(не) идеальная пара

18+

Глава 1

Чужое присутствие ощущалось, как нечто совсем неправильное, но я ничего не могла с этим поделать. Тело отказывалось подчиняться, словно превратилось в сладкое розовое желе. Открыть глаза, и то удалось не сразу. Здоровенный мужчина в чёрной маске схватил и вытащил меня из постели, как куклу, перекинув через плечо, а затем понёс куда-то. Нет. Не мужчина. Оборотень. Исходящая от него звериная мощь отчётливо чувствовалась даже в таком моём состоянии. Зато моя сущность, похоже, уснула. Притихла до такой степени, что я едва её ощущала. Даже окружающие нас запахи разобрать не удавалось. Тот, кто меня нагло похищал, и вовсе будто ничем не пах, а так не бывает.

Накачали успокоительным?

Наркотой?

Или чем похуже…

Украшения я не люблю и не ношу, но на моих запястьях красовалось по браслету. С виду золотые, широкие, визуально искусные, затейливые и красивые. С чего бы кому-то цеплять на меня столь дорогие безделушки просто так, полюбоваться ради?

Это они так на меня действуют?

– Ч-чт… т-то… – выдавила из себя еле слышно.

С речью тоже оказалась проблема, поэтому продолжение: «…происходит? Что ты делаешь? Кто ты вообще такой?!» пронеслось исключительно в моих мыслях, а на деле удалось только мычать, тоскливо разглядывая удаляющееся распахнутое окно спальни номера супер-люкс в отеле города Аль-Айн, в который я и две мои родственницы заселились только вчера. Завтрашним днём (уже сегодняшним, фактически, с учётом ночного времени суток) мне исполняется восемнадцать, и отпуск в экзотической стране в компании невестки и племянницы – это мой подарок. Родственниц, кстати, в номере на момент моего пробуждения уже не было, только те, кого оставили за нами присматривать, валялись у входа без признаков жизни. Молчаливый бугай вынес меня в коридор, после чего спустился по служебной лестнице и запихнул в кузов чёрного грузового фургона. Девушки обнаружились внутри этого же транспорта. Тоже в браслетах-кандалах, пусть и изящных. Сам оборотень забрался в кузов, по-извращённому бережливо устроив меня напротив себя, и сквозь скупую прорезь непроницаемой маски принялся внимательно наблюдать за мной. Можно подумать, я сбежать собираюсь, и мне это по силам, или в обморок грохнусь и тогда меня придётся спасать. Откуда такая старательность в нём нашлась по части заботливого обращения, совсем не секрет. Стоило Агате, паре моего брата, задать прямой вопрос:

– Куда вы нас везёте?

Ответ последовал незамедлительно. Не от того, кто меня сюда притащил. От другого, ещё одного оборотня:

– На продажу, – по-английски, с явным акцентом.

Похоже, она первая из нас троих начала приходить в себя. Если я напоминала скорее мешок картофеля, чем живое создание, даже руку самостоятельно поднять не могла, то она, услышав «дивную новость о ближайшем будущем», брезгливо скривилась и повернула голову к нему, одарив прищуренным взглядом.

– Моя пара придёт за мной, – произнесла тихо.

«И тогда вы все умрёте» – добавила я про себя.

А Эйдан обязательно придёт. Как только поймёт, что Агата не выходит на связь. В этом я не сомневалась ни мгновения. Найдёт, из-под земли достанет, где бы она ни была, хоть на краю света. И нет, я ни капли не преувеличиваю. Мой старший брат не какой-нибудь маньяк и психопат-убийца, но за свою Агату будущий альфа клана чёрных волков всех уничтожит, между ними особая связь. Пара для волка, что сердце и душа. Даже не второе – основное. Лишиться пары равнозначно собственной смерти.

Фургон тронулся с места. Я же сосредоточилась на Селене, которая, в отличие от меня и Агаты, пребывала в ином положении. Лежала на боку, подсунув ладони под щёку для удобства, а голова покоилась на коленях третьего оборотня, сидящего вместе с ней в дальнем углу. Похоже, она… банально спала. То есть даже не проснулась с тех пор, как уснула накануне вечером, несмотря на всё происходящее. И это, помимо всего прочего, вдвойне странно.

Перестарались с тем, чем нас накачали?

Или она просто слабее.

Успокаивало лишь то, что я улавливала её ровное дыхание и размеренное сердцебиение, а значит физически с ней всё в порядке. Ну, насколько это вероятно, с учётом происходящего.

Спустя полчаса езды в неизвестном направлении чувствительность ко мне всё-таки стала возвращаться. Селена всё ещё спала. Судя по тому, что фургон начало потряхивать, асфальтированное дорожное покрытие закончилось.

Куда нас везут?

На окраину Аль-Айн…

В пустыню?

Где тут молодых волчиц продают…

Продают!

Как какой-нибудь товар.

Потому и обращались бережно. Сохраняли товарный вид.

Это в самом деле происходит?

Почему-то до сих пор не верилось.

Словно очутились в страшной сказке…

В современном технологическом мире, где давно отменили рабство, оказывается, до сих пор процветает… что?

Кому нас собрались продавать?

Зачем?

А главное:

– Мой отец может заплатить вдвое больше, – озвучила я вслух, потянув шею.

Затекла. Да и все мышцы покалывало от частичного онемения. Зато удалось пошевелить рукой. Сперва левой, затем правой, усесться прямее. Но от браслетов избавиться не удалось. С виду простенький механизм замка на деле оказался не какой-нибудь застёжкой, которая бы поддалась моим манипуляциям, сколько я её не мучила.

– Тогда будет совсем не интересно, чёрненькая, – донеслось со смешком от того, на чьих коленях спала Селена.

Вот тут я напряглась.

Откуда ему знать, из какого я клана?

И акцента, в отличие от другого оборотня, у него не было. Выразился на моём родном языке, словно всю жизнь жил где-то поблизости.

А ещё…

– Куда именно вы нас везёте? – озвучила одну из мыслей, что клеймили рассудок последние минуты.

Фургон всё ехал и ехал, без остановок, много миль.

– Не переживай, вы туда ненадолго, – «порадовал» всё тот же оборотень, запуская пальцы в тёмные локоны спящей девушки, шумно втягивая в себя кислород.

Среди всех обитающих видов, оборотни сами по себе нормами морали и скромностью никогда не отличались, руководствуясь скорее животными инстинктами, среди которых зачастую преобладала похоть и банальное желание спариться с подходящей самкой, так что происходящему я совсем не удивилась, хотя менее мерзко от этого совсем не становилось.

Нас тряхнуло. А вместе с этим и сон Селены улетучился. Не знаю, что именно послужило причиной: дорожная тряска, или же то, что с ней вытворял чужак, но я отчётливо уловила, как дыхание девушки замерло, прежде чем она открыла глаза. Смотрела аккурат в мою сторону, но будто не видела меня. Рвано выдохнула и резко повернула голову, в немом шоке уставившись сперва на чужую конечность, а затем и на того, кому она принадлежала. Дёрнулась. И тут же тихо взвыла, ведь её волосы он не отпустил, наоборот, сжал в кулаке, не позволяя отстраниться от себя. А я, как представила себе, что на её месте могла бы оказаться та же Агата, или я, так совсем противно стало, хотя право Сильнейшего до сих пор никто не отменял.

– Привет, лапочка, – с весельем в голосе поздоровался он с ней. – Как спалось?

Селена повторно дёрнулась. Напрасно. Расстояния между ними стало ещё меньше, когда он притянул ближе к себе.

– На твоём стояке? – прошипела она сквозь зубы, выставив перед собой ладони, уперевшись ими в мужскую грудь для возведения дистанции.

Помогло это…

Да никак!

Ещё секунда, и оборотень её вовсе к себе на колени усадил. Лицом к лицу. Фиксируя не только за волосы. Другая его ладонь бессовестно устроилась на её ягодицах, отчего Селена недовольно засопела, предпринимая новую попытку отодвинуться.

– Ммм… девочка-лапочка хочет поиграть? – хмыкнул довольно. – Это я с удовольствием, – придвинул ближе к себе. – Только скажи, – прошептал в губы.

Выругалась. И она. И Агата. Я же трусливо зажмурилась, хотя это не избавило от образов того, как он бесстыже домогается её, а девушка ничего не может поделать. И мне ей не помочь.

Вот же…

Гадство!

Самое настоящее…

– Как же ты сладко пахнешь, маленькая, – продолжал говорить он. – Просто божественно. Всё-таки есть что-то особенное и чарующее в вас, девственницах. Эта неопытность, сводящая с ума, без капли наигранности, – послышался шелест одежды и протестующий писк бурой волчицы. – Руки! – леденящим душу тоном приказал тут же.

