Огненный поцелуй для Снежинки

Пролог

Наверное, в жизни каждого человека наступает момент, когда спрашиваешь себя: какого демона я тут делаю?

– Эй, Снежинка, тебе жить надоело? – выкрикнули из толпы внизу.

Нет, жить мне как раз хотелось. Очень. Правда, со стороны, конечно, так не скажешь.

Я стояла на узком карнизе, прижимаясь спиной к холодной стене академии. Ветер растрепал мои светлые волосы, и те лезли в глаза. Руки заледенели, и было страшно хоть на секунду оторвать их от зазубрин в каменной кладке.

Десять шагов. Мне нужно пройти всего десять шагов до окна в кабинет ректора. Ну хорошо, может, одиннадцать. Это же такая малость! Но ноги налились свинцом, а в груди разрастался колючий ком.

Нет, надо представить, что передо мной обычная дорожка, только узкая, и я просто вышла на прогулку. Да уж, прогулка с высоты третьего этажа! Но ничего, я смогу!

Сглотнув, я сделала шаг в сторону. Вот так, скользить вдоль стены. Не смотреть вниз. Не слушать крики.

Еще шаг. Отлично, теперь третий.

Я же сказала, не смотреть вниз!

В толпе засвистели, и я повернула голову. Из окна с противоположной стороны на карниз вылез Марко. Красавчик-огневик с ярко-красными волосами. Сын лорда при королевском совете, известный сердцеед академии, да еще и лучший на курсе.

Если он доберется до кабинета первым, я проиграю. Провалю испытание и лишусь шанса на лучшую жизнь. Ну почему из всех мне в соперники достался именно он?

Четвертый шаг.

Марко не сводил с меня взгляда. Любопытного и будто насмешливого. Его высота, похоже, не смущала. Подумаешь, три этажа!

Пятый шаг.

Он не спешил, хотел пощекотать мне нервы. Хотя кого я обманываю? Не мне, а своим поклонницам внизу. Вон сколько девчонок собралось!

– Марко! Марко! – скандировали они.

Шестой шаг. Неважно. Не слушать их. У меня своя цель, и я к ней иду.

Седьмой шаг. Карниз под ногами захрустел, и вниз посыпалась каменная крошка. Пятки снова закололо от страха, а ноги перестали гнуться. За сто лет академию, небось, ни разу не ремонтировали. Почему я не подумала об этом раньше?

Я покосилась на огневика. Марко казался таким уверенным, словно для него это пустяк, игра. В отличие от меня он не трясся от страха и не боялся проиграть. Да и с чего ему?

Но нет, не сдамся!

Восьмой шаг.

Соберись, Одри, это проверка на силу воли. Архимаги смотрят. Если бы на испытаниях кто-то погибал, мы бы об этом слышали. Опасность иллюзорна.

Девятый шаг, и карниз снова затрещал.

Но у всего бывает первый раз…

По спине градом лился холодный пот, и держаться влажными ладонями за стену становилось все сложнее. Хорошо, что я хоть догадалась сменить юбку на штаны. Иначе к моим трудностям добавился бы и позор.

Десятый шаг. Еще немного, и можно дотянуться до окна.

Огневик, прежде державшийся моей скорости, вдруг подался вперед и первым схватился за створку. Я развернулась парню навстречу, и мы врезались друг в друга взглядами.

В моей груди застыл вдох, и на мгновение я забыла об испытаниях, кабинете ректора с пером феникса и далеко идущих планах на жизнь. Глаза Марко напоминали бушующее море, ярко-зеленое и такое бездонное, что утонешь.

Почва стала уходить из-под ног, и я не сразу сообразила, что в буквальном смысле. Зачарованная, я не поняла, как оступилась. Мое сердце вместе со всем остальным телом ухнуло вниз.

Глава первая

Неделей ранее

Академия стояла на ушах. Гудела, как пчелиный улей. Из далеких Ледяных гор к нам прибыли архимаги. Первые две пары отменили. По коридорам носились взбудораженные студенты, ручьями вливаясь в церемониальный зал.

– Спасибо, что пошла со мной, – прошептала Лекси, сжимая мою руку.

Моя подруга и соседка по комнате боялась толпы. В зале собралась почти вся академия от первокурсников до почти выпускников. Мы пришли раньше и успели занять места в пятом ряду. Только чем больше прибывало народу, тем бледнее становилась Лекси. Тяжело дышала, теребила свою черную косу и стискивала мою ладонь. А я просто ждала, когда все закончится.

Архимаги набирали студентов на самую престижную в стране практику. Это был отличный шанс выделиться, повысить уровень магии и после выпуска поступить на службу к королю. Но загвоздка в том, что в Ледяные горы брали исключительно благородных. Нет, официально подать заявку мог любой желающий, но за все годы, сколько существовала практика, еще ни разу на нее не попадал кто-то из простой семьи. Это все знали.

– И на что они рассчитывают? – шепталась за нашими спинами Бетси де Аурунг с подружками.

Признаться, меня мучил тот же вопрос. Я училась в академии бесплатно по королевской программе поддержки бедных. И Лекси, насколько я знала, была купеческого рода, а не из дворян. И все же она надеялась, а я не могла не поддержать подругу.

– У Снежинки вообще дара нет, – добавила Бетси, и я кожей почувствовала, как она тычет в меня пальцем.

Хотелось развернуться и что-нибудь ответить, но на сцену вышел ректор в компании трех архимагов, и все затихли.

Сначала ректор представил сухонькую женщину с короткими светлыми волосами в строгом черном костюме с пышными рукавами. Ее шею обвивал красный шарф.

Линда де Миртайн. Мастер двух стихий: воды и дерева. И, как оказалось, бывшая выпускница нашей академии.

Рядом с ней стоял Ардэльф де Норвин, седовласый мужчина преклонных лет, ближайший советник короля и самый сильный архимаг в стране. Он управлял огнем и воздухом, но ходили слухи, что, несмотря на возраст, активно осваивал и третью стихию.

Замыкал компанию редких гостей добродушный мужичок лет сорока с рыжей бородкой. Ричард Хокс. Внезапно не благородный. Мастер магии земли и животных. О последнем свидетельствовал сопровождавший его здоровенный заяц.

Ректор предложил гостям кресла справа, а сам встал за трибуну и произнес вступительную речь. Традиции набирать студентов на практику был не один десяток лет, но в этом году честь выпала именно нашей академии.

– А теперь предоставлю слово мастеру де Норвину, руководителю практики, – ректор отступил, и под шквал аплодисментов к трибуне поднялся старший архимаг.

Он уже открыл было рот, как дверь в зал распахнулась. Несколько сотен голов синхронно повернулись, чтобы посмотреть, кому хватило наглости прерывать выступление.

В зал вошел статный парень с густыми черными волосами и в безупречно сидящей форме – темно-синем пиджаке с брюками. На рукаве были вышиты четыре золотых полоски – по числу курсов.

– Марко, – произнесла Лекси с придыханием.

В красавчика-огневика была влюблена половина академии, и моя подруга, увы, не стала исключением.

– Прошу прощения, – произнес он негромко, но его бархатный голос разлетелся эхом по затихшему залу.

Парень собирался было встать у стены, как Бетси вскочила на ноги и отчаянно замахала.

– У нас есть место!

Марко кивнул и направился к ней.

– Молодой человек, – заговорил де Норвин, прожигая его взглядом. – Вы, наверное, прекрасно осведомлены об истории Ледяных гор, раз позволяете себе опаздывать. Почему бы вам не подняться на сцену и не поделиться знаниями с залом?

По рядам прошла трепетная волна. Конечно, Марко на сцене. Что может быть лучше такого представления?

Парень прошел мимо нас с Лекси, сидевших у прохода, и я ощутила терпкий запах дорогого одеколона. От него даже слегка кружилась голова.

– Ах, – вздохнула подруга, глядя Марко в спину.

Спина и правда была красивая. Широкие плечи при изящной талии. Парень был сложен идеально, словно выточенная из мрамора скульптура, и походкой выдавал спокойную уверенность. Не желание выделиться или произвести впечатление. Казалось, в отличие от многих, он никого из себя не строил. Он просто таким был. Сногсшибательным, как говорила Лекси.

– И все же опаздывать невежливо, – пробурчала я, надеясь охладить пыл подруги.

Марко двинул плечом. Неужели услышал? Вряд ли.

Поднявшись на сцену, парень зашагал к трибуне. И я уже обратила внимание не на спину, а на длинные ноги и крепкие мышцы, заметные даже через брюки. С такими ногами только танцевать в балете!

Ой, о чем я думаю?

Нет, такого счастья, как разбитое сердце, мне не надо. Хватит и влюбленности Лекси, все уши прожужжавшей о том, какой Марко замечательный, великолепный и неподражаемый.

Вот сейчас и посмотрим, как он выкрутится.

– Как вас зовут? – поинтересовался де Норвин, когда парень поднялся на сцену.

– Марко де Аллентайн.

– О, сын лорда де Аллентайна, – архимаг кивнул. – Я хорошо знаю вашего отца.

На мгновение мне показалось, что сейчас Марко все сойдет с рук, его пожурят и отправят к остальным, но де Норвин продолжал удивлять.

– Что ж, расскажите нам о Ледяных горах.

Марко провел пальцами по своим черным волосам, откидывая их назад. Неужели нервничал?

Лекси снова сжала мою руку. Похоже, она нервничала за него.

– В Ледяных горах заточен повелитель демонов, – заговорил Марко. – Пять веков назад он напал на наше королевство с армией чудовищ. Его так и не смогли победить, но ценой тысяч жизней удалось заковать его в вечных льдах. И хотя сам повелитель теперь спит, его демоны продолжают нападать на людей. И поэтому Ледяные горы – идеальное место, чтобы магу повысить свое мастерство.

На последних словах де Норвин скривился.

– Вы так считаете? А вас не смущает, что каждый год в горах пропадают люди, в том числе и студенты?

Марко пожал широкими плечами.

– Возможно, им не стоило подавать заявку.

До того молчавший зал взорвался смехом. Даже Лекси захихикала.

Де Норвин прошелся по нам презрительным взглядом, как косой по траве, и все стихли.

– Что еще расскажете? – сухо спросил он.

– Говорят, в Ледяных горах можно найти духов любой стихии, – ответил Марко. – И, победив хотя бы одного, во много раз усилить свой магический потенциал.

– Это правда, – архимаг кивнул. – Но Ледяные горы не место для гордыни и самонадеянности. Именно поэтому мы не берем всех желающих, а проводим жесткий отбор. Садитесь, молодой человек.

Пока Марко спускался со сцены, ему хлопали. Он был определенно популярен в академии. На мой взгляд, даже слишком.

Когда я сдавала вступительные экзамены, его назначили помогать приемной комиссии. И своим прозвищем – Снежинка – я была обязана именно ему. Вряд ли Марко об этом помнил, зато я не забыла.

Для поступления в академию нужно было продемонстрировать свой базовый дар – первую пробудившуюся магию. У кого-то это было управление огнем или потоками воздуха, кто-то умел зачаровывать животных, кто-то исцелять. А я… я могла превращать воду в снег. И все.

Ничего потом с этим снегом делать не могла. Он лежал на столе белыми комками или таял в руках, не желая ни собираться в форму, ни как-то еще демонстрировать свое волшебное происхождение. Думаю, меня в итоге взяли лишь потому, что я подходила под программу поддержки бедных. Академия получала на таких, как я, деньги из казны, а потому было выгодно меня зачислить.

– Ее тоже запиши, – сказал тогда ректор, когда я закончила с демонстрацией дара, а Марко переспросил:

– Снежинку? – и, подняв на меня свои невозможно зеленые глаза, уточнил: – Как тебя зовут?

Помню, мое горло прихватил спазм, и я не смогла издать ни звука. Чувствовала себя дурочкой, способной только мычать. Пришлось ректору самому смотреть в списки.

– Одри Лайн, – произнес он и махнул мне. – Идите получайте форму, учебники и ключ от комнаты в общежитии.

– Снежинка, похоже, отмороженная, – пошутил кто-то за моей спиной.

С тех пор прозвище и прицепилось.

За воспоминаниями я не заметила, как место за трибуной заняла Линда де Миртайн и теперь рассказывала, как подавать заявку.

Нужно было написать сочинение на тему «зачем мне это надо» и «почему на практику надо взять именно меня». Лекси слушала с напряженным вниманием, а я откинулась на спинку кресла.

В моем случае все было намного проще. Мне это было не надо. Зачем напрягаться и что-то писать, когда ясно, что на практику возьмут только благородных? Да и вряд ли я со своим даром пройду хоть одно испытание. Только выставлю себя на посмешище.

У Лекси тоже была водная стихия. И за семестр, что мы проучились вместе, она освоила, как собирать воду в шары и двигать их. Не боги весть что, но все же лучше, чем мой бесполезный снег.

Да и архимаг де Норвин только что упоминал, что в Ледяных горах опасно. Вот пусть гордецы вроде Марко и рискуют жизнью. Мне же надо спокойно выучиться и получить диплом. Он давал шанс найти приличную работу и главное – оберегал от жрецов.

В Рейнерии к магам относились строго. Любой, кто родился с даром, но не смог его освоить, был обязан пройти ритуал разъединения. Жрецы храма Семи богов забирали у человека магию, дабы он был не опасен для окружающих. За это даже платили, поэтому многие приходили в храм сами. Поговаривали, что разъединенные лишались не только дара, но и части души. Становились нечувствительными к страданиям других, да и сами утрачивали способность ощущать себя счастливыми. Может, конечно, слухи преувеличивали. Но проверять на себе не хотелось.

Так что мне хватало переживаний за учебу, чтобы еще ввязываться в опасные авантюры вроде этой практики.

Де Миртайн закончила с объяснениями про заявку. Слово снова взял ректор и, пожелав всем удачи, завершил собрание.

– Ах, если я попаду на практику вместе с Марко, – вздохнула Лекси, поднимаясь. – У меня наконец-то появится шанс.

– И не мечтай, – фыркнула за нашими спинами Бетси. Похоже, подслушивала. – Зачем ему такая деревенщина?

Лекси обреченно вздохнула, ее верхняя губа дрогнула, словно она вот-вот заплачет.

– Пойдем отсюда, – я потянула ее за руку.

Лучше бы поскорее выбраться из толпы. В коридоре подруге и правда стало легче.

– Вот коза, – выругалась она вполголоса.

– Не обращай внимания, – я отмахнулась. – Бетси лишь бы кого задирать… Ей самой с Марко не светит.

– Мисс Лайн? – вдруг послышалось у меня за спиной.

Я обернулась и увидела ректора. Он отделился от троицы архимагов и, шагнув ближе, проговорил:

– Чуть позже зайдите ко мне.

Ректор де Шарль был солидным мужчиной под пятьдесят с волосами цвета соли с перцем и мягким, обволакивающим голосом.

Когда я вошла в кабинет, он поднялся из-за стола и, обогнув его, присел на край столешницы. Сразу чувствовалось, что беседа предстоит непростая.

– Мисс Лайн, – заговорил он, – боюсь, у меня для вас скверные новости.

Меня пронзило ледяной стрелой, и я замерла.

– Казна урезает расходы, – продолжал ректор. – В том числе и на обучение. Этот семестр для вас последний.

– К-как? – вырвалось у меня.

Ректор наполнил из графина стакан воды и протянул мне.

– Мне очень жаль, мисс Лайн, но если до конца месяца вы не заплатите за следующий год, то буду вынужден вас отчислить.

Я приняла дрожащими руками стакан и нервно глотнула. До конца месяца? Но еще же только апрель!

– Но… Неужели нет других вариантов? Может, в долг?

Ректор качнул головой.

– К сожалению, наши дела не так уж хороши. Вы и сами, вероятно, замечали, в каком состоянии некоторые аудитории. Академии нужен ремонт. И если я разрешу учиться вам, то придется и всем остальным…

– А это значит, что вы не сможете взять больше платных студентов, – догадалась я.

На губах мужчины мелькнула печальная улыбка.

– Я рад, мисс Лайн, что вы все понимаете. Думаю, нет смысла ждать до конца месяца, и вы можете покинуть…

Я не слышала, что он говорил. В голове пульсировало, а в груди начало жечь.

Я пропала, пропала! Где мне взять столько денег?

– А практика? – выпалила я.

– Что? – мужчина запнулся.

– Если я попаду на практику в Ледяные горы, вы меня оставите в академии?

Ректор окинул меня удивленным взглядом, словно не верил, что я до такого додумалась.

– Вы не пройдете, – проговорил он уж слишком прямолинейно.

– Но ведь шанс есть у всех, – упрямо возразила я.

– У всех с магией, а вы… – Он тяжело вздохнул, как будто я его мучила, и вернулся к своему столу. – Попробуйте, конечно. Но на вашем месте я бы начал собирать вещи уже сегодня.

Когда я вышла в коридор, ко мне подлетела Лекси.

– Все плохо? – догадалась она по моему лицу.

Перед глазами плыло, и пришлось опереться о локоть подруги.

– Если я не оплачу следующий год, то меня отчислят.

– Как? – воскликнула Лекси.

– Вот так… А без диплома одна дорога – в разъединенные.

– А если написать родителям? – предложила подруга. – Неужели не помогут? Ну хоть в долг занять?

Я мотнула головой. Мама и так еле сводила концы с концами. Мы жили в маленькой деревне, и еще когда я загорелась учиться, мама предупредила, что таких денег у нас не водилось. Магического дара у нее не было, и страха перед разъединением она не понимала. Приводила в пример соседа, который вполне себе трудился, не пил, и жена на него не жаловалась. А про якобы потерянную часть души всегда говорила, что это выдумки.

– Да все равно спроси, – настаивала Лекси. – А вдруг?

Она была права. Спросить всегда можно.

– Есть еще вариант попробовать с практикой, – сказала я.

Лекси заметно напряглась.

– Подать заявку? – уточнила она.

– Ну да. Если возьмут, то ректор меня не отчислит.

Подруга вздохнула.

– Ты же сама говорила, что берут только благородных.

– Но попробовать-то мы можем.

Найдя свободную аудиторию, мы с Лекси засели за сочинения. И если подруга сразу принялась строчить, то я растерянно таращилась на пустой лист. Не писать же им «Мне очень нужна практика, чтобы сохранить свою магию. Ах да, из магии у меня один снег, которым я не умею управлять».

Нет, лучше написать про долг. Да, хочу стать сильным магом, чтобы служить своей стране. По идее это именно то, что они хотят услышать.

Я бросила взгляд на лист Лекси и поняла, что что-то подобное она и писала. Эх, как бы не решила, что я у нее списываю.

– Я все, – объявила подруга, откладывая перо. – Архимаг де Миртайн говорила, что ящик для заявок установят у церемониального зала. Ты скоро? Вместе пойдем?

– Ты лучше иди вперед, я еще думаю.

Оставшись одна, я снова покрутила в голове предложения про долг и службу, даже написала пару абзацев, но вышло казенно и бездушно. Архимаги, скорее всего, посмотрят наши личные дела. А открыв мою папку, сразу все поймут. А так, может, оценят честность? Или решат, что совсем дурочка?

Добавив еще абзац о том, что без практики вылечу из академии, я уткнулась лбом в сведенные руки. Внутри было так тоскливо, что я заплакала. Дар у меня никчемный, вот и заявку на практику написать не могу. И это я мечтала добиться в жизни каких-то высот?

Глаза залило слезами, и я отодвинула листок, чтобы ненароком не намочить. Где-то позади раздался легкий стук. Я вздрогнула и подняла зареванное лицо.

У входа в аудиторию стоял проректор Коллинз, мужчина не старше сорока с выпирающим животиком и круглыми очками.

– Мисс Лайн, – вкрадчиво произнес он. – У вас все хорошо?

– Да, простите. – Я принялась судорожно вытирать глаза и щеки.

– Я слышал, что сказал ректор, – мистер Коллинз подошел ближе и присел на край парты. – Вот. – Он протянул мне платок.

Я шмыгнула носом. К горлу подступил ком, и хотелось провалиться сквозь землю.

– Спасибо. – Платок я все же взяла.

– Для нас это тоже неожиданность, – сказал проректор. – Мы так надеялись на эту программу. Но для вас это, конечно, куда больший удар.

– Ничего, я попробую с практикой. – Я подняла голову. – Простите, что…

– Да что вы, – перебил меня Коллинз. – Я вас понимаю, не стесняйтесь меня. Я бы хотел вам помочь.

– Мне? – Я замерла.

Проектор поправил сползшие на нос очки. У него были бледные, как у рыбы, глаза, но смотрели они неожиданно цепко.

– Я могу оплатить ваше обучение, – заявил мужчина. – Но с одним условием.

Глава вторая

– Марко. – Голос отца потрескивал, а лицо в зеркале артефакта подрагивало и то и дело замирало. Связь в академии работала плохо.

– Что-то случилось? – поинтересовался я.

Отец никогда не вызывал без веской причины.

– К вам сегодня прибыли архимаги. – Он был хорошо осведомлен. – Ты должен попасть на эту практику.

Я сдвинул брови.

– Что я там забыл?

– Ты должен пройти ее с отличием, – продолжал отец. – И получить рекомендации от всех трех магистров.

– Но зачем? – Я все еще не понимал. – Практика – это шанс для магов из простых семей. Я не хочу занимать чужое место ради тщеславия. А если волнуешься о моем потенциале…

– Марко, – перебил отец, и даже сквозь мутное зеркало я видел, как на лбу у него проступила жилка. – Ты немедленно подаешь заявку и не споришь со мной.

– Объясни, в чем дело. – Я упрямился.

– Если узнаю, что архимаги отбыли без тебя. – В его голосе зазвенела сталь. – Ты лишишься наследства и обещанной должности. Все перепишу на Ксандра, а тебя оставлю без гроша. Теперь понятнее?

– Теперь да. – Я кивнул. – Но мог хотя бы объяснить…

Последнее слово улетело уже в пустое зеркало.

Практика в Ледяных горах была, конечно, престижной, но раньше отец говорил, что делать там нечего. Война с демонами, дескать, все равно была бесконечной, а матирию для усиления магии можно было и купить. Для этого не обязательно рисковать жизнью и убивать духов самолично. Отец восседал в королевском совете и после выпуска обещал мне место в одном из министерств. Все, казалось, было решено, и вдруг он передумал. Почему?

Я снова посмотрел на пустое зеркало, как будто оно могло ответить за отца. Но нет, даже артефакт не мог залезть к нему в голову.

Я вышел из комнаты, смежной с кабинетом ректора, и положил зеркало на стол секретаря – очаровательной мисс Дейл, увлеченно стучавшей по печатной машинке.

– Благодарю вас, – сказал я.

Машинка звякнула, когда закончилась строка, и секретарь подняла голову.

– О, Марко, ты уже договорил? Все в порядке?

На территории академии не разрешали пользоваться личными зеркалами, и связаться с родными можно было либо из специальной комнаты, либо в ректорате. Отец сам велел меня позвать, что случалось нечасто.

– Да, все нормально, – уклончиво ответил я.

Мисс Дейл была миловидной: рыжеволосой, с россыпью веснушек – и выглядела молоденькой, как студентка.

– Не сделаешь мне одолжение? – Она вытащила листок из машинки и сунула в красную папку. – Найди проректора Коллинза и передай ему. Он просил напечатать ему для лекции.

– Будет исполнено. – Я склонил голову.

Дейл расплылась в улыбке, но махнула мне, чтобы поторопился.

В коридоре было тихо. Большинство, наверное, отправилось готовить заявки или разбрелось по парам. Мне теперь тоже надо решить, что написать.

Отец всегда был немного самодуром и уж куда более строгим со мной, чем с Ксандром. Но для такой категоричности должны быть причины. Уморить он меня не хотел, иначе не говорил бы о завершении с отличием, и про матирию тоже ничего не сказал… Странно это все.

В задумчивости я шел в сторону лестницы. Одна из аудиторий справа оказалась открыта, и мне показалось, я услышал голос проректора Коллинза.

Прекрасно, не надо будет его искать. Я подошел ближе, но так и замер у двери.

– То, что вы предлагаете, – низко, – заявила симпатичная блондинка, тряхнув стянутыми в хвост волосами.

Форма ей была чуть великовата. Юбка, обычно доходившая до середины голени, спускалась чуть ли не до щиколоток. Белая блузка была застегнута под горло на все пуговицы. Она смотрела на Коллинза с таким презрением, словно он ее домогался.

– Выбор ваш, мисс Лайн, – невозмутимо ответил проректор. – Я лишь хотел помочь.

– Не буду я вашей содержанкой, – выпалила девчонка и, вздернув нос, развернулась к выходу.

Я едва успел спрятаться, чтобы меня не увидели.

– Вы хотите стать разъединенной? – холодно спросил Коллинз.

– Я пройду эту дурацкую практику, – прошипела девчонка вполголоса.

Ее шаги стали ближе, но проректор, похоже, не спешил ее догонять.

– У тебя нет шансов! – крикнул он вслед.

– Это мы еще посмотрим!

Блондинка выбежала из аудитории, не заметив меня. Ее тело дрожало, и было не понять: от злости или слез. Она устремилась к лестнице, и через минуту за ней все же вышел мистер Коллинз.

– О, господин проректор. – Я перегородил ему дорогу. – Мисс Дейл просила вам передать.