Промежуточные судебные решения в уголовном судопроизводстве

Правовая природа данного судебного решения как итогового, на наш взгляд, определяется особенностями постановления приговора судом с участием присяжных заседателей, состоящего как бы из двух частей: вердикта, в котором разрешены вопросы факта, и собственно приговора, в котором решаются вопросы права. Поэтому, аннулируя вердикт при роспуске коллегии присяжных, судья дезавуирует и одну из составных частей приговора.

Промежуточные уголовно-судебные решения. В теории уголовного процесса данное понятие является малоизученным. Первые упоминания о «промежуточных по делу судебных определениях, например о подследственном задержании» и «промежуточных судебных действиях, происходящих между началом судебного следствия и объявлением приговора», встречаются в трудах известного русского процессуалиста И. Я. Фойницкого[32]. Однако содержание этого понятия не получило сколько-нибудь систематического анализа и не закрепилось в юридической литературе того времени.

В современный уголовный процесс понятие промежуточного судебного решения было введено и с 1990-х гг. стало широко употребляться Конституционным Судом РФ[33]. Затем оно стало использоваться и в юридической литературе[34], применяться в практике судов общей юрисдикции[35]. И лишь Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 433-ФЗ оно как таковое было введено в уголовно-процессуальное законодательство.

К промежуточным в уголовном процессе можно отнести решения, выносимые практически на всех стадиях уголовного судопроизводства: до возбуждения уголовного дела (судебные постановления о разрешении на производство оперативно-разыскных мероприятий, о проверке законности постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела); в ходе досудебного производства по уголовному делу (например, решения, выносимые в порядке судебного контроля за действиями и решениями органов предварительного расследования, о применении мер пресечения), при подготовке дела к судебному разбирательству (об изменении подсудности, о возвращении дела прокурору), а также в ходе самого судебного разбирательства (о разрешении ходатайств, об отводах, о приостановлении производства по делу) и в процессе исполнения итоговых судебных решений.

Такие решения могут приниматься и в ходе производства по уголовному делу в судах вышестоящих инстанций (о назначении судебного заседания, о разрешении ходатайств, о взыскании процессуальных издержек и т. д.). Основная отличительная их особенность заключается в том, что в них не содержится окончательных выводов суда о достаточности доказательств, о виновности лица, о квалификации его действий, о назначении ему наказания либо об освобождении от него.

Промежуточные судебные решения определены уголовно-процессуальным законом в качестве одного из самостоятельных видов судебных решений. Однако если применительно к итоговым решениям указываются их отличительные свойства, то в отношении промежуточных лишь установлено, что это «все иные решения». Законодательное определение промежуточных судебных решений не указывает на содержательные признаки исследуемого явления, не раскрывает свойств этого понятия, которые отличали бы его от смежных с ним судебных актов, прежде всего итоговых судебных решений.

Отличия промежуточных судебных решений от итоговых. Принципиальные позиции об отличиях существа решаемых судом вопросов и принимаемых по ним промежуточных и итоговых решений, на наш взгляд, высказаны Конституционным Судом РФ. В одном из своих определений[36] он подчеркнул, что, по смыслу уголовно-процессуального закона, решения, связанные с применением меры пресечения (как промежуточные судебные решения), и решения по существу уголовного дела (приговор как итоговое решение) имеют различное предназначение и различную фактическую основу.

Решения по существу уголовного дела (итоговые), прежде всего приговор, призваны определять уголовно-правовой статус подсудимого.

Промежуточные же судебные решения имеют целью создать необходимые условия для реализации участниками процесса их прав и для обеспечения выполнения ими своих процессуальных обязанностей, для правильного разрешения уголовного дела в разумные сроки.

Итоговые судебные решения основываются на доказательствах, подтверждающих наличие или отсутствие события преступления, виновность или невиновность лица в его совершении, обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание.

Промежуточные судебные решения, например, о применении меры пресечения, своим основанием имеют достаточные данные, указывающие на то, что обвиняемый может скрыться от предварительного следствия или суда, продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Принятие судьей решения о применении меры пресечения никоим образом не предопределяет содержание решения, которое будет вынесено впоследствии по вопросу о виновности или невиновности этого обвиняемого в совершении преступления. Оно не может также содержать суждений о достаточности доказательств виновности обвиняемого в совершении преступления. В противном случае оно не может быть признано законным.

Так, в апелляционном порядке было отменено постановление суда первой инстанции, которым определение конкретного срока содержания под стражей было поставлено в зависимость от того, что «необходимости в проведении дополнительных следственных действий, направленных на собирание доказательств, суд не усматривает»[37].

Итоговое решение всегда является решением, аккумулирующим общие и окончательные выводы относительно разрешения основных вопросов существа уголовного преследования. Промежуточные же судебные решения разрешают отдельные вставшие перед судом вопросы. Они принимаются в целях лучшей организации рассмотрения дела, обеспечения надлежащей реализации участниками уголовного судопроизводства их процессуальных прав и обязанностей, в том числе в связи с необходимостью реализации специальных мер против нарушителей порядка. В них разрешаются вопросы, не касающиеся существа дела.

Промежуточные судебные решения отражают содержание процессуальной деятельности, ее постадийное движение, а не ее итоги и выводы, служат выражением развития соответствующих отношений. Во всех стадиях процесса суд определяет поведение субъектов процессуального правоотношения и тем самым создает предпосылки для должного продвижения процесса и правильного разрешения дела. Процесс будет правильно развиваться и закончится вынесением правосудного итогового решения только в том случае, если суд будет правильно применять правовые нормы и все субъекты процессуального правоотношения будут в полном объеме реализовывать свои процессуальные права и выполнять обязанности. От своевременности и правильности решения, например о назначении дела к слушанию, удовлетворении или отказе в ходатайстве зависит признание самого судебного разбирательства справедливым.

Итоговое судебное решение представляет собой тот процессуальный акт, на вынесение которого в конечном счете направлено все производство по делу, все процессуальные действия суда, сторон и других участников процесса. Оно является актом, венчающим все производство по делу, и, следовательно, единственным таким актом во всем этом производстве или, по крайней мере, на определенной его стадии. Исходя из законодательного определения итогового судебного решения как решения суда, которым уголовное дело разрешается по существу, оно не может быть постановлено на стадиях досудебного производства по уголовному делу. Выносимые на этих стадиях процесса судебные решения имеют контрольный характер и сами по себе не носят завершающего характера.

Что касается промежуточных решений суда, в том числе выносимых на стадиях судебного рассмотрения дела, то по каждому делу их может быть вынесено множество. Все они, как правило, выносятся «в промежутке» с момента поступления его в суд до вынесения итогового судебного решения (и направления его в суд апелляционной инстанции в случае обжалования), либо одновременно с ним и неотделимы от него, либо в процессе исполнения итогового судебного решения.

Такое своеобразие промежуточных судебных решений объясняется их сущностью, правовой природой, а именно тем, что они играют не решающую, а служебную роль актов, обеспечивающих вынесение и исполнение законного и обоснованного итогового решения. Они подчинены назначению уголовного судопроизводства – защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Особенностью промежуточных судебных решений является и то обстоятельство, что их вынесение обусловлено использованием специальных процедур, как самостоятельных (ст. 35, 125, 399 УПК РФ), так и «мини-процедур» в рамках, например, предварительного слушания или судебного разбирательства дела судом первой инстанции. Некоторые из них прямо предусмотрены уголовно-процессуальным законом, другие используются судами по аналогии либо в соответствии с правовыми позициями, высказанными Конституционным Судом РФ и Верховным Судом РФ.

Примером необходимости использования и соблюдения особой процедуры принятия промежуточного судебного решения может служить следующее дело из судебной практики. Постановлением суда, вынесенным в ходе судебного разбирательства, срок содержания под стражей подсудимому М. был продлен на 3 месяца. Данный вопрос был рассмотрен без участия подсудимого в связи с удалением его из зала судебного заседания за нарушение порядка.

Отменяя данное судебное решение, суд второй инстанции указал, что в соответствии с правовой позицией, высказанной в постановлении Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П[38], процессуальный порядок решения вопроса о продлении срока содержания под стражей требует предоставления лицу, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, права на участие в этих судебных процедурах на всех судебных стадиях. Удаление подсудимого из зала судебного заседания в связи с нарушением им порядка при рассмотрении уголовного дела по существу не влечет за собой устранения его из судебного процесса вообще. Данное обстоятельство не дает оснований для автоматического рассмотрения судом всех других вопросов, а в особенности вопроса о продлении срока содержания под стражей, в его отсутствии. Лишение подсудимого права изложить свою позицию относительно этого вопроса и представить в ее подтверждение необходимые доказательства судебная коллегия посчитала существенным нарушением его процессуальных прав. Постановление суда в отношении М. было отменено; с учетом длительности содержания М. под стражей, наличия у него семьи и малолетнего ребенка мера пресечения была изменена на подписку о невыезде[39].

Таким образом, процедура рассмотрения вопроса о продлении сроков содержания под стражей во время рассмотрения дела судом первой инстанции носит универсальный и относительно самостоятельный характер.

Промежуточные судебные решения, в отличие от итоговых, как правило, вступают в силу и обращаются к исполнению немедленно. Как указал в одном из своих определений Конституционный Суд РФ, по смыслу ст. 125 и 391 УПК РФ, приговоры и иные имеющие итоговый характер решения вступают в силу и обращаются к исполнению по истечении срока их обжалования или, в случае их обжалования, в день вынесения решения судом второй инстанции. Решения же, имеющие промежуточный характер (каковым, например, является заключение суда о наличии в действиях специального субъекта уголовного преследования признаков преступления), обращаются к исполнению немедленно, кроме случаев, когда должностные лица органа предварительного расследования, прокурор или суд придут к иному решению[40].

Положение уголовно-процессуального закона о том, что подача жалобы или представления приостанавливает приведение в исполнение приговора, не распространяет это правило на промежуточные решения, в том числе принимаемые судом на стадиях досудебного производства по уголовному делу, – в противном случае обжалование промежуточного судебного решения приводило бы к невозможности осуществления процессуальных действий, по природе своей предполагающих безотлагательность их выполнения. Обжалование выносимых в ходе судебного разбирательства решений суда первой инстанции так же, как правило, не должно приводить ни к приостановлению исполнения обжалуемого решения, ни к приостановлению производства по делу в суде первой инстанции, что служит, в частности, условием реализации права обвиняемого быть судимым без неоправданной задержки.

Относительная самостоятельность промежуточных судебных решений наглядно иллюстрируется одним из решений ЕСПЧ.

Гражданин России Л. был обвинен в Чехии в мошенничестве и заключен под стражу. В последующем он был освобожден под залог в размере 400 000 евро. Хотя заявитель был в дальнейшем оправдан по предъявленным обвинениям, залог не был ему возвращен по следующим основаниям. Цель залога заключается в обеспечении надлежащего проведения уголовного разбирательства, которое было затруднено в связи с поведением заявителя. Он не явился ни в одно из назначенных заседаний в течение более чем через двух лет и восьми месяцев. Тот факт, что впоследствии заявитель был оправдан, сам по себе не означает, что преследование было незаконным. Возможны случаи разумного подозрения, которое в судебном разбирательстве не перешло в признание виновности вне всякого разумного сомнения. Соответственно, исход разбирательства не имел прямого отношения к вопросу о возможности удержания залога. Решение об обращении залога в доход государства было принято после состязательного разбирательства. Суды страны рассмотрели все относимые вопросы и указали мотивы своих решений. Решение об удержании залога заявителя установило «справедливое равновесие» между требованиями общего интереса и правами заявителя[41].

Итак, промежуточные судебные решения в уголовном процессе можно определить как вспомогательные решения суда, принимаемые в ходе производства уголовного преследования, имеющие целью создание надлежащих условий для осуществления судопроизводства, принятые с соблюдением предусмотренных законом процедур, зафиксированные в документальной форме, подлежащие, как правило, немедленному исполнению и не разрешающие уголовное дело по существу.

Свойства промежуточных судебных решений. В действующем уголовно-процессуальном законодательстве по отношению к разным судебным решениям содержатся указания о том, что они должны отвечать требованиям законности, обоснованности, мотивированности и справедливости[42]. Бесспорными свойствами, присущими всем судебным решениям (как итоговым, так и промежуточным) по прямому указанию закона, являются их законность и обоснованность. Эти требования отражают юридические (правовые) и фактические основания принятия любых судебных решений.

В то же время набор указанных свойств (требований) по отношению к судебным решениям разных видов является неодинаковым. В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. В силу же ч. 4 ст. 7 УПК РФ определения суда постановления судьи (в том числе как промежуточные судебные решения) должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В перечне предусмотренных последней нормой закона процессуальных решений не указан приговор. С другой стороны, в законе нет указания на требование справедливости по отношению к другим судебным решениям, помимо приговора. Статьей 389.9 УПК РФ для приговора и «иных решений» предметы судебного разбирательства в апелляционном порядке также обособлены: в отношении приговора суд апелляционной инстанции проверяет его законность, обоснованность и справедливость, а в отношении иных решений суда – только их законность и обоснованность.

