И всё же я останусь

Глава 1.

Середина июля. Обычная сельская улица, разбитая дорога, по обеим сторонам которой располагались дома. Это был очередной жаркий летний день, который заставлял людей, прятаться по домам пережидая зноя. Улица была безлюдна, лишь только пение птиц обитающих вблизи растущих берёзовых рощ оживляло эту местность. Под яркими лучами солнца маленькая девочка, сидя на корточках, возилась в куче песка насыпанного около чужого дома, она перебирала его ручонками в надежде найти закопанные в нём панцири речных улиток. Густые пепельные волосы были завязаны в косу и переплетены голубоватой лентой. Лёгкий тёплый ветерок заставлял слегка подрагивать синий сарафанчик, одетый на ней. Она уже нашла дюжину раковинок разнообразной формы, но её интерес не унимался стольким количеством.

– Александра! – послышалось из соседнего дома.

Девочка нехотя привстала, отряхивая колени от песка. Из соседнего дома её звала бабушка.

– Я здесь! – ответила девочка.

– Поди-ка сюда, ты мне нужна!

Девочка нагнулась и нехотя начала собирать свои раковинки.

– Идём! – оказавшись рядом, одернула её за руку бабушка. – Иначе будет поздно! – она потащила её к соседнему дому, а девочка, оборачиваясь, смотрела на рассыпавшиеся по дороге её находки.

Ещё с самого утра что-то случилось в этом доме, девочка поняла это по снующим там то и дело людям. Именно здесь жила баба Мира, которая всё время привечала её: то конфеткой, то пирожком, а если посчастливится то и вкуснейшим мороженым. Девочка любила захаживать к ней домой и слушать её рассказы, попутно жуя сладости . Детей в этой семье не имелось. Все знали что Бог не дал бабе Мире отпрысков, в то же время поговаривая что это из-за того что она никто иная как – ведьма. Её муж Диодор сошёл с ума, и свои последние годы жизни встретил в пансионате для психически больных, после этого события местные жители старались обходить этот дом стороной, приписывая к этому промыслы ведьмы.

Зайдя в дом, девочка ощутила резкий перепад температуры, отозвавшийся лёгким холодком, пробежавшимся по её коже, а ещё запах. В воздухе витал непонятный мускусный запах, заставивший девочку поморщиться.

Бабушка завела её в зал, в середине которого на двух стульях стоял деревянный гроб. Подойдя ближе, девочка смогла рассмотреть лежавшую в нём бабу Миру. Она лежала, не шелохнувшись, скрестив между собой пальцы рук на груди.

– Бабушка, она что умерла? – спросила девочка, ища взглядом бабушку, которая возилась в шкафу, ища что-то.

– Умерла! – подтвердила она. – Мирэлла её настоящее имя! Силище в ней было знатное. Сама видела! Не знаю даже, кто она была ведьма или ещё кто-то, но сила уйти не должна понапрасну. Пойдешь, бывало в лес по грибы то, а там она.… Частенько её там видели! Зверье её любило, глянешь, бывало каких чудных животин около неё не ошивается, поди, таких в нашем-то лесу и не водилось, а к ней шли. Раз видела, как она гадюке песню пела, да поглаживала, а та, клубком у неё на коленях свернувшись, лежала, да будто кот мурлыкала. Да это ещё что, воскрешать она могла, – шёпотом проговорила она, – помнишь кота моего Степана?

– Да! – вспомнив, ответила внучка.

– Так свора псов его задрала на смерть, я- то в оконце видела, сама отогнать побоялась, а Мирэлла подобрала его да воскресила. Во как!

Подойдя к девочке, она подвела её прямо к ногам покойницы.

– Дай руки, – схватив внучку за тоненьки ручки, положила их прямо на ледяные стопы умершей. – Держи и не отпускай, – приказала она ей.

Девочка покорно держала руки, в указанном месте наблюдая за своей бабушкой. Та трижды перекрестилась и, положив руку на лоб Мирэллы, стала нашёптывать какие-то слова.

К слову сказать, бабка маленькой Александры сама промышляла заговорами, то порчу снимет, то испуг отольёт, а люди ища помощи, к ней так и тянулись.

В пустой комнате было слышно только шептание её бабушки, время будто остановилось, заставляя Александру вспоминать моменты с ещё живой бабой Мирой. Будучи живой та могла рассказывать часами о другом мире, где есть магия, чудовища и много чего иного, погружая девочку в сказочные фантазии.

