Вирус «Уникум»

Глава 1. "Прибытие"

Тьма давила со всех сторон. Было трудно дышать в противогазе. Навзрыд трещали барабанные перепонки. Боец с позывным «Сталк» проваливался в бессознательное состояние под визжащих и трескающих звуков канонады. Повсюду слышался грохот и содрогался пол, а затем все мгновенно стихло.

Он очнулся в том же самом нестерпимом полусумраке из-за светящих фонариков. Отдаленно слышалось тяжелое дыхание и назойливое чавканье, словно кто-то дробил кости. Левая рука Сталка сильно болела, ощущая холодное железо ладонью. В спину впился прижатый собственным весом автомат. Боец попытался встать на ноги, но закружилась голова, сопровождаемая слабостью во всем теле.

Перед его размытым взглядом то и дело всплывали красные точечные огоньки. Сталк инстинктивно поднимал руку, чтобы схватить эти загадочные горящие угольки, будто это имело для него важное значение. Где-то раздавалось отчетливое рычание зверя. Трудно было разлепить глаза.

В этот момент острые клыки с силой впились ему в левую руку и потащили за собой. Сильнейшая боль охватила Сталка в области предплечья, отчего тот мгновенно очнулся.

Неизвестное животное, похожее на собаку, безуспешно пыталось сомкнуть клыки на его руке, но материал костюма не позволял этого сделать. Свободная рука Сталка лихорадочно искала орудие для защиты, но скользила по липкой мутной субстанции. Наконец дрожащие пальцы нащупали нож на бронежилете, которым он несколько раз наотмашь ударил несущую его тварь. Раздался визг боли, и она разжала пасть.

Сталк со всей силы ударился головой об бетонный пол; благо он был в каске, и многострадальная голова только отчасти приняла на себя удар. Нож выскочил из ослабевших пальцев, и его поглотила тьма.

Воспользовавшись небольшой передышкой, Сталк встал в полный рост. Он включил фонарик на бронежилете и теперь отчетливо видел нападавшего: морда была черно-серой, с выпирающими клыками, змееподобные глаза, которые не моргали, оранжевая шерсть с шипами на кончиках, в которых виднелись красные огоньки. Собака была страшно худой, а с ее клыков стекала свежая кровь, но и сейчас она была не прочь полакомиться новой свежатиной. Однако Сталк не спешил сдаваться без боя.

– Ну давай, – прошептал он, вытащив пистолет из кобуры.

Собака свирепо зарычала, а горящие красные шары на спине засветились с нагнетающей яркостью. Худощавые лапы с когтями раздражающе скребли о бетонный пол. Но нападать она не спешила.

Вдруг один из красных огоньков с треском вспыхнул, ослепив Сталка электрическим разрядом. Он только успел сделать несколько выстрелов наугад, как мощная сила повалила его на спину. Рука с пистолетом оказалась зажата между ними.

Удары кулаком только злили собаку. Лицо Сталка и разинутая пасть мутанта теперь разделяло тонкое стекло противогаза…

Несколько хлопков, и бурая кровь засочилась на противогаз, ручейками заструилась по стеклу. Собака взвизгнула и обмякла, а потом повалилась всем телом на Сталка.

Пару минут Сталк пытался собраться с силами, и только с третьего раза спихнул труп в левую сторону. Бездыханная туша упала с глухим звуком.

Фонарик светил в бетонную плиту с обнаженными сваями. Искусственный луч пронзал пыль, едва доставая до остатков потолка.

Сталк не рискнул снимать противогаз, лишь тыльной стороной ладони пытался стереть с него кровь. Лежа он стремительно соображал, как попал сюда, в это опасное место. До ушей долетал душераздирающий крик, но невозможно было определить источник шума.

Сталк пошатываясь, встал в полный рост и огляделся по сторонам: обрушение несущих конструкций были впечатляющими. Всюду лежали куски бетона вперемешку с арматурой. Только по разрушенному станционному пути он понял, что еще не на платформе.

Сталк ухватился за край платформы и подтянулся на нее.

Мрак не позволял оценить эпичность разрушений, что произошли здесь за считанные часы. Кругом царил хаос. Его товарищи прекратили подавать признаки жизни, а по полуразрушенной станции «загуляли» знакомые Сталку короткие писки. Он обернулся и увидел во тьме наверху зеленый мигающий огонек.

Это была взрывчатка! С каждой секундой она давала учащенный сигнал, а затем вместо зеленого цвета загорелся красный. Сталк понял, что пора бежать!

БУМ! БУМ! БУМ!

Истощавшие стены с потолком не выдержали еще одного взрыва и начали обрушиваться.

Сталк бежал по платформе, по острым, как утесанные камни, обломкам станции метрополитена, а за спиной, как многоголовое чудовище, его преследовала верная смерть.

Наконец ступеньки ознаменовали конец платформы, а разрушения «поедали» последние крохи облика станции метро. Все вокруг накрыло непроглядной пеленой и воцарилась тишина. Луч фонаря уперся в непроницаемый туман из пыли.

Сталк поднимался по ступенькам и держал автомат наготове. Фонарик он установил на подствольник автомата. Заляпанный кровью противогаз мешал обзору. На стекле в углу цифрами показывался минимальный радиационный фон.

Лестница подошла к концу, но темнота диктовала свои правила. Сталк принял турникеты за автоматическое оружие. Он впервые видел такие странные аппараты и с нервозностью прошел мимо них.

За спиной что-то скрипнуло, что заставило резко повернуться.

Выцветавшая табличка «Полиция» и вырванная дверь были во власти фонаря, а палец Сталка готов «спустить крючок» в любой момент. Но в конце коридора всего лишь пробежали взбудораженные мыши.

Сохраняя хладнокровие, он прошел стеклянные желтоватые двери, держа автомат наготове. На него смотрели разбитые витрины павильонов, в которых вот уже тридцать лет царило запустение. Сквозь бетонный пол прорастали деревца и кусты. Все выходы, кроме одного были завалены строительным мусором или заполнены непроходимыми кустами с шипами. Лестница тоже таила в себе прямую опасность: обвалы тут были повсюду, что можно было провалиться в темную яму высотой в несколько метров.

Сталк медленно приближался к последней ступеньке, и по мере шагов звездное небо было ближе. Датчик в противогазе цифрой вновь сообщил, что уровень радиоактивного загрязнения минимален. Может, он неисправен?

Сталк несколько удивился: по сведениям, тут невозможный радиационный фон. На свой страх и риск он взялся за клапанную коробку выдоха и потянул противогаз снизу вверх, сняв его. Легкие благодарно впитали свежий ночной воздух. Противогаз он положил в противогазную сумку на левом боку, застегнув на пуговицы.

Перед Сталком возник мир, который он никак не ожидал увидеть: его нога ступила на асфальт практически не тронутый природой, а вот зданиям повезло куда меньше.

Большой кинотеатр без вывески стоял весь потрепанный, как позволял увидеть лунный свет фонарик. Голые деревья легонько кренились от ветра. Сгнившие листья подносились ветром по пустынной улице. Стояла гробовая тишина, словно все люди спали в своих уютных квартирах. Но это безмолвие казалось пугающим: оно заставляло дремать инстинкт самосохранения, усыпляло ложной безопасностью.

Ночью не шибко сориентируешься. Карты и навигационная техника остались на злосчастной станции, где погребены и его сослуживцы. Инструктаж должен был состояться по выходу из станции.

Сталк попытался вызвать помощь по рации, что крепилась на бронежилете, но та в режиме «автонастройка» не нашла нужную радиоволну и затихла. Решено оставить ее включенной.

Внезапно в голову кольнула острая боль, руки стали трястись, оружие повисло на плече. В глазах резко потемнело, очень захотелось пить, губы мгновенно обсохли. Сковало все мышцы, они резко сократились; Сталк упал навзничь и продолжал дергаться в конвульсиях. Наконец судороги прошли, а на их место пришла слабость.

Сталк достал из тряпочного отдела на ремне маленькую серую таблетку и с силой запихнул себе в рот. Ему с трудом удалось проглотить ее, до того как начался новый приступ – судороги усилились, ноги начали неметь. Но постепенно тело приходило в себя: эффект препарата под названием «Новая Вода» начал быстро проявляться.

Сталк был еще слаб. Он понял, что впервые в жизни испытал на себе все симптомы смертельно опасного вируса под названием «Уникум». Боль в мышцах постепенно утихала, нужно где-нибудь дождаться утра и продолжить поиски «Спасителя».

Ночью здесь жутко. Под ногами лежало асфальтовое полотно по технологии почти полувековой давности.

Сталк прошел вперед, освещая путь фонариком. Он увидел фрагменты кинотеатра. На карте, которую он смотрел еще в штабе, это здание не упоминалось. Боец решил там переждать ночь.

Он медленно шел и постоянно оглядывался, стараясь не привлекать внимания к возможным противникам. Длинная лестница припорошена сухой листвой, а ступеньки избороздили глубокие трещины.

Дверь кинотеатра оказалась заперта. Стекла грязно-мутного цвета, свет туда не проникал, невозможно было оценить обстановку внутри.

Сталк не стал долго продумывать план взлома двери, а просто приложился прикладом автомата по замку. Ногой резко распахнул ржавую дверь. Он зашел, закрыв ее за собой. Странные шумы старательно действовали на нервы, заставляя дергаться от каждого шороха и удара деревьев об стену старого аварийного здания. Под ногами хрустела бетонная крошка, и казалось, что все шорохи мгновенно стихали, едва он делал шаг вперед.

Автомат наготове. Сталк поднимался на второй этаж кинотеатра, так как оттуда утром будет хороший и безопасный обзор местности.

Фонарик поморгал и потух.

Входная дверь снова скрипнула. Сталк резко развернулся на месте. Теперь он отчетливо слышал свое дыхание в ожидании «непрошеного гостя».

Дверь резко хлопнула. Сталк от неожиданности попятился назад и споткнулся обо что-то на ступеньках и упал на спину. От удара фонарик включился и светил на уродливое лицо мертвеца, чье тело неестественно распласталось на ступеньке.

Труп почти обглодали грызуны. Тот походил на страшную мумию – еще один смертельный случай вируса «Уникум».

Сталк заметил на тонкой, как лист папируса, коже странные порезы, из которых тянулась уже запекшаяся кровь. Красная, похожая на тряпку, рубашка превратилась в лохмотья, но выцветший бейджик четко говорил о том, что это служащий кинотеатра.

На улице застучали отголоски шагов по ступеням и треск веток деревьев.

Вместо погони за незнакомцем Сталк решил обследовать второй этаж кинотеатра, чтобы убедиться в своей безопасности и подождать его здесь.

То и дело попадались высушенные трупы посетителей. Стоило большого труда не наступать на них, а лавировать между телами.

Вместо входных дверей в первый кинозал кто-то установил металлическое полотно со сварочными швами, поэтому Сталк пошел дальше.

Второе помещение с табличкой «Малый зал» оказалось открыто. Сталк поборол желание не заходить туда и лишний раз не рисковать, но левая рука с силой распахнула скрипучую дверь.

Большинство кресел были заняты «мумиями» и все без исключения одеты в белые халаты. Пыль на них больше походила на многовековую паутину.

Сталк медленно спускался по лестнице к сохранившейся сцене с порванным матовым экраном для просмотра кино. Перед сценой стоял старый проектор с ноутбуком. Казалось, что стоит нажать на кнопку, и станет известно, что тут изучали.

Сталк вплотную подошел к столу, на котором под толстым слоем пыли едва были видны белые отблески. Он тряхнул ладонью по покрытию стола и взял несколько листков. Все они хорошо сохранились. Сталка привлекла знакомая эмблема в виде синей «С» и красной «К» буквами, а под ней расшифровка – «Сияние Корп». Бумага в свете фонарика гласила:

«Срочно вручить доктору Г. Л. Минухину. Совершенно секретно!

Эксперимент № 1.

Данный эксперимент прошел крайне удачно. Мы постарались убедить наших студентов, что в данном кинотеатре будет проходить дегустация новой марки сладкой газированной воды. Подопытным были выданы белые и красные халаты, чтобы убедиться, какая порция вируса «Уникум» станет смертельной.

В газированную сладкую воду в белые стаканчики добавлено тридцать миллилитров «Уникума», а в красные – пятьдесят. В первом случае наблюдались выраженные симптомы вируса «Уникум»: рвота серой субстанцией, кровь из глаз и ушей или полная остановка сердца и дыхательной деятельности через два часа. Во втором случае происходит полное обезвоживание организма, что ведет к летальному исходу спустя сорок минут.

Таким образом, вирус «Уникум» показал свои успешные показатели в обоих случаях. Некоторые подопытные были вскрыты для изучения внутренних органов и получена полная информация, касательно симптомов вышеуказанного вируса.

Эксперимент можно посчитать успешным, кроме единичного случая, когда одна из подопытных с недоверием отнеслась к дегустации напитка. Она попробовала вирус из красного стаканчика. Через двадцать минут у нее обострились побочные действия в виде полного обезвоживания организма.

Вопреки нашим исследованиям, вирус «Уникум» стал причиной многочисленной мутации в организме женщины. Ее лицо деформировалось, а волосы стали седыми, что говорит о необратимых побочных действиях на генетическом уровне.

Примечание:

Наш эксперимент оказался под угрозой закрытия. Но доблестные бойцы отряда «Химера» ценой собственных жизней смогли обезвредить наш новый объект и поместить ее в большой зал кинотеатра, чтобы мы могли получше исследовать данный случай. Также пришлось установить железную заглушку на двери большого зала и заварить их, а также все эвакуационные выходы в зале. Это обуславливается тем, что данный объект склонен к неуправляемой агрессии, обладая поистине чудовищной силой.

Все, что нам известно в данный момент, – это то, что она каким-то образом реагирует на выдыхаемый человеком воздух. Мне до сих пор не удалось изучить это явление, но в самое ближайшее время будет подготовлен отчет по завершению новых исследований.

Моя теория может быть верной в том, что вирус «реагирует» на продукты, которые мутировавшие едят перед инфицированием. Может ли обычный кофеин так влиять на человека?

P. S. Надеюсь, что данный эксперимент не войдет в Ваш новый отчет по изучению вируса «Уникум», так как я проводил эксперимент неофициально и по Вашей просьбе.

С уважением, доктор А. Г. Донин.

1 мая 2018 года».

Сталк вдумчиво читал этот клочок бумаги, который не должен был попасть ему в руки, а отправиться по месту назначения. Он отчасти надеялся, что теперь по ту сторону стены лежит такая же мумия в большом зале, что и тут.

Еще несколько минут ушло на то, чтобы разворошить весь стол в поисках нужной информации по этому проекту. Однако на бумаге лишь красовались инструкции и правила хранения вируса.

Резко зашипела рация, поймав чью-то радиоволну. Сталк попытался заглушить ее, но та, словно в отместку, начала издавать сильные помехи. Выключить автонастройку радио оказалось нелегко, да еще рация после беспорядочных нажатий на кнопки включила режим тревоги. Теперь весь зал заполнился воем сирены.

Нечеловеческий вой пронесся по кинотеатру. В большом зале кто-то с разбегу пытался выбить заваренные двери. От каждого удара, казалось, тряслись стены. Остается надеяться, что железо надежно держало мутанта в заточении. Однако жуткий скрежет металла и звон разбитого стекла дали понять, что пленница на свободе.

Рев мутанта и тяжелые шаги сопровождались глухими ударами в стены. Нечто неминуемо приближалось к малому залу.

Сталку некуда скрыться, все пути отрезаны. Инстинкт самосохранения взял над страхом верх: он сел на свободное рваное сиденье рядом с безжизненными мумифицированными телами во втором ряду, поднимая клубы пыли. Лестница находилась всего через три кресла.

Также Сталк надел противогаз, стараясь не дышать, и погасил фонарик. Поборов желание выкинуть рацию, он полностью выключил злосчастное устройство.

По ступенькам пробежалось что-то необыкновенное и светящееся. Сталк видел обезображенную женщину в сером рваном платье. Ее мышиного цвета волосы ниспадали с плеч, а пальцы были тонкими и острыми, как бритва.Самое страшное – так это странное свечение, словно она держала в руках факел.

Мутировавшая стояла к Сталку спиной. Казалось, что она почуяла живого человека. Ее ужасные пальцы теперь трогали наполовину пыльный стол. То и дело слышалось дикое несуразное шептание.

Сначала она водила руками по покрытию. Как только скелетные пальцы дошли до бумаг с результатами экспериментов, она впала в настоящее бешенство.

Стол в мгновение превратился в щепки, а ноутбук разбит о стену. Когда настала очередь проектора, Сталк не сводя с нее взгляда, поднялся из кресла и медленно проследовал к выходу. Он чуть не запнулся о ногу последнего мертвеца перед лестницей. Автомат за спиной предательски брякнул оружейным ремнем.

