Семь. Город потерянных людей

ГЛАВА 3

Серые будни ноября пришли незаметно. Ещё совсем недавно деревья пестрели листвой, тротуары укрывали разноцветные ковры, а вчера вечером выпал первый снег, который к утру превратился в кашу. Деревья полысели, лужи покрылись тонкой корочкой льда. Закончилась первая четверть, начались каникулы. Все шло своим чередом. Фил ежедневно тренировался если не с командой, то самостоятельно и заметно набрал форму. Не смотря на погоду он каждое утро выходил на пробежку. Однажды он даже удостоился одобрительных слов от тренера, что в команде «Родос» считалось высшей степенью похвалы. Близился заветный матч, на который обещали прийти друзья, но даже учитывая из поддержку, у Фила холодели руки при мысли, что он выложится недостаточно. Он просто не сможет посмотреть в глаза отцу, если проиграет. Это будет фатально. Никто не знал, о том, что варианта «проиграть» у Фила просто не было. Конечно, все знали про их напряженные отношения с отцом, но Фил никогда не говорил больше чем считал нужным. Рассказать о том, что он чувствует на самом деле, было равносильно признать себя слабым в первую очередь перед самим собой. Мужики не ноют. Спортсмены не плачут. Если Фил будет искренне в это верить, то он таким и будет, а остальное уже никому не интересно.

Саша упорно старался убедить себя в том, что он рад успехам друга. Его не покидала мысль о том, что было бы если бы не тот день. Наверняка он был бы на месте Фила. По сути на его месте и должен был быть он, но обвинить Фила в своей травме он не мог. В спорте, особенно командном такое случается постоянно и виноватых не найти. У кого-то из них могли быть плохо заточены коньки, не ровно залитый лед, да и много других факторов. Не смотря на это, то и дело внутри появлялось скребущееся чувство возникающее при мыслях о том, где он мог бы быть сейчас и что уже нельзя ничего изменить и переписать последний год его жизни.

С того момента как Фил, Саша и Марьяна начали учиться в одном классе, первый довольно часто пропускал школу из-за игр, диспенсеризации и всяких других причин связаных со спортом. Марьяна и Саша сначала просто перебрасывались друг с другом шутками, а потом Саша стал пересаживаться к ней. Через несколько учебных дней проведенных вместе, десятком смешков, криков учитилей на то, что они шумят и дополнительных заданий за срыв урока они подружились. Саша казался ей лучиком света, который скрашивал унылые будни. Ребята могли начать смеяться от чего угодно и это действительно помогало развеяться. Это была именно дружба ведь Марьяна правда люблила Фила, но в их отношениях всё перестало быть так гладко, как летом. Она верила в то, что после чемпионата области всё станет проще. Так думал и Фил. Сейчас ребята могли нормально видеться только на выходных, но и тогда чаще всего они проводили время в компании, а на ночь оставаться «пока не будет стоять кубка на полке» отец Фила не разрешал.

В некоторые дни Фил был настолько измотан тренировками и подготовкой к ЕГЭ, что просто засыпал вместо встречи с девушкой, не отвечал на сообщения и звонки. Этого Марьяна никак и не могла понять. Она была убеждена в том, что ответить можно в любом состоянии. Она сама практически ежедневно занималась с репетиторами, но ответить на сообщение могла даже принимая душ. Казалось, что Фил просто не хочет или потерял к ней интерес. После целого лета проведенного вместе, Марьяна чувствовала, что их любовь с каждым днем ускользает, как песок сквозь пальцы. Это было не выносимо. Она злилась. Агрессия появлялась даже от самых незначительных вещей. Вскоре, ссоры с родителями из-за учебы стали ежедневными. Вещи летали по дому, в стену и из окна. Сестра бесила ещё сильнее чем прежде. Слово «репититор» Марьяна вовсе не могла слышать, ведь он у неё был по четырем предметам. Одной ночью она захлебываясь в истерике из-за злости на себя, на Фила и родителей сделала первый порез. Он принес за собой осознание того, что физическая боль может перекрыть собой эмоции. Постепенно это вошло в привычку. В приступах злости она могла начать бить стену, чтобы почувствовать боль в руках, достать лезвие из бритвы и сделать несколько порезов на руке или сильно сжать кулаки, чтобы появились кровоточащие следы от ногтей на ладонях. С каждым разом порезы становились глубже. Если рана была не достаточно глубока, это уже не помогало. Порезов становилось все больше. Ей не хотелось умереть, ей просто хотелось прекратить чувствовать это раздирающую злобу на весь мир. Марьяна понимала, что это неправильно и так нельзя, но уже не находила в себе сил бороться с желанием навредить себе. Это был её способ поддержания в себе жизни, она выживала.

В один день порезы заметила Диана. Тогда они снова были на ночевке у Марьяны. Она заплакала увидев их. Это был ужасный момент, но он скрепил их дружбу. Они начали видеться вдвоем, а Диана оставалась на ночь у подруги даже без причины в виде матери. Диана не пыталась исправить её, просто были рядом. Вскоре после этого Диана рассказала про РПП. Марьяна могла написать Диане когда злость на весь мир переполняла её, а Диана писала когда переедала и чувствова омерзение к себе. Они стали опорой друг для друга, в моменты, когда никто другой их не смог бы их понять.

Лис воровал для девчонок одежду в магазинах. Они гуляли по торговом центрам, подбирали наряды и оставляли их в примерочных. После этого Лис снимал магнитом антикражки и перекреплял их на другую одежду в карманы или капюшоны. Так у каждого из них появилась куча новой одежды. Лис даже смог украсть себе парку на зиму, это казалось девочкам верхом мастерства. Благодаря тому что алкоголь ребята тоже воровали, Лису удалось накопить денег и купить тату машинку.

Он начал тренироваться и бесплатно набивать рисунки Дианы, которые правда были очень красивые. Ребята всегда шутили, что самый счастливый и беззаботный из них был Лис. Всё так и было до тех пор пока Марьяна не покрасила его довольно длинные, кудрявые волосы ярко-розовой краской. Она была уверенна в том, что цвет смоется через месяц. Красила она, конечно по просьбе его самого, но тот хотел это сделать в качестве эксперимента, а не приговора. Через пару недель Лис свыкся и все потихоньку перестали над ним приказываться, за исключением учителей. Диана успокаивала друга тем, что теперь Лис – единственное яркое пятно в пределах этого города, а тот говорил, что если перестанет надевать капюшон на улице, яркое пятно появится еще и на его лице.

Первое ноября выпало на среду. До конца каникул ещё далеко и это очень радовало.

Марьяну тоже радовал этот день, пока Фил не опоздал на челый час, который они должны были провести только вдвоём. Когда он пришёл, она уже завязывала шнурки готовясь выйти на встречу к остальным. Это уже даже не злило, а вызывало апатию к ситуации. Даже что-то говорить было бессмысленно, он всё равно не хочет понимать. Поэтому пол пути до трансфера, где обычно собирались ребята Марьяна молчала, пока Фил не одернул её за руку:

– Ты специально вот это устраиваешь?! Тебе это нравится?!

– Руки от меня убери и никогда меня больше не трогай! – отчеканила Марьяна глядя парню прямо в глаза.

– Да твою мать, ты как дура малолетняя себя ведёшь! – крикнул Фил, – Ты меня даже понять не пытаешься, тебя только твоя великая персона интересует!

– Это я тебя понять не пытаюсь? Я тебя игнорирую сутками, я не прихожу в школу без предупреждения, я забиваю на встречи? Единственные встречи в неделю! Да тебе просто насрать! Я устала как собачка сидеть и ждать тебя! Мне уже памятник ставить можно! – Марьяна закричала в ответ.

Трансфер был не далеко, вероятно остальные уже услышали знакомую перепалку, но никто бы не захотел вмешаться. Всегда тот бедняга, кто захочет прекратить спор двух огней оказывался крайним и очень быстро эта тенденция перешла на нет.

– Я тебя не прошу сидеть меня и ждать ты сама это делаешь! Найди увлечения какие-то, я не знаю! Ты сидишь сутками пьёшь пиво с Дианой и названиваешь мне! У меня есть своя жизнь, у меня могут появиться какие-то дела, представь себе!

– Ах, простите пожалуйста, за то что я имею наглость звонить своему парню и просить своего парня осведомить меня где он шляется!

Если бы Фил только знал, сколько слёз было пролито Марьяной, конечно, он не был бы так груб, но она не могла себе позволить так унижаться. Никто кроме Дианы не знал её истиные чувства, страх потери и не должен был узнать.

Когда Фил был послан куда подальше, поразнь ребята добрались до остальных. Саша и Лис обсуждали чем заняться сегодня.

– Я сразу говорю, что пить не буду, игра через два дня. – предупредил Фил подкуривая помятую сигарету. Саша пристально посмотрел на неё и задумался.

– А может не будем пить, а … – парень хитро прищурился. – Найдём что-то другое?

– Что другое? – переспросила Диана.

– Ты про наркотики что ли?! – почти выкрикнула Марьяна от удивления, но Лис быстро шикнул на неё.

И она была права. Саша продолжал реальзовывать свой план на одиннадцатый класс. Но больше никто идею не оценил. Фил продолжал ссылаться на игру, а Лис нервно оглядывался, боясь что их разговор кто-то услышит.

– Дак я же не предлагаю что-то жесткое! Травку там какую-нибудь. От нее ничего не будет. Вот вам реально не интересно попробовать? – продолжил уговаривать Саша и прислонился к трансферу плечом. – Это новые эмоции, отдохнём. Никто не собирается делать из этого систему. К тому же батя Лиса уехал вчера, есть где посидеть…

После полу часа уговоров все уже были не так уж и против, но никто не знал где это можно достать.

Диана щелкнула пальцами и искрящимися глазами посмотрела на Сашу:

– Кит! Ты же говорил, что Кит сейчас продаёт! Напиши ему!

Лицо Лиса невольно скривилось. Это оказалось точным попаданием в цель. Как бы то не было, он был единственным у кого можно купить и аргументов против Лис просто не мог найти. Не мог же он сказать: «Нет, не пишите ему, потому что он слишком нравится Диане и меня это бесит». Кит ответил довольно быстро и договорившись на небольшую сумму, ребята отправились в сторону дома Лиса, где была назначена встреча.

– Минуточку! – Лис остановился на середине пути и скрестил руки на груди. – Это вообще нормально, что вы без моего согласия, собрались курить какую-то вонючую хрень у меня дома?! А если это не выветрится когда папа приедет?!

– Лис не гунди! – бросил Фил, – У тебя одного дома никого нет.

– У тебя тоже отец на работе, ты сам сказал когда пришел! – не унимался Лис.

– Да, но курить наркоту у меня дома – смертельно опасно! – подмигнул Фил и продолжил движение.

– Где угодно курить наркоту смертельно опасно… – продолжал спорить Лис, но никто больше не обернулся.

Всю дорогу он продолжал ворчать себе под нос о несправедливом решении и, что все просто пользуются его добротой. Сашу и Марьяну это очень смешило и он то и дело переглядывались пуская тихий смешок. Лис казался таким милым и безобидным, что его было даже жалко.

Марьяна сразу узнала Кита, это оказалось не трудно. Он единственный стоял у нужного подъезда. Парень был довольно высоким, но не выше Саши. Одет в такой же черный анорак как и у неё. Волосы тоже черные, челка длинная, а на лице несколько белых продолговатых шрамов. Не смотря на них он был очень красив и шрамы нисколько его не портили. После того как девушка про себя отметила, что его глаза по цвету напоминают мокрый асфальт она поняла, что не может себе позволить дальше пялиться на парня и отпустила взгляд.

Поднявшись на нужный этаж, Лис провернул ключ и нехотя пропустил всех в квартиру. У Лиса все себя уже давно чувствовали как дома. Потолкавшись в крохотном коридоре все направились в гостинную. комната была небольшой, но уютной. Здесь всегда спал папа Лиса, когда приезжал домой. На край дивана со столиком в самом углу плюхнулся Саша и по привычке закинул на него красный рюкзак. Кит присел рядом с ним и достал из кармана куртки голубой сверток.

– С вас две тысячи. – это было первое, что он сказал с момента встречи.

– Сейчас… – Саша достал из кармана деньги и положил на столик.

Кит и одним движением поменял их местами.

– Ну всё тогда, я пошёл. Пиши если что. – парень хлопнул Сашу по плечу и уже был готов уйти, как Марьяна его окликнула.

– Эй, стой! Ты не останешься?

Она не поняла как эти слова вырвались из неё. Это произошло так спонтанно, что девушка испугалась.

– Я же не скидывался. – слегка улыбнулся парень и пересекся с ней взглядом.

Марьяна ощутила странное, секундное чувство свободного полета и испугавшись ещё сильнее отвела взгляд.

– Ну, мы это, как бы, просто… – Фил поправил челку и неловко признался, – Не умеем вобщем.

– Да, останься пожалуйста! Можешь не скидываться. – присоединилась Диана.

С секунду подумав Кит снисходительно вздохнул и стянул через голову анарак.

Диана обрадовалась и слегка отодвинулась, чтобы парень смог сесть рядом с ней, но он в свою очередь обошел диван с другой стороны и протиснулся рядом с Марьяной заставляя её подвинуться.

– Дайте мне пачку, музыку включите, а то все перепуганые сидите… – посмотрел Кит на ребят которые молча глазели на него, – Вы с таким настроением паранойю поймаете, а мне вас с окна снимать.

Марьяна так же как и Диана, искоса следила за каждым движением Кита, пока парни разбирались с тем, почему разряженая колонка не включается. Девушка рассматривала татуировки на руках Кита и ей казалось, что её ворожит каждое его движение. Она подумала о том, что возможно от запаха травы её уже начало дурманить. Диана в свою очередь не пыталась оправдать свою симпатию и в открытую глазела на парня.

Подключив колонку к зарядке и дав подзатыльник Лису Фил сел с другой стороны от Марьяны. Лису же места недосталось и ему пришлось достать с балкона старую табуретку.

Когда Кит закончил, ребята начали переглядываться и никто не решался первым взять сигарету.

– Блин, ребят, я передумала! – призналась Диана. – Простите, мне правда страшно…

Саша осуждающе посмотрел на неё и потянулся к сигарете. Остальные последовали его примеру. Вкус был не привычным, хотя всё ещё слегка чувствовался табак. Терпкий дым окутывал лёгкие и постепенно мышцы начинали расслабляться.

– Так и что? – снова затянулся Фил, – Вообще ничего не чувствую!

– А ты что ожидал? – улыбнулся Кит, – Сиди жди.

Диана по привычке заглянула в шкафчик, где отец Лиса обычно хранил алкоголь и радостно достала оттуда бутылку виски.

_Опа! – Саша воодушевленно потер ладони.

– Никакого опа! Я потом таких пиздюлей получу! – Лис подпрыгнул к дверце и захлопнул её чуть не прищемив пальцы подруги.

– Да потом перельем туда другой вискарь! – Саша стряхнул пепел в пластиковый стакан наполненый водой.

– А нормально вообще это всё мешать? – с недоверием спросила Марьяна.

После её вопроса Фил резко вскочил с дивана и побежал в сторону туалета. Марьяна вскочила и хотела побежать за ним, но Кит схватил её за руку.

– Он сам справится. – парень слегка притянул её обратно на диван и почему-то Марьяна подчинилась.

Она не знала почему вобще послушала его, это было абсолютно не в её стиле, но от него так приятно пахло, что девушка готова была остаться.

– Он у вас не спортсмен случайно? Ты вроде рассказывал о нём. – нахмурился Кит пытаясь сопоставить в голове факты.

– Хоккеист… – ответил Саша проглотив последние буквы и нелепо улыбнулся.

– У спортсменов бывает такая реакция, это нормально. – Кит закинул руки за голову откинулся на спинку дивана.

Саше показалось это движение очень забавным и он не выдержав разрасился смехом. А за ним и все остальные. Смех был неконтролируемый и Диана с ужасом смотрела на друзей. Происходящее внезапно показалось ей безумно мерзким. Это было ещё хуже чем оказаться одной трезвой в компании пьяных людей. Она не чувствовала себя в безопасности.

Еще около сорока минут Фил провел у унитаза прокляная свою жизнь и обещая себе больше никогда в жизни не пить и не курить. Ему казалось, что вот-вот станет легче, но стоило ему приподняться как тошнота накатывала вновь. Кроме этого он чувствовал странные ледяные волны перекатывающиеся по рукам. Ему казалось, что ладони ледяные, но на самом деле они были горячими. Тем временем в комнате все болтали и пели песни. Слыша это Фил ещё сильнее злился.

– То есть ты сейчас с братом вдвоём живешь? – спросил Лис у Кита забирая из его рук совый косяк.

– Ещё с бабушкой. Я пока на учебу заработать пытаюсь. Моим аттестатом жопу подтирать и то не приятно будет, ну, вы вкурсе.

Из коридора послышался хлопок входной двери. Фил ушел. Как только Марьяна поняла, что он даже не попрощался её начинала накрывать волна злости и обиды. Он знала, что Фил не виноват в том, что ему стало плохо, но справиться с эмоциями не получалось. Можно же было хотя бы заглянуть и сказать «Пока».  Ком подступил к горлу. В это время телефон в её руках завибрировал и на экране высветилось сообщение от Дианы сидящей напротив. «Я влюбилась». Марьяне сейчас было совсем не до этого и ей даже не хотелось вникать в суть. Ощущение злости внутри не проходило и казалось достигло апогея. Девушка взяла со стола бутылку и сделала несколько больших глотков буквально вливая в себя виски, после чего сильно закашлялась.

– Эй, ты чего? Совсем уже? Ты же до дома не дойдешь!  – заволновался Саша и попытался забрать бутылку из её рук.

– Саша, отвали от меня! Ты мне не отец и не брат! – дернулась Марьяна и одарила друга взглядом наполненным гневом.

– Вы кстати, с хоккеистом тем встречаетесь? – попытался перевести тему Кит, не зная что этим вопросом ещё сильнее надавит, на самое больное. Но он учтиво протянул девушке сигарету и та решила ответить, всё таки Кит был не виноват.

– Не знаю. Хрень какая-то происходит и с каждым днём все хуже. Не знаю есть ли смысл вообще что-то пытаться сохранить.

Девушка пожала плечом, но Кит не отстал.

– Ну ты если, что смотри, – игриво дернул он бровями, – Я очень даже симпатичный, свободный мужчина.

Саша прыснул смехом от услышанного. Он прекрасно понимал, что у Кита нет шансов, но его подкат был забавным из-за его безнадёжности.

– А я если что не вариант. – наиграно улыбнулась она в ответ.

Раздался звук храпа и все обернулись на Лиса уснувшего прямо на табуретке.

Уложив друга на диван ребята начали собираться. Саша был вялым и медлительным. Он постоянно путался под ногами и раздражал Марьяну. Через несколько минут он окончательно сдался в борьбе в кроссовком, отбросил его и пошатываясь вернулся в комнату к Лису, затем плюхнулся рядом с ним на диван.

На улице было темно и мерзко. Мокрый асфальт то и дело хлюпал под ногами, а ветер сдувал капюшоны. Киту было по дороге с Марьяной. До её дома они шли молча. Казалось, что было слышно звук стучащих от холода зубов. Девушка переодически поглядывала в телефон ожидая хоть какого-то сообщения от Фила, но сама писать не хотела. Напряжение которое и так было между ними только усилилось.

Кит уже давно промочил кеды. Холод пробирался через ноги и поднимался вверх по телу. Он хотел начать хоть какой-то диалог, но Марьяна казалась такой омраченной, что он боялся сказать что-то не то или неудачно пошутить. Девушка затормозила у одного из подъездов и обернулась к нему.

– Пока. Мне сюда. – она махнула рукой и открыла дверь ключом.

Кит и сам не понял, что заставило его это сделать, но немного помедлив он забежал за девушкой в подъезд.

– Ты маньяк что ли?! – испугалась Марьяна и слегка попятилась к лифту.

– Да, в мокрых кедах. – улыбнулся парень, – Я погреюсь тут, а то до дома не дойду. – Кит демонстративно прижался к радиатору.

– И где ты живешь? – все ещё насторожено спросила Марьяна.

– Через дорогу. – ответил парень и подмигнул.

Девушка оттаяла. Она поняла, что он просто не хочет уходить. Она знала, что это как-то неправильно, но ей тоже хотелось постоять с ним. Было ли это действием травы девушка не знала, но от Кита шло какое-то странное тепло. Будто они были знакомы уже тысячу лет. Молчание продолжалось ещё какое-то время, пока Марьяна не нарушила тишину.

– Почему ты Кит? – нахмурилась она, словно думала над этим вопросом уже долгое время.

– Не знаю, – пожал он плечами, – потому что ВК такая фамилия.

– И как же тебя зовут на самом деле?

– Сколько вопросов! – Кит игриво наклонил голову на бок, –  Если что, любимый цвет черный, знак зодиака рыбы, что там ещё обычно спрашивают девчонки?

– Боже, какой ты противный! – оскорбилась Марьяна и направилась к лифту.

– Но тебе это нравится. – играво уточнил Кит.

Не оборачиваясь, девушка пояснила как можно спокойнее:

– Я не знаю в какое игры ты играешь со своими шлюшками, но со мной такое не работает. Я вижу тебя насквозь и знаю что нужно таким парням как ты. Вы все такие классные и веселые, живете как хозяева жизни и трахаете всё что движется и не движется.

Кита эти слова нисколько не задели, даже раззадорили. Он тихо приблизился и едва коснулся губами её макушки. Это было настолько неожиданно, что девушку на несколько секунд парализовало. Она не могла ничего сказать.

– Я добавлюсь к тебе. – предупредил парень и накинул капюшон.

Дверь подъезда хлопнула и звук заставил её обернуться. По непонятной для неё причине сердце бешенно колотилось и появилось непонятное, необъяснимое чувство тревожности. Марьяна не понимала, что он думает о себе. Лифт ехал слишком долго. Зайдя домой Марьяна проверила, не пришла ли заявка в друзья.