Детективы-футболисты. Тайна невидимого пенальти

Для среднего школьного возраста.

© Фадеева Е., перевод, 2023

© Издательство АСТ, 2023

Misterio del Penalti Invisible

© Text by Roberto Santiago

© Illustrations by Enrique Lorenzo

© Ediciones SM, 2015

Russian translation Copyright © (2022) by AST Publishers Ltd.

Russian edition published by arrangement with Ediciones SM

Through Dos Passos Agencia Literaria

All rights reserved.

Иллюстрации Энрике Лоренсо

1

Игра подходит к концу. Времени почти не остаётся. Мы проигрываем. Наши соперники – школа Гильен де Кастро: у них первое место в Лиге, и в этом году ещё никому не удавалось им забить. Я смотрю на табло. Пятьдесят восемь секунд до конца матча. Наши шансы близятся к нулю, но мы должны забить гол! Мы должны сделать это во что бы то ни стало. Мэрилин вырывается на боковую и гонит по ней с мячом изо всех сил.

В этот момент центральный полузащитник Гильен де Кастро выскакивает навстречу, чтобы заблокировать Мэрилин. Она ловит мой взгляд: я киваю. Диагональная передача. Я бегу что есть мочи и успеваю вовремя перехватить мяч. Родители на трибунах встают, хлопают, кричат мне что-то ободряющее.

Сорок пять секунд до конца. Нельзя терять время. Я продолжаю бежать к воротам соперника. Боковым зрением ловлю слева Алёну-не-путать-с-Еленой. Сорок секунд. Два центральных защитника выбегают нам наперерез.

Не раздумывая, я пасую Алёне. Она тут же возвращает мне мяч. Идеальная стенка! Тридцать три секунды. Защитник Гильен де Кастро бросается на меня, выкинув ноги вперёд. Я поднимаю руки с мячом вверх и прыгаю.

О-о-о-о-о! Так мощно я, кажется, ещё никогда не прыгал. Защитник валяется на земле. Я перемахиваю через него и продолжаю бежать к воротам. Двадцать семь секунд. Я бью пяткой по мячу, и он летит к Тони.

Тони у нас выпендрёжник с завышенным чувством собственной важности, но, как показывает опыт, зашкаливающее ЧСВ забивать голы не мешает: и он их забивает круче всех в нашей команде. Двадцать три секунды. Боковой защитник Гильен де Кастро пулей летит к нему.

Тони выдерживает атаку, хотя противник ведёт себя грубо и толкается. Я поднимаю руку: мол, давай, пасуй мне. Тони колеблется. Кажется, он думает о том, чтобы ударить по воротам, но у него неудобная позиция. Наконец, он решается и передаёт мне мяч.

Я останавливаю мяч правой ногой. Восемнадцать секунд. Готовлюсь к удару. Зрители на трибунах встают. Все затихают. Вратарь машет руками и ногами, пытаясь сбить меня с толку. Время будто остановилось. Но нет, четырнадцать секунд. Пора! Я делаю движение ногой…

И в этот момент чувствую мощный толчок в спину. Я не сразу понимаю, в чём дело. Оборачиваюсь. Всё ясно: это центральный защитник, он встал и, похоже, решил мне отомстить. Я опомниться не успеваю, как этот слон опять толкает меня всем телом.

Я теряю равновесие… И… шлёп! Через мгновение уже валяюсь на траве, чувствуя, как щёки вспыхивают от негодования. То, что произошло, возмущает не только меня. Люди на трибунах начинают протестовать, свистеть, кричать о нарушении. А я лежу на спине и смотрю на табло.

Три секунды. Я поворачиваю голову в сторону судьи. Тот подносит свисток ко рту. Две секунды. Что он будет сейчас делать? Даст сигнал об окончании игры? Нет! Он объявляет пенальти! Пенальти в нашу пользу! В последнюю секунду матча! С трибун слышны радостные крики и аплодисменты.

Мы, несмотря на то, что проигрываем, в этом году можем стать первыми, кто забьёт гол Гильен де Кастро, единственной непобедимой команде в Лиге. Я аккуратно встаю, потирая спину: после падения она ужасно болит. Переглядываюсь с нашими тренерами, Фелипе и Алисией, сидящими на скамье. Алисия кивает, как бы говоря: ты знаешь, что надо делать.

Я хватаю мяч и готовлюсь пробивать. Я должен сделать это. Как только я пробью пенальти, матч будет окончен. Тони и Алёна смотрят на меня. Я центральный бомбардир нашей команды. В прошлом году я завалил пять пенальти подряд. Но на этот раз я забью, это наш последний шанс, и я должен им воспользоваться. Продолжая держать мяч в руках, я принимаюсь искать одиннадцатиметровую отметку. Судья торопит меня. «Скорее!», – кричит он. Я ещё раз внимательно осматриваю поле вокруг себя… Или я сошёл с ума, или… точка пенальти исчезла!

Повторю для тех, кто не понял: мы играем против Гильен де Кастро, первых в Лиге футболистов, которым в этом сезоне ещё никто не смог забить ни одного гола.

Матч скоро закончится, осталось меньше секунды. А я должен пробить пенальти. Но я не могу этого сделать, потому что… одиннадцатиметровой отметки нет! Что происходит? Неужели никто этого не заметил?

Я смотрю на судью и не знаю, что предпринять. Может, они забыли нанести разметку. Или это невидимый пенальти? На самом деле всё намного сложнее. И лучше я стану рассказывать эту запутанную историю с самого начала.

2

– Плей-офф? – удивлённо спросила Алисия.

– Что ещё за плей-офф? – не понял Томео.

– Так, давайте все немного успокоимся, – сказал Эстебан, директор школы.

Мы стояли посреди футбольного поля во дворе нашей школы. Девять игроков школьной футбольной команды: Камуньяс, Мэрилин, Анита, Томео, Грустный, Восьмой, Алёна, Тони и я, Пакет. Все зовут меня Пакетом, но настоящее моё имя Франциско. Впрочем, я, кажется, отвлекаюсь. Кроме нас, на поле были наши тренеры: Алисия и Фелипе.

Насколько я знаю, мы единственная команда в мире, с которой работает не один тренер, а целых два. Да к тому же ещё и пара. Когда я говорю «пара», я имею в виду, что они встречаются. То есть, уже не встречаются. Теперь они уже муж и жена. В прошлом году, когда мы ездили на летний турнир в Бенидорм, Алисия и Фелипе воспользовались случаем и поженились, но это уже другая история. Вы меня извините, но в последнее время, когда я начинаю что-то рассказывать, то путаюсь, точь-в-точь, как моя мама.

Короче. Мы были на поле, перед нами стоял Эстебан, директор нашей школы, и он торжественно объявил:

– Впервые в истории Лиги Интерсентрос будет сыгран матч плей-офф, который поможет определить, кто станет чемпионом.

– Плей-офф – это как в баскетболе: сначала играют в основной лиге, а потом в плей-офф, – сказала Анита, наш главный ботаник и специалист по всем вопросам.

– Вот-вот, – сказал Эстебан.

– Они должны были с самого начала предупредить нас, что будет плей-офф, – запротестовал Фелипе.

– Согласна, – кивнула Алисия.

– Да, но так будет лучше для нас, – сказал Эстебан. – Мы сейчас идём восьмыми в лиге, что само по себе является чудом. И теперь у нас есть возможность стать чемпионами, хотя ещё несколько месяцев назад мы молились, чтобы не перейти во второй дивизион и не оказаться последними.

На самом деле в этом году мы действительно очень плохо начали чемпионат. Мы проиграли много игр до Рождества. Но потом наши дела пошли лучше и нам удалось стать восьмыми.

– Уверен, что тут какой-то подвох, – сказал Тони.

– Нет, нет, – сказал Эстебан. – Просто Лига Интерсентрос решила, что в этом году будут сыграны дополнительные игры, которые позволят выявить единственного чемпиона. Это сделает турнир более захватывающим, и у каждого появится свой шанс. Короче говоря, все готовимся к плей-офф.

Мы посмотрели друг на друга. Значит, у нас действительно появился шанс стать чемпионами? С такой точки зрения это не было плохой новостью.

– Эстебан, будем говорить честно, – сказал Фелипе. – Всякий раз, когда вы приходите, чтобы сообщить нам какие-то новости о команде, это всегда оказывается к худшему.

– Только не в этот раз, – сказал наш директор, широко улыбаясь. – В этом году вам дважды пришлось менять тренера. Команда была на грани исчезновения из-за нехватки средств. Вы побили рекорд по проигранным матчам в первом туре. Но несмотря на всё это… Сото Альто может стать чемпионом! Впервые в истории!

