Американский дневник. 1937–1938 годы

7 октября. Нью-Йорк

Сегодня, побродив после работы по городу, спустился в подземку, чтобы добраться домой, но попал, как оказалось после, не в тот тоннель, и поезд меня умчал в Бруклин (раньше был самостоятельный город, теперь часть Нью-Йорка). «Очухавшись», пересел на обратно идущий поезд, он назад пошел по совершенно новому направлению, доехав до тупика и не вылезая наружу, я опять пересел на другой поезд, интуитивно будучи уверен в правоте своего решения, но и опять заехал в совершенно противоположную часть города. Так ездил около 2-х часов, все за один пятачок (здесь, когда спускаешься в тоннель, то опускаешь в автомат 5 центов, и он тебя пропускает). Причем из подземки я каким-то путем выехал наружу и в конце концов уже путешествовал по воздушной сети. Наконец, это надоело, и высадившись на 2й авеню и 2й стрит, я пошел пешком и через час наконец добрался домой, таким образом я прошел поперек весь Мангетанский6 остров (центральная часть Нью-Йорка). Во всем этом я разобрался только сейчас по карте, которую купил, когда возвращался домой.

Теперь я блуждать больше не буду.

10 октября. Нью-Йорк

Вчера был на организованной экскурсии в музее истории Нью-Йорка. Замечательный музей.

Оказывается, тот остров (Мангетманский), на котором стоит Нью-Йорк, был когда-то куплен голландцами у индейцев всего за 24 доллара!

Сегодня воскресенье. Вечером побывал во «Френч-Паласе» (Французский театр.) Их здесь много. О! Это заведение достойно внимания. Я слыхал о его содержании и решил посмотреть «для коллекции». Но то, что я увидел, превзошло все мои ожидания. Это театр, в котором участвуют в большинстве женщины. На сцене даются исключительно, мягко выражаясь, балетные номера. Но что это за балет! В начале исполнения женщины, как правило, выходят в нормальных костюмах, но в процессе выполнения потихоньку освобождаются от костюма поочередно, начиная от верхнего платья до панталонов, и в конце номера под дикий восторженный свист зрителей остаются в чем мать родила. Причем содержание номеров самое препохабнейшее. Ушел я оттуда с отвращением, но доволен. Доволен тем, что теперь всем могу сказать – видал собственными глазами.

14 октября. Нью-Йорк

Сегодня, выкурив последнюю пачку советских папирос «Северная Пальмира», окончательно бросил курить, решившись на этот раз не поддаваться соблазну хотя бы до момента окончания командировки.

20 октября. Нью-Йорк

Сегодня был на экскурсии в Колумбийском университете, осматривал его огромнейшие аудитории, лаборатории, бытовые помещения студентов, все это расположено в его 60 корпусах, существует он 200 лет.

Трудно изложить свои впечатления о нем – вообще мы знаем, что это мировое учебное заведение, и в свете его огромного авторитета то, что можно на первых порах наблюдать глазами, выглядит довольно жалко – особенно оборудование лабораторий, самое допотопное, но это конечно далеко не определяет внутреннего содержания университета.

Здесь слушатели получают самое универсальное образование, начиная от изучения варки щей и кончая высотами технических наук.

Между прочим был один любопытный случай – осматривая жилища студентов, мы зашли в одну квартиру, состоящую из 3-х комнат и занимаемую, наверное, довольно состоятельным студентом. Обратила на себя внимание всех висевшая на стенке у письменного стола карта пятилетнего плана СССР, а на письменном столе среди груды учебников лежали также труды Маркса, Ленина, кроме этого валялось несколько вырезок из «Комсомольской правды», главным образом касавшихся конституции и предстоявших выборов.

Этот «ребус» так и остался для меня неразгаданным.

26 октября. Нью-Йорк

Сегодня исполнился ровно 1 месяц пребывания в Нью-Йорке. Основательно обжился, и время теперь летит значительно быстрей, кстати очень много работы, и поэтому не замечаем, как идет время. Особенно хорошо работать, когда имеешь перед собой ясную перспективу и какой-то финиш. А финиш я имею вполне ясный, мне поручена определенная работа, закончив которую, я должен буду ехать в Калифорнию. Вот я и жму теперь и думаю, что в первых числах ноября выеду-таки в Калифорнию. Там, пожалуй, придется пробыть довольно долго, но это к лучшему, а то здесь уже наступила осенняя погода, там же вечное лето.

Вот не курю уж 12 дней и не тянет.

30 октября. Нью-Йорк

Сегодня суббота. Как и обычно по субботам, я был сегодня на экскурсии на одной из 18ти в Мангетманской части Нью-Йорка городской электростанции.

Это мощная электростанция В-260000 kv с 3-мя турбогенераторами (2 по 60000 kv и 1 в 14000) работающая на базе угольной пыли, перемалываемой на специальном угледробильном заводе тут же. Это повышает коэффициент использования энергии топлива и значительно упрощает и удешевляет весь процесс питания котлов топливом, что является одним из первостепеннейших элементов работы больших электростанций. Кроме того, у них ни одна пылинка угля не пропадает, не улетает в трубу, т. к. на вершинах труб установлены специальные сетки, которые наэлектризованы положительным электричеством и естественно притягивают к себе все взвешенные частицы угля, не успевшего сгореть в топке, этим не только экономится большое количество пыли, но и предохраняется город от копоти.

31 октября. Нью-Йорк

Сегодня был на Эмпайр-стэйт билдинг. Огромное впечатление производит прекрасный вид Нью-Йорка с высоты 102-го этажа (400 метров). Поднимался на самый верх с двумя пересадками, причем до 80го этажа поднимался на лифте экспрессе прямого сообщения, что заняло всего 38 секунд.

Надпись на обороте открытки: Это знаменитый Эмпайр Стейт Билдинг, около которого я жил. Сейчас с ним рядом мое место работы. Он стоит прямо перед окном моей рабочей комнаты. Работаю я на 20 этаже. Внизу направо от Эмпайра самая центральная улица Нью-Йорка – 5-я авеню. Почти против него через улицу на правой стороне – наш Амторг.

Наверху у фонографа «напел» две пластинки, одну отвлеченного содержания и одну адресованную Любе, а специальных деревянных иголок там купить забыл, не знаю, найду ли их в магазинах.

Побывал также сегодня на автомобильной выставке в Гранд-Паласе, где демонстрировались модели 1938 года, особенно поразил своей роскошью и изяществом «Кадиллак».

1 ноября. Нью-Йорк

Вчера было воскресенье, сегодня понедельник, а завтра опять нерабочий день – это национальный праздник по случаю выборов. Сегодня после работы проводил одного приятеля на вокзал, уезжавшего в Пенсильванию. Долго бродил по Бродвею. Сегодня на улицах особенно многолюдно – не протолкнешься, по случаю предстоящих завтра выборов улицы разукрашены флагами и реклама – с небоскребов, как снег, сыплются целые тучи листовок, почти на каждом шагу митинги, прямо на улице с машины или просто на тротуаре выступают ораторы. Улицы забиты разукрашенными машинами, на каждой из них, набитой битком людьми, своеобразный карнавал, пассажиры разодеты в причудливые карнавальные костюмы. На больших машинах, на автобусах всевозможные шумовые оркестры, от этого, а также от непрерывно воющих сирен автомобилей и транслирующихся через мощные репродукторы речей ораторов на улицах стоит адский шум.

Я бы сказал, это грандиозный уличный всеобщий карнавал. Я вернулся домой в час ночи, а людей на улице стало еще больше.

2 ноября. Нью-Йорк

Сегодня я провел день очень культурно. Позавтракав в 12 часов, был в огромном бассейне в одном из отелей, туда делали коллективную вылазку. Прекрасный большой бассейн, при нем огромный физкультурный зал, я занимался физкультурой, загорал у специальных прожекторов – хорошо! Как на пляже.

Оттуда вдвоем с приятелем отправились в Гранд Централ Парк, взяли там гоночные машины и долго ездили по парку.

Погода на редкость сегодня хорошая и на душе хорошо и радостно

Я очень доволен этим днем.

Мне кажется, что навсегда останется у меня в памяти.

3 ноября. Нью-Йорк

На подоконнике в моей рабочей комнате 20-го этажа на фоне города. Нью-Йорк 3.11.37

Сегодня окончательно решен вопрос относительно моего от’езда в Калифорнию и на 5-е заказаны билеты.

В связи с необходимостью закончить одну работу, предлагалось задержаться до 8-го с обязательством отправки туда на самолете, но ввиду того, что тогда мне пришлось бы лететь одному, я отказался, т. к. такое далекое путешествие без знания языка не совсем приятно, сейчас же я еду с товарищем, неплохо знающим язык.

Уезжаю, очевидно, на довольно продолжительный срок, так что наше акционерное общество «Утюг» теперь распадается.

5 ноября. Прощай, Нью-Йорк

Ровно в 5.30 из Пенсильванского вокзала через тоннель под Гудзоном отошел наш экспресс Нью-Йорк – Чикаго.

Только что проехали один из пятерки самых крупных городов Америки – город Филадельфию.

Промахали 160 миль, а едем всего 2 часа. Таким образом, едем со скоростью 110—112 км/ч, но благодаря прекрасной амортизации подвижного состава создается впечатление, будто мы еле плетемся.

Едем в мягких вагонах, очень опрятных и удобных.

Только что плотно пообедали в вагоне-ресторане, обеды здесь так дорого – раза в 4 дороже того, что мы платим в городских столовых. Так что эта 4-х дневная путь-дороженька нам встанет как следует, да и вообще здесь проезд очень дорог. Мы за билеты заплатили по 130 долларов, что даже по твердому курсу нашего рубля получается в 2 раза дороже.

Обратило на себя внимание то обстоятельство, что весь младший обслуживающий персонал – это негры, метисы все как на подбор. Оказывается, что здесь считается хорошим тоном, когда любое заведение подбирает себе обычно в однотонном стиле персонал.

6 ноября. Чикаго

В 9 часов утра, когда в Комсомольске, окончив торжественное заседание, все с предпраздничным настроением, очевидно, уже расходились по домам (это было 12 ч. ночи), наш экспресс вошел в Чикаго.

3 часа я имел для того, чтобы осмотреть этот кое-чем знаменитый город, и надо сказать, многое успел за это короткое время увидеть, во всяком случае имею представление, что такое за город Чикаго. Ровно в 12—01 экспресс «Чиф» (примерно означает «деловой») взял курс на юг. Через 3 ½ дня он должен прибыть в Лос-Анжелос. Опять идем с сумасшедшей скоростью на заворотах. Очевидно, для того, чтобы поезд не вылетел с пути, рельсы имеют наклон в сторону заворота, и поэтому поезд в этих местах берет огромный крен.

До свиданья, Чикаго! Несколько минут назад экспресс «Чиф» оставил Чикаго, а сейчас с громадной скоростью (110 км/ч) мчится на юго-запад в Калифорнию, в Лос-Анжелос, в страну вечного лета. Там, где теряются убегающие назад рельсы, чуть видны очертания его строений! Впереди 6000 км! 6.11.1937

Написал и опустил в Канзас-сити Израилю7 письмо со своей фотографией.

Перед вечером проехали Миссисипи, я заснял ее8.

7 ноября. Экспресс «Чиф»

Проснувшись сегодня, и почувствовал, что в вагоне жарко. Открыл штору, посмотрел в окно – мы мчались по выжженной зноем пустыне. Яркое солнце, заглянув через окно, сразу обожгло своими лучами. Я потерял всякое представление о времени года.

Приближается штат Аризона. Заметно начинает теплеть. 7.11.1937

По температуре воздуха и по видам эти места далеки даже от теперешнего времени года в Нью-Йорке. Меня очень поразила эта внезапная перемена. Сегодня переезжали Кордильеры. Виды молниеносно меняются – то песчаная пустыня, то хвойные леса, то зеленые луга, равнины, горы и т. д., и т. п.

Здесь много живет индейцев, встречаются довольно бедные индейские деревушки. Сегодня много сделал снимков.

Завтра прибываем в Лос-Анжелос.

8 ноября. Экспресс «Чиф»

Яркое солнце сильно жжет несмотря на то, что довольно ранний утренний час. Спускаемся с последнего перевала и становится еще жарче.

Проходим пустыни с довольно жалкой растительностью, да и то выжженной солнцем, но вот она уже кончается, становится все больше и больше зелени, повеяло прохладой – близок Лос-Анжелос.

Появляется богатая южная растительность – кактусы, пальмы, апельсиновые деревья, целые огромные апельсиновые сады!

Вот и Лос-Анжелос! Много-много зелени, весь он утопает в зелени. Он вовсе не похож на Нью-Йорк, в нем мало небоскребов, он не многоэтажный, но это огромнейший, самый большой в мире по площади город (около 60 км в поперечнике).

Совсем лето. Потерял всякую ориентировку насчет времени года. Это – Лос-Анжелос. Снимок сделан недалеко от вокзала, через несколько часов моей поезд отходит в Сан-Диего, еще южнее. 8.11.1937

В Лос-Анжелосе мы пробыли 2 часа, пообедали там, и в 2 часа дня на дачном поезде двинулись в Сан-Диего. Здесь проезжали еще живописнее места. Половина пути лежит вдоль берега Тихого океана.

В 5 часов вечера, когда солнце спускалось за горизонт – под’ехали к Сан-Диего. Но увы! На вокзале никто нас не встретил. Взяв такси, поехали разыскивать сами нашу резиденцию… И еще раз увы! Домик, стоящий на берегу самого залива, оказался совершенно пуст. Гараж его был также пуст. Обратились к соседям, они сказали, что наши еще в субботу под праздник на машине уехали в Лос-Анжелос, и вот уж третий день не возвращаются.

Что делать, повернули обратно. Остановились в отеле в центре города – когда вернутся, свяжемся по телефону.

Вид на северную часть Сан-Диего из окна 14-го этажа гостиницы «Кортез». Здесь мы будем работать на авиазаводе «Консолидэйтед». 9.11.1937

10 ноября. Сан-Диего

«Нью-Йорк – это не Америка» – говорят американцы. Америка – это юго-западная часть северного материка, преимущественно Калифорния – это считают чистокровной Америкой (вернее, так нравится считать американцам).

Так или иначе, но Калифорния справедливо вызывает у американцев самозваный патриотизм, это жемчужина Америки. Речь, конечно, идет о побережье Тихого океана с богатейшей экзотической растительностью и прекрасным, круглый год теплым мягким климатом, сравнимым в некоторой части разве только с нашими наилучшими черноморскими курортами.

Тихоокеанская Калифорния – это не Нью-Йоркская Америка в полуевропейском стиле, это американская Америка, огромная солнечная страна, покрытая богатейшей растительностью, изрезанная густой сетью хорошо устроенных широких асфальтовых автодорог с мчащимися по ним вереницами прекрасных фордов, бьюиков и шевролетов, под звуки услаждающей слух мексиканской музыки из собственного радио.

Калифорния – это страна высокой внешней культуры с примесью средневекового романтического дикарства.

В общем, что и говорить – Романтическая страна.

12 ноября. Сан-Диего

Эх, куда меня занесло!

Вот сейчас смотрел глобус и удивлялся – ведь ¾ земного шара проехал от одного берега Тихого океана и до другого берега. Вот я сижу в своей комнате, через стеклянную ее стенку, увитую виноградником и выходящую в палисадник – прекрасный вид на океан в лучах заходящего солнца.

Вот оно, красное, огромное солнце, на западе, я им любуюсь, но это видят и комсомольчане. И оно ласкает их утренними лучами с востока и не пойми – где же запад и где восток. Мы как-то не задумываемся над этим и привыкли считать, что азиатское побережье тихого океана – это конец востока, а американское – конец запада. А самый шов востока с западом где-то затерян в огромных просторах океана, и мы о нем не вспоминаем. На самом же деле он тянется через его середину от полюса и до полюса ломаной линией, стараясь не попасть на сушу, где есть человек, чтобы этим не создать смешных курьезов, когда на метр по одну сторону от этой линии – суббота, а по другую – воскресенье. На самом же деле теоретически это так и есть (ведь это линия смены дат). И когда пересекает эту линию пароход, идущий из Азии в Америку, то у него на носу суббота, а на корме воскресенье.

Устроился я хорошо, Сан-Диего – это прекрасный город, огромный по территории, но небольшой по количеству жителей (тысяч 200).

Весь он утопает в зелени и стоит на самом берегу залива, раскинувшись по обе его стороны. Дома в основном здесь небольшие, но выглядят, как игрушки, обязательно увитые виноградником. Зелень и зелень кругом и круглый год, причем все это и на улице, и у каждого дома подстрижено, подчищено, причесано, и так везде по всей огромной территории города. Здесь нет ни центра, ни окраин в смысле культуры, улицы, даже наоборот, в центре кажутся грязней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Тральфамадор – придуманная писателем планета, населенная мудрыми тральфамадорцами.

2

Здесь и дальше в дневнике соблюдена характерная орфография тех лет. До 1918 года в русском языке в конце каждого слова, оканчивающегося на согласную, ставился твердый знак (ъ). Декретом 1918 года это правило было отменено, а литера «ъ» была насильно изъята из наборных касс типографий. Приходилось использовать в качестве разделительного знака апостроф «’». Так привыкли делать и в рукописных текстах.

3

Здесь и далее географические названия, впервые воспринятые автором дневника на слух, могут быть искажены.

4

Так автор дневника впервые воспринял на слух название города.

5

Название воспринято автором на слух.

6

Название «Манхэ́ттенский» было впервые воспринято автором на слух. Неправильное написание с разными вариациями сохранилось до конца дневника.

7

Израиль Яковлевич Вилинов – друг Павла Сафонова, работавший вместе с ним в Комсомольске. В 1938 г. он пострадал от сталинских репрессий.

8

В эти дни у Павла появился простейший фотоаппарат «Кодак», и теперь его дневниковые записи сопровождаются фотографиями. Сначала фото не очень удачные, далее всё лучше. Многие из них снабжены подробными пояснениями и датами съемки на обороте, а иногда и на лицевой стороне.