Убийство Сталина. Начало «Холодной войны»
- -
- 100%
- +
ФРС от этой операции по «торговле деньгами» имеет огромную выгоду: производство одной долларовой бумажки любого номинала стоит 3 цента; запустив в обращение бумажку номиналом в 100 долларов, ФРС сразу же получает 3.300.000 % прибыли, а затем по 30.000 % в год от оборота этой купюры в качестве заёмных средств.
Сталин же не только отказался от использования доллара в международной торговле Советского Союза, но даже оценивать товары в долларах запретил.
«Привязка» курса рубля к доллару была установлена в июле 1937 года.
Не было так же и свободной конвертируемости рубля, так как свободная конвертируемость подрывает собственную валюту, ставит её в подчинённое положение к доллару (что мы видим сегодня).
Внешняя торговля в рублях и в золотых рублях, но не в долларах! То есть доллар стал постепенно вытесняться из международных расчётов СССР и стран СЭВ[19]. Доллар был вытеснен из торговли со странами – не членами СЭВ: Китай, Северная Корея, Монголия. Более того, в ближайшие месяцы к «рублёвой зоне» могли примкнуть и капиталистические страны.
В 1952 году в Москве прошла конференция ряда европейских стран – Швеции, Финляндии, Исландии, Австрии, Ирландии, Швейцарии. СССР предлагал: «Взаимосогласованные внешнеторговые цены, развитие бартерной (товарообменной) внешней торговли, создание общей межгосударственной валюты с обязательным золотым содержанием – исчислением. Что, в свою очередь, ускорит “не-долларизованную”, подлинно равноправную экономическую интеграцию народно-демократических и бывших колониальных, т. е. развивающихся, государств. К которой могут присоединиться, в какой-либо форме, те страны капитализма, которые в “долларизации” не заинтересованы».
А поскольку в «долларизации» не была заинтересована ни одна страна с нормальным правительством – то Бреттон-Вудским соглашениям оставалось жить не более года. Показательно, что в конференции приняли участие представители «страны банков» – Швейцарии. Мы видим, что в те времена была некая оппозиция Бреттон-Вудсу в самом центре финансового мира.
Сталинский рубль был обеспечен золотом: на момент убийства Сталина золотой запас СССР составил 2049,8 тонны золота, а ежегодная добыча составляла примерно 300 тонн. А на момент разрушения Союза не осталось почти ничего: Гайдар говорил, что, когда он пришёл в правительство, открыл сейф (фигурально говоря), а там – пустота.
Фактически СССР отказался от «импорта долларов». Тем самым, показав пример другим странам – ведь если большинство развитых стран откажется от доллара, то в США потекут доллары с требованием обменять их либо на товары, либо на золото (тогда доллар имел золотое обеспечение). А у Соединенных Штатов Америки нет ни столько товаров, ни столько золота, чтобы обеспечить хотя бы часть долларов.
[Кстати, так поступил позже Шарль де Голль. Он привёз из Франции в США почти все долларовые купюры и потребовал обменять их на золото. Да, ему их обменяли на 67 тонн золота, но потом ФРС объявила, что доллары на золото больше не меняет и убрала соответствующую надпись с банкнот (с 15 августа 1971 г. доллар не обменивается на золото), а в 1968 году во Франции «почему-то» начались беспорядки. См. далее.]
Для мировой закулисы Сталин из «своего» окончательно превратился во врага, который покусился на самое святое – деньги. Он лишил надежды банкиров на скорое установление мирового господства доллара. Короче, «великий план был запорот». Но Сталин был вынужден на это пойти, ведь он настойчиво предлагал тому же Черчиллю продолжить дружбу. А Черчилль готовил операцию «Немыслимое»…
Благодаря такой экономической политике, из СССР был создан своего рода суперзавод. Было создано межреспубликанское разделение труда. В результате каждая республика зависела от остальных республик так же, как и остальные – от неё. Так организован и любой завод. Только в СССР был создан супер-завод, рассчитанный не менее, чем на 100 млн рабочих мест. И эта фабрика кормила почти 300 млн человек – весь Союз.
