Сократ выходит на орбиту (записки котонавта)

Глава 3

Если вы читали предыдущие истории обо мне, то помните – Димка, еще учась в школе, играл в волейбол за юношескую сборную (*Невероятные приключения кота Сократа). Поступив в университет, он не бросил свое увлечение, наоборот, оно перешло на более профессиональный уровень. Теперь он играл не только за взрослую сборную города, но и за университетскую команду. Он обладал редкой работоспособностью, совсем не присущей молодым людям его возраста. Между прочим, я тоже активный кот, люблю побаловаться, пошалить. Правда, иногда моя кошачья сущность дает о себе знать, и тогда я превращаюсь в лежебоку. Но даже в такие моменты, я не просто так валяюсь на диване, я думаю. Не зря же меня назвали Сократом, философ я еще тот. А вы знаете, сколько сил и энергии отбирает мыслительный процесс? Ого-го! Видимо поэтому я всегда просыпаюсь голодный, как волк. А ну-ка столько дум передумывать, да мозгами бесконечно шевелить.

Димка, при всей своей занятости, умудрялся хорошо учиться, регулярно тренироваться, участвовать в соревнованиях и встречаться с Настей. Девчонка, надо отдать ей должное, тоже от него не отставала. После школы она продолжила музыкальное образование и поступила в академию Гнесиных. Ее часто приглашали принять участие в концертах, посвященных различным городским событиям. В такие дни Дмитрий возвращался поздно. Он встречал девушку и провожал её домой. Я всегда удивлялся, насколько они разными были, как черно-белые шахматы. Он высокий и сильный, а она маленькая и хрупкая. Но, тем не менее, глядя на них, у меня никогда не было сомнений, что они созданы друг для друга. Вы бы видели, с какой любовью и нежностью он смотрит на свою изящную скрипачку. Прямо, как я на белоснежку.

Она тоже у меня грациозная, словно балерина. Не знаю, как дальше сложится жизнь молодых людей, но чувствует мое кошачье сердце, они непременно будут вместе.

В конце месяца Дмитрий уехал на очередной турнир по волейболу. У Катерины наступили осенние каникулы. Александр Петрович сделал женщинам замечательный подарок, купил им путевку в Прагу. В связи с занятостью по работе, он не смог отправиться в путешествие вместе с ними. Перед отъездом в аэропорт Татьяна Михайловна давала наставления мужу:

– Саша, не забывай кормить животных. Корм для Пухи стоит в кладовке, для Сократа в корзине на полу рядом с холодильником. Собаку корми один раз в день. Ну а этого бандита, – она с улыбкой посмотрела на меня и погладила по голове, – так уж и быть – утром и вечером. Хотя я бы его тоже перевела на одноразовое питание. Растолстел он за последнее время. Ленивый стал, целый день валяется на диване, как тюлень.

– А как тут не растолстеешь, если по целой пицце на ночь съедать, – рассмеялась Катерина, вспомнив мою очередную оплошность.

Как будто я каждый день ем на ночь ваши кулинарные изыски. Последний раз такое случалось еще в глубокой молодости, когда стащил курицу со стола. Зато вы каждый вечер изгаляетесь, наготовите себе разные деликатесы, а сижу и слюной давлюсь. У меня что? Сплошное однообразие, кинули пачку корма и радуйся. Между прочим, все диетологи твердят, питание должно быть разнообразным, чтобы организм получал все необходимые витамины. Их нехватка ведет к различным болезням. Я как-то увидел себя в зеркале в прихожей и обомлел, шерсть то не блестит, как раньше. Видимо потому, что кормите меня изо дня в день одним и тем же. Бедный я кот, чувствую совсем с вами облысею.

– Танюша, не переживай, отдыхай спокойно. Даже если забуду покормить, ничего страшного, посидят на диете, – успокоил хозяин жену.

Что? Да я и так у вас всю жизнь на диете сижу. С тобой, Александр Петрович, точно зубы на полку выложу.

Женщины уехали, оставив нас с Пухой на воспитание хозяина. На следующий день после их отъезда, я проснулся от умопомрачительных запахов, доносящихся из кухни. Мне не нужно видеть, что готовят мои хозяева, я определяю еду на нюх. Аромат своей любимой курочки я учую за версту. Поводив носом, уловил потрясающий запах бекона, его ни с чем не перепутаешь. Сразу видно, Татьяны Михайловны нет дома. При ней Петрович ел бы на завтрак исключительно овсяную кашу на воде и запивал все это несладким кофе. До сих пор шерсть дыбом встает, когда вспоминаю, как меня пытались приучить к овсянке в доме музыканта Леонида Исаевича (*Подлинный Сократ). Брррр. Прервав свой мыслительный процесс, я помчался на кухню. Рыжий Ап лежала на своем положенном месте, на границе, между кашеварней и прихожей. Я с легкостью молодого кота перемахнул через нее. Зря хозяйка наговаривает на меня, будто я растолстел. Я фору дам любому юнцу. Петрович стоял у плиты, поджаривая яичницу с беконом и насвистывая незнакомую мелодию.

– Здорово, Сократище, – улыбнулся он, – есть хочешь?

– Мяу, – я потерся о его ноги.

– А кто не хочет? – рассмеялся он, – Пуха вон тоже лежит, слюни пускает.

А как тут не будешь пускать, если такие ароматы в доме стоят.

– Потерпите немного, – успокоил хозяин, – сейчас дожарю и вас тоже угощу.

Я благодарно мяукнул и снова потерся о ноги. А он возьми и добавь:

– Если останется.

На наше счастье, Александр Петрович не съел всю яичницу, нам с рыжей собачьей мордой тоже досталось по кусочку. Перед отъездом на работу, хозяин обратился ко мне:

– Сократ, оставляю тебя в доме. Если что-нибудь натворишь, до приезда мамы будешь жить на улице. Ты меня понял?

Да понял, чего уж тут непонятного. Что можно тут сделать, если закрыты все двери во все другие помещения, даже на кухню. В прихожей особо не разгуляешься, здесь нет ничего интересного.

– Пуха, а ты давай на улицу, – он открыл дверь, пропуская собаку вперед, – не вздумай грызть кусты и таскать дрова. Иначе завтра на цепь посажу.

Весь день я провел в размышлениях, а что еще оставалось делать. Едва за Петровичем затворилась дверь, на меня напала грусть-тоска. Вспомнил хозяйку, как замечательно мы с ней общались, когда оставались вдвоем. Она всегда рассказывала мне интересные истории из своей жизни и даже советовалась со мной. Вы не подумайте, что я хвастаюсь. Все члены семьи рассказывают мне свои секреты. А Катерина даже называет меня семейным психотерапевтом. Не верите? Сейчас расскажу.

Через некоторое время после откровенного разговора с матерью на тему ее неудачных отношений с Артемом, девушка пришла домой в приподнятом настроении. Татьяны Михайловны в тот момент дома ещё не было, она уехала по семейным делам. Девчонка скинула ботинки, повесила куртку на вешалку и побежала наверх, в свою комнату, перепрыгивая через две ступеньки лестницы. Еще с порога, заметив ее улыбающееся лицо, я естественно увязался за ней. Должен же выяснить, что за причина столь радостного поведения. Она упала на кровать спиной, раскинула руки в стороны, как морская звезда и, улыбаясь уставилась в потолок. Я запрыгнул на кровать и громко замурлыкал, напоминая о своем присутствии. Девчонка приподнялась на локте, погладила меня по голове.

– Сократик, ты же мой главный психотерапевт. Хочу с тобой кое-чем поделиться. Ты же не кому не расскажешь? – зачем-то спросила она.

Катя, ты же знаешь, я могила! Да и для чего задавать такие глупые вопросы, если ответ очевиден.

– Мне сегодня предложил встречаться мальчик из одиннадцатого класса. Его зовут Евгений. Раньше Димка считался самым красивым парнем в школе, а теперь Женя. Я даже мечтать о нем не смела. А сегодня он признался, что я ему уже давно нравлюсь. Представляешь? – девчонка улыбнулась и мечтательно закатила глаза, – он хотел предложить мне дружить раньше, но потом узнал, что я встречаюсь с Артемом. Говорит, очень сильно расстроился из-за этого.

Все-таки умный я кот. Говорил же, стоит только встретить другого и все, про Артема тут же забудет.

– Ты знаешь чем он увлекается? – Катерина задала вопрос и сама же на него ответила: – он пишет стихи и музыку в стиле хип-хоп. Знаешь что это?

Конечно, я же целыми днями, только что и делаю, так это твой хип-хоп слушаю. Да что там слушаю, я уже сам могу его исполнять. Зачитаю рифмы скороговоркой, – мысленно иронизировал я, – так, что от зубов будет отскакивать.

– Женя мечтает записать альбом. Я читала его стихи, они потрясающие. Думаю, у него все получится, – продолжала откровенничать девчонка, – Сократ, ты знаешь, я тогда прислушалась к совету мамы. На следующий день пришла в школу, как ни в чем ни бывало. На Артема с Юлькой совсем не обращаю внимания. Честно признаюсь, нелегко было. А они, как назло, давай устраивать передо мной любовные сцены, то поцелуются, то обнимутся. Тьфу, аж противно было смотреть на них. А я изо всех сил старалась не реагировать. Делала вид, будто ничего не замечаю. Так продолжалось несколько дней. И что ты думаешь, потом произошло? Подхожу как-то утром к школе, Артем меня встречает на пороге. Представляешь, он начал просить прощения и говорит: давай все забудем и начнем заново наши отношения. А я уже перегорела, ничего не хочу, будто бабка пошептала.

Опять какая-то бабка. Почему люди ее всегда вспоминают. То она им что-то шепчет, то посылают к ней. Видимо, она какой-то известный персонаж.

– Все таки мудрая женщина моя мамуля, – улыбнулась Катерина, – права она была, когда говорила, что пройдет время и все изменится. Так и случилось. Артем теперь мне стал даже неприятен. Раньше он мне казался рыцарем на белом коне, а сейчас бедуином на общипанном верблюде. Я повнимательней присмотрелась к нему и поняла, он самый настоящий мещанин.

Про рыцаря я и раньше слышал, а однажды даже кино смотрел с семьей. Фильм так и назывался «Железный рыцарь». И верблюдов мне довелось повстречать на своем веку. Помните, как один горбатый представитель этого семейства оплевал меня в зоопарке (*Подлинный Сократ). После того случая, у меня больше нет желания с ними встречаться. Бедуинов тоже видел по телевизору в передаче про путешествия, это те бородатые товарищи, что управляют слюнявыми кораблями пустыни. А вот кто такой мещанин понятия не имею.

– Знаешь кто это такой? – словно услышав мои мысли, спросила Катя и рассказала: – это человек у которого на первом плане сугубо личные интересы, узкий кругозор, дурной вкус и при этом, он абсолютно безразличный ко всему происходящему вокруг. Артем оказался именно таким человеком. Как я раньше этого не замечала? – хмыкнула девушка и пожала плечами.

Теперь ты видишь, дорогой мой читатель, какие тайны мне доверяют члены моей семьи. Это вам не хухры-мухры. Я, можно сказать, не просто философ, а кот-психолог. Во как!

За моими размышлениями я не заметил, как пролетел день и Петрович вернулся с работы. Он вошел в дом вместе с Пухой и с порога объявил:

– Ну что, животинки, собирайтесь, завтра поедете со мной в рабочую командировку. Всех друзей обзвонил, никого нет в городе. Оставить вас не с кем, так что придется брать с собой. Выезжаем рано утром, ехать нам долго, целых тысяча километров. Поедем аж в Архангельскую область в дивный город под названием Мирный.

Вот так поворот. Конечно, мне не привыкать работать. Вы же помните, как я с Жорой (*Подлинный Сократ) трудился в электричке. А в командировку и подавно съезжу, тем более я люблю путешествовать. Вот как Пуха будет себя вести в дороге, неизвестно. Она же чокнутая собака.

Ранним утром, когда на улице еще было темно, Александр Петрович загрузил в багажник спортивную сумку, миски вместе с кормом и мы двинулись в путь. Я расположился на пассажирском сиденье, свернувшись калачиком, а собака растянулась на заднем. Никогда еще в своей жизни я столько не спал. Первое время в машине играла музыка, потом вдруг из радиоприемника стали доноситься шипящие звуки.

– Все, цивилизация закончилась, а вместе с ней и радио пропало, – произнес Петрович через некоторое время пути.

Один раз Рыжий Ап упала с сиденья. Видели бы вы ее испуганные глаза в тот момент. Если бы мог, я бы катался со смеху. Она сладко спала, развалившись на спине и раскидав уши по сиденью. Видимо, во сне глупая собака куда-то бежала, ее лапы смешно дергались, при этом она жалобно поскуливала. Неожиданно Александр Петрович резко затормозил, и Пуха рухнула на пол под сиденье. От испуга она выпрыгнула оттуда, как черт из табакерки и глазами полными ужаса, посмотрела сначала на хозяина, потом на меня.

– Прости, Пуха, я не виноват, – улыбнулся Петрович, глядя на нее в зеркало заднего вида, – пришлось резко тормозить. К сожалению, на наших дорогах полно идиотов, которые ездят без стоп сигналов. Если хочешь, я могу тебя пристегнуть.

Его предложение осталось без ответа. Она снова легла на сиденье, только уже не развалившись, как прежде, а свернувшись в клубок и наблюдая за мной из-под торчащих бровей.

Через некоторое время мы остановились на заправке. Петрович открыл нам двери и сказал:

– Пока я заправляю машину, быстренько сделали свои дела, и дальше в путь. Нам нужно добраться на место до ночи.

Я не стал далеко отходить от машины, не дай бог хозяин потеряет меня, как потом домой добираться? Пристроился рядышком на газоне, а собаке захотелось побегать. Сбоку от здания стояла небольшая беседка, предназначенная для отдыха водителей. Несмотря на прохладную погоду, в ней сидели люди, попивая из пластмассовых стаканчиков горячие напитки. На территории вокруг заправки было очень многолюдно, повсюду стояли припаркованные автомобили. Пуха бегала между ними и людьми, обнюхивая все и всех вокруг, изображая из себя собаку-ищейку.

Увидев, что в одной из машин открыты на распашку обе задние двери, любопытная рыжая морда побежала туда. Вдруг из нее выскочили две собаки бойцовской породы. Я видел таких по телевизору, их называют питбулями. Со злобным рычанием они набросились на нее. У меня прямо шерсть встала дыбом от этих угрожающих звуков. Я сразу вспомнил, как бился с бездомными собаками (*Подлинный Сократ). Бедная Пуха от страха прижалась к колесу автомобиля, жалобно поскуливая. Как назло, рядом не было ни одного человека. Видимо водитель этого автомобиля сидел в той беседке. Псы с пеной у рта кидались на нее, честное слово, думал, они ее порвут. Хоть мне и самому было страшно, но не мог же я оставить ее на растерзание бойцам. Я подбежал к ним, выгнув спину и распушив хвост, громко зашипел. Один из псов, чуть отошел назад и недоуменно посмотрел на меня:

– Это еще кто такой? Ты откуда здесь взялся?

– Отойдите от нее, – продолжал я шипеть, выставив когти.

– Котяра, ты что, такой смелый? – спросил другой.

Вместо ответа, превозмогая страх и высоко задрав хвост, я двинулся на них и приготовился к битве. В душе теплилась надежда, что кто-то заметит драку и придет на помощь. Не в лесу же находимся, вокруг полно людей, да и хозяева этих извергов где-то рядом. Хотя мысленно приготовился к самому худшему. К моему огромному удивлению, собаки начали пятиться назад. Может быть, они никогда не имели дело с котами. Один из бойцов вдруг резко развернулся и побежал к беседке. Второй в растерянности посмотрел вслед своему товарищу, потом снова на меня. Для пущей убедительности я еще раз оголил когти и, свирепо зашипев, бросился на него. Взгляд полных страха глаз питбуля встретился с моим, собака взвизгнула и стремительно бросилась прочь следом за соплеменником.

– Пошли в машину, хозяин нас будет искать, – сказал я, посмотрев на все еще дрожащую от страха Пуху.

А ведь домочадцы считают ее охранницей. Какая с нее охрана, трусиха она.

– Я так испугалась, когда они набросились на меня, – призналась рыжая собака, следуя рядом со мной, понуро опустив голову, – никогда не встречала таких недружелюбных сородичей. Я же не сделала им ничего плохого, просто увидела открытую дверь в машине, решила понюхать, что там интересного. А они, словно с цепи сорвались.

– Любопытной варваре на базаре нос оторвали, – заметил я.

Нам навстречу шел Александр Петрович.

– Где вас носит? – нахмурил брови хозяин и добавил: – я же сказал, быстро сделали свои дела и в путь. А вы устроили здесь прогулки. Быстро в машину!

Ничего себе прогулки. Пока тебя не было, я уж было, и с жизнью распрощался. Слава богу, оставшаяся часть дороги прошла без приключений. В город Мирный мы добрались поздней ночью. Оказывается, у Александра Петровича в этом городе жил старинный друг, с которым они когда-то вместе служили в армии. К нему мы и отправились на ночлег.

Глава 4

Никогда прежде я не бывал в квартирах. Все люди, с кем меня когда-то сталкивала судьба, жили в своих домах. Войдя в подъезд, я уловил характерный запах своих соплеменников. Мы поднялись по лестнице на третий этаж. Не успел хозяин нажать кнопку звонка, как дверь квартиры распахнулась. На пороге появился высокий лысый мужчина, в шортах и полностью расстегнутой рубашке. На его шее я заметил черный шнурок, на котором висела металлическая пластина с выбитыми на ней цифрами. Такие штуки носят военные. По телевизору видел.

– Ну, наконец-то добрался, заждался я тебя тут, – радостно произнес он, протягивая руку, – здорово, брат.

– Здравствуй, Леха, – Петрович пожал руку. Мужчины крепко обнялись, хлопая другу друга по спине.

– Сколько же мы с тобой не виделись? Я имею в виду вот так, с глазу на глаз, – спросил Алексей.

– Вживую уже лет десять точно, – ответил хозяин, – а по интернету почти каждый день общаемся.

– Да, благо сейчас есть такая возможность. А раньше как было, армию отслужили и все – считай потерялись на всю жизнь. Я благодаря социальным сетям всех наших сослуживцев отыскал. А это что за товарищи с тобой? – вдруг заметив нас, спросил он. Мы с Пухой сидели по обе стороны от хозяина.

– Да вот собрался ехать в командировку, а их не с кем оставить, пришлось взять с собой. Ты не возражаешь?

– Нет, конечно, я животных люблю, особенно котов, – воскликнул Леха и добавил: – проходите, что мы стоим на пороге.

Во как! Я знал, среди людей есть умные товарищи, кто прекрасно понимает, что мы гораздо лучше собак. Кот – символ свободы и независимости. Не окажись рядом с нами людей, мы с голоду не помрем, всегда сможем о себе позаботиться, ведь мы прирожденные охотники. Поймать мышку или птичку для нас пара пустяков. Не то что ленивые собаки, вечно выпрашивающие у человека подачку, они-то уж точно без человека долго не протянут.

Петрович поставил сумку на пол, снял кроссовки и проследовал за хозяином на кухню. Мы с Пухой, как два хвостика направились за ним.

– Сейчас что-нибудь соображу на ужин, – произнес товарищ, – я же холостой, с едой сильно не заморачиваюсь. Если в холодильнике есть яйца и колбаса, считай – жизнь удалась.

– Леха, не суетись. Я не голодный, перекусил по дороге, а у зверья своя еда есть, – успокоил Александр Петрович.

– Ну, знаешь, голодный, не голодный, мы же должны за встречу по рюмке чая выпить, – рассмеялся он, – поди, не каждый день вот так за одним столом собираемся.

– Это само собой, – поддержал Петрович.

Алексей колдовал у плиты, жаря яичницу с колбасой. Пока Татьяны Михайловны нет, чувствую, хозяин в цыпленка превратиться. Каждый его день начинается с этого блюда. Помните, как герой одного известного фильма говорил: «утром яичница, днем яичница, вечером яичница, я так скоро кудахтать начну». Петрович принес из прихожей наши миски, заполнил их кормом. Пуха, как обычно, набросилась на еду так, словно ее два месяца не кормили. Я ел степенно, тщательно пережевывая каждый кусочек и заодно наблюдая за Алексеем. Он ловко, буквально за несколько минут, накрыл стол. Я сразу вспомнил художника Жору (*Подлинный Сократ), тот тоже был хозяйственным мужиком. Сам готовил, сам убирал, сам мыл посуду.

В народе бытует мнение, мол, зачастую сильный пол не приспособлен к домашнему труду. Я с этим в корне не согласен. Даже Петрович, умеет делать по дому всё, несмотря на то, что хозяйством занимается Татьяна Михайловна. Правда, иногда у него получается это не совсем удачно. Бывало, бутерброды намажет не тем, чем надо. А однажды хотел сделать приятное женщинам, приготовить к их приезду ужин. Хозяйка тогда вместе с Катериной уехала в торговый центр. Хозяин решил пожарить картошку. Поставил сковороду на плиту, а сам сел за компьютер и пропал в нем, забыв обо всем на свете. Увидев дым, столбом валивший из-под крышки, я начал звать его, громко мяукая. И лишь тогда он очнулся. Я вот не пойму, что такого интересного в ваших гаджетах, что вы исчезаете в них, словно в черной дыре. Радовало одно, хоть спасибо сказал. Я думал хозяйка, вернувшись из магазина, съест Петровича живьем. Из-за густого дыма на кухне мы с трудом могли различать друг друга. После кулинарных экспериментов хозяина в доме еще несколько дней стоял отвратительный запах горелой картошки.

– Ну, вот и все, поляна готова, – улыбнулся Алексей, – прошу к столу.

– О, да ты богато живешь, – смеясь, воскликнул Петрович, – и яишенка с колбаской, и соленые огурчики. Что еще надо?

– Санек, ты не возражаешь, если мы по походному, прямо со сковородки поедим? – спросил он, поставив на стол яичницу.

– Нет, конечно, хоть молодость вспомню. Сейчас все такие культурные стали, непременно должна быть вилка с ножом, на каждое блюдо отдельная тарелка. Ты помнишь, как мы в армии ели, и первое, и второе с одной тарелки и ничего кроме ложек у нас не было, – рассмеялся хозяин.

– И выжили, – поддержал товарищ и спросил: – так ты значит к нам по работе?

– Да, наша фирма тут объект строит, – поделился Александр Петрович, – меня с инспекцией прислали. Подрядчик говорит, деньги закончились, а строительство еще не окончено. Хотя в бизнес-плане все было четко прописано, на что и сколько нужно средств. Непонятно, для кого они их составляют.

– Знаешь, как в народе шутя говорят: только начали жить, деньги закончились, – усмехнулся Леха, – так и у нас происходит. Надеются, что заказчик не бросит строительство на полпути и выделит еще денег.

– Так и есть. Чувствую, придется еще финансировать, а что делать? Вот только командировочные дни не удачно спланировали. Отправили бы в понедельник, неделю отработал и домой, а так что получается? – Петрович почесал затылок, – завтра последний рабочий день. В понедельник и вторник нужно во что бы то ни стало быть на объекте. Придется два выходных болтаться без дела. Ты же знаешь, с начальством не поспоришь, им видней. Только вот не хочется тебя напрягать. Леха, если у тебя свои планы, ты скажи, я уеду в гостиницу или на объекте перекантуюсь со строителями в вагончиках, у них там вполне прилично.

– Да ты с ума сошел! – воскликнул товарищ, – я тут, можно сказать, дичаю от одиночества, а он в вагончик собрался. Хоть разбавите немного мою серую жизнь. А за выходные не переживай. Я в субботу в лес собрался, поедешь со мной. Сам воздухом подышишь, да и зверье лапы разомнет. Ты когда последний раз на охоте был?

– Да я если пару раз за всю жизнь был, то хорошо. Я рыбалку люблю, – улыбнулся хозяин, – ты на кого охотишься?

– На дичь, в основном на куропаток, да на глухаря, – ответил Алексей и добавил: – эх, жалко Аспирина нет.

– Голова болит? – поинтересовался Петрович, – давай я схожу в машину, у меня в дорожной аптечке, что хочешь есть.

– Ты не понял, – рассмеялся приятель, – Аспирин это кличка моего кота.

Вот это имечко. Представляете, всю жизнь таблеткой ходить. Меня тоже когда-то Петрович предлагал назвать Максом, а Катька – Пушком. Хорошо, что Димка вмешался. А то был бы сейчас не философом Сократом, а Пушистым Максом.

– А где же он? – хозяин осмотрелся по сторонам в поисках признаков присутствия животного.

– Его уже нет, умер он этим летом, – вздохнул Алексей, – клещ энцефалитный укусил. Мы тогда на охоте были. Вернулись домой, вроде все нормально. Дня через три смотрю, кот какой-то вялый. Целый день лежит, ничего не ест, не пьет, дыхание прерывистое, тяжелое, взгляд потухший. Я его в охапку и к ветеринару, а врач говорит: «поздно кинулись, уже не спасти его». До сих пор не могу прийти в себя. Он прожил у меня восемь лет. Мы с ним были, что называется, на одной волне. Понимали друг друга с полу взгляда.

Бедный кот! Теперь я понимаю, почему Татьяна Михайловна меня всегда вычесывает, особенно летом. Стоит только прийти с прогулки, она тут же берет щетку и командует: «Садись, чесать тебя буду. Не дай бог нахватаешься клещей, бегай потом с тобой по ветеринарам». И скребет меня так, будто живьем хочет с меня шерсть снять вместе со скальпом. Когда эту процедуру выполняет Катя, я даже млею от удовольствия, закрываю глаза и завожу свою кошачью арию под названием «жизнь прекрасна».