- -
- 100%
- +
– Надо бы занять место где-нибудь в начале, – обратился я к Стефану, он согласно кивнул головой.
Мой конь уже был готов, сегодня с него сняли всё лишнее, так что ехать будет легче, хотя, наверно, он и не почуял особой разницы, конь был особой боевой породы. Я забрался на коня и, дождавшись, пока Глеб и Стефан закончат с вещами и займут свои места, поехал через центр поляны к началу колонны.
– Командир, – обратился я к офицеру, – где нам занять место?
Он посмотрел на меня немного смущенно, оглянулся.
– Командир здесь скорее вы, милорд.
Я посмотрел на колонну, прикидывая, где будет удобнее всего ехать. Первыми стояли пять дружинников, неся знамёна, за ними несколько дружинников из охраны, потом стояли повозки с наёмниками, следом ехали охранники и повозки с заключёнными, замыкала колонну также охрана. «Значит, займем место следом за знаменосцами», – решил я.
Зазвучал горн, колонна тронулась. Мы заняли место за охраной знаменосцев, офицер ехал с нами. Первое время ехали молча, каждый думал свои мысли.
– Генри, – обратился я к офицеру, – расскажите про границу.
– Да что там рассказывать, – пожал тот плечами. – Стоят гарнизоны от каждого графа вдоль линии леса, небольшие укрепления. Раньше там стояли регулярные войска, но в связи с ухудшением финансирования короля графы отказались содержать их, вот теперь и отправляют всякий сброд.
Дорога была утомительной, солнце пекло невыносимо, поля простирались до горизонта. Только изредка встречаются отдельные местечки, покрытые деревцами, да редкие путники на повозках, прижавшиеся к обочине, разинув рты, глазели на колонну. «Интересно, как тут узнают время?» – пришла мне мысль. Впереди показался небольшой лесок.
– Сделаем остановку, – сказал офицер. – Надо напоить лошадей, да самим пора бы пообедать.
Я согласно кивнул, фляга с напитком из винограда давно опустела, в животе уже начинало урчать. Холм довольно быстро приближался, наездники, ехавшие впереди, прибавили ходу. Вскоре мы въехали в тень величаво раскинувшихся вековых дубов, тут было прохладно, несмотря на стоявшую жару, лучи света едва проникали сквозь густые заросли. Весь холм представлял собой не очень большой островок растущих дубов. В центре была поляна округлой формы, служащая привалом для проезжающих путников. Мы остановились, объехав поляну полукругом вдоль кромки леса. Все стали слезать с лошадей, разминая ноги и поясницу, у меня с непривычки давно уже всё затекло.
– К вечеру доберемся до графа Франка VII, там уже и отдохнем как следует, – устало вздохнув, сказал офицер и пошёл к своим подчиненным раздавать указания. Несколько караульных заняли позиции по периметру полянки, остальные выстроились около одной из повозок, которая, по всей видимости, была полевой кухней. Получив в руки по три небольших котелочка, они отправлялись к повозкам с заключёнными, раздавая там пайку каждому в руки. Следом за стражей стояли наемники, они также получали по котелку и ломтю черного хлеба.
– Господин, пойдёмте обедать, – раздался знакомый голос. Глеб стоял рядом и смотрел на меня.
– Да, пожалуй, пойдём, – улыбнулся я в ответ. Стефан уже успел насыпать овса лошадям, а Глеб накрыл на импровизированный стол обед. Копченое мясо, овощи, хлеб и целая кружка приятно пахнущего травяного чая. Я разрезал кусок мяса на три равные части и положил одну в свою миску.
– Приятного аппетита, господа, – как-то неловко произнес я. Глядя на меня, Глеб и Стефан также, наколов на свои ножи по куску мяса, пожелали приятного аппетита и принялись есть. Успел я заметить неловкость ситуации, что-то, видимо, я сделал не так, да и чёрт с ним, не до этикета теперь. Быстро умял свою порцию, я достал свёрток, который получил у торговца оружием, любопытство распирало меня со вчерашнего вечера. Что ж такого я там заказывал? Отойдя за повозку, я укрылся от посторонних глаз, развернул сверток и разложил на примятой траве. «С какого начать?» – думалось мне. Решил начать с большого чехла. Усевшись поудобнее, положил его перед собой, аккуратно снял печать, развязал тугую завязку, выполненную из кожи, открыл клапан и заглянул внутрь. Там оказались две ручки круглой формы, я стал потихоньку вытаскивать, взявшись за края, на свет появились две ручки, сплошь покрытые великолепного качества резьбой, материал непонятен – или дерево, или кость. Я вытащил целиком, на концах оказались свертки из той же черной шелковой ткани. Развернув их, я чуть не потерял дар речи – это были лезвия, выполненные из неизвестного мне металла с голубым отливом. Широкое лезвие с одной стороны, острейшая заточка с обратной стороны, зубцы, тоже заточенные как бритва. Я посмотрел на торцы рукояток, там, как я и предположил, оказалось хитрое соединение, вставив один конец в другой и повернув его до упора, раздался негромкий щелчок. В руках у меня было смертоносное оружие – длинный шест, с двух сторон лезвия, внушающие страх. Длина данного шеста с лезвиями – приблизительно метра два. Встав на ноги, я крутанул его несколько раз, в руке лежит очень удобно, не тяжёлый, грамотно отбалансирован, таким можно косить врагов пачками. Положил шест на траву, я взял следующий сверток, оторвал печать, развернул плотно свернутую мягкую кожу, внутри оказались длинные перчатки из тончайшей мягкой кожи и наручи, выполненные из жесткой кожи, с металлическими шипами и застежками из мягкой кожи. Надев на себя перчатки и наручи, я взял шест и вышел за повозку на открытый участок. Начал вертеть шест, тело рефлекторно начало свой танец, шест завертелся с бешеной скоростью, я вновь превратился в смертоносный вихрь, время замедлилось, движения стали плавными, вокруг меня вился голубой вихрь и песнь рассекаемого лезвиями воздуха, мгновение – и я замираю в невообразимой изящной стойке. Я заметил, что после таких вихрей у меня нет усталости и одышки, сердце бьется ровно, а внутри спокойствие и умиротворение, я выдохнул, встал, опустил шест. Рядом стояли Глеб и Стефан, рты у них были открыты, а всё внимание приковано ко мне. Вернувшись обратно за повозку, отложил шест и присел на траву, взял последний небольшой свёрток, разорвал печать и стал разматывать кожу, внутри оказался небольшой лоскут бумаги, на вид очень старой, но все еще крепкой, жёлтый цвет, рваные края, развернул свиток – это был фрагмент какой-то карты с фрагментом рукописи, язык мне был незнаком. Я стал разглядывать изображение, уровень картографии был очень низким, одни условные изображения, разобрать очень сложно, даже примерно непонятно. В глазах потемнело, да что это опять со мной, голова пошла кругом, перед глазами появились плавные разводы, как под водой, мягкий свет пробивался сквозь толщу. Появились силуэты людей, двое, лиц не разобрать, стоят друг напротив друга, о чём-то спорят. Картинка начинает понемногу становиться яснее, вот я стою, вот мужчина в сером балахоне, надвинутый капюшон не даёт рассмотреть лицо. Я держу в руках небольшой ларчик, у мужчины в руках свёрток. Да это точно такой же сверток, который я только что вскрыл, снова словесная перепалка, мы обмениваем ларчик на сверток, в темном углу за моей спиной я замечаю шевеление, там кто-то есть.
«Обернись, обернись!» – кричу я себе. Вот я разворачиваю сверток и достаю свиток, свернутый в трубочку, мужчина открыл сундучок, из тени позади меня появляются неизвестные мне твари, двигаются бесшумно, в руках я заметил серповидные лезвия темного цвета. До меня остается совсем небольшое расстояние – один рывок, мужчина поднимает голову и смотрит ужасающим взглядом за мою спину, я оборачиваюсь, полулюди-полузвери прыгают на меня, я в длинном кувырке ухожу в сторону, мужчина в это время вытаскивает свой клинок темно-красного цвета и начинает отбиваться от нападавших. Я в полёте выхватываю меч из-за спины и, уже приземляясь на ноги, выставляю меч, карусель началась, время остановилось, зверей оказалось очень много, я начинаю отступать назад, спотыкаюсь, это труп мужчины, с которым проходил обмен, лицо его изуродовано, горло перерезано, на полу лужа темно-бордовой липкой крови, рядом валяется его клинок, ларчик тоже тут, воспользовавшись секундным замешательством, я перекатываюсь немного в сторону и хватаю его меч, мечусь по комнате в бешеном ритме, махая двумя клинками и уворачиваясь от ударов противника. Я постепенно начинаю закручиваться в вихре, набрав скорость, видно только сверкающие лезвия, враги закончились, вихрь остановился. Я стою в недоумении, не веря в происходящее, – вся комната завалена порубленными на куски телами. Картинка начинает растягиваться и вот уже плывёт, я зажмурил глаза и через мгновение уже сидел на траве. Это было воспоминание из прошлого. Значит, у меня есть ещё одна часть карты.