Всё внутри у меня сжалось лишь от одного его голоса. Всё-таки, чем сильнее оборотень, тем легче и быстрее его аура подавляет других, менее выносливых, сопротивляться бесполезно.

– Лучше свои убери! – вмешалась Агата. – Или вы собираетесь продавать порченное имущество? – добавила ехидно.

– Ну, вот, – послышалось в ответ наигранно грустно, но не для той, кто озвучила вопрос. – Скучные у тебя друзья, Луна. Можно подумать, нельзя повеселиться, не лишаясь при этом девственности. Ладно-ладно, пожалею вашу психику, – издевательски захохотал, отчего я вжалась спиной в кузов фургона. – И, кстати, по поводу ваших попыток снять браслеты – они бесполезны, – обратился уже к Агате. – Нужен специальный ключ, чтобы расстегнуть их. Причем, для каждых – свой.

– Дай угадаю, и получит этот ключ тот, кто нас купит? – послышалось от пары моего брата.

А я всё-таки открыла глаза.

– Умная женщина – беда для мужика, – покачал головой оборотень с самым удручённым видом. – Но если хочешь, я могу и тебе отдать этот ключ, – предложил следом. – Хочешь?

То ли издевался так, то ли просто псих, то ли… что?

– Демон, – попытался вмешаться один из его сообщников.

Получил в ответ выразительный взгляд и заткнулся. Селена тоже подозрительно притихла. Несмотря на то, что чужая длань всё ещё вольготно размещалась на её теле.

Демон…

Это прозвище?

Кличка…

Даже знать не хочется, чем он его заслужил.

Ну, не настоящее же имя!

Хотя о чём это я?

По-любому настоящих имён не выдадут. Чем меньше знают другие, тем крепче спится самим.

– Хочу, – отозвалась между тем Агата. – Что взамен?

– Нет, ну ты мне всё больше нравишься, – театрально умилился… пусть будет реально Демон. – А если помолчишь до конца пути, как твоя подружка, и не будешь больше мне мешать развлекаться с твоей племянницей, вообще полюблю, как родную.

Агата скривилась. В самом деле отвечать не стала. Вслух. Судя по мрачности, витающей в её взоре, мысленно у неё было очень даже много чего ему сообщить. Как и мне. Например, на язык так и напрашивалось разузнать подробнее о том, откуда он знает о нашей родственной связи, кто кому и кем приходится, что ещё он о нас знает, и… получается, это не просто похищение? С другой стороны, волчицы, родом из одной стаи и тем более семьи, а именно таковыми они и являлись, отличаются от волчиц других кланов и схожи между собой на понятно-интуитивном уровне, заложенном в нас природой, если, конечно, оборотень достаточно силён, чтобы улавливать такие моменты. А конкретно этот оборотень, судя по всему, был очень силён.

Альфа…

Который занимается похищением и продажей других подобных себе. О таких, как он, я прежде слышала. От отца. Отверженные. Изгнанные когда-то из своего клана за тот или иной серьёзный проступок. Безродные. Одиночки. Создавшие свои стаи, банды и группировки, входящие в число самых отъявленных преступников.

Их во всём мире считанные единицы.

Да уж…

Угораздило же наткнуться именно на такой экземпляр!

А фургон всё ехал и ехал…

И остановился всё равно внезапно.

– Выходи, – на ломанном английском скомандовал оборотень, засунувший меня в кузов, едва открыл двери.

Поторопилась исполнить сказанное. Нет, не потому что вдруг прониклась послушанием и своей участью. Лучше сама пойду, чем он снова на плечо закинет и понесёт куда вздумается. Тем более теперь, когда я всё чувствую, хотя и не на все сто процентов. От одной мысли о чужих прикосновениях становилось тошно. Я даже почти порадовалась, что меня сперва какой-то гадостью напичкали в момент самого похищения. Правда, совсем не порадовал тот факт, что ноги тут же подкосились, до сих пор ослабленные, как только я выбралась и ступила на песок. Пришлось схватиться за край дверцы, чтобы не упасть.

Вокруг…

Пустыня. В самом деле грёбанная пустыня без единого намёка на цивилизацию и ничегошеньки больше. Кроме разбитого из высоких шатров лагеря, территорию которого освещали самые заурядные факелы, будто мы в средневековье оказались.

Второй из фургона вытащили Агату. Она стояла на ногах куда твёрже меня самой. И мне помогла, взяв за руку, прежде чем сосредоточилась на разглядывании окружающей местности.

– Надо просто потерпеть, – обронила тихонько бурая волчица и дождалась моего ответного кивка.

Знаю. Глупо пытаться бежать от тех, кто превосходит в количестве, силе и вооружён. Тем более, пытаться бежать от оборотней. Поймают, лишь хуже будет. А то, что обязательно поймают, не подлежало никакому сомнению. Слух, обоняние, физическая выносливость и врождённая способность выследить добычу за много миль, загнать её и заставить расплатиться за содеянное – охотничий инстинкт в таких, как мы, заложен наравне с похотью, как и повышенная агрессия, поэтому самый оптимальный вариант вести себя смирно.

Селена…

Хлёсткий звук пощёчины от неё сопроводил раскатистый смех альфы, когда я обернулась к ней, всё ещё пребывающей внутри фургона. На моих глазах все мысленные доводы о том, что следует проявить послушание, пусть и временно, летели к чёртовой матери – слишком возбуждена была девушка. И нет, инстинкт к размножению тут вовсе не причём. В чайных глазах пылала чистая ярость, пополам с праведным негодованием, пока она враждебно и с вызовом смотрела на своего похитителя и пленителя. Маски на оборотне больше не было. Её сама Селена стянула, зажав в кулаке. Правда, стоило ей разглядеть больше не скрытое маской лицо, как все её видимые эмоции вдруг сменились одной-единственной – неприкрытым удивлением. Словно она знала его прежде, но в то же время нет, и пыталась понять, кто именно перед ней стоял. Да я и сама зависла. Помимо внушительного роста и комплекции, он имел светлые, медового оттенка, заметно вьющиеся волосы и янтарные глаза, в которых разгорался закатный багрянец. Похож на европейца. Сами черты лица мягкие, что довольно пухлые губы, изогнутые в веселой ухмылке, только подчеркивали их. Красивый и опасный маньяк-психопат, в общем.

Чем ей грозит эта выходка…

Я так и не узнала. Да и психопат обратно маску надел.

Вместе с тем в случившийся междуусобчик вмешался властный женский голос:

– Чего вы там так долго копаетесь?!

К нам уверенной быстрой походкой приближалась женщина, облачённая в светлый халат с длинными ложными рукавами. Цепкий взор, прямой разворот плеч и превосходство, читающееся на её лице выдавали в ней ту, кто, очевидно, была каким-то непостижимым образом выше всех рангом в этом злачном месте. Моя догадка подтвердилась, когда оборотень ни звука не проронил на её команду, просто вытащил Селену наружу, поставив рядом с Агатой. На последней и сосредоточилось внимание пришедшей.

– Эта – испорченная, – ткнула пальцем в Агату, которая стояла чуть сбоку от фургона. – Не подходит, – обернулась к тем, кто нас сюда привёз. – Что, нюх пропал у вас? Она же вся насквозь воняет чужим волком.

– Но она не спала в момент нашего прихода, вот мы и забрали её тоже, может сгодится на что-нибудь… – оправдался за свой проступок один из оборотней, опустив голову.

– Да-а? И на что она мне сгодится, интересно? Только если в качестве расплаты за вашу паршивую работу! – одарила его презрительным фырканьем и развернулась по направлению к шатрам. – Этих двоих в клетку, скоро покупатели прибудут, нечего время даром терять, – махнула рукой уже на ходу.

Мгновение, а меня коротким тычком пихнули в поясницу, чтоб не стояла на месте. Нет, не один из тех, кто нас сюда доставил. Другой оборотень, возникший, как из-под земли за моей спиной. Лысый, с физиономией, по которой явно не один раз поработали кирпичом, он злобно оскалился для моей дополнительной мотивации. Ещё один, такой же внешности тип встал за спиной Селены, грозно рыкнув на неё. А вот Агата осталась. В компании тех самых оборотней, которые нас из отеля украли.

– Я буду первым! – услышала я, так и не сдвинувшись с места, глядя на побледневшую девушку.

Ринулась к ней, но на этот раз одними тычками мой конвоир не обошёлся, схватил за локоть и просто потащил за собой, совсем не заботясь о том, успеваю ли я перебирать ногами.

– Почему это ты первый?! Я тоже хочу первым ей засадить!

– Ну, если не хочешь ждать, то можно и поделить на всех четверых сразу! Какие проблемы-то? Смотри, какая конфетка, на всех в раз хватит!

Четверых…

Он сказал: четверых.

Словно в доказательство предыдущему, дверца фургона с водительской стороны хлопнула и появился ещё один оборотень. Тоже без маски, он довольно заухмылялся, окинув сальным взглядом Агату с головы до ног. Обернувшись на него, я споткнулась и грохнулась. Но и это не оставило возможности вернуться к девушке. По песку я уже не шла, меня банально тащили. Совсем не церемонясь и не заботясь о том, чтобы не навредить.

– После ваших игр конфетка станет потрепанной обёрткой, а я предпочитаю всё свежее, так что без меня, – послышалось от Демона тем временем, а затем он вовсе подошёл к Агате, взял за руку и, склонившись, поцеловал ладонь, как какой-нибудь долбаный рыцарь на прощание прекрасной даме. – Удачи, красавица, если выживешь, найди меня, развлечёмся уже вдвоём, без участия этих ничтожеств.

Вот же…

Сволочь!

И они все…

Уроды!

– Отпусти! – дёрнулась в отчаянии.

Чем я могу ей помочь?

Ничем…

Но и ничего не делать тоже нельзя.

– Не трогайте её! Не надо! – взмолилась во весь голос. – Пожалуйста, не трогайте её! Нельзя! Не надо!

Ни один не реагировал. Меня всё также тащили прочь. На глаза наворачивались жгучие слёзы, я кричала, брыкалась, как могла, в своих бессильных попытках вернуться к ней. А вскоре обзор на них перекрыл злосчастных фургон, когда мой конвоир свернул к шатру, находящемуся по левому краю лагеря. Там, внутри, и правда, меня ждала клетка. Как и Селену. Для каждой – своя. В отличие от браслетов на запястьях, совсем не золотые, самые заурядные, местами ржавые и грязные с надёжными решётками и здоровенными замками, прочно закрыв которые, нас оставили одних, в темноте.

Глава 2

Ещё никогда в своей жизни я так не ждала наступления рассвета. Глаза быстро привыкли к темноте, но расправиться с замком, как и с браслетами, не удавалось. Только пару дополнительных синяков заработала. Мысли об Агате ухудшали все мои тщетные попытки заполучить освобождение. Ничего не осталось, как с досады ещё пары раз пнуть по стальным прутьям.

– Утром нас хватятся и начнут искать, – произнесла я вслух.

Больше для самой себя, нежели для Селены, чтобы найти хоть какое-то утешение во всём этом. Да и девушка никак не отреагировала. С тех пор, как нас здесь заперли, ни слова не проронила, забившись в угол, обняв обеими руками колени, притиснув те ближе к себе в полусогнутом положении.

– Что он тебе сказал? – напрягаюсь снова.

Слишком уж тихая. Да и вообще странно себя ведёт, начиная с момента пробуждения. Нет, там, где она залепила пощёчину обнаглевшему психу – это как раз в духе Селены, любимая дочь альфы клана серых волков не привыкла себе в чём-либо отказывать. Но всё остальное… что с ней происходит?

– Поблагодарил за приятную поездку и пообещал повторить в скором времени, – протянула она неохотно.

– И всё? – протянула я недоверчиво, помолчала немного, а затем спросила напрямую: – Что с тобой?

– Не знаю, – пожала плечами Селена. – Просто… – тяжело выдохнула. – Не знаю, – повторилась. – Как будто всё внутри сжимается и путается в десятки узлов, а я сама разучилась дышать. Странное чувство. Сама не пойму, если честно.

По всей вероятности, та наркота, которой нас напичкали, так действовала. С побочным эффектом. Хотя лично в себе я ничего такого не ощущала. И спасибо Лунной, хоть с этим повезло.

– Да, ты права, утром нас обязательно начнут искать, – выдержав небольшую паузу, запоздало согласилась она со мной.

