом в кладовку. Отыщи там более или менее сносные бутсы сорок третьего размера, а у Капитолины комплект формы попроси. Скажи, для меня. Размер… – и он оглядел самодеятельного футболиста, – наверное, «М». Вперёд.

– То есть, где тренировался, не помнишь? – продолжил он, обращаясь уже к гостю. – А то, что сильнее и быстрее любого моего парня, помнишь? То есть, видишь?

– Я объективен, – смутился Ноан. – Я не хотел никого обидеть.

– Иди, разминай ребят, что ты всё ржёшь? – крикнул тренер на помощника.

Тот, все так же хихикая, пошёл на поле.

– Тебе реально на дурке диагноз ставили, врачи исследовали? – спросил тренер у юноши, казалось, заботливо.

– Уважаемый…

– Василий Никитович.

– Василий Никитович. Не разговаривайте со мной, как с ребёнком. Мой диагноз – «амнезия». Это сильно отличается от диагноза «дебильность» и тем более «шизофрения». Я просто ничего не помню, понимаете?

– Да хорошо, малыш, не кипятись… А вот и форма.

Михаил бросил всё на гаревую дорожку.

– Переодевайся, что стоишь? – легонько толкнул тренер Ноана. – Выполняй своё пари, есть и у меня тысяча. Давай.

Пока гость облачался, тренер подошёл к футболистам, несколько раз хлопнул в ладоши и крикнул:

– Так, отрабатываем действия защиты во время исполнения соперником штрафного удара. Сначала в «стенке» – пять человек. Двое – якобы на подборе. Один располагается поблизости от ворот. Один встаёт на ближнюю штангу. Один – у центра поля. Вратарь, естественно, в «рамку». Собрались!

Ребята начали сбиваться в кучку. Жека подбежал к вратарю Вовке Сидоренко и сказал:

– Этот новенький на спор обещал десять из десяти штрафных тебе положить.

– Да он опупел! – возмутился голкипер. – Х… ему хотя бы три!

Ноан, переодевшись и переобувшись, постучал одной бутсой о другую. С шипами было непривычно, но как только он ступил на траву, оказалось, что всё идеально – обувь сидела как влитая.

– Откуда бить? – спросил он у тренера. – Давайте для начала метров тридцать, по центру?

– А тебе есть куда торопиться?

– Нет.

– Тогда вот, метрах в двух от линии штрафной, устанавливай и бей.

– С отскоком от правой штанги или от левой? – спросил его гость.

– Не понял? – искренне удивился Василь Никитич.

– Ну, а что тут понимать? Для вратаря самая математически недосягаемая траектория полёта мяча – с отскоком за линию от дальней от него штанги, верхнего или нижнего угла ворот.

– Слышишь, ты, геометр! – начал сердиться тренер. – Ты бы просто забил! Один разочек! Я хвастунов ненавижу, ты это понял?

– Я не хвастун…

– Бей!

Пятеро ребят в «стенке», притиснувшись плечом к плечу, посмеиваясь, смотрели на дерзкого любителя. Один вратарь оставался серьёзен. Поплевав на перчатки, он чуть согнул ноги в коленях, готовясь к прыжку.

– От меня – правая штанга, – громко сказал тренеру гость. – От голкипера, соответственно, левая.

Он сделал разбег в три шага, и не очень сильно, дабы никого не напугать, перебросил «стенку», направив мяч в правый верхний угол. Тот со звоном ударился в стойку и отлетел в сетку. Страж ворот прыгнул, но достать не смог бы при всем желании.

– Чёрт! – закричал тренер и почему-то укусил свой кулак.

Ребята загалдели, Булатников воткнулся взглядом в чудика.

– А прямым ударом можешь? – возбужденно спросил Василь Никитич. – Вот как раз метров с тридцати, а?

– Могу.

– Бей!

Ноан установил мяч в стороне от левого угла штрафной. Футболисты в «стенке», понимая, что удар будет «на силу», и новичок – не шутник, начали жаться друг к другу. Вратарь напряг всё своё внимание.

– От правой штанги! – объявил гость.

Разбег теперь состоялся серьёзный, удар – мощнейший, и мяч влетел с отскоком от стойки в тот же угол, где и стоял голкипер. Вовка, чуть не плача, схватил «круглого» и сильно выбил его в поле. Тренер по физподготовке уже не смеялся.

– Бильярдист, блин! – зашептал он на ухо старшему. – Как в лузы под заказ кладёт!

– Теперь – справа, обводящим, – скомандовал гостю Василь Никитич, и, понизив голос, чтобы только он один услышал: – От перекладины.

– Понял, – кивнул Ноан и начал устанавливать мяч.

Смешков не было слышно вообще. «Любитель» прицелился, понял, что левой ногой получится удобнее, разбежался и ударил. Мяч, снизу чиркнув перекладину, колыхнул сетку.

– Ты можешь хотя бы не издеваться?! – заорал Вовка, стаскивая перчатки. – Бей просто в ворота, что ты от штанг целишь!

– Сидоренко, в «рамку»! – прикрикнул на него тренер. – В последний раз! И не визжи, а прыгай. Может, и достанешь. Так, ставлю задачу всем! Мяч – по центру, тридцать пять метров. В «стенке» – десять человек. Встаём на расстоянии не девяти, а восьми метров, как обычно в игре и получается. Так сказать, условия, приближенные к боевым. Согласен, снайпер? – повернулся он к гостю.

– Можно, – согласился тот.

– Действуй.

Самодеятельный футболист долго устанавливал спортивный снаряд, ребята встали в ряд, как суворовские гренадеры – Ноан уже старался и мыслить, как землянин. Разбег начал сбоку, решив ударом придать мячу максимальное вращение – иначе как такую большую «стенку» обвести? В настоящей игре, понятно, столько спортсменов в неё никогда не встанет, но раз уж задание получено…

Звон от штанги эхом пронесся по стадиону – пустые трибуны отлично срезонировали раздавшийся звук. Вратарь, вместо того, чтобы достать запутавшийся в сетке мячик, сел на траву и плюнул.

Василь Никитич подтолкнул тренера по физподготовке вперёд и сказал ему:

– Давай, погоняй ребят, развей им тоску-печаль.

– Так, колонной, колонной, – заверещал тот, – вокруг поля трусцой побежали-побежали, по свистку – рывочки на двадцать метров… Давайте, родные, давайте, зверюги…

– Ну, что, – старший тренер положил руку Ноану на плечо. – Вот твоя «штука», – и протянул ему деньги. – Но вопрос не в этом. В футбол будешь с нами играть?

Гость, в принципе, этого и ждал.

– Возможно.

– То есть… тебе ещё надо подумать? – с пониманием произнёс Василь Никитич.

– Я могу не думать, если вы пообещаете документы, жильё и… деньги.

– По порядку. Документы – не твоя забота. Сделаем. Самые настоящие. Ну, типа восстановим. Жить будешь в нашем интернате. Дадим комнату. Ну, а деньги… Да кто ж без них сейчас играет?! – И хохотнул. – Сговоримся, не боись!

– Не боюсь.

– Значит, по рукам?!

– По рукам.

– Ха! – Тренер даже притопнул от радости. – Вот и ладненько. За сколько стометровку бегаешь, помнишь?

– Нет.

– Ты говорил, что здесь быстрее всех. Есть у нас Миха – чисто гепард. Обгони его, а я время засеку. О‘кей?

– О‘кей.

– Миха! – закричал через всё поле в направлении стайки бегающих ребят старший тренер и знаками стал подзывать к себе игрока. Тот остановился, прищурился против солнца, всё понял и засеменил в их направлении.

– Давай, Мишаня, – сказал приблизившемуся парню Василь Никитич, – соточку, как никогда в жизни не мчался.

– Сделаем! – бодро отрапортовал тот.

– Тогда – к барьеру, – улыбнулся наставник. – Для тех, у кого амнезия, команда такая – «на старт, внимание, марш». Стартуем во-о-он оттуда, – он показал, – Миха знает. А я здесь время буду засекать.

Ребята отправились на старт. Михаил на ходу что-то объяснял новичку. Василь Никитич довольно улыбался. Хороший день, солнечный! И такого замечательного чудика Бог неожиданно послал! Заметив, что мальчишки готовы, он громко закричал:

– На старт! Внимание! Марш! – И, взмахнув одной рукой, одновременно нажал кнопку секундомера другой.

Михаил бежал, разинув рот и старательно работая руками, однако, новичок, как показалось, ничуть не напрягаясь, опередил его метров на пятнадцать. Василь Никитич посмотрел на секундомер – и глазам не поверил: десять и двадцать сотых! Сколько там до мирового рекорда? А если парня потренировать? Нет, к чертям, он футболист, а не легкоатлет! Ё-мое, теперь – не упустить. Вот что самое главное! Ещё амнезия эта хренова! Нет, надо клещами вцепляться, иначе уведут, суки, как пить дать уведут!

– Давай, ребят, в общую группу, – погнал он мальчишек. Поймав вопросительный взгляд новичка, сказал ему. – Всё, тренировка! А ты как хотел? Только цирк здесь устраивать? Давай, давай, физподготовочка, основа основ, вперёд!

Ребята ушли.

Ноан, подойдя к группе игроков, поприветствовал их.

– Да виделись! – ответил ему Булатников. Новенький понял, что этот парень тут главный заводила, и решил быть с ним осторожнее.

– Тебя хоть как зовут? – продолжил Фёдор.

– Снайпер.

Вся команда захохотала.

– У нас тут кликухи сами себе не присваивают. Кем назовут, тем и будешь. Ты нам имя своё скажи.

– Имени пока нет, – развёл руки в стороны гость.

– Ладно, разговорчики! – прикрикнул на них тренер-помощник. – Растяжечка, поехали! Раз-два…

Тем временем Василь Никитич вынул из нагрудного кармана мобильный телефон, нажал боковую кнопку и произнёс: