Защитники Веры

Глава 1. Колесо

В далекой пустыне, между Красным и Средиземным морем, был некогда Человек, что ничем не отличался от иных. Его привело туда неодолимое чувство, что взяло верх над желанием и разумом. Человек не знал, что Ему нужно делать и куда идти, а мысли Его так и путались вместе с песчинками, которые кружились по одному лишь зову ветра.

Пробыл Он там около двух дней. Без воды и пищи, Человек остался наедине с собой. Погрузившись в раздумья о своем прошлом и причинами присутствия здесь, среди каменных холмов, покрытыми песком и во истине бесплодными. Он обустроил себе ночлег среди них, так чтобы ветер в ночь не накрыл Его песком, а разбойники не увидели Его, должно признать, среднего достатка одеяние, в котором Он решил проделать свой путь. Ни возможно уже сказать, провел Человек две ночи в одном месте, тем самым скитаясь по кругу или это природа обустроила пустыню так, что она подарит пристанище путнику, что захочет побыть с ней в полном одиночестве.

На третий день своего пребывания в этих краях, когда солнце подошло к зениту, увидал Человек всадника, что скакал прямо на его. Тогда отстранился Он на шаг, чтобы пропустить, как вдруг заметил знакомое лицо. То была Илона, что приехала наведать своего Брата, внезапно ушедшего от дома своего в пустыню. Сравнявшись на своем коне, она быстро слезла с него и обняла уже потерявшего все силы и передвигающегося на неведомой силе воли, Человека.

– Как рада видеть я тебя! – сказала Илона, уже отпустив Его, с светлой улыбкой, что заражала любого и дарило счастье об руку с надеждой.

– Сестра моя, – засохшим от жажды ртом, пытался говорить Человек, – что делаешь ты здесь?

– Мой визит к тебе лишь по одной причине, – отвечала она, – но для начала попей немного воды, что я привезла по воле Отца твоего. – Илона достала из-под седла среднего размера кувшин, плотно запечатанный на горлышке. Человек терпеливо дождался, пока Его сестра откроет заветный напиток, о которой Он так много думал в жару. Как только она это сделала и подала ему, Он с прежней воспитанностью взял его и сделал один глоток. – Пей еще, я знаю, ты хочешь и в этом нет ничего порочного. – сказала ему Илона.

Тогда взял Брат ее и выпил пол кувшина, практически сразу. Слезы счастья пошли по Его щекам, но Он был вынужден остановить этот миг и попросил Илону отвернуться. Сестра все поняла и повернулась. Тогда и Человек повернулся к ней спиной и сделав несколько шагов, которые Он мог, проведя столько дней в заточении пустыни. На минуту была тишина между ними. Лишь звуки небольшого ветра, шороха песка и струи воды являлись в ушах.

Наконец окончив то, что было необходимо, Человек повернулся к сестре, что стояла все еще спиной и извинился.

– Я приму тебя любого. – с той же улыбкой ответила Илона и снова обняла брата.

– Так зачем же ты здесь? – снова спросил Человек.

– Я хотела тебя предупредить. Они поменяли решение, тебя будут испытывать завтра. – со скорбью ответила она.

– Мне это известно. Я успел всё осознать и понять, пока находился в этом месте. – спокойно сказал Он.

– Они хотели прислать Лазея, но вместо него приедет Сатар.

– Что?! – не скрывая своего страха и замешательства, говорил Человек. – Почему не Лазей? Он же искуситель! Зачем посылать ко мне Сатара?

– Я не знаю, честно, мне ничего не сказали, я как услышала сразу приехала. – пыталась успокоить брата, Илона.

После недолгих разговоров они вернулись к месту ночлега Его и уже позабыли о завтрашнем дне. Брат и сестра смеялись, разговаривали и вспоминали. Без еды и с остатками воды, они не заметили, как прошел день и наступила ночь. Человек и Илона укрылись своими плащами и накидками. Обняв друг друга, чтобы не замерзнуть во тьме, они уснули.

На утро не было уже сестры Его. Лишь кувшин с недопитой водой остался. Снова почувствовал Он себя одиноким и смиренно взывал к Богу о милосердии. Человек уже не хотел никуда идти. Просидев на земле и смотря на ровные каменные горы с меняющимися в размерах песчаных дюнах около них около нескольких часов. Его слух обострился, и Он уже заранее знал о приближении всадника.

Новым гостем был Сатар. Оставив позади все приветствия, он сразу же ударил Человека, тем самым начав его испытания. Около трех дней в вечных мучениях был Он. Сатар использовал все возможные способы издевательства, причинения боли и различных физических мучений. Человек был не в силах даже жить, но мастер своего дела имел четкую инструкцию не давать Ему уйти из этого мира.

Несколько раз Человек просил помиловать, дать отдышаться, но Сатар три дня и три ночи продолжал делать то, для чего он проделал весь этот путь из Западной Европы. Под конец испытания, старший брат отпустил Его и пожелав спокойной ночи, уехал. Человек остался лежать на земле, не чувствующий уже абсолютно свое тело, хотел бодрствовать всю ночь, чтобы выжить, но слабость взяла своё.

На утро Он чувствовал себя иначе. Все его переломы, ушибы и остальные повреждения прошли. Человек будто ничего не происходило все эти три дня. Возрадовшись чуду, Он встал на ноги, закричал на всю пустыню, но Его счастье прервал чей-то кашель. Человек обернулся и увидел сидящую на камне, рыжую девушку по имени Азель.

Испытывала и она Его, всячески пытаясь сломать дух, веру, волю, но безуспешно. Азель несколько раз пыталась совратить Человека, но тот не поддавался на сексуальное влечение и природный инстинкт перед смертью. Она говорила ему о царствах, что получит тот, упрекала в невозможности сотворить чудо и спасти себя. Это всё делалось настолько искусно, что Человек не имеющей такой сильной веры, духа и воли, давно бы сломался на то, что говорит сладкий и прекрасный язык Азель. Даже ночью, когда они отходили ко сну, она пыталась осквернить душу Человека, но тот с Богом в сердце и горячей любовью не давал себя искусить.

На последний день не выдержала огненная Азель и бросила вызов Ему. Это было последнее испытание, победить. Всё то время, что солнце освещало пустыню, они сражались и наконец, когда солнце уже хотело скрыться за холмами, Человек победил. Тогда сказала Ему Азель, чтобы тот покинул пустыню до рассвета, иначе придет за ним смерть. Он сразу побежал.

В темной пустыне, среди гор и дюн, только звёзды и луна были его друзьями, не давая бродить в кромешной тьме. Человек потерялся и не знал, где выход из этого песочного ада, который Он некогда любил. Но слух его услышал топот копыт. Человек подумал, что это Азель пришла за ним, но это оказалась Илона. Быстро посадив его в седло перед собой, она сказала Ему спать и не позволять ночи сломить Его веру.

Когда появились первые лучи солнца, они пересекли границу пустыни. Человек проснулся и обернувшись, увидел Азель и Сатара, что строго следили за путниками, а после развернули своих коней и ускакали обратно в пустыню.

– Куда мы едем? – спросил свою сестру, Человек.

– В Вифсаиду. – устало отвечала она, продолжая крепко держать обессиленного Брата.

– Но мне нужно домой, в Назарет! – воскликнул тот.

– Иоанна взяли, тебя нужно укрыть, – говорила ему Илона, – я знаю хорошую семью, они тебя приютят. Мы уже почти приехали.

Примерно к полудню Брат с сестрой прибыли в Вифсаиду. Там они и попрощались. Илона крепко обняла Его, поплакала, а после с радостной улыбкой пожелала новой и лучшей встречи в будущем. Сев на своего коня, она ускакала, а Человек в этот миг понял, что теперь Он вырос. С сего дня и началось то, что было после…

Глава 2. Начало

Рим! Что за великий город! В его руках весь свет! Сюда стекается всё, что есть!

Здесь процветал когда-то Август, венец величия у Цезаря забрав. Тут были распори и слёзы, праздника и дружбы, века утех, но это был всего лишь Рим. А там, а там, в одной из провинций Рима, что некогда тоже был велик, но пал от рук Октавия и его великих легионов. Был то Египет. Он процветал и продолжал быть таковым, но лишен был своей свободы, теперь же раб народа римского.

Неподалёку от Александрии, в одной из деревень, жила семья из Греции. Отец семейства том был Герхи. Когда-то славный воин, он в годы славы Августа в Египте воевал и Александрию брал. Но годы шли, и он отныне стал уж больно стар. Герхи остался тут в Египте вместе со своей женой Аполонией, которая родила ему сына Сенея.

Сеней родился, когда Герхи было уже 48 лет, а Аполонии 39.

Через 3 года после рождения Сенея, Герхи стал одним из жрецов египетских в Александрии, но спустя семь лет, он ушел в новую религию под названием иудаисмос.

Герхи продолжал заниматься земледелием, но обучать этому сына старый воин не желал. Он видел в сыне воина, который вернётся в его родную Грецию, в некогда великие Афины. Это была его мечта, и Сеней знал это. В возрасте шести лет отец уже начал обучать его военному делу и Сеней делал поразительные успехи. Аполония не оставляла сына практически ни на минуту, и, когда её муж стал одним из жрецов, она, с разрешения Герхи, отправилась в Мемфис и Фивы вместе с Сенеем, который произвёл на местных священнослужителей поразительное впечатление и недоумение.

Вернувшись обратно домой, она всё рассказала своему мужу, что конечно привело его в шок. Но их секрет, который они обязались хранить, дошёл до верховного жреца.

Узнав о таком ребёнке, как Сеней, он немедленно приказал казнить его, но его гнев усмирили приближенные ему жрецы. Тогда он поставил Герхи перед выбором: либо Сеней уезжает в рабство в Британию, либо ребёнок никогда не покинет своего дома. Отец семьи, не желая разлучать ребёнка от родителей, согласился на второй путь.

Прошло ещё два года и семья продолжала мирно жить на берегах средиземного моря, хотя верили они в разных Богов. Если Герхи верил в Единого Бога, то Аполлония, даже после визита одинокого странника, не переставала верить в богинь Афродиту и Афину.

Несмотря на разные вероисповедания, супруги продолжали жить, любя друг друга и очень редко споря между собой. Каждый из них уважал веру другого, что создавало баланс в семье, но юный Сеней оказался не таким.

Выслушивая рассказы о олимпийцах у матери, он начинал спорить с отцом, который начинал отрицать слова его матери. Так продолжалось в течении 4 лет, пока Сеней, как и многие из его поколения, не перестал верить в богов. Когда Сенею исполнилось семнадцать лет, он проникся идей путешествовать по миру и найти место, где заведёт семью и проживет остаток жизни.

Собравшись в путь, он уже нёс груз своей тайны и страшился её. Аполония попросила сообщить им сразу, как тот найдёт подходящее ему место, и Сеней охотно согласился.

Герхи вынес свои доспехи, в которых он не проиграл ни одного сражения. Это были уже запылившиеся, но всё еще хранящие величие, доспехи с орлом на груди.

Сеней надел их. Доспехи прекрасно на нём сидели. Его мускулистое тело абсолютно подходили их форме. Как только он нацепил на себя красный плащ, стал быть похож на самого Октавиана Августа.

Увидев его, отец переполнился гордостью за своего сына. Герхи начал вспоминать былые времена, когда, приехав в Рим ему вручили эти доспехи и назначили центурионом, когда он, Герхи из Афин, участвовал в захвате Александрии и, будучи центурионом римской армии, разбил отряд войска Антония в Греции. Он заплакал от гордости к своему единственному сыну.

Сеней крепко обнял его.

– Я буду помнить вас всегда. -сказал Сеней своим родителям-Обещаю…

Простившись с матерью, он вскочил на коня, проскакал в сторону Александрии, вдруг остановился, посмотрел назад, на стоявших и гордившихся им родителей. Вынул меч из ножен, поднял коня на дыбы и поскакал дальше.

Родители были счастливы за своего сына. Этим жестом он показал всю свою решительность, храбрость и мужество, которые в нём воспитали они. Они родители Сенея. Родители Льва.

Глава 3. Александрия

Александрия! Ах, какой великий город! Ты был когда-то одним из тех великих городов, что мир держали на себе! Тебя воздвиг бессмертный Македонский! Твой маяк озаряет всё вокруг! Твоя великая библиотека являет собой величие всех держав!

И сотни людей, в пыли пустыни, кружили, в всеобщем гуле, по рынку Александрии. Стояла сильная жара. Всадник подъехал к лавке с водой и слез с коня.

–Дай немного воды, -сказал черноволосый, кудрявый с юношеским лицом, но мускулистым телом, всадник.

Взяв кувшин с водой, он направился в сторону порта и там присел около моря. Всадник стал наблюдать за высоким маяком.

К берегу то приплывали, то отплывали корабли. Это были торговые, рабские, и военные. Тут появлялись корабли разных народов: греческие, которые были не высоки, но достаточно длинны, с острым тараном; римские, с высокими башнями на них; египетские и карфагенские, галльские и испанские, корабли из Киликии и Иудеи, Крита и Родоса, порт кипел жизнью под палящим солнцем. Всадник уже пересел под тень маяка, как вдруг увидел римский работорговый корабль и поспешил встретить его на берегу.

Корабль причалил и с него начали в цепях выводить рабов. Всадник, держа своего коня за узду, с любопытством наблюдал за выходящими невольниками. Людьми, которые по той или иной причине, оказались рабами и должны были прослужить в подчинении какого-нибудь купца или патриция.

Среди уходящих рабов, он заметил одну молодую девушку среднего роста, с чуть кудрявыми каштановыми волосами. Всадник не мог оторвать с неё глаз, её скулы, ноги, руки, губы, всё заворожило его. Это было для него новое и непонятное чувство.

Наблюдая за ней, он начал мечтать, что когда-нибудь сможет завести с ней семью, она будет его преданной женой и он сможет видеть её всегда. Всадник уже не замечал жары, она стала ему безразлична.

Вдруг девушка от жары начала падать, всадник быстро подбежал и поймал её до падения. У неё были закрыты глаза, в этот момент, держа её на своих руках, всадник был счастлив, но он не стал долго наслаждаться этим моментом. Он подозвал коня и взяв кувшин с водой, обмыл ее лицо.

Девушка открыла свои сверкающие карие глаза и взглянула на державшего её всадника. Их взгляды соприкоснулись. В этот момент всадник был как никогда счастлив, он пленился её глазами и почувствовал, то, что ощущают люди, когда влюбляются.

Вдруг стражники, крича, приблизились к влюбленной паре.

– Эй, вы там! -раздался грозный, но хриплый голос стражника, – что тут происходит? – подойдя ближе сказал невысокий человек с шрамом на лице, в тунике и плетью в руке.

–Девушке стало плохо, и я решил ей помочь, – не отводя взгляда от неё сказал всадник. И дал девушке испить воды.

– Если она тебе понравилась, можешь её купить, – с ехидной улыбкой на лице сказал стражник, – вон там на корабле мой хозяин, подойди к нему если хочешь, он тебе скажет цену.

– Хорошо, тогда проследи за ней, – сказал всадник, поднимая девушку на ноги и сам вставая, – скажи хоть, как тебя зовут, -ласково проговорил всадник, держа девушку за плечи.

– Маргарита, – отозвался голос красавицы, который ещё больше поразил всадника.

– Я, Сеней, сын Герхи из Афин и Аполонии из Эфеса, – гордо подняв голову сказал всадник.

 Не раздумывая Сеней немедленно направился на корабль с целью купить свою любимую. Поднявшись на корабль, он встретил толстого торговца, укутанного в два плаща и пожиравший жирный кусок мяса, стоявшего на блюде перед ним.

Как только Сеней поднялся, все четыре солдата встали вокруг работорговца.

– Говори зачем пришёл, -прозвучал противный голос торговца.

– Я пришёл купить у тебя рабыню, – громким и мужественным голосом сказал Сеней.

– Какую? – лениво спросил торговец.

– Маргариту, – подходя ближе и с тем же чувством сказал всадник.

Торговец перестал есть и повернулся в сторону Сенея. Он оглядел его и дал знак стражникам распуститься. Приказ был исполнен немедленно. Торговец стал подходить ближе к стоявшему напротив него молодому юноше.

– Сколько ты готов за неё отдать? – прервав молчание спросил торговец.

– Столько, сколько ты за неё попросишь, – резко отрезал Сеней.

– Лучше не дерзи мне легионер, – хмурясь сказал торговец, – я Саламандрис, я торгую рабами уже 30 лет и у меня уже накопилось достаточно связей сынок…

– И всё же сколько ты хочешь? – прервав Саламандриса, сказал более мягче Сеней.

– 300 золотых, – резко сказал торговец.

– Даю 150,-начал было торговаться всадник.

Саламандрис начал смеяться и его подхватили стражники.

– 150? – всё ещё смеясь говорил торговец, – 150 за Маргариту? Это смешно! Эта девушка красивее всех, кого мне довелось видеть и к тому же я сам подумывал оставить её у себя, но мой старый друг договорился со мной купить её за 250 золотых… Нет, нет 150 слишком мало… Убирайся с моего корабля нам не о чем говорить.

В этот же момент стражники подошли ближе к Сенею и видя, что он не собирается уходить, насильно вытолкнули его с корабля.  Рабов уже увели, когда Сеней спустился на берег, он подозвал своего коня и, взяв его за узду, в ярости удалился.

День клонился к концу. Постепенно Александрия начала погружаться во тьму. Маяк загорелся ярче. Теперь его свет был сигналом для моряков. Даже во тьме маяк внушал величие древней Македонии и заставлял людей вспоминать те времена. Но постепенно история уходит из памяти людей, и они начинают забывать о том, что было. Конечно остаются те, кто помнят и продолжают кого-то осуждать, но есть ли в этом смысл? В истории каждого народа бывают взлёты и падения и глупо продолжать говорить о прошлом, не делая ничего для будущего. Время идёт, и кто знает, может когда-нибудь нам понадобиться помощь нашего старого врага…

Глава 4. Первая битва. Битва за любовь?

Улицы давно уже затихли. Город окончательно погрузился в сон. Маяк продолжал светить и теперь в его обязанности входил, защита города от тьмы. По улицам иногда шли пьяные граждане громко что-то обсуждая и продолжительно смеясь.

Сеней шёл в бешенстве, он еле сдерживал свой гнев, чтобы не всадить клинок в одного из этих гуляк. Долгое время всадник скитался по тёмным переулкам города в надежде встретить её снова. Придя на пустой рынок, он пошел в сторону где продают рабов. В клетке, охраняемой двумя стражами сидело четыре грязных, исхудавших, полуживых раба. Сеней пригляделся. Маргариты не было. Вдруг от дремоты проснулся уже знакомый юноше стражник.

– Ааа! Это ты! – с той же ехидной улыбкой сказал он, – А твою девицу уже продали, не успел ты солдат…

– Кто её купил? – еле сдерживаясь сказал Сеней.

– Центурион Кортели, – гордо сказал страж, но видя, что это имя Сенею ничего не дало с удивлением спросил, – Как? Ты о нём не слышал?

Не успел ответить Сеней, как на рынок в оборванной одежде прибежала плачущая девушка. Он сразу её узнал и рванул к ней. Ему пришлось остановиться в шагах 10 от девушки, когда на рынок прискакали три всадника. Сеней продолжал бежать, вынул свой меч и подозвал коня к себе. К этому времени их уже окружили всадники и что-то говорили друг другу на непонятном Сенею языке, но, неожиданно для них, конь прорвал кольцо, скинув одного из солдат с седла и подъехал к Сенею. Тот быстро взял девушку на руки и усадил в седло, приказав коню скакать дальше. Верный друг Сенея незамедлительно встал на дыбы, скинул ещё одного всадника и поскакал дальше. При виде этого, третий солдат помчался за ними. Сеней попытался остановить его, но он был окружён прибежавшим Центурионом и одним из его солдат. В это время стражники рабов уже подбегали, чтобы помочь Кортели, но Сеней сразу побежал на них и не успели они встать для отражения атаки, как Сеней вонзил клинок одному из них в горло и, забрав его меч, побежал к рабам. Он освободил их и отдал меч одному из невольников, а сам вонзил клинок ещё одному стражнику. Подбегая он замахивался на Сенея, но Сеней успел вонзить свой клинок ему в живот. Страж последний раз улыбнулся кровавой улыбкой и упал навзничь. Сеней быстро подобрал его меч и кинул ещё одному выходящему рабу. Медленно подходящие легионеры уже были рядом. Центурион напал на рабов, а солдат атаковал Сенея. Пока Сеней сражался с солдатом, Центурион успел перебить всех четырех рабов. Теперь Сеней, когда одолел своего противника, стоял перед Кортели, прославившимся постоянными победами в боях. Сеней взял меч мертвого солдата и первым стал наносить удары, но Центурион внешне легко перешёл из защиты в контрнаступление и выбил один меч из руки Сенея. Теперь у юноши в руке оставался только меч его отца – клинок, который его родитель ни разу не уронил из рук и ни разу не проиграл с ним. Центурион издал боевой клич и собравшись наброситься на Сенея, упал. Стрела пронзила ему сердце. Он встал на колени, что-то проорал на латинском и перерезал себе горло. Центурион пал.

Сеней взглянул в сторону откуда стреляли, это была Маргарита с луком, на его коне. Увидев, что Центурион пал, она соскочила с коня и побежала к Сенею. Она подбежала и, плача, обняла его. Сеней тоже крепко её обнял. Он был счастлив. Наконец сможет быть с Маргаритой, Сеней. Но признаваться в своих чувствах он пока не собирался, да и не мог.

Начинало вставать солнце. Придя в себя, Сеней подозвал коня и, усадив Маргариту, сам сел и поскакал прочь.

Двери домов постепенно открывались, город снова оживал. Увидев трупы на рынке началась паника. Был отдан приказ никого не впускать и не выпускать из города. Но Сеней и Маргарита уже успели его покинуть. Теперь они должны были бежать из Египта, но куда? На юг нельзя, там жрецы. На западе опасно из-за Саламандриса. Оставался только восток, но и там, Сеней никогда не был. Они пересекли Нил и в целях безопасности держались подальше от крупных поселений.

Сенею уже было 20 лет, когда они с Маргаритой решили покинуть свой небольшой домик на юге Суэцкого полуострова. За это время они ни разу больше не показывали и не высказывали свои чувства друг другу боясь, что они безответны.

Путь, который избрали наши герои лежал через пустыню, но они и не подозревали, что именно во время их пути пустыня станет настолько яростной. Несмотря на это они всё же продолжали свой путь.

Во время их очередной остановки в тенях забытого оазиса, они заметили движение. Чуть позже стал слышен топот копыт. Когда уже всадники начали приближаться к ним, они поняли кто это. Налётчики.

Сеней немедленно вытащил меч, а Маргарита вооружилась луком. При виде вооруженных людей всадники разозлились и погнали галопом своих лошадей. Один из всадников выстрелил и выбил лук из руки Маргариты. Двое других, при помощи своих копий, скинули на землю Сенея. Сразу после подскочили еще двое и накинулись на лежащего Сенея. После того, как они его связали и закрыли рот какой-то тканью, пятеро налётчиков набежали на Маргариту, но на её защиту встал конь. Всадники уже были готовы заколоть зверя, но раздался хриплый голос остановивший их. Это был их предводитель. Грязный, с кудрявой бородой он сидел на своём не менее чистым коне, а позади него теснились еще три до ужаса вонючих всадника. Вожак медленно спустился с коня. Его вид походил на одёжку кочующих мавров так же, как и его акцент. Все всадники разговаривали на непонятном языке и только с помощью их жестов можно было понять, о чем идет речь. Говорили они об участи Сенея, лошади и Маргарите. Сенея было решено продать, как и его коня, а Маргаритой они решили насладиться и после тоже продать.

Согласившись с такой идеей, разбойники быстро налетели на коня и привязали его к одинокой пальме. После они принялись за Маргариту. С нее сорвали одежду и бросили на землю. Завязался спор, кто начнёт первым в результате чего выиграл вожак. Остальные обступили лежащую девушку, и разбойник спокойно принялся ласкать её. Маргарита начала оказывать сопротивление в результате чего сломала нос вожаку. Увидев это остальные немедля кинулись на неё и привязали к земле при помощи своих копий.

Все это время Сеней четно пытался выбраться. Мыча что-то он катился по земле создавая горы пыли вокруг себя.

Когда Маргариту уже связали вожак стал подходить к ней всё ближе и ближе, раздался пронзительный рык. Разбойники не обратили на это внимания и продолжали наблюдать за своим вожаком. Как только вожак уже был готов осквернить честь Маргариты на него с грозным рыком набросился огромный лев и растерзал его.

Разбойники не могли понять, что случилось, а лев тем временем продолжал нападать на каждого и только последний из оставшихся разбойников ударил рукояткой от клинка по лапе льва, но это его не спасло. Все налётчики были перебиты.

Грозный лев подошёл к месту где была привязана Маргарита и разорвал все веревки, державшие её. Хромая он освободил своей когтистой лапой коня и припал к маленькому кусту.

Маргарита подошла к нему ближе. Теперь там лежал Сеней. Он не знал, что сказать. В таком молчании Маргарита перевязала ему вывихнутую ногу, доставая ткани из сумок налетчиков. Сеней встал и хромая подошёл к лошадям поверженных врагов. Осмотрев вещи, которые они украли и выбрав подходящую одежду, помог одеться Маргарите, которая была напугана от событий, произошедших мгновенно вокруг неё.