– Очень мило, – сказала Алисия без особого энтузиазма.

– А кто будет нашим соперником в плей-офф? – спросила Мэрилин, капитан нашей команды.

– Ну, вы же знаете, что плей-офф – это игра на выбывание: первые против последних, вторые против предпоследних, пока все не вылетят и не останется только одна команда… Мы поделили команды на две группы: первые восемь сражаются за титул чемпиона, другие восемь за то, чтобы не перейти во второй дивизион.

– Понятно. Но соперник-то наш кто? – повторила Мэрилин, немного нервничая.

– Ну, я же говорю: восьмой играет против первого, седьмой против второго и так далее…

– То есть, мы играем против первого? Против… Гильена де Кастро, что ли? – спросил Камуньяс, вытаращив глаза.

– Так я и думал! – сказал Грустный. – Я знал, что всё окажется именно так.

Гильен де Кастро – частная спортивная школа с множеством футбольных и баскетбольных секций. И игроки там со всей Европы, не только из Мадрида и Испании. Вы спросите, почему? Ну, всё очень просто: это игроки, которых подписал «Реал Мадрид». Да, да, вы не ослышались: именно «Реал Мадрид». Они подписывают их и отправляют учиться в эту школу. В общем, речь идёт о дочерней команде «Реала», хотя и называется она по-другому. Когда футболисты приезжают в Испанию, они сначала учатся и играют в школе Гильена де Кастро, а затем переходят в юношескую команду «Реала». В этом году Гильен де Кастро шли первыми в Лиге Интерсентрос. А ещё они побили рекорд: за весь сезон им не забили ни одного гола! Ни единого. Ни в одном из 30 матчей Лиги. Вот так вот. Большинство матчей они выиграли. И ещё несколько закончились вничью. Со счётом 0:0 я имею в виду. Вот такими были они, эти Гильен де Кастро.

– Ну-ну, – сказал Эстебан, – не будем сдаваться. Сото Альто тоже отличная команда, мы очень вам доверяем.

– Кроме того, нам нечего терять, – сказала Алёна. – Если мы победим, получим шанс стать чемпионами, если проиграем, то останемся там, где есть.

– Хммммммм… Это не совсем так, – поправил Эстебан.

– В смысле? – не поняла Алисия. – Эстебан, что здесь происходит? Есть что-то ещё, о чём вы нам не сказали?

– Всего одна маленькая деталь, – сказал он. – Если мы сыграем вничью, мы будем бороться за чемпионство. Но если проиграем… не дай Бог, конечно, но если вдруг такое случится, нам придётся бороться за то, чтобы не перейти во второй дивизион.

– Что?! – воскликнула Алисия.

– Вы же только что сказали, что мы сыграем несколько игр плей-офф, чтобы узнать, кто станет чемпионом, – уточнил Фелипе. – Ни о каком понижении категории речи не было! Вы говорили, что за титул борются восемь лучших финалистов…

– Если мы опустимся до второго дивизиона, у нас будут проблемы. Родительский комитет уже предупреждал, что бюджеты могут урезать… – сказала Алисия, – и денег может не хватить… Вспомните, что было в прошлом году.

– Снова-здорово, – сказал Томео. – Мы опять под угрозой исчезновения.

На самом деле, нас и правда уже не раз собирались распускать из-за нехватки денег. Сото Альто вечно была на грани банкротства, сколько себя помню.

– Ну, ну, ну, ну, ну, ну, – Эстебана, наверное, заело, и поэтому он шесть раз повторил слово «ну». – Не будьте так пессимистичны: чтобы случилось самое худшее, вам придётся проиграть эту игру, и следующую, и ещё одну… И тогда уже родительский комитет будет принимать свои решения. До этого пока очень далеко. Так что тренируйтесь, играйте, делайте своё дело! И ни о чём не беспокойтесь! Ах, да! Так как экзамены у вас уже закончились, было принято решение устраивать матчи через день.

– А когда мы сыграем первый? – спросила Алёна.

– Посмотрим, позвольте мне взглянуть…

Эстебан достал свою электронную записную книжку и принялся что-то печатать в ней.

Девять игроков и два тренера не мигая уставились на него. Пальцы директора так быстро бегали, что создавалось впечатление, что он ищет какую-то секретную формулу.

– Нашёл, – сказал он наконец. – Первая игра против Гильен де Кастро состоится завтра днём. Удачи.

С этими словами он убрал свой ежедневник в портфель и двинулся к выходу с поля.

– Вы не подумайте, что я убегаю, просто у меня встреча, – сказал Эстебан, удаляясь.

Мы стояли посреди поля, не зная, что сказать.

Мы с огромным трудом смогли финишировать восьмыми в Лиге, а теперь получается, что можем опуститься до второго дивизиона. Это было несправедливо. Это надо было проговаривать в начале чемпионата, а не в конце.

– Это несправедливо, – сказал я.

Все остальные посмотрели на меня поддерживающе. Конечно, я был прав. Но протестовать было бесполезно. Когда Лига Интерсентрос принимает какое-то решение, пути назад уже нет. Остаётся только тренироваться. Чтобы через двадцать четыре часа сыграть суперважную игру против Гильена де Кастро, единственной команды в истории Лиги Интерсентрос, которой на протяжении года никто не смог забить ни единого гола.

Против дочки «Реал Мадрида».

– Кажется, у меня закружилась голова, – сказал Грустный.

Я посмотрел на Алёну. Она широко открыла глаза и попыталась улыбнуться, а потом сказала:

– Ладно, ребят, и не из таких засад выбирались.

3

Расскажу вам пару слов про Алёну-не-путать-с-Еленой. Хотя не думаю, что это будет что-то новое. Но вдруг кто не знает. В общем, мы с Алёной давно учимся в одной школе. У неё самые большие глаза, которые я когда-либо видел в своей жизни. А ещё она одна из самых красивых девочек в моём классе, в школе, да во всей Севилье ла Чика, городе, в котором мы живём. Главное, что нужно знать про Алёну – это то, что в нашей команде по футболу она лучший игрок.

Я уже говорил, что Тони забивает больше всего голов, но она объективно лучшая в плане техники и всего. Алёна играет на позиции центрального атакующего полузащитника, как все великие игроки нашего времени.

Впрочем, есть одна вещь, которую я о ней никогда не говорил. Алёна-не-путать-с-Еленой обладает магическими способностями. Но не такими, как у супергеров, которые летают по воздуху или просвечивают всё рентгеном из собственных глаз. Нет! Суперспособность Алёны в том, что она умеет читать мысли. По крайней мере, мои. Она это делала много раз. Вот, например, сегодня днём.

После тренировки мы с Алёной пешком отправились домой. Мы живём рядом, поэтому часто возвращаемся вместе. Я думал об игре, которая состоится уже завтра. О том, что вероятнее всего эти Гильен де Кастро разобьют нас в пух и прах. И тут Алёна сказала:

– А может, всё-таки не разобьют?

– Что? – удивился я.

– Ну, эти Гильен де Кастро. Понятно, что, скорее всего, они нас победят. Но может, не с большим отрывом. Очень надеюсь, что они не разобьют нас в пух и прах.

– А, – сказал я. – Ну да.

Думаете, совпадение? Или она на самом деле знала, что я думал про наше поражение, прямо такими словами думал: «в пух и прах», и поэтому так сказала? Некоторое время мы шли, не издавая ни звука. Я решил, что если буду молчать, у Алёны будет меньше шансов прочитать мои мысли, хотя, конечно, не факт.

На прошлое Рождество Алёна меня поцеловала. А потом написала наши имена на спинке деревянной скамьи у Четырёх Ветров. Это такое секретное место, очень уединённое, где всегда дует ветер, неважно, зима стоит или лето. Если вам надо провести с кем-то время наедине или сказать что-то тет-а-тет, чтобы никто не услышал, идите к Четырём Ветрам, не ошибётесь.

После этого случая я решил, что мы с Алёной начнём встречаться или что-то в этом роде. Но ничего подобного! Видимо, для некоторых поцелуй и имя, написанное в тайном месте, где влюблённые испокон веков признаются в своих чувствах, ничего не значат.

– Эй, – вдруг спросила Алёна, – а ты к Четырём Ветрам давно ходил?

Я аж подпрыгнул. Тут уж никаких сомнений быть не могло: прочитала мои мысли. Залезла мне в голову. Наглым бесстыжим образом. Нет, ну а почему ещё мог возникнуть такой вопрос?

– А почему ты спрашиваешь? – спросил я испуганно, чувствуя, как мои щёки краснеют.

– Да так, – сказала она. – Просто в голову пришло. Я давно там не была, а ты?

– Я тоже, – сказал я, – я редко туда хожу.

Точнее было бы сказать, что не хожу никогда. С того случая я там ни разу не был, и не думаю, что соберусь в ближайшее время.

– Ясно, – сказала она и продолжила идти молча. А я шёл и лихорадочно решал, о чём мне теперь думать. Я не знаю, как она это делала, но она явно читала мои мысли. Мне не нравится Алёна. Я хочу сказать, что она мне не нравится, как девушка. Ладно, попробую сформулировать точнее: немного она мне всё-таки нравится. Но это было раньше. Не сейчас. Теперь у меня нет времени думать о девчонках, свиданиях и прочей чепухе. И уж тем более у меня нет времени думать об Алёне. Мне нужно сосредоточиться на математике и других важных вещах. На играх плей-офф, например. Мы свернули за угол и подошли к моему дому, остановились у ворот. Алёна посмотрела на меня.

Мне стало не по себе. Я попытался срочно очистить свой разум. Вообще-то это очень сложно. Вы попробуйте хотя бы десять секунд ни о чём не думать.

– О чём я сейчас думаю? – спросил я.

– Что? – удивилась она.

– Только не надо делать вид, что ты не понимаешь. Можешь прочитать мои мысли? Я же знаю, что ты умеешь это делать. Ну, давай: вот сейчас о чём я думаю?

Алёна посмотрела на меня. Я изо всех сил старался ни о чём не думать. Ни о чём, ни о чём, ни о чём…

И тут вдруг ни с того ни с сего в голове у меня всплыла картина того вечера, когда Алёна меня поцеловала.

«Нет, нет, нет, я не хочу об этом думать!»

Маримар, буду думать о Маримар. Маримар – это мама Алёны-не-путать-с-Еленой, она такая же, как её дочь, только взрослее.

Во время нашей последней поездки в Шотландию мы застали её за поцелуями с Эстебаном, директором нашей школы.

«Никаких поцелуев, не хочу думать о поцелуях!».

Алёна рассмеялась.

– Ты очень забавный, Пакет.

– Значит, ты не знаешь, о чём я думаю? – испуганно спросил я.

– Откуда мне знать? – сказала Алёна и снова хихикнула.

Я подумал о том, что надо сказать ей, что это не шутка и что я никакой не забавный, и никогда забавным не был.

Ещё я подумал, что не мешало бы ей сказать, что если она когда-нибудь кого-нибудь поцелует, а потом напишет на скамейке у Четырёх Ветров его имя, то может тут же забыть о случившемся. Это же ровным счётом ничего не значит.

И я бы и сказал ей всё это. Но тут из дома выбежал Виктор – мой старший брат. Он вечно называет меня гномом и даёт пинка по поводу и без. К счастью, в тот момент у него, видимо, не было на это времени, потому что он мчался как сумасшедший. Как человек, который только что увидел летающую тарелку или извержение вулкана.

– Что случилось, Виктор? – успел крикнуть я ему вслед.

– Бальбуэны! – бросил он, не сбавляя скорости.

– Что? – зачем-то переспросил я, хотя отлично всё понял.

– Бальбуэны! – повторил он, скрываясь из виду. – Бальбуэны приехали!

И исчез за поворотом.

Алёна посмотрела на меня и спросила:

– В чём дело? Кто такие Бальбуэны?

– Лучше тебе этого не знать, – ответил я.

И тоже бросился бежать: прочь, прочь, прочь. Как можно дальше от нашего дома.

4

Себастьян Бальбуэна. Бальбуэна-старший. 42 года. Муниципальный полицейский. Учился в Галапагарской полицейской академии вместе с моим отцом. С тех пор они дружат, хотя видятся не так часто.

Бальбуэна-старший вечно теребит усы, а потом повторяет любимую фразу: «И не говори». Он повторяет её всё время, даже когда никто вокруг ничего не говорит и не собирается. Бальбуэна любит есть и рассказывать плохие анекдоты.

Санти Бальбуэна. Старший сын семейства Бальбуэна. 15 лет. Как-то раз он увёл девушку у моего брата, и хотя Виктор говