Чувство собственной важности

Снова он через это может не пройти и всё будет впустую.

— Дайте ему отлежаться до завтра. — Я поправил его руку на своём плече, решая двигаться к дому, но меня останавливает голос Вагидáта Заýровича.

— Я с Костей только начал. —Босс снова заулыбался, и эта улыбка начала меня раздражать. — Мы не можем ждать, всё должно решиться сегодня. — В след за этими словами Костя снова крепко встал на ноги и попытался поймать равновесие.

— Следующую ломку он может не пережить.

— Не переживай ты так, Руслан. Что с тобой?

—Дело плохо, Ваги́. — Я оглянулся на парней, которые стояли в ожидании. — Ребят, дайте ему время.

— Пусть всё решится. — Кто-то выкрикнул из толпы, а за ним полетели возгласы одобрения.

Костя, оборачиваясь на них, держался на ногах, что далось ему с огромным трудом. Он закрыл глаза на боль, перешагивая через валяющийся пакетик герыча. Возможно, он решил, что дальше будет хуже и тогда неважно побьет ли его озлобленная толпа.

Костя молчит. Парни понемногу начали перешёптываться между собой. Вскоре Костю снова стошнило и парням пришлось его снова поднимать в земли. Даже теперь не скажешь, что они схватили его в тиски, скорее это выглядит, как они пытаются ему помочь не упасть. На секунду мне показалось, что Костя потерял сознание, но через пару мгновений он снова открыл глаза.

Ваги́ достал из кармана сигареты и попросил подкурить. Тяжело выдохнув, медленно подошёл к Косте. Неслышным шагом я двинулся ближе к ним, чтобы встрять в неразбериху как можно скорее. Костя взглянул на меня безразличным взглядом и прокашлялся.

— Бросьте его. — Ваги́ выставил руку перед собой, парни послушались, и Костя свалился грузным камнем на землю. — Чёрный конверт, дорогой мой, предназначается тебе, Костя, в первую очередь. Пока ты молчишь, в наших кругах происходит очень много вещей, которые не терпят отлагательств. Ты так бездарно тратишь чужое время, валяешься в грязи не в силах спасти свою шкуру парой слов. Уважение зарабатывается совсем иным методом. Конечно, у тебя есть замечательный друг, который всегда вызволит. Я хочу, чтобы ты знал, придёт день, и даже он не сможет тебе помочь. — Ваги́ харкнул в лежащее тело моего друга и потушил бычок в предплечье. Костя замычал, а затем заорал, от чего я сморщил лицо.

Ло́вис подошёл ко мне сзади и вжался в мою руку, блокирую порыв к помощи. Я разглядел на его шее красный синеющий отпечаток, от чего кровь в жилах немного подмёрзла.

— Проверим на сколько ты, Костя, сильный. Раз ты смог всё это провернуть, то и сможешь рассказать нам с чего всё началось.

Ваги́ кивнул парням, которые снова взяли его в тиски. Другие же принялись выбивать из него информацию вслед за кивком босса. Пара мужиков утащили Костю к лестнице, и кинули на бетон. Кто-то облил его водой из колодца. Один орал. А второй замахнувшись, ждал ответа. Я стоял возле Ваги́ и все мои попытки помочь пресекались Лóвисом. Я уже сверлил его взглядом, едва не начав новую драку. Ваги́ оглядывал ситуацию и наблюдал за моей реакцией.

Мне так хочется увезти Костю и Вику отсюда, но пока я не встану на место Ваги́, не смогу решать судьбы. Я не могу потерять уважение и не могу помочь.

Вдруг прозвучал удар. Подняв глаза как раз в тот момент, когда из лица Кости прыснула кровь, Ло́вис еле успел схватить меня в жалких попытках остановить. Вика вырывалась из крепкой хватки Зубра и кричала в просьбе остановиться.

Руки Ло́виса крепко сцепились вокруг моего торса. Ваги́ показал какой-то жест, но я уже успел крепко ударить в скулу этому слишком послушному идиоту. Ло́вис не заставил долго ждать и с разгона сбил меня с ног вцепившись в торс. Я ударился головой о какой-то камень, а затем еле поднялся и попытался удержать голову на весу, погруженный в белый шум. Ло́вис поднялся и уставился на меня в замешательстве, но я поднялся и продолжил драку. На этот раз, это было не спектаклем. Раз за разом, сцепляясь с ним в рукопашке, я проигрывал. До тех пор, пока он не пропустил удар в ухо. Думаю, он оглох. И пока он приходил в себя, я побежал на помощь Косте.

Вика лишь могла наблюдать за происходящим в стороне. Не прошло и минуты после того, как я растолкал мразей, облепивших Костю. Лицо его напомнило кровавое месиво. Проверив пульс смог выдохнуть спокойнее. Окружённые толпой разъярённых парней, убеждённых в том, что всему виной только Костя, не решались затеивать драку и со мной. Я поднялся на ноги, готовясь отбиваться, пытался достучаться до Кости, повторяя его имя раз за разом, каждые пару секунд. Ну же! Вставай! Я не переставал оглядываться и кричать имя своего друга, пока Ваги́ медленно приближался к нам. Он становился всё ближе, а Костя начал приходить в себя с диким кашлем, затем завопил и попытался дотронуться до своего лица. Мне пришлось останавливать его всякий раз, когда он поворачивался на спину или пытался меня ударить. А затем заметил, что мы окружены. Наконец Ваги́ приблизился достаточно, для диалога.

— Эти парни озлоблены. — Ваги́ с суровым видом уставился на меня, совершенно не обращая внимания на остальные детали. — Видишь, как можно легко подорвать доверие своих подчинённых. — Я начал приглядываться в лица, не узнавая в них своих, из ангара. — Они ждали своей доли с продажи этого контейнера, ведь так старались и помогали тебе его раздобыть.

Костя медленно начал подниматься с пола и, поняв, что за ним никто не последует, начал свой отход к лесу. Он исчез из-за моей спины довольно резко и, по мере приближения к лесу, упал пару раз. Я на скоро начал просчитывать план действий, вся эта толпа забьёт нас до смерти, если ничего не предпринять.

— Спроси Сусла! Спроси, почему мне пришлось отдать эти винтовки. — Я вытер кровь с лица рукавом кофты и отдышался, когда понял, что Костя наконец скрылся из виду. Находу, вспоминая Устав, действовал вслепую. — Ты… ты должен нам пару дней до выяснения обстоятельств, из-за появления нового возможного виновника. Суд будет против если ты…

— Я знаю эти правила. — Ваги́ вытянул ладонь в знак приказа замолчать. — Я сам создавал эти законы и этот суд. А посему… поступлю, как должно.

Ваги́ оглянулся и кивнул Ло́вису в безмолвную отдачу приказа. И только теперь я увидел в нём настоящее разочарование. Только тогда, когда речь зашла о его напарнике, а значит и о его репутации. Рад ли он теперь, что выбрал себе в напарники такого никчемного идиота? Он обречённо развернулся.

— Руслан, мне нужна папка. — Ваги́ сказал это очень спокойно, даже сочувствующе, без напора в интонации и какого-либо приказа.

— Забирай. В машине... в бардачке... — Мне сложно сосредоточиться. — синяя папка.

— Врач приедет через час. — Ло́вис навис надо мной и сунул мне в руку рацию. — Такие ночи предусмотрительны.

— На трое суток этот дом открыт для вас. — Ваги́ развернулся и расправив плечи тихо зашагал вглубь дома. Ло́вис остался стоять на крыльце, провожая меня взглядом.

Оглянувшись вокруг и не увидев Вики с Зубром, я кивнул ему и направился в сторону леса, чтобы успеть притащить Костю к приезду врача. Эта ночь сильно подкосила меня, не говоря уже о моем друге. Я надеюсь, найти его живым. Не успел подойти к опушке, как рация зашипела. На другом конце раздался голос Ло́виса, указывая мне путь. Я развернулся к дому, на крыльце его уже не было видно. Тогда поднял глаза на ближайшую камеру и помахал рукой. Голос на том конце рации довольно быстро привёл меня к безжизненному телу. Тащить его пришлось одному.

После того как я из последних сил дотащил Костю до дома, нашёл лёд в холодильнике и сунул ему к носу, рухнул на диван рядом. Оглядывая нас обоих, заметил, как сильно потрепалась и загрязнилась наша одежда. Парни мельтешили на кухне пока мы отдыхали на диване. Постукивая наконечником трости, Ваги́ приблизился к нам.

— Ты слышал, Руслан? — Он улыбнулся. — Вика ждёт тебя. Никто не причинит вам вреда, пока что... — Последнюю фразу он кинул так небрежно, будто у него оставалось слишком много вопросов, для того чтобы вот так все закончить.

Мы с Костей переглянулись, и я снова вогрузил его к себе на плечо, направляясь к лестнице. Мы открывали дверь за дверью, но в тех комнатах было пусто. Поднялись на второй этаж, и я увидел распахнутую дверь с сигнализацией.

— Вика? — Я медленно двинулся. Ответа не последовало. Сердце бешено застучало, я медленно вдыхал воздух, пытаясь унять дрожь. Заглянул в комнату со светом через щели. Из ванной вышла Валя.

— Извини, мы… искали другую комнату.

— Она там. — Валя указала вправо. — За стенкой.

Постучал в соседнюю дверь. Никто не ответил, и пришлось повернуть ручку, дверь оказалась открыта. Заглянул внутрь краем глаза и силуэтно понял, что Вика лежит на кровати с приглушённым светом прикроватного светильника. Затем, поймав себя на мысли о том, что действую глупо, отворил её.

Вика лежала под одеялом и напряжённо смотрела в окно, затем повернулась в мою сторону, и я не мог прочитать её эмоций, наверно, они смешались. Она приподнялась и будто пыталась вглядеться в наши лица сквозь темноту.

— Костя? — Её голос срывался на высоких тонах и погружал меня в глубокую ностальгию. Моё имя её голосом пробило током.

— Да. — Я нервно сглотнул густой ком, осматривая её лицо.

— Ему надо лечь. — Вика оглядела Костю и ужаснулась, он выглядит намного хуже, чем мы могли себе представить

Стянув с него кожанку, уложил в постель. Костя, Руслан... да чёрт с ним с именем. Он расслабился, как только понял, что находится в наших руках. Вика пригладила его предплечья, пострадавшие от многочисленных точечных ран в районе вен и опустила голову на его неестественно холодное тело. Он дышал размеренно и спокойно, от чего стало легче на душе.

Я начал присматриваться к Вике, её густые волнистые янтарные волосы спускались толстыми прядями до поясницы, а бледная тонкая кожа просвечивала вены. Она похожа на лису и её мимика, поведение, внешность кричат об этом. Я готов был упасть на колени, но больше никогда не упускать её из виду. Здесь, без всей этой суеты, без угрозы для жизни её присутствие ощущается совсем иначе.

Спустя столько лет мы забыли, что так жадно прикасались друг к другу, не зная границ. Теперь нашу близость разделяет время, и мы оба изменились. Друг перед другом мы оболочка из прошлого, внутри же, разные люди, поддавшиеся влиянию времени и взрослению.

Чувствуется пропасть, как магнитное поле изменило направление от притяжения к отдалению, такая осязаемая невидимыми силами природного явления. Вика ждала ответа, надеясь на худшее. Я приблизился к ней, она вздрогнула и максимально вжалась в спинку кровати. Она пустила слезы отчаяния, прочитав ответ в моих эмоциях.

— Они тебя обижали?

— Обижали? — Она выдохнула это слово, забирая весь его смысл и силу. — Они похитили меня!

