Река, где восходит луна. Пхёнган и Ондаль

Original title:

Princess Pyeonggang #2

by Choi Sa-gyu

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

PRINCESS PYEONGGANG

Copyright © Sakyu Choi, 2010

All Rights Reserved.

The Korean edition was originally published by MIRAE MEDIA & BOOKS, CO., Seoul Korea

This Russian language edition was published by Mann, Ivanov and Ferber in 2023 by arrangement with MIRAE MEDIA & BOOKS, CO. through KL Management, Seoul Korea

This book is published with the support of the Literature Translation Institute of Korea (LTI Korea)

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023

Глава 1. Новая жизнь

Ветер приносил запахи густого леса на заброшенную горную тропу, со всех сторон доносилось задорное чириканье птиц. Пхёнган брела по тропинке к дому Ондаля, сверяясь с картой, которую нарисовал для нее Чхве Уён. Принцесса была одета в мужской костюм, ее ноги опухли от соломенных лаптей, которые она надела впервые в жизни.

Наконец Пхёнган увидела скромную хижину, стоящую под огромной сосной. Это место она и искала. Принцесса на цыпочках подкралась к дому и принялась осматриваться. Вокруг не было ни души, и любопытная Пхёнган обошла строение со всех сторон, внимательно разглядывая окрестности. Она и не подозревала, что слепая госпожа Са бесшумно следует за ней.

Вдруг кто-то кашлянул у нее за спиной, и Пхёнган от неожиданности подпрыгнула на месте. Но тут же догадавшись, что это госпожа Са, принцесса вздохнула с облегчением. Так, значит, эта слепая женщина и есть мать Ондаля.

Пхёнган заговорила, подражая мужскому голосу:

– Приветствую вас, я одинокий путник. Солнце зашло, и я решил поискать ночлег.

Госпожа Са склонила голову набок:

– Здесь нет ни одной тропы, как же вас занесло в такое глухое место?

Пхёнган ответила, продолжая притворяться мужчиной:

– Я впервые в этих краях, вот и заплутал немного.

Госпожа Са кивнула и жестом пригласила гостью войти в дом:

– Прошу в наше скромное жилище.

– Благодарю вас, простите за мою нескромную просьбу.

На пороге дома госпожа Са вдруг запнулась, принцесса кинулась к ней и подхватила ее под руку. В помещении женщина даже не предложила гостье присесть и некоторое время просто молча перебирала лечебные травы. Пхёнган заговорила, пытаясь нарушить неловкую тишину:

– Как темно. А здесь больше никого нет?

– Я живу вместе с сыном, он скоро должен прийти. Но скажите мне: почему вы, такая молодая девушка, пришли сюда и пытаетесь меня обмануть?

– П… простите?

– Как бы вы ни пытались изменить свой голос, он все равно женский. От вас исходит приятный аромат, а руки ваши нежны как шелк. Вы, несомненно, принадлежите к знатному роду, так что же привело вас в далекие горы?

Растерянная и смущенная принцесса подскочила на месте и, низко поклонившись женщине, принялась извиняться:

– Прошу, простите меня. Примите мой поклон, матушка.

– Это еще зачем?

– Я уже очень давно знакома с господином Ондалем, матушка. Отец с самого детства говорил, что отдаст меня замуж за господина Ондаля.

Лицо госпожи Са приняло настороженное выражение. Она не могла понять, о чем толкует эта девушка, внезапно появившаяся из ниоткуда.

– Какой еще господин Ондаль? Да каждый знает, что мой сынок – дурачок. Кто же ваш отец, девушка, что решил отдать вас за моего сына? Мы здесь живем очень тяжело и бедно, наш дом не место для такой знатной барышни, шли бы вы своей дорогой.

– Матушка, я покинула свой дом, и мне больше некуда идти. Прошу вас, позвольте мне остаться.

– Здесь не место знатным барышням. Идите-ка вы к себе домой, да побыстрее.

– Прошу вас, матушка, я возьмусь за любую работу, только не выгоняйте меня!

– Мы здесь сами едва сводим концы с концами, нечего вам тут делать, уходите! Ондаль, я же слышу, что ты пришел, а ну заходи!

Сконфуженный Ондаль, который все это время подслушивал разговор женщин за дверью, вошел в хижину. Госпожа Са потянула сына за руку, усадила и суровым голосом осведомилась:

– Ты знаешь эту барышню?

– Да, мы уже встречались. Много раз. Она хорошая.

Госпожа Са опять устремила невидящие глаза на Пхёнган. Принцессе этот слепой взгляд показался более пронзительным, чем у зрячих людей. Казалось, у матери Ондаля есть еще пара глаз, которые могут заглядывать глубоко в человеческую душу.

Госпожа Са спросила у Пхёнган:

– И кто же вы такая, барышня?

– Матушка, я оставила предыдущую жизнь в прошлом и покинула отчий дом. Прошу вас, только не выгоняйте меня.

Если отступить сейчас, то достигнутое до этого момента будет безвозвратно потеряно. Поэтому Пхёнган ничего другого не оставалось, как только отчаянно умолять госпожу Са. Слезы застилали девушке глаза, но она старалась держаться достойно. Принцесса собрала все свое мужество и принялась убеждать старую женщину:

– Матушка, я принесла с собой из дома немного драгоценностей, поэтому можно…

Услышав эти слова, госпожа Са разгневалась:

– Это что еще такое? Не пристало молодой девушке так себя вести, как не стыдно?! А ну хватит разговоров, уходите прочь!

Ту ночь принцессе пришлось провести, сражаясь с холодом на улице, дрожа и обнимая печную трубу.

Солнце в горах всходит поздно. С восходом тепло разлилось по замерзшей земле и отогрело продрогшее за ночь тело Пхёнган. В то утро девушка впервые была настолько благодарна теплым солнечным лучам.

Стремясь понравиться госпоже Са, Пхёнган принялась искать себе работу по дому. Она прибрала в хижине и сходила на ручей постирать белье. После, не присев ни на минутку, девушка отправилась за водой, а затем стала готовить еду на костре. Она усердно работала не покладая рук целый день, стараясь показать госпоже Са, что может быть очень полезной в хозяйстве. Однако старая женщина не выказывала ни возмущения, ни благодарности.

Спустя несколько дней Пхёнган спала, устроив соломенную подстилку рядом с печной трубой, когда Ондаль открыл дверь хижины и позвал ее внутрь. Девушка почувствовала прилив счастья только оттого, что ей позволили спать на теплом полу у огня. Принцесса целой страны, которая всю жизнь спала лишь на шелковом белье, сейчас безмерно радовалась, лежа на соломенной подстилке на полу хижины: мать Ондаля, кажется, наконец приняла ее. В последующие дни принцесса садилась рядом со старой женщиной и с аппетитом ела кукурузу или картошку, а затем неизменно продолжала усердно трудиться до ломоты в костях.

Понемногу Пхёнган и госпожа Са сблизились. Ведь не зря говорят, что искренность всегда вознаграждается небесами. Теперь девушка замечала, что, когда она отправляется за съедобными травами или водой, мать Ондаля всегда втайне ждет ее.

Однажды Пхёнган поскользнулась на горном склоне и поранила лодыжку. Госпожа Са испугалась больше Ондаля. Она торопливо натолкла лекарственные травы и принялась мазать ранку, громко причитая:

– Ох, как же так?! Трудно тебе в горах живется, милая, да? Ты же никогда в жизни такой тяжелой работой не занималась, бедняжка. Ну ничего, пару деньков отдохнешь, и все заживет.

– Извините за беспокойство. Благодарю вас, матушка! – вежливо отвечала Пхёнган.

– Не знаю уж, кто твои родители, но ты выросла хорошей девушкой. Ты словно подарок, упавший на меня с небес, дочка, которой у меня никогда не было.

Теперь, когда госпожа Са окончательно оттаяла, с лица Пхёнган не сходила широкая улыбка. Она латала одежду, попутно спрашивая у Ондаля:

– Матушка ведь ничего не видит, почему вы живете в горах? Это же неудобно.

– Если спуститься с гор, люди дразнятся. Иногда дети даже камнями кидаются…

– Как только они привыкнут к вам, будет легко подружиться.

– Ну да, вообще-то мне детишки нравятся.

– А я? Я тебе нравлюсь? Ну скажи!

– Ну… Я сначала думал, что ты лиса, которая притворяется человеком. Но хвоста-то у тебя нет.

– И что?

– И работать ты умеешь…

– Так, значит, нравлюсь? Или нет?

– Ну… Матушка, а тебе она по сердцу? – повернулся Ондаль к сидящей рядом матери.

Пхёнган цокнула языком.

– Ах вот как… Не нравлюсь я тебе, значит…

– Я такого не говорил! Нравишься!

Госпожа Са еле заметно улыбнулась, услышав, как голос сына задрожал от волнения.

– Ну-ну, пусть будет так. Раз уж она тебе так нравится, – тихонько прошептала она.

«Не будет же Ондаль всю жизнь жить рядом со мной. Хотя сложится ли у них все, тоже неизвестно», – подумала старая женщина, но решила окончательно принять Пхёнган.

Го Чжинён с помощью Черных Смерчей перевернул все окрестности в поисках принцессы, но так и не смог найти ее следов. Воины клана Чонно, услышав, что Черные Смерчи рыщут повсюду в поисках принцессы, тоже не остались в стороне. Завидев в округе черные мундиры, они немедленно принимались задираться, и драки на мечах то тут, то там вскоре стали обычным делом.

Когда поиски принцессы окончательно зашли в тупик, Го Гон приказал своим воинам отступить. Го Чжинён, так и не достигший никакого результата, не находил себе места от огорчения. Он пытался уговорить старшего брата:

– Мы скоро найдем, где прячется принцесса. Эти бестолочи из клана Чонно не зря так подозрительно себя ведут и везде суют свой нос. Только дай мне еще немного времени, и я обязательно ее поймаю.

Го Гон нахмурился:

– Что значит – поймаю? Ее Высочество тебе что, преступница?

– Брат, ты разве не злишься? Эта девчонка опозорила нашу семью!

– Это ты меня позоришь, в последний раз тебе говорю: прекращай. Даже сам Его Величество не знает, где находится его дочь.

– Я слышал, что Его Величество был очень разгневан.

– Ты думаешь, Его Величество действительно не знал, что его дочь покидает дворец?

Го Чжинён удивленно воззрился на брата. В отличие от Го Чжинёна, который ничего не подозревал, Го Гон прекрасно понимал ситуацию:

– Если главной целью принцесса ставила отказ от свадьбы, ей необязательно было уходить из дворца. Здесь явно кроется что-то еще. Вот что меня действительно интересует – зачем Ее Высочеству понадобилось покидать дворец. Настало время мне вмешаться.

Го Чжинёну оставалось только молча уступить брату.

Го Гон в сопровождении Иль Ёна отправился к горе Чжучжак. Именно на этой горе Тени преследовали и напали на Чхве Уёна и его соратников, а Ондаль спас их. Го Гон был уверен, что, обыскав эти места, сможет найти подсказку к местонахождению Пхёнган.

Не меньше загадочного исчезновения принцессы Го Гона интересовала личность Ондаля. Он слышал, что Пхёнган упоминала имя этого юноши. Если бы этот Ондаль и впрямь был дураком, ему бы не удалось обвести вокруг пальца Теней и спасти Северных Мечей.

Не прошло и половины дня, как Тени отчитались, что нашли Ондаля и установили за ним слежку. Однако воины Го Гона, увидев рядом с Ондалем какую-то девушку, и вообразить не могли, что именно она и есть пропавшая принцесса. Хотя они и заметили необычайную белизну кожи и изящное телосложение, выдающее знатное происхождение, им и в голову не пришло, что эта одетая в лохмотья девушка с корзинкой для трав и мотыгой в руке может оказаться единственной дочерью короля, принцессой Пхёнган. Хотя такая незадачливость была абсолютно естественна: преображение девушки выходило далеко за пределы их воображения.

Один из Теней, которому Ондаль в прошлый раз сломал камнем переносицу, кипел от злобы. Воины немного постояли в раздумьях, нападать на юношу или нет. Но вспомнив строгий приказ Го Гона просто следить за передвижениями Ондаля, Тени сосредоточились на молчаливом наблюдении. Они были уверены, что это обыкновенная девушка, живущая где-то поблизости.

Пхёнган и Ондаль веселились, даже не подозревая о том, что из кустов на них устремлены взгляды врагов. На их лицах цвели радостные улыбки. В основном Пхёнган задавала вопросы, а Ондаль отвечал. Выросший в горах Ондаль знал все о лекарственных и съедобных растениях, о деревьях, птицах и зверях. Если Пхёнган спрашивала о них, Ондаль тут же все ей рассказывал. Большая часть увиденного здесь была для девушки в новинку. Хотя Пхёнган и прочитала за свою жизнь несметное количество книг и обладала удивительно хорошей памятью, она ничего не знала о лекарственных и съедобных растениях, растущих в горах.

– Видишь, вон там растут каштановые деревья? – спросил Ондаль, указывая пальцем вправо. Однако принцесса понятия не имела, как выглядят каштаны. Она посмотрела в ту сторону, куда показывал юноша.

– Если пойдешь туда, увидишь много кодонопсисов и колокольчиков. А вон там, за обрывом, целое бобовое поле, – продолжал Ондаль.

– Хорошо, понятно. Но скажи-ка: а откуда берутся бобы? Их из земли выкапывают? Или срывают?

– Даже этого не знаешь? Ты же хвасталась, что много книжек читала!

– В книгах такого не пишут.

– Зачем тогда вообще учиться?

– Через книги человек учится правильно жить, они питают его духовной пищей.

– Пища? Это я знаю. Но чтобы ее добыть, как раз ведь и нужно знать про каштаны и желуди?

Их миры и знания очень отличались друг от друга. Пхёнган вдруг разозлилась:

– Эй, вообще-то мне неприятно такое слушать. Можно подумать, ты знаешь больше меня! Думаешь, ты самый умный?

Разъяренная Пхёнган с горящими глазами показалась Ондалю невероятно милой.

– Не волнуйся, я тебя всему научу. Просто запоминай потихоньку, – миролюбиво ответил он.

Ничего не подозревающий о том, что ему готовит будущее, Ондаль погладил Пхёнган по голове, словно успокаивая маленького ребенка, и легонько постучал по лбу. До сих пор никто, кроме самого короля, не прикасался к голове принцессы, а этот увалень с медвежьими лапами позволяет себе такое?! Пхёнган снова закипела от гнева. Она уже не была уверена, что сможет научить этого бестолкового медведя чему-либо. Девушка почувствовала острую необходимость еще раз серьезно подумать о своем выборе. Однако просто так отступить она не могла. Пхёнган с усилием взяла себя в руки.

Принцесса выпрямилась и упрямо подняла подбородок. Все ее замыслы рухнут раньше времени, если Ондаль станет смотреть на нее свысока. Она должна научить его грамоте и боевому искусству, а также сделать так, чтобы юноша сам захотел этого. Прежде всего необходимо не падать духом и держать себя с ним уверенно и решительно.

Внезапно Ондаль навострил уши, как испуганный кролик.

– Стой, слышишь?

Пхёнган ничего не слышала. Ондаль раздул ноздри, пытаясь унюхать что-то по направлению ветра. Затем он быстро наклонился к уху Пхёнган и зашептал:

– Вон там, в кустах, кто-то прячется.

Теперь Пхёнган тоже услышала еле различимое ржание лошадей где-то под горой. «Неужели это люди из дворца?» – подумала принцесса. Однако король не стал бы отправлять вслед за ней воинов только из-за того, что она забрала из дворца немного драгоценностей. К тому же на этот раз у нее было молчаливое согласие отца на уход из дворца. Принцесса решила, что для начала нужно скрыться с глаз преследующих. Она резко поднялась на ноги и побежала. Ондаль немного замешкался от неожиданности, но тут же припустил следом за ней. Пхёнган всегда была прекрасной наездницей, но в обычном беге ей было не сравниться с Ондалем. Не прошло и пары минут, как юноша обогнал Пхёнган и убежал далеко вперед.

– Эй, подожди меня!

Ондаль вернулся, схватил запыхавшуюся девушку за руку и легко побежал вверх по горному склону, словно по равнине. Тени растерялись. Они никак не ожидали такого резкого побега.

Один из группы Теней подскочил на месте, и остальные тоже повыскакивали следом, как кролики из норы, и помчались вдогонку за беглецами. Ондаль, который знал горы как свои пять пальцев, петлял по маленьким незаметным тропинкам. Пхёнган, которую он тянул за собой, окончательно запыхалась:

– Не… не могу больше…

– Прыгай мне на спину! Быстро! А то оставлю тебя тут.

Но Пхёнган не садилась на спину Ондаля, который присел на одно колено, и лишь смотрела на него, ощущая неловкость. Она не боялась, что покажется ему слишком тяжелой, – девушку поразила ширина его спины.

