Приключение паучка Ка и его друзей

Появления паучка Ка.

Случилось это в самое обыкновенное весеннее утро, когда ничто не обещало потрясений, а наоборот, казалось счастья и радости будет так много, что хватит на тысячу и тысячу жизней.

Тогда в паучьем гнезде в одно мгновение, из кучки кругленьких ватных яиц, на белый свет вылезли сотни, дрожащих от восторга паучков. Конечно, они сразу столкнулись с опасностями, они ведь ещё совсем детки и рядом почему-то нет ни папы, ни мамы, ни каких – ни будь добрых взрослых, так вот случилось. Такой вот, детский сад на выезде, с брошенными детьми в глубине таинственного леса.

Паучки мальчики, и девочки не успели даже осмотреться, познакомиться, поговорить с друг другом, как вдруг, откуда не возьмись, налетел хоть и теплый, но сильный ветерок, а они детки были крохотульками, легкими, как пушинки. Ветерок подхватил их всех с их паучьим гнездом, на котором они копошились и унёс в небо, бросая безжалостно одних то вправо, то влево, других то вниз, то вверх и так, пока не разметал паучков по краям и далям большого опасного мира. Когда же ветерок успокоился, стало понятно, что всех малышей раскидало, так далеко друг от друга, что уже и не вернуться назад, не найти то место, где они родились. В одно мгновение, жизнь паучков-малышей сильно изменилась и у каждого по-разному, но удивительную историю жизни одно из них, паучка КА, мы знаем и можем вам рассказать.

Новая родина и первые испытания паучка Ка.

Очнулся наш маленький герой этой истории после, долгого вынужденного полёта, как говорится с ветерком, на каком-то зелёном листочке незнакомого высокого дерева, к которому, очень даже кстати, прилипла его тонкая липкая паутинка. Как известно, все пауки с самого детства могут выпускать из хвостовой части своего паучьего тела серебряные нити и плести паутинки, и делают это весьма-весьма искусно.

Осмотрелся он своими восемью глазками (у всех пауков на голове восемь глаз), прислушался своими ушками на шести ногах и двух лапках (уши у них тоже странные, на шести ногах и двух лапках) и стало ему очень, очень грустно. Среди разнообразия звуков и голосов леса не было слышно ни одного знакомого, даже тихого родного голосочка, хотя бы одного паучка из его племени.

–Где же мои близкие братья и сестренки? Как же так, неожиданно, я остался совсем один?– всплакнул, по-детски всхлипывая, он.

Шум леса был полон предупреждений, как на большой дороге в большом городе, с мчащимися в разные стороны автомобилями, где нельзя просто стоять и ждать и надо быть очень внимательным. И тут, в лесу за каждой тенью таилась смертельная опасность.

Паучок бросился в уголок между ветками дерева и стал усиленно выпускать паутинки, и, мастерски, ловко, вить себе удобное гнездышко в виде плотного кулёчка.

Все пауки, с самого первого дня своего рождения, могут ходить, производить и вязать свои узорные паучьи гнёзда, похожие на ковры из серебряных нитей.

Когда крохотный домишек был готов, он прилепил его, для надежности, к толстой ветки дерева и тут же юркнул в него, свернувшись в трепещущий комочек и спрятавшись до следующего утра, чтобы успокоиться, отдохнуть и набраться сил.

Так прошел весь день и вся долгая первая ночь малыша в огромном тёмном лесу. Похоже, жизнь у маленького паучка уже никогда не будет легкой и беззаботной в этом большом незнакомом мире.

Паучок учиться жить.

Проснулся, наш малыш, очень рано, а разбудили его, громкие и непонятные голоса таинственного леса и чувство голода. Хотелось попить и поесть и не просто, чего-нибудь вкусненького. Что же делать, у него же нет, как у людей в квартирах, холодильника со всякими припасами, нет даже какого – нибудь захудалого маленького магазинчика рядом, чтобы накупиться сладостей (вообще- то и денег нет у паучков), а ведь очень-очень хочется кушать, аж, в животике урчит.

Почистив себе шёрстку, своими острыми коготками, обмыв себе глазки росою с листка, он почувствовал себя увереннее и, тут же, взялся-таки за дело.

Вначале он привязал нити своей серебрянной паутинки к домику, в котором отсыпался ночью, да по – крепче, чтобы его жилище снова не улетело от дуновения ветра. Перебрасывая тонкие и липкие паутинки по веткам и листкам, он добился того, чтобы получилось, что – то вроде, связанного плотного шатра и узорного коврика, по которому можно легко и безопасно жить на дереве и перебегать с ветки на ветку, уверенно перепрыгивая, не сломав ноги.

