Наследник для Чудовища

Глава 5

Лея

По венам не кровь текла – чистое пламя. И с каждым новым прикосновением Себастиана становилось всё жарче. Он что-то говорил, но я не слышала. В ушах пульс долбил на самых высоких децибелах. Чем ниже скользили его ладони, тем громче он становился. А от его тихого хриплого голоса внутри всё вибрировало не хуже, чем от прикосновений.

Долбанные афродизиаки!

Я честно старалась сопротивляться, но с каждой пройденной минутой проигрывала в этой неравной борьбе с ними.

Никогда не думала, что мне так сильно может снести крышу!

И отчего?!

От каких-то непонятных веществ, которые призваны усилить возбуждение. И ничего, что я до этого его никогда особо не испытывала. Вообще не думала о таком, если честно. Моя любовь к Уайетту была возведена в абсолют в самом романтическом смысле этого слова. Конечно, я представляла себе, как это будет, когда мы будем вместе, но все это носило эфемерный характер. А тут…

С ума сойти можно!

Я и сходила. С самого малейшего касания Себастиана. С каждого вдоха, с которым в мои лёгкие попадал его дурманящий и кружащий голову аромат. Нельзя пахнуть так преступно-одуряюще. Но он пах. И из-за этого внизу живота то и дело будто что-то взрывалось мириадами чистейшего удовольствия. И я – не я уже. Стонала и извивалась на нём подобно самой озабоченной волчице, позабыв обо всём на свете, о том, что правильно и нет. О том, что люблю другого. В этот самый момент если я кого и любила, то только Себастиана. Его руки, запах и голос. Всё то, что он творил с моим телом. Почти уверена, помешай нам кто, я бы сама этого кого-то прибила и не заметила.

Прости меня, Уайетт, но эту битву с собой я проиграла…

Утренний свет полоснул по сознанию, возвращая меня в реальность до того резко и ярко, что я не сразу поняла, что произошло. Открыв глаза, с целую минуту скользила взглядом по почему-то разрушенной обстановке незнакомой спальни, пытаясь понять, где я и что происходит. Память мелкими кусочками восстанавливала произошедшее накануне.

Бег по лесу, трехдневное заточение в какой-то комнате без окон, затем свадьба…

Точно!

Свадьба!

С Себастианом Дельгадо!

Главой одного из могущественных преступных картелей Мексики.

Которого, кажется, больше не было со мной рядом.

Точно не было!

Тут же уселась на постели. Вышло слишком быстро, отчего голова закружилась. Пришлось зажмуриться и ненадолго замереть, переживая внезапный приступ слабости. Память тем временем подкидывала всё новые факты прошедшего дня. И то, как я оказалась в данной спальне. И то, почему она напоминала поле боя.

Я же…

Я…

Рука метнулась к покрывалу, отодвигая его от себя, чтобы убедиться в том, что память не врёт.

Голая. Я действительно абсолютно голая.

Мою ж маму!

Обхватила ладонью шею, стараясь дышать как можно ровнее, пережидая, когда горло отпустит приступ удушливой паники. И всё пыталась вспомнить, что же было после того, как я слетела с катушек и позволила Себастиану творить всё то, что он сделал.

Вспоминалось плохо.

Последнее, что отчетливо помнила, как Себастиан подобно мне сжимал мою шею своей огромной ручищей на пике моего удовольствия, переросшего в такую лютую потребность чувствовать его, что даже сейчас, от одних воспоминаний в дрожь бросало. Как наяву отчетливо ощущала жаркие прикосновения, от которых хотелось выгибаться и урчать, как кошка. Дальше… дальше темнота.

Я отключилась от переизбытка эмоций? Похоже на то. И хорошо! Хотя всё равно кошмар! Я же реально готова была отдаться незнакомому мужику со всем удовольствием. Но, если что, это всё афродизиаки! Точно не я сама! Я бы никогда! Ни за что! И уж точно не с Себастианом Дельгадо! Как бы сильно мне не шла его фамилия. Чего вообще об этом вдруг вспомнила? Кажется, я просто ещё не отошла от воздействия ядовитых паров. Тех, что хуже самого смертельного яда. Там ты просто умираешь, а здесь…

Брр!