Сталину и Звереву удалось создать систему общесоюзной кооперации. Каждое производственное звено, в какой бы республике оно не находилось, было единственным. Оно зависит от всех остальных звеньев так же, как остальные – от неё. Так организован завод: рассчитан он на 100 мест или на 100 миллионов. Г. Димитров в дневнике записал: «7 ноября 1937 г. на торжественном обеде у Ворошилова Сталин взял слово, хорошо отозвался о царях, оставивших в наследство большевикам страну до Камчатки “единую и неделимую” и сказал тост: “Каждая часть, которая была бы оторвана от общего социалистического государства, не только нанесла бы ущерб последнему, но и не могла бы существовать самостоятельно и неизбежно попала бы в чужую кабалу. Поэтому каждый, кто попытается разрушить это единство социалистического государства, кто стремится к отделению от него отдельной части и национальности, он враг, заклятый враг государства, народов СССР. И мы будем уничтожать каждого такого врага, хотя бы был он и старым большевиком, мы будем уничтожать весь его род, его семью. Каждого, кто своими действиями и мыслями (да, и мыслями) покушается на единство социалистического государства, беспощадно будем уничтожать. За уничтожение всех врагов до конца, их самих, их рода!”» Что мы и увидели после Декабря- 1991 и видим сегодня.
Межреспубликанская кооперация способствовала снижению затрат.
А с долларом же произошла противоположная вещь: он постепенно обесценивался. Например, если на банкноте 1914 г. выпуска была надпись, что доллар обменивается на золото или надпись «законные деньги», то на долларе 1950-го года выпуска надпись была уже другая: «разменивается на законные деньги» и обещание «заплатить предъявителю по требованию». А на купюрах, начиная с 1965 г., этих надписей вообще не осталось. Зато появилась: «Мы надеемся на Бога».
И не случайно на Западе в 1950-е годы выходили газеты с паническими заголовками типа: «Социализм выиграл экономическое соревнование у капитализма». А забастовки английских шахтёров проходили под лозунгами: «Даёшь уровень жизни советских шахтёров!»[20]
Сталин, создавая государство – суперзавод, хотел вырвать СССР из «мирового разделения труда», создать полностью независимую от Запада экономику.
…Когда в 1991 году на советско-американском симпозиуме наши «демократы» заговорили о «японском экономическом чуде», то им ответил японский миллиардер Хероси Такавама: «Вы не говорите об основном. О вашей первенствующей роли в мире. В 1939 г. вы, русские, были умными, а мы, японцы – дураками. А в 55-м году (С приходом Хрущёва. – А.С.) мы поумнели, а вы превратились в детей. Вся наша экономическая система практически полностью скопирована с вашей, с той только разницей, что у нас капитализм, частные производители, и мы более 15 % роста никогда не достигали, а вы же – при общественной собственности – достигали 30 % и более. Во всех наших фирмах висят ваши лозунги сталинской поры»[21]. Лучше не скажешь в защиту послевоенной экономической политики! А ведь это говорит не «сталинист», а японский капиталист – миллиардер.
В результате такой политики к 1953-му году рост национального дохода составил 161,3 млрд рублей – темп, который никем не был превзойдён. Западная интеллигенция смотрела на СССР как на образец нового пути развития. Вот некоторые результаты сталинской экономической политики, проявившиеся уже после убийства Сталина: первыми в июне 1954 года (запустили 27 июня) построили атомную электростанцию на месте будущего Обнинска; первыми в октябре 1957 года запустили спутник; 1959 г. – первый атомный ледокол «Ленин»; 1959 г. – первая межпланетная станция к Луне; в 1961 году – первый человек в космосе; 1964 г. – первый трёхместный космический корабль, и т. д.
Если бы СССР и после смерти Сталина развивался в таком же темпе, то к 1960-му году обогнал бы США и Западную Европу вместе взятые.
Да, люди жили ещё очень плохо. Но ведь только что кончилась война. Однако страна очень быстро становилась на ноги и, возможно, если бы она и дальше развивалась в таком темпе, то уровень жизни в СССР был бы годам к 1970-м выше европейского. А ведь новая экономическая система работала только 6 лет (1947–1953)! После убийства Сталина все реформы были свёрнуты. Маленков и Хрущёв повели совершенно другую политику.
Но не надо всё идеализировать! Сталин только начал новую политику, но за счёт чего он намеривался её проводить? Точнее – за счёт кого! В документах – постановления, стенограммы заседаний Политбюро (ПБ) и т. п. – нет ни слова о ликвидации системы принудительного и дешёвого труда заключённых. Наоборот, население ГУЛАГа[22] росло. Колхозы так же никто и не думал распускать – а люди там работали за «трудодни», у крестьян не было пенсий; рабочие на заводах так же работали в несколько смен и почти бесплатно, а цены и в магазинах, и на рынке были большими, и т. д. Так что лозунг «возрождения страны» в таких условиях мог обернуться очередной трагедией.
Сталин как теоретик нового, послевоенного, государства. Сокрытие от Сталина экономических показателей
Новому государству, которое хотел построить Сталин, нужна была и новая идеология. Сталин понимал, что интернациональный марксизм – для народа, победившего в войне – не может быть идеологией. Поэтому на его основе нужно было создать новую идеологию.
После войны СССР оказался в изоляции. И Сталин был вынужден разработать основы построения нового общества – не только экономические, но и идеологические.
По свидетельству Д. Шепилова, Сталин говорил: «Положение сейчас такое, что либо мы подготовим наши кадры, наших хозяйственников, руководителей экономики на основе науки, либо мы погибли! Так поставлен вопрос историей».
В 1947 году по инициативе Сталина было создано Издательство иностранной литературы. Оно стало издавать книги по физике, астрономии, химии, и т. д.
После XIX съезда в секторе науки ЦК были созданы три отдела: философии и истории, экономики и права, естественных и технических наук. Руководителями первых двух отделов стали Чесноков и Румянцев, вошедшие в Президиум ЦК. Сталин сказал Чеснокову: «Вы вошли в Президиум ЦК. Ваша задача – оживить теоретическую работу в партии, дать анализ новых процессов и явлений в стране и мире. Без теории нам смерть, смерть!»
Да, официальной идеологией партии был провозглашён марксизм. И вдруг оказывается, что у партии нет теории… Всё правильно: теория марксизма была разработана по заказу Уолл-стрит, крупных банкиров и была рассчитана на свершение мировой революции. После же отказа Сталина от подчинения мировой закулисе, он стал строить абсолютно новое государство. А для этого нужна была новая идеология. Сталин начал её разрабатывать, но не успел.
Может, Сталин решил, при создании новой идеологии, опереться на РПЦ, с которой он так плодотворно сотрудничал в годы войны? Нет, напротив, политика в отношении Церкви ужесточилась. Напомню, что «Союз воинствующих безбожников» формально не был закрыт до 1947-го года. И, после его закрытия, его функции были переданы, по инициативе Сталина, «Обществу по распространению научных и политических знаний». Было принято соответствующее решение правительства. Общество «Знание» попросили возглавить Президента АН СССР академика С. И. Вавилова. Обществу выделили помещение около Политехнического музея и издательство. Сталин даже предложил учредить ордена для учёных: за достижения в области химии – орден Менделеева, в сфере биологии – орден Павлова, в разработке общих проблем – орден Ломоносова. Но идея где-то забуксовала.
Что же тогда хотел создать Сталин в идеологическом плане? Конечно, не православное русское государство. Судя по его послевоенной деятельности, он хотел создать независимое государство, основанное на экономической автаркии. В основу идеологии был положен тезис об абсолютном примате государства, государства – как высшей ценности. К этому решению он пришёл после неудачных попыток продолжить сотрудничество с Западом. Но если члены масонской ложи «Череп и Кости» хотели построить, опираясь на идеи Гегеля и Маркса, всемирное тоталитарное государство, то Сталин, опираясь на те же идеи, хотел построить советское независимое государство. То есть «запорол план». Что, понятно, «братьев» не устраивало.
Конечно, не было и разговора о «православном государстве». Речь шла о советском патриотизме, который не тождественен русскому патриотизму. Чем же отличается русский патриотизм от советского? Говоря схематично, советский патриотизм – это товарняк, в котором русских используют вместо топлива и шпал. Так ведь и было: сначала – война, выигранная только благодаря миллионам русских (в том числе украинцев и белорусов), в результате которой русский народ ничего не получил; потом – ударное восстановление и хрущёвско-брежневские «стройки века» да освоение недр на Севере во благо «золотого миллиарда». А также – помощь республикам и странам СЭВ за счёт России, Украины и Белоруссии. Если после войны русские люди работали во благо Советского государства, то при Хрущёве – Горбачёве – во благо «мира».
Другими словами, сталинскую теорию можно выразить кратко: государство – всё, человек – ничто. Только государство должно быть не «земшарное» с Мировым правительством во главе и президентом из «Черепа и Костей», а Советское во главе со Сталиным и его преемником, которого он усиленно искал: сначала хотел сделать им Вознесенского, но после его казни найти другого не успел.
Посмотрите фильмы тех лет: сплошное воспевание «государства», но не отдельного человека. Люди строят домны и т. п. во имя государства. Показательно, что почти не развивалась лёгкая и пищевая промышленность.
Также не прекратились и репрессии по политическим мотивам. Например, в 1945 году было арестовано 112 тыс. человек, в 1946-м -91 тыс., в 1947-м – около 77 тыс., в 1948-м – более 74 тыс., в 1949-м – более 73 тыс., в 1950-м – около 60 тыс., в 1951-м – около 48 тыс., в 1952-м – около 18 тыс., в 1953-м – около 12 тысяч человек[23]. Так что ни о какой «либерализации» после Великой Отечественной войны не стоит и говорить. Более того, нищета спровоцировала бурный рост «обычной» преступности.
Но Сталин в своей деятельности по построению независимого Советского государства был один. Все «соратники», так или иначе, саботировали его действия или даже работали на западные спецслужбы (см. ниже). Поэтому его смерть была выгодна всем «соратникам».
Саботировали новую политику Сталина не только «соратники». В первое десятилетие после войны активно происходила геологоразведка, но не в Сибири, а в Центральной России и в Поволжье. Были разведаны крупные месторождения алмазов, золота, урана, бокситов, титана, молибдена, нефти, газа, железной руды, фосфоритов, горючих сланцев.
Вовлечение в экономику тех месторождений только в этих регионах создало бы новые промышленные и энергетические отрасли в Европейском регионе России, более чем наполовину сократило бы его зависимость от поставок промышленного и энергетического сырья из других регионов СССР, а также обеспечило бы стабильной работой минимум 25 % трудоспособного населения Европейской России[24].
Большинство упомянутых месторождений были открыты и разведаны ещё в 1940-1960-х годах. Но по решениям Совминов и Госпланов СССР и РСФСР, а также Геологического управления центральных районов СССР (ГУЦР) почти все российско-европейские месторождения законсервировали и даже засекретили.
Почему? – Чтобы не менять долгосрочную политику превращения азиатского региона России и СССР, особенно Западной Сибири, Урала и Средней Азии, в единственных «снабженцев» Европейской России почти всеми видами промышленного и энергетического сырья. И таким образом превратить всю Россию в экспортно-сырьевой придаток мировой экономики. А Европейскую Россию, собственно историческую Россию – сделать энергетически зависимой.
Кто засекречивал? Ясно, что не Сталин – он об этом даже не знал. Засекречивание проходило на уровне министров и их заместителей. Они ставили свои визы и отправляли доклады в архив.
Засекречивание результатов геологоразведки и «неосвоение» полезных ископаемых в Европейской России осуществлялось намеренно. Вот, например, выдержка из совместного письма М.З. Сабурова (председателя Госплана СССР в 1941–1942, 1950–1953, 1955–1957 гг.), академиков-экономистов Т. Хачатурова и Н. Некрасова министру газовой промышленности СССР (1972–1981 гг.) С. Оруджеву (март 1976 года): «Считаем не совсем правильным, что быстро развивается крен в разведке и освоении нефтяных и газовых месторождений только в труднодоступных и/или отдалённых районах СССР – в азиатской части РСФСР и Средней Азии. Это очень сильно увеличивает затраты по всему циклу организации нефте- и газового производства, что влечёт за собой постоянное удорожание всей экономики СССР и, как следствие, – большинства товарного ассортимента в СССР, а также постоянный рост себестоимости нефтегазового комплекса всего СССР, но особенно РСФСР. Ибо месторождения в Центральной и Южной России, а также в Белоруссии и Молдавии остаются недоисследованными, засекреченными, заброшенными и, тем самым, огромный регион СССР, обладая потенциальными возможностями для развития нефте- и газодобычи, превращается в “иждивенца” других регионов по нефти и газу»[25]. И какая реакция? Никакой. Видимо, положили в архив и забыли.
Сталин, один из создателей СССР, прекрасно знал, для чего были из России нарезаны «союзные республики» и чем всё должно было кончиться. Судя по всему, после войны он не хотел такого исхода. Но о планах мировой закулисы знал не только Сталин…
После убийства Сталина, в середине 1960-х было решено перевести почти всю РСФСР на нефте- и газоснабжение из Средней Азии.
Была сделана ставка на проведение геологоразведки в Сибири и на Дальнем Востоке.
Но от Сталина скрывалась не только геологическая информация. По данным доктора экономических наук Владимира Писарева, «Сталин был обманут “учёными” – экономистами и статистиками: в 1951-м, когда СССР, обогнав США, вышел на первое место в мире по количеству и мощности ежегодно выпускаемых электродвигателей для комплектации ими всевозможного стационарного оборудования, это достижение от Сталина и общественности было скрыто. Тем самым Сталину не было позволено сделать вывод о том, что, поставленная в 1929 г. задача – за 15 лет догнать США по уровню индустриализации – была в основном решена, несмотря на все потери в войне, с опозданием всего лишь на 5 лет!»[26].
После смерти Сталина начался процесс разрушения Советского государства и переход к строительству Мирового государства. Но заряд, данный послевоенной политикой Сталина, оказался такой сильный, что разрушить страну не смогли ни Хрущёв, ни Брежнев, ни Запад. Удалось это только через 40 лет.
Борьба с космополитизмом как борьба против «пятой колонны» Вашингтона. Книга о войне
После уничтожения врагов с оружием в руках всё ещё останутся враги без оружия, они непременно будут вести против нас отчаянную борьбу и их ни в коем случае нельзя недооценивать.
Если бы мы теперь не ставили и не поднимали вопроса так, то допустили бы величайшую ошибку
Мао Цзэдун, речь на 2-м Пленуме ЦК КПК 7-го созыва 5 марта 1949 года.После окончания войны Сталин хотел вернуться к прежнему, довоенному, курсу. Но события пошли по другому пути.
Роль катализатора кампаний по борьбе с космополитизмом и сионизмом сыграли телеграмма посла Кеннана и речь Черчилля в Фултоне, положившая начало «холодной войне».
Как я писал в книге о войне, после установления просоветских режимов в Восточной Европе, отношение к масонству было терпимым. Это можно объяснить тем, что Сталин (масон) и другие советские руководители надеялись на дальнейшее плодотворное сотрудничество с Западом, как было до и во время войны. Но Запад не шёл на сотрудничество с СССР, несмотря на желание Сталина и всего советского руководства.
Ответная реакция Сталина на фултонскую речь не заставила себя долго ждать. Во внешней политике началась борьба с сионизмом. А внутри страны был распущен Еврейский антифашистский комитет (ЕАК) – «пятая колонна» Запада. Началась и борьба с космополитизмом – с «пятой колонной» внутри страны. Под каток этой кампании попала большая часть «творческой интеллигенции», которая видела в Западе идеал. Этим Сталин вызвал резко негативную реакцию мировой закулисы.
Обычно первым этапом перехода Сталина к «патриотизму» считают его знаменитый тост. Но, понятно, ни о каком переходе Сталина на позиции русского патриотизма не может быть и речи. Это был только факт признания роли русского народа в отличной реализации плана «Черепа и Костей». За это Сталин и сказал: «Спасибо ему, русскому народу!» Напомню, это было 24 мая 1945 года, когда о «Холодной войне» ещё и речи не было, а Сталин надеялся на дальнейшее сотрудничество.
Этот тост хорошо известен, но хочу обратить внимание вот на что. Сталин говорил: «У нашего правительства было немало ошибок. Иной народ мог бы сказать правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой. Но русский народ не пошёл на это…» Были ли у Сталина основания так говорить?
В газете «Русский вестник» за апрель 2003 года был опубликован результат проверки этих слов на детекторе лжи. Результат был удивительным. Сталин в начале фразы очень уверен в том, что «народ мог поставить другое правительство» – 83 %, а вот в конце, когда говорит, что народ на это не пошёл, его уверенность стремительно упала – больше, чем в два раза. При этом Сталин сильно волновался – показатель стресса 60 %. Что имел в виду Сталин? Да, мы не знаем многое в нашей истории.
Почему-то «историки» этот фрагмент тоста никак не комментируют. Но, видимо, переворот был возможен.
9 ноября 1945 года в «Правде» были помещены фрагменты из речи Черчилля, восхваляющие Сталина. Сталин знал, что эти похвалы – в контексте планирующейся операции «Немыслимое» – были лицемерны. И 10 ноября из Сочи, где он отдыхал после микроинсульта, отправил телеграмму на имя Молотова, в которой говорилось: «Считаю ошибкой опубликование речи Черчилля с восхвалением России и Сталина. Восхваление это нужно Черчиллю, чтобы успокоить свою нечистую совесть и замаскировать своё враждебное отношение к СССР, в частности, замаскировать тот факт, что Черчилль и его ученики (Термин! – А.С.) из партии лейбористов являются организаторами англо-американо-французского блока против СССР. У нас имеется теперь немало ответственных работников, которые приходят в телячий восторг от похвал со стороны Черчиллей, Трумэнов, бирнсов и, наоборот, впадают в уныние от неблагоприятных отзывов со стороны этих господ… Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня» [291; с. 31]. Прямо о Горбачёве и наших правителях: как они радовались похвалам бушей!
В ответной телеграмме Молотов писал: «Опубликование речи Черчилля было разрешено мною. Считаю это ошибкой. Во всяком случае, её нельзя было печатать без твоего согласия» [291; с. 33].
По указанию Сталина агитационный отдел ЦК (Агитпроп), который в 1948–1949 гг. возглавлял Дмитрий Шепилов (в 1947–1948 гг. зам. зав. отдела, а с 1949-го до 1956 года – председатель Постоянной комиссии по идеологическим вопросам ЦК), в марте 1949 года представил «План мероприятий по усилению антиамериканской пропаганды на ближайшее время». В нём, в частности, говорилось: «Организовать в газетах систематическое печатание материалов, статей, памфлетов, разоблачающих агрессивные планы американского империализма, антинародный характер общественного и государственного строя США, развенчивающих басни американской пропаганды о “процветании” Америки, показывающих глубокие противоречия экономики США, лживость буржуазной демократии, маразм буржуазной культуры и нравов современной Америки» [291; с. 322]. В другом документе (апрель 1949 года) предлагалось «обеспечить создание художественных произведений – пьес, киносценариев, повестей, романов, разоблачающих американский образ жизни» [291; с. 346].
Ранее, 18 апреля 1947 года, Агитпроп ЦК разработал «План мероприятий по пропаганде среди населения идей советского патриотизма», в котором говорилось: «Партийные организации, все работники печати, пропаганды, науки и культуры должны постоянно разъяснять, что советский патриотизм означает глубокое понимание превосходства социалистического строя над буржуазным, чувство гордости за советскую родину, беззаветную преданность партии Ленина – Сталина»; «Нужно вскрывать духовное обнищание людей буржуазного мира, их идейную опустошённость, разъяснять, что частнособственнические отношения, подчинение всей духовной жизни людей интересам денежного мешка, интересам наживы, уродуют и калечат человека, толкают его на преступления»; «Необходимо подчёркивать духовную красоту советского человека, работающего на благо всего общества»; «В ближайших номерах газет и журналов опубликовать статьи», «поручить министерствам просвещения союзных республик при переиздании школьных учебников полнее показать в них достижения отечественной науки и техники», и т. д. [291; с. 110–115]. Во исполнение плана было решено издать серию книг «Люди русской науки» [291; с. 133].