- -
- 100%
- +
– Началось все с вашего Венорат. Потом были мы. Болезнь неотступна – если кто-то начинает болеть, то уже не выздоравливает. Мы пришли за помощью, как и остальные. Потому что здесь больше всего купелей исцеления. Но наставники никого из больных туда не пускают.
– П-почему?
Имва не сводил взгляда с больших глаз под широкими бровями.
– Поди разбери. Говорят, что болезнь может отравить святые источники.
Ящер на плече зарычал или у него так бурлил живот. Имва плохо разбирался в этих существах и всегда старался держаться от них подальше. Его смущал холодный пристальный взгляд, длинные когти и острый гребень. Но Сэя как ни в чем не бывало почесала ему подбородок.
– Многие умерли?
– В круг жизни вернулась половина моего племени, – помрачнела амеванка из-за чего кожа стала похожа на пепельную. – Не найдут лекарства, и все станем частью леса.
Имва обвел взглядом широкие листья, окружавшие их, пушистый мох на ветках, разноцветные грибы. Амеваны не могут быть без леса, но может ли лес быть без амеванов?
– И что, никого так и не нашли? Ни одного предателя?
– Ты задаешь не те вопросы, Имва Таул. Ты никогда не охотился.
– Эмм. Верно.
– У орготов острое чутье. Говорят, они тоже умеют видеть форму мира. Знают куда бить. У них острые зубы и тягучие лапы на спине. В одиночку таких хищников тяжело убить.
– Если бы мне разрешили воспользоваться магией, я бы мог справиться, – воспрял Имва духом.
– Тебя разве учили?
– Я сам научился.
Сэя подняла одну бровь. Видимо, это значило, что она ему не поверила.
– На испытании есть место только мастерству и стойкости, – девушка пихнула ему под нос его же клинки. – Мы, охотники, помним те времена, когда народ аме еще не владел искусством магии, пока лес не научил. Когда оргот набросится, у тебя будет пара мгновений, чтобы нанести удар.
Сэя достала из шлема сухую веточку и положила ее перед Имвой. Длинные пальцы указывали с какой стороны правильно двигаться, как избегать нападения и откуда лучше наносить удар.
– Ты хоть что-то понял, Имва Таул?
– Вроде, да.
– Хорошо, – девушка резко ударила кулаком по ветке, и та разломилась на несколько мелких кусочков. Навнат вздрогнул. – Иначе вот, что от тебя останется. А твоей птицей он закусит.
Больше Сэя ничего не сказала. Просто вскочила, прыгнула камнем вниз и уже в следующее мгновение была на соседнем дереве. Имва вздохнул и посмотрел на Навната.
– Тебя никто не съест. И меня тоже. Я так думаю.
Потом он приме́рился, стараясь сохранить равновесие на хлипкой ветке с помощью хвоста, и тоже прыгнул. Дыхание перехватило, но он тут же взял себя в руки, зацепился за другую ветку, раскачался и уже стал преследовать Сэю. Он бежал за ней не сбавляя темп, но она, конечно, все равно была впереди, обходя его то сверху, то сбоку.
В какой-то момент что-то шлепнулось о его голову, и он подобрал тонкий моток коры а́львы – их лучшего лекарственного растения.
– Перевяжи руку, малыш, – донесся до него крик.
Имва решил позднее поговорить с ней о дурацком прозвище, но альву принял с благодарностью. Он сразу же, на месте, обмотал руку.
Пробежавшись по ветке настолько широкой, что она напоминала людской мост, парень заметил, что Сэя пригнулась среди листвы и не двигается. Имва тут же припал к ветке, от которой пахло влагой, и всмотрелся в чащу. Но сколько бы он не глядел, сколько бы ни пытался заглушить в ушах стук сердца, ничего путного увидеть не выходило. Имва вытащил Навната из накидки, дал знак, чтобы тот сидел смирно рядом. А сам пополз дальше, стараясь, чтобы хвост не дергался слишком сильно.
