Бисмарк и Россия. 1851-1871 гг.

Российская политика, господа, очень проницательна, и этим от нее, к сожалению, отличается прусская. Русские работают не на сегодняшний или завтрашний день, они даже не работают на следующий год – они работают на будущее, на дальнее будущее, и если они иногда и переоценивают свои силы, они все же пристально следят за теми целями, которые преследуют из поколения в поколение. В этой связи я ни в коем случае не стремлюсь к порицанию российской политики, напротив, я хочу выразить ей признание. Российская политика по отношению к Пруссии, господа, вот уже 60 лет абсолютно ясна и прозрачна, это уже настолько подтверждено историческими примерами, что любое сомнение в этом едва ли может иметь место.

Рекомендовано к печати Ученым советом Института всеобщей истории Российской академии наук

Рецензенты:

доктор исторических наук, профессор В. С. Мирзеханов (Институт всеобщей истории РАН)

доктор исторических наук, профессор И. Н. Новикова (Санкт-Петербургский государственный университет)

@biblioclub: Издание зарегистрировано ИД «Директ-Медиа» в российских и международных сервисах книгоиздательской продукции: РИНЦ, DataCite (DOI), Книжной палате РФ

© В. С. Дударев, 2021

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2021

Вступление

Ровно 150 лет тому назад, в 1871 году, на карте мира появилась Германская империя, оказавшая большое влияние на судьбы Европы и европейских народов во второй половине XIX в. – начале XX в.

Каждое государство за всю историю своего развития переживает ряд событий, которые оказывают решающее влияние на его дальнейшее существование. Достижение государством в силу ряда исторических причин очередной точки бифуркации вскрывает критическое состояние сложившихся общественно-политической, экономической, культурно-исторической систем, демонстрирует их неустойчивость и неэффективность реагирования на вызовы времени. В такие периоды государство зачастую выходит к историческому рубежу, за которым с равной долей вероятности находится перспектива потери или сохранения суверенитета. Ответственность за выбор комплекса мер, реализация которых приведет к усилению кризиса и переходу системы в хаотическое состояние или, наоборот, выведет ее на более дифференцированный и высокий уровень упорядоченности, лежит на политическом руководстве страны.

В такие моменты значительно возрастает роль лидера, предлагающего пути выхода из сложившейся ситуации. И здесь история и народная память либо запомнят его как злого гения, ответственного за национальную катастрофу, либо щедро одарят красивыми эпитетами: «Великий», «Освободитель», «Отец нации». Многое зависит от личности государственного деятеля, его прозорливости и готовности проводить реформы, которые могут быть нестандартными или даже непопулярными в народе, но спустя некоторое время приведут страну к восстановлению ее былого могущества или даже достижению ранее невиданных успехов.

При всей противоречивости политики и методов достижения поставленных задач фигура германского канцлера Отто фон Бисмарка выделяется среди исторических персоналий не только Германии, но и Европы XIX в., а его политика объединения Германии является не только отдельной значимой вехой в многовековой истории этой страны, но и важным событием для всей европейской истории.

Превращение Пруссии, самой слабой из пяти великих держав в первой половине XIX в., в мощную империю, ставшую генератором европейской системы международных союзов 70-Х-80-Х гг. XIX в., является, бесспорно, важным результатом деятельности этого германского политика. Было бы, однако, несправедливым считать великие достижения целой страны достижением лишь одного человека. Во внутриполитической сфере реформаторская деятельность Бисмарка находила понимание у определенного круга лиц, части политической элиты Прусского королевства, в международных делах он всегда опирался на поддержку одного или нескольких государств.

В данной монографии изучается российское направление внешней политики Бисмарка и развитие прусско-российских отношений в один из самых захватывающих моментов европейской истории Нового времени. Хронологические рамки этого исследования определяются двумя ключевыми для биографии Бисмарка датами: 1851 г., началом его дипломатической деятельности в Союзном сейме Германского союза во Франкфурте-на-Майне, и 1871 г. – образованием Германской империи. В течение этих двадцати непростых по своему содержанию лет, когда Бисмарк представлял Прусское королевство за рубежом, а затем руководил правительством и одновременно внешнеполитическим ведомством Пруссии и Северогерманского союза, в международных отношениях произошли важные события, оказавшие большое влияние на развитие Европы. Помимо других, более частных вопросов, через призму германо-российских отношений будет рассмотрена история Австро-прусско-датской войны 1864 г. за Шлезвиг-Гольштейн, Австро-прусской войны 1866 г. за лидерство в Германии и Франко-германской войны 1870–1871 гг. за окончательное решение германского вопроса.

Монография написана на основании комплексного анализа архивных документов МИД Прусского королевства и Северогерманского союза, МИД Российской империи, сборников опубликованных материалов, личных и официальных материалов Отто фон Бисмарка, германской и российской периодической печати, стенограмм заседаний ландтага Прусского королевства и рейхстага Северогерманского союза, а также отечественных источников.

Изучение поднимаемых в монографии вопросов должно расширить исследование международных отношений середины – второй половины XIX в. новыми сведениями и способствовать более глубокому пониманию германо-российских отношений этого периода.

Историография проблемы

В вышедшем в середине XX века одном из первых обзоров историографии, посвященном деятельности Отто фон Бисмарка и связанной с ним эпохе в истории Германии[1], было перечислено более 6 тысяч названий книг и статей на 15 языках. С того времени прошло уже более 50 лет. Несмотря на то, что в исследовании данной крупной темы произошли значительные изменения, характерные особенности изучения рассматриваемой в монографии проблемы продолжают сохраняться. Они обусловлены двумя основными факторами. Главным из них является степень публикации архивных источников, которая, в свою очередь, оказывала влияние на постановку в исторической литературе проблем, связанных с российским направлением внешней политики Бисмарка.

Посвященные Бисмарку работы стали появляться еще при его жизни. Долгое время исследователи имели в своем распоряжении лишь официальные опубликованные документы, а после кончины Железного канцлера – его воспоминания, а также публикуемые документы личного происхождения, архивные материалы и свидетельства современников. Историки обращали внимание на разные эпизоды его политической деятельности. Применительно к периоду до 1871 г. основной темой постепенно становилось изучение истории образования Германской империи и той роли, которую Бисмарк сыграл в этом процессе. Наряду с зарубежными историками свой вклад в развитие историографии внесли и отечественные исследователи, которые не могли оставить без внимания отношение Бисмарка к России.

История возникновения на западной границе Российской империи грозного соседа, а также политические приемы, которыми пользовался один из главных авторов этого детища, занимала умы российских дореволюционных историков[2]. В работе Р. И. Сементковского[3], изданной в 1895 г. в серии «Жизнь замечательных людей»[4], российскому направлению внешней политики Бисмарка не было уделено практически никакого внимания. Автор вскользь упомянул о петербургском периоде деятельности Бисмарка, отметив, что «ходячее мнение о необыкновенной проницательности Бисмарка в этот период его деятельности – не более как басня»[5]. Сементковский подчеркивал, что, находясь в Петербурге, Бисмарк «определенной дипломатической миссии <…> не имел <…> Бисмарк имел полную возможность заниматься воспитанием своих детей, изучением русского языка и бесконечными охотничьими экскурсиями». Он пришел к выводу, что «его (Бисмарка – В. Д.) деятельность в качестве посланника при нашем дворе осталась <…> бесследной», да и «о России он составил себе, однако, довольно невыгодное мнение»[6]. Сложный процесс переговоров между Берлином и Петербургом во время объединения Германии не нашел отражения в этом исследовании в силу недоступности автору документов, хранившихся в германских и российских архивах.

Отношениям между Россией и Пруссией в 60-70-е гг. XIX в. уделил внимание в своем исследовании Л. З. Слонимский[7]. Автор, однако, объяснял дипломатические победы Бисмарка лояльным отношением России к росту влияния Пруссии, явившимся следствием петербургской миссии прусского посланника.

Основной задачей исследования Э. К. Пименовой[8] явилась попытка ответить на вопрос, чем было вызвано преклонение перед Бисмарком, и насколько оно соответствовало его достижениям. Сконцентрировав свое внимание на периоде объединения Германии, автор рассматривала отношение Бисмарка к России исключительно с позиций политического прагматизма.

Выводы дореволюционных историков были обусловлены, конечно же, отсутствием в то время публикаций документов Бисмарка и недоступностью материалов немецких и отечественных архивов. В истории образования Германской империи, с которой неразрывно связывалось имя Отто фон Бисмарка, исследователи видели причины роста международной напряженности в конце XIX в., ростки политики агрессивного милитаризма Германии и тевтонской угрозы начала XX в., истоки Первой Мировой войны. Личность канцлера представала в таком случае в некоем зловещем свете, нередко умалялись его достоинства дипломата и талант политика.

После публикации петербургской корреспонденции Бисмарка в 1920 г. профессор Петроградского университета барон Б. Э. Нольде, эмигрировавший в 1919 г. в Финляндию, подготовил монографию, в которой затрагивалась роль Бисмарка в развитии российско-германских отношений в период его петербургской миссии[9]. В 1936 г. в Лейпциге был издан перевод книги на немецкий язык. Отказавшись от написания биографического очерка о пребывании Бисмарка в России, что было определенным новаторством в историографии вопроса, Нольде видел свою основную цель в изучении международных отношений в период петербургской миссии Бисмарка. Изучая документы по международной политике того времени на русском, французском, английском и немецком языках, он попытался «за эти 3 года прожить вместе с Отто фон Бисмарком жизнь тогдашней России и тогдашней Европы»[10]. Основную часть работы Нольде посвятил изучению политической подоплеки и дипломатических переговоров накануне Итальянской войны 1859 г. Он уделил внимание осложнению датского вопроса в начале 1860-х гг., представив позицию России и других великих держав по этой проблеме. В начале исследования Нольде поместил интересную главу о связях Бисмарка в Петербурге, сосредоточив свое исследование на петербургской общине прибалтийских немцев.

После монографии Нольде следующим крупным шагом и в определенном смысле отправной точкой для советской историографии в изучении деятельности Железного канцлера стали работы А. С. Ерусалимского[11]. Благодаря переведенным известным советским историком «Мыслям и воспоминаниям» Бисмарка широкому кругу читателей стали доступны мемуары германского политика. В области научных интересов Ерусалимского находилось время объединения Германии и период после 1871 г., система международных союзов 60-70-х гг. XIX в. и колониальная политика Германии. Ерусалимский признавал дипломатический талант Железного канцлера, на формирование которого оказали влияние традиции европейской школы дипломатии. Историк отмечал неподкупность Бисмарка и его стремление решать внутри- и внешнеполитические вопросы так, как он сам понимал их. Вместе с тем, автор часто обращал внимание на агрессивный характер внешнеполитического курса Бисмарка, как в случае со шлезвиг-гольштейнским вопросом или с Эмской депешей. Ерусалимский был прав, обратив внимание на существенную роль России в политике Пруссии, направленной на объединение Германии. Однако он часто писал о поддержке Россией Пруссии как незыблемой данности, из-за чего, к сожалению, из исторического повествования выпадают интересные сюжеты, важные для понимания такой особенности взаимоотношений двух государств. Это, конечно, было следствием того, что историку не была доступна значительная часть архивных и даже опубликованных документов. Исследование этих материалов в совокупности с личными документами Бисмарка позволяют не только по-иному расставить акценты в оценке российско-прусских отношений в 1860-е гг., но продемонстрировать важные детали, объяснить причины таких крепких связей между Россией и Пруссией в этот период, показать также существовавшие и в России, и в Германии силы, противившиеся укреплению отношений между двумя государствами.

Большой интерес представляет работа Л. И. Нарочницкой[12], в которой рассматривается российская политика по отношению к Пруссии во время двух войн за объединение Германии: в 1864 г. и в 1866 г. При изложении событийной истории войны против Дании автор использовала опубликованные германские и российские документы. Сюжеты, связанные с Австро-прусской войной 1866 г., автор освещала преимущественно на материалах российского МИД, хранящихся в советских архивах (тогда, ЦГАДА и АВПР МИД СССР). Это повлияло также и на построение самого исследования. В главе, посвященной войне 1864 г., в соответствии с доступными тогда автору материалами читателю предлагается анализ российско-прусских отношений в рассматриваемый период. Описывая события 1866 года, автор более сосредоточилась именно на анализе европейской политики Петербурга во время войны между двумя германскими государствами. На этом фоне изучение российско-прусских отношений фактически ушло на второй план. Определенным новаторством было рассмотрение в двух последних главах работы отношение российских «помещичье-буржуазных» и «демократических» газет к решению германского вопроса в середине XIX в. Несмотря на название, в работе, к сожалению, не был затронут период 18661871 гг. – ключевой период в истории объединения Германии, хотя, вероятно, в дальнейшем в планах автора было продолжение исследования вплоть до 1871 г. Следует отметить высокий профессионализм автора, которая смогла построить интересное исследование на доступной ей в то время источниковой базе. Вместе с тем, перевод основного исследовательского акцента с России на Пруссию, изучение новых архивных и опубликованных документов, периодической печати в сопоставлении с российскими архивными документами – все это дополняет новыми сведениями исследование Нарочницкой даже в том хронологическом промежутке времени (1864–1866 гг.), которое она изучала в своей работе.

В данном разделе нельзя не упомянуть работу Л. М. Шнеерсона[13], основателя белорусской научной школы германистики и изучения истории Западной Европы в Новое время. Автор на богатом архивном и опубликованном материале изучил международный фон объединения Германии в период с 1867 по 1871 гг. В работе рассказывается об интересных перипетиях в переговорах между великими державами, анализируются цели и задачи европейских министерств иностранных дел. Исследование предлагает читателю сложную картину европейской дипломатической истории рассматриваемого периода. Вместе с тем, за большим фактологическим материалом становится довольно сложно сформировать цельное представление о российском направлении внешней политики Бисмарка в эти годы и о характере прусско-российских отношений в это время в целом. К сожалению, автору были недоступны документы германских архивов, в частности хранящиеся в Политическом архиве МИД Германии донесения северогерманских дипломатов в Берлин, которые дают возможность усомниться в верности утверждения о том, что «вплоть до начала франко-прусской войны Россия испытывала неудовлетворенность результатами сотрудничества с Пруссией»[14]. Кроме того в данной работе император Александр II оказывается как бы в тени министра А. М. Горчакова, несмотря на то, что финальное слово в принятии решения по внешнеполитическим вопросам было все же за российским самодержцем, а его решающую роль в выстраивании российско-прусских отношений как раз и показывают донесения прусских и северогерманских посланников из Петербурга в Берлин.

Крупное биографическое исследование, посвященное Бисмарку, провел В. В. Чубинский[15]. Большую часть исследования автор посвятил политике Бисмарка в период объединения Германии. Чубинский изобразил сюжеты, связанные с тремя объединительными войнами, на широком фоне европейских событий. Основное внимание в монографии уделяется австро-прусским и франко-прусским связям. Вероятно, в этой связи, автор не ставил перед собой специальную задачу сосредоточиться именно на изучении отношений между Россией и Пруссией в этот важный для германской истории период. Основными причинами российской поддержки политики Бисмарка в середине 60-х гг. XIX в. автор называл дипломатическую помощь, оказанную Бисмарком России во время восстания в Польше, сохранившуюся со времен Крымской войны неприязнь к Австрии, и заинтересованность Петербурга решением внутренних проблем[16].

Изучение политической деятельности Железного канцлера продолжается и в современной российской историографии.

Интересную зарисовку к картине восприятия Бисмарком российской политической элиты сделал А. А. Ахтамзян[17]. Изучая письма Бисмарка Горчакову за 1860–1876 гг.[18], автор писал о холодном расчете, существовавшем в деловых отношениях двух политиков, в то время как в личном плане между ними была «дружественная атмосфера». Следует отметить, что используемые в настоящей монографии материалы позволяют поставить это утверждение под сомнение.

Продолжилась традиция исследования внутриполитической жизни в Германии: противостояния правительства и парламента в сложный период конституционного кризиса в Пруссии[19] и межпартийной борьбы в рейхстаге Германской империи[20].

В историографии начала XXI в. научный интерес к личности Бисмарка остается на высоком уровне. Работы, посвященные деятельности Железного канцлера в период до 1871 г., продолжают выходить и в настоящее время.

В 2008 г. в Пскове вышла книга Р. И. Иванякова, посвященная петербургской миссии Бисмарка[21]. Автор изучал жизнь прусского посланника в Петербурге, его оценку международных событий и конституционный кризис, происходивший в Пруссии в начале 1860-х гг. Иваняков затронул темы, которые не нашли своего освещения в монографии Нольде, как, например, отношения Бисмарка с остальными представителями прусской дипломатической миссии в Петербурге. Автор проводил исследование на основе уже известных отечественной историографии документов: мемуаров и части личных писем Бисмарка. Богатая фактами и ценной информацией официальная документация прусского министерства иностранных дел, а также существенный комплекс личной корреспонденции Бисмарка, посвященный важным политическим проблемам, остались, к сожалению, неисследованными. Работа Иванякова явилась первым серьезным исследованием по истории петербургской миссии Бисмарка за долгий период после монографии Нольде. Вместе с тем, многие вопросы, изучение которых возможно на основании комплексного анализа всей официальной и личной корреспонденции Бисмарка, остались открытыми.

Период петербургской миссии Бисмарка сохраняет свою исследовательскую актуальность и в настоящее время[22].

О росте интереса к Бисмарку свидетельствуют также исследования молодых историков А. М. Ипатова, который провел большую работу по изучению оценки Бисмарка российской политической элитой второй половины XIX в.[23], и Н. А. Власова, основным предметом исследования которого является история Германской империи после 1871 г.[24].

В работе над книгой большую помощь оказали монографии, позволившие составить общий исторический фон исследования. Восприятие Бисмарком отдельных элементов российско-германских связей середины XIX в. было затронуто в общих и специальных работах, посвященных развитию международных отношений этого периода.

В отечественной историографии уже во второй половине XIX в. появились работы, в которых рассматривались происходившие в Германии изменения и роль, которую в них играл Отто фон Бисмарк[25], однако в силу несформировавшейся еще источниковой базы и историографии выводы, к которым приходили авторы этих работ, были довольно субъективными.

С развитием исторической науки, публикацией архивных материалов и появлением новых исследований, с середины XX в. в отечественной историографии появилась тенденция к обобщению накопленного опыта в изучении международных отношений XIX в. и истории российско-германских связей этого периода в частности. В советской историографии до 80-х гг. XX в. эти вопросы изучались с большой степенью научной фундаментальности. Основной комплекс работ, посвященных анализу взаимоотношений России и германских государств в середине – второй половине XIX в. охватывает период объединения Германии и события после 1871 г. На этом фоне выделяются работы А. С. Ерусалимского[26], И. С. Галкина[27], С. Д. Сказкина[28], Л. М. Шнеерсона[29], Л. И. Нарочницкой[30].

Следует отметить исследование А. Л. Нарочницким международных отношений середины – третьей четверти XIX в., изданное в виде стенограммы публичных лекций[31]. Нарочницкий поставил на одну ступень Горчакова, Бисмарка и Кавура в их стремлении защищать национальные интересы своей страны. Идея их национальной политики, по словам историка, явилась переходом «от чисто дворянского и династического понимания государственной пользы к защите интересов помещичье-буржуазного блока»[32]. Вообще в их политике было много общего, как например, активное использование публицистики для оказания влияния на общественное мнение. Российско-германские отношения рассматривались Нарочницким в связи с польским вопросом. Анализируя польское восстание 1863 г., он делал вывод о стремлении Бисмарка к обострению конфликта. По его мнению, у Бисмарка было два пути действия в польском вопросе. Первый заключался в поддержке России, второй – в ожидании вывода российских войск из Царства Польского и вводе туда прусской армии. Нарочницкий делал вывод о том, что воспроизводимый немецкими, а под их влиянием и отечественными историками «миф о благожелательной помощи Пруссии России в решении польского вопроса несостоятелен»[33].

Такую идею поддержал и Е. В. Тарле в подготовленных им главах о дипломатии Бисмарка в годы войны с Данией и Австрией и накануне объединения Германии в монографии «История дипломатии»[34]. Эта работа была одной из первых попыток изложить историю международных отношений за весь период человеческой истории, согласно марксистско-ленинским установкам. К созданию этого научного труда были привлечены такие видные советские историки как В. С. Сергеев, Е. А. Косминский, С. Д. Сказкин, А. Л. Нарочницкий, Е. В. Тарле, И. И. Минц. Тарле более определенно, чем Нарочницкий, доказывал, что под внешним видом прусского «великодушия» и оказания помощи России скрывался хитрый план Бисмарка захватить всю территорию Царства Польского, когда бы ее покинули российские войска. Он подчеркивал, что за видимой поддержкой Берлина стояли прагматические устремления аннексии польских территорий. Тарле также писал об агрессивных планах Бисмарка накануне войны с Францией и о чуть ли не подстроенной им ситуации (еще до Эмской депеши), в которой Франция была вынуждена объявить Пруссии войну. Знакомство с документами прусского МИД показывает неоднозначность такого утверждения. Мнение о том, что недовольство политикой Франции была основной причиной укрепления связей России с Пруссией во время Франко-германской войны, также подлежит более детальному исследованию.