Передёрнула плечами и снова обвела взглядом полуразрушенную комнату.

Если сама я сидела на кровати, матрас которой теперь разве только сжечь уместно было, то вокруг было разбросано полно щепок от раздробленных частей прикроватных тумбочек, среди которых и чёрный корпус почившего мобильника просматривался. Разбитые лампы одинокими брошенками валялись по разным углам комнаты, и кажется единственные, кто более менее уцелел после ночного происшествия. Даже в стенах и то обнаружились внушительные вмятины.

Похоже, кое-кто впал в ярость от неудовлетворения…

Взгляд уцепился за ткань порванного платья, и я слегка поморщилась. Красивое было, даже жаль, что не сохранилось. Как и бельё. Чьи ошметки валялись вперемешку с пухом из испорченного одеяла.

Мамочка моя…

А лучше папа!

Хотя нет, всё же мама!

Папе на такое я бы точно пожаловаться не смогла!

Как я вообще во всё это встрять умудрилась? Ах, да, по собственной глупости. Не пойди я на поводу своей авантюрной натуры, не влезь в те неприятности с гоном, сидела бы на попе ровно, не попала бы и сюда. Наверное…

Впрочем, что уж теперь? Поздно сетовать на судьбу. Нет в том никакого смысла. Моему освобождению это никак не поможет. Как и пострадать о своём грехопадении я могу и потом, когда выберусь из этого капкана. Пока же… В душ пойду! Раз уж изоляция закончилась, он как раз вновь стал доступен. Смою с себя чужие прикосновения и перестану, наконец, думать обо всём этом. Тем более всё уже сделано, поздно ужасаться. Так что улыбаемся и машем нашей панике, как в известном мультике. И моемся, наконец.

Правда, оказавшись в ванной, заметила то, на что раньше со сна не обратила внимание – кольцо вернулось мне на палец, не трудно догадаться чьими стараниями. А вкупе с тем, что было ночью… В общем, стащила я его с себя обратно, отложив на столешницу с умывальником.

Вот только может от украшения я и избавилась, а вот в остальном…

Сколько бы ни тёрла, лёгкие всё равно не покидало стойкое ощущение мужского присутствия. Витающий в комнате аромат мускуса с нотками острых пряностей и ванили даже дующий в приоткрытое окно ветерок не смог изгнать, что уж говорить о моей коже.

Гадство!

Конечно, я же с ним всю ночь провела в непосредственной близости.

Зря о последнем подумала…

В голову опять полезли не лучшие воспоминания о том, где мужчина и правда был ко мне близок, как никогда. Каким горячим и огромным ощущалось его тело подо мной. Такой обнимет если, сразу со всех сторон защищена окажешься от любых внешних воздействий сил.

И о чём я вообще?!

Какая защита?!

Бредятина полная!

Я точно до сих пор не в себе пребывала!

Хвала Луне, виновника моих глупых фантазий всё ещё рядом не было. Не вернулся он и тогда, когда я, одевшись в нашедшиеся в шкафу ванной его чистые футболку и шорты, вернулась в комнату, а затем, поняв, что та не заперта, вышла в коридор.

Осторожно оглядевшись вокруг, чутко прислушиваясь к происходящему в доме, я медленно ступала дальше по широкому проходу мимо множества других дверей. Впереди показалась лестница, и я снова замерла, особенно тщательно прислушиваясь к происходящему ниже этажом. Но везде царила неестественная тишина. Ни звука шагов, кроме моих, ни голосов, ни сердцебиения. Ничего слышно не было. Все будто вымерли. Лишь птицы и насекомые снаружи позволяли понять, что мир всё ещё дышит, и я не попала ни в какое иное измерение с остановившимся временем за период моего сна.

Спустившись на первый этаж я также не обнаружила ни единой живой души. И все двери нараспашку.

Это проверка такая, что ли?

Побегу или останусь…

Конечно, я побежала!

Обратно наверх. И ещё выше. Туда, где можно было вылезти на крышу и осмотреться. С их системой изоляции, кто знает, чем мне аукнется попытка реального побега. Лучше не рисковать раньше времени. Белокаменное строение с ровными стенами не особо располагало к тому, чтобы лазить по нему, как человек-паук, а потому пришлось искать официальный выход на крышу. Его не может не быть. И я оказалась права.

После исследования кучи коридоров и дверей, я наткнулась на нужную. Небольшая лестница привела меня на ровную открытую площадку, откуда открывался потрясающий вид на растущую вокруг растительность и… океанские просторы.

Вода была везде. Со всех сторон омывала этот экзотический кусочек суши, и так до самого горизонта.

Остров.

Я и впрямь находилась на долбанном острове. Как и говорил Себастиан прошедшей ночью, о чём я до этого момента и не вспоминала, если честно.

И теперь понятно, с чего вдруг со стороны обитателей такая щедрость взялась в виде незакрытых окон и дверей. Мне всё равно никуда не деться отсюда. Если только утопиться. Чего я конечно же не сделаю.

– Мою ж маму… – пробормотала, оседая на пол и хватаясь за голову.

Как теперь быть?

Если ещё недавно я пыталась убедить себя в том, что должна быть спокойной и думать о том, как изменить своё положение, то теперь меня накрывало отчаянием.

Остров сложнее найти. Так что на быстрое вызволение папой тоже можно больше не рассчитывать. Причала или лодки здесь также не наблюдалось, чтобы попытаться самой его покинуть. Ничего не наблюдалось, что могло бы помочь мне с него выбраться.

Гадство!

И чего мне не сиделось в доме у тёти с дядей в Нью-Йорке? Зачем я потащилась туда, куда не следовало? Кому и что хотела доказать? Что я не хуже них могу быть полезной? Вот уж действительно: помогла, так помогла!

Идиотка!

Не знаю, сколько так просидела. Время будто застыло на те мгновения, что я упивалась жалостью к себе и своему положению. В себя вернул едва слышный стук сердца. В этот момент и моё собственное забилось быстрее.

Я тут же подскочила на ноги и поспешила найти источник этого звука. Чуть не полетела кубарем с лестницы пару раз, прежде чем добралась до первого этажа, но да ладно. Ерунда.

Двойные двери если и стали преградой, то только на мгновение. Их открытие сопроводил мой гневный рык.

– Дельгадо!

И тут же затих, когда вместо ожидаемой мужской персоны я столкнулась взглядом с карими глазами совершенно незнакомой мне седовласой волчицы. В тот же момент раздался глухой стук разбитой тарелки, которую та выронила от неожиданности. Пребывающая в ней до этого каша запачкала тёмный гранитный пол кухни. Мы обе в растерянности на него и уставились.

– Извините, – произнесла я негромко, возвращая внимание лицу старушки. – Я не хотела вас напугать. Думала, это Себастиан здесь.

Судя по морщинам на улыбчивом лице, её жизненный цикл клонился к закату. На ней была надета широкая белая блуза с короткими рукавами и длинная голубая юбка. Заметила, когда она отъехала на своём инвалидном кресле подальше от островка, на котором обычно готовили, чтобы наклониться поднять посуду. Стало вдвойне совестно.

– Я уберу, – поспешила исполнить сказанное.

На столе лежал рулон бумажных салфеток, их я и использовала для вытирания пола под задумчивым взглядом молчаливой старушки, внимательно наблюдающей за мной. Всё собранное выкинула в нашедшийся неподалёку специальный ящик.

– А где Себастиан? – решила нарушить я затянувшееся молчание. – И остальные…

Все эти дни до этого народа в доме было столько, что я даже закрытая в комнате без окон улавливала их присутствие. Сегодня же как вымерли все.

На мой вопрос она грустно вздохнула.

– Альфа улетел. Вертолётом. А остальные… тоже… сбежали… Ещё на рассвете… – вздохнула повторно, тоскливо взирая в сторону ящика с отходами.

