Планета Баранозавров

Часть 1. Пришелица

День выдался замечательный – солнце ярко светило сквозь облака на оранжевом небе. Лёгкий ветерок лениво раскачивал верхушки деревьев, срывая листья и устилая ими бордовую траву. По узкой тропинке, стуча копытами и сбивая росу мощными хвостами, неслись сквозь лес баранозаврята. Впереди бежали наперегонки старшие брат и сестра со звучными именами Бебеслав и Бебелла, за ними еле поспевал малыш Беня, сжимая в передних лапах плетёный мяч. На самом деле, его полное имя Бениамин, но все зовут его просто Беня, ведь у него ещё даже не выросли рожки.

– Сегодня я буду играть против вас двоих, – заявил Бебеслав, – потому что я старший и играю в баранобол лучше всех!

– Да-да, зазнайка! – поддразнила братца Бебелла, стряхивая приставшие к кудрявой шёрстке веточки.

Они выскочили на поляну, идеально подготовленную для игры: трава съедена под корень, колодцы выкопаны, повсюду разбросаны брёвна.

– Посмотрим, кто выиграет сегодня! Беня, бросай мяч!

Но Беня стоял, запрокинув голову, и вглядывался в оранжевое небо.

– Беня, ты чего?

– Звезда, – ответил Беня и показал когтем вверх.

Присмотревшись, Бебелла и Бебеслав действительно увидели в небе маленькую мерцающую звёздочку.

– Звёзд днём не бывает, – тут же заявил Бебеслав.

– А что же это тогда? – воскликнула Бебелла.

– Ещё не знаю, нужно у папы спросить. Папа Бенокентий – вожак нашего стада. Он всё-всё знает.

– Падает, – заметил Беня.

Звезда светила всё ярче, и за ней уже виднелся светлый след.

– Вот бы звёздочка упала сюда, – захлопала в ладошки Бебелла, – я прикрепила бы её на верёвочку и повесила себе на шею!

– Глупышка, – важным тоном проблеял Бебеслав, – звёзды огромные – в сто раз больше нашей деревни!

Все замолчали, пытаясь представить, насколько велики звёзды.

Звёздочка между тем всё приближалась и приближалась. Только падала она странно – прыгала из стороны в сторону, испуская малюсенькие облачка.

– Корабль, – прошептал Беня.

И все тотчас увидели, что это никакая не звёздочка, а всамделишный космический корабль. Похоже, он был сломан: его болтало и швыряло.

– Сейчас упадёт!

– Возле ручья!

– Бежим туда скорее!

Баранозавры широкими прыжками помчались через заросли земляпихи. По пути Бебелла зацепилась рогами за ветку берёмухи, и её пришлось выпутывать. Вся компания замешкалась, помогая сестре, когда неподалёку раздался: «Ба-бах!».

Баранозаврики добрались до ручья и увидели на берегу большой розовый космический корабль. Он сильно кренился к земле, и только прочные чешуйчатые ветви секвони не давали ему упасть. Раньше космические корабли никогда не падали возле Кривых Рогов. Баранозаврята вообще сомневались, что космические корабли хоть раз приземлялись в Беляндии, а потому стояли в нерешительности.

– Эй! – осторожно крикнула Бебелла. – Вы прибыли с миром?

– Нужно сначала поздороваться и представиться, – шикнул на неё Бебеслав. Потом громко с выражением крикнул: – Бе! Мы баранозавры из деревни Кривые Рога! А вы кто?

Пока старшие баранозаврята кричали, Беня незаметно поднял большую палку, подкрался к космическому кораблю и постучал ею по корпусу.

– Ты что! – закричали разом Бебеслав и Бебелла. – А если они решат, что ты нападаешь! И…

Старшие баранозавры не успели договорить. Двери корабля распахнулись, и оттуда вышло странное существо на двух ножках, с двумя ручками, небольшой головой на короткой шее. Одето оно было в серебристый комбинезон. Рогов, хвоста и шерсти у существа не было, зато на голове раздувались ветром светлые волосы, не очень опрятно убранные в косички. Ростом оно оказалось невелико, даже меньше Бени. Существо улыбалось.

– Здравствуйте! Я девочка. Меня зовут Лисана.

– Как-то не похоже на имя, – шепнул Бебеслав сестре.

– Может, ты хотела сказать Белисана? – спрсила Бебелла.

– Нет, я не Белисана, я Лисана, космонавт с планеты Земля.

– Бе, Лисана! – поприветствовали её хором баранозаврята.

– Я Бебелла, а это мои братья: Бебеслав и Бениамин.

– Бе-е-е-еня, – проблеял Бениамин.

– А ты зачем сюда прилетела?

– Я исследовала космос, летала от звезды к звезде, но возле вашей планеты «Птеранодон», так называется мой космический корабль, сломался. Я попыталась послать сигнал о помощи, но с антенной что-то случилось. Где тут у вас ремонтируют космические корабли?

Баранозаврята неловко переглянулись, не зная, что ответить. У баранозавров космических кораблей отродясь не бывало.

– В Кривых Рогах его точно наладить не получится, – ответил Бебеслав, – надо у папы спросить, он всё-всё знает!

– Ничего, я не тороплюсь. Вы будете со мной играть?

Баранозавры сразу же оживились: – Баранобол! – закричали они. – Идём с нами, у нас как раз игроков не хватает!

– Здорово! Ура! А какие правила игры? – спросила Лисана.

Баранозавры удивлённо посмотрели на неё:

– Откуда мы знаем! Мы же ещё играть не начали!

Баранозавры поскакали на поляну, и Лисана поспешила за ними.

– Можно я? Можно я начну? – запрыгал Беня.

– Вот когда рога вырастут, тогда и будешь начинать, – огрызнулся Бебеслав и, завопив: «Кто бросит мяч выше всех, тот получает три очка!», с силой швырнул мяч в небо. Все стали наперебой хватать мяч и подкидывать его как можно выше.

– Очко за каждый скачок через бревно! – прокричала Бебелла, и баранозавры начали прыгать через поваленные деревья.

– А с закрытыми глазами – два очка, – крикнул Беня.

Баранозаврята прыгали, закрывали-открывали глаза, подбрасывали мяч как можно выше.

– Я поняла! – воскликнула Лисана. – Выдумывание правил – это часть игры.

Лисана поймала мячик, подняла его над головой, закрутилась волчком вопя:

– Кто покружиться с мячом над головой, тот и выиграл!

Она стояла радостная, широко улыбалась и обнимала мяч. Тут Лисана заметила, что баранозавры смотрят на неё неодобрительно.

– Я же выиграла, правда? – спросила она.

– Конечно выиграла, молодец, – буркнул Бебеслав.

– Такую игру испортила, – расстроенно проворчал Беня, усаживаясь на большой валун.

– Но ведь в игры нужно выигрывать. В этом же смысл любой игры?

– Смысл игры в том, чтобы было весело, – нравоучительно сказала Бебелла, – а ты всё веселье испортила.

– Ой, ну я же не знала. Давайте заново сыграем?!

– Мы два дня к этой игре готовились, заново уже не получится. Будем к следующей игре другое начало придумывать.

– Баранобол, это вам не игрушечки, – закричал Бебеслав. – Баранобол – серьёзный спорт!

– Простите, пожалуйста. Я не знала. Я никогда раньше не играла в баранобол.

– Бе, – примирительно проблеяла Бебелла, – пойдёмте уже домой. Мы тебя с родителями познакомим. У нас сегодня капустосаны на ужин.

***

Деревня Кривые Рога стояла на опушке леса. Редкие дома, похожие на раковины гигантских улиток, прятались среди деревьев. Сверху донизу их оплетали сиреневые вьюны, по которым бегали юркие таракащерецы, охотясь за мурашкарой.

Узкие дорожки, вытоптанные копытами жителей, причудливо извивались. А вокруг – тихо, лишь изредка в разноцветных кронах деревьев, что нависали над путниками пенными зарослями, квакали и хохотали неведомые птицы.

Баранозаврята и Лисана миновали с десяток таких домов, прежде чем Бебелла произнесла:

– Вот мы и пришли, – и указала на белую спираль-раковину, притаившуюся в тени толстенного баодеда.

Беня первый добежал до двери и постучал лбом. Потом ещё и ещё, но никто не открывал.

– Куда это папа мог уйти? – малыш удивлённо почесал макушку.

Бебелла догнала братика и тоже постучалась. Ей тоже никто не ответил.

– Пойдёмте к Бебельяну Бебеновичу, мама точно там! – Бебелла повернулась к Лисане и пояснила: – Сейчас у мамы курсы художественного бормотания. Побежали! – и Бебелла, схватив младшего брата за лапу, прытко скрылась в оранжевых кустах, спугнув стайку куропяток.

– Что это за курсы бормотания? – спросила Лисана у Бебеслава.

– Художественное бормотание – это искусство такое. Ты не знаешь, что ли?

– Не-а.

– Ну как же, есть картины – их рисуют, есть танцы – их пляшут, есть стихи – их бормочут.

– А зачем?

– Чтобы было искусство. Если их просто читать – то это любой может, а если пробормочешь – уже искусство получается.

– Пробормочи мне стишок какой-нибудь, – попросила Лисана.

– Я ж не умею. Этому долго учиться надо. Бормотание – это сложно. Вот мы маму попросим – она очень хорошо бормочет.

Так, болтая по дороге, друзья подошли к дому Бебельяна Бебеновича. Беня уже долбился лбом в дверь.

– Хии-тотам-ма-стутучися! Ми-сисяси-сийно-саняти. Пихотити-попозе, – донеслось из-за двери непонятное мычание, словно говорящий набрал полный рот ирисок.

– Бебельян Бебенович, – закричала Бебелла, – наша мама у вас?

– Тути-онати-фашамамаша. Потошитети-тутати, сисяси-еёси-пософуфам.

– Во даёт! – восторженно прошептал Бебеслав. – Ни слова не разобрать! Настоящий профессионал!

Дверь отворилась, вышла мама. Беня потянулся к ней, и мама взяла его на ручки.

Бебелла сразу же принялась объяснять:

– Мы пришли домой, а папы нету. А у него надо спросить, где отремонтировать «Птеранодона», в котором бабахнулась в ручей Лисана. «Птеранодон» – это космический корабль, а Лисана – это вот, – Бебелла ткнула Лисану когтем. – Мы бы пришли попозже, но баранобол сильно быстро закончился. Поэтому дай нам ключ.

– Понятно. Держите ключ, – мама открыла пасть и достала оттуда что-то. Это что-то было ярко-розовым, тягучим и постоянно извивалось. – Смотрите не потеряйте и не проглотите.

Мама бросила ключ Бебеславу, и тот ловко поймал его ртом.

– А где эта Бесана, которая бабахнулась в космическом корабле?

Лисана сделала шаг вперёд.

– Не Бесана, а Лисана. Я космонавт с планеты Земля!

– Очаровательно! Бегите домой, я скоро приду.

Друзья побежали обратно. Лисана немного отставала, так что баранозаврам пришлось остановиться и подождать.

– Слыхала, как бормочет Бебельян Бебенович? – спросил Бебеслав. – Он настоящий великий бормотун!

– Что-то мне не очень понравилось. Ничего не понятно.

– На то оно и искусство! Не всякому под силу понять! Вот я хорошо разбираюсь в бормотании! – важно заявил Бебеслав.

– Ой, наш зазнайка снова расхвастался, – засмеялась Бебелла. – Лисана, а у вас есть стихи?

– Да, конечно! Только мы их не бормочем.

Бебеслав презрительно фыркнул.

– Мы их просто читаем или поём.

Баранозавры недоумённо переглянулись:

– Что такое «поём»?

– Ну это когда играет музыка, слова ложатся на мелодию… – Лисана посмотрела на баранозавров. Вид у них был совершенно потерянный. – Ну чтобы песенка получилась. Чтобы красиво было!

– Красивее чем бормотание? – недоверчиво спросил Бебеслав.

Лисана уже хотела ответить, что любые звуки красивее, чем бормотание, но промолчала, потому что была очень воспитанная.

– А давайте, я вам спою!

Лисана захлопала в ладоши и звонким голосом запела песенку:

Мимо туманности носорога

И созвездия попугая,

Пыль астероидов разгоняя,

Розовой быстрой стрелой,

Вперёд к приключениям

И развлечениям,

Навстречу мечте,

К далёкой звезде,

Сквозь космос летит

«Птеранодон» —

Космический корабль мой!

Баранозавры смотрели на Лисану, изумлённо раскрыв пасти и выпучив глаза. Первым очнулась Бебелла:

– Что это было? А ещё можешь?

– Молодец! Здорово! Ещё! Ещё! – восторженно запрыгал Беня.

И только Бебеслав, когда пришёл в себя, закрыл рот и пробубнил:

– Бормотание всё равно лучше.

– Вот иди к Бебельяну Бебеновичу и слушай своё бормотание! – укорила братца Бебелла. – Лисана, ты научишь меня так красиво поеть?.. Спевать?.. Как сказать правильно?

– Петь. Петь песенки. Конечно же, научу, это несложно.

Бебеслав опять заносчиво фыркнул, но было видно, что ему понравилось и тоже сильно-сильно захотелось научиться петь, хоть он и старался не подавать виду.

Тем временем компания подошла к дому. Бебеслав издалека плюнул ключом в дверь. Тот со шлепком распластался по ней, затем зашевелился, заизвивался, крутанулся и дверь откатилась в сторону.

Из темноты навстречу баранозаврятам и Лисане выскочило существо, похожее на зелёного слизня в чёрную полоску и размером с большую собаку. Его выпученные лягушачьи глаза бешено вращались, а из широкой беззубой пасти свешивался жирный синий язык. Существо, хоть и было безногим, очень резво скакало, шлёпая, хрюкая, хлюпая и разбрызгивая во все стороны липкую светло-розовую жижу.

Лисана немножко испугалась и попятилась, но баранозавры совсем не боялись полосатого монстрика. Бебелла радостно завопила:

– Бебеша! Иди ко мне, мой сладенький! Ты скучал?

Монстрик прискакал к Бебелле и стал тереться о её лапы. Белая шёрстка Бебеллы тут же покрылась розовой слизью.

– Это Бебеша, – пояснил Бебеслав, – наш хлюпошлёп.

– Какой симпатичный, – неуверенно отозвалась Лисана. – Он же этой розовой слизью весь дом испачкает!

– Конечно испачкает! Это же соплеслюни. Хлюпошлёпов ради соплеслюней и держат.

– А зачем вам соплеслюни?

Бебеслав макнул коготь в розовую вязкую лужицу и протянул Лисане.

– Попробуй! Вкусно!

Соплеслюни пахли сладко, но выглядели очень неаппетитно.

– Спасибо большое. Но я лучше подожду этих… капусто… капусто…

– Капустосанов!

– Да. Капустосанов. Их случайно не из соплеслюней делают?

– Да нет! – засмеялся Бебеслав. – Капустосаны делают из капустонасов. Заходи, покажу.

Бебеслав облизал соплеслюни с ладошки и махнул лапой, приглашая Лисану войти в дом.

Весёлая компания поспешила к двери, в сопровождении радостно скачущего и хрюкающего хлюпошлёпа.

Дома у баранозавров было пусто, даже очень пусто. Ни стульев, ни столов, ни шкафов – ничего из мебели.

– Вот здесь мы едим, – Бебеслав продемонстрировал просторную пустую комнату.

– А на чём вы сидите?

– На попе.

– Понятно, а еду куда кладёте?

– Вот сюда, – Бебеслав указал на середину комнаты и крикнул: – Беня, неси капустонасы!

– Нету, – раздалось в ответ. Лисана услышала сдавленное чавканье.

– Эх, придётся на охоту идти, – обратился Бебеслав к Лисане.

– Ой, а на кого будем охотиться?

– Не на кого, а на что. На капустонасы.

***

Баранозаврята бесшумно ступали по сухой бордовой траве. Лисана брела сзади, стараясь не упустить друзей из виду. Не шуметь у неё не получалось. Баранозавры остановились и пригнулись. Бебеслав показал что-то жестами остальным и беззвучно исчез в кустах. Лисана на цыпочках подкралась к Бене с Бебеллой. Едва она открыла рот, как бараназавры стали на неё шикать и строить страшные гримасы, показывая, что нужно вести себя тихо-тихо. Бебелла отодвинула когтем рыжий лист мамортника. За ним открывалась полянка, посреди которой торчал одинокий высокий и тонкий стебель. На его верхушке красовались фиолетовые бутоны, а зазубренные листья оканчивались длинными багровыми шипами.

На противоположном конце поляны из кустов осторожно выглянул Бебеслав и одобрительно закивал. Беня и Бебелла, громко перекликаясь и размахивая лапами, выскочили из зарослей. В тот же миг фиолетовые бутоны диковинного растения раскрылись и уставились на баранозавров двумя десятками моргающих глаз, листья угрожающе ощетинились шипами. И тут Беня и Бебелла пустились в пляс. Они прыгали, корчили глазастому цветку рожи и насмешливо бебекали. Пока цветок таращился на них, сзади подкрался Бебеслав. Когда он подошёл совсем близко к цветку, Беня и Бебелла стали танцевать медленнее и медленнее, пока, наконец, не замерли в неестественных позах.

Повисла напряжённая тишина. Цветок осторожно потянулся к баранозаврам. Тут Бебеслав издал пронзительный вопль и зажал нос лапой. Цветок от неожиданности выпучил все двадцать глаз, с треском выпустив сиреневое облачко, и втянул стебель в землю. Вместо него из земли выскочил и с хлопком раскрылся огромный зелёный с голубыми прожилками кочан.

Когти Бебеслава со свистом рассекли воздух, и через мгновение охотник на капустонасы уже улепётывал с поляны, обнимая добычу. Стебель с глазастыми бутонами снова опасливо вылез из земли и огляделся. Заметив вдалеке Бебеслава, он возмущённо зашипел ему вслед и угрожающе потряс шипастыми листьями.

Капустонас оказался таким большим и тяжёлым, что, дотащив его до дома, Лисана и баранозаврята повалились на пол без сил. Папа Бенокентий ещё не вернулся, но мама Белизовета уже была дома и встретила детишек.

– Я вас потеряла! – всплеснула она лапами. – А вы уже и поохотиться успели! Так давайте капустосаны делать! – И она разорвала когтями синий кочан пополам.

Изнутри капустонас выглядел как капуста, только в сердцевине вместо кочерыжки желтела сочная мякоть ананаса. Баранозавры, отрывая по листу, сворачивали их треугольниками. Когда с приготовлениями было покончено, все уселись на пол вокруг кучи свежих капустосанов. Лисана присела рядышком. Прибежал Бебеша и принялся скакать, ласкаться, хрюкать и тереться о хозяев, разбрызгивая соплеслюни. Баранозавры макали капустосаны в ароматные розовые лужицы и довольно хрумкали. Лисана тоже съела один капустосан, но от соплеслюней вежливо отказалась.

– Ну а теперь пора спать, – сказала мама Белизовета.

Она расставила ноги пошире, сложила передние лапы за спину и, низко наклонившись, упёрлась лбом в пол. Её веки медленно закрылись, и Белизовета заснула.

Баранозаврята повторили всё в точности за мамой. Воцарилась тишина.

– Эй! Вы это чего? Что вы делаете? – растерялась Лисана.

– Как это чего? Не видишь, спать собираемся. Давай и ты тоже, – шепнул в ответ Бебеслав.

– А спален с кроватями у вас нет, что ли?

– Чего-чего?

– Да так, ничего. Спокойной ночи!

Лисана сидела на полу и смотрела на спящих головами вниз баранозавров. Их длинные пушистые хвосты свисали между ног. Хвостик Бениамина иногда подёргивался. Видимо, он уже смотрел баранозавренковый сон.

Лисане тоже хотелось спать. Она попробовала принять ту же позу, что и баранозавры, но стоять, упёршись головой в пол, оказалось жутко неудобно, даже немножко больно.

Лисана легла на пол, но заснуть на твёрдой земле никак не получалось. Решив поискать местечко помягче, Лисана пошла наверх по длинному спиральному коридору. Дома было пусто, лишь изредка, то здесь, то там, валялись обломки дерева и засохшие бурые листья, но не нашлось ничего мягкого.

Тут Лисана увидела кровать. Самую настоящую: на ножках, с матрасом, подушкой и даже одеялом. От усталости она ничему не удивлялась, сразу улеглась, завернулась в одеяло и с удовольствием закрыла глазки. Было тепло и мягко. Лисана медленно провалилась в сладкий тягучий розовый сон.

Часть 2. Похищенные папы

Когда Лисана проснулась, уже рассвело. Отовсюду доносился топот копыт и громкое блеяние. Лисана попыталась протереть глазки, но её руки были покрыты чем-то скользким и тягучим. Кое-как разлепив ресницы, Лисана огляделась и поняла, что вся с ног до головы измазана розовыми соплеслюнями. Рядышком пристроился Бебеша. Он мирно спал, тихо посвистывая. Лисана осторожно перелезла через хлюпошлёпа и выбралась из кроватки. На неё тут же налетела Бебелла.