После утомительных трудов и беготни, пить и есть захотелось ещё больше. Паучок нашёл листок с каплей воды, это была роса, которая всегда остается утром на деревьях и листьях, после прохладной ночи. Он склонился и попробовал попить своим длинным тонким хоботком, торчащим у него изо рта, губ – то у него, как у людей не было. Ого, получилось! Вода была приятная и прохладная, хватило нескольких глотков, чтобы утолить жажду. А сейчас… поесть! Как же быть? Что делать? Не уж- то голод замучает паучка КА? Конечно, нет! Наш маленький герой справится, он мал да удал и далеко, не лентяй.

Первый завтрак! Борьба за жизнь.

В то же время, пока паучок справлялся с жаждой, что – то странное происходило у него около домика. Все, сплетённые дорожки из паутины, дергались и рвались. Удивленный и напуганный он, осторожно, крадучись приблизился к этому месту, откуда шло какое-то шевеление и тихий шум.

Вся паутинка в том месте смялась, и превратилось в комочки и, что – то там в них возилось, пытаясь выбраться. Приблизившись, он, удивлённо заметил несколько малюсеньких шипящих мошек, похожих на курочек, только, с прозрачными короткими крылышками. Мошки, очень похожие на обычных курочек, недолго повозились, устали, и вскоре совсем затихли. Чтобы не испытывать судьбу, паучок отошёл на некоторое время и притаился. Чуть позже, когда яркое солнце прогрело мошек, паучок, приблизившись, увидел, что мошки уже затихли и стали похожи, жаренных на сковородке, румяных, аппетитных курочек. Ну, что же делать? Не пропадать же добру, да, и ещё, так ароматно пахнущему . Паучок, не торопясь попробовал съесть одну… м-м-м вкусно и, потом другую, потом третью последнюю. Особенно ему понравилась хрустящая корочка на мошках – курочках, аппетитно!

– Ого – го!– вскричал весело паучок, оказывается еда и вода находится рядом, только надо уметь этим воспользоваться. Это был его первый опыт полной самостоятельности, он сам себя напоил и накормил, какой же этот малыш паучок молодец! Он расстелил свои липкие паучьи сети – коврики ещё шире и ещё дальше. По крепче связал узелки и уже сытый, довольный своей первой победой в жизни, более уверенный в себе, отправился изучать местность, этот огромный незнакомый мир вокруг него.

Страшное и ужасное. Что такое дождь, гроза и молнии.

Паучок, восполнив свои силы, ободрённый своими маленькими победами и набравшись опыта, решил отправиться по выше и по дальше своей ветки, по стволу дерева, где он свил себе домик.

Он же был ещё совсем малыш и, как все любопытные дети, не понимал опасностей. Поднявшись выше, потом, ещё и ещё выше по веткам, он оказался, так далеко и высоко от своего домика, что любому другому было бы очень страшно, а он же так не думал. Он размышлял о будущем, вспоминал о своих братьях и сестрах, о своей потерянной большой семье и разрушенном детстве. И его разбирало непреодолимое детское любопытство.

Кстати, паучок за это время, а уже прошло почти два дня, значительно подрос, ведь паучки растут быстро, у них один день, как у людей два-три года, так что ему было уже практически 5-7 лет!

Такова божественная суть природы, время и часы жизни у всех существ разные. Люди могут жить сто лет, вороны и черепахи триста, а насекомые, такие, как мотыльки, комарики, мошки, всего лишь, один день, а может и того меньше. У них, у этих малюсеньких насекомых, есть в груди хоть и маленькое, но доброе сердце, которое, может глубоко страдать, сильно любить и горько плакать. Сердце, пусть и маленькое, но которое, надеясь на счастье, бьётся с огромной скоростью, как тысячи маленьких барабанов. Паучок был теперь уже более уверенный в себе, чем в самом начале своего первого путешествия, это вот как, после ясельной группы в детском саду, попасть сразу в старшую группу или пойти в школу.

Поднявшись выше, уже на самой верхней высокой ветке дерева, паучок огляделся.