Обычно она рассказывала одну историю:

Однажды Наивысшие существа решили дать возможность разрушающимся мирам ужиться, решив объединить их воедино, создав новый мир – Итарис. Именно там должны были жить в мире и гармонии два абсолютно разных вида. С одной стороны – люди, такие же как мы с тобой, эта раса вела за собой разнообразие животного и растительного мира. Их правительница стала хозяйкой нового мира и была наделена необычной силой, она дарила – жизнь. С другой стороны – мидары, чудовища, подстраивающиеся под образ людей, жаждущие власти и бессмертия. Они вели за собой своих порождений ада, стоило видеть их монстров сверкающих голодными глазами, кровь стыла в жилах при виде их. Многих из них убили, оставив лишь крохи от этого вида. Их правитель один из мидаров – чудовище в облике мужчины, придя в Итарис, он стал её мужем. Вместе они должны были возродить его народ, он, обладая даром воскрешения, переносил в этот мир своих сородичей, снова даруя им исходный облик из крови и плоти, а она возвращала им жизнь.

Но долго так продолжаться не могло, она видела в них только монстров, жаждущих плоти и крови её народа. Мысли о том, что люди должны ужиться с этими чудовищами пугали её. И о чём только думали Высшие существа, пытаясь объединить их воедино? А ей и вовсе приходилось дарить любовь одному из них. Она не могла больше так существовать! Возродив лишь малую часть этих чудовищ, она решила лишить их возможности жить среди людей…

Гонимая страхом, в отчаянии она бежала…

Гневу Правителя не было предела, он хотел воевать, подчинять, но лишь малая часть мидаров была воскрешена…

А его гончие монстры самой тьмы не оставили ей выбора…

Ей пришлось покинуть Итарис!

Александра ещё не понимала что такое смерть, но осознавала, что больше ей не к кому прийти за очередной порцией рассказов и сладостей.

Из размышлений, девочку вывели голоса, пришедших в дом людей. Она взглянула на бабушку, та стояла, покрывшись капельками пота, и тяжело дышала.

Подойдя к дивану и с трудом сев:

– Хватит, отпускай! – скомандовала бабка.

С позволения бабушки Александра убрала руки, и обтёрла их об платьице.

– Почуяла чего? – стирая со лба влагу.

– Нет, – промямлила та.

– Мала ты ещё, иди домой. Силище тебе должно передаться, а то глядишь и будешь жизнь даровать. Беги, да никому не рассказывай! – пригрозила ей бабушка.

Конечно же, после услышанных бабушкиных слов маленькой девочке непременно хотелось проверить свой дар в деле. Помнится, недавно у мамы в хозяйстве курица издохла, слетела с насести да прямо и в стену впечаталась, мать реанимировать пыталась да всё без толку. В огороде так и закопали. Придя домой, девочка вооружилась лопаткой и пулей побежала в огород, откапывая останки похороненной курицы.

Вот мама порадуется, когда её курица домой вернётся целёхонькой да невредимой!

Чуть вскопав землю, девочке в нос ударил ужасный зловонный запах, разлагающейся птицы. И хорошо, что мать вовремя вышла в огород собрать зелени, и увидела дочь, затыкающую одной рукой нос, а в другой держа лопату.

– Ты чего это удумала?! – кинулась на неё мать, попутно выхватывая лопату и загребая останки землёй. – Совсем сдурела? Зачем пошла в огород курицу выкапывать! – бранила её мать.

– Дар свой проверить хотела! – насупившись, проговорила она.

– Какой дар?! – не унималась мать.

– Баба Мира мне передала, а бабушка сказала ни кому не рассказывать, – переходила на плачущий крик девочка. – А я проверить хотела, оживить курицу да чтоб ты порадовалась!

– Ну, бабка, ведьма старая, – прошипела мать, и, взяв девочку на руки, понесла домой успокаивать.

Глава 2

Двадцать лет спустя.

– Александра! Что ты там копаешься, уноси заказ. Пятый столик салат «Каприз», – шумел обрюзгший, покрывшийся потом помощник повара.

Зайдя в кухню, Александра морща нос от смрада, воняющего огарками пищи, забрала салат и отправилась в зал для посетителей.

– Ваш заказ, салат «Каприз», – промямлила она, небрежно ставя тарелку перед мужчиной.

Подойдя к барной стойке и облокотившись об неё, наблюдала за посетителями.

Ей осточертела эта работа, ноги постоянно ныли, несмотря на то, что она была обута в балетки. В зале постоянно присутствовали хамоватые персонажи пытающиеся снять на вечер миленькую официантку. А в кухню ей и вовсе не захотелось заходить, этот въедливый запах уже не вымывался из её волос, хотя ей и приходилось здесь находиться три дня в неделю. Несмотря на все неурядицы, платили здесь исправно, да и времени на поиски другой работы не было, в свободные дни она подрабатывала парикмахером в салоне красоты.

– Чем занята будешь на выходных? – вывел её из размышлений бармен.

– Еду к родителям домой, мама просила приехать, – повернулась она к нему лицом.

– Соскучилась? – спросил тот.

– Да! Там хоть и скучно, но зато спокойно, и природа такая красивая…

– Понимаю! – одобрительно кивнул он ей, и занялся дальше своей работой.

Она даже не стала интересоваться, чего он хотел, ей и так было ясно, он уже не раз пытался её куда-нибудь пригласить, постоянно слыша отказ, то у неё действительно не было времени, то от усталости ей просто не хотелось.

Взглянув ещё раз на бармена, протиравшего стол, она не горела желанием завязывать с ним отношения.

Пятничный день подходил к концу, и она спешила домой, чтобы хорошенько выспаться. Утром ей нужно будет спешить на автобус. Мама не должна видеть уставшего вида дочери, она ей ничего не говорила о своей подработке в небольшом ресторанчике. В противном случае на неё бы посыпался шквал упрёков: какая она красавица, а такие не должны изнашивать себя работой, тем более такой. И конечно она начнёт её сватать за сыновей подруг, живущих по соседству. Каждая мать хотела бы видеть своё дитя под боком, но Александре хотелось чего-то нового, интересного, но пока была лишь одна скука и изнурительная работа.

***

Сидя за столом, дома, Александра уплетала мамины булочки, запивая их ароматным чаем, заваренным на чабреце с мятой. Нужно сказать, что в этот раз сдоба была восхитительна, возможно, по тому, что мама в этот раз положил внутрь пирожка конфету, которая после запекания, превращалась в нежнейшую начинку, а возможно, потому что девушка просто соскучилась по маминой еде. Кухня пропахла маминой выпечкой, запах был легкий, ванильный, совсем не такой, как у неё на работе. Девушка испытывала негу от нахождения дома, здесь было всё так уютно, спокойно.

– И что там у тебя на работе? – спросила мать, садясь рядом за стол, и ставя перед собой кружку с чаем.

Александра чуть не поперхнулась, она и забыла уже, что навыдумывала своей матери по поводу работы.

– Ты про парикмахерскую?

– А ты что нашла работу по своей специальности? – удивилась мать.

«Ну вот, сейчас начнется…»

Окончив институт, Александра так и не смогла найти подходящую работу на должность экономиста. Её специальность требовала опыта работы, коего в принципе, и быть не могло, однако без этого востребованного пунктика её нигде не брали.

– Ты же знаешь, что без стажа мне и соваться некуда.

– Вот поэтому и хорош там ошиваться, возвращайся домой, уж тут-то я тебе найду подходящую работу. Поди, стаж хоть будет идти, да и опыта наберешься, а уж дальше то и видно будет, – она отпила чай и продолжила, – оставайся, а то так и гляди, подвернётся хлыщ какой-нибудь, а там и в декрет надумаешь! Промурыжит, и останешься одна с приплодом! А прибежишь то к матери…

– Мама! – выкрикнула девушка. – Хватит, ты же знаешь, я не люблю такие темы для разговора.

– Есть кто? – не унималась мать.

– Нет! Я на работе всё время, мне некогда.

Она недоверчиво взглянула на дочь со словами:

– Влад то, сосед Марьи Филипповны в фермера подался, землю скупает.

Девушка встала из-за стола, не желая больше слушать, и отправилась в свою комнату.

Её мать привыкла к капризному характеру дочери, и, взяв со стола не допитый чай отправилась следом за ней. Упершись о дверной проём, она продолжила свой разговор:

– Через год другой, смотришь и разбогатеет.

– Да мне то что!

