Пожиратели душ

Пролог

Пыльная и душная кладовая таверны тонула во мраке и напряженной тишине. Общую нервозность дополнял треск свечей и судорожный танец огня на фитилях.

– Он точно придет? – угрожающе спросил Соррен Лайтвуд.

Губернатор Лайтвуд не привык находиться в таких условиях: сидеть в мрачной каморке в ожидании, протирая дорогую ткань панталон о жесткие холщовые мешки с мукой.

– Вопреки всем благородным мифам и легендам, Феникс всегда является на звон монет. Поверьте, мы озвучили сумму достаточную, чтобы привлечь его внимание. – секретарь губернатора улыбнулся.

– Но недостаточную, чтобы он соблюдал приличия и пунктуальность! – себе под нос пробурчал Соррен.

С самого начала этой затеи, губернатор чувствовал себя, мягко говоря, неуютно. А переступив порог таверны «Пивной Ус», пусть и спрятав лицо под капюшоном плаща из очень плотной ткани, совсем впал в раздражение. Почему все это мероприятие нельзя было поручить секретарю? Соррен никогда не утруждал себя общением с наемниками, но в этот раз дело было деликатным, да и нанять предстояло не головореза или шпиона, а личность неординарную и в некотором смысле легендарную. И вообще, уверенности в том, что тот, кто зовет себя Фениксом – человек – совсем не было. Но заставлять губернатора ждать! Немыслимая наглость. Ему бы не мешки золота обещать, а всыпать розгами и пусть делает дело бесплатно.

Окутанный подобными мыслями, покручивая ус, Соррен обрел некоторую степень душевного равновесия, когда дверь в кладовую скрипнула. Две пары глаз губернатора и его советника устремились в проем, который полностью перекрыла фигура вошедшего.

Помедлив, тень двинулась в сторону господ. Остановившись в шаге и, очевидно, не собираясь присаживаться, наемник навис над Сорреном и советником. Громила приложил руку к тому месту, где предположительно находилась его грудь и раскатисто прогремел:

– Феникс здесь.

Взгляд Соррена бегал по черному плащу, скрывающему мощную фигуру, отчаянно желая зацепиться за что-нибудь, выдающее в Фениксе человека. Но все было тщетно. Наемник больше походил на ожившую гору. Он легко мог оправдать свое опоздание тем, что уменьшался до размеров подходящих, чтобы пролезть в дверной проем. Ему явно было тесно не только в этой кладовой, но и в этом теле. Вопреки попыткам губернатора разглядеть хоть что-то, лицо вошедшего было полностью скрыто капюшоном. Ни очертаний, ни намека на изгибы профиля, только черный провал на месте головы и два красных огонька вместо глаз.

Соррен Лайтвуд обернулся к своему секретарю и, не скрывая своего шока, попытался произнести:

– А он точно…

– Господин, Феникс! – воскликнул секретарь, прерывая готовую сорваться с губ нетактичность хозяина. – Мы очень рады, что вы согласились рассмотреть возможность поработать на губернатора Лайтвуда.

Гигант молчал. Свет красных огней из капюшона не мерцал. «Верно сказал Юлиан! Феникс не человек. Даже не моргает. Может, и в остальном колдун не ошибся…» – размышлял Соррен, пока его обжигало пламя устремленного на него взгляда.

Секретарь кашлянул и, не дождавшись ответа, продолжил:

– Дело крайне деликатное, оно касается младшего сына губернатора Натаниэля…

– Спасибо, Линт, дальше я сам. – Соррен выпрямился, подавляя желание встать. Он понимал, что поднявшись, будет еще больше раздавлен размерами Феникса, когда окажется у того подмышкой. – Мы наслышаны, что вы беретесь за дела, решение которых лежит за пределами Королевства Пяти Озер. – Он сделал паузу, надеясь на подтверждение со стороны, но гигант продолжал тупо молчать и таращиться. Соррен решился на уточнение. – Проще говоря, вы легко покидаете королевство людей.

Громила немного качнулся, Соррен расшифровал это как кивок.

– Хорошо. – выдохнул губернатор. – Мой сын болен. Я хочу, чтобы вы отправились на поиски лекарства. Нам доподлинно известно, что его не найти в мире людей. Здесь нужна магия другого вида. – Соррен потер руки.

Феникс едва уловимо отклонил голову, явно заинтересованный. Он ждал продолжения. Губернатор кашлянул. В голове он поражался происходящей ситуации и не мог поверить, что нанимает это исполинское чудовище, не вполне доверяя мысли, что оно уловило смысл хотя бы двадцати слов из тех, что он произнес.

– Я не буду раскрывать детали заболевания, они слишком… кхм… деликатны. И насколько мне известно, любой эльфийский лекарь с легкостью распознает болезнь или наложенное проклятье и без упоминания симптомов. Я прошу вас излечить мальчика и вернуть его мне. – губернатор уставился в темноту, скрывающую лицо Феникса, ожидая ответа.

– Естественно, губернатор оплатит ваши услуги по тройному тарифу. Триста золотых, как я оговаривал ранее. – опомнился секретарь. – Сотню мы можем выдать уже завтра на рассвете, когда вы отправитесь в путь.

Громила шумно втянул воздух и зычным низким басом провозгласил:

– Нужна вещь.

Соррен недоумевая взглянул на секретаря. Но и тот несколько секунд пребывал в замешательстве, впрочем, очень скоро понял, что имел в виду наемник и спешно заговорил:

– Вещь Натаниэля вам не понадобится! – с облегчением заулыбался Линт. – Вы возьмете с собой самого юного лорда.

Соррен кивнул, но тут кладовая затрещала от утробного рыка Феникса. Глаза еще ярче полыхнули огнем, и он отчеканил:

– Один!

Секретарь затараторил, пытаясь успокоить раздосадованного громилу:

– Мы, естественно, в курсе, что вы работаете один. Но важно не просто найти лечение, а сразу испробовать его на Натаниэле.

Не удосуживаясь ответить, Феникс медленно развернулся и направился к двери. Линт заговорил еще быстрее.

– Уверяю, мальчик полностью активен и способен передвигаться без чьей-либо помощи. Он не доставит никаких хлопот! Найденное лечение не имеет ценности, если оно не проверено. – жужжал в спину наемнику секретарь. – Нам нужно быть уверенными, что Натаниэля излечили!

– Достаточно! – перерезал поток слов секретаря губернатор. – Если триста золотых не способны убедить вас, добавьте к оплате Огненный пояс.

Феникс медленно остановился, но остался стоять спиной к губернатору.

– Да, да, вы верно расслышали. Инфернальный артефакт с черным опалом в центре. До меня доходили слухи, что вы его искали.

Упоминание об артефакте внушили наемнику сомнения. Он медленно развернулся и взглянул на Соррена.

– Откуда?

– Это подарок от Архимага Короля. Мне пояс без надобности, но я знаю, что за него можно выручить за пределами Пяти Озер еще не менее тысячи золотых. Ну так, мы договорились? – губернатор протянул руку Фениксу. – Завтра на рассвете вы заберете моего сына из этого трактира и отправитесь за пределы Королевства, чтобы найти лекаря и излечить Натаниэля от его заболевания.

Феникс замер. Пауза тянулась, но ни губернатор, ни наемник не были готовы ее нарушить. Будто борясь с самим собой или производя расчеты внутри головы, Феникс стоял неподвижно. Наконец громила дважды качнул головой. Соррен сдержанно улыбнулся, убрал руку и ответил таким же кивком. После чего, таинственный наёмник спешно покинул кладовую таверны, поднимая с пола пыль своими шагами.

– Откуда вы узнали, что Огненный пояс его заинтересует? – полушепотом, опасаясь, что Феникс еще недостаточно удалился, спросил секретарь.

– Во всем этом деле, Линт, у меня есть свои благодетели. Я не был уверен, что могу полностью им доверять, но теперь сомнения отброшены. Сдается мне, теперь все будет хорошо.

Вопреки ожиданиям секретаря на лице губернатора появилась хищная улыбка. За окном громко каркнул ворон.

Глава 1. Подвесной мост

Оставшись единственным посетителем таверны, после того как звон монет смог разбудить трактирщика и открыть для Натаниэля двери заведения, юноша сидел в окружении деревянной стружки, разбросанной на полу и во всех углах. «Пивной Ус» еще не убирали после вчерашнего вечера. Рассвет только занимался, и таверну освещал юный нежно-розовый свет, робко пробивающийся сквозь окна. Молодой лорд покосился на дверь, за которой скрывалась кладовая. Именно там отец накануне договорился с легендарным бандитом и головорезом, знаменитым не только среди людей, но и на весь Эльвантир о том, что наемник станет проводником для Натаниэля в поисках лекарства. Тяжело вздохнув, юноша сжал в кулак медальон на шее, немного ржавую пластину с вырезанными узорами, звездой и ребристыми краями. Этот амулет ему подарил сам Юлиан Вейтерин – архимаг Его Величества Короля Пяти Озер. Пока медальон у Натаниэля, болезнь не должна проявлять себя. Вспомнив о болезни, о которой он теперь думал без малого почти постоянно, юноша закрыл глаза руками и медленно выдохнул. Нервничать было противопоказано. Он хотел надеяться, что Феникс – знаменитый по большей части своими успешными воровскими делами – уже имел какой-то план по лечению сына губернатора.

Соррен предупредил сына, что наемник неразговорчив и обладает отталкивающим внешним видом, но заключенный договор надежен, как эльфийские сапоги, обутые сейчас на юноше. Они и объемный рюкзак со всем необходимым, настраивали на дальнюю и трудную дорогу. Натаниэль тяжело вздохнул.

Феникс опаздывал, но отец не оговаривал сроки – важным было лишь качественное исполнение работы. Прощаясь, Натаниэль отдавал себе отчет, что, возможно, покидает дом надолго. Его братья крепко обняли юношу и мрачно пожелали ему удачи, приподнятое настроение сохранял лишь отец, разглагольствуя, что все складывается самым наилучшим образом. Натаниэль его бодрости не разделял. С другой стороны, покинув дом и Пять Озер, он действительно делает лучшее из возможного. Архимаг Юлиан был очень оптимистичен в рассуждениях о том, что при верном проводнике, Натаниэль может рассчитывать на излечение в кратчайшие сроки.

Дверь в таверну с грохотом распахнулась. Шагнув всего раз, вошедший оказался почти в центре зала. Медленно развернувшись, тьма под капюшоном взирала на Натаниэля. Громко сглотнув, парень мысленно отругал отца за то, что тот обозвал эпичность внешнего вида Феникса скудным словом «отталкивающий». Если этот громила подкараулит в темном переулке – в лучшем случае уйдешь заикой.

– Феникс. – на выдохе, раскатистым басом представился гигант.

– Я так и подумал. – попытался улыбнуться Натаниэль, но повиновалась только одна половина рта.

Наемник протянул в сторону парня раскрытую ладонь в потертой кожаной перчатке. Натаниэль взглянул на кисть размером с его голову и сразу понял, чего от него ждут. Не теряя времени, он кинулся развязывать рюкзак и, вынув оттуда увесистый мешок с золотыми, вложил его в ладонь Фениксу. Рука сжалась и поклажа исчезла будто маленькая дичь в пасти крокодила.

– Идем. – без энтузиазма, по-прежнему низким рыком проговорил гигант.

Не торопясь, он развернулся и покинул таверну. Натаниэль медлил, не зная, нужно ли оповестить трактирщика о своем уходе. К своему стыду, желание проститься вызывала не столько вежливость, сколько попытка оставить свидетелей в случае обнаружения его трупа под ближайшим отсюда кустом. Еще раз стиснув медальон, Натаниэль водрузил на спину тяжелый рюкзак и двинулся следом за Фениксом.

Бугай совершенно не озаботился тем, чтобы подождать своего спутника, он удалялся от трактира, будто дело было уже сделано. Ветер трепал его тяжелый длинный плащ и темная фигура все больше напоминала ствол старого обветшавшего дерева, в котоый ударила молния, обуглив кору и спалив все ветки и листья. Делать было нечего, и юноша поплелся следом, стараясь не отставать, но и не приближаться. Он выбрал для себя дистанцию, как ему казалось, оптимальную для любого развития событий на дороге.

После часа ходьбы, Натаниэль стал все больше терзаться мыслью, что если Феникс в курсе его болезни, разве не должен он нести вещи юноши? Ведь рюкзак мог быть набит необходимыми лекарствами. Без них Натаниэль мог бы умереть и тогда плакали денежки. Или вот, например, если он потеряет сознание, неужели бугай просто пойдет дальше, так и не заметив. Рассудив, что его здоровье и благополучие также является частью договора, Натаниэль громко произнес:

– Я устал, не могли бы мы немного отдохнуть?

Громила не обратил никакого внимания на слова юноши. Сверху каркнул ворон, будто подгоняя шедших. Вполне вероятно, Натаниэль отказался бы от дальнейших убеждений, но рюкзак больно натер плечо и дорога все больше шла в гору. Из своего обширного образования, Натаниэль знал, что холмистая местность предшествовала горному перевалу, который являлся естественной границей Пяти Озер. Там оканчивались земли населенные людьми и начинались неизведанные края полные прочих существ. Редкий человек встречался с эльфами, лешими, гномами, наядами и прочими существами. Но некоторые колдуны, увлекаемые любопытством, покидали Королевство Пяти Озер, отправляясь на поиски неизведанного, некоторые даже возвращались и рассказывали необычайные истории. Правда, многие было принято считать сказками. Но у Натаниэля теперь был шанс посмотреть на дивный мир своими глазами и рассказать свои истории. И его сказания начнутся с того, что его проводником был… Интересно, а кем был его проводник? Он точно не эльф и не леший. Под капюшоном могла скрываться любая морда, вплоть до того, что если замешана магия, то Феникс мог быть двумя и тремя людьми одновременно! Задумавшись, Натаниэль, пыхтя и утирая пот, добрался до края холма, где его проводник замер, и стал напоминать плохо отесанную скульптуру из камня, на котрую кто-то нацепил плащ и сапоги.

– Граница Пяти Озер! Мы дошли! – обрадовался, сам не зная чему, Натаниэль.

Феникс прохрипел и двинулся вперед до обрыва, где повернул налево и все тем же размеренным широким шагом направился в сторону длинного подвесного моста. Мост соединял Королевство людей с Тенистым лесом. Насколько знал Натаниэль, эти земли не принадлежали кому-то конкретно. И вообще лес был не рекомендован к посещению людьми, потому и мост не выглядел прочным и часто используемым. Таверна «Пивной Ус» находилась у самого перевала, от нее была прямая дорога к прочному каменному мосту, а там, если верить рассказам, следуя за самой яркой звездой, можно было добраться до земель лесных эльфов. Натаниэль думал к ним они и направляются, но его путник пошел в совершенно другом направлении и выбрал абсолютно неустойчивый нервно покачивающийся мост. К тому же в Тенистом лесу эльфов быть не могло, просто потому что там начиналась болотистая местность. Изящные эльфы и вонючие болота плохо укладывались у Натаниэля в голове.

– Я думал, мы пойдем к Бескрайним полям и поищем эльфов. – догоняя Феникса, в спину проводнику пропыхтел Натаниэль.

Бугай не обернулся и не сбавил шаг, продолжая приближаться к подвесному мосту.

– Я не собирался спорить с нашим планом, просто этот мост выглядит ужасно ненадежно. – не сдавался Натаниэль.

И вновь тишина, только хриплый выдох. Юноша испугался, уж не испытывает ли он терпение своего временного опекуна.

– Конечно, конечно. Если вы прибыли по нему, и он не вызвал никаких опасений, то и я, конечно, пойду следом, куда скажете. – юноша запнулся о камень, но гигантская рука поймала его за плечо, не дав растянуться и быть прибитым к земле весом рюкзака.

Одним резким движением Феникс поставил парня на ноги и тряхнул:

– Ты должен слушаться. Не задавай вопросов. – и он фыркнул. Ну точно конь Теодора, старшего брата. И его дыхание породило еще больше вопросов. Оно было не просто теплым, обжигающе горячий воздух ударил Натаниэля по лицу, а запах гари надолго застрял в груди.

Не дожидаясь ответа или любой другой реакции, Феникс сорвал рюкзак с плеча юноши и легко забросив его за спину, зашагал прочь с уже привычным темпом.

– Нужно было давно у него перед носом растянуться. – прошептал Натаниэль, разминая плечо, не то от натертости рюкзака, не то вправляя сустав после рывка Феникса. Дождавшись, когда расстояние между ним и проводником вновь станет равным рассчитанному утром, Натаниэль двинулся следом, широко шагая, чтобы не отставать.

Кроме того, что сыну губернатора больше не приходилось тащить тяжелый рюкзак, в плане потепления отношений между ним и Фениксом перемен не предвиделось. Спина наемника продолжала маячить впереди, в то время как ее хозяин, очевидно не собирался проявлять никакого интереса к юноше.

Дорога все больше напоминала препятствия. Гравий, будто наколотый кем-то заранее, перекатывался и рассыпался, стоило поставить на него ногу. Из-за этого идти становилось труднее, но не Фениксу. Подобно айсбергу, он продолжал двигаться не снижая темпа и ни разу не покачнувшись.

Натаниэль все еще нервничал от перспективы перехода по навесному мосту. Взглянув на него единожды, как раз в тот момент, когда ветер дергал этот мост, как ребенок нитку воздушного змея, Натаниэль позеленел от ужаса. Но вовремя вспомнив о необходимости сохранять спокойствие, он схватился за медальон и немного придя в себя, решил направить свое внимание на изучение Тенистого леса. Чаща раскинулась напротив путников через разлом и выглядела угрюмо и устрашающе. Натаниэль гадал, какие ответы и разгадки они с проводником смогут обнаружить в этом мрачном лесу. Но если Феникс хотел бы его прикончить, то вполне мог уже несколько раз легким движением руки отправить сына губернатора в полет между холмами.

Натаниэль так увлекся размышлениями, что упустил момент, когда они оказались около моста. Неожиданно для Натаниэля, путники оказались около моста и Феникс был полон решимости пересечь его. Но в этот раз он почему-то остановился и, выставив вперед руку, приглашал юношу следовать первым.

– Что? Идти? Мне? Прямо сейчас? – задавая вопросы, парень понимал, как маловероятно получить на них хоть какую-то реакцию.

Феникс стоял неподвижно, подобно изваянию. Натаниэль еще раз посмотрел на мост. Стоя в непосредственной близости от обрыва, парень мог видеть облака, невозмутимо проплывающие под ногами. Он очень ярко представил, как его тело сдувает с моста и он, тщетно хватаясь за сгнившие доски, срывается в пропасть и летит навстречу своей гибели. Натаниэль понял, что врос в землю. Никаких сил и решимости сделать шаг в пропасть у него не нашлось.

– Не сочтите за трусость или еще хуже недоверие к вам, но, кажется, я не могу туда пойти. – стараясь звучать уверенно, произнес Натаниэль, неотрывно глядя в ущелье.

Не меняя положения и даже не качнувшись, продолжая указывать на мост, из-под капюшона прорычали:

– Лечение. Там.

– Скорей избавление. Если за избавлением понимать быструю смерть. – скороговоркой проговорил юноша и быстро сменил тему. – Может нам все же попытать удачи с эльфами? Ну какое лечение может быть на болотах? Я уверяю, мое заболевание напрямую связано с магией или проклятьем, нам нужны колдуны других существ… АЙ!

С громким криком, на Натаниэля спикировал из ниоткуда взявшийся ворон. Парень почувствовал, как его волосы растрепались от резкого порыва ветра, вызванного близким взмахом больших крыльев. Успев пригнуться и закрыв голову руками, Натаниэль пошатнулся.

– Можешь. – скорее выдохнул Феникс, указывая на ногу молодого лорда, которая теперь стояла на первой ступени моста.

– Но это же не… я же просто увернулся от… – Натаниэль выдохнул, понимая тщетность попыток оправдаться. – Ворон ваш что ли? – просто для себя поинтересовался парень. – Все хорошо, можете не отвечать. – неуклюже пошутил юноша, хотя Феникс, очевидно, и не собирался, все так же молчаливо, указывая ему на мост. – Ну, тогда я пошел.

Натаниэль не мог справиться с собой и зажмурился, шагнув на потрескавшиеся старые доски. Мост раскачивался, но вес удерживал. Доски скрипели, хрустел старый потертый канат, каждый шаг запускал волну колебаний, из-за чего ноги дрожали и шаги становились все короче. Внезапно мост жалобно застонал и прогнулся, – вслед за Натаниэлем шагнул Феникс. Юноша вновь застыл на месте, вцепившись руками в канаты. На плечо легла огромная рука и несмотря на весь свой вес, почти бережно сжала его. Затем последовал легкий толчок. Феникс шагал, вынуждая Натаниэля делать тоже самое. Повинуясь внутреннему желанию, парень все больше облокачивался на широкий упор ввиде ладони гиганта, сверху вновь донеслось недовольное карканье.

– Ой, помолчал бы! – воскликнул Натаниэль еще больше облокачиваясь на Феникса, он уже передвигался таким образом, что убери его проводник руку, и парень, не удержав равновесия, полетел бы вниз. – Будь у меня крылья, я бы тоже летал и сверху каркал на всех!

Неожиданным ответом стало дыхание Феникса, отдаленно похожее на усмешку, после чего ворон уже тише вскрикнул, что можно было бы расшифровать, как проявление некоторого недовольства. Радуясь своей богатой фантазии, отвлекающей от мыслей о падении с высоты, сын губернатора осознал, что очень скоро привыкнет разговаривать сам с собой. Так как только редкие из его слов удостаивались реакции Феникса, необходимости сдерживать мысли не было. Особенно, если выговорившись, Натаниэль мог немного расслабиться. В его положении все, что не напрягало, – становилось благом.

Когда ноги оказались на твердой, пусть и влажной земле, Натаниэль широко раскрыл глаза. Не сразу, но постепенно, как змея, в нос заползали отдаленные ароматы болот. Юноша поморщился и отвернулся, вновь лицезрея опасный мост, который они преодолели.

– Вот это мы даем! – воскликнул парень, подпрыгнув и протянув Фениксу руку для дружеского хлопка. Темная мрачная гора, которой виделся его проводник, не шелохнулась. – Извините. Просто высоты очень боюсь. – потупился юноша и нервно сглотнул. – И спасибо. Я имею в виду вашу помощь на мосту.

– Осталось недалеко. – проигнорировал благодарность Феникс. Он вновь развернулся и пошел прочь в сторону леса.

– Как так недалеко? – удивился в спину удаляющемуся наемнику юноша.

Приложив указательный палец к носу, Натаниэль дышал через раз, стараясь сконцентрироваться на дорогом запахе замши, из которой были сделаны его перчатки для прогулок. Но стойкий, теплый и влажный запах болота с его разложением и особой ни с чем несравнимой атмосферой все равно пробивался и, цепляясь, оставался внутри носа и рта. Чем ближе путники подходили к лесу, тем сильней утопали их сапоги в жирной земле, тем сильнее их окутывал смрад. Юный лорд пытался рассмотреть каких-нибудь диковинных существ, раз он покинул Королевство и теперь находился на редко посещаемой людьми земле. Но как назло никого живого вокруг не было, будто только они вдвоем с Фениксом нарушают сон этого вонючего леса. Хотя скоро вновь объявился ворон, правда он не проявил интереса к путникам, пролетая над ними, он устремился в сторону темнеющей чащи.

– Наверное, у воронов отсутствует обоняние. – рассудил себе под нос Натаниэль. Эта реплика, как и ожидалось, осталась без ответа.

Достигнув того, что можно было бы счесть входом в лес, Феникс остановился и не оборачиваясь стал дожидаться, когда его догонит сын губернатора. Поравнявшись, Натаниэль взглянул под капюшон наемника в черный провал, где пряталось лицо. Красные огни глаз взглянули на юношу. Еле слышно, Феникс прохрипел:

– Жди.

– Что, прям тут? А чего ждать? – он наклонился к наемнику, будто ожидая, что тот шепнет ему чуть больше информации. После нескольких мгновений неловкой тишины, Натаниэль выпрямился и огляделся. – Может встанем так, чтобы на нас не дул «бриз» с болот?

Молчание. Даже более того, Феникс отвернулся, уставившись в чащу.

– Понятно. – кашлянул Натаниэль. – Вы тогда, как понадоблюсь, позовите. – и поспешно отвернувшись, наконец вдохнул полной грудью. Воздух не стал лучше, но когда он не смотрел на лес, было ощущение, что пахло не так сильно.

Так они и стояли некоторое время, которое показалось Натаниэлю вечностью. Украдкой он бросал беглые взгляды в сторону своего попутчика и дивился тому, как прямо и недвижимо тот застыл, уставившись во тьму чащи. Натаниэль хотел попросить свой рюкзак, чтобы достать платок, который был надушен парфюмом, как и любой элемент одежды вельмож при дворе отца, но не рискнул обратиться к Фениксу с такой просьбой. Его больше волновала не сама просьба, сколько страх еще ниже упасть в глазах этого молчаливого гиганта.

С одной стороны, – рассуждал Натаниэль, присев на булыжник недалеко, – Феникс мог вообще не быть живым существом. Из сказок путешественников за пределы Пяти Озер, он слышал о существовании элементалей, – бестелесных духов воды, огня, воздуха. Вот Феникс мог оказаться элементалем земли. Юноша поднял гальку, принесенную им на ботинке с другой стороны ущелья, и вертел ее в руках, раздумывая, что будет, если засандалить этим камнем в грудь наемника. Но он вовремя вспомнил, что насколько долетали слухи, элементали не могли существовать отдельно от воли колдуна, призвавшего их. И разговаривать они тоже не умели. Но у Феникса точно была своя воля. Вспоминая, как он поддерживал и подталкивал сына губернатора на подвесном мосту, Натаниэль не мог представить, что это не было желанием самого наемника. Исполняя приказ колдуна, элементаль скорей закинет ретивого попутчика себе на плечо, чем будет так замысловато помогать пройти препятствие. Впрочем, на плече громилы уже болтался рюкзак молодого лорда, так что, вполне вероятно, там просто не было места. Как только Натаниэль решил, что при возможности случайно упадет на Феникса, чтобы проверить, уж не каменная ли грудь у его молчаливого компаньона, громила будто почувствовал задуманное и обернулся в сторону юноши. Выронив камень из рук, Натаниэль успокоился лишь когда увидел, как наемник вытягивает руку в сторону леса, приглашая обратить туда внимание.