Перед ним открылся огромный изумительный мир, где было много – много разного. Яркое Солнце высоко на небе, медленно плывущие, как огромные сказочные создания, белые облака, разноцветные птицы большие и маленькие, летающие и кричащие самыми разными голосами птицы. Белобрысые белки на соседних деревьях с длинными пушистыми хвостами, таскающие шишки и орехи в свои норки. Большое, заросшее травами и тростником, в огромных кувшинках и кажущее зелёным, озеро. Грозно орущие стада лягушек и, стаями, мирно плавающие, пугливые рыбки. На земле, на полянах, быстрые, снующие серые мыши и ленивые черные земляные кроты, сопящие колючие ежи и внушительный размерами, фантастический город – муравейник с армией неутомимых муравьев, хватающих своими, жуткими челюстями, всё подряд и утаскивая свою добычу в норы.

Перед нашим героем открылся новый незнакомый Мир полный чудес, не изведанных тайн и возможностей, опасный и при этом, необыкновенно преувлекательный.

– Всё это, я когда – ни будь, тоже узнаю и пойму, – подумал он,

– А сейчас, срочно домой, надо быть готовым к заботам следующего дня, отдохнуть и выспаться – и он помчался, со всех своих тонких паучьих ног, назад в своё уютное гнездо.

Возвращаясь по лабиринтам, от ветки к ветки он, вдруг с тревогой, осознал, что окончательно заблудился. В свете вечернего неба всё стало чужим и не знакомым. Вскоре, стало понятно, что ему не найти свой теплый домик, где всегда тепло и уютно, готова еда и вода. Он заблудился.

Петляя и блуждая всё больше, он отметил, что вокруг, всё неожиданно затихло и подозрительно замерло и стало стремительно темнеть. Издалека послышался шум, чьих- то быстрых, приближающихся ритмичных шагов. Шаги стучали и приближались всё ближе и ближе. Всё чаще и чаще, и потом, сверху посыпались, как снаряды, огромные тяжёлые капли воды.

Бум- Бум! Бум- Бум- Бум! Брызги, одной их таких, капель плеснули ледяным холодом прямо в него, чуть, не сбив его вниз с дерева, в жуткую пропасть.

Паучок, не дожидаясь следующего снаряда воды, быстро слепил себе маленький мешочек из паутинки, прикрепил его по крепче рядом, к стволу дерева в самом сухом месте и полностью с головой, быстро нырнул и спрятался, зарывшись в него с головой.

Очень даже своевременно он это сделал, потому что, в небе, тут же, внезапно сверкнули огненные стрелы молний и загрохотал страшный гром.

–Бах-Бах-Бах!!! – казалось, треснули и переломились все деревья в лесу, заохали разом все ужасные монстры, потемневшего леса. Дождь, разом превратился в сильный ливень, и целые потоки воды полились с неба.

Но, к счастью, наш малыш, ловкий паучок, уже тихо и мирно спал в своём тёплом, не промокаемом мешочке из паутины. Шум и свет непогоды ему совсем не мешали, он мог, если хотел, ничего не слышать, ничего не видеть, крепко сжав своими лохматыми лапками, голову. Так могут все пауки, когда хотят спокойно поспать, а теперь научился и наш маленький паучок.

Счастливое возвращение. Неожиданное знакомство и приобретение первого друга.

Вот и закончился проливной дождь, замолкли барабанные удары грома и погасли огненные мечи молний. Бескрайний дремучий лес просыпался с первыми лучами Солнце, с пением соловьёв и криками жаворонок. Всё живое, разбуженное дневным солнечным светом, готовилось к своим обычным каждодневным заботам, а дел у жильцов леса было так много, что хватало на всю жизнь и даже больше.

Паучок, с опаской выглянул в наружу из своего спального мешочка, вдруг там чего. Впервые в своей жизни он, видел и слышал, какофонию – граммофонию грома и молний и потоки холодного дождя с неба. Наконец оглядевшись, он вспомнил, что его домик находится в другом месте, а он заблудился и заблудился окончательно.

– А что? Я могу и здесь жить, – подумал он,

– Чего ждать и теряться? Я никому не помешаю! Да и видится отсюда дальше и больше! – подумал, успокаиваясь, он.

– Вот и капли воды попить, вот и ветка, ещё крепче, привяжусь и сплету себе новую, ещё лучшую, сетку для ловли вкусных хрустящих курочек.

Сказал и тут же, сделал. Он, вообще – то, всегда и сразу принимался за дела, не откладывая всё на завтра, на потом, как некоторые.

Прекрасный и надёжный получился у него домик из паутинки. Всё же паучки искусные мастера – ткачи, вот бы они ткали одежду для людей, было интересно посмотреть. Была бы новая мода и стиль в одежде.

Ещё долго он тщательно поправлял свои серебряные сети и паутиновые дорожки со всех сторон, уж тут-то, он точно, останется навсегда.

Вокруг своего, не большого хозяйства он повсюду, выставил разные заметные указатели, чтобы никогда в будущем не теряться.

В это время в его сетях снова затрепетало, а через некоторое время, уже были готовы несколько вкусных мошек – курочек. Заметив это, он поспешил, уж очень ароматно они пахли.

Курочек на этот раз было ещё больше. Он стал аккуратно поглощать их одну за другой, мыкая и хрюкая от блаженства. Сильно же он натрудился сегодня, устал, изголодался и ел с таким удовольствием, ничего не замечая, громко чавкая и облизывая лапы и, вдруг:

–Со мною немного поделишься? – он услышал чей – то веселый голос с боку.

– Да, не будь ты, жадиной! – раздался тот же настойчивый голос, уже с другого боку от него.

–Так что, так и будешь, один уплетать вкусных дрозел? Смотри не лопни!

– голос слышался уже сверху, потом снизу,

Затем, совсем рядом, появилась смеющаяся усатая рожица.

–М-М-М-М-М, Я-Я-Я! – забыв разом от неожиданности все слова, замычал паучок, чуть ли, не падая на спину.

Говорящее с ним, существо было чуть больше в длину, но примерно, одного с ним веса, с большими, как фонари глазами, с шестью лапами и длиннющими, весело шевелящимися усиками.

–Так мне и не жалко! Пожалуйста, присоединяйся, я только присел позавтракать.

– успел сказать паучок, а назойливый гость, тут как тут, набросился и за один присест проглотил две мошки.

– Я понимаю, понимаю! Прежде, надо бы познакомиться – сказал усатый гость, – Но после вчерашней сверепой бури, мне даже паужинать не получилось. Я голоден, как сто земляных червей, как тысяча жёлтых муравьёв, как, как… как ещё вот… я голоден как Тор, кстати, меня, так и зовут. Тор! – сказал он, уплетая ещё одну тушку мошки.

Не услышав, от изумленного и ошарашенного паучка ответ, он продолжил говорить и есть одновременно.

– Так вот! Меня зовут, Тор. Хотя, настоящее моё имя очень красивое, длинное и звучит гордо, Я, Тор, сын Геры – Анны, великой королевы Муравнии и королевства южных территорий леса, озёр, вкусных навозных куч и пищевых свалок. Вот, такое у меня, длинное и достойное имя, – с гордостью произнёс новый знакомый паучка, вытаращив свои огромные глаза.

– Давай-ка я буду звать тебя Тором, так и проще, и легче, чтобы не запутаться! Остальное мне не запомнить. Хорошо?

Я… меня зовут… Э-Э-Э-Э!" – сильно задумался паучок, ведь, он не знал даже, что такое означает это слово "имя" и зачем оно, это "имя" нужно, и как ему себя называть.

Он-то ещё не знал своего имени. Ведь, имена дают с самого дня рождения своим детям родители, а паучок, как и многие другие паучки, остался без родителей и без имени. Он, просто, никогда не знал и никогда не видел своих близких.

-А зачем мне нужно имя? И зачем имя нужно тебе? – спросил он у Тора, который терпеливо ждал ответа на свой вопрос.

Тор тоже задумался, – А, правда, зачем?

Серьёзный детский вопрос, впрочем, как и все простые детские вопросы.

– Да, чтобы не потеряться в толпе! Чтобы вспоминая, называть друга по имени! Чтобы дружить и справлять дни рождения, а на торте писать имя именинника! Ну, как же без имени?– закричал Тор, почти, возмущенно.

–Если, ты не знаешь или забыл своё имя, не огорчайся, мы его найдём или придумаем! – заговорщицки, возбуждаясь всё больше и больше, затараторил, Тор. Голос у него был звонкий и слова он произносил громко и внятно.

–Давай так. Начнём с самого начала, – продолжал он, – Я муравей, из королевства Муравнии Южных территорий, а ты откуда?

– Не знаю, не помню, я был маленький!– тут же выпалил паучок.

– Нас вначале было много. Нас всех потом разбросало ветром!

–Сочувствую тебе. Но, ура! Я придумал! Тебе нравится имя «Как-то»?

–А почему это, "Как – кто"?

–Да потому, что ты ничего о себе не знаешь. Я видел «таких», как ты. Они назывались пауками и могут, как ты, вить сети из паутинок. Значит ты, паучок, но только без имени!"

–Я, паук? Я, паучок?– удивляясь и, одновременно, соглашаясь, паучок.

– Да, я могу вить паутинки, имею восемь глаз и шесть лапок. О, теперь, я знаю, я паучок. Спасибо тебе, муравей Тор!

– Не благодари, рано ещё! Давай лучше займёмся твоим именем. Имя, "Как кто" тебе нравится?

–Нее! Совсем вот, не нравится! – ответил паучок.

– «Как Кто»– это больше похоже на вопрос, чем на имя. Может "Ка – ко"? А ещё проще "Ка".

– Ну вот… "Ка", так "Ка". Ур-ра! Мы нашли тебе подходящее имя. Ты, паучок «Ка» – радостно завершил утомительное занятие муравей Тор. Теперь нам есть, что праздновать. Продолжим нашу, теперь, уже праздничную трапезу, иначе, остынет, – сказал он и не дожидаясь приглашения, вновь, жадно набросился на поджаренных курочек, или, как Тор их назвал по своему, дрозел. Видно было, что поиски имени и длительный мыслительный процесс, его здорово истощили.

Поев, сытые и довольные, они, уже два хороших знакомых, знающих друг друга по именам, муравей Тор и паучок Ка, стали просто смеяться всяким смешным пустякам, потому что дети, они всегда – дети, даже, если они насекомые в этой природе. Ведь, настоящая дружба делает жизнь кого угодно, веселой и радостной, придавая новые силы, а сила маленьким существам в большом мире, всегда необходима.

-Спасибо за угощение! – паучок Ка, стал собираться муравей Тор.

– Будем и дальше, дружить. Вон там, наш большой дом, муравейник – наша Муравния. Внизу, вон там, рядом с лягушачьим озером, совсем недалеко отсюда. Так что, если ты будешь не против, жди меня завтра!

– Нет, нет! Я, не против, встретиться! – поспешил переубедить Тора паучок Ка.

– А сейчас, уже смеркается, – громко зевая, заметил Тор,

– надо бежать, а то, снова, запрут ворота в муравейник. У нас с этим строго!

– похлопав паучка Ка по плечу, своею когтистой лапой, он развернулся и ловко побежал по веткам, помахав ему на прощание.

Этот день прошёл у паучка, как никогда, великолепно: он понял, кто он такой – он паук. он получил красивое имя – «Ка», и самое важное, – он приобрёл первого и настоящего друга – муравья Тора.

В лесу быстро темнело. Уставший от дневных забот, паучок Ка, улёгся в свою теплую спалку и сразу заснул.

Впервые, сон его был спокойным и безмятежным.

Удивительное зеркало. КА впервые увидел себя. Помощь друга Тора.

С первыми лучами Солнца, Ка, в прекрасном настроении, выскочил из своего мешочка, подтянулся, охая и ахая, подошёл к своему умывальнику. Умывальник у него был, хоть куда! Из слепленных паутинок в виде корзинки, свисающей сверху по стволу дерева, куда обязательно попадали капли росы или капли дождинок. Корзина сразу пухла, как резиновый шарик и, очень было удобно им пользоваться, как краном.

Такой вот, умывальник он себе смастерил, и попить, и умыться.

Вот, откуда у него такие природные умения? Чудеса да и только?

КА, чуть попил, умылся и уже собрался пойти позавтракать тем, что осталось после вчерашнего ужина, но что-то его смутило и насторожило. Странно, ему померещилось что-то, или… он замер и прислушался.

Какая – то серая тень шевельнулась и тут же исчезла, потом снова появилась. Очень осторожно Ка приблизился, чтобы проверить что же это такое и увидел… прямо рядом с его умывальником с дерева повисла большая желтоватая гладкая капля, но она не падала, а присохла и приклеилась к коре дерева. И там, внутри этой капли, мелькали незнакомые тени.

Ка заглянул в эту большую блестящую каплю и шарахнулся в страхе, внутри… точно, кто-то был.

День был испорчен. Какой-то не прошеный гость, с непонятными намерениями, пробрался к нему в жилище.

–Эй! Ты кто? – тихо, но решительным голосом спросил Ка, но ответа не последовало.

–Ты, зачем пришёл без спроса? Если хочешь дружить, я совсем не против. У меня есть имя, Ка. И я паук. Вот так! – с гордостью произнёс он – А, ты кто?

Тишина. Ответа снова не последовало.

Пока имя своё, которым он очень гордился, он не собирался выдавать, каким- то не приглашённым незнакомцам.

–Давай так, я пойду завтракать, а ты, или уходи, или приходи, угостись со мною. Хорошо?

– Паучок пошёл к месту завтрака, чуть опасливо оглядываясь, чтобы чего не случилось. Он надеялся, что тот, кто прячется в блестящей капле, воспользуется его дружеским предложением.

Ка, уже съел завтрак, уже почистил лапки, прокашлялся на всякий случай по громче, но… никто так и не пришёл.

–Может он убрался восвояси, – подумал Ка и снова подошел к тому месту, но тот, кто прятался, никуда не убрался, он был там же, всё так же нахально поглядывая, из капли смолы.

–Ну, что же ты, так? Я к тебе по-дружески, а ты ко мне никак? Издеваешься?

Ка подкрался с другого боку, но и там его заметил непрошеный гость. Тогда с другой стороны, потом сверху, потом снова снизу, но гость был быстрее и везде оказывался там же, даже раньше. Ничего не помогло. Как будто, гость угадывал все действия паучка Ка заранее. Это пугало и раздражало. Он, пучок Ка, добрый и смелый, гостеприимный, а тут, всё было не понятно.

– Не хочешь со мною разговаривать и не надо! Можешь уходить, я тебя не держу. Только не надо всё время прятаться. Ты, что издеваешься?

Когда он уж совсем отчаялся и обессиленный, присел отдышаться, не зная как поступить, появился его друг, муравей Тор.

– Привет паучок Ка! Ты, что тут, такой не весёлый! -видя, усталого и встревоженного своего друга, спросил он.

– Тихо, тихо! – прошептал Ка,

– у меня тут… не понятный пришелец. Он, точно, что – то замышляет. Смотри сам. Вон там,

– Какой ещё там, пришелец? Где, он там? Давай – ка его сюда! – смело и с веселой улыбкой, взялся за разгадку тайны «пришельца», Тор.

–Он, во-о-он там, сидит, молчит и поджидает всех, – указал Ка на большую блестящую каплю смолы, свисающую с дерева над его импровизированным умывальником,

– у него большие испуганные глаза и сильные острые когти, ну как у меня, вот увидишь!

Муравей Тор, конечно, много чего повидал за свою «долгую» жизнь, он ведь, был на целых два дня старше паучка Ка, но всё же, Он – сын великой королевы Муравнии, ему никак нельзя было показать младшему другу свой страх.

Тор, а следом и Ка, не убежали трусливо, не спрятались в кустах, плача от страха, а двинулись навстречу неизведанной опасности, хотя и немного с оглядкой.

Они вместе, Тор и Ка, одновременно заглянули в выпуклую каплю смолы, и… о, ужас! На них из капли смотрели, уже не одна, а сразу две зубчатые большие головы с большими глазами, с большими усами и когтистыми лапами.

Уже целых два непрошенных гостя явились сюда с недобрыми намерениями.

–Их там, уже двое! – крикнул Тор,– а может их ещё больше? Нам надо обратить их в бегство!"

Выдал сразу Тор свою идею.

–Ты, Ка, кричи и шуми по – больше, отвлеки их, а я возьму вон ту огромную палку и нападаю им, чтобы не издевались. Так и сделали. Ка кричал, шумел, шипел и грозился издалека, а Тор в это время подкрался к не угодникам с большою дубиною. Подобравшись с боку к капле смолы, в которой притаились, не прошеные незнакомцы, Тор с боевым муравьиным кличем ударил по ней, один раз, потом жахнул ещё и ещё раз, круша всё подряд, и издавая дерзкий, наводящие ужас, как он считает, на врагов, боевым кличем:

– У, хи-хи! У, ха-ха! УР-Р-Р! И ещё более странным и не менее смелым девизом «Ай, ду дуй! Ай, ду дуй! Ты в штанишки не надуй!». Ещё некоторое время Тор, вращаясь, как юла, рубил и крушил всё подряд.

Шум, крик, треск, пыль столбом! Ка, весь в столбах пыли уже ничего не видел, как вдруг, настала полная мертвая тишина. Когда пыль улеглась, открылась интересная картина: Всё, что можно было перевернуть или сломать, было перевёрнуто и сломано. Самого Тора нигде не было ни видно, ни слышно. Повсюду, как после жесточайшего урагана или после страшной битвы гигантов, были разбросано всё и всюду торчали острые остатки от дубины Тора. Валяющиеся мелкие и рваные ошмётки паутины указывали, на то, что участи быть уничтоженным не избежал и любимый умывальник паучка КА, а кусочки спальни Ка, печально колыхались на ветках.