– Как что? Подруга то твоя Алеська, около него так и крутится, хотя и квартира в городе, и работа хорошая. А девка, не дура!

– А я вот у тебя дура! – разозлившись, выкрикнула Александра.

В этот момент в дверь постучались, и в дом зашла соседка.

– А я-то вижу, Сашенька приехала, дай думаю, ей грибочков занесу, вчера в лес ходила.

– Что за грибы теть Маш? – перебила её девушка.

– Так начало сентября, опята повскакивали, – она прошла в кухню и поставила на стол баночку грибов. – Мы то, помнишь, с тобой пока ты маленькая была, ходили в лес по грибы, а сейчас тебя и не увидишь.

– Спасибо большое! – прокручивая в руках банку, поблагодарила девушка.

Девушка и сама была бы не прочь сходить в лес, вдохнуть свежий запах листвы, расслабиться, а тут ещё и грибы в этом году уродились. Молча, пока соседка отвлекла мать, девушка направилась в комнату. Надев штаны и толстовку, она собралась в лес.

– Куда? – спросила мать, наливая соседке чай.

– В лес пойду, отдохну, да и грибы я люблю собирать,– с этими словами она ушла из дома, не став даже слушать, что ей кричала в след мать.

Несмотря на то, что погода была пасмурная, и подкапывал дождик, девушка с охотой ходила по лесу, собирая грибы. Она отлично ориентировалась в этой местности, всё своё детство она ходила с бабушкой или с соседкой по грибы. Благодаря этому она отлично знала грибные места, да и травы целебные ей показали, где искать. Тропинки, конечно же, со временем уже заросли, люди всё меньше стали соваться в лес, да и сам лес заметно загустел за последние годы.

Маленькие грибочки росли прямо у основания дерева, раскапывая палочкой опавшую листву, девушка охотно складывала грибы в корзину. Запах в лесу стоял божественный, от взъерошенной листвы пахло сыростью вперемешку с грибным ароматом, а ещё эта лесная свежесть, и моросящий дождь.

Не зря она пошла по грибы, даже не устала, а напротив, получала массу удовольствия.

Опустив голову, она продолжала собирать опята, и не заметила, как перед ней оказался огромный камень-валун.

– Напугал зараза! – стукнув палкой по нему.

Подойдя в плотную, опёрлась об него, и, сняв сапог с ноги начала вытряхивать из него попавшую мелочь.

– Всё стоишь? – покряхтывала она, одевая сапог.

Не в первый раз ей приходилось видеть диковинку этого леса. Частенько она с бабушкой натыкалась на него. Много легенд о нём ходило. Поговаривали, что ведьмы к нему любили сходиться, силой у него набираться, поэтому и прозвали его «Валун-колдун». Да было в нём и впрямь что-то волшебное такое, не каждый мог найти к нему дорогу, даже самые опытные сторожила леса, блудили кругами, а он будто назло им не показывался. Да как такой махине не показаться, метра два высотой.

Стоя опираясь о камень, девушка вдыхала лесной воздух, всматривалась в деревья, слушала пение лесных птиц.

Уже вечерело, а в лесу за кронами деревьев темнеет быстрее, нужно было идти домой.

Подняв с земли корзину с грибами, девушка повернулась к валуну и, погладив его рукой по шероховатой поверхности, произнесла:

– Ну, не скучай, когда-нибудь ещё зайду!

Возможно, ей показалось, то ли в глазах поплыло от переутомления, но выпуклые песчинки на камне начали дивным образом приходить в движение, заставив девушку шире распахнуть глаза и открыть от удивления рот.

Собираясь воедино, песчинки образовали необычный символ, переходящий из круга в круг с непонятными надписями, и сию же секунду голубоватое свечение слегка ослепило девушку, заставив чуть прищурить глаза.

Не поверив своим глазам, девушка словно завороженная, коснулась ладошкой этого символа.

В глазах поплыло, растворившись на малейшие песчинки, её затягивало в бездонную пропасть.

***

Понять сколько это длилось было сложно.

Головокружение прекратилось, а в мести с этим, её тело гулким ударом приземлилось на твёрдую поверхность, выбивая из лёгких весь воздух, а следом за ней упала рядом вся её одежда. Позже подоспела корзина с грибами, от глухого удара которой, грибы разлетелись во все стороны.

