Промежуточные судебные решения в уголовном судопроизводстве

§ 1. Промежуточные судебные решения, выносимые на досудебных стадиях уголовного судопроизводства

Промежуточные судебные решения, выносимые на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, являются формой реализации одной из важнейших судебных функций – судебного контроля за решениями, действиями или бездействием органов предварительного расследования.

Понятие судебного контроля. Судебный контроль за решениями, действиями или бездействием органов предварительного расследования является одним из основных внутригосударственных средств правовой защиты прав граждан на досудебных стадиях производства по уголовному делу. При этом суд не дает конкретных указаний органам предварительного расследования, направленных на собирание доказательств, ограничиваясь общей оценкой законности или обоснованности совершаемых ими действий и принимаемых решений[118].

Для России этот институт не является чем-то неизвестным. По Уставу уголовного судопроизводства 1864 г. решения и действия органов следственной власти подлежали обжалованию в суд. Однако после революции 1917 г. и практически до 90-х гг. прошлого века контроль за предварительным следствием был возложен законом на органы прокуратуры, суды же фактически были отстранены от него. По этим причинам старые традиции судебного контроля были во многом утрачены и в настоящее время восстанавливаются в новых исторических условиях.

Многие действия и решения органов расследования порождают последствия, выходящие за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений, существенно ограничивая при этом конституционные права и свободы личности. Отложение проверки законности и обоснованности таких действий до стадии судебного разбирательства может причинить ущерб, восполнение которого в дальнейшем может оказаться неосуществимым. Он не является в этих случаях эффективным средством восстановления нарушенных прав. Кроме того, некоторые решения и действия органов предварительного расследования по целому ряду причин, например в случае прекращения уголовного дела, по которому подозреваемое лицо содержалось под стражей, такого отложенного судебного контроля могут вообще избежать.

Поэтому уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность немедленной проверки в рамках оперативного, непосредственного судебного контроля. Такой контроль в стадии предварительного расследования по отношению к основному судебному контролю носит вспомогательный, правообеспечительный характер. Тем не менее он играет существенную роль в обеспечении прав граждан на доступ к правосудию и защиту их конституционных прав.

Посредством судебного контроля, с одной стороны, обеспечивается право любого участника уголовного процесса на доступ к правосудию до направления уголовного дела в суд. Сегодня именно институт судебного контроля в значительной мере обеспечивает соблюдение конституционных прав личности на доступ к правосудию при проверке заявлений и сообщений о преступлениях, на стадиях возбуждения уголовного дела и самого предварительного расследования. Обращение гражданина в суд с жалобой на нарушение его прав или свобод должно обеспечиваться соответствующей обязанностью суда принять и рассмотреть жалобу[119].

С другой стороны, данный правовой институт стимулирует органы предварительного следствия и дознания на принятие законных и обоснованных решений.

Кроме того, целый ряд предпринимаемых правоохранительными органами действий на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, существенно вторгаясь в сферу прав личности, требует участия независимого органа (суда), который наделяется правом санкционировать подобные действия, проверив необходимость, законность и обоснованность их совершения.

Проблемам сущности судебного контроля, исследования его задач и форм, правового регулирования и перспектив развития посвящен целый ряд фундаментальных научных исследований[120]. Тем не менее сохраняется актуальность дальнейшего изучения данной проблематики, в том числе в связи с идеей введения в наш уголовный процесс фигуры следственного судьи[121].

Поэтому мы остановимся лишь на небольшой части возникающих в сфере действия судебно-контрольной судебной деятельности проблем, связанных с порядком принятия и реализации промежуточных судебных решений в досудебных стадиях уголовного процесса и не получивших по разным причинам достаточного освещения в юридической литературе.

Формы судебного контроля. Институт судебного контроля в действующем уголовно-процессуальном законе воплощается в четырех основных процессуальных формах:

– контроль за оперативно-разыскной деятельностью, производящейся до возбуждения уголовного дела, в том числе в отношении специальных субъектов уголовного судопроизводства;

– судебный порядок получения разрешения на производство следственных действий (регулируется правилами, предусмотренными ст. 165 УПК РФ РФ);

– применение к подозреваемым, обвиняемым мер процессуального принуждения (процессуальной формой реализации являются нормы, предусмотренные, в частности, ст. 106–109 УПК РФ);

– судебный порядок обжалования решений и действий органов предварительного расследования и прокуратуры (реализуется по правилам, предусмотренным ст. 125 УПК РФ).

По классификации, предложенной Н. А. Колоколовым[122], первые три формы относятся преимущественно к категории превентивного судебного контроля. Производство в этих случаях возбуждается по инициативе правоохранительного органа, ходатайствующего о проведении оперативно-разыскного мероприятия или следственного действия, а суд разрешает или не разрешает его проведение. Четвертая форма представляет собой неотложенный судебный контроль, непосредственно приближенный к подлежащему проверке решению и действию (бездействию) органов предварительного расследования[123].

Контроль за оперативно-разыскной деятельностью. Первая из перечисленных форма судебного контроля применяется преимущественно в ходе проверочных мероприятий, производимых в связи с возможным уголовным преследованием, до возбуждения уголовного дела. Несмотря на то что в рамках этой формы принимается наибольшее количество из всех видов судебных уголовно-процессуальных решений[124], отличительной ее чертой являются отрывочность, фрагментарность и явная недостаточность регулирующих ее правовых норм. Они расположены в законодательных актах, не являющихся уголовно-процессуальными по своей отраслевой принадлежности. Основные положения реализации этой формы судебного контроля регулируются Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон об ОРД) и Законом РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (далее – Закон о статусе судей)[125].

Так, в соответствии со ст. 16 ч. 7 Закона о статусе судей осуществление оперативно-разыскных мероприятий, связанных с ограничением гражданских прав либо с нарушением неприкосновенности в отношении судьи (в зависимости от уровня суда, в котором он занимает эту должность), допускается не иначе как на основании решения, принимаемого судебной коллегией в составе трех судей Верховного Суда РФ или суда областного и соответствующего ему уровня.

Относительно процедуры рассмотрения имеются лишь указание о том, что место рассмотрения соответствующих материалов определяется федеральным уголовно-процессуальным законом и федеральным законом об оперативно-разыскной деятельности.

В соответствии с последним это место рассмотрения соответствующих материалов определяется по месту проведения таких мероприятий или по месту нахождения органа, ходатайствующего об их проведении. При наличии обоснованных опасений относительно возможности рассекречивания оперативно-разыскных мероприятий, планируемых в отношении судьи, материалы о проведении оперативно-разыскных мероприятий на основании решения Председателя Верховного Суда Российской Федерации или его заместителя могут быть переданы для рассмотрения в иной равнозначный суд.

Относительно процедуры рассмотрения таких материалов закон никаких рекомендаций, в том числе и отсылочного характера, не содержит также. Указывает только, что суд, установив, что производство указанных мероприятий или действий обусловлено позицией, занимаемой судьей при осуществлении им судейских полномочий, отказывает в даче согласия на производство указанных мероприятий или действий (ч. 8 ст. 16 Закона о статусе судей).

На недостатки правового регулирования принятия подобных решений и действующего порядка привлечения к ответственности судей уже обращалось внимание в нашей литературе[126].

Согласно Закону об ОРД материалы о проведении оперативно-разыскных мероприятий в отношении иных лиц рассматриваются судьей незамедлительно. Основанием для этого является мотивированное постановление одного из руководителей органа, осуществляющего оперативно-разыскную деятельность. По требованию судьи ему могут представляться также иные материалы, касающиеся оснований для проведения оперативно-разыскного мероприятия, за исключением некоторых данных, составляющих государственную тайну.

По результатам рассмотрения указанных материалов судья разрешает проведение соответствующего оперативно-разыскного мероприятия либо отказывает в его проведении, о чем выносит мотивированное постановление.

В литературе высказано мнение о том, что судебный контроль в оперативно-разыскной деятельности – это осуществляемая процедура проверки судом соответствия Закону об ОРД принятых решений и (или) действий должностных лиц оперативно-разыскных органов в целях разрешения процессуально-правовых вопросов их законности и обоснованности[127].

На наш взгляд, это определение, хотя и основано на буквальном толковании действующего закона, вряд ли соответствует существу института судебного контроля. По смыслу закона суд не проверяет правильность уже принятых решений руководителей соответствующих органов, а сам на основе представленных материалов принимает законное, обоснованное и мотивированное решение о разрешении на производство соответствующих мероприятий.

Принимая во внимание значимость негласных операций для исхода уголовных разбирательств, судья должен убедиться в том, что порядок назначения и проведения подобных мероприятий исключает возможность злоупотребления властью. Поэтому было бы целесообразным представлять в суд не постановление о проведении оперативно-разыскных мероприятий, а ходатайство о даче разрешения для их проведения.

Процедура принятия решения о проведении оперативно-разыскных мероприятий, как уже отмечалось, имеет усеченный характер. Поступившие в суд материалы рассматриваются судьей единолично, незамедлительно и без проведения судебного заседания.

Разрешение на производство следственных действий. Порядок выдачи разрешения на проведение оперативно-разыскных мероприятий по своему назначению и форме очень близок к предусмотренному ст. 165 УПК РФ РФ судебному порядку получения разрешения на производство указанных в ней следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав, в частности на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища.

Следует заметить, что право на неприкосновенность жилища не является абсолютным, а проведение, например, его осмотра не всегда требует судебного решения.

Например, как указал в одном из своих постановлений Президиум ВС РФ, в соответствии с ч. 5 ст. 177 УПК РФ осмотр места происшествия − жилища производится с согласия проживающих в нем лиц, при этом согласия собственника жилища, не проживающего в этом жилище, в данном случае матери осужденного, не требовалось. Положения п. 4 ч. 2 ст. 29, ч. 5 ст. 165, ст. 176, 177 УПК РФ не предусматривают необходимости получения судебного решения на производство осмотра места происшествия в жилище при наличии согласия на осмотр жилища проживающих в нем лиц. Поэтому производство осмотра места происшествия – жилища, в котором проживал осужденный Л., с его согласия и в его присутствии по уголовному делу о незаконном обороте наркотических средств было признано законным[128].

Несмотря на внешнее сходство процедуры выдачи разрешения на проведение оперативно-разыскных мероприятий и судебного порядка получения разрешения на производство соответствующих следственных действий, они имеют существенные отличия и разное правовое значение.

В одном из своих определений Конституционный Суд РФ указал, что прослушивание телефонных переговоров закреплено ст. 6 Закона об ОРД в качестве самостоятельного оперативно-разыскного мероприятия. Закон допускает его проведение только по судебному решению, основанием для вынесения которого является мотивированное постановление руководителя органа, осуществляющего эту деятельность. В отличие от этого, контроль и запись переговоров являются следственным действием, которое регламентируется УПК РФ. Оно может проводиться только в рамках производства по уголовному делу, по судебному решению, которое выносится по результатам рассмотрения соответствующего ходатайства следователя или дознавателя, предварительно согласованного с указанными в законе должностными лицами, и при наличии достаточных оснований полагать, что телефонные и иные переговоры подозреваемого, обвиняемого и других лиц содержат сведения, имеющие значение для уголовного дела[129].

Таким образом, правовым основанием для рассмотрения в суде вопроса о даче разрешения на проведение соответствующего следственного действия является ходатайство следователя.

Ходатайство о производстве следственного действия подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня по месту производства предварительного следствия или производства следственного действия не позднее 24 часов с момента его поступления. В судебном заседании, которое проводится в отличие от процедуры дачи разрешения на проведение оперативно-разыскных мероприятий, вправе участвовать прокурор, следователь или дознаватель. Участие других лиц законом не предусмотрено ввиду специфики и конфиденциальности решаемых вопросов.

Рассмотрев указанное ходатайство, судья выносит постановление о разрешении производства следственного действия или об отказе в его производстве с указанием мотивов отказа.

Процедура, предусмотренная ст. 165 УПК РФ, используется не только для дачи разрешения на производство указанных в ней следственных действий, но и в ряде других случаев, указанных в законе. Например, при решении вопроса о наложении ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества (ч. 1 ст. 115 УПК РФ)[130].

Свои особенности имеет процедура разрешения ходатайства следователя или дознавателя о производстве следственного действия, касающегося реализации, утилизации или уничтожения вещественных доказательств, перечисленных в законе. Оно рассматривается судьей не позднее чем через 5 суток со дня его поступления в суд. За исключением ходатайства о производстве следственного действия, касающегося реализации, утилизации или уничтожения вещественных доказательств в виде скоропортящихся товаров и продукции, а также предметов, длительное хранение которых опасно для жизни и здоровья людей или для окружающей среды, которое рассматривается не позднее 24 часов с момента поступления ходатайства в суд.

При рассмотрении указанных ходатайств в судебном заседании вправе участвовать подозреваемый, обвиняемый, их защитники и (или) законные представители, собственник или иной законный владелец предмета, признанного вещественным доказательством по уголовному делу. Неявка лиц, своевременно извещенных о времени рассмотрения указанных ходатайств, либо неустановление собственника или иного законного владельца предмета, признанного вещественным доказательством, не является препятствием для рассмотрения ходатайств судом.

Важной особенностью этой процедуры является возможность участия в ней не только следователя, дознавателя и прокурора, но и других участников процесса, в том числе представляющих сторону защиты.

По результатам судебного заседания выносится судебное решение об удовлетворении ходатайства, касающегося реализации, утилизации или уничтожения вещественных доказательств с указанием судьбы данных вещественных доказательств, либо об отказе в его удовлетворении.

В таком же порядке, а не в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, как указано в ч. 3 ст. 217 УПК РФ, целесообразно рассматривать ходатайство следователя об установлении обвиняемому срока для ознакомления с материалами уголовного дела[131]. По результатам рассмотрения такого ходатайства может быть вынесено судебное решение с указанием конкретного срока и способа ознакомления с материалами уголовного дела либо об отказе в этом.

Эту же процедуру можно использовать для принятия решения о продлении срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество (ст. 115.1 УПК РФ).

При рассмотрении такого ходатайства в судебном заседании также вправе участвовать прокурор, следователь, дознаватель, потерпевший, гражданский истец, подозреваемый, обвиняемый, их защитники и (или) законные представители, а также лицо, на имущество которого наложен арест. Неявка указанных лиц не является препятствием для рассмотрения такого ходатайства, за исключением случаев, когда их явка признана судом обязательной. По результатам судья выносит постановление о продлении срока ареста, наложенного на имущество, сохранении или изменении ограничений, связанных с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом, либо о полном или частичном отказе в удовлетворении заявленного ходатайства, в том числе об отмене ареста, наложенного на имущество, или изменении указанных ограничений.

Анализируя ст. 165 УПК РФ и ст. 8 Закона об ОРД деятельности, нетрудно заметить, что ими регулируются два вида судебного контроля. С одной стороны, предварительный судебный контроль при даче разрешения на проведение ОРМ и производство следственных и иных указанных выше процессуальных действий (ст. 8 Закона об ОРД и ч. 1–4 ст. 165, ч. 3 ст. 217, ст. 115.1 УПК РФ), с другой – последующий неотложный контроль, выражающийся в проверке законности проведения указанных мероприятий и следственных действий без судебного решения в случаях, не терпящих отлагательств (ч. 3 ст. 8 Закона об ОРД и ч. 5 ст. 165 УПК РФ).

С точки зрения начала его реализации он максимально приближен ко времени совершения действий или осуществления решений, являющихся предметом проверки. Его механизм включается немедленно тогда, когда оперативно-разыскные мероприятия или следственные действия в случаях, не терпящих отлагательств, производятся без судебного решения.

В подобных случаях в соответствии с ч. 3 ст. 8 Закона об ОРД орган, осуществляющий оперативно-разыскную деятельность, в течение 24 часов обязан уведомить об этом суд. Если проведение оперативно-разыскного мероприятия носит продолжаемый характер (например, прослушивание телефонных переговоров), то орган, осуществляющий данное мероприятие, в течение 48 часов с момента его начала обязан получить судебное решение на его проведение или прекратить его осуществление.

Представляется, что, если на момент обращения в суд проведение оперативно-разыскного мероприятия прекращено или уже выполнено (например, осмотр жилища), судья должен провести проверку законности его проведения с вынесением соответствующего решения. В противном случае результаты такого мероприятия не могут быть «легализованы», а полученные на их основе доказательства могут быть признаны недопустимыми.

В соответствии с ч. 5 ст. 165 УПК РФ в исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище, личного обыска и иных указанных в законе следственных действий не терпит отлагательства, указанные следственные действия могут быть произведены на основании постановления следователя или дознавателя без получения судебного решения. В этом случае следователь или дознаватель в течение 24 часов с момента начала производства следственного действия уведомляет судью и прокурора о производстве следственного действия.

Судья не позднее 24 часов с момента поступления указанного уведомления проверяет законность произведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. В случае если судья признает произведенное следственное действие незаконным, все доказательства, полученные в ходе такого следственного действия, автоматически признаются недопустимыми в соответствии со ст. 75 УПК РФ.

Как указал Конституционный Суд РФ применительно к производству обыска в жилище, ч. 5 ст. 165 УПК РФ не содержит каких-либо предписаний, которые лишали бы лицо, в отношении которого был произведен обыск, возможности участия в такой проверке. Предоставление этому лицу возможности участвовать в судебном заседании обусловливается, в частности, самим характером осуществляемого судебного контроля, предполагающего проверку соблюдения следователем требований закона как относительно уголовно-процессуальной формы, так и в части, касающейся установления оснований для производства обыска, в том числе обосновывающих его безотлагательность.

УПК РФ устанавливает сжатые сроки рассмотрения судом уведомления следователя о производстве обыска. По этой причине граждане не извещаются судом о времени и месте рассмотрения уведомления, и их неявка в судебное заседание не препятствует рассмотрению его законности по существу. Вместе с тем для обеспечения указанным лицам возможности участвовать в судебном заседании следователь в силу требований ст. 11 УПК РФ РФ обязан разъяснить их права, в том числе право заявить ходатайство об участии в судебном заседании по проверке законности обыска и указать суд, в котором будет проводиться судебное заседание[132].