Я кивнула, выдавив из себя подобие приободрительной улыбки. Что к этому времени станет с Агатой, я старалась не думать, малодушно надеясь на какое-нибудь грёбанное чудо, которое поможет не только ей, но и нам всем. Сомневаюсь, что те самые пресловутые покупатели, для которых нас заготовили, будут с нами обращаться вежливее и обходительнее, чем произошло с самой старшей из нас трёх. Тем более, что запланированная сделка с продажей двух девственных волчиц состоялась ещё до наступления рассвета. Но сперва… нас помыли. Регенерирующей мазью от синяков намазали. Затем облачили в своеобразные серые тряпочки, скреплённые между собой тонкими верёвочками, которые призваны скорее подчёркивать, нежели скрывать. Пока нас наряжали, я помалкивала, продолжая изображать послушную марионетку. Слушала речь четырёх, судя по браслетам, но попроще, таких же рабынь, изредка переговаривающихся между собой на арабском, и делала выводы. С их наречием я не особо дружу, всё-таки практиковаться особо не с кем. Но самую суть уловила. Дамочка, которая тут всем заправляла – Амира. Её все жутко боялись и почитали на манер богини. За какие такие заслуги, я не поняла, но факт оставался фактом – эта волчица в самом деле тут главная. И сразу после того, как все сделки по купле-продаже таких девиц, как мы (а их немало собралось, приехало несколько ещё таких же фургонов с добычей, пока мы с родственницей сидели в клетках), будут завершены, лагеря здесь не станет, а значит искать нас будет сложнее.

Другой шатёр, куда нас отвели после завершения всех предпродажных подготовок, оказался куда просторнее, чище, светлее и оживлённее. На момент нашего появления собралась целая толпа жаждущих зрелищ оборотней самых разных мастей. От сгустившейся тяжести чужих многочисленных аур перед глазами враз потемнело у многих из тех, кто слабее.

Первой продали Селену. Без всяких торгов. По минималке, так сказать. Молчаливый бугай в тёмном капюшоне, полностью скрывающем его лицо, сидящий в полуразвалочку на другом конце шатра, просто приподнял ладонь, когда объявили стартовую цену, и всё. Никто не поставил больше. То ли неинтересно, то ли уступили.

И не то чтоб стало в самом деле обидно за подобное…

Ещё больше не по себе – точно!

Не мне одной.

Когда её уводили, затравленный взгляд дочери альфы клана серых волков осел в моей душе тяжёлым грузом полнейшей безысходности. Больше совсем не верилось в то, что за нами придут и спасут. Вовремя – теперь уже точно.

А потом…

Страшно представить, но кажется то самое «поздно» уже наступило. По крайней мере, для двух из нас.

А моё…

Через три проданные волчицы, тоже приблизилось.

– Наш следующий лот, – громко возвестил руководитель торгов – он же тот самый оборотень, что по прибытию в этот лагерь запихнул меня в клетку, по чьей физиономии не раз поработали кирпичом, а она снова напрашивалась ещё и почаще, после чего меня вытолкнули вперёд на всеобщее обозрение, – эта прекрасная чёрная волчица. Стройная, красивая, сильная, неискушённая. И самое главное – дочь самого Верховного! Итак, кто не побоится приобрести такое опасное пополнение в свой гарем? Стартовая цена: триста тысяч.

За триста тысяч я бы и сама себя купила, жаль такое предложение предназначалось кому угодно среди находившихся, но только не мне. А пока думала об этом, пропустила момент, когда в мою сторону потянулись чужие лапы, потянув за верёвку, скрепляющие лоскуты, прикрывающие тело.

В голове яркой вспышкой хлестнуло желание оторвать эти самые лапы. Но на деле я стиснула зубы покрепче, позволив себя оголить. Не время и не место сейчас проявлять себя, по крайней мере, не в том состоянии, в котором я находилась. Правда, когда меня подтолкнули снова с намёком, чтоб ещё и вокруг себя покружилась, продемонстрировав «все свои достоинства» с разных ракурсов, тихое рычание сдержать я всё-таки не сумела. И нет, не в пробудившейся волчице дело. Она как раз до сих пор пребывала где-то в закромах моей души в режиме непонятной спячки, никак себя не показывая. Просто вырвалось.

– Стройная, красивая, сильная, неискушённая и чуточку строптивая дочь самого Верховного! – тут же внёс небольшую коррективу в мою характеристику оборотень, схватив за локоть, резко дёрнув, самолично развернув меня вполоборота. – Триста тысяч, господа, – крутанул обратно.

Десятки алчных взоров скрестились на мне одной.

Пауза. Секунда. Две. Три.

Я почти поверила, что продажа Селены – это ещё цветочки. От меня сейчас вовсе откажутся. Как говорится, мечтать не вредно.