Лёжа лицом в пол, вдыхала пыль. Сознание возвращалось, от удара тело полностью онемело, постепенно чувствительность возвращалась с попутным ощущением холода, исходящего от напольной каменной плитки.

Слегка приподняв голову, девушка опешила, она находилась совершенно в ином месте. Леса здесь и в помине не было. Её окружали каменные стены, из вертикальных прорезей, вырезанных по всему периметру, в помещение попадал дневной свет, образуя загадочное свечение на полу, по кругу были выставлены огромные колонны, уходящие под своды этакого храма.

Всматриваясь в помещение, совсем продрогла лёжа на ледяном полу, и только тогда до неё дошло, что она совсем голая. Подорвавшись с места, она спешно начала натягивать на себя валявшуюся рядом одежду, попутно осматривая помещение на безлюдность. Накинув толстовку, можно было притормозить, и получше рассмотреть помещение. Наступая на рассыпанные грибы, сделала несколько шагов в сторону двух прямоугольных столбов, которые сразу же привлекли её внимание. Двухметровые камни, которые можно было обхватить двумя ладонями, торчали из-под пола параллельно друг другу, абсолютно чёрные, но стоило подойти ближе, как глаз улавливал красные мерцающие прожилки, разбегающиеся по их поверхности.

В голове закрадывалась мысль, о том, что возможно это портал, через который она умудрилась сюда попасть. Дотронуться до них было страшно, как и находиться рядом, нужно было осмотреться, куда её закинуло. Храм был пуст, кроме увиденных колонн, и пыли больше ничего интересного она не увидела. Задрав голову вверх, девушка обрадовалась голубому небу, которое виднелось сквозь овальные прорези в потолке, по форме они напоминали лепестки цветов.

Видимо, храм был заброшен, пыль виднелась везде, обойдя его по кругу, смогла различить дверь, но стоило только дотронуться до дверной ручки, как послышался глухой хлопающий звук, будто от крыльев огромной птицы, нарастающие звуки приближались и задрав голову в верх к сводам храма, она увидела в прорезях огромную метнувшуюся тень.

– Мать твою, – от страха вырвалось из её уст.

Сорвавшись на бег, она подбежала к двухметровым колоннам, что показались ей возможным порталом. Судорожно тёрла руками, бегая вокруг них, пытаясь привести в действие. От производимых действий результат был нулевой, а времени совсем не оказалось. Что-то большое приземлилось перед входом в храм, гулким эхом пробегаясь по стенам, и медленно в сопровождении дверного скрипа входило внутрь.

Александра метнулась в тень, спрятавшись за одной из колонн, стараясь вовсе не дышать.

В помещение ворвался ветерок, пробегая понизу, он заставил встрепенуться залежавшуюся напольную пыль.

Тяжёлые шаги, сопровождающиеся звонким цокающим стуком о каменный пол, давали понять, что девушка уже не одна.

–Мирэлла, – вязкий, тянущий голос с хрипотцой просмаковал каждую букву, оживляя храм эхом.

Александра вздрогнула, издав еле слышимый вздох.

Ещё пара звонких шагов и снова голос:

– Мирэлла, ты вернулась!

В этот раз Александре не показалось, это имя ей было знакомо. Она прекрасно помнила бабу Миру, и тот день, когда её родная бабка якобы передала ей какой-то дар. Мать ругала бабку, на чём свет стоит, а та твердила, что рано или поздно Александра ей спасибо скажет.

– Что же ты прячешься! – протянул голос. – Я ждала твоего возвращения, твой дар вернулся на наши земли, и я почувствовала это сразу же.

Девушка лишь слегка выглянула из-за колонны и тут же со страхом в глазах, зажав обеими руками рот, из положения стоя, медленно сползала вниз колонны.

Старая Гарунда смотрела ровно в ту сторону, где пряталась Александра.

Её внешний вид был омерзителен, по мнению девушки.

Это существо вовсе не было схоже с человеком. Огромная лысая голова, на которой ютились едва заметных пара глаз, вместо носа лишь две вертикальные прорези, огромные мясистые губы свисали вниз, со щёк свисала кожа, накладываясь слоями, друг на друга. Вместо ушей лишь перепонки. Тело было покрыто мелкими чёрными бугорками, напоминающими бородавки, и снова обвисшая кожа, это особенно было заметно на животе, существо сутулилось, и из-за этого шкура с живота свисал между её ног, едва касаясь пола. Длинные руки свисали чуть ниже колен, сухие, костлявые кисти на конечностях которых красовались огромные когти отдающие грязной желтизной и точно такие же были и на ногах, именно они создавали эффект гулкого цоканья при ударе о каменную плитку, лежавшую на полу. Под всем этим весом тощие ноги сгибались в коленях от тяжести. И, конечно же – крылья, словно рваные ободранные тряпки, они дряхло свисали со спины, расстилаяясь по полу.

– Выйди, – продолжила она, – чего же боишься? Ты же видишь, годы не пощадили и меня. Более семидесяти лет я ждала твоего возвращения.

Понимая свою безысходность, Александра приподнялась с пола и сделала шаг в сторону. Стоя в тени пыталась унять страх перед стоящим существом.

– Ближе, – проскрипела Гарунда, – тень скрывает твоё лицо.

Два шага вперёд, и девушка вышла из полога тени.

– Ты не Мирэлла! – грозно прошипело существо, прищурив свои малюсенькие глазки.

И в ту же секунду, стены храма задрожали от громкого смеха Гарунды, который сопровождался хрипами злостного курильщика, пытающегося прокашляться после каждого глотка воздуха. При каждом порыве смеха её дряхлая кожа болталась, создавая своеобразную волну, проходящую по её телу.

Александра стояла как вкопанная, страх нарастал с больше силой, причём она совсем не понимала, что же могло так веселить это чудовище.

Покончив со смехом, Гарунда пыталась отдышаться, жадно вдыхая воздух ртом, издавая при этом свистящие гортанные звуки. Как только она успокоилась, снова заговорила:

– Это будет, намного веселее, чем я ожидала, – откашлявшись, продолжила, – что же стало с Мирэллой? Как её дар мог передаться тебе? Ведь у неё не могло быть детей в другом мире.

Дрожащим голосом Александра проговорила:

– Моя бабушка, она помогла мне обрести его, когда я была ещё совсем маленькой, – с жалобной интонацией в голосе. – Он мне не нужен, заберите назад, я хочу домой, пожалуйста.

– Я не вправе распоряжаться такими вещами! Ничем не могу тебе помочь! – переминаясь с ноги на ногу, – Столько лет ждала, когда она вернётся, но вижу, сгинула она давно. Удивительно как мог её дар перетечь к тебе, – задумалась она. – Ну, что же мой договор с повелителем выполнен, по возвращению Мирэллы я должна была доставить её к правителю, но ты не она…

Развернувшись, она направилась к выходу, волоча за собой обвисшие крылья. На секунду остановилась, и, не оборачиваясь, проговорила:

– Что замерла?! Садись на меня верхом, я помогу тебе, спущу так и быть в низ. А то сгинешь здесь, не дождавшись никого. Я хоть и стара, но уж такую дохлячку спустить смогу.

Александра понятия не имела, о чём она говорит, но послушно последовала её совету.

Держась обеими руками за дряблую шею неизвестного существа, она парила в воздухе, просчитывая каждый удар сердца, пытавшегося выпрыгнуть из её грудной клетки от страха. По обеим сторонам парили два огромных дырявых покрывала несущие её сквозь облака. Обернувшись, девушка увидела вдали тот Храм, он парил в воздухе, а под ним свисали чёрные нити, будто воздушные корни, на которых держалось каменное строение.

Поток ветра беспощадно хлестал ей в лицо, растрёпывая волосы. Прищуривая глаза от сильного воздушного потока, девушка хотела видеть, куда она попала. Приближаясь ближе к земле, можно было увидеть открывшиеся ей пейзажи иного мира, вот только толком рассмотреть не удавалось, крылья старой Гарунды были столь велики, что заслоняли практически весь вид.

Резкий толчок, от приземлившегося существа, с силой откинул девушку прямо на каменную поверхность. Ударившись затылком, она вскрикнула, а потрогав рукой, и вовсе поняла, что рассекла голову об острую конечность булыжника.

– Ну вот, – повернулась к ней Гарунда. – Ступай на Запад, – указала она ей когтистой рукой, – там жилые поселения, не пропадёшь.

Существо почесалось, издав звук глухого когтистого скрежета, и переминаясь с ноги на ногу, резко расправило крылья.

– Постой, – опомнилась Александра, – как же мне вернуться в мой мир? – привстала она с каменной поверхности.