Начало Конца: Церковный Десант

«Нарушен устоявшиеся миропорядок, рухнули прежние договоры. Каждый сам за себя, нам нужно вернуть смысл: Каждый за Каждого и Я меч Божий удостоенный чести положить свою жизнь на борьбу со злом, настоящим, истинным злом, с когтями и зубами способными лишать жизни. Человек бросает Вам вызов, сквозь века доказывая своё право на существование и раз эти враги устремили на нас свои взоры, мы устремим в них мечи. Аминь»

Где-то в Аравийской Пустыне 2015 год

Перед глазами лежала пустыня, как в сказках про Алладина. Большая, широкая, раскосая до горизонта влево и вправо, завораживающая картина с тысячью деталей. Пейзаж пестрил красками ярких тонов, красные барханы, желтые дюны с черными гребнями и всё так бесконечно далеко и многогранно, что взгляд постоянно за что-то цеплялся.

Большой валун лежал на песке, словно выброшенный великаном. Такой монументальный и чужой, он был тут тысячу лет защищая путников от палящего солнца. Раскинутая палатка давала тень в два квадрата, в которой лежал молодой человек. Снаряжение и сумки стояли рядом с кормом для лошади, что с удовольствием топила голову в ужине и тени.

Петр навсегда запомнит этот день. Хоть и был он совсем недавно, на одном из первых заданий перед выпуском из академии. Миг перед свободой, коллаж моментов предвещавших выход во взрослую жизнь.

«Больше не будет столько правил, столько наставников и учителей, никаких комендантских часов и увольнительных со старшим»

Петя любил всё что его окружало, только вот хотелось взять руль жизни в свои руки и пробовать самому… ошибаться самому и конечно же вершить судьбу и нести свет, то кредо, что закладывали с самого юношества.

Приподняв край кепки и устремив взгляд вперед, туда где было солнце. Вдали маячила черная мушка, которая резко контрастировала с однобоким окружением. Морок двигался медленно и размерено, приходилось напрягать глаза и ловить редкую тень, чтобы приглядеться. Силуэт приближался, а мысли будоражила награда и похвала наставников. Теперь осталось дождаться и узнать, кто это и уже принимать решение, как с этим справляться. Задание было идеально простым, выжить в пустыне и привезти доказательства нечисти в этом регионе. Это первые самостоятельные задания для молодых послушников, они открывают выдающихся кандидатов и они же позволяют им ощутить, всю опасность взятого на себя обязательства.

Выпрямившись полностью, Петр стоял лицом к приближающейся нежити, загорелое лицо покрытое плотной щетиной устремилось вдаль, что-то ища внимательным взглядом. Глаза отражали поразительный голубой оттенок, светло синий и глубокий черный переливались в слиянии цветов, а краски пустыни добавляли огненный отпечаток скатывающийся по радужной оболочке карим солнцем.

– Так, так, так. – Послушник прокручивал известные ему особенности обитателей пустыни. Следы, которые оно оставляло, не физические, а словно это играется ветер, вокруг силуэта легкая дымка, что отражает внутреннюю силу. – Гуль, дух, ифрит, точно нет, марид, нет слишком черный…

Перебирая слова и четки для ровности мысли, Петр застыл. Картинка складывалась, враг почти определен, теперь нужно подготовиться. Расправляя шею и плечи студент сел к сумке. Несколько манипуляций, склянка в правый карман, нож в ботинок, склянка в левый карман, проверил меч и начал молитву выпрямляясь.

– Господь – Пастырь мой, я ни в чем не буду нуждаться…

Когда силуэт приближался, можно было разглядеть красные угольки глаз с ненавистью взиравшие на молодого послушника. Его древний и изорванный балахон развевался порывами ветра, оголяя худое и нечеловеческое тело. Обрюзгшее, неестественно серого цвета с зелеными шрамами и растворяющееся в одежде.

«Джин пустыни, не упокоенная душа вселившаяся в кого-то бедолагу и блуждающая по бескрайним просторам разрываемая ненавистью ко всему сущему. Данный представитель темных сил обладал нечеловеческой силой и небольшими магическими способностями. Пустынный джин это не до конца сформировавшийся вампир. Темное начало не прижилось и вызвало необратимую реакцию породившею нежить обитающую на просторах пустыни. Тварь могла делиться на несколько, внушая страх и нападая на уставших путников, следует отметить, что пустынные духи при разделении на несколько частей разделяет и свои силы на столько же, на сколько копий делился сам»

Дух пустыни шел прямо замедляя ход, отвлекая внимание на страшную картину изрыгающую не членораздельные звуки и капая гноем, который вызывал шипение песка, как будто на него лили кислотой. Так могло продолжаться вплоть до момента когда тварь могла нанести удар. Не позволяя темным силам начать атаку первыми, Петр достал любимое многозарядное ружье в стиле терминатора и начал расстреливать монстра перед собой.

– Бах, Бах, Бах. – Тишину пустыни прервали раскаты гладкоствольной винтовки.

Спустя пару секунду, столп пыли и пороховых газов осел. Раздается резкий крик и тень падая на землю обращалась черной кляксой. Растекаясь, сущность издавала булькающие звуки и источала резкий запах гнили и серы, жуткое сочетание. Джин лежал в непонятной позе, глаза угольки смотрели на священника, потом дух перевел взгляд за спину, лишь мгновение назад там ничего не было, клон приближался сзади и совсем не менял ни скорость ни траекторию… расстояние позволяло взять небольшую паузу.

Петя стоял полу боком, устремив взгляд на поверженный балахон: фигура шевелилась и желала восстать, демон был не из низших….но ему требовалось время, чтобы восстановиться. Отточенные движения и ловкие пальцы снарядили дробовик с патронташа крепившемуся на цевье в несколько секунд. Приближающийся второй мираж, оказался так близко, что можно было ощутить зловонное дыхание смерти. Древнее зло могло позволить себе насладиться моментом, перед тем, как расправиться с человеком. Нечисть в балахоне бросилась, но Петр был готов к подобному повороту. Резко падая на колено дуло дробовика взмыло к небу упираясь в грудь. Выстрел отбросил мираж в сторону лагеря.

– Буцефал, фронт! – Конь стоявший безучастный и спокойный, встал на дыбы и долбанул серебряными копытами нежить в спину.

Смена траекторий откинула клона на послушника выводя того из потустороннего равновесия. Рассекая враждебного двойника ударом меча, который крепился на запястье, тварь распалась на две части, зависая в воздухе и опадая серым пеплом. Потухшие глаза говорили о кончине проклятого.

– Спасибо. – Конь был приходской и уже бывавший в сотнях вылазках, от этого бесценный и являлся настоящим боевым товарищем. Ответив уважительным пру, Буцефал кивал мордой в сторону солнца.

Балахон подхваченный ветром улетал все дальше и дальше, это значило что это копия была для привлечения внимания. Вторая же часть демона пустыни находящаяся позади еще была жила и всем своим существом желала убить молодого священника. Обернувшись Петр решил немного изучить воочию то, о чем говорилось в древних фолиантах. Из этой черной вязкой жижи медленно начинала вырастать голова нечистого. Субстанция больше походила на разлитую нефть. Сразу появились жуткие глаза и сущность посмотрела на своего убийцу со злобой и лютой ненавистью.

– Хитрый священник, видимо не пропускал уроки церковного бестиария. Не подашь ли мне водички отче?

На подобное предложение, Белов ответил с изыском. Возвышаясь над поверженным врагом, расстегнув ширинку и дал вдоволь напиться нежити. Крики которые разразили пустыню, распугали редких ящериц, эти места, надолго запомнили все богохульные слова и ругательства.

– Заткнись. Я знал, что это ты – глупый джин. Далекая пародия на вампира, такой-же напыщенный, но совсем не живучий. Так что, я тебя убиваю и отравляюсь домой.

– Стой, стой, стой… – Простонал поверженный враг.

– Чего тебе бессмертный, еще воды?

– Мы убьем всех кто тебе дорог…

Прервав его пустую болтовню, кинжалом в черепушку, конь возвестил о победе и отсутствии врагов рядом. На сегодня, послушник последний раз потревожили покой пустыни. Было жарко и хотелось вернуться в приход, а точнее в прохладу и ледяной душ.

Собрав амуницию и оседлав коня начался путь. Жаркое солнце слепило и нагревало песок, он, юный борец с нечистью возвращался с победой и новыми мыслями. Сегодня молодой священник воочию увидел то зло, с чем его учили бороться последние годы, и с которым борется родной отец и по сей день. Путь до аббатства был неблизкий, мысли кружившие в голове Петра вдохновляли его на новые свершения. Борец со злом, высочайшего класса родился в этой пустыне столкнувшись лицом к лицу с демонами и выйдя из этой битвы победителем.

Таков был боевой опыт в пустынях Аравии. Первый после изучения сотен книг мира со способами ликвидации темных сил. Опыт, когда сталкиваешься лицом к лицу с героями кинематографа, лицом со страшилками из детства. Теперь Петр ничего не боялся, теперь всё измениться. Сейчас Белов точно понимал, чему он отдаст свою жизнь, жить борясь со злом во имя человечества.

Чехия 2020 год. Город Карвина

Город с многовековой историей, старая брусчатка и древние фонарные столбы, которые освещали узкие улочки и переулки. Ночь накатывала на улицы зажигая фонари и свет в окнах, люди покидали улицу и было какое-то подобие негласного комендантского часа. Народ разбредался по домам и исчезал в бесконечных лабиринтах города, звуки умолкали, а тишина становилось осязаемой. На улице стоял молодой человек в плаще с белым католическим воротничком, взглянув на время и отметив, что перевалило за полночь, священник двинулся в сторону собора. Дорога представляла небольшой подъем в гору, по обоим сторонам брусчатой дороги располагались дома, которые ныне никто и не строит. Вся архитектура города поражала своим вкусом и самобытностью средневековой Европы, предстояло найти разбушевавшуюся нежить, поймать и допросить. Прогулка была не торопливой и размеренной, всё нутро предвкушало битву.

Петр Белов уже в основных рядах воинов святой церкви, прошло пять лет с первого выпускного задания. За его плечами десятки стран и разного рода монстров. Оглядываясь назад он понимал, что каждая притча и сказка имели под собой основания и реальный факт….ну почти. Лешие, русалки, проклятые дома и вещи, тролли охраняющие мосты и чупокабры таскающие мелкий скот и птицу… сколько их уже было за эти пять лет, как только он выпустился. Каркнула ворона заставляя остановиться и вернуться из мыслей в реальность. Впереди возвышался храм, вдалеке, еле отбрасывающий былой белый свет он стоял отстраненный на отшибе и уже никому не нужный.

Небольшое квадратное здание с возвышающимся шпилем и водруженным на нем крестом, почерневшим от соседствующего с ним зла. Там обитает дьявол, там, где его не должно быть по сути своей, но оно прячется на виду нагоняя страх на окружающих и заставляет молчать. Пора с этим разобраться и он как раз здесь для этого.

– Вижу Храм Архангела Гавриила, через минуту буду на месте.

– Снайпер на месте.

– Связь, доктор, прикрытие в центре… командир…

– Говори

– Мы далеко ….

– Будьте на точке, он может рвануть в любую сторону …. как приняли?

– Приняли.

– Конец связи, я захожу.

Преодолевая подъем Белов обращает внимание, что улицы полностью опустели и компанию составляют только уличные коты, удивленно провожающие его взглядом. Вдали горели свечи по обоим сторонам центральных дверей прихода. С молитвой он заходил на святую землю… почва тут была черной и пропитана кровью, ангелы на барельефах колокольни смотрели грустными глазами полные надежды. Петр знал, что как и живые твари, так и здания и предметы могли менять свою тональность находясь под влиянием тех или иных сил.

«Я прошу, чтобы Твой Свет очистил меня и это место от всего дурного»

Протяжный рык раздался из храма, словно в бешенстве там рычала собака. Каждое слово, мысль направленная вверх доставляла тому кто внутри дискомфорт. Петр толкнул двери и они поддались, темное мрачное помещение ничем не выдавало храм божий. Ступая на древний пол он продвигался всё глубже между католических лавочек. За алтарем древнего храма поднималось не менее древнее зло. Возвышалось и вырастало, что-то большое размерами под потолок, расправив подобие крыльев оно загородило редкий свет озарявший покинутый обитель света. Зло двигалось в сторону Белова зажигая и туша редкие свечи на подойниках и сгущая мрак в помещении, священник замер, всем своим видом показывая, что оцепенел, хотя воин был готов принять бой.

«В первую очередь нужно определить силы противника и классифицировать нежить затем уже действовать»

Сущность двигалась медленно и размерено, возвышаясь и ширясь заполняя пространство оно нагоняло страх и расшатывало нервы своим жертвам. Сейчас здесь был охотник видавший фокусов намного ужаснее и глобальнее по сравнению с этим. Тварь бросилась ускоряясь и запуская что-то металлическое, Петр легким шагом ушел с линии атаки оказавшись с боку от вампира и наблюдая за ним. Сущность ударила подобием клинка, но очень медленно, обычный железный прут пролетел рядом и воткнулся в каменный пол излучая вибрацию, оружия у него не было. Белов в ответ резким движением бросил стеклянный флакон. Раздался треск стекла и дикий вопль, в котором ощущалось боль и страдание. Почувствовав что-то новое, а именно страх, тварь устремились в окно разбивая на осколки древнюю мозаику, впуская свет звезд и луны внутрь помещения. Тварь напугана и пытается сбежать, чтобы затеряться в родном городе ставшим временным пристанищем зла.

– Вызываю отряд поддержки, вампир покинул храм.

– Приняли. – Раздалось в наушнике.

Петр Белов за свою недолгую службу на поприще война света был прекрасно осведомлен о видах нежити и ее психологии. Сотни книг и лекций, но это лишь малая часть, основу закладывал отец, который рассказывал о темных силах, когда его сын и дочь засыпали ни под привычные нам колыбели, а под истории, в которых герои боролись со злом. Всевозможные и разномастные они имели прототипы из реальной жизни, порою частенько приходящие в гости или улыбающихся с фотографий в семейном альбоме.

«Ностальгия нахлынувшая на преподобного помогала сохранять в себе человеческое на передовой сражаясь со злом»

– Ты кто мать твою такой? – Вурдалак завис в окне внимательно рассматривая того кто вторгся в его темную обитель. Любопытство взяло верх.

– Не гоже выражаться падре!

Пара коротких очередей из укороченного автомата, скрыто носимого под плащом, патронами из доминиканского серебра с ртутной начинкой освященного епископами Ватикана, пробивали сущность и морок наводимый ею. Нежить взвыла от боли забывая о какой-либо агрессии, заметалась под сводами полукруглой рамы отталкиваясь ногами и устремляясь прочь.

– Вампир ушел, нужен визуальный контакт.

– Есть визуальный контакт, он сделал круг над крышей и летит на запад.

Беспилотный аппарат на высоте передавал картинку оператору. Инфракрасная камера улавливала его 25 градусов по Цельсию. Вурдалак удалялся с большой скоростью отрываясь от своих охотников. Выбегая на улицу Белов быстро огляделся… тварь была напугана, поэтому могла вести себя опасно и разрушительно, следовало увести его подальше от города, чтобы избежать жертв и свидетелей с телефонами, так ненужно фиксирующих любые странные события. Петр бежал быстро, но тварь преодолевала крыши срезая путь. В поле зрения попал простенький мопед припаркованный у пансиона. Запрыгивая в седло, Петя сорвал рулевую блокировку и резким движением вогнал в личинку замка зажигания стилет, короткий поворот и «горбатый» запустился.

– Где он?

– Движется огибая центральные улицы на запад …. 180 градусов назад, прямо, направо, направо и по главной до проселочной дороги.

Скутер со шлифом крутанулся срываясь с места. Жужжа и резонируя от каменных стен и узких проулков он исчез, где был припаркован на ночевку. Поступок определенно плохой, Петя помолиться, а служба зачистки вернет его владельцу.

– Подтвердите направление?

– Подтверждаю

Петр преследовал его по темным улицам в сторону леса, который прилегал к городу, как только силуэт показался Белов дал по нему короткую очередь. Тварь взвизгнула дергаясь в сторону и срывая антенну спутникового телевидения. Преследование началось с новой силой, охотник стал жертвой. Сущность, как-будто не ощущала повреждений наносимые священником, но это было не так.

