Опыт на продажу

– Привет, привет! Я вас так рад всех видеть! – тараторил контрабандист, бочком смещаясь к выходу, но не переставая улыбаться – К сожалению, не помню вашего имени, прекрасная вирго.

Естественно, все сразу на автомате сделали запрос через нейросеть, чтоб узнать значение последнего слова. Непонятно, обозвал он, похвалил или послал нашу предводительницу. Похоже, на это и был расчёт. Делец попытался улизнуть.

– Мы не знакомы, но у нас общие знакомые, жавер Пан.

В сеть ушёл тут же второй запрос, и мы с Ортом тут же выяснили, что «вирго» – это девушка, а «жавер» – мужчина. Культурные обращения благородных, имеющие хождение в королевстве Раманит, тут же, во фронтире. Возможно, Макир был уроженцем тех мест, а Рэми просто знала что-то. С её то возрастом всякого можно нахвататься по верхам.

– И кто же? – делец не остановил движений, но стал двигаться чуть медленнее.

– Ознакомьтесь. – Рэми сбросила гешефтмахеру полученные от благодарного пациента рекомендации, защищённые от подделок веритас – сертификатом. Это, наконец то остановило движение мужчины, и он вроде как немного расслабился.

– Ну, допустим. У вас заказ?

– Не совсем заказ. Мы ищем один корабль. Или его капитана. На вас указали как на человека, который может обладать информацией.

– Хм, обычно я не торгую информацией, не мой профиль. Но, если вам интересно… Пойдёмте, поговорим в надёжном месте.

Макир кивнул и двинулся по коридору станции на лево. Видимо, надёжное место у него на примете имелось недалеко. Это вот мгновенное преобразование из гуляки и весельчака в прожжённого и хваткого бизнесмена сразу показало, с кем приходится здесь иметь дело. Все носят маски и редко ними удаётся различить настоящее лицо. Да и не всегда это безопасно. Чаще всего, всё показывают дела. За Макиром была его репутация довольно надёжного партнёра. Он никогда не кинет за деньги, но вот открытую бутылку или глупенькую девицу ему лучше не оставлять. Впрочем, обманывать или как тут говорили, менять на ноль его тоже не рекомендовали. Парень жёсткий, все попытки отжать у него то, что считал своим пресекал не раздумывая. Никакого синдрома жертвы – хищник, который смог выжить и встроиться в экологию Фронтира. Тут другие и не выживают. Ну, или по крайней мере, живут не так долго и счастливо, как хотят. Изменилось всё: мимика, моторика движения, жесты. Да, парень соответствовал своей репутации сейчас гораздо больше, чем в ту минуту, когда мы снимали его с продажной девки. Это не житель центральных миров, привыкший к безопасности и охране безопасников и закона.

Небольшая площадь, окружённая десятком кафе и лавок, открылась почти внезапно. Тут как-то хитро поворот был отстроен – выворачиваешь из-за угла, проходишь шагов двадцать и попадаешь на открытое пространство, которое тут же бьёт по рецепторам запахами мяса, специй и ароматом кинто, который местные глушили как земляне кофе. Площадь со всех сторон была окружена едальями. Но, как это ни странно, надёжным местом оказалось не заведение общепита, как можно было подумать, а лавка, торгующая бытовой электроникой и расходниками. Никакой бывшей в употреблении рухляди и пыльных полок. Только новые аппараты, расходники из упаковки, всё блестит и ни ворсинки пыли. Кивнув продавцу и получив кивок в ответ, Макир провёл нас внутрь. Сразу за подсобкой обнаружилась комната на четыре стула, диван и стол. Контрабандист облегчённо вздохнул, плюхнулся в кресло и произнёс:

– Выкладывайте.

Одновременно с этим из потолка вывалилась турель и начала поводить стволом с меня на Орто, игнорируя даму. Рэми поморщилась, но никак не прокомментировала, откинувшись на спинку кресла.

– Капитан Глис Кортас.

– Ну, есть такой капитан. Бестолковый и не очень везучий.

– Он нам нужен. Как его найти? – предельно жёстко сформулировала запрос Рэми.

– И что он украл? Просто для любопытства. – лениво процедил контрабандист, забирая стакан с розовой жидкостью у незаметно подобравшегося дроида – стюарда.

– Мою дочь.

– Хм. Вроде за ним раньше воровство рабов на заказ небыло замечено. Впрочем, если она так же прекрасна, как и вы… – Макир изобразил что – то, по его задумке, изящное – …то я не удивлён.

– Он задурил ей голову, и она в него втюрилась. И да, она красива.

– Хм. А не может быть, что они нашли своё счастье?

– Ну, на сколько мне известно, этот капитан предпочитает общество своего первого помощника.

На тот момент мы уже пять недель собираем и просеиваем все слухи о капитане крейсера «Темпел». Да, уже пять недель. А до этого еще месяц Рэми это делала в одиночку и пару недель в компании Орто. Мы перетряхивали систему за системой, базу за базой, информаторы выдавали крошки информации, из которых строилась картина системного подонка. Такие тут не редкость, много накипи, которой неуютно там, в Содружестве, даже среди людоедских законов Ирмара. И они, если успевают, сбегают сюда, где из всех законов – право сильного, ловкого, резкого. Глис был из тех, кто успел. Значит, не так уж он невезуч.

– Да, я тоже слышал, что – то подобное. Но вдруг? Хотя… Ваша дочь вполне могла попасть под раздачу. Я слышал, есть один микроб, кто скупает красивых девушек. Не партиями, а по штучно, но за хорошие деньги. Не покупает диких, а то арварцы его запрос перевыполнили бы. В требованиях – приличная нейросеть и довольно высокий интеллект. Откуда такие запросы – никто не знает. И сидит тот микроб где-то в последнем выхлопе. Знаете, про последний выхлоп?

Орто знал, его кивок головой подтвердил этот факт. Мы с Рэми не знали. Это из местного сленга, скорее всего. Я мотнул головой, а Рэми выгнула бровь на своём красивом лице. Ох, этот легендарный изгиб брови. Идеальная дуга полукруга. Я лично видел, как однажды адмирал поперхнулся своей речью, когда она ему продемонстрировала свой навык изгибать брови. На контрабандиста это подействовало так же, как на адмирала. Розовые капли напитка брызнули в разные стороны, хорошо мы сидели далеко. Даже потолочная турель дрогнула своим стволом.

– Последний выхлоп. – Макир прокашлявшись, смог продолжить свой рассказ – Это последние тридцать систем перед зоной обитания инсектов. Они там не живут, но там шныряют их патрули. Жить там решит только псих откровенный. Впрочем, ходят слухи, что некоторые смогли наладить с ними общение и даже выгодную торговлю. Только слухи и не более.

Хищный оскал Рэми испугал бы даже десантника – штурмовика в бронескафе последнего поколения. Ствол турели сразу упёрся в даму, а делец выставил руки в защитном жесте открытыми ладонями к нам.

– Не уверен, что девушек переправляют им. Тогда бы они скупали их не по штучно, а большими транспортами. Всегда найдётся подонок, согласный провернуть такую сделку.

– Ну допустим. – девушка восстановила контроль над собой и продолжила – И как нам это выяснить?

– Есть идея. Но вопрос в том, что я с этого буду иметь?

– А что ты хочешь? Есть пожелания?

– Есть. Мне надо давно уже на новый уровень переходить, но вот для рывка не хватает возможностей. Мне нужна своя укромная база, где можно пересидеть, товар подержать, отремонтироваться или там сервис организовать. А денег постоянно не хватает.

– А ты в бордель реже заглядывай. – Орто, в силу характера осуждал такое времяпрепровождение.

– Не влияет. – отмахнулся затейник – контрабандист – Мне станция нужна, а она стоит от полумиллиарда. А в борделе я от силы пол миллиона спустил. В общем – мне нужна станция.

– У нас таких денег нет! – заявленная цена выбила Рэми из себя.

– Я и не прошу у вас денег. Я прошу помощи в захвате станции. Вы мне помогаете захватить одну станцию, я вам подскажу, какую, есть у меня пара на примете. А за это я помогаю вам найти девушку, разделю с вами горести и радости.

– Рэми, он намекает, что будет с нами наши трофеи делить? – возмутился Орто.

По мне, так чем больше народу, тем лучше. Сообща и батьку бить проще. Но я – это я, тут не самый удачный выбор. Местные за кред не только сами удавятся, так и пол Содружества придавят. И реакция Орто вполне предсказуема. Он помогает Рэми найти дочь, но трофеи – это святое.

– Наплевать. Согласна. Что у тебя есть, что может нам пригодиться?

– Ну, у меня есть… – Макир задумался, но что более вероятно, сверялся с имеющимся списком в нейросети – …приличный бронескаф, звезда против абордажных дроидов «Курши – 5М», пара контейнеров средних ракет «Талак» пятого поколения, искин пятого поколения и тактическое программное обеспечение на нём. Свежак, практически. Может ещё что нужно, по складам поскребём.

– Годится. Наш причал – синий, восемнадцать. Грузимся и вылетаем.

– Не так быстро, достойная вирго. Мне сутки нужны, чтоб дела закрыть. Предупредить, чтоб не искали. По-другому дела не делаются.

– Ну, хорошо, договорились.

Сделка была заключена. Вынырнув из глубин памяти, зацепился за вопрос про бардак на его базе. На его? Уже?

– Не понял про его станцию? – адресовал свой вопрос Рэми.

– Там нормально всё. Мы договорились, что станция ему отходит. Точнее – половина. Если помнишь, на этом мы и строили партнёрство.

– Было дело. Но, там вроде бы другая станция фигурировала. Нет?

– Другая. Но договорились на эту.

– А почему только половина? И мы действительно решили отжать у картеля «Мочанка» станцию? Я к тому, что если решили, то и фиг с ним, с картелем, не привыкать. Я только хочу знать – это осознанное решение?

– Расслабься. Тут не всё так однозначно, как кажется. Станция принадлежит, точнее принадлежала диспетчеру, Раоку Фитаку. А картелю он платил за крышу и услуги доставки. Платил даже не всегда деньгами. Услуги там всякие. В общем – это его личная станция была. А вот откуда она у него – так это интересно. Парень дезертировал из Арварского флота вместе с этой станцией. Чего у него там не срослось, я не знаю, да и не интересно. Он боялся тут всех. И своих, и Ирмарцев и всех из Содружества. У него там базы выучены обрезанные. Не «Содружество», а обрезанная «Империя Арвар в Содружестве». Там такие страшилки написаны, что по ночам писаться начинают. Вот он тут и заныкался под крышей картеля. Другой вопрос, почему картель не отнял базу, но это уже вопрос сложный и нам не интересный. Не отняли они, порезвился ты.

– А Нервен Стат тогда кто? Я запутался.

– Это одно и тоже лицо. Парень поменял имя, чтоб бывшие свои не нашли. Но идентификатор то просто так не сменить. Считай Нервен Стат равно Раок Фитак.

– Я бы с таким имечком тоже его поменял. А как Макир стал совладельцем?

– Он нашу долю выкупил. Ты станцию захватил? Диспетчера и по совместительству владельца в плен взял? В общем, мы тут с ним поговорили, тёмные места прояснили, будущее распланировали. Он нам продал за десять кредов половину своей станции, а мы её перепродали Макиру.

– Ага. Мне партнёр даже лучше будет. Я могу и отсутствовать, а тут есть кому присмотреть. В общем я выкупил у Реми половину станции.

– Почём?

– Девяносто пять миллионов.

– Как щедро! – в голосе Орто было сильное возмущение.

– Ну, поищи, может кто дороже предложит? Покупателей в окрестностях других видно?

– Ага. А может мы отвезём эту станцию туда, где нормальную цену дадут?

– Сейчас? Или подождёшь, пока вы найдёте дочурку Рэми?

– Так, стоп! – упомянутая Рэми прихлопнула ладонью по столу и остановила бардак – Мы договорились. В качестве доли Макира, мы отвезём станцию по указанному адресу. Сейчас станция начала сворачивание. Когда через двое суток станция свернётся, мы оттащим её в астероидный пояс и на обратном пути заберём.

– А до этого что было? Что раньше не начали сворачивать?

– Провели заправку и техническое обслуживание. Даром.

– Отлично. Куда дели диспетчера?

– В каюте. Летит с нами. Сидит в каюте пока.

– Ладно. Я к себе. Умаялся я. Кстати, где мой скаф и оружие? – в дверном проёме кают-компании остановился и задал важный вопрос.

– В оружейке. Я поставил всё на обслуживание. Будет как новое. – проинформировал Орто. Удобно иметь в экипаже высокорангового техника и инженера. Орто Рам был как раз из таких – классный специалист, спокойный как мамон во сне. Чего он в эту авантюру влез с таким-то характером?

Каюта моя, ещё с прошлого раза не попрощавшаяся, встретила оставленным лёгким беспорядком. Я в принципе не самый организованный человек, хотя и не поклонник моделей хаоса и расширения энтропии в быту. Умничаю я так – бардак не мой стиль. Просто не все могут понять этот мой стиль. Мне то всегда известно, где и что лежит и как это быстро найти. Ну и что, что я люблю держать все запасные зарядные модули рядом с сухими пайками из НЗ. И то и другое – это питание, так что логика не нарушена. А вот любовь класть ручной инструмент по соседству с кухонной утварью – это унаследованная привычка. Батя мой так его держал. Не весь, но пара отвёрток, пассатижи и пара шурупов всегда болтались по соседству с ножами и точильным бруском. По мне – так это единственно возможное состояние инструмента под рукой.

Мой беспорядок был рукотворный. В дроиды – уборщики были заложены схемы, что трогать нельзя и нужно возвращать на места, там, где я могу взять вещь спросонья в полной темноте. Нравится мне так жить. Пара девушек, что имели на меня планы и переселились ко мне пытались меня перевоспитать, но закончилось это печально. Я как-то нервно реагирую на ультиматум: «Или я или этот бардак!»

Больше всего меня сейчас занимала бутылка роксута. Это такое местное вино такое, плодово – выгодное. Очень мне оно нравится. Делают его на периферии Содружества и, как это не странно, в Содружество не поставляется. Пьют его только во-Фронтире. Фирменная бутылка стоит с пол сотни кредитов, что по местным меркам не дёшево. Бутылка дешёвого бухла, по большому счёту водка – палёнушка градусов в тридцать, что местные называют «трепалкой», стоит кредитов десять в розницу. Так что выпивка, дороже в пять раз по сравнению с трепалкой была уже топовой выпивкой. И лично мне она нравилась. Не стакан залпом, а так, пару рюмок не спеша для создания настроения. Вот сейчас настроение нужно ну очень сильно. А то, что я пью в одиночестве, так это мне как раз и нужно, чтоб подумать. А то ситуация мне эта слегка не нравится.

Единственный предмет интерьера, что не входит в стандартный комплект кубрика – это кресло. Оно лично моё и отдал я за него приличные деньги. В кресло встроен массажёр, да не стандартный с вибрацией, а гораздо функциональнее. Гелиевый наполнитель подстраивается не только под анатомию, но и комфортную позу. Волновая массажная система готова до печёнок промассировать организм. Какая – то хитрая штука, воздействием микроволн на мозги, создаёт практически любое настроение, от рабочего, до расслабленного. В общем – отличная вещ для расслабухи. За то и купил и денег не пожалел. Кресло мобильное. Если нужно – складывается до размера контейнера в кубометр размером. Сидел в кресле, пил роксут и вспоминал, как я попал на эту войну.

С чего бы начать? Наверное, с того, что я, Илья Мориц, уроженец планеты Земля попал в пространство Республики Ришал, входящей в Содружество Независимых Государств. Да, положено писать все три слова с заглавной буквы, хотя местные обычно говорят просто Содружество. Тут длинных слов не любят. Длинные слова мешают зарабатывать деньги и воевать. Не эффективно.