– Господин, – раздался голос Глеба, – колонна выдвигается, нам пора.
Не раздумывая, снял наручи и перчатки, сейчас они мне ни к чему. Взял шест и стал крутить его, пытаясь разъединить две части, но что-то у меня плохо получалось. Но вот раздался щелчок – и в руках я держал уже две половинки. Уложив шест, перчатки и наручи, замотал их обратно в черную ткань, а свиток взял с собой, обошёл повозку, положил сверток в повозку и достал свой ларчик. Покрутил его в руках – да это тот самый сундучок из моего воспоминания, открыл его, покопался и достал оттуда такой же свёрток из тонкой кожи, весь покрытый рунами, ларчик убрал в повозку, а свитки сунул за пазуху. Глеб и Стефан ждали меня, колонна уже была готова двинуться, все были по своим местам. Раздался звук горна, и первые ряды двинулись.
– Поехали, – махнул я рукой. Глеб залез в седло, а Стефан занял своё место, я тоже забрался на коня, и мы, дождавшись своей очереди, тронулись дальше в путь. Покидая поляну, я ещё раз оглядел её, вспоминая своё видение, стал прокручивать фрагменты, получалось, что я собирал какую-то древнюю карту, и похоже, что не я один за ней охочусь, ещё те существа, очень странные, с виду как люди, только покрытые недлинной шерстью, и со страшным оскалом, уши заостренные, неплохо владеющие холодным оружием, но движения медленные, косолапые, неуклюжие. Тот мужчина похож на монаха, а ещё мне показалось, что до этого случая я не владел техникой, которую я называю «вихрем». Мы снова выехали на открытые просторы полей под безжалостно палящее солнце, день уже перевалил за половину, местность немного изменилась с равнины на холмистую с частыми зарослями кустарника в низинах, дорога стала немного шире. Я подъехал к Глебу.
– Глеб, как определить время? – задал с ходу вопрос.
– Есть специальное устройство, которое показывает время, господин, или можно по солнцу, – ответил парень.
– Глеб, а ты знаешь, кто такие существа, похожие на людей, покрытые шерстью, с острыми ушами и страшными клыками? – ещё задал вопрос я.
– Я не встречал таких, господин, но слышал, что в северных лесах живут гнулусы, один торговец рассказывал, очень похожи на ваше описание.
Солнце клонилось к закату, на горизонте появился силуэт огромной горы, стали все чаще попадаться небольшие рощи, задул ветерок и прогнал знойную жару. Гора на горизонте приближалась, вот уже стали виднеться отдельные части, это был замок. Издали очертания размыты и замок похож на отдельно стоящую гору. Уже видны башенки с острыми луковками наверху. Тракт стал широким, и мы спокойно ехали в три лошади. Вот и ворота стали отличимы от общего фона. Стена, окружавшая замок, была огромна, с бойницами и караульными башнями по углам. Навстречу нам ехал небольшой отряд с развевающимся знаменем. Красное полотно с огромным медведем. Колонна остановилась, мы с офицером выехали вперед, это был патруль графа Франка VII.
– Добрый вечер, с кем имею честь говорить? – задал вопрос первым мужчина в черном балахоне с длинным копьём в руках.
– Генри, офицер второго ранга королевской дивизии Особого назначения, – четко отрапортовал офицер.
– Рафаэль, сын графа Генриха IV, – спокойным голосом представился я.
– Пауль, начальник караула, прошу следовать за нами, – командным голосом произнес мужчина в балахоне.
Теперь мы ехали в сопровождении караула. Наступали сумерки, солнце опустилось за горизонт, оставив после себя красивый закат. Воздух был наполнен морским бризом, видимо, тут недалеко море. Перед стеной замка был ров, на треть заполненный водой, а ещё нашпигованный как ёж деревянными кольями, торчащими из воды. Через ров был перекинут мост, выполненный из кованой стали, внушал уважение к мастерам, ковавшим его. Проскакав арку, мы оказались на круглой площади приличного размера, выложенной по типу мостовой камнями ярко-розового цвета. Дома, стоящие по периметру площади, были трехэтажные, выложенные из камня, от площадки отходило три нешироких улочки. Когда наш караван полностью въехал на площадь, кованый мост со скрипом дернулся и медленно пополз вверх.
– Господа, – обратился к нам начальник караула, – граф Франк VII приглашает вас на ужин.
Я вопросительно посмотрел на офицера, тот безразлично пожал плечами, давая понять, что он вроде как и не против, но светскому ужину предпочел бы солдатские байки.
– Мы немного устали с дороги, возникли небольшие проблемы, может, отложим до завтра торжественные встречи?! – более утвердительно, чем вопросительно, обратился я к начальнику караула. Тот согласно закивал.
– Тогда давайте мои люди разместят заключённых и наёмников, а вас я провожу до гостиницы и распоряжусь о ваших вещах, милорд.
– Хорошо, так и поступим, – улыбнулся я в ответ.
Генри с начальником караула отправились раздавать указания своим подчиненным, а мы втроём остались стоять посреди площади. Из боковых зданий вышли солдаты и стали выстраивать заключённых, другие, взяв лошадей за упряжку, повели за левое здание. Солдаты офицера и местная стража обменивались дружескими рукопожатиями, кто-то по-братски обнялся, похлопывая друг друга по спине. Один из старших стражников построил наемников и повёл их в противоположное здание, куда увели заключённых, площадь опустела. Начальник караула вышел почти сразу, мы не успели и заскучать.
– Следуйте за мной, господа.
Мы взяли коней за упряжку и отправились пешком. Шли долго вдоль узенькой улочки, в домах горел тусклый свет, на небе появилась целая россыпь звёзд, ночь вступила в свои права. В темноте смотреть было не на что, дома, стоящие сплошной стеной, закрывали обзор. Спустя полчаса неспешного шага мы вышли на площадь, по центру был различим фонтан и статуи. Мы шли прямо через центр этой площади, подойдя ближе, я смог различить фигуры женщин, держащих различные сосуды в руках, из которых лилась вода, лунный свет придавал особый шарм этому месту, немного загадочный и мистический.
– С этого самого источника и началось строительство города, – с гордостью произнес начальник караула.
Мы пересекли площадь и повернули немного левее к красивому зданию, украшенному фигурами загадочных животных. Остановились возле главного входа, из больших дверей с узорчатыми стеклами выскочил служащий.
– Доброй ночи, господа. Изволите остановиться?
– Себастьян, позови Альфреда, – громким, немного грубым голосом ответил наш сопровождающий.
Служка тут же скрылся за красивыми дверями. Через несколько минут зажегся свет на крылечке и внутри помещения, дверь широко раскрылась и к нам вышел статный немолодой человек, дорогой костюм, перстни на всех пальцах, ровно стриженные усы и борода, тронутые сединой.
– Доброй ночи, господа. Пауль, друг, ты ли это? Давно не захаживал к старине, – с лукавой улыбкой раскинул в стороны руки мужчина.
– Приветствую тебя, Альфред. Прими дорогих гостей, – в ответ на гостеприимство сказал начальник караула.
– Рафаэль, я завтра за вами зайду, выспитесь хорошенько с дальней дороги.
Пауль пожал мне руку и, развернувшись, отправился в обратном направлении.
Хозяин заведения смотрел на меня с неподдельным восторгом.
– Неужели сам Рафаэль, сын Генриха IV, посетил мою скромную обитель? Наслышан о вас, юноша, буду рад вашему визиту. Себастьян! – громко крикнул хозяин. Из дверей тут же появился служка.
– Да, господин.
– Прими у гостей лошадей и отведи на мою конюшню. Прошу вас, господа, – Альфред сделал приглашающий жест. – Пойдемте, мой юный друг, я угощу вас отличным вином.
– Минутку, я заберу свои вещи, – снял с коня дорожную сумку. – Глеб, подай мой сундучок и свёрток, – обратился я к парню. – Господин Альфред, – обратился я к хозяину заведения, – нам сначала не помешало бы переодеться с дороги и принять ванну.
– Безусловно, милорд, прошу вас.
Альфред вошёл в дверь, мы последовали его примеру, пройдя небольшой коридорчик, оказались в обширном помещении, тут было много народу, играла живая музыка. Пары танцевали медленный танец, девушки – в красивых бальных платьях, мужчины – в дорогих строгих костюмах. В другой стороне зала стояли столики, за которыми сидели люди разного возраста. Многие из них были в простой одежде, но было видно, что это не простые рабочие. Мы прошли вдоль стены, не привлекая особого внимания, вошли в коридор, стены были облицованы панелями с изображением разных птиц. Вот и лестница, красная дорожка, витые поручни, картины на стенах. Поднявшись на второй этаж, Альфред остановил служанку и что-то ей тихонько сказал, та, согласно кивнув головой, засеменила вниз по лестнице. Длинный коридор был, также как и лестница, застелен красной дорожкой, а стены украшены картинами. Мы дошли до середины коридора, Альфред остановился перед дверью, достал связку ключей, выбрал нужный и отпер замок.
– Располагайтесь, господа, – вежливым тоном сказал хозяин заведения.
Мы вошли внутрь, это был шикарный номер. Гостиная, куда мы вошли, была огромна, у стены стоял камин, напротив расположились два уютных кресла и небольшой столик, в дальнем углу стоял угловой диван и также стояли стол, шкаф, трюмо, резные стулья, окна занавешены плотными шторами, на стенах неизмененный атрибут – картины с изображением животных, видимо, хозяин почитает охоту. Справа от двери была вешалка для одежды. Я скинул свой плащ и стал расстёгивать обмундирование, Глеб тоже стал снимать свои доспехи, а Стефан, будучи кучером и не имея амуниции, снял пыльный плащ, стянул сапоги и был таков. Отстегнув все ремешки, я скинул все причиндалы на рядом стоящую тумбочку, стянул свои сапоги из тонкой кожи и прошёл по коридору к двери, где висела табличка с изображением ванны. На удивление тут присутствовала горячая и холодная вода с кранами, что приятно удивило, в углу на стуле лежала аккуратно сложенная стопка полотенец и банных халатов. Стянув рубашку и кальсоны, я забрался в ванну, включил воду, лёг, вытянуться в полный рост не получилось. Рядом на полочке стояли бутылочки с мутной жидкостью, я взял парочку, откупорил, понюхал, вылил пару капель с обеих – жидкость была одинаковая, налил себе целую ладонь и намылил голову, потом всё тело, запах был чудесный, очень знакомый, какие-то травы. Снова погрузился в мыльную воду, прикрыл глаза, расслабился – блаженство. В дверь тихонько постучали и, не дожидаясь ответа, вошли, это была девушка в коротком халате и с подносом в руках.
– Простите, милорд, я немного задержалась, я не думала, что вы так сразу пойдете в купальню.
Щеки девушки покрылись румянцем, она виновато опустила голову и прошла к ванной. Поставив поднос на стул, она стала перебирать имевшиеся баночки и бутылочки.
– Простите, а в этих бутылочках что? – немного растерявшись, спросил я у девушки.
– Это жидкое мыло с травяным отваром, по моему рецепту делают, – с гордостью заявила она.
– А это? – я указал на поднос.
– Милорд, вы как с луны свалились, это шампуни и бальзам для волос, вы, вижу, совсем не следите за своими волосами, вашим волосам особый уход требуется.
– А откуда у вас рецепты? – не унимался я с вопросами. Девушка была очень красивая: каштановые волосы, голубые глаза, ярко-красные губы, пышная грудь и стройная фигура, ах да, и ангельский голосок.
– Я работаю фармацевтом, – ответила она.
– А тут вы что делаете? – немного с сарказмом решил уточнить я.
Девушка немного засмущалась, вероятно, думает, я решил, что она ночная фея любви.
– Помогаю матушке, она тут горничной работает. Сеньор Альфред – очень добрый человек, он был другом моего отца, разрешает мне… – она немного замялась, подбирая нужные слова, – немного подзаработать на своей продукции, – добавила она и кивнула на поднос с бутылочками.
– Простите, если я вас… – тут я немного растерялся, не зная, что сказать. – просто я завтра отбываю на службу, и у меня нет с собой… – я обвел пальцем бутылочки на подносе. – Я был бы вам очень признателен, если вы мне порекомендуете хорошее средство, я стану вашим постоянным клиентом, – с улыбкой добавил я. У девушки появился азарт в глазах.
– Да-да, конечно, давайте приступим.
Она потерла руками и взялась за баночки. Налила из одной себе на ладошку и стала массировать мне голову.
– А где вы служите, милорд? – решила поддержать разговор она.
– Так случилось, что папенька мой выписал мне путёвку на границу, охранять рубежи нашей родины, – решил не обманывать девушку и сказал как есть. Руки девушки тут же остановились, я перевел взгляд на нее: румянец пропал бесследно, лицо стало бледным.
– С вами всё в порядке? – решил уточнить я. Девушка, еле шевеля губами и одновременно мотая головой:
– Как же так, милорд? Вы точно шутите!
– Какие шутки, миледи, я прибыл сегодня с конвоем.
– Вы так спокойны, милорд, вы явно не знаете, куда направляетесь, это путевка в один конец, – с грустью в голосе произнесла она.
– Вот именно, в один конец. Возвращаться в этот гадюшник я не планирую, – последнее я вроде бы подумал, но это не точно.
Девушка закончила массировать волосы.
– Смывайте, милорд, – и подала мне ковшик.
Я взял его и стал поливать на мыльную голову воду. Струи пены стекали по моей груди, пахло очень приятно, я закрыл глаза, и мне тут же представилось, как я стою на зеленом лугу, вокруг тишина, только слышно несильное жужжание пчёл. Я почувствовал прикосновение к моей голове, открыл глаза.
– Милорд, это бальзам, его надо наносить на чистые влажные волосы, подождать две минуты и смыть.
– Миледи, разрешите пригласить вас на ужин, – не выдержал я. Девушка долго молчала.
– Извините, милорд, мне запрещено соглашаться на подобные предложения, я лишусь этой работы.
Девушка убрала руки и стала закрывать баночки.
– Так мы можем отправиться в другое место, – не сдавался я.
Она немного засмущалась, желание согласиться боролось с возможностью потери места работы.
– Я соглашусь, если сеньор Альфред ни о чём не узнает, поклянитесь, милорд.
Девушка была полна решимости.
– Даю вам честное благородное слово, – торжественно заявил я в ответ на её условие.
– Тогда через час в «Синем ките», – с улыбкой сказала она и собралась уходить.
– Простите за невежество, миледи, я не спросил, как вас зовут?
– Милена. До встречи, милорд.
Девушка взяла свой поднос и вышла из ванной комнаты. Я откинулся на спинку и прикрыл глаза. Наверняка она знает, кто я такой, будет потом хвастаться подружкам, ну и пусть, уже завтра я еду на войну, и неизвестно, как всё сложится. Быстро ополоснулся из ковша – душ тут ещё не придумали, вышел из ванны, вытерся полотенцем и надел халат. Глеб и Стефан сидели на диване и пили чай с булочками, видимо, заходила служанка, пока я мылся.
– Кто следующий? – бодрым голосом спросил я. – Я отлучусь ненадолго, меня не ждите, поужинайте и ложитесь спать, мне надо по делам. Не подскажете, где находится «Синий кит»?
Глеб посмотрел на Стефана, тот, прожевав кусок булки:
– Пешком далековато будет, возьмите карету, милорд.
– Спасибо, Стефан.
Взяв свою дорожную сумку – там был запасной комплект одежды, – пошёл в комнату. Подобающего наряда у меня, к сожалению, нет, придется идти так, да простит меня Милена. Я улыбнулся сам себе и стал облачаться в то, что есть. Да уж, костюм спортивного покроя, обтягивающий как незнамо что, я выглядел глупо, как быть? В гостиной раздался звонкий девичий голосок, наверно, служанка вернулась, я вышел из комнаты.
– Простите, как мне найти сеньора Альфреда? – спросил я у девушки, собирающей чашки со стола. Глеб, вероятно, отправился мыться, Стефан сидел один.
– Милорд, я сейчас ему скажу, что вы хотите его видеть, он зайдет к вам.
Она взяла поднос и вышла из номера. Ну что ж, подождём, надо подумать, как быть с оружием. Идти с мечами за спиной на свидание не очень красиво, остается только шест и кинжал на поясном ремне, остальное осталось в повозке. Я развязал сверток, взял кожаный чехол, у него есть крепление для ремня, значит, возьму его. В дверь два раза стукнули и вошли, не дожидаясь ответа, это был сеньор Альфред.
– Милорд, у вас что-то срочное?
– Да, сеньор Альфред, есть просьба к вам, так сложилось, что у меня появилось срочное дело, но в связи со сложившейся ситуацией я не взял приличного костюма, вы не выручите меня?