– Визуальный контакт, что дальше?

– Лесополоса, мы одни, надо брать его командир

Гонка продолжалась по просеке, расстояние до цели сокращалась. Вампир петлял и выдавал непонятные маневры, Петр понимал, летать он умел плохо и очень непродолжительное время. Пока парализованная и ошарашенная жертва не становилась очередной трапезой темных сил для этого хватало, сейчас же приходилось спасаться бегством обуреваемым страхом. Раздался хлопок, сущность рухнула на землю поднимая столы пыли и грязи. Пронзительный крик разлетелся по округе, нечеловеческий и наполненный болью, Его болью.

– Снайпер, есть попадание, как приняли?

– Приняли нормально, произвожу захват. – Петр парковал мопед освещая нежить.

Сущность начала приподниматься с его худого тела спал черный плащ, который открывал его бледное синее тело. Перед Петром возникло лицо бывшее когда-то человеком, сейчас же это упырь полностью захвативший храм Архангела Гавриила и обосновавшийся там. Старый с виду вампир, как в черно-белых фильмах ужасов, лысый с крючковатым носом и заостренными ушами… страшный и голодный упырь. Зрелище было бы внушительнее если бы не гримаса боли и страха взиравшая на своего преследователя. Белов двинулся на упыря, не давая времени опомниться или приготовиться к атаке. Резкий скачек и тот прибивает кинжалом ладонь упыря, затем вторым распинает его на земле. Злодей повержен и стонет под наплывающей острой болью.

– Группа, цель захвачена, приготовиться к эвакуации.

– Эй человек, я таких не видел, обычно все бояться и убегают… ты… другой.

– Заткнись тварь, у тебя будет время сообщить всё что нам нужно.

– Сообщить что?

– Ты такой идиот, что не можешь использовать даже десятую часть потенциала дающее тебе проклятое начало, но нам это не нужно… знание крови, информация которую передал тебе тот кто обратил тебя в это… ты даже на вампира то не похож, далекая пародия на Носферату.

– Да как ты смеешь!

Диалог был прерван ударом армейского ботинка в лицо. Нужно было выяснить сколько их здесь и оценить масштабы заразы поразившие город и окрестности. Присев рядом с разрываемым от страха монстром, раскладывая допросную сумку, свет звезд «бликовал» по серебряными орудиям церкви: ножи и флаконы с экстрактами для добычи правды, кресты и молитвенник для обработки и психологического воздействия, различные щипцы и ножики для устрашения. Взгляд священника блуждал по предметам экзекуции увеличивая стресс пленника.

– Сколько вас?

– Я один. – Чуть ли не рыдая выдавал вампир. Один поворот ножа пришпилившего монстра давал понять всю серьезность процедуры.

– Один, я один, клянусь тебе.

– Думаю через час ты начнешь говорить правду.

– Будем у тебя через две минуты. – Голос команды, они уже подобрали снайпера и забрали «птичку».

Смоченные пальцы святой водой осенили крестом лоб вампира. Ожоги выступали и пузырились, боль была адской, потому что жгла не только плоть но и череп проклятого.

– Что тебе нужно, задавай вопросы я отвечу на всё!

Еще несколько коротких манипуляций и можно было ему верить. Информации поступившая в оперативный штаб сообщало об одном вампире, но проверить было необходимо. Дальнейший допрос будут вести духовники в ближайшем приходе. Пришпиленный носферату пучил глаза и смотрел на своего охотника, молодой человек которому не было и тридцати лет. Петр доставал флакон с крупными кусочками соли из мертвого моря, посыпая раны дымящиеся от серебра, вампир кричал, стонал, просил пощады и говорил, что угодно кроме того, что действительно было нужно для дела. Приходилось продолжать, чтобы убедиться наверняка.

– Сколько еще нежити видел?

– Я никого не видел…

В маленький колбе была кровь пленника, переместив ее в портативную анализатор можно было узнать точный возраст и время, которое он существовал, как порождения тьмы. Кровосос смотрел сквозь боль, но с нескрываемым интересом. Через пару секунд всё было готово, возраст пятьдесят пять лет, в роли упыря он живет меньше трех, еще совсем юный и неопытный, следовало узнать имя того, кто его обратил, обстоятельства и время когда это произошло.