Я тоже на них посмотрела. Потом на пустую маленькую кастрюльку в мойке.

Хм…

– Ещё раз простите. Я просто услышала биение вашего сердца и решила, что это Себастиан. Вот и… прибежала, – поморщилась.

Предложила бы ей восполнить утраченное, но где я, а где готовка. Максимум могла помочь, но чтоб самой… никогда не пробовала готовить что-то в одиночку. Дома у нас тоже слуги, а в разъездах обычно еда заказывалась из ресторанов, так что в этом не было необходимости.

– У моего внука сильное сердце, – улыбнулась старушка. – Оно бьётся совсем иначе, – снисходительно посмотрела на меня.

На это я решила промолчать. Ещё не хватало обсуждать то, как сильно бьётся сердце её внука. И… стоп!

– Внука? – переспросила, прищурившись, по-новому осматривая старушку. – Значит это вы – та, что похитила меня и презентовала Себастиану в качестве подарка на свадьбу.

И не скажешь так сразу, что эта добродушная с виду волчица-инвалид способна на такое.

– Похитила? – уставилась на меня шокировано волчица. – Кто? Я?

– Ну не я же! – усмехнулась. – Я на этот остров точно не сама прилетела. И в закрытой комнате тоже не я себя запирала, чтобы не сбежала. Не говоря уже об этом, – подняла руку, на которой всё ещё находился подавляющий мою волчью сущность и силу браслет.

– Так ведь это же для того, чтоб ты себе не навредила. Многие девушки после того, что тебе пришлось пережить, не в себе, вот мы и позаботились, – продолжила смотреть на меня с искренним непониманием, пополам с возмущением. – Мы же тебя не крали, мы же тебя спасли. Или это не за тобой гнались те маньяки в лесу? Где бы ты была, и что бы с тобой стало, если бы не вмешались оборотни из нашей стаи? – ещё и попрекнула.

Я прямо восхитилась такому актёрскому таланту. Ей-богу, так уверенно она возмущалась, будто я и впрямь на неё наговаривала. Даже моя мама не так чисто перевирала правду, когда косячила. И ведь не придерёшься. Если так подумать, то её волки мне действительно помогли. Не считая последствий.

– Ага, – протянула я понятливо. – А моё замужество с вашим внуком – это как бы благодарность за вашу помощь, да? – выгнула брови, усмехнувшись.

Нет, можно было и вспылить, высказать ей всё, что я думала о подобном способе заполучить правнуков, но смысл? Едва ли это поможет моему положению, а то и хуже станет, поэтому я решила придержать при себе негативные эмоции. Может получится с ней всё-таки полюбовно договориться? Да и воевать со старушкой-инвалидом – такое себе. Ни воспитание, ни собственные внутренние установки не позволяли. Да и трону я её если, меня сам Себастиан в ту же секунду и приговорит, а я ещё жить хочу.

– А чем тебя мой внук не устраивает? – громко и с отчётливой обидой в голосе противопоставила старушка. – Да сильнее и лучше него во всей Северной Америке оборотня не найдёшь! Не только южный клан, все картели склонили перед ним свои головы и принесли клятву верности!

Не знаю, почему, но я улыбнулась на такую чистую эмоцию в мою сторону. Сразу видно, что внука она любит. Самоотверженно. Это… трогало. Вопреки всему. Я даже не сразу осознала, что именно она мне сказала.

– Южный клан? – переспросила, нахмурившись.

А ещё вспомнила, что с некоторых пор у этого клана новый альфа. Я не особо вникала во все эти дела, и о смене власти знала лишь по слухам, без подробностей. И вот теперь очень жалела о том, что так мало интересовалась внешней политикой наших кланов. Иначе бы ещё при первой встрече поняла, насколько сильно встряла. Потому что одно дело убить какого-то главу картеля, там можно не особо заморачиваться средствами и думами о последствиях. И другое – бросить открытый вызов главе клана, входящего в Совет оборотней.

– Вот это же-есть! – уткнулась лбом в стол.

Вот как стояла, так и опустила голову на ближайшую твёрдую поверхность.

Ну просто потому что я попала. Реально так встряла. По-полной. От брака с главой клана так просто не отмахаешься. Тем более с учётом плохих отношений между нашими кланами.

Луна, ну за что ты так со мной?

– Вот почему всё-таки я, а? – повернула голову так, чтобы видеть старушку. – Вон, Каролина куда больше подошла бы на эту роль, – вспомнила свою старшую амбициозную сестру.

Её и красть бы не пришлось. Она у нас всегда любила силу и власть и всё к этому причитающееся. А я… Ну я, признаться честно, вообще всегда была далека от всего такого, благо статус младшей в семье это позволял. Так что вместо важных встреч, я вечно пропадала в баре контрабандистов, играя с ними на деньги в покер и прочие игры. Поэтому я даже близко не представляла, какими критериями надо было выбирать жену для своего внука, чтобы остановить этот самый выбор на мне! На самой неподходящей для этого кандидатуре. Я ж даже в универ после окончания среднего учебного заведения не поступила, потому что до сих пор знать не ведала, кем хочу стать.

– Кто такая Каролина? – прищурилась моя собеседница.

– Сестра моя, – пробурчала, выпрямляясь. – Старшая. Быстренько бы правнуков вам организовала. Достаточно было сказать, что это во имя мира и дружбы между семьями, и она согласилась бы.

– Но в том лесу никакой Каролины не было. Только ты, – собеседница вернулась к грустному созерцанию пола, по которому прежде была размазана каша. – А другие девочки все были уже заняты, – добавила совсем расстроенно.

– Вы искали вашему внуку, главе клана, первую попавшуюся невесту среди преступных банд Нью-Йорка? Серьёзно?

Кажется, старушка не только ходить не могла, но и с головой у неё тоже уже был не порядок.

– Почему это первую попавшуюся? – вернула себе возмущённый вид она. – Я учла возраст, детородные возможности, и тот факт, чтобы девушка не являлась частью нашего клана или картеля, поскольку Себастиан категорически против подобного. Что ещё нужно? И ты вообще хоть примерно представляешь себе, как сложно в нынешнее время найти свободную здоровую молодую нетронутую волчицу? – ещё и обвинила.

Офигеть! Чем дальше в лес, тем страшнее. Теперь я не только из-за своей родословной здесь, оказывается, но и потому, что до сих пор девственна. Капец какой-то!

– А с чего вы взяли, что я до сих пор не тронута никем? – съязвила. – У меня вообще-то парень есть, чтоб вы знали. И уже давно.

И отвернулась, сделав вид, что занята изучением обстановки и поиска того, чем бы можно было перекусить. Заодно это помогло скрыть тот факт, что я немного приврала про парня. Уайетт был, да, но официально мы с ним ещё не встречались. Родители запретили ему прикасаться ко мне до моего совершеннолетия, а оно наступило всего-то пару недель назад, а в то же время у Калеба погибла старшая сестра, и пришлось срочно разбираться с этой проблемой, не до личных отношений было.

Блин! Что за бред вообще?! С каких пор нетронутость важна? Это ей тогда надо было среди четырнадцатилеток выбирать. У волчиц в этом возрасте как раз наступает момент взросления, они выделяют феромоны в повышенном количестве для привлечения самцов. Так что к восемнадцати годам нетронутых и свободных и правда не остаётся. Разве что чересчур влюблённые дурочки вроде меня сдерживают себя. Всё-таки надо было соблазнить тогда Уайетта, в мои шестнадцать, как хотела, а не отступать под гнётом обстоятельств…

– Парень? А что за парень, солнышко? – ласково, и даже слишком ласково протянула старушка.

Покосилась на неё настороженно.

– Пожалуй, тут я промолчу, – решила для себя и неё. – Лучше скажите, чем здесь можно перекусить. И учтите, готовить я не умею. Совсем. Никак. Только в теории. Но могу помочь.