– Ура! Одна нашлась! – радостно заверещала она.

– Я и не терялась, – Лисана безуспешно попыталась стряхнуть с пальцев слизь. – Чего все носятся?  И где можно помыться?

– Ох! Да ты же вся соплеслюнями измазалась! Ты что, с Бебешей обнималась?

– Не обнималась. Он ко мне в кроватку ночью забрался.

– Куда?

Лисана показала пальцем.

– Да это же Бебешино гнездо! Ты зачем туда залезла?

– Какое же это гнездо! – возмутилась Лисана. – Это кроватка. Там даже подушечка есть!

– Надо будет попросить папу смастерить для тебя новое гнездо. Бебеша своё ни за что не отдаст. Или тебе понравилось спать с хлюпошлёпом?

– Не понравилось, – Лисана изо всех сил встряхнула рукой, и комок слизи шлёпнулся на пол. – Так где помыться можно?

– Вылижись и всё!

– Я не умею.

– Тогда давай я тебя вылижу, – Бебелла потянулась к Лисане языком.

– Нет, нет, нет! Спасибо, – пятясь, запротестовала Лисана. – Лучше покажи ручей или озеро какое-нибудь.

– Идём за мной, – весело позвала Бебелла и застучала копытцами по полу.

Сейчас же на Лисану с Бебеллой налетел Беня.

– Лисана нашлась! – заблеял он что есть мочи.

На крик прискакал Бебеслав.

– Ура! Вот она! Ну хоть одну нашли. А ты что, решила соплеслюнями по утрам умываться?

– Она с Бебешей спала, – объяснила Бебелла.

– Хм, – Бебеслав недоумённо выпучил глаза, – не думал, что тебе так понравился наш хлюпошлёп.

– Да это не я… А ладно. Расскажите, кто ещё потерялся? И дайте, наконец, умыться! А ещё мне нужно в «Птеранодона» сбегать, переодеться.

– Папа так и не вернулся, – с грустью ответила Бебелла.

– Может, ему тоже захотелось поспать с хлюпошлёпом? – предположил Беня и побежал проверять гнездо Бебеши.

Бебеслав тяжело вздохнул, покачал головой, глядя на убегающего братца, и протянул лапу Лисане.

– Пойдём, я провожу тебя к ручейку, а потом переоденешься и вместе папу поищем.

– Странное дело, – переживал по дороге Бебеслав,  – раньше с папой такого не случалось. Он никогда не терялся без предупреждения. Загадка!

– Нам обязательно нужно найти вашего папу! Кто же починит корабль?! – воскликнула Лисана.

– Надеюсь, это не пельменееды его схватили.

– Пельменееды? – озадачилась Лисана. – Вроде звучит не страшно. Они ж пельменями питаются, а не баранозаврами.

– Да? Не страшно? А из чего они, по-твоему, пельмени делают?

– Из чего?

– А из чего увидят, из того и делают!

– Ого! – Лисана пыталась представить пельменееда. Не получалось. – А какие они?

– Кто?

– Ну пельменееды эти ваши.

– Откуда ж мне знать? Если б я их встретил, тут же пельмень бы из меня слепили и… Не хочу даже думать об этом.

– Ну кто-то же их видел?

– Конечно, видел! Только вот рассказать об этом никому уже не смог. Это ж пель-ме-не-е-ды! – Бебеслав значительно поднял когтистый палец. – Понимать надо!

– Так откуда ты знаешь, что они вообще существуют?

Бебеслав посмотрел на Лисану так, словно она сморозила величайшую глупость во всей Беляндии.

– Ты что, не видишь, как я их боюсь?

– Вижу. И что?

– Как это, что? Если ты чего-то боишься, то оно уж точно существует!

– Ну не знаю, я, например, боюсь… – Лисана задумалась и попыталась вспомнить что-нибудь страшное, но на самом деле несуществующее. Ничего такого не вспомнилось.

Бебеслав подождал немного, затем поучительно протянул: «Во-о-о-от!», и довольный скрылся в кустах. Лисана поспешила за ним, боясь потеряться.

Они вышли к ручью. Лисана вымыла руки и лицо, внимательно оглядела заляпанный розовой слизью комбинезон.