«С ума сшедшая»

– Минуточку, Роман, – тоненьким голоском взвизгнула Кира. – Я сейчас. Она ринулась в ванную, включила холодную воду и нырнула под струю головой. Вода обожгла, но привела в чувство, смыла крапинки шоколада с носа Киры и немного убрала одутловатость с лица. Кира выскочила из платья, накинула махровый халат, замотала голову полотенцем и открыла входную дверь. Роман с испуганно-удивлённым лицом застыл на пороге квартиры, всматриваясь в женщину в прихожей.

– Здравствуйте, – пролепетал он. – Простите за ранний визит. Киру можно пригласить? Её нет на работе, меня послали за ней, я водитель… Кира? Роман остановил монолог и уставился на Киру, спелой вишней покрасневшую от ужаса, что её не узнали. – Заходи, – буркнула она растерявшемуся Роману. Роман стушевался, шагнул в квартиру, но дальше двери прихожей не двинулся. Он всматривался в растерянное и залитое краской лицо Киры, и в его глазах проносилась буря эмоций от непонимания до искорок смеха. Кира стояла напротив него, губы её дрожали, а глаза наполнились слезой. Она представила себя – красавицу со стороны и не знала, как теперь реабилитироваться перед Романом. Кошка Муся вышла в прихожую, посмотрела на хозяйку, зашипела и прижалась к ногам Романа. Кира и Роман сначала посмотрели на Мусю, явно выбравшую симпатичного мужчину, потом друг на друга. Установившуюся неловкую тишину, разорвал громкий мужской смех и нежное подхихикивание женщины. Пока Кира приводила себя в порядок, Роман убрал салат с пола, поставил всё, что можно было спасти от вчерашнего ужина в холодильник, остальное скинул в мусорное ведро и вымыл посуду. Когда Кира посвежевшая, с укладкой и макияжем выпорхнула из ванной, на столе её ждали бутерброды и кофе. Она взглянула на часы над столом и обмерла. Только сейчас она поняла, что впервые опоздала на работу на целых три часа. Бутерброды на столе весело подмигивали кружочками колбасы, кофе щекотал ароматом ноздри, а весы под диваном, поблёскивая чёрными нулями, требовали не жрать, хотя бы сегодня. Потому как торт, съеденный Кирой в одно лицо, ещё не завершил свой путь в Кирином организме и отложил парочку килограммов на её не совсем постройневших бёдрах.

– Ой, как здорово, что ты позаботился обо мне, – защебетала Кира, – но завтракать совершенно некогда. Может, поедем? Роман двинулся от стола к дверям и в это время телефон Киры на столе запрыгал, выстреливая имя Женька, а дверной звонок снова зарезвился. Кира побледнела, схватила телефон, заметив удивлённое лицо Романа, и ринулась к двери, молясь, чтобы это был не Женька.

За дверью оказалась соседка из квартиры напротив. Она спросила Кирину маму, с удивлением и любопытством вглядываясь в мужчину за спиной Киры. Кира буркнула, что мамы нет, и поскорее захлопнула дверь, так и не ответив на телефонный звонок. Женька больше не перезвонил, и Кира с Романом помчались на работу. А дальше случилось то, чего Кира никак не могла ожидать. Роман довёз Киру до офиса и не глуша машину и скомандовал: – Ты иди, я потом поднимусь. – В смысле? – протянула Кира и уставилась на Романа. – В прямом, – ответил Роман. – Нас не должны видеть вместе. Подумают что-нибудь, начнут говорить… Кира не могла поверить своим ушам. Роман, который ей казался уверенным и бесстрашным, испугался сплетен. – Разве это плохо, что мы вместе? Кому какое дело до нас? Ты меня стесняешься? Что я старше? Кира сыпала вопросами, от которых холодела её душа, и наворачивались слёзы. Это был первый нерадостный звоночек. Нет не так, это зазвонил первый колокол непонимания в их отношениях, но Кира задавая вопросы, тут же оправдывала Романа: «И действительно, чего это я? Ну стесняется мужчина, возможно, у него никогда не было таких вот открытых отношений, или он так воспитан, а может просто комплексы из детства…» Причинам, которые она придумывала, не было конца. Да и мотыльки внизу живота не давали здраво поразмыслить над таким странным поведением. Алиска бы сейчас взгрела её: «Ты слышишь, что он лепечет? Телёнок-недокормыш! Стесняется он? Так пусть идёт лесом полем да вкруговую. Я же говорила – «дурак». Не сиди, тресни его по башке, сними с нейтралки и врубай заднюю, расхлещи этого стыдливого самца вместе с его машиной»… Кира отмахнулась от злой мысли Алисы, перевела дыхание и открыла дверцу. Роман потянулся к Кире, осторожно коснулся её щеки и прошептал: – Не обижайся на меня, но так будет лучше. Кира хмыкнула, вышагнула из машины и пошла в сторону офиса, не оглядываясь. Сказать, что она обиделась – мало. Она гневалась. Мотыльки притихли, а потом начали превращаться в жирных противных гусениц. Те закопошились в предвкушении страха, сомнений и недоверия, желая полакомиться остатками хорошего настроения, которое таяло на глазах. Никого не замечая и ни с кем не здороваясь, Кира влетела в кабинет, хлопнув дверью так, что выскочили девушки из соседнего офиса «Гибкое тело». Телефон в кармане визжал, отрыгаясь Романом. Кира ответила: – Алё… Роман помолчал секунду и произнёс: – Ты обиделась? Не обижайся. Понимаешь… – Мне некогда, дел много, извини, – прервала Романа Кира и повесила трубку. Ей нестерпимо захотелось выйти из себя, но она ещё раз вздохнула и пошла в офис «Гибкого тела». Девушки в «Гибком теле» встретили Киру с улыбкой. Она прошипела: – Я видела у Вас какой-то садистский тренажёр с цепями. – Да, это для растяжки, «Правило», – с ударением на втором слоге прошептала девушка. – Во-во, растяните меня по полной программе, иначе сейчас зареву. Кира всхлипнула и плюхнулась в кресло у входа. – Хорошо, Вы снимайте шубу. Сейчас всё сделаем.

Пока девушки готовили тренажёр, который представлял собой большой прямоугольник, грубо сколоченный из деревянных брусков и железных цепей с кожаными наручниками, Кира вспоминала, как впервые увидела это «средневековое орудие пыток». В тот день, «Гибкое тело» заселялось в соседний офис. Кира несколько раз спотыкалась о всевозможные снаряды и тренажёры, расставленные по всему коридору их этажа. Когда она увидела «это», то испугалась собственных мыслей. Где-то, там где у людей находится подложечная область, начало слегка потягивать, а проще говоря – засосало. Кира любила фильмы про средневековье и знала, как выглядят приспособления для пыток, но это был перебор. Она подошла, потрогала, подёргала, попримерялась. Мысли стали куда глубже, может это и не пыточная совсем, а даже наоборот. Спрашивать, что это такое не у кого. Хозяева куда-то отошли. Она решила сфотографировать и спросить у знающих людей. И тут на старом тяжёлом сейфе увидела надпись со стрелочкой «Гибкое тело» и приписка – «Делаем стройными за две недели». Кире как-то сразу полегчало, но ненадолго. Как нужно изловчиться на этой бандуре, чтобы стройной стать? «Хотя, подойди к такой махине первый раз, килограмма два-три скинешь обязательно, просто от страха», – промелькнуло тогда в голове у Киры. И вот сейчас эту «пыточную махину» готовили для неё. Девочки протянули трико и футболку Кире – сервис. Она переоделась, и её привязали, вернее, распяли в нескольких сантиметрах над полом, прицепив цепями с кожаными наручниками руки и ноги по принципу звезды. Кира висела в воздухе, точно в космическом пространстве, но лёгкости и расслабления не чувствовала. – Девоньки, а если эта махина рухнет? Я же тяжёлая, – причитала она. Девчонки улыбались и рассказывали, что правится в её организме от этого «чуда». Кира слушала. Причитания сменились заинтересованностью, а потом гнев куда-то испарился, и она захохотала. – Ой, девоньки, на работу опоздала, с милым поругалась, лежу здесь звездой морской и ною. А как подумаю, как это со стороны смотрится, не могу, смех распирает. Только бы начальник не пришёл за документами. Кира хохотала в голос. В это время открылась дверь. – Кира? – прозвучал знакомый голос.