Гордость гордостью, а кушать и правда хотелось, да и оставлять инвалида одного было совсем… неправильно, что ли? Мало ли, случится что, потом меня ещё обвинят в этом. Нет уж. Лучше пусть будет под моим присмотром. Заодно так я буду точно уверена, что мне ничего больше не грозит. По крайней мере, не с её стороны.

– Да что найдёшь, то и бери, – махнула рукой в сторону холодильного шкафа старшая Дельгадо. – Я и сама не помню, когда в последний раз тут была, так что в этом мы с тобой на равных, – улыбнулась мне.

М-да…

А жизнь-то начинает играть новыми красками. Без всякой томности.

В общем, отправилась я изучать шкафы и холодильник, как и сказала старушка. Их здесь, кстати, было много. Холодильников тоже не один, а целых два. Так что поиски предстояли масштабными.

– Как вас зовут? – поинтересовалась, заглядывая первым делом в холодильник.

Надо же мне к ней как-то обращаться? А то бабушка Дельгадо – такое себе обращение, наверное.

– Консуэлла Химена, солнышко, – всё так же ласково отозвалась старушка. – Но зови меня просто бабушка. Мне будет приятно.

А мне будет приятно, если вы меня отпустите, хотела сказать, но на деле лишь согласно кивнула, оставив при себе мысли о её коварстве. Хорошо же играет, зачем разочаровывать? Тем более спасения мне это никакого не принесёт.

В холодильнике обнаружилось столько всего, что у меня глаза разбежались. Только ничего такого, из чего можно было бы банальный бутерброд приготовить. Да и пожилой волчице явно нужно что-то более подходящее, чем сухой хлеб, пусть и с мясом. Не зря же она кашу себе делала до этого. Только и её повторить не удастся, молока больше не было. Поэтому пришлось искать дальше.

Через пару ящичков мне повезло. Я нашла поварскую книгу. Толстую такую. Что лучше всего: с картинками и поэтапным описанием готовки!

Находку я выложила на кухонный островок.

– Выберем блюдо, потом уже будем искать продукты, – пояснила для бабушки Себастиана.

А то я так точно не соображу, что делать.

Тяжко быть избалованной всеми принцессой.

– А что бы ты сама хотела? – заинтересовалась моя новая родственница, подъезжая ко мне ближе в своём инвалидном кресле и тоже заглядывая на страницы.

– Сейчас я готова съесть, что угодно. Хоть английский, хоть мексиканский, хоть итальянский, хоть какой завтрак. Я в принципе не привередливая.

В итоге я остановила свой выбор на фахитас (блюдо из мяса и овощей). Вроде не так уж и сложно всё это готовилось. На первый взгляд. На второй и третий – это оказалось сложнее, чем мне думалось. По факту так и вовсе. Это вам не готовую начинку на сырое тесто для пиццы выкладывать, которое скатали другие. Это надо было следить за огнём и временем. И вот с этим у меня возникли проблемы. Я честно всё делала, как по рецепту, но оно либо не дожаривалось всё, либо наоборот, что ужасно бесило.

– Чёрт! – выругалась в очередной раз, когда блюдо снова подгорело. – Да нахрен! – психанула, выкидывая их вместе со сковородой в мусорное ведро.

Вдохнула, выдохнула, в очередной раз проявила врождённое упрямство Оливейра, доставая сковороду обратно. Помыв её, приступила к новой попытке приготовить-таки наш долбанный завтрак. Надеюсь только, что продукты не закончатся раньше, чем он у меня получится.

Но до чего сложное, оказывается, занятие!

С виду вроде ничего особенного, а на деле…

– Фак!

Ладно, Лея, спокойней. Новая попытка точно будет удачная!

– То есть готовить ты и правда не умеешь, – меланхолично заключила бабушка Себастиана. – Хм… – призадумалась о чём-то. – А если так?

Не прошло и минуты, как мне под нос была подсунута бутылка текилы. Где, откуда и когда она её достала, я проморгала и теперь смотрела на предложенное несколько обескураженно.

А с виду реально бабушка-божий-одуван.

– Когда у меня что-то не получается, я просто даю себе время немножечко отдохнуть и набраться новых сил, – прокомментировала всё это дело она в добавление.