– Имя того, кто тебя обратил?

– Мартин Черный, он жил в нашей деревне раньше.

– Как он тебя обратил и где?

– Это произошло три года назад здесь же, я служил в этой церкви, где Вы меня нашли, туда он проходил за покаянием. Однажды он решил исповедаться и всё рассказал мне, я конечно же не поверил, после исповеди я дал ему вина и пригласил совершить причастие, как только его языка коснулся освещенная плоть господа нашего, его начало жечь. Тогда он меня укусил, я был в храме один и под рукой был только серебряный подсвечник, которым я проломил его голову, он погиб на месте, а я стал тем чем стал.

– Не богохульствуй. – строгий взгляд заставил осечься вампира.

Боль и печаль были в глазах священника, не по своей воле сменившего сторону в этой вечной битве. Пётр верил ему, но до остальной правды докопаются в ближайшем приходе. Подъехал фургон из него вышло несколько человек, которые загрузили пленника. Белов встал лицом к полной луне. Удовлетворения от поимки не было, да он устранил проблему, но если давить тараканов по одному никогда от заразы не избавиться.

– Командир, цель захвачена и погружена в автомобиль, отличная работа.

– Сворачиваемся.

Вампир был загружен в фургон, который сразу унес его для последующих мероприятий. Группа была слаженной и выполняло задания во всех точках света, в которых происходили подобные вспышки заразы. Петр Белов набирался опыта и знаниями в каждом задании, теряя страх перед темными силами и укрепляясь в вере.

Грейвиль

Самолет заходил с моря, в иллюминатор было видно родной город, какой он стал большой и разный. Морской порт и небольшие «верфочки», уходящая в горы река с одной стороны и огромный лесной массив с водопадами с другой, такая красота обрамляла Грейвиль. Строго по центру стоял новый центр со стеклянными небоскребами подпирающими небо, деловой центр ставший визитной карточкой для «визионеров» современной архитектуры.

Вокруг центра простирались районы города – гетто, в котором вырос Петр, двух и пятиэтажные социальные дома, общежития, деревянные бараки и частный сектор, дальше промышленные зоны, госпитали, полицейские участки, дурдом, что упирались в район среднего класса отделенный от суеты блокпостами и круглосуточной охраной.

Железная птица взяла крен на разворот предвещающий посадку. Показался такой знакомый район университетов и школ, к которым примыкал широкий квадратный парк граничащий с приходом отца. Старая обитель, воспоминания, семинария, школа, друзья и дворы, а еще истинная личина города и дело отца – страж города.

– Пристегните ремни, закройте иллюминаторы, мы заходим на посадку.

Петр улыбнулся выпрямляя спинку кресла и закрывая глаза – дух города проникал внутрь даже находясь в нескольких километрах от земли, границы незримо росли к небесам.

– Молодой человек, мы в Грейвиле. – Еле ощутимым касанием и мягким голосом стюардесса будила задремавшего Петра уже в пустом самолете.

– Спасибо большое дорогая. – Озорной взгляд девушки чуть померк когда она увидела воротничок.

Белов покинул место, взял дорожную сумку, что была с собой в полке и покинул самолет, дошел до автобуса, который переместил всех пассажиров к терминалу. По дороге Петр снял воротничок – их служба была более широкой и глубокой нежели кто мог подумать, они с отцом не принадлежали ни к одной из конфессий, они служили Богу и были его мечом и щитом здесь на земле.

Аэропорт был прекрасен и крайне технологичен в угоду стремительно развивающемуся прогрессу многомиллионного города, широкие помещения открывали вид на взлетные полосы, а внутренний атриум дарил разноцветный сад с лавочками и прогулочными зонами. С противоположной стороны били светом огни родного мегаполиса ставшего таким ностальгическим за прошедшие десять лет. Белов двигался в сторону таможенного контроля в общей очереди людей, возвращавшихся в родную гавань из разных уголков мира и страны. На осмотре перед рамками металлоискателей всё время проплывали одни и те же мысли, думы бередившие кровь с самого первого дня, как он покинул отчий дом и отправился на обучение.