Сценарии

Предисловие

Уважаемые читатели!

Друзья!

Я иногда еще пишу и сценарии; и люблю это не меньше, чем прозу.

Сценарий – самая специфическая и, пожалуй, самая сухая форма литературы. По сути, это – документ, план для съемок фильма.

У сценария есть некоторые отличительные особенности. Например, сценарий всегда пишут в настоящем времени. Еще – не делают переносов. Никогда. Еще – пишут загадочные сокращения, «НАТ.» и «ИНТ.». Но это как раз – проще всего. Эти сокращения означают «НАТУРА» и «ИНТЕРЬЕР». А еще – страница сценария приблизительно (не всегда, конечно; где-то – больше, где-то – меньше, но в целом) соответствует странице экранного времени. Звуковые эффекты обычно выделяются ПРОПИСНЫМИ буквами. Также прописными пишутся имена персонажей, впервые появившихся в сценарии. Вот, пожалуй, и все, что нужно знать.

Теперь – о самих сценариях. «ВОИН ХРИСТОВ», как, наверное, видно из названия, – исторический фильм, я бы его назвал «православный фэнтезийный боевик». В нем рассказывается о втором пришествии (документально не подтвержденном) на русскую землю и о том, как был заложен Новый Иерусалим; являющийся копией Иерусалима на Святой Земле.

«КЛЮЧ» – молодежный триллер, ужастик. «ОРГИЯ» – комедия.

Приятного чтения!

Дмитрий Сафонов

Воин Христов

Оригинальный сценарий

нат. дремучий лес утро

БЕРЕГ РЕЧКИ

Последние минуты перед рассветом. Над неширокой речушкой вьется белесая дымка тумана. Из-за холма показываются пламенеющие лучи солнца.

На холме, заслоняя собой солнце, появляется ДМИТРИЙ, лет тридцати. Полы монашеской, изрядно траченной рясы заткнуты за пояс. Через плечо – сума. В руке – тяжелый посох.

Дмитрий оглядывается и бегом спускается с холма. Бежит берегом речки, мускулистые ноги едва касаются земли. Останавливается. Приседает, рассматривает влажную землю.

На земле – огромный отпечаток когтистой лапы. Чуть поодаль – капли застывшей крови. Дмитрий оглядывает отпечаток, трогает кровь, озирается и прислушивается.

Затем – сноровисто встает и легко, играючи, бежит вверх по тропинке, в лес.

ЛЕС

Дмитрий быстро бежит по лесу, он все время настороже. Внезапно… Слышится жужжание. Дмитрий останавливается.

В неглубокой яме, присыпанная землей и валежником, лежит мертвая телка. Над тушей вьются изумрудные мухи.

ПОЛЯНКА

Дмитрий отходит от медвежьего «схрона», выходит на небольшую полянку, садится на поваленное дерево. Достает из сумы краюшку хлеба, не спеша ест.

Сзади – шорох! Дмитрий, не оборачиваясь, улыбается. Тихий треск сухих веток! Дмитрий жует хлеб. В зарослях кустарника появляется лобастая медвежья голова.

ДМИТРИЙ

Ты зачем, лихоимец, телку украл?

Медвежьи глазки горят ненавистью. Медведь, прежде чем броситься, изучает незваного гостя.

ДМИТРИЙ

(продолжая)

Она бы выросла… Приплод дала… Молоком бы доилась – чистым и духовитым…

Раздается грозный медвежий рык. Зверь, ломая ветки, выходит на полянку.

ДМИТРИЙ

(продолжая)

Нешто зверья тебе в лесу мало? Али охотиться разленился?

Дмитрий поворачивает голову, смотрит на зверя. Медведь оскаливает чудовищные клыки, прижимает уши к загривку.

ДМИТРИЙ

(продолжая)

Ну так поучу я тебя… Уму-разуму!

Дмитрий прячет остатки хлеба в суму, встает во весь рост. Посох лежит, прислоненный к поваленному дереву.

Медведь бросается на монаха – тридцать пудов живой ярости! По сравнению с ним Дмитрий выглядит хрупким и изящным. Два огромных скачка…

Дмитрий едва уловимым движением поддевает ногой посох, сжимает его в руках. Бежит вперед, на медведя, прыгает, толкается ногой от его головы и… Перелетает.

Длинные когти прочерчивают в земле глубокие борозды. Зверь крутит башкой, недоумевая, куда мог деться человек?! Дмитрий неспешно выходит из-за спины медведя.

Зверь разворачивается. Торец посоха бьет в самое нежное медвежье место – нос. Медведь с размаху оседает…

ДМИТРИЙ

(продолжая)

Хищник ты. Господь судил тебе убоиной питаться. Но зачем же братию обижать?

Медведь снова идет в атаку. Все повторяется. Дмитрий, опережая медведя, успевает отпрыгнуть и нанести удар торцом посоха в нос.

Зверь теряет ориентацию, крутится на месте, огрызаясь, а между тем – посох находит все новые и новые уязвимые места. Бьет… Подвластен медведь человеку!

И наконец… Сдается зверь! Скулит – по-щенячьи.

Неумолимый посох упирается в медвежий лоб; зверь распластывается по земле, раскинув лапы в стороны. Зажмуривается от страха, ждет нового тычка.

ДМИТРИЙ

(продолжая)

Не балуй боле… Разбойник!

Дмитрий убирает посох, снова садится на дерево. Зверь лежит, боясь пошевелиться. Дмитрий громко хлопает. Медведь срывается с места и стремглав убегает, ломая кусты.

Дмитрий неторопливо доедает хлеб. Собирает крошки… И – бегом пускается в обратный путь.

нат. монастырь двор утро

Два МОНАХА, лет сорока, отваливают запорный брус. Распахивают ворота; во двор верхом въезжает князь ХОВАНСКИЙ, стройный красавец лет тридцати.

За ним – отряд СТРЕЛЬЦОВ, числом до двадцати, кто пеший, кто – конный, с пищалями, пиками и саблями. Затем – богато изукрашенный возок, запряженный парой красивых коней.

Настоятель монастыря НИКИТА, лет пятидесяти, подходит к возку. Монах открывает дверцу. Из возка выходит НИКОН, сорока семи лет.

Стать – царская, одежда – щегольская, взор – огнем горящий, повадки – властные. Никон и Никита кланяются друг другу.

НИКИТА

Рад видеть тебя, брат Никон…

никон

Здравствуй, брат Никита! Притомился я в дороге. Церковь наша – без пастыря вдовствует. Государь повелел Священный Собор созвать. Тороплюсь я… В Москву!

НИКИТА

Известно ли, кто будет новым патриархом?

никон

О том одному Господу ведомо.

Никон осеняет себя крестным знамением.

На дворе появляется Дмитрий; после долгого бега, но не запыхавшийся. Дмитрий во все глаза смотрит на Никона, пораженный его великолепием. Застывает… Шаг вперед…

Хованский видит простодушную реакцию монаха, усмехается. Забавляясь, теснит Дмитрия огромным конем. Дмитрий уворачивается. Хованский продолжает забаву.

Дмитрий бьет ладонью по крупу. Жеребец приседает, встает на дыбы. Хованский – в ярости. Кладет руку на эфес сабли. Дмитрий бесстрашно глядит ему в глаза.

Никита видит зарождающуюся стычку.

НИКИТА

(Дмитрию)

Ступай к себе!

Дмитрий смиренно кланяется, уходит в братский корпус, бросив восхищенный взгляд на Никона.

никон

(Никите)

Кто сей?

НИКИТА

Инок мой, брат Димитрий. С малолетства здесь обретается.

никон

Постой! Не тот ли это малец, что на колокольню взбирался? Да на самой маковке – руки распростер? Как для распятия?!

НИКИТА

А я его – за уши драл… С тех пор уж двадцать лет кануло…

НИКОН

Отважен, пес!

Никита жестом приглашает Никона следовать за собой. Стрельцы запирают ворота, дозором рассредотачиваются по монастырю. Озлобленный Хованский спешивается.

инт. монастырь братский корпус келья дмитрия утро

Крошечная каморка, «каменный мешок». Узкая лежанка, маленькое зарешеченное оконце. Дмитрий бросается к «красному углу», молится перед образом Дмитрия Солунского.

Бросает взгляд в оконце – по двору, к настоятельским покоям, идут Никита и Никон.

Дмитрию не усидеть в келье – он осторожно выглядывает в…

КОРИДОР

…коридор, видит прохаживающегося стрельца. Дмитрий, прижавшись к стене, крадется прочь от стрельца, к окну, и…

нат. монастырь братский корпус утро

…вылезает на узкий карниз. Двигаясь плавно и бесшумно, как кошка, огибает братский корпус по карнизу и спрыгивает на безлюдный задний двор. Стремительная перебежка, и…

нат. монастырь настоятельские покои утро

Миновав еще одного стрельца, Дмитрий, цепляясь за выступающие из стенки кирпичи, забирается на высоту и, притаившись, сидит под окном настоятельских покоев.

инт. монастырь настоятельские покои утро

На столе – скромная снедь. Ни Никон, ни Никита к еде не притрагиваются. Никон расхаживает по палатам, Никита сидит на скамье, исподлобья смотрит на Никона.

Никон

Достойного мужа ждет Церковь наша. И суждено ему бремя великое. Крамолу в богослужебных книгах под корень известь!

НИКИТА

Служим мы по русскому обычаю, и беды я в том не вижу.

никон

Потому церковь наша православной зовется, что славим мы Господа правильно, как святые греческие отцы учили!

НИКИТА

Греческим заветам пусть чернецы афонские следуют. Что старо – то свято!

никон

Святость Слова Божия – в единстве!

НИКИТА

Промысел Господень многообразием мира восхваляется.

Никон подходит к окну, смотрит на двор. Дмитрий под окном вжимается в стену.

никон

Выжгу ересь железом каленым! Живота за Веру не пощажу!

Никон поворачивается к Никите.

никон

(продолжая)

Со мной ты? Или – нет?

НИКИТА

Брат Никон… Торопливы речи твои. Ты ведь еще не патриарх… А токмо митрополит Новгородский…

Никон осекается. Большие крестьянские пальцы, давно не ведавшие тяжелого труда, терзают четки.

никон

И то верно… Проводи меня, брат Никита. Засветло хочу в Ярославле быть.

Никон окидывает взглядом стол.

никон

(продолжая)

Жаль, что трапезу сию… мы не вместе вкушаем.

Никон выходит из покоев.

Дмитрий за окном кубарем скатывается вниз.

нат. монастырь двор утро

Кортеж Никона собирается в дорогу. Стрельцы – и впереди, и позади возка. Боевой конь под Хованским нетерпеливо перебирает ногами.

Монахи окружают возок. Никон и Никита молча и степенно прощаются, благословляют друг друга. Никон садится в возок. С руки Никона слетают четки, падают в траву.

Из-за угла братского корпуса выглядывает Дмитрий. Он – в полном смятении. Ему хочется с Никоном!

Хованский делает знак. Монахи отворяют ворота. Кортеж степенно выезжает из монастыря.

Никита стоит и молча смотрит вслед кортежу. Мысли у него – невеселые. Подходит Дмитрий.

ДМИТРИЙ

Отче!

Никита смотрит на Дмитрия.

ДМИТРИЙ

(продолжая)

Дозволь с Никоном пойти!

НИКИТА

Чего еще выдумал…

ДМИТРИЙ

Доколе же мне сиднем в келье сидеть?! Хочу за истинную Веру биться!

Никита обжигает Дмитрия гневным взглядом.

НИКИТА

Истинную?

Сухой костлявый палец Никиты указывает на дымящиеся кучки лошадиного помета.

НИКИТА

(продолжая)

Поди-ка, вон, яблоки конские подбери! Служение Господу смирения требует!

Никита уходит.

Дмитрий со вздохом берет метлу, принимается за работу и… Видит в траве четки, оброненные Никоном. Дмитрий поднимает четки, сжимает в руке…

нат. лесная дорога день

ЧАЩА

Кортеж Никона движется по узкой извилистой дороге. Впереди – Хованский на коне. За ним – два конных стрельца. Потом – возок, а за возком – цепочка пеших стрельцов.

В возке, обитом мехами и бархатом, в полном одиночестве сидит Никон. Неподвижное лицо озаряется сполохами бушующих в душе страстей.

Вдоль дороги – густые заросли кустарника. В кустах – едва уловимое движение.

Хованский настораживается. Останавливается, поднимает руку… Все замирают. Хованский пристально вглядывается в лес, но… Лес недвижен и нем. Тишина.

Отряд движется дальше.

НАЧАЛО ЛЕСНОЙ ДОРОГИ

По дороге со всех ног бежит Дмитрий. В руке – тяжелый отполированный мозолистыми ладонями посох.

Дмитрий останавливается, изучает следы, оставленные кортежем Никона. Что-то привлекает внимание инока. Дмитрий настораживается, отходит в придорожные заросли и…

Видит сломанную ветку, просыпанный порох, наконечник стрелы…

Дмитрий возвращается на дорогу и бежит… Бежит! Что есть духу!

ЧАЩА

Дорога суживается, и кортеж вынужден растянуться и сбавить и без того невеликую скорость. СТРЕЛЕЦ, идущий последним, лет тридцати, останавливается, топает в землю.

Его ТОВАРИЩ, лет тридцати, оборачивается, но стрелец машет рукой – мол, догоню. Нагибается, чтобы стянуть сапог, и…

Из кустов вылетает короткая арбалетная стрела. Стрелец падает замертво.

Появляются палки с длинными крючьями. Невидимые руки проворно утаскивают тело стрельца в придорожные кусты – будто и не было его!

Товарищ оглядывается и не видит стрельца. Товарищ хочет было поднять тревогу, но… Еще одна неслышная стрела сражает его наповал. Все повторяется.

Голову отряда не видно: дорога в этом месте делает изгиб. Хованский смотрит вперед и замечает засеку: путь преграждают поваленные деревья.

Хованский обнажает саблю, разворачивает коня.

хованский

К бою!

Стрельцы скидывают с плеч пищали, но… Град стрел из кустов осыпает отряд. Убитые стрельцы падают. Кто-то успевает выстрелить – наугад, в сумрак леса, – и достать сабли…

Отовсюду на дорогу сыпятся лихие разбойнички. Предводитель – ЕРОФЕЙ, лет сорока. Рыжий чуб из-под собольей шапки, в ухе – золотая серьга, в руке – тяжелый кистень.

Завязывается бой. Стрельцы обступают кольцом возок, обороняются, но… Разбойников – больше.

ВОЗОК

Никон приоткрывает дверь. Арбалетная стрела пробивает дерево. Никон захлопывает дверь. Он – не боится и не молится. Он – в ярости лютой!

ЛЕСНАЯ ДОРОГА

Дмитрий бежит по дороге, слышит невдалеке залп стрелецких пищалей, крики, лошадиный топот, посвист ухарский…

Дмитрий останавливается, хватает рясу за край, набирает с дороги камней; как баба – огурцы в подол. Зажав посох под мышкой, стремглав мчится дальше, туда, где бой.

ЧАЩА

Разбойнички опрокидывают лошадей. Хованский валится навзничь. Быстро перекатывается, встает на ноги… Рубится отчаянно; молнией блестит клинок, но… Вынужден отступить…

Ерофей рассыпает удары направо и налево. Стрельцы падают с проломленными грудями и черепами… Ерофей пробирается к Хованскому. Цепь кистеня опутывает саблю, и…

Рвется сабля из рук Хованского! Остается князь безоружен. Ерофей заносит кистень над его головой… Хованский готовится принять смерть лютую, но…

Ерофей покачивается и, ошеломленный, падает на колени. На разбойничков обрушивается град камней; и каждый достигает цели. Ряды нападающих редеют.

Дмитрий на бегу кидает камни – один за другим. Затем – хватает посох. Бьется ожесточенно, но не до смерти. Разбойнички – кто бегом, кто ползком, – тянутся в лес.

Стрельцы, получив неожиданную помощь, ликуют. Преследуют разбойников, убивают нещадно.

Дмитрий подходит к возку, открывает дверь. Из возка выходит Никон, окидывает взором картину сражения. Дмитрий протягивает Никону четки. Никон берет четки.

никон

Пойдешь ли ко мне? Псом цепным? Жизнь хозяйскую охранять?

Дмитрий становится перед Никоном на колено, складывает ладони. Никон благословляет Дмитрия, инок целует руку Никона. Клятва на верность принята.

Двое стрельцов берут Ерофея «под микитки», поднимают, приводят в чувство, растягивают руки. Хованский подбирает с земли саблю, подходит к Ерофею.

Дмитрий смотрит на Ерофея… На Никона… Бросается к Ерофею.

ДМИТРИЙ

(Ерофею)

Покайся, душа христианская!

Ерофей усмехается.

ерофей

(Дмитрию)

Пустое… Грехов моих за один миг не отмолишь!

Стрельцы ставят Ерофея на колени.

Никон

Пусть сдохнет… Без покаяния!

Хованский заносит саблю. Дмитрий опускается на колени напротив Ерофея. Быстро и горячо молится, что-то шепчет… Блестит сабля… На лицо Дмитрия брызжет горячая кровь…

нат. ярославль городские ворота вечер

Поредевший кортеж Никона въезжает в город. Впереди – Хованский, за ним – стрелец с пикой, на пике – голова Ерофея. Стрелец тупым концом втыкает пику в землю.

Голова Ерофея красуется – на всеобщее обозрение и устрашение. Глаза затянуты смертной пленкой, серьга из уха выдрана.

инт. ярославль покои вечер

Богатые покои, в которых останавливаются высокие гости – Государь и самые знатные бояре. В покоях – только Никон и Дмитрий. Дверь заперта. Дмитрий – на страже.

Чадит, потрескивая, лучина. Стол ломится от яств, но Никон к еде не притрагивается. Дмитрий – тоже терпеливо ждет. Никон перебирает четки, разглядывает бусины…

никон

(рассуждая)

Знак Божий! Не зря Он тебя послал… Уберег меня от погибели… Отмечен я Его десницей! Суждено мне многое свершить, и дела эти будут – великие!

Никон поднимает глаза на Дмитрия.

никон

(продолжая)

Веришь ли ты в предназначение Господне?

ДМИТРИЙ

Пустых созданий у Бога не бывает… У всякой твари есть свое предназначение…

никон

Но не всякая тварь о нем ведает. А ты теперь – ведаешь…

Дмитрий смиренно кланяется.

Дмитрий

Иной награды мне и не надобно…

Никон с усмешкой берет со стола яблоко, кидает Дмитрию. Дмитрий ловит яблоко на лету.

никон

Много будет глаз завистливых… И сердец, ненавистью кипящих, – еще больше… Все вынесу! За Веру единую, православную!

ДМИТРИЙ

Отче! Куда ты, туда и я!

Никон усмехается.

никон

Спи! Пес… Да не предавай! Посередь пути уготовленного.

Дмитрий ложится прямо у двери. Кладет голову на руку. В руке – яблоко. Дмитрий засыпает… Яблоко катится из рук… Сквозь сон – хватает Дмитрий яблоко! К груди прижимает!

Никон отходит к окну, наблюдает, как солнце садится за горизонт – в огненно-кровавые тучи.

нат. ярославль городские ворота вечер

Пика стоит, воткнутая в землю, но – уже пустая. Голова Ерофея валяется подле; черные вороны выклевывают глаза.

инт. москва кремль золотая палата утро

На троне восседает ЦАРЬ, Алексей Михайлович, двадцати трех лет. Вокруг – бояре да святители церковные. КОРНИЛИЙ, лет пятидесяти, митрополит Казанский, подходит к царю.

корнилий

Государь! Исполнили мы волю твою. Из двенадцати мужей избрали одного, благоговейного и преподобного, достойнейшего быть Патриархом.

царь

Кто же он? Имя его назови!

корнилий

Никон, Государь.

Царь едва сдерживает радостную улыбку. Оглядывает собравшихся.

царь

Почему не вижу я его между вами?

Бояре и святители переглядываются.

корнилий

Посылали за ним трижды… Челом били! А только… Не идет он с Новгородского подворья.

царь

Так силой приведите! Хочу видеть подле себя – друга своего любимого…

инт. москва новгородское подворье палаты никона утро

В палате – Никон и Дмитрий. Никон – в подряснике, с непокрытой головой. На подставке – парадное облачение митрополита, камилавка, клобук.

Никон нетерпеливо мерит шагами палату. Дмитрий выглядывает в окно.

ДМИТРИЙ

Отче! Снова идут!

Никон останавливается.

никон

Числом их сколько?

нат. москва новгородское подворье утро

Перед открытыми воротами подворья останавливается многолюдная процессия. Стоят молча, в смирении. «Ломают шапки», опускают непокрытые головы.

Здесь все бояре и святители, что были в Золотой палате. Множество стрельцов, толпы простого народа.

инт. москваа новгородское подворье палаты никона утро

Дмитрий смотрит в окно на собравшихся людей.

ДМИТРИЙ

Невидимо!

Усмешка трогает губы Никона.

никон

Пора!

Никон раскидывает руки. Дмитрий помогает Никону облачиться.

инт. москва кремль золотая палата утро

Бояре и святители буквально под руки вводят Никона в палату. Дмитрий держится чуть позади. Находит нишу в стене, прячется незаметно.

Никон идет, смиренно опустив голову. Царь встает навстречу Никону с трона, подходит, берет руки Никона в свои.

царь

Друг наш! Зачем терзаешь сердце любящее? Почему не приходишь, когда нужда в тебе великая?

никон

Государь! Инок я. Смиренный да неразумный… Не по мне такие почести!

царь

Истину рекут уста твои… Достоин ты большего! Да воссияет венец патриарший над главой твоей!

никон

Государь! Оборони меня от милости такой! Не могу я пасти овец стада Христова!

царь

Кто же, если не ты? Друг наш любимый! На коленях молить тебя буду!

Царь опускается перед Никоном на колени. Все присутствующие – волей-неволей – вынуждены последовать его примеру. Кроме Дмитрия.

Дмитрий, спрятавшись в нише, зорко наблюдает за происходящим. Караулит… Сторожит… Жизнь хозяина хранит!

Никон с отеческой улыбкой смотрит на царя. По щекам Никона текут слезы.

никон

(царю)

Сердце царево в руце Божией! Знать, так Господь мне судил!

Никон обводит взглядом собравшихся; лицо его суровеет.

никон

(продолжая)

Благочестивейший Государь! Честные бояре и все христоименитые люди! Если вам угодно, чтобы я был у вас патриархом, дайте мне ваше слово пред Господом и Спасителем нашим, что обещаете слушаться меня! Как вашего главного архипастыря и отца…

Внимают Никону. Кто – с радостью. А кто – смотрит испытующе!

Никон

(продолжая)

И тогда, по вашему прошению, не стану я более отрекаться от великого архиерейства!

царь

Вот тебе наше слово!

Царь простирается ниц пред Никоном. Все – бояре, духовенство, избранники из народа, – ложатся на пол, лицом вниз.

Никон обводит глазами Золотую палату. Все – пред ним. Дмитрий – единственный, кто остался стоять. Но… Тяжел взор Никона! Дмитрий падает ниц, простерев руки.

ЗТМ

Проходит некоторое время. Довольно длительное – год, не меньше.

ИЗ ЗТМ

нат. улицы москвы утро

По улице в Кремль идет Никон. Рядом – ДЬЯК, лет двадцати пяти, несет тяжелый кошель с монетами. Дмитрий – сбоку и чуть позади Никона.

Дмитрий переменился. Волосы расчесаны, борода подстрижена. Новая ряса из дорогой материи, золотой канителью расшита, червленой нитью да серебром оторочена.

На поясе у Дмитрия – богатые ножны. В них – короткий и широкий меч.

Никон идет сквозь толпу народа; берет из кошеля полушки, раздает сирым и убогим. Отовсюду слышатся славословия в адрес Никона. Внезапно…

Раздается пронзительный крик, звон цепей. Люди расходятся, и в некотором отдалении – шагах на десяти – из сточной канавы вылезает ЮРОДИВЫЙ, лет семидесяти.

На изможденном теле – вериги тяжелые, власы – седые, редкие, лицо и руки язвами покрыты. Люди замолкают.

юродивый

Никон! Никон! И мне – копеечку! Вели пожаловать!

Никон останавливается. Берет из кошеля монету. Люди – из рук в руки – передают монету юродивому. Юродивый принимает монету, и… Отбрасывает.

юродивый

(продолжая, кричит)

Ай! Ай! Горячо! Жгут сребреники твои, Никон! Кровь на них – христианская!

Юродивый начинает биться в падучей. Никон – в некотором замешательстве. Дьяк стыдливо опускает глаза. Народ – в ужасе – безмолвствует.

Лишь Дмитрий не теряет присутствия духа. Дмитрий делает шаг вперед, зачерпывает пригоршню монет и… Подбрасывает высоко вверх – так, чтобы упали на юродивого.

Толпа бросается подбирать монеты. Юродивый скрывается под грудой тел. Отовсюду слышатся голоса.

толпа

(нестройным хором)

Благослови тебя Господь, святитель!

Дмитрий встает перед Никоном, идет вперед, прокладывая в толпе коридор, отталкивает всех, кто мешает на пути.

инт. москва дом князя хованского утро

В палатах – Хованский и Никита. Хованский – по палатам разгуливает, слушает Никиту.

НИКИТА

К самому Государю пойду! Паду ему в ноги! «Защити, Государь, обитель святую! Обложил Никон данью непомерною! Иноки все дни напролет в трудах проводят! Молиться им некогда!».