Чудовище в женском обличии замерло. Как только она повернула голову в его сторону, Сталк увидел морщинистое обвисшее лицо с желтыми глазами.

Сталк понял, что пора действовать. Из отдела на ремне он достал две сферические гранаты и поставил индикатор на красный цвет.

Та еще больше взбеленилась, когда Сталк посветил на нее фонариком и несколько раз выстрелил. Пули пронзили тело насквозь. С дикими воплями она кинулась на обидчика, стараясь отомстить. Тот оценил обстановку и швырнул гранату, которая прилипла к телу мутанта, а потом бросился бежать к выходу из зала.

Нелегко правой рукой удерживать автомат, а в левой гранату, которая должна детонировать самой первой, тем самым дав команду на подрыв второй. Ближе к лестнице Сталк обернулся и увидел, что «женщина» бежит около разрушенных дверей большого зала.

Он бросил вторую гранату прямо ей под ноги, а сам застыл, вскинув автомат. Через несколько секунд раздался хлопок, противника обуяло оранжевым пламенем. Мутант рычал, пытался сбросить с себя «огненные оковы», разнося огонь по мумиям, но потом рухнул навзничь совершенно обездвиженный.

– Две гранаты, – прошептал Сталк, аккуратно ступая к поверженной. От нее остались лишь догорающие угольки: гранаты с газовой «начинкой» сделали свое дело.

Датчик в противогазе сообщил, что воздух заражен повышенной дозой неизвестного токсического вещества. В зараженном здании нельзя оставаться.

Сталк вышел из кинотеатра, снял противогаз дрожащими руками и жадно глотал воздух. Ночное небо затянулось черными, как смоль, тучами. Однако ночью находится на открытой местности опасно, поэтому фонарик освещал близлежащие постройки в поисках возможного укрытия.

Пришлось спешно ретироваться и пройти сквозь голые кустарники, чтобы попасть в небольшой торговый центр неподалеку. Судя по сломанным веткам, гость, напугавший Сталка дверью, бежал этой же дорогой.

В здании царила настоящая природа: из остатков кафельной плитки уже вовсю росли деревья, упираясь макушками в потолок. Торговые павильоны больше походили на оранжерею: цветы и трава тут находились в тепличных условиях.

На второй этаж вел поросший мхом эскалатор. Сталк аккуратно ступал на неустойчивые стальные ступеньки, а тот ходил ходуном.

Второй этаж выглядел заброшенным, но целым. Сталк зашел в один из пустых павильонов и захлопнул дверь. Под ногами хрустела облупившаяся краска. Он прижался к голой стене, положил автомат в сторону, а потом тут же вскочил на ноги.

От сердца отлегло. Ведь он всего лишь смотрел на свое отражение в пыльном зеркале.

Яркие зеленые глаза плохо гармонировали с бледным лицом. Он снял каску, обнажив низкий лоб и коротко стриженные русые волосы. Тонкие губы словно не умели улыбаться. Широкие плечи указывали на спортивное телосложение. Заляпанный кровью бронежилет надежно скрывал верхнюю часть черной экипировки. На нем были прикреплены рация и несколько магазинов для автомата.

Нож и два магазина для пистолета находились на ремне справа, что позволяло сэкономить место спереди и положить в специальный отдел восемь небольших, но мощных гранат, а также дополнительный красный и серый отделы.

Боец достал из красного отдела тряпку телесного цвета и умыл ей лицо, а потом после шипящего звука, засунул тряпку обратно. Ладони и пальцы были защищены черными перчатками из сверхлегкого огнеупорного материала. Он отошел от зеркала, сел напротив, рядом с автоматом и закрыл глаза. Его сознание старательно рисовало последние воспоминания.

«Сталк! – крикнул командир отряда „Яд“ с позывным „Абориген“ и инструктор по совместительству, пытаясь перекричать грохот электропоезда метрополитена. – Ты будешь замыкающим отряда. Таков приказ от начальства. Ты понял?

– Кто это в плаще? – спросил Сталк, надевая противогаз в унисон со своими сослуживцами. – Я его до этого ни разу не видел.Сталк внимательно посмотрел на испещренное морщинами красное полное лицо своего командира, в его серые глаза и кивнул: – Так точно, Абориген. – Голос Сталка был низким и грубым. В поезде с ним ехали его сослуживцы, которые совсем недавно попали в отряд. Они постоянно нервно переглядывались, но молчали. Электропоезд прибыл на конечную станцию. На платформе их отряд уже ждали вооруженные люди в мышиной форме. Едва двери открылись, Абориген вышел первым, а за ним и весь отряд «Яд». Они выстроились в шеренгу и ждали дальнейших указаний. Через несколько минут к ним подошел высокий лысый мужчина в черной плаще и кожаных перчатках. В его руках находилась красная папка с документами. Лицо было небритым, а высокий лоб и широкие голубые глаза производили смутные впечатления. Как только он заговорил тихим, но елейным голосом, казалось, что многим стало не по себе. – Нам поступил приказ, который не обсуждается, – заявил он, обращаясь к отряду «Яд», тряся папкой. – Сегодня вам предстоит особая спецоперация. Мне было приказано подробно и четко проинструктировать перед самым началом операции. Ваша основная цель – лаборатория вакцины «Реквием». Весь персонал должен быть уничтожен, а лаборатория ликвидирована на месте. Все документы исследований должны быть переданы нам через три дня. Карта и другая вспомогательная аппаратура уже ждет вас на следующей станции. До нее придется идти пешком, потому что на поезде туда не доедете. Все ясно? – Бойцы отряда дружно кивнули. На что тот тоже коротко кивнул головой: – Тогда удачной операции. Мужчина в плаще со своими «мышиными» солдатами покинули платформу. – Не нравится мне это, – насторожился Абориген, спускаясь с остальными в туннель, что находился на противоположной стороне от поезда. Он специально пропустил отряд вперед, чтобы поговорить со Сталком наедине. Они шли по пустынному безжизненному туннелю, подсвечивая путь фонарями. – Нам дали всего три дня, а на эту операцию минимум уйдет несколько месяцев. О чем эти идиоты думают?

– Это один идиот из управления, – хмыкнул Абориген. – Сычин. Типа подполковник. Имени его не знаю, да и толку от этого? Он постоянно копал под меня. Пытался выведать данные касательно шпионов в нашем отряде.

– Шпионов? – изумился Сталк. – Не знал, что у нас в отряде есть изменники.

Голос командира перешел на шепот:

– Ну, вчера «Брода» взяли из отряда «Макс» по подозрению передачи данных. Я начал его защищать на комиссии, а вот тот подполковник с этих пор на меня зуб точит, гадина. И вообще, я очень многое знаю о нашей корпорации лишнего, так как получил от «Брода» перед его смертью много ценных информации, понимаешь?

– Понимаю, – с подозрением проговорил «Сталк».

– Сычин меня вчера минут сорок допрашивал. Он пытался проверить меня. Давил как мог, урод. – Абориген сбавил шаг, придерживая собеседника. – Говорил, что если я заодно со шпионом, то тогда меня ждет его участь. Я послал эту рожу куда подальше. Пусть теперь на себе волосы рвет, которых нет.

– Ты читал шпионскую информацию?! – недоумевал Сталк, забыв о шепоте. Его сослуживцы обернулись, но потом вновь побрели по туннелю.

– Там столько всего, что я запомнил лишь половину, а бумаги сжег, – нервно прошептал Абориген. – Будь начеку просто. Эта операция может стать нам западней или еще похуже. Данный район дислокации очень опасен… Просто помни это…

– Хорошо, – согласился Сталк. Он не мог обвинять своего командира в измене, потому что тот был для него непререкаемым авторитетом.

Отряд внезапно остановился.– Если ты мне не доверяешь, то есть один грузовик на улице, отмеченный в карте, который разбился несколько месяцев назад. Он перевозил одни очень важные документы. Их вывозили из хранилищ, но что-то случилось в пути. Я думаю, что нужно обследовать его, как только сможем выполнить задачу. Сталк ничего ему не ответил. Он был ошарашен такими новостями из уст своего командира.

Командир встал во главе отряда. Они успешно пришли на место. На станционном пути лежало несколько черных сумок.– Что там происходит? – заволновался Абориген и прошел вперед, оставив Сталка на растерзании собственных мыслей.

Сталк замыкал отряд на расстоянии пятидесяти метров. Он отчетливо видел, как его товарищи бесстрашно двигались по железнодорожному пути. В следующий момент прозвучал взрыв»…– За мной! – скомандовал Абориген.