- -
- 100%
- +
– Вот даже как? – заметил я. – А еще он что-нибудь сказал?
– Нет. Это было все. И я его не понял. Раньше он мне уже рассказывал, что стал свидетелем того, как Джо Кивано взлетел на воздух в Тусконе. Мы обсудили этот случай довольно подробно, и это не удивительно – ведь такое случается не каждый день. Как бы то ни было, Джил вгляделся в мужчину попристальнее, а потом вышел из машины, прошел по тротуару и пару минут поговорил с ними.
– С ними?
– Да. Этот высокий сильный мужчина как раз говорил с одной женщиной. Потом выяснилось, что они как раз стояли перед ее домом. Но тогда я этого еще не знал. Сперва Джил поговорил с ними обоими, а потом отошел с мужчиной в сторонку, и там они еще немного поговорили. Когда Джил снова сел в машину, вид у него был немного удрученный. Потом он сказал мне, что, видимо, ошибся. В конце концов прошло уже шестнадцать лет, люди меняются и так далее.
Бризант провел рукой по своим усам.
– Позднее я узнал, что Джил действительно принял мужчину за Джо Кивано. Возможно, он предположил, что в Тусконе был убит кто-то другой.
Я покачал головой.
– Я, правда, читал, что человек в Тусконе был разорван на куски, но я не могу предположить, что полиция ошиблась при идентификации. В конце концов знали ведь, что речь шла об известном мафиози. Если полиция сказала, что убит Джо Кивано, то это на сто процентов означает, что так оно и было.
– Я тоже так думаю. Джил рассказал бы мне и побольше, но уже через пару минут я высадил его перед магазином и с тех пор я его больше не видел.
Тони какое-то время помолчал, нахмурив лоб.
– Когда я ехал обратно домой, я снова увидел этого высокого мужчину. Он как раз выходил из дома, перед которым он говорил с Джилом. Он сел в машину и поехал. Я последовал за ним. Он свернул на Пальма-Драйв, и тогда я тоже…
– Вы хотите сказать, Тони, что вы организовали слежку за этим человеком?
– Я знал, что этот человек не может быть Джо Кивано, но было не исключено, что он тоже относился к мафии.
– Да. Ну и что из этого?
– Я видел, как он остановился перед одним из домов и, вынув из кармана ключ, отпер дверь и вошел.
– Вы уверены, что он не заметил за собой слежки?
– Думаю, что нет.
– Вы недавно сказали, что Джил посчитал, будто видел Джо Кивано. Как вы это узнали, Тони?
– Ну, Джил должен был во вторник вечером прийти ко мне играть в карты, но он не пришел. Тогда я позвонил ему и поговорил с его женой. Она мне сказала, что Джил якобы узнал кого-то из Гардены. Энн добавила, что он был очень взволнован. Он еще сказал ей, что хочет по этому поводу говорить с преподобным Арчи. Но это было уже два часа назад, и с тех пор она с нетерпением ждет его обратно домой.
– Это тот преподобный отец, с которым я познакомился после заседания?
Тони кивнул.
– Я тотчас же отправился к преподобному отцу и имел с ним разговор. Джил уже был у него и сказал ему, что видел Джо Кивано. После того, как Джил ему все рассказал, преподобный отец вызвал в церковь и мужчину и женщину. Напоследок преподобный Арчи сказал мне, что Джил на все сто процентов убедился в ошибке и принес свои извинения обоим.
– Кто были эти оба?
– Мужчину зовут Генри Ярроу. Он маклер по земельным участкам здесь на Вилле и живет тут свыше трех лет. Женщину зовут Блессинг. Она вдова. Ярроу служил у мистера Блессинга до самой его смерти. Это мистер Ярроу сам сказал мне.
– Сам сказал? Вы что, познакомились с ним?