Протянул руку к её волосам. Вика вздрогнула, но позволила отодвинуть пряди. Увидел шрам на шее, очень длинный и глубокий. Она без стеснения повернула голову, чтобы я мог лучше рассмотреть результат своих эмоций.

Осторожно провёл пальцем вдоль зажившей раны. Затем она обернулась и так близко заглянула в глаза, что я растерялся её изучающего взгляда голубых, как капля воды, глаз.

— Я рад, что ты жива. Мы ожидали худшего. — Я погрустнел и попытался выкинуть все мысли из головы о ней, хоть это плохо и получалось. — Присмотри за ним пока.

Такими их и оставил.

Меня ждал Ваги́ внизу. Кухня расположилась напротив входа в дом, включая в себя просторную гостиную. Парней в форме уже нет, и остались только шестеро приближённых Ваги́. Ло́вис гордо стоит за правым плечом нашего хозяина и издалека изучает собранную мной папку Зорина Василия Андреевича. Заглянув в окно, понял, тела, что лежало поближе к лесу, уже нет и я так и не успел заглянуть в его мертвое лицо. Возможно. оно и к лучшему - меньше фантазии подключится к бессоннице.

— Я заметил, ты очень много времени проводишь с Ольгой.

— Это уже не важно.

— Несомненно. — Ваги́ сидел сосредоточенным в очках. — Хотя, мне были бы на руку твои отношения с ней. Что скажешь?

— Нет.

— Не хочешь больше заниматься этим делом или не хочешь травмировать столь хрупкое создание? — Я промолчал. — Влюбился в неё? Ты скажи, я пойму.

— Поручи Андреича другому.

— Другого она не полюбит, а нам с её отцом предстоит долгое сотрудничество.

— Хочешь на свадьбу прийти? — Ваги́ оторвался от чтения и, наконец, посмотрел на меня, сняв очки.

— Я был бы не против. Да и ребята тоже. — Ваги́ раскинул руки, обвивая всех взглядом, на что получил только одобрительные возгласы. — Никогда не сомневался, что ты плохо выполнишь работу, но если для тебя это только работа, то я не вправе заставлять жениться.

— Это не работа, но не женюсь.

— Пойдём, поговорим с глазу на глаз.

Мы вышли из дома в кромешную тьму под пристальным взором полной луны. Ваги́ снова сел на ступеньку и подкурил сигарету.

— Он тебе мешает.

— Нет. — Я стиснул зубы.

— Таких как он – убивают, даже без чёрного конверта. Шлёпают как мух.

— Так отпусти его.

— От сюда только одна дорога и ты знаешь какая.

— Зачем ты вообще придумал этот чёртов конверт? Зачем надо было это всё?

— Не всё так просто. — Ваги́ шумно выдохнул. — Вы обокрали меня. Я мог просто вас всех троих положить, но сижу и разбираюсь «кто?», «куда?». Костя твой, имбецил, каких свет не видывал. Сýсел вообще мозги потерял с временной властью. А ты носишься с ними, как с детьми малыми.

Последовала пауза в 10 секунд.

— Пойми ты, я хочу тебя приемником сделать, стараюсь изо всех сил, ты мне как сын. Но этот Костя... за три года столько дел навертеть по глупости уметь надо! — Ваги́ перешёл на крик. — ОН. ТЕБЕ. МЕШАЕТ.

Каждое слово он отчеканил указательным пальцем в моё плечо.

— Из-за него я всё больше разочаровываюсь в тебе. И моё желание поставить тебя на своё место всё дальше и дальше. Сердце у меня за тебя болит. — Прищурившись постучал кулаком в грудь. — А этот Ло́вис... нет у него души что ли... хладнокровный очень.

— Вика, зачем тут? — Я с грустью принял его слова и решил не продолжать выслушивать.

С громким выдохом Ваги уставился на меня в молчании. Его лицо не выражало ничего и означало лишь то, что вряд ли он мне расскажет о своих планах на её жизнь. Я с грустью направился ко входу в дом, но он остановил меня и сказала, что очень рад меня видеть спустя столько времени.