Однако это вовсе не означает, что приговоры могут быть немотивированными, а иные судебные решения – несправедливыми. На наш взгляд, и итоговые, и промежуточные судебные решения должны отвечать всем указанным требованиям. Решение проблемы, на наш взгляд, находится в плоскости общепризнанности содержания понятия требований, которым должны отвечать судебные решения, или полноты их отражения в тексте закона.

В юридической литературе высказано мнение о том, что отсутствие в ст. 7 УПК РФ указания на приговор – явный пробел в законе[43]. И это небезосновательно с той точки зрения, что на необходимость мотивированности приговора есть прямое указание в других нормах уголовно-процессуального закона (ст. 305, 307 УПК РФ). Таким образом, требование мотивированности всех судебных решений является практически общепризнанным в юридической литературе[44]. Мотивирование любого судебного акта, как правильно подчеркивает Н. А. Тузов, выполняет «решающую роль относительно их обоснованности и законности, определяя тем самым в итоге юридическое качество судебных актов, являясь – столь же диалектически – одновременно ее составляющей»[45].

Здесь можно отметить лишь некоторые особенности отражения требования мотивированности применительно к промежуточному судебному решению. Конституционный Суд в своих решениях неоднократно обращал внимание на то, что право подать в соответствующий государственный орган или должностному лицу заявление, ходатайство или жалобу, предполагает право получить на это обращение адекватный ответ. Применительно к уголовному судопроизводству это означает необходимость принятия по обращению предусмотренного законом решения, которое должно быть законным, обоснованным и мотивированным[46]. Мотивированность при этом предполагает недопустимость отказа от исследования и оценки всех приводимых в них доводов, а также мотивировки своих решений путем указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности основания, по которым эти доводы отвергаются судом.

Относительно промежуточных судебных решений может возникнуть вопрос, должны ли они отвечать требованию справедливости, поскольку оно не указано в ч. 4 ст. 7 УПК РФ. На этот вопрос, по нашему мнению, следует дать положительный ответ при условии, если содержание данного понятия не исчерпывается оценкой назначенного лицу наказания. В этом смысле требование «справедливости» можно отнести, например, к решениям, принимаемым в порядке исполнения приговора при приведении его в соответствие с новым, более мягким уголовным законом, или назначением наказания по правилам, предусмотренным ст. 69 ч. 5 и 70 УК РФ.

Что касается «процессуальной справедливости», то этому требованию должны отвечать решения, при принятии которых суд использует, иногда довольно широкое, судейское усмотрение. Например, при избрании меры пресечения, при определении срока заключения под стражу, размера залога или денежного взыскания за неисполнение участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей (ст. 117, 118 УПК РФ).

Кроме того, всякое судебное решение должно отвечать требованию о праве на справедливое судебное разбирательство, предусмотренному ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод[47]. Оно является многоаспектным и получило «развернутую конкретизацию и развитие в решениях Европейского суда по правам человека, что позволяет более обоснованно судить о тех требованиях, которые международное право предъявляет к правосудию по уголовным делам»[48].

Справедливость как качество промежуточного судебного решения характеризует не только критерии выбора конкретного решения из ряда возможных, но и процедуру его принятия, а потому нарушение этой процедуры может привести к признанию решения несправедливым, что, в свою очередь, может повлечь за собой отмену не только его самого, но и постановленного по делу итогового судебного решения.

Например, постановлением Европейского суда от 28 октября 2010 г. по жалобе К. было признано нарушенным его право, предусмотренное п. 1 ст. 6 Конвенции в связи с отсутствием публичного рассмотрения дела судом первой инстанции. Дело было назначено к рассмотрению в закрытом судебном заседании с целью обеспечения безопасности участников судебного разбирательства. Но это решение было принято в отсутствии участников процесса, не было мотивированным и нарушило право подсудимого на публичное слушание дела. Президиум Верховного Суда РФ отменил приговор и передал дело на новое судебное рассмотрение[49].

Понятие промежуточного судебного решения твердо укрепилось в российском уголовном процессе. Оно вошло и в предмет регулирования Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», в котором прямо указано, что судебные коллегии суда областного и равного ему уровня рассматривают в качестве суда апелляционной инстанции дела по жалобам, представлениям «на промежуточные судебные решения… вынесенные ими в ходе производства по уголовному делу в качестве суда первой инстанции»[50].

Таким образом, промежуточные судебные решения, будучи одной из разновидностей судебных актов, представляют собой обособленную группу судебных решений по уголовным делам, обладающих своими отличительными признаками и образующих самостоятельный институт в современном российском уголовном процессе.