По праву сильнейшего. Вернуть пару

Глава 1

Кайл

Светлая улыбка…

Ясный серебристый взор…

Тепло хрупких ладошек, которые способны подарить столь нежные и нужные объятия, как только она – одна-единственная способна.

Я лишился этого.

Её…

По собственной глупости. Мне стоило помнить, что рядом с людьми нельзя расслабляться даже на жалкую толику мгновения. Нельзя было оставлять её одну в их окружении, пусть даже и под присмотром одного из самых верных мне. Ведь она и сама хрупкий человек, которому очень легко причинить боль. Или украсть.

Шесть недель назад.

Вот уже шесть недель я находился в грёбанном чистилище, куда меня запихнули за все мои грехи. На какой срок? Хрен его знает. Да и вообще не факт, что если достаточно долго мучиться, то выпустят, и можно будет вернуться обратно. В конце концов, я заслужил и не такое, не сумев сберечь ту, что стала важнее жизни.

Если когда-нибудь прежде в своей жизни я заикался о том, как сложно контролировать себя, то теперь об этом стоило однозначно забыть. Чем больше боли чувствовалось внутри, тем больше её хотелось причинить и окружающим. С тех пор, как шесть недель назад у меня забрали самое ценное, что только могло быть в моей жизни, я откровенно сходил с ума, не зная, в порядке ли она, где она, как она и с кем. Если бы мне в голову вогнали ржавую кувалду, едва ли бы стало хуже, чем осознание того, насколько я бессилен это изменить.

Сколько раз я сорвался?

Перестал считать…

Каждый новый день, что тянулся, пока я один, напоминал чёртову бесконечную вечность всё той же беспросветной пытки.

А те, кто это сделал…

– Ещё немного, и мы никуда не доедем, – вторгся в ход моих мыслей голос Алексея в ту самую секунду, когда электронику автомобиля в очередной раз засбоило.

Забрали не только мать моих детей. Но и того, кто должен был оберегать её и не допустить ничего подобного. Только поэтому я сжал зубы крепче, ничего не сказав в ответ младшему из братьев, да и вообще взял его с собой, что откровенно раздражало.

Хотя нет, спустя минуту кое-что всё же сказал:

– Приехали, – притормозил прямо на дороге напротив высоченного здания.

Оно подпирало собой небо почти в самом центре Сиэтла. Честно говоря, до сих пор слабо верилось, что очередная точка, ведущая к «Sunrise Biotech», сойдётся снова среди шумного мегаполиса, их низменным экспериментам куда больше подходила та же Аляска или северный полюс, где нет такого количества возможных свидетелей и уж тем более последствий.

Я провёл в их клетках большую часть своей жизни, как один из очередных экспериментов, да и вряд ли бы выбрался, если бы в своё время не вмешался Верховный альфа, так что знал наверняка, о чём рассуждал. Люди под эгидой этой организации ставили жесточайшие опыты над носителями волчьего гена, и не важно, взрослая ли это особь или же только-только появившаяся из утробы матери. За процессом самих родов, как и особенностей размножения таких, как я, тоже охотно наблюдали, под самыми разными ракурсами, в том числе и в искусственно созданных условиях. Пытались скрестить наши несовместимые виды на протяжении долгого времени и вывести новый – угодный их воле и разумению. Тем более жутко даже пытаться представить себе, для чего они могут использовать ту, что у меня забрали, и чему именно её подвергают эти спятившие на фоне собственных достижений фанатики-генетики.

– Твари… – скривился от собственных домыслов, продолжая смотреть на высотное здание.

Но видимо верно говорят – если хочешь хорошенько спрятать, положи на видное место. Стоило мне выйти из машины и прислушаться к собственным ощущениям, как осознал, что никакой ошибки нет. Где-то там, в недрах царства бетона и стекла действительно билось сердце той, кого я искал неимоверно долгих шесть недель. Нет, не слышал его. Пока ещё нет. Но всей своей сутью ощутил. Зверь во мне тут же оскалился, грозя взять контроль. Ему плевать на все доводы рассудка. Инстинкты куда ближе.

Кто бы знал, чего стоило с места не сорваться в ту же секунду…

Остановила даже не рука выбравшегося следом за мной, что легла на моё плечо, крепко сжимая. Страх. За неё. Если поспешу, неизвестно, чем всё обернётся. А те, кто её похитил, снова сделают так, что я не увижу её ещё очень и очень долго. Раз уж сумели забрать её у меня практически из-под самого носа, явно учли все прошлые ошибки в своей деятельности против оборотней. Недаром мне понадобилось целых шесть недель, чтобы найти и вцепиться всеми когтями и зубами за оставленный ими след. Начал с чёрного фургона, засветившегося на камерах видеонаблюдения университета, в котором увезли пребывающую без сознания мать моих будущих детей и приставленного к ней сына моего беты. Затем… чем только не занимался – не всегда законно и без применения своей силы, которой всё чаще и чаще давал выход, чтобы дойти до этого местоположения. Но я нашёл.

И теперь во что бы то ни стало не упущу!

Сперва пострадала их система видеонаблюдения, а также связь, затем подача питания и генератор, включившийся на случай бездействия предыдущего. Электричество, как и слаботочка издают особый звук – на него я и ориентировался, не рискуя подходить ближе.

А вот потом пошёл…

Прямо через парадный вход.

Ну, как пошёл…

Раз уж двери автоматически заблокированы, пришлось их вынести. Не все, разумеется. Мне же не выгодно, чтоб разбежались все те, кто очень быстро осознал, чем им грозит моё появление. Поначалу даже пытались противостоять. Что довольно сложно, когда приходится бороться с недостатком кислорода в своих лёгких. Забрал воздух у каждого, кто встретился на моём пути. Как и у всех тех, кто вообще находился поблизости. Возможно, кому-то из них переломал позвонки. Или же вытащил жизненно важные органы. Не особо запомнил. Без разницы, представляли ли они реальную угрозу или нет. Да и сложно разобрать, когда тебя встречает град летящих пуль от выбежавшей из всех щелей, подобно тараканам, охраны, а собственный разум разрывает жгучее желание просто разодрать к чертям всем глотки.

Запах крови очень быстро наполнил первые этажи…

Как и каждый последующий, по которому я прошёл.

Сами виноваты!

Как бы хороши не были мои выставленные щиты, с какой скорости не ломались бы конечности, держащие оружие, а парочку пуль, к собственной досаде, я всё же поймал, так что первой пролилась именно моя кровь. Алексея тоже задело. Не смертельно. В плечо. Хотя к тому моменту, как нам пришлось разделиться, выглядел он довольно паршиво. Вероятно, слишком много крови потерял.

– Ты точно справишься? – единственное, что я уточнил у него.

Как бы то ни было, обещал же его отцу, что верну домой обоих его сыновей, и верну живыми.

– Разумеется, – коротко ответил Алексей.

Но не ушёл. По крайней мере, не сразу. От потолка отвалился здоровенный кусок бетона, пролетев прямо перед его носом, а стены зазмеились расходящимися всё дальше и дальше трещинами, так что сперва пришлось удостовериться, что его банально не завалит.

Не завалило.

– Семь минут, – напомнил я, прежде чем он скрылся за ближайшим поворотом.

О том же самом напомнил и себе. Оба вполне должны были уложиться, чтобы вернуться наружу, если верить тем чертежам, что мы получили от одного из местных инженеров ещё до того, как направились сюда.

Надеюсь, не обманул…

Мотивация у него была достаточно мощная. И эта мотивация в виде его семьи до сих пор находилась в когтях и лапах одного из волков белого клана.

А если и обманул…

Похрен.

Ещё две минуты, несколько содрогнувшихся стен и потолков, не выстоявших от моей практически ничем не сдерживаемой силы, и я почти у цели.

Дальше…

Пришлось успокоиться. Застрял истуканом перед грузной запертой с другой стороны дверью, шумно выдыхая и глубоко вдыхая, дабы хоть немного прийти в себя, отсекая напрочь всю разбушевавшуюся ярость на грани отчаяния. Хотя едва ли то вышло достаточно полноценно. Да и как успокоиться, если теперь я отчётливо слышал гулкий частый ритм заветного сердца?

Не одного.

Четырёх даже.

Один принадлежал той, кого я так долго искал. Ещё два быстро-быстро бились внутри неё. Ещё один… недолго ему оставалось.

Толстый металл с глухим скрежетом смялся, поддаваясь не с первого раза. Но всё равно рухнул перед моими ногами, подняв столп пыли, поскольку выпал из дверного проёма вместе с частью стены. Пыль осела в лёгких вместе с малиново-черёмуховым привкусом запаха той, к кому моментально приковало мой взгляд. На меня будто аркан накинули, крепко-накрепко затянув на горле, потянув в единственно верном направлении – к девушке, что стояла посреди помещения, прежде служившего чьим-то кабинетом. На первый взгляд выглядела вполне себе здоровой, и даже более чем. За прошедшее время заметно прибавила в весе, а расстёгнутый халатик не скрывал округлившиеся формы. Животик хоть и небольшой, но уже отчётливо выделялся под безразмерной футболкой, несмотря на широкие пижамные штаны. За него она и схватилась при виде меня, отступив на шаг. В серых глазах отчётливо поселился ужас и страх. Ну да, видок у меня, наверное, тот ещё.

Кто-нибудь, вырвите моё сердце…

Только бы она не смотрела на меня так.

Хотя нет…

Не моё.

Сперва – той, кто стояла неподалёку от Крис и бросилась к столу, чтобы… какая разница, зачем? Всего лишь ещё одна галочка в списке сегодняшних трупов. Невидимая удавка на женском горле – не чета тому, что я ощущал на себе. Душил по-настоящему. Оставалось лишь шевельнуть пальцем, чтоб хрупкая ничтожная шейка окончательно сломалась. И сломалась… бы. Если бы не…

– Нет! Не надо!

Мать моих детей бросилась наперерез моим действиям, закрывая собой ту, кому дышать осталось всего ничего. В серых глазах застыли слёзы, пока лично я пытался усвоить только что произошедшее.

Она серьёзно заступилась за ту, кто причастна к её похищению? То, что эта женщина была именно, что причастна, никаких сомнений у меня не было. Её мордашка засветилась на том же видео, на котором вынесли Крис. Я пересматривал его десятки, а может и сотни раз, каждая секунда отпечаталась в моей памяти, подобно позорному клейму, так что я не мог ошибиться.

– Не надо. Не надо, пожалуйста, – прошептала едва слышно девушка, с мольбой глядя в мои глаза. – Отпусти её. Пусти. Умоляю тебя. Кайл…

Нет, я не ослышался.

Но тогда…

– Почему? – непонимающе уставился на Крис.

Хватку, конечно же, не разжал, хотя и ослабил. Просто потому, что те же инстинкты велели. Разве я могу не прислушаться к ней? Тогда, когда она в самом деле ведь практически умоляла. А я пытался найти хоть одну причину, по которой она могла бы это сделать.

Может, эта женщина ей помогла?

Или что-нибудь пообещала?

Как-то обманула её?

Или же…

– Мама. Это моя мама, – выдохнула она с самым несчастным видом, обернувшись к той, о ком говорила.

Если бы меня сейчас на всей скорости сбил самосвал, едва ли бы я удивился больше. Ещё когда пытался узнать, что именно за дамочка на треклятом видео, чтобы поскорее найти свою пропажу, так и не удалось пробить её. Как призрак. А фотография той, кого мне в своё время подсунули в качестве матери Крис, совсем не была похожа на третью из нас – здесь и сейчас. Хотя тот же цвет глаз и оттенок волос у обеих – тех, на кого смотрел и невольно сравнивал, были схожи. Если приглядеться, то можно было угадать сходство и в чертах лиц. И правда, как мать и дочь.

А это значило лишь одно…

Я. Полный. Кретин!

Который только в этот момент заметил и придал значение тому, что помимо физиологического сходства в них, имелось ещё одно – самое существенное. А именно, белые халаты на женских фигурках. Тогда, когда все те, на ком ставили эксперименты, носили специальные робы и имели номерные нашивки. Не было у нас имён. Только порядковые числа. Мы ведь никто для них, всего лишь расходный биологический материал. Зато у девушки, под чьим сердцем билось ещё два маленьких сердечка, имелся пропуск, он висел на её шее. Такой же, как у всего остального персонала здесь.

Вот же…

Сука!!!

А дамочку я в самом деле отпустил. Как и просила маленькая вероломная дрянь, которая, по всему выходило, всё это время банально водила меня за нос. Вот почему смотрела на меня с самого начала именно так, как смотрела. Не перестала смотреть точно также и тогда, когда я целиком и полностью сосредоточился на ней, позабыв об ином. Но то я, а она… тут же бросилась к матери, как только та с глухим стуком без сознания рухнула на пол, как только я перестал сдавливать её горло. Видимо, проверять, дышит ли и жива ли. По крайней мере, попыталась.