Король тоже обладал внушительным телосложением. Когда Пхёнган была маленькой, отец частенько катал ее. Она чувствовала себя уютно и безопасно, прижавшись к широкой отцовской спине. Однако даже король не мог сравниться с Ондалем – его спина казалась настолько широкой, что на ней можно было танцевать.

Пхёнган залилась краской. Ондаль продолжал торопить ее. Девушка легонько прислонилась к его спине и наклонилась вперед.

– Держись крепче! Я побежал!

Ондаль легко бежал вверх по горе, словно и не чувствуя веса Пхёнган. Девушке ничего не оставалось, кроме как изо всех сил прижиматься к его спине. Она впервые в жизни находилась так близко к мужчине, не считая отца. Поначалу ей было страшно, но Пхёнган быстро привыкла и повеселела, словно катаясь на лошади,

– Вон туда, к ручью! Туда! Молодец, как ты быстро бегаешь! Это, наверное, оттого, что ешь много полезных горных трав. Да?

Окончательно расслабившись, Пхёнган стала вертеть головой по сторонам.

– Ондаль, постой. Те люди, они же не браконьеры?

– У них в руках были мечи, которыми людей убивают.

– Принеси-ка камней.

Ондаль, послушавшись девушку, огляделся и схватил камень размером с голову.

– Это еще что такое?

– Ты же сказала взять камень!

– Да не такой камень, а которые ты кидаешь!

– А, камешки! Сразу надо правильно называть.

Даже самые простые слова могут оказаться неточными и непонятными. Каждый может представить что-то свое, услышав одно и то же слово. Поэтому люди всегда понимают и оценивают одну и ту же ситуацию по-разному.

– Мне говорили, что ты просто добрый и бестолковый, а у тебя, оказывается, на все свой ответ найдется, да?

– Давай-ка проясним. Тебе лет-то сколько?

Тут Пхёнган растерялась, но она была не из тех, кто легко сдается:

– Только дураки пытаются все перевести на возраст. Какая разница, сколько мне лет? Вот что тебе даст это знание?

Ондаль подумал, что победить эту девушку в словесной битве точно никому не удастся.

Он поднял с земли крупный камень и кинул вниз с громким криком. Голос Ондаля разнесся эхом по всему лесу. Тень, возглавлявший отряд, испугавшись, замер на месте и крикнул товарищам:

– Прячься!

Тени стремительно попрятались за ближайшие деревья. Слегка высунувшись из своих укрытий, они наблюдали, как камни с громким свистом летят в их сторону и разбиваются о скалу. Те камни, что попадали в деревья, отскакивали и вонзались глубоко в землю. В руках Ондаля они были не просто камешками, а смертельным оружием. Он мог бы убить человека прямым попаданием, но, к счастью, юноша хотел просто напугать преследователей. Один из Теней крикнул Ондалю:

– Эй, ты, так и будешь кидаться своими камешками, как трус?

Воин по имени Сам Ён упрекнул товарища:

– Ты дурак! У нас же мечи, ты-то сам на его месте бросил бы камешки? Вот же попался дурень на мою голову!

Пока Сам Ён сетовал на друга, послышался топот копыт лошадей Го Гона и Иль Ёна. Для Теней, преследовавших Пхёнган и Ондаля, это было страшнее смерти: на кону стояла их честь. Ведь они считались прославленным отрядом Теней, негоже великим воинам прятаться в темноте от каких-то летящих камешков.

Пхёнган узнала во всаднике Го Гона. Теперь она поняла, кто ее преследует.

Го Гон легким шагом приблизился к принцессе. Пхёнган поприветствовала его глазами. Го Гон потерял дар речи: его тоже поразил новый облик принцессы, совершенно отличающийся от прежнего.

– Ваше Высочество, в таком виде вас никому не узнать.

Вместо ответа Пхёнган осведомилась со злостью в голосе:

– Что вас привело сюда, генерал?

В глазах Го Гона мелькнула печаль, как бывает при встрече со старой возлюбленной.

– А как вы думаете, что могло привести меня сюда?

Но Пхёнган сделала вид, что не заметила теплого взгляда молодого человека, и отвела глаза.

– Откуда мне знать ваши замыслы, генерал?

Го Гон повернулся к Ондалю:

– Так это ты тот самый Ондаль?

Ондаль не отвечал. Вперед вышел Сам Ён, угрожающе шипя:

– Ты не слышал, что генерал задал тебе вопрос? А ну быстро отвечай, что ты – Ондаль-дурак!