– Да. В тот же вечер. Вы поймете меня: я очень беспокоился о Джиле. Поэтому я попросил преподобного Арчи пригласить к себе мистера Ярроу еще раз, чтобы я мог проверить, действительно ли это тот человек, с которым Джил разговаривал сегодня утром. – Тони пожал плечами. – Это, несомненно был он. И оба – Арчи и Ярроу – уверили меня, что Джил признал свою ошибку. Только… в тот вечер Джил уже не пришел домой. И с тех пор никто его не видел.
Минут через пять я выразил согласие заняться этим делом.
– Но прежде я задам вам еще несколько вопросов, Тони.
– Конечно, спрашивайте спокойно. Но только… – Он отвел от меня взгляд, словно не знал, мог ли он довериться. – Когда в среду вечером Энн позвонила мне и сказала, что у нее до сих пор нет никаких известий о Джиле, я понял, что с ним что-то случилось.
И, не давая мне возможности что-либо возразить, он поспешно продолжал:
– Сразу после этого я позвонил одному приятелю, который тут же приехал ко мне. Я рассказал ему всю историю, и мы единодушно пришли к выводу, что исчезновение Джила каким-то образом связано с Ярроу. Мой приятель работал двадцать лет в электронной фирме, и он хорошо разбирается в том, как прослушиваются телефонные разговоры и вообще как может прослушиваться все, что происходит в доме.
Я понял, что последует дальше. Тони, правда, совершенно не знал, каким снаряжением пользовался Фред Дженкинс – это я уже слышал от Лулу, но сегодня Дженкинс уже сообщил, что в доме Генри Ярроу ничего необычного не произошло.
Потом мы выяснили и еще кое-что.
Так как я видел Джо Кивано года три назад, я попросил Тони подробно описать мне его. Уже после первых фраз я знал, что Генри Ярроу и Джо Кивано были разными людьми.
– О'кей, Тони! Я возьмусь за работу. Где я могу найти преподобного Арчи?
– Вы хотите его видеть?
– Хочу услышать, что он мне скажет.
Мы вышли из кабинета. Тони отправился на кухню, а я хотел выйти из дома. Тут я столкнулся с Лукрецией.
– Я хотела бы вас поблагодарить, Шелл, – мягко сказала она.
– Я еще ничего не сделал, Лулу… То есть, мисс Бризант. В первую очередь я хочу повидаться с преподобным Арчи.
– С преподобным Арчи? Вы считаете, что он может вам помочь?
– Преподобные отцы всегда могут помочь, – ответил я.
– Позвоните мне, Шелл, если узнаете что-то важное.
– Возможно, я позвоню вам, даже если ничего не узнаю.
Она протянула мне руку. Я нагнулся и запечатлел на ней нежный поцелуй.
Лукреция не отдернула руки. Наоборот. Она провела пальцами по моему лицу, и я почувствовал, как во мне поднимается жар – как раз подходящая стимуляция, чтобы навестить преподобного отца.
Глава 4
Я вошел в прохладный сумрак церкви через массивные двойные двери и увидел стоящие по обе стороны ряды скамеек.
Слева от меня открылась маленькая дверца. Из нее вышел преподобный Стенли Арчибальд, он сделал несколько шагов в мою сторону, а потом спросил с известной долей сомнения в голосе:
– Мистер Скотт?
– Да, преподобный отец.
– Прошу вас, заходите.
Он повернулся, снова прошел в дверь, пропустив меня вперед, и я очутился в маленькой комнатке, в центре которой стоял черный письменный стол. Он сел на этот стол и указал мне на черный кожаный стул.
– Чем могу вам помочь, мистер Скотт?
Я объяснил ему, что я – частный детектив из штата Калифорния, что мистер Бризант поделился со мной своими опасениями и что я разыскиваю пропавшего Джила Рейеса.
– Вы хотите этим сказать, что мистер Рейес до сих пор не вернулся домой?
– Да. И последний раз его видели в четверг в этой церкви. Поэтому-то я к вам и пришел.
– Но… но я этого не знал, – пробормотал священник. Он положил руку на руку, снова разъединил их и продолжал: – Это начинает меня беспокоить, мистер Скотт. Я знаю мистера и миссис Рейес довольно хорошо. Знаю с тех пор, как они живут на Вилле. Джил не тот человек, который может прельститься соблазнами мира или поддаться вожделению плоти.
– Может быть, его поймало что-то другое, – высказал я предположение.
Преподобный отец довольно подробно рассказал мне о вечере во вторник. Он рассказал, как к нему пришел Джил Рейес, как он вызвал к себе Ярроу и миссис Блессинг и как потом к нему приходил и старина Бризант.
– Вы знали Генри Ярроу? – спросил я.
– Имя было мне знакомо, но я его не встречал. Поэтому я и не решался сначала позвонить ему. Но мистер Рейес точно мне сказал, перед каким домом его встретил, а также описал женщину, которая стояла с подразумевающимся Кивано. Из его слов я понял, что речь идет о миссис Блессинг, очаровательной вдове, которая давно и регулярно посещает церковь. Я позвонил ей, объяснил ситуацию, и, к моему удивлению, она подтвердила мне все, о чем поведал мне Джил Рейес.
– Почему к удивлению?
– Потому что история, которую рассказал мне мистер Рейес, показалась мне довольно невероятной, и его поведение я объяснил себе тем, что, наверное, у него никак не укладывалось в голове воскресное происшествие со взорванной машиной в Тусконе и, естественно, мертвый никак не выходил у него из головы. Как говорится, ошибочная психологическая реакция.
– Что ж, такое может быть.
Он вздохнул.
– Как бы то ни было, но я попросил миссис Блессинг, чтобы она, если можно, связалась с Генри Ярроу и приехала с ним ко мне. Она тотчас согласилась, и минут через пятнадцать они были у меня.
– А потом они говорили с Джилом, тот сразу понял, что ошибся, и, удовлетворенный, отправился домой? Так?
– Именно так.
– Но почему? Ведь утром он считал, что этот человек – Кивано. Что помогло изменить его мнение?
Преподобный отец наморщил лоб.
– Мистер Ярроу уже несколько лет является довольно известным бизнесменом на Вилле Восходящего Солнца. И он предложил некоторые доказательства своей личности. И чтобы убедить Джила до конца, я позвонил в полицию Тускона и там мне подтвердили, что в машине несомненно погиб Джо Кивано, а не кто-либо другой.
Я кивнул.
– В этом и я ни на секунду не сомневаюсь. А Джил вам не сказал, покидая церковь, куда он собирается идти?
– Нет. Но я, естественно, подумал, что он отправился домой.
Я поднялся.
– Благодарю вас за помощь, преподобный отец. Может быть, вы смогли бы еще дать мне адреса миссис Блессинг и мистера Ярроу?
Он написал адреса на листочке и протянул его мне.
– Я так и подумал, что вам захочется узнать их адреса, мистер Скотт.
Кроме двух тусклых светильников поблизости от алтаря, в церкви света не было. Я прошел по правому крылу, которое вело к боковому выходу. Над ним висела маленькая лампочка. Я бросил взгляд на адреса, которые дал мне священник.
Миссис Блессинг жила на Ист-Клеридж-стрит, 2430, а мистер Ярроу – на Норд-Пальма-Драйв, 1694. Я решил сперва повидаться с миссис Блессинг.
Я открыл маленькую боковую дверь и вышел на воздух.
Узкая тропинка вела меж высоких кустов к стоянке для машин, которая к тому же была еще отгорожена живой изгородью. Я прошел через отверстие в живой изгороди и направился к своей машине, которая стояла шагах в пятнадцати оттуда.
И тут я увидел его.
Человек стоял ко мне спиной. Он стоял у ствола эвкалипта, чьи низко свисающие ветви бросали темные тени на его лицо.
Конечно, было не исключено, что это мирный человек, который питает любовь к эвкалиптам, но в моем деле, когда человек скрывает свое лицо, это в большинстве случаев чревато неприятностями. А в ряде случаев – и смертью. Я сунул руку за пазуху, вытащил свой 38-й и медленно и бесшумно двинулся дальше.
Человек находился как раз между мной и моим "кадиллаком", но любовался он отнюдь не машиной. Он не спускал глаз с дороги, которая шла к стоянке от главного входа в церковь. Я сделал еще четыре шага и находился уже на расстоянии футов десяти от него, как он меня услышал.
Какая-то песчинка скрипнула у меня под ногой, звук был еле слышен, но он, тем не менее, его услышал.
Я увидел, как он вздрогнул. Он повернул голову и посмотрел мне в глаза.
Пистолет был у меня в руке, и я успел снять предохранитель. Сделав два больших шага, я уже был рядом с ним.
– Хэлло, Лаки! – сказал я. – Куда тебе всадить пулю?
Глава 5
Его реакция меня удивила. Почти радостным голосом он сказал:
– Кого я вижу! Шелл Скотт, старый бродяга!
– Повернись, Лаки! Ведь тебя так называют? Счастливчиком?
Он непозволительно медленно поднял вверх руки. Когда я смотрел в его угловатое белое лицо, то вспомнил, что последний раз я видел это лицо на фоне пистолета 45-го калибра, направленного мне в живот.
Я продолжал держать его под прицелом и скомандовал:
– Выходи из тени дерева, Счастливчик! И не вздумай делать движения, которые мне не понравятся!
Он медленно отошел в сторону. И ухмыльнулся. Теперь я увидел, что в руке у него ничего нет.
– Только не сходи с ума, – сказал он. – А то у тебя такой вид, словно ты хочешь меня изрешетить.
– Как раз это я и хочу сделать.
– Что с тобой, Скотт? Я же ничего не сделал. Просто подумал, что ты…
– Несколько недель назад, когда мы встретились в Лос-Анджелесе, ты тоже ничего не сделал. Только выпустил пять пуль в меня, из которых одна угодила мне в ногу. И если бы я в последнее мгновение не бросился на землю, одна из них наверняка была бы у меня в груди.
– Какой ты злопамятный, Скотт! Такие вещи надо забывать. Ведь это был бизнес. Ты ухлопал двух моих товарищей. По сравнению с этим, пуля в ногу – сущий пустяк.
– Что ты делаешь здесь, в Аризоне, Счастливчик?
– Я плохо переношу климат Южной Калифорнии, Скотт. Некоторые люди очень сердятся на меня за то, что я тебя не подстрелил. Они хотели дать мне кучу денег за твою жизнь. Но у меня ничего не вышло. И тут я подумал, что мне там придется жарко. Вот я и махнул в Аризону.
Возможно, в его словах и была частица правды.
– Наклонись к дереву и расставь ноги пошире. Ты знаешь как.
– Да, знаю. Обычное дело.
Я обыскал его, но у него действительно не было при себе оружия.
– Этого я не понимаю. Чтобы Счастливчик Джимми Райан не имел при себе своего инструмента! Куда подевал пушку?
– Но, Скотт, у меня же нет лицензии штата Аризона на ношение оружия…
– Если ты солжешь мне еще раз, я расколочу твою черепушку!
– О, боже! Да ты такой же чувствительный, как шофер, который перевозит нитроглицерин. Говорю тебе, Скотт, у меня почва горит под ногами, вот я и перебрался сюда. А потом я проезжаю мимо этого места и вижу – знакомая машина. Вот я и говорю себе: смотри-ка, Счастливчик, ведь это, судя по всему, машина Скотта. Вот я останавливаюсь и жду, пока вернется Скотт. Хочу сказать ему, что прошлое забыто…
– А потом ты услышал мои шаги и спрятался за дерево, чтобы неожиданно броситься мне на шею и расцеловать меня, так?
– Какой ты недоверчивый, Скотт. Ты взгляни на улицу – там стоит мой "тандерберд". Или ты не веришь, что это моя машина?
– Таким мошенникам, как ты, я вообще не верю, – сказал я.
– А ты напряги свою головку. Ведь копы в Лос-Анджелесе хорошо знают, что я охотился за тобой. И поэтому, если с тобой что-нибудь случится в ближайшие месяцы, то они сразу припишут это мне. И потом: неужели ты думаешь, что я появился бы без пушки, если бы хотел свести с тобой счеты, да и поставил свои "салазки" на самом видном месте?
Над его словами следовало задуматься.
– Ну, хорошо, Счастливчик, что тебе тут нужно? И почему ты спрятался за дерево?
– Я хотел бы заключить с тобой союз, Скотт. Тебе ведь нужен помощник, который хорошо ориентируется на Западе? Я мог бы рассказать массу интересного.
– А почему ты прятался, если хочешь заключить со мной союз?
Он коротко рассмеялся.
– Но пойми меня, Скотт, я же не хотел, чтобы ты увидел меня первым. Всем известно, что ты юмора не понимаешь. Известно также, что ты слишком быстро спускаешь курок. Нет, это было для меня слишком опасно… Пойдем к моей машине, я тебе кое-что покажу.
Он сделал шаг вперед, и я почувствовал, как моя рука с пистолетом слегка дрогнула, палец на курке немного скривился. Счастливчик, словно завороженный, смотрел на мою руку.
Он облизал себе губы.
– Только не волнуйся, Тигр, – тихо сказал он. – Действительно, ты должен вести себя немного поспокойнее. Пойдем, я тебе кое-что покажу. – Он двинулся к своей машине, сперва медленно, как кошка, потом быстрее. Я последовал за ним на расстоянии пяти шагов. Если он вздумает сделать глупость, то на этом его жизнь и закончится.
Но он лишь подошел к машине, осторожно открыл дверцу и сел в нее. Когда дверца открылась, в машине автоматически вспыхнул свет. Я быстро отошел немного в сторону, чтобы иметь возможность наблюдать за его руками. Он сунул руку во внутренний карманчик дверцы и, вынув оттуда регистрационную карточку, протянул ее мне.
– Вот, – сказал он, – чтобы ты не думал, что я тебя обманываю. – Машина действительно принадлежит мне. Ну что, убедился теперь?
Я бросил быстрый взгляд на его имя и адрес в Лос-Анджелесе, потом вернул ее ему. Он сунул ее обратно на место, а другой рукой полез в карман брюк.
– Не волнуйся, Скотт, ты же меня уже обыскал. Я только достану ключи от машины.
Он вытащил связку ключей и всунул ключ в зажигание.
– О'кей! Если ты не хочешь заключать союз, то я, пожалуй, поеду.
Мне все равно ничего не оставалось, как отпустить его, хотя мне и хотелось задать ему парочку вопросов. Например, где он живет и что ему понадобилось на Вилле.
Но он уже повернул ключ, и мотор заработал. Он оторвал свой взгляд от щитка водителя, и внезапно голова его мне представилась как череп скелета, и я опять вспомнил о том, как он целился в меня из своего пистолета 45-го калибра.
Прежде чем я смог его удержать, он включил первую скорость и поехал с откинутой дверцей. Я, правда, мог всадить ему пулю в колесо, но счел это не нужным. Через несколько секунд машина исчезла из поля моего зрения.
Меня мало беспокоило, что Счастливчик Райан уехал от меня. В моей голове бродили другие, более важные мысли. На каком-то участке моего мозга образовалась мозаичная картинка, и теперь ее надо было дополнять другими камешками.
Я вернулся к тому месту, где обнаружил Счастливчика. Подняв глаза на ствол дерева, я посмотрел на его нижние ветки. Там я обнаружил пистолет, из которого хотел "угостить" меня мой новоиспеченный друг. Когда он поднимал руки вверх, для него было сущим пустяком спрятать туда свою пушку, так как его правая рука все время находилась в тени.
Это был армейский кольт 45-го калибра. Этим автоматическим пистолетом пользуются как новички, так и профессионалы.
В одном нельзя было отказать Счастливчику Райану: он был не только суровым, но и сообразительным.
Так вот, друзья, когда я с ним встречусь в следующий раз, то он будет не только суровым и сообразительным, но и холодным.
От Виллы Восходящего Солнца до Солнечного города было около сорока миль, и я покрыл это расстояние за час. Уолтер Мейпол был предупрежден о моем визите по телефону, и, когда я позвонил в дверь его бунгало, он уже через пару секунд открыл мне дверь.
Уолтер Мейпол прослужил тридцать лет в полиции Калифорнии и специализировался только на одном виде уголовных преступлений: на преступлениях организованных банд. Я знал, что у него самый лучший архив на мафию, а что в этом архиве не было написано, то он держал у себя в голове.
Разумеется, сейчас он был на пенсии, но преступники и преступления до сих пор оставались его хобби. Я не первый раз просил у него совета и помощи и хочу добавить, что не проходило и недели, чтобы к его услугам не прибегала бы калифорнийская полиция.
– Рад тебя видеть, Шелл, – с улыбкой сказал он. – Только, черт возьми, что вам понадобилось в моем штате?
– Гангстеры в Аризоне тоже не успокаиваются, несмотря на то, что существует Уолтер Мейпол, – улыбаясь ответил я, а потом добавил серьезно:
– Уолт, у меня небольшая проблема.
Он провел меня в свой небольшой кабинет. Одну сторону занимали окна, а три другие были заставлены шкафами и полками.
– Кто для тебя является проблемой? – спросил он.
– Есть человек, о котором я еще ничего не слышал, но лицо которого почему-то кажется мне знакомым, – начал я. – Я видел его сегодня на Вилле Восходящего Солнца, и у меня по спине сразу забегали мурашки. Я знаю, что я сталкивался с этим человеком.
– Опишите его мне, Шелл.
Я выложил ему все, что мог, о человеке, который сидел рядом с Бризантом в мэрии.
Уолт с минуту сидел молча, а потом покачал головой.
– Никогда не слышал о таком человеке, – сказал он.
– Подумайте, Уолт! Ведь я описал вам человека так, как он выглядит сегодня. А как он выглядел лет двадцать – тридцать назад, сказать трудно. Поскольку он показался мне знакомым, это может означать лишь то, что он не принадлежал к мелким сошкам. Он словно излучает зло, словно является воплощением зла и всего плохого, словно постоянно ищет свою новую жертву. Когда я его видел, он выглядел, как призрак, который всплывает из болота. Если я …
Уолт поднял голову и прищелкнул пальцами.
– Кажется, я знаю, кто это!
Он прошел к одному из шкафов, взял картотеку, полистал ее, а потом, вытащив досье, протянул мне несколько фото.
– У меня имеются четыре фотографии, – сказал он. – На первой ему девятнадцать лет, потом – тридцать шесть, пятьдесят и шестьдесят восемь. Последняя была сделана двадцать лет тому назад.
Я узнал его уже на второй фотографии. Это были те же глаза, от взгляда которых кровь застывала в жилах. На следующей фотографии был похож и мясистый нос, и опущенные вниз уголки рта.
– Да, это был он, мой человек, которого звали Диджиорно.
– Это Пит Лекки, сказал Уолт. – Я думал, что это чудовище давно умерло.
– Пит Лекки… – Не удивительно, что при виде его у меня заработали звонки второй сигнальной системы.
– Странно, – сказал Уолт. – Конечно, отсутствующий палец и шрам помогли мне вспомнить его, но решающую роль сыграли ваши слова о том, что он постоянно ищет свою новую жертву. Но Лекки вышел из обращения уже давно. Удалился, так сказать, от дел. Вас тогда и на свете не было еще, Шелл.
– Я знаю. И я вспоминаю о том, что я о нем слышал и читал. Лично я с ним, конечно, не встречался.
– Теперь и во мне всплывают воспоминания, Шелл. Я почти целый год охотился за ним, сразу после того, как стал полицейским детективом. Но я никогда и ни в чем не мог его уличить. И никто не мог его уличить в чем-либо предосудительном. Первая фотография, на которой он еще девятнадцатилетний юноша, была снята, когда он отсиживал свой срок в тюрьме для подростков. Кстати, это был единственный срок, который ему пришлось отсидеть. Потом мы неоднократно его арестовывали, но до суда дело не доходило, и мы были вынуждены его отпускать. Если когда-нибудь и был супернегодяй, которого невозможно было посадить из-за отсутствия доказательств и по которому всегда плакала газовая камера, то это был он, Пит Лекки. Он был один из Великих Коза Ностра.
Уолтер замолчал. Казалось, что его мысли были где-то далеко-далеко, в минувших годах. Внезапно он оживленно посмотрел на меня и спросил:
– Но что, черт возьми, понадобилось Питу Лекки на Вилле?
– Именно это я и хотел бы знать, – ответил я.
Я взял досье на Пита Лекки и поподробнее ознакомился с ним. Он был женат и имел двух детей: сына Антонио и дочь Ангелику. Когда сыну исполнилось двадцать пять лет, он был застрелен патрульным полицейским. Коп, получив от него две пули в грудь, успел выпустить в него всю обойму. И полицейский, и молодой гангстер нашли свою смерть на одной из небольших улочек Сан-Франциско. Ангелика вышла замуж и вскоре порадовала сердце своего отца маленьким внуком, которого назвали Джузеппе, а два года спустя на свет появился Андреа, еще через год – Фелисса и еще через два года – Мария.
Муж Ангелики Лекки был мелкий мошенник по имени Массеро Кивано, посыльный в Коза Ностра. Но после десятилетнего брака ему удалось дослужиться до должности младшего босса в калифорнийской семье Коза Ностра.
Я закрыл досье.
Теперь все было ясно. Джузеппе было сейчас сорок шесть лет. Джузеппе – Джо Кивано.
Гангстером, который взлетел на воздух в воскресенье в Тусконе, был внук Пита Лекки.
Глава 6
Около девяти часов вечера я остановил свой «кадиллак» перед домом 2430 по Ист-Клередж-стрит. В доме горел свет. Я, разумеется, был начеку, когда выходил из машины и поднимался по ступеням ко входной двери. Но ничего подозрительного я обнаружить не смог.
Женщина, которая на мой звонок открыла дверь, с мягкой улыбкой посмотрела на меня, прислонилась к косяку двери и скрестила свои обнаженные руки под грудью, которая представляла собой величественное зрелище и находилась в постоянном движении.
– Добрый вечер! – сказал я через некоторое время. – Я ищу вдову Блессинг.
– Это я, – ответила она.
– Вы? Вы – миссис Блессинг? Вдова…
– Миссис Мари Блессинг. А вы кто будете?
– Меня зовут Шелл Скотт. Я хотел бы поговорить с вами относительно Джильберто Рейеса.
– Ах, вы по этому делу, – она казалась разочарованной. – Прошу вас, входите, мистер… Скотт.
– Охотно.
Она отступила на шаг, и, когда теперь свет упал на ее лицо, я смог получше ее рассмотреть. Вдова, или лучше сказать Мари Блессинг, не относилась к преобладающему большинству жителей Виллы Восходящего Солнца – ей было еще далеко до пятидесяти. С другой стороны, нельзя было ожидать, что ей меньше тридцати.