Ага, как же!

Перехватил, не позволяя склониться.

– Повтор-ри! – навис над ней.

Нет, я, конечно, по всему выходило, полный кретин, но память мне не отказала. Просто большая часть меня банально отказывалась принимать новую реальность. Тем более, что повторять девчонка не стала. Да и не смогла бы. Ведь я не просто перехватил её, а перекинул через плечо, разворачиваясь на выход из этой богадельни.

Может быть, зверь во мне и взбесился, требуя разрешить ситуацию в кратчайшие сроки, но и он, и моя человеческая составляющая согласились с тем, что сперва необходимо отсюда убраться, всё-таки какие бы выводы не ждали нас всех, безопасность потомства превыше всего, а здание вот-вот обрушится.

Потолок продолжался обваливаться, как и стены вокруг, с каждым уходящим мгновением всё интенсивнее и масштабнее, оставалось не так уж и много времени до того, как отпущенные семь минут истекут. Единственное, чему я ещё уделил внимание, так это тому, чтобы вопящая на такое моё самоуправство девица, пока брыкалась и ругалась на меня, уткнулась в моё плечо грудью, а не животом, чтобы не навредить малышам.

Это до тех пор, пока мы не добрались до улицы.

А вот там…

Алексей уже ждал нас. И не один. Андрея он нашёл. Тот выглядел, как варёный овощ, едва держался на ногах. Я успел посмотреть на него аккурат в тот момент, как за нашими спинами несколько раз знатно бахнуло, а затем всё здание обрушилось вниз, подняв огромный столп пыли. Пришлось срочно искать укрытие. Другим. Нам же хватило моей защиты, поле которой я усилием воли раздвинул на сыновей Тимофея. На то ушли почти все остатки моей силы. Едва добрался до оставленной вдали машины. На тихое, полное боли и отчаяния: «Нет…» – от той, кого так и не отпустил с рук, внимания обращать не стал. Сосредоточился на более насущном:

– Если кто-то выжил, стоит это исправить.

Глава 2

Кристал

Это всё какой-то кошмарный сон. Хуже того, где Кайл со словами о том, что является оборотнем, а я – его инкубатором, выкрал меня с улиц моего родного города и увёз к себе домой. Сейчас тоже так делал, разве что изменилось местоположение. Пока за нашими спинами рушилось здание, в котором осталась моя мать. Ему же и того мало…

– Чудовище. Ты… чудовище, – только и смогла выдохнуть, со слезами глядя на то, как огромные глыбы бетона хоронят под собой всех, кто там находился.

А если кому и суждено выжить… ненадолго.

И ни грамма раскаяния. Ни у одного из окружающих нас оборотней.

Животные! Правду говорили о себе. Ничего человеческого в них нет и быть не может, как я себе воображала когда-то в прошлом. Поверила непонятно во что, за что теперь расплачивалась. Не нужно было уходить с мамой. Я ведь знала, что он не отпустит просто так, будет искать, чтобы вернуть нас с малышками себе. Но не думала, что ему это удастся так быстро и легко. Почти играючи.

Стыдно признаться, но в первое мгновение, когда осознала его присутствие, ещё не видя, ощутила просто запредельную радость. И когда взглянула в зелёные с золотым отблеском глаза, готова была броситься ему на шею. Даже шагнула вперёд в стремлении вновь ощутить его рядом, окунуться в тепло огромного тела, вернуть себе хотя бы на мгновение давно позабытое чувство защищённости. Тем более в его взгляде, обращённом на меня, было столько тревоги и облегчения. Но и только. Никаких больше чувств, так похожих на те, что загорались в его глазах при виде Алисы…

Сильнейший невидимый удар под дых. И понимание того, что не за мной он пришёл. Ему, как и прежде, нужны лишь дети. Не зря почти сразу взгляд сместился на мой живот. Обхватила его обеими руками, невольно отступив на шаг, в душе проклиная себя за эту слабость. А ведь я так старалась не показать, насколько глубоко и грубо потоптался он своими грязными ботинками в моей душе. Нагадил там так, что до сих пор хотелось подобно маленькой девочке забиться в угол и плакать, плакать, плакать…

Я и плакала. Когда поняла, что в стремлении вернуть меня, он готов уничтожить всех без разбора. И уничтожил.

Бездушное чудовище с внешностью самого прекрасного создания, которого только можно представить себе.

– Ненавижу!

Ему и на это плевать. На всё и всех. Даже на мою маму.

Господи, он ведь правда убил мою маму. Тот, в кого я так по неосторожности умудрилась влюбиться, собственноручно приговорил к смерти мою мать. Приговорил и исполнил. Почему-то только теперь до меня в полной мере дошло, что он сотворил. Не просто пришёл и забрал, а уничтожил всех вокруг ради этого. Всех абсолютно безвинных людей. В том числе и мою маму.

Мама…

Мертва.

Моя родная, любимая, светлая, всегда сеющая добро мамочка умерла.

Из-за отца моих детей.

Он…

Как он мог? Как? За что? Потому что захотелось? Потому что может? Потому что…

– Ты убил её. Убил. Ты её убил.

Как заведённая повторяла беспрестанно. Не могла остановиться. Всё ещё не верилось. Вдруг плиты упали так, что она спаслась? Оборотни не заметили и прошли мимо. Там же туча пыли, любой нюх забьёт, даже нечеловеческий. Последний – тем более, в силу их особой чувствительности. Да, буду верить в это. Не в то, что моей мамочки больше нет. Не может такого быть. Это же… мама! Ей рано умирать. У неё вся жизнь впереди. Как и у папы. Новый виток страха окольцевал мою шею, мешая дышать. Вместе с мыслью о том… а жив ли мой папа? Или Кайл и его тоже… убил…

Точно чудовище!

– Ненавижу! – вернулась к первоначальному. – Ненавижу! – ударила его по спине. – Как ты мог? – повторила своё действие. – Как, – опять ударила, – ты, – снова, – мог!

Била его и била, снова и снова, даже после того, как сил не осталось, а я и вовсе оказалась поставлена на ноги возле полностью тонированного джипа. Как оказалась на ногах и более-менее свободна, так и вцепилась ногтями в его лицо.

– Чудовище! – надавила пальцами, оставляя на обеих щеках кровавые борозды. – Ты настоящее чудовище!

Обязательно бы повторила, но Кайл с по-прежнему каменным видом перехватил мои руки, открыл дверцу и буквально запихнул меня внутрь.

– Пристегнись.

Вот и всё, что он мне сказал.

Пристегнись.

Из груди вырвался смешок, затем ещё один, и ещё, а после я впала в настоящую истерику. Да и как иначе, когда тот, в кого я как дура влюбилась, только что уничтожил весь мой мир. Лишил самого дорогого и нужного – мамы. И никакого сожаления не испытывал по этому поводу. Ни намёка на него. Даже жалких крох. А я… снова его пленница. От которой он вскоре получит всё, что нужно. И что будет тогда? Что он сделает со мной, после родов?

– Меня тоже потом убьёшь? Как её… – не удержалась и поинтересовалась о том, как только он оказался за рулём, и мы тронулись в путь.

Совсем не удивилась, когда ответа не последовало. Но он мне и не нужен был. Я всё прочитала по его взгляду, брошенному в зеркало заднего вида. Убьёт. Так же легко и просто. Окончательно лишит меня всего. Не только жизни.

– А если они будут простыми людьми? Дети. Их тоже убьёшь?

Золото в изумрудном взоре затопило всю радужку, а воздух вокруг загустел так, что не вздохнуть лишний раз, лучше всего ответив на мой вопрос. Ну, конечно, зачем ему бракованные дети? Тем более, если я умру, то их и защитить будет некому. Значит что? Я должна выжить. Не знаю пока как, но должна. И у меня совсем немного времени, чтобы придумать новый план побега. Только на этот раз я больше не буду надеяться на других – исключительно на себя. И ни за что на свете не позволю ему навредить моим девочкам. Только моим!

– Они не будут людьми, – донеслось от него сухое.

Не стала спрашивать, откуда он знает. Отвернулась к боковому окну. Что ж, хоть какой-то плюс. Если не соврал. А в том, какой он превосходный лжец, я знала не понаслышке. Хотя тут ему нет смысла врать, если подумать. И всё равно… Заставил же он меня поверить в то, что я ему не безразлична, когда сам с другой крутил любовь? Ну да, она его пара, а я так… ошибка, от которой вскоре избавятся. Ведь не опроверг мои выводы по этому поводу. Значит, и правда, планировал нечто такое.

Губы растянулись в горькой усмешке.

Вот и всё.

Закончилась сказка.

Руки легли на животик, принявшись поглаживать его отдельно от разума, пока память вновь прокручивала в голове сцену того, как сидящий впереди душил мою мать. Ни единый мускул не дрогнул на его лице в то мгновение. Ни доли сожаления. Бездушная машина. В глазах и тех пустота отражалась. Пока я не попросила об обратном. Но и тогда лишь на миг доля удивления проявилась в изумрудной глубине, подсвеченной золотом, после чего всё пропало, как не было. А я… дурочка. Потому что даже такого его в глубине души была рада видеть.

Грёбанное их парное притяжение…

Одна сплошная проблема.

Ведь и сейчас, после всего им содеянного, внутри меня росло стойкое желание податься вперёд и коснуться его, заставить обернуться, сделать что-то, чтобы в его глаза вернулось прежнее тепло, тогда бы, возможно, он обязательно меня обнял.

Пришлось крепко зажмуриться, чтобы не исполнить всю эту чушь. А я думала, что всё прошло ещё пару недель назад вместе с ломкой из-за его отсутствия. Ни черта не прошло. Наоборот, вернулось в троекратном размере. И вот то ли я идиотка такая, то ли влияние крови этой его Алисы сильнее, чем мне казалось. А может это так беременность сказывалась, усиливая все мои эмоции, которые в последние дни и без того находились в полнейшем раздрае. Все вокруг раздражали, и чем больше проявляли дружелюбия ко мне, тем больше мне хотелось сбежать от них. Именно поэтому я пропадала либо в своих спальных комнатах, либо в личной лаборатории мамы, где и застал меня Кайл.

Будто в другой жизни…

Пока в текущей я летела на всей скорости в неизвестном направлении через плотный транспортный поток Сиэтла. Пейзаж за окном проносился так быстро, что голова кружиться начала. Хотя до этого мгновения я подобным не страдала. Токсикоз и тот не мучил. Единственное, мне постоянно хотелось сырого мяса. Но, наверное, это нормально, с учётом того, кто отец детей. Хотя саму беременность нормальной тоже назвать было сложно – развитие шло ускоренными темпами, и в официальные девять-десять недель параметры малышек соответствовали всем пятнадцати-шестнадцати. Зато понятно, почему многие погибают ещё до родов. Ни один организм не выдержит такого скачка. Ни один, кроме моего. И этот факт удручал. Не тот, где я вся такая стойкая. А тот – почему я такая. Благодаря чьей крови во мне появилась такая выносливость. Благодаря Алисе – истинной паре отца моих детей. Который неотрывно смотрел прямо перед собой, более ни разу не удостоив меня своим взглядом.

Ну и хорошо! Так даже лучше. Не желала с ним общаться. Не после всего им содеянного. И дело даже не в его лжи.

Мама…

Хоть бы ей удалось выбраться!

Не представляю, что буду делать, если окажется, что она и правда мертва. Да, возможно, она не самая образцовая из родителей, постоянно пропадала на работе, но только потому, что она всю мою жизнь искала способ вылечить меня. Можно ли её винить за то, что способ вышел таким радикальным? Она ведь просто хотела спасти меня, свою дочь. И то, что вышло у нас с Кайлом, не её вина. Не она подложила меня под него, я сама к нему пришла, и не она после запудрила мне мозги, заставив поверить в невозможное. Это сделал он. Тот, кто уже давно покинул городскую черту, а ещё через пару миль остановился перед частным аэродромом с одним единственным самолётом на взлётной полосе.

С губ сорвался нервный смешок.

Всё повторялось, как в первый раз.

За одним исключением: мы не успели дойти до трапа, как Кайл вдруг сбавил шаг, после чего, споткнувшись на ровном месте, буквально рухнул на колени, утянув за собой и меня. Едва успела выставить руку и ногу, чтобы не приложиться животом об асфальт. И не сразу поняла, что именно произошло. Только когда посмотрела на оборотня, на лбу которого проступила испарина.

– Кайл? Ты чего? – выдохнула, потянувшись к нему, чтобы поддержать.