Противен не тот, кто говорит в глаза, а тот, кто хулит за глаза. Ондаль злобно фыркнул на Сам Ёна и принял несвойственную ему надменную позу со словами:

– Если хотите узнать мое имя, сначала назовите себя.

Услышав эти слова, Пхёнган не сдержалась и прыснула в кулачок. Сам Ён выпучил глаза и кинулся было на Ондаля, но Го Гон остановил его:

– Не вмешивайтесь. Ваше Высочество, так вы не собираетесь возвращаться во дворец?

– А вы думаете, я покинула его по своей воле, генерал? Думаете, я по своему желанию отправилась жить в эти глухие горы?

– В таком случае чего же вы испугались так сильно, что вам пришлось бежать?

– Отчего же так вышло, что спокойствие целой страны зависит от замужества скромной девушки? Все кому не лень говорили, что, выйдя замуж за вас, я стану заложницей семьи Го. А как бы вы поступили на моем месте, генерал?

– И тем не менее, Ваше Высочество, я и представить не мог, что найду вас рядом с этим чурбаном.

Го Гон и правда не мог вообразить, что пропавшая принцесса действительно ушла из дворца, чтобы жить с дураком Ондалем.

– Генерал, много ли вы можете сказать о человеке, глядя только на его внешний облик?

Го Гон был искренне уверен, что за побегом принцессы скрывается что-то еще. Но теперь, увидев, что она и впрямь живет с Ондалем-дураком, как и заявила тогда в тронном зале, он не мог найти слов. Глядя на ворон, кружащихся высоко в небе, он тяжело вздохнул и обреченно спросил:

– Ваше Высочество, вы так решительно отвергаете меня потому, что считаете, что я недостоин вас?

– Генерал, вы наследник самого Гочуги. Вас называют великим воином, вы смелы и благородны. Являясь главой сонинов, вы станете сильной опорой для нашей страны. Как же я могу считать вас недостойным? Мы с вами просто не подходим друг другу.

– Ваше Высочество, если возникнут какие-то сложности, я клянусь их решить. Может быть, вы все-таки доверитесь мне и вернетесь во дворец?

Го Гон был умным и надежным молодым человеком. Он обладал твердой верой в свои способности и знал, что может достичь успеха в любом деле. И он уже владел очень многим.

– Генерал, вы же понимаете, наша с вами жизнь никогда не будет только нашей. Но я благодарна вам за заботу, – грустно ответила принцесса.

– Возможно ли, что вы передумаете, принимая во внимание общее благо?

– Я не верю в то, что можно построить великую страну на жертвах отдельных людей. И пусть нас хотят свести, чтобы сгладить конфликт между нашими семьями, я не стану ради этого переступать через себя и прислуживать вам, генерал.

Принцесса была намного младше Го Гона, но, беседуя с ней, он не ощущал разницы в возрасте. Сердце молодого человека заныло. Он хотел защитить хрупкую принцессу. Однако она держалась от него на расстоянии и не позволяла приближаться. Оттого что Го Гон не мог получить ее, его желание распалялось еще сильнее.

– Ваше Высочество, я искренне желаю сделать вас своей, это не изменится и впредь. Я не из тех, кто легко сдается, – сказал Го Гон и махнул Теням рукой. – Хватит, возвращаемся. Никому не говорите о том, что сегодня произошло.

Не желая показаться еще более униженным, Го Гон быстро вскочил на лошадь и натянул поводья. Сам Ён повторил за господином, но, обернувшись, погрозил пальцем Ондалю:

– Повезло тебе сегодня. В следующий раз будь готов, я тебя проучу!

– Эй, так я и сейчас готов, куда же ты собрался? Оставайся! – насмешливо ответил Ондаль.

Сам Ён обернулся к товарищам, но те явно не горели желанием задирать Ондаля.

– Я же сказал, в следующий раз! Вот дурак! Слов не понимаешь? – крикнул Сам Ён и кинулся вдогонку за Тенями.

– Эй ты, а ну стой! Вор!

Пхёнган решила, что Ондаль просто выпускает злобу таким странным способом, и грустно улыбнулась.

Теперь, покинув дворец Анхак, принцесса должна была доказать, что полностью уверена в своем выборе, всем, кто в этом сомневался. Изначально Пхёнган не собиралась выходить замуж за Ондаля. Однако с течением времени ситуация просто повернулась таким образом. Ведь говорят: ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой.