Червяк, который хотел летать

Жил на свете Червяк. Такой же, как и тысячи других червяков: розовый и длинный. Ползал он с друзьями под землей, рыхлил почву, прокладывал тонкие туннели и всем был доволен. Но однажды наткнулся он на большой твердый камень. Начал копать влево – нет края камню, вправо – тоже. Стал рыть вверх, земля внезапно обвалилась, и свет ослепил Червяка. Он зажмурился, отвернулся, но через некоторое время привык к свету и открыл глаза. Над ним простиралось что-то синее, глубокое и бесконечное. Белые нежные глыбы плавали высоко над головой. Вокруг червяка шевелилось зеленое высокое и ароматное, а между зеленым и синим парило, летало, порхало и жужжало множество незнакомых Червяку существ.

Приглядевшись внимательно, Червяк узнал майского жука. Зимой они играли вместе под землей, но в конце весны жук куда-то пропал.

– Эй, майский жук! – позвал друга Червяк.

Жук спустился и радостно засеменил навстречу.

– Червяк, дружище, какими судьбами?! Не ожидал тебя здесь увидеть.

– Привет, жук. Скажи, что это? – Червяк вытянул вверх голову.

– Где? Ничего не вижу.

– Ну это… синее.

– А… Это небо, Червяк. Ты что, ни разу неба не видел?

– А плавучие белые глыбы?

– Так это ж облака! Вот чудак!

– А что это такое зеленое колышется? – Червяк крутил головой и всему удивлялся.

– Ну ты даешь, Червяк, это же трава? – рассмеялся Майский Жук.

– А что нужно сделать, чтобы пролететь между травой и небом?

– Хм. Никогда не задумывался. Я, Червяк, просто подпрыгиваю и лечу. Само всё как-то получается.

Червяк свернулся в тугую спираль, резко распрямился и, словно пружина, прыгнул так высоко, как только мог, сантиметра на два. Но он не взлетел, а больно шмякнулся о землю, растянувшись во всю длину.

– Ты чего, Червяк? – удивился майский жук. – Червяки, они не для полетов, а для ползания. Ну, или в грязи ковыряния. Ты лучше обратно, под землю лезь. Тут, Червяк, птицы водятся, клювастые – мрак! Вот они-то летать умеют – ой-ой-ой! Мигом склюнут, и хвостом вильнуть не успеешь!

Но червяк его не слушал, но снова и снова сворачивался в спираль, подпрыгивал и падал, и падал, и падал.

– Ладно, Червяк, упражняйся. А мне уже того, пора. Покедова! – майский жук расправил крылья, легко подпрыгнул на тонких ножках, и, с жужжанием, скрылся за листьями одуванчиков.

Червяк старался, прыгал и падал, пока к нему не подлетела стрекоза:

– Эй, ты чего тут делаешь? Это игра такая?

– Я хочу взлететь! – ответил запыхавшийся Червяк.

– Бедняжка, разве ты не знаешь, чтобы летать, нужны крылья, – и стрекоза помахала прозрачными, легкими, но прочными крылышками. – Ползи домой, под землю, отдыхай. Без крыльев ты не взлетишь.

Червяк крепко задумался, а потом решительно направился к ближайшему кусту красной смородины. Стрекоза с любопытством наблюдала, как Червяк ползает у корней  и что-то ищет среди редких травинок. Червяк нашел четыре сухих, порыжевших листика, обернулся вокруг черешков и медленно, чтобы не выронить ношу, пополз вверх по наклоненной высокой травинке.

Стрекоза села на цветок колокольчика, ожидая, что же будет дальше. А червяк забрался высоко-высоко, на самый конец травинки, и теперь хитро извиваясь, неуклюже растопыривал листики в стороны.

– Что ты делаешь? – не выдержала стрекоза.

– Крылья! – гордо крикнул Червяк и прыгнул.

Червяк не взлетел. Он лишь шмякнулся о горячую землю. Листья-крылья разлетелись и лениво валялись среди травы.

– Эх, бедняжка Червяк. Тебе под землей жить положено. Не мучайся. Ползи домой!

Но Червяк не послушался. Он снова принялся сгребать в кучу сухие листья. Стрекоза хмыкнула и упорхнула в сторону пруда.

– Ха! Да разве ж это крылья, – раздался хриплый приглушенный голосок.

Червяк огляделся – никого.

– На таких крыльях далеко не улетишь, – опять сказал кто-то. – Ты лучше окукливайся, как я, и у тебя вырастут прекрасные большие  крылышки. Вместе порхать будем!

Червяк посмотрел вверх и увидел странный длинный нарост, свисающий с ветки.

– Привет! А ты кто? – полюбопытствовал Червяк.

– Я была яйцом. Потом вылупилась и стала гусеницей. Сейчас я завернулась в кокон, чтобы превратиться в куколку. В коконе-колыбельке у меня вырастут крылья, и тогда я стану Имаго, вылезу наружу и полечу!

– Кем, кем ты станешь?

– Имаго. Бабочкой! Буду порхать с цветка на цветок и пить сладкий нектар.

– Ой, я тоже хочу порхать! Научи меня, пожалуйста.

– Фейи фифку и фамафывайфя – гусеничка, грызущая сочный листик неподалеку, решила помочь Червяку.

– Что-что?

– Я фофою, фейи фифку… тьфу! – гусеница выплюнула недожеванный лист. – Я говорю, тяни нитку и заматывайся.

– А откуда её тянуть?

Гусеница, уже успевшая разинуть рот пошире, чтобы откусить большой сочный кусок, скорчила недовольную гримасу:

– Из себя! Откуда же еще! – она показала на тоненькую, едва различимую клейкую ниточку, тянущуюся у неё сзади из брюшка.

– Но я не умею тянуть нитку, – растерянно отозвался Червяк.

– Не уфеефь – уфифь! – гусеница набила рот листьями и больше не обращала на Червяка внимания.

Грустный Червяк заполз в тень, свернулся калачиком и тихо заплакал. Где же ему найти нитку, чтобы сделать кокон, в котором он превратится сначала в куколку, а затем в прекрасное крылатое имаго?

– Не плачь, Червяк. Я дам тебе ниток. У меня их много! – Маленький желтобрюхий паук подполз к Червяку и протянул ему конец серебристой паутины.

Червяк просиял, поблагодарил маленького паучка и начал заворачиваться. Кокон получился тесный, неудобный, странной формы, но червяк готов был просидеть в нем столько, сколько потребуется, чтобы заполучить крылья.

Время тянулось мучительно медленно. В коконе было душно и жарко. Скрюченный Червяк с нетерпением ждал, что вот-вот у него начнут расти крылья!

Прошло много-много дней ожидания. Голодный и обессиленный Червяк услышал, как кокон гусеницы над его головой трещит и ломается. “Пора!” – решил червяк и тоже попытался вылезти. Яркий солнечный свет ослепил Червяка, просунувшего голову в маленькую дырочку. Когда глаза привыкли к свету, он увидел над собой уже не гусеницу, а бабочку “павлиний глаз”. Она сидела рядом с разломанным коконом и медленно расправляла чудесные яркие крылья. Обрадованный Червяк, извиваясь и кряхтя, выбрался из своего кокона и плюхнулся на мокрую от утренней росы землю. Увы, крылья не выросли.

Как же так! Почему! Несправедливо!

Бедный червяк отчаился. Столько времени и сил потрачено зря!

– Не получилось что-ли? – спросила бабочка.

Червяк в ответ лишь заплакал.

– Ну, видно, не твое это! Не мучай себя, Червяк. Ползи под землю, копошись в грязи и будь счастлив.

Червяк понимал, что все они правы: и жук, и стрекоза, и бабочка. Но что-то держало его наверху, не давало опустить голову и вернуться в сырую темноту дома.

А в это время девочка Лисана, сидя за столом у себя дома и, высунув кончик языка, аккуратно складывала самолетик из квадрата белой бумаги. Закончив, она запустила его в воздух. Сильный сквозняк подхватил легкий самолетик и увлек к балконной двери, а потом и на улицу. Лисана нахмурилась и поджала губы, но, не долго думая, уселась за обеденный стол и принялась складывать новый самолётик.

Червяк свернулся в колечко и раздумывал, стоит ли ему оставаться здесь, или пора уже возвращаться домой.  “Спасайтесь! Спасайтесь!” – зажужжали насекомые вокруг. Червяк вздрогнул. Это муравьи засуетились, забегали, а потом организовано двинулись под гнилушку, неся на спинах желотоватые муравьиные куколки. Червяк посмотрел в небо и увидел, как прямо на него несется что-то огромное и белое. Не успел Червяк и глазом моргнуть, как это что-то с грохотом упало совсем рядом, накрыв его белым крылом.

Всё вокруг затихло. Никто не жужжал, не шумел и не порхал. Червяк открыл один глаз, потом второй – тишина. Осмелев, Червяк медленно выполз из тени белой летающей громадины. Он внимательно осмотрел её, потрогал, толкнул. Его глаза округлились. Казалось, Червяк засиял волшебным внутренним светом.

– Друзья! – Закричал он. – Пожалуйста, помогите мне!

На его зов прибежали муравьи, спустились на тонких нитках пауки, слетелись стрекозы, пчелы и жуки. И даже красивые бабочки опустились к земле на зов Червяка.

– Помогите мне, пожалуйста, подняться с этой штукой вооон на ту ветку!

Сам бы он никогда не смог забраться на ветку шиповника, тем более –  затащить туда бумажный самолётик, такой крохотный для ветра, и такой огромный для Червяка.

Друзья-насекомые помогли Червяку взобраться на самолетик и общими усилиями подняли и понесли их к кусту шиповника. Конечно, самолетик – огромный и тяжелый, но когда у тебя много хороших друзей, нет ничего невозможного. Сильные муравьи карабкались вверх по колючим веткам шиповника с самолетиком на спинках, а пауки помогали им, придерживая и подтягивая самолетик на паутинках, чтобы его не унес ветер.Бабочки и стрекозы, изо всех сил работая крыльями, поправляли края самолетика, чтобы он не цеплялся за острые шипы.

Когда работа был закончена, солнце уже клонилось к горизонту. Небо быстро заволакивали тяжелые облака. Порывы ветра грозили уронить самолётик на землю, но жуки и муравьи держали крепко. Червяк пристроился в середине самолётика и замер.

– Можно отпускать? – спросили муравьи.

– Нет, подождите. Ещё рано.

А ветер дул всё сильнее и сильнее. Друзья-насекомые с трудом удерживали бумажную громадину на ветке, вцепившись в неё лапами и челюстями-мандибулами.

– Давай уже! Сил нет больше держать! – стонали они.

И тут ветер налетел с такой силой, что цветы и трава пригнулись к земле.

Червяк зажмурился и завопил:

– Отпускай!

Когда он открыл глаза, то увидел, как земля, трава и цветы с бешеной скоростью несутся на него. От страха Червия подался назад, и самолетик, задрав нос, устремился вверх. Наклоняя бумажные крылья, Червяк научился управлять самолетиком. Страх отступил, глаза Червяка горели восторгом, сердца бешено бились. Мимо мелькали деревья, дома, птицы. Девочка Лисана махала рукой с балкона, приветствуя свой самолётик, и громко смеялась. Скоро ветер утих, и полет стал легким. Самолетик больше не прыгал по воздуху, а плавно скользил между небом и землей. Счастливый пилот Червяк уверенно летел в лучах вечернего солнца навстречу своей мечте.