В стране уходящего детства

«Все решили, что, если Ч. побьёт К., на его место встанут Г. и остальные!!!»

Это было уже серьёзно.

– Может, не ходить? – предположил я. – Драться с Г., кто бы это ни был – Гогулин или Гуцул, – и остальными не очень бы хотелось.

– Надо идти, – кислым шёпотом ответил Ч. – Ничего не поделаешь. Вдвоём мы их точно ухайдакаем.

Я в тот день не планировал особо никого хайдакать, но в любом случае это звучало веселее, чем просто плестись домой есть котлету и делать домашку, так что сразу же после урока мы с Чельцовым направились в туалет, где он сделал разминку, как перед занятием ушу. Пока я изучал новые надписи, выцарапанные на стенах, он тяжело «дышал животом», разминал кисти, двенадцать раз отжался от пола (больше не смог) и задрал ногу на подоконник, в результате чего чуть не упал.

Проделав всё это, мы отправились на школьный стадион, где картина уже в точности соответствовала Куликовской битве. Как известно, тогда, в 1380 году, на стороне татаро-монгольского Мамая против Москвы должны были выступить Рязань и Литва. Судя по всему, наши парни тоже договорились о совместном нападении на Чельцова.

События развивались неспешно. Гогулин мягко вытолкнул вперёд Кулакова, который сделал несколько несмелых шагов навстречу нам с Чельцовым. Чельцов снял форменный пиджак, бросил его на землю и покачал головой влево и вправо, разминая, видимо, шею. Несколько минут все мы смотрели на двух смешных рыжих собак, которые бегали по школьному двору хвост в хвост, не обращая никакого внимания на наше боевое построение. Кулаков повернулся назад, снял ключ от квартиры, висевший на шее, отдал его Сафроненко и вернулся на исходную позицию. Всё указывало на то, что сейчас будет сражение.

Потом, когда я уже успел слегка заскучать, Чельцов неожиданно шагнул вперёд и несильно ткнул Кулакова рукой в плечо, причём безо всяких видимых навыков китайского боевого искусства. Тем не менее Кулаков мгновенно и с готовностью упал плашмя на траву и остался там лежать в абсолютно неподвижном состоянии. Чельцов немного постоял – произошедшее удивило его не меньше всех присутствующих, – а потом церемонно поклонился: видимо, ровно так, как его учили на занятиях ушу. Длинная палка ему не понадобилась.

Никто не сделал ни единого движения. В лагере оппонентов Чельцова явно наступило замешательство, такого сценария никто из них не предвидел. Подождав для проформы пару минут, я взял куртку и ранец и сказал оцепенелым пацанам:

– Ну мы пошли!

И мы пошли.

Так и закончилась Кулаковская битва. Историчка же сказала, что Литва и Рязань там тоже в последний момент слились…

В начале ноября в Москве настали солнечные дни, и на осенних каникулах нам удалось хорошенько повеселиться. Во-первых, мы с Чельцовым съездили на ВДНХ и съели там шашлык. В те времена почему-то именно там стали появляться палатки, где ароматное обжигающее мясо вам клали на тонкие бумажные тарелки вместе с кольцами лука и куском чёрного хлеба, так что многие ездили на ВДНХ не как на выставку, а как в ресторан. Во-вторых, мы нашли у меня в кармане куртки неиспользованный билет в кино и смогли, подрисовав там перьевой ручкой нужную дату, проникнуть по нему на какой-то испанский фильм, сэкономив таким образом 50 копеек. Ну то есть один проходит по билету, потом, когда гаснет свет, тихонько открывает дверь «Выход» и пропускает другого с улицы, очень просто.

Экономия денег была для меня очень важна, поскольку в тот период жизни я копил на перочинный нож. Я увидел этот складной нож в киоске «Союзпечать» на Калининском проспекте, когда ездил туда гулять с родителями, и он пленил меня кнопкой, при нажатии на которую из него с приятным щелчком вылетало лезвие. Этот совершенно бандитский нож был на самом деле вполне безвредным: если на пути лезвия поставить палец или иное препятствие, механизм давал осечку и, таким образом, ранить никого такой нож не мог. Но сама игрушка была эффектной, и я не мог дождаться, как притащу ножик в школу и на перемене продемонстрирую его пацанам. Я просто умирал, чувствуя, как медленно собираются мои накопления, и холодея при мысли, что нож купит кто-нибудь раньше меня – мало ли покупателей на такое сокровище.