– Сэя, что там? – шепотом спросил он.
– Ничего, – ухмыльнулась она. – Надо было проверить твою реакцию.
Имва несколько раз хлопнул веками. Хвост резко ударил по ветке, и Имва поднялся, видя, как его кожа становится темнее из-за прилившей крови.
– Не смешно.
– Потому что не видел себя со стороны. Если бы здесь был оргот, то он оторвал бы твой оттопыренный зад. Тебе повезло, что они здесь еще не водятся, а то бы живо прихлопнули.
– Откуда тебе знать? – кровь не останавливалась, она заливала уже все лицо, и Имва не мог сдержать ее. Щеки начало покалывать. Все амеваны одинаковые, им лишь бы издеваться над ним, даже когда он в беде.
– Скажи честно, как ты добыл Нат на самом деле? Мой брат был лучшим охотником в нашем племени, – Сэя тыкнула себя в живот, где был смутно знакомый шрам. – Он ушел много лун назад на север и не вернулся до сих пор. Никто из разведчиков не возвращался с ценностями. Ты ведь выманил камень у своих мелких сородичей, так? Говори, тут нечего стесняться.
– Похоже, твой брат не так уж и хорош.
Сэя оказалась рядом слишком быстро. Именно оказалась, потому что ему сложно было назвать этот шаг шагом. Она будто растворилась в воздухе и тут же возникла, пока он моргнул. Девушка возвышалась над ним, ее глаза посверкивали отражениями листьев, а хвост начал мотаться из стороны в сторону.
– Послушай, малыш, – выдохнула она, и ему совсем не понравилось, как она нависла над ним. – Тебе лучше не выводить из себя того, кто пытается помочь.
– Помочь? – выпалил Имва. – С каких пор издевательства – это помощь?! Если я так уж тебе не нравлюсь, уйди с дороги, я раздобуду оргота сам!
Сэя зашипела, хотя нет, это зашипел ящер. Имва бы с радостью высказал и ему, что он думает, но тот не смотрел на Имву. Он вглядывался куда-то наверх, куда уходил блестящий широкий ствол. Потом на носу ящера сразу же вздулись перепонки. Сэя потянулась к бедру, где на специальной перевязи у нее были дротики, а Имва поднял голову и весь мир сжался до крохотной темной точки среди листьев. Ему не нужно было всматриваться, чтобы понять, что это такое.
Имва отпрыгнул в сторону, как раз в тот момент, когда Сэя швырнула дротик вперед. Тень бросилась вниз. Имва видел перед собой блестящий темный панцирь, жгуты, торчащие со спины и, конечно, огромную пасть. Оргот издал рык и шлепнул жгутами рядом с Имвой. Дерево затрещало.
Имва спрыгнул на ветку и побежал. В ушах зазвенело. Нужно прыгать, скорее. Потом в сторону. В листву. Там зверь видит хуже, и шум листвы помешает их найти. Имва прижал к себе Навната и думать забыл об охоте. Сейчас он сам явно был похож на дичь.
Ствол был скользкий, но Имва держался. Пока еще. Тут рядом возникла Сэя и толкнула его бедром. Имва успел только широко открыть глаза, когда в теле возникла расширяющаяся пустота. Он падал. Сэя столкнула его.
Имва ударился о ветку, потом еще раз. Перед глазами все превратилось в цветное пятно, а грудь не давала сделать вздох. Он выгнул спину, пытаясь прийти в себя, и принялся на ощупь искать Навната. Знакомые перья оказались под рукой, и это хотя бы заставило сердце биться не так часто.
Но тут петух побежал вперед.
– Навнат, стой! Только не туда!
Но другу было все равно. Похоже, он испугался еще больше, чем Имва. Навнат удирал вдоль широкой ветви, топорща свои короткие крылья. Сверху раздался резкий свист, потом рык. Имва увидел, как Сэя перепрыгивает с ветки на ветку и пытается швырять дротики в морду зверя, но тот ловко уклонялся, не отставая. И все время ударял своими жгутами. Вот он взмахнул лапой, потом остановился и принялся молотить отростками вокруг. А потом и драть лапами ветвь, на которой сам стоял.
Имва видел, что с ним что-то не так. Можно было попытаться использовать магию, например, попытаться связать его лианами.
«Но раз тут оргот…получается, испытание уже началось! Мне нельзя творить магию!»
Имва дернул головой, но не увидел Навната, посмотрел в другую сторону и уже не увидел Сэи, а оргот все продолжал свое буйство, капая слюной. Имва пошел, стараясь пригибаться как можно ниже и издавать звуков не больше, чем шуршание листвы. Бум-бум – стучала кровь в ушах, а перед глазами плясали темные пятна. Он еще не оправился от падения, в которое его отправила амеванка.
Имва осторожно крался вдоль ветви, поглядывая в обе стороны. Всемогущие корни, еще вчера он говорил Виктории и Рантару что все будет хорошо, и посмотрите на него теперь!
«Куда же делся Навнат?!»
Оргот резко остановился и взвыл. Имва прирос к месту, не сводя взгляда с темного панциря. Если б не жуткая пасть и жгуты, его можно было признать очаровывающим, так здорово гулял свет на панцире. Если бы не было так страшно, можно было даже полюбоваться. А, может, он уже любовался, потому что перестал дышать от ужаса. Тварь была совсем недалеко. Она издала еще один рык и прыгнула вперед, оказавшись почти над его головой, только на другой ветви. Колени слегка подогнулись, и тут широкая ладонь зажала ему рот. Имва спиной ощутил упругую кожу, а в воздухе появился знакомый аромат.
– Шшш, – зашептала Сэя на ухо.
Но Имва при всем желании не пикнул бы, это была не ладонь, а капкан. Тварь наверху дернула хвостом, рыкнула и бросилась на соседнее дерево, принявшись подниматься, пока жгуты бешено ударяли по мелким веткам вокруг. Когда звуки удалились, Сэя, наконец, разжала ему рот.
– Ты вышвырнула меня с дерева! – его живот до сих пор ныл.
– Предпочел, чтобы он оторвал тебе голову?
Имва вырвался из ее цепкой хватки и посмотрел вверх – оргота нигде не было видно. Потом он посмотрел вниз – Навната тоже не было. Сердце сжалось.
– Ты видела Навната? – зашептал Имва.
Сэя мрачно молчала, рассматривая последний дротик в руках. Имва похолодел – он совсем забыл про свое оружие. Рука метнулась к поясу, и он слегка выдохнул – костяные клинки были на месте. Хотя он понятия не имел как они могут пригодиться. Панцирь оргота был слишком крепким. Тварь была уязвима только в районе головы и шеи.
Имва свесился с ветки, чуть не падая, и тут заметил мелькнувшее белое пятно. Навнат бежал среди листвы.
Имва спрыгнул вниз, уцепился хвостом за ветку, качнулся и прыгнул на соседнее дерево. Потом принялся быстро сползать вниз, стараясь не задевать грибы – они могли пищать при прикосновении, а оргот ориентировался в основном по звукам. Правда, этот был какой-то странный.
Когда до движущегося пятна оставалось совсем немного, Имва увидел другое пятно, куда больше и темнее, и похолодел. Оргот был ближе к петуху, чем он. И его явно привлекло движение на земле.
Имва видел зверя очень близко, вновь рассматривая его длинную пасть и переливающийся панцирь, но также он видел, что что-то не так. Имва никогда не встречал живых орготов и все же был уверен, что зверь болен. Его форма была подрагивающей, словно существо атаковал невидимый враг каждое мгновение, а оно пыталось сопротивляться. Даже панцирь стал слабее, как будто его кто-то выел изнутри, особенно в некоторых местах. Будто отвечая на ощущения Имвы, оргот дернулся, как от удара, и принялся лупить своими жгутами по соседним веткам. Древесина затрещала, ломаясь под хлесткими ударами. Навнат дернул перьями и побежал вперед. Тварь кинулась за ним.
Имва замер, не в силах поверить, что зверь может вот так запросто убить его друга. А ведь это он, Имва, привел его сюда и обещал, что Навнату понравится.
Имва сжал зубы и пустился стрелой вперед. Он подпрыгивал на тонких ветках из стороны в сторону, держась все время сверху и чуть сзади над тварью. Имва не смотрел под ноги, даже по сторонам не глядел, он просто несся, сжимая кинжалы в руках. Нельзя позволять себе сомневаться. Только не сейчас. Прыжок, вдох, выдох. Прыжок, выдох, вдох.
Тварь ударила лапой, но только высекла щепки, Навнат успел увернуться. Но оставалось совсем чуть-чуть.
Имва закричал. То ли от страха, то ли, чтобы избавиться от него и передать его твари. Он рассмотрел слабое место на панцире. Форма подсказывала ему. Он видел все очень четко – кусочки из которых состоял панцирь, и то как медленно вздувались мышцы на мощных лапах с когтями. Было видно все, и так удивительно четко, будто ничего другого в мире не осталось. Имва занес руку с кинжалом и ударился о панцирь. Жгут махнул наотмашь и свалил Имву в сторону. Тварь издала раскатистый вопль. Из ее шеи торчала рукоять одного из кинжалов. Оргот забил лапами, оскалил пасть, обдав Имву жутким зловонием, но он точно не собирался умирать. Оргот двигался прямо на него, вращая ошалелыми глазами.
Имва пополз за вторым кинжалом, который лежал совсем рядом. Оставалось протянуть руку. Земля задрожала, и перед ним открылась пасть с двумя рядами острых зубов. Имва остановился, разглядывая почерневший язык и зубы, способные размолоть кости. Он замер и уже чувствовал, как кожа начнет лопаться, раздираемая на тысячу мелких кусочков.
Сверху раздался резкий свист, и на панцирь свалилась Сэя. Она воткнула дротик в морду твари, и та захлопнула пасть. Жгут ударил охотницу, отшвырнув ее в ствол дерева. Но Имва как раз очнулся. Он схватил кинжал, снова закричал и навалился всем весом на тварь. Он вдавливал кинжал в слабое место так, что у него самого все потемнело перед глазами.
Имва упал, прерывисто дыша, а когда снова смог видеть, то различил распластавшееся на земле огромное тело. Имва бухнулся обратно на землю, желая остаться здесь на пару дней или просто раствориться в почве и стать спокойным деревом, которому нет ни до кого дела. Через густую зелень лился теплый солнечный свет. Кроны терялись на недосягаемой высоте, шевеля мелкими листьями. Как же ему все-таки не хватало родного дома.
– Ты сделал это ради птицы? – донесся до него голос через целую вечность.
Имва повернул голову и увидел, как петух осторожно поглядывает на него из-за широкого листа папоротника.
– Он мой друг, – выдохнул Имва.
Сэя покачала головой и подошла к телу оргота. Она осмотрела кинжал, потом второй и перевела взгляд на Имву.
– Никогда бы не подумала, что гоблины такие бешеные.
– Просто не надо нас доводить, – ответил Имва и с удивлением для себя отметил, что это правда. Так сказало ему само тело. Он прислушался к себе, но оно замолчало, будто ничего и не было. Раньше он такого за собой не замечал. Или просто плохо слушал.
Хорошо хоть не сказал, что Рантар бы справился гораздо быстрее. Вряд ли бы он смог спокойно объяснить, кого имел в виду. Ему хотелось, чтобы они были здесь – Виктория и Рантар. Воин бы наверняка удовлетворенно хмыкнул, а Виктория принялась бы расспрашивать его как он себя чувствует и заглядывать в глаза. Имва испустил благостный вздох и дышать стало проще. Он слегка приподнялся, вытягивая руку, и Навнат осторожно вышел из листвы, давая себя потрогать. Потом Имва посмотрел на тварь, и по коже поползли мурашки.
– Я прошел испытание?
Сэя сидела возле тела, рассматривая пасть. Ее ящер ходил вокруг и косился на Имву.
– Не понимаю, – проговорила амеванка, не обращая на него внимания. Она провела рукой по длинной, мертвой морде.
Имва решил повторить вопрос погромче, и только тут девушка повернулась. Бледное лицо было чересчур взволнованным, хотя опасность уже миновала.
– Д-да. Ты справился. Кто бы мог подумать, что дело окажется в птице.
– Его зовут Навнат.
– Что?
– Сэя, что случилось? – Имва нашел в себе силы встать с земли. Хотя его все еще тянуло к корням.
– Орготы никогда сюда не заходили. Никогда! Я хотела только немного подурачиться. Прости, – серьезно добавила она в конце.
Имва слегка сглотнул и кивнул. Он понятия не имел как можно ответить. Он посмотрел на светлые рукояти кинжалов до сих пор не в силах поверить, что смог это сделать. Парень сделал глубокий вздох, отдавшийся болью в теле, и сделал еще один шаг вперед.
– Он болен, – сказал Имва. – Что-то терзало его.
– Откуда ты знаешь?
– Я увидел, – пожал плечами Имва. – Было что-то неправильное в его форме. Смотри. У него из пасти течет черная дрянь. У заболевших амеванов что-то похожее?
Сэя взглянула на Имву и прищурилась. А потом медленно кивнула.
– Выходит, болеют не только амеваны, – сказал Имва, ощущая во рту горечь. – Ты знала?
– Нет, но похоже, ты прав. Он вел себя, как бешеный.
Имва еще раз всмотрелся в мертвое тело. Форма изменилась – существо ведь умерло, но внутри него все равно продолжалось нечто гадкое. Теперь оно захватывало тело куда быстрее, чем раньше. Имва скривился и посмотрел на руки, словно зараза могла перекинуться и на него. Кисти были испачканы черной кровью, и он увидел в ней тот же яд. Только пока он шипел и распространялся в самой крови, не проникая под кожу Имвы. Дыхание мгновенно ускорилось.
– Мне надо помыть руки. Быстро.
– Это просто кровь, – подняла Сэя одну бровь. Но когда он подсунул их ей под самый нос, она поморщилась и кивнула. – Постой. Не хочешь забрать свой трофей?
– Всё ведь на самом деле? – спросил он, глядя в ее большие, раскосые глаза. – Я действительно сделал это?
– Да, Имва Таул. Ты сделал это.
Она приоткрыла пасть твари, поморщилась из-за запаха, но быстро расковыряла один из больших зубов, швыряя ему. Имва с неприязнью смотрел на кровь, больше всего он хотел избавиться от нее. Под кожей зашевелились магические змеи Мозеса. Они будто реагировали на кровь. Имва поскорее спрятал зуб в кармашке на поясе, чтобы не касаться мерзости. Хотелось окунуться в прозрачную воду и забыть обо всем.
Сэя собиралась вытащить костяные кинжалы, но Имва ухватил ее за руку и потащил за собой.
– Идем. Мы должны всех предупредить. Надо скорее вернуться. Навнат, пошли.
Девушка молча кивнула и свистнула. Ящер снова забрался ей на плечо. Петух шел рядом. Имва не хотел подбирать его испачканными руками, чтобы зараза не коснулась перьев. Он не сводил взгляда с грязной крови, с затаенным страхом наблюдая, как меняется форма.
Они шли молча, не было нужды ничего обсуждать. Имва вообще не мог до конца поверить, что все это происходит на самом деле. Он словно остался внутри той пасти с зубами. Словно ничего не осталось от жизни. Кроме шипения крови и змей, которые двигались под кожей.
Имва смотрел на руки, отводил взгляд, но вскоре вновь возвращался к виду крови. Он не хотел, чтобы его тело раздувалось, а из рта шла чернота. Он поглядывал по сторонам в поисках родника, маленькой речки или даже захудалой лужи. Кожу начало пощипывать, или ему только казалось? Имва зашагал еще быстрее.
О том, чтобы сотворить воду и избавиться от яда не было и речи. Форма воды одна из самых сложных и непредсказуемых. Даже маленькую лужу не выйдет сделать.
– Ты молодец, Имва Таул, – нарушила молчание Сэя. – Не ожидала, что полу-гоблин сможет такое. Не знаю какая часть помогла тебе больше, но слушай ее почаще.
Имва не знал, что это – очередная издевка или настоящая похвала – поэтому ограничился кивком. Навнат дернулся, и Имва заметил движение справа. Он сразу пригнулся, но понял, что это лишь дерево. Массивные корни рыхлили землю как длинные щупальца, ствол кренился, задевая соседние ветви, но древо уверенно двигалось вперед. За ним шли еще два.
– Не бойся, Навнат. Это просто деревья ходят, – Имва проводил их взглядом и сказал девушке. – Мы можем пойти за хранителями, они наверняка идти туда, где больше воды.
Сэя кивнула. Они двинулись вдоль рыхлых следов на земле, которые на глазах затягивались травой и мхом. Но слишком медленно.
«Раньше бы следов на земле почти не осталось, а теперь все похоже на людскую дорогу».
Чутье не подвело Имву – деревья вышли к самой кромке небольшого озерца. Неспокойные корни проросли прямо в воду. Имва поспешил вперед, оттирая руки. Темное пятно постепенно расползалось по кристально чистой воде. Сэя села рядом и начала делать то же самое. Имва посмотрел на нее и невольно сравнил с Викторией – трудно было представить настолько непохожих девушек. Виктория была теплой и мягкой, а Сэя, под стать имени, была натянутой, резкой. Волосы Виктории были чернее ночи, а коса Сэи, как у всех амеванов, была светлой, почти как сок в деревьях.
«Интересно сколько ей? Наверное, она немного старше».
Имва быстро отвел взгляд, пока девушка не поняла, что он пялится на нее. Он с удвоенным упорством принялся оттирать руки, но заметил, что щипание под кожей не прекращается. Наоборот, невидимые змеи зашевелились и будто потянулись к воде, желая напиться. Руку обожгло, словно кто-то резко потянул ее вперед. И тут Имва заметил, что на противоположном конце озера стоит беловолосый колдун из головы Виктории. Волосы на теле разом поднялись дыбом. Рука начала гореть огнем, с каждым мгновением все сильнее, пока Мозес смотрел на него, но Имва, наконец очнулся и выдернул ее, обдав лицо брызгами.
– Что такое? – спросила Сэя.
– Ничего, – ответил Имва, тяжело дыша, пряча руку за спину и заметив, что другой берег чист. – Просто защипало.
«Этого некроманта ведь не может быть в лесу, так?»
– Я могу перевязать рану.
– Н-не стоит.
Имва повернулся к озерцу и нахмурился. Больше на той стороне никого не было. Наверняка это лишь воображение разыгралось из-за дурацких змей. Но почему-то они стали вести себя иначе. Может, в воде был ответ? Имва с сомнением принялся осматривать озерную гладь и все-таки увидел: сгустки отравленной крови принялись закручиваться, выстраиваясь в нити, они соединялись с формой воды и двигались дальше. Имва был не в силах оторвать взгляд. И как он только раньше не заметил?
– Ты видишь, Сэя?
– Вижу что, малыш?
– Ну вот же, форма меняется, – Имва кивнул на нити в воде. В животе словно стало меньше места, а змеи под кожей продолжали щипать.
– Я ничего не вижу.
Имва подошел ближе. Нет, ему все-таки не казалось. Не могло казаться такое. Он видел, как ядовитая кровь растворяется в озере, почти исчезая. Но вместе с этим менялась сама форма воды, превращалась в темные нити, расползаясь по озеру и всему берегу. Вода была иной еще до того, как они решили в ней ополоснуться. Черная кровь оргота просто заставила нечто в воде очнуться.
Имва переступил с ноги на ногу, видя, как чужеродные сгустки вместе с водой проникают все дальше в лес через корни. Темные жилы, похожие на вены, тянулись от озёрной глади к деревьям, что пришли на водопой, но не заканчивались, а ветвились все дальше, уводя в чащу. Имва в ужасе озирался кругом, чувствуя, будто мрачная цепь была накинута на лес и продолжала сжиматься. Где-то невидимые глазу жилы были тоньше, где-то толще, но они были повсюду. Холодок сковал шею Имвы. Враждебная форма нападала на ту, который были пронизаны деревья, трава и кустарники. Прямо как с орготом, которого мучило что-то изнутри. То, что проникло в растения вокруг, пока было слабее, но оно расширялось, захватывая все, что встречалось на пути.
– Оно повсюду, – прошептал он и посмотрел на свою руку. Все было в порядке, даже змеи под кожей слегка успокоились.
Петух подошел к кромке воды, заглядывая в свое отражение.
– Навнат, нет! – птица отбежала от резкого крика.
– Объясни, что случилось, Имва Таул, – Сэя снова щурилась.
– Ты говорила, что сначала заболели в Венорат, а потом у вас в Маротэн, так? А теперь болеют все, и никто не поправляется.
– Да.
– Кажется, я понимаю почему. Яд в воде. Я видел нечто похожее, когда зашел в лес, рядом с рекой. И тут у озера. Оно проникает внутрь и разрушает все изнутри. Как оргота. Как амеванов.
– Ерунда, – мотнула Сэя хвостом. – Наставники бы сказали.
«Наставники бы сказали» – повторил про себя Имва, но без всякой уверенности. Наставники не могли не знать об этом, они лучше всех чувствуют магию. Но почему-то молчали. С Сэей все ясно, она охотник, а они очень плохо владеют магией, их призвание в другом. Как бы он сейчас ни начал объяснять ей происходящее, она все равно не увидит. Но оставался другой вопрос, поважнее.
«Почему вижу я?»
Имва огляделся, словно в широких листьях или ароматных цветах крылся ответ. Будто лес может рассказать. Но тот молчал. Имву никто не учил премудростям магии –папа подчинялся и сохранял запрет, объясняя только основы, и Имве приходилось подглядывать за занятиями. Учиться всему самому, в тайне, когда никто не смотрит. Возможно, всему виной стали его последние странствия в мире людей – он видел странную и изменчивую форму за пределами леса. Ту форму, которую так трудно было отследить и контролировать. А, возможно, причина была в другом.
Имва посмотрел на правую руку, под которой ползали невидимые змеи Мозеса. Как знать, что сделал с ним людской колдун? Как бы Имва ни пытался постичь природу змей, ничего не выходило, а они внимательно следили за тем, что он делает. Змеи чувствовали неправильную форму, они тянулись к ней, вот почему руку щипало. Имва не хотел быть связан клятвой с безумцем, но иного выбора у него тогда не было.
– Имва Таул?
Он дернулся, и посмотрел в встревоженное лицо охотницы. Она не поймет, будет считать еще большим изгоем. Никто не должен узнать про змей.
– Надо бежать. Расскажем наставникам… про все.
Имва подхватил на руки Навната и побежал. Лес мельтешил перед глазами, сверкал красками, которые начали тускнеть. Один раз о лицо ударился здоровенный жук, но Имва продолжал нестись вперед. Высоко в ветвях виднелись дозорные площадки с амеванами, которые не стали их останавливать. Скоро Имва и Сэя оказались в знакомой части леса, и парень немного притормозил. Впереди были прямые ряды деревьев с алой корой. Маленькую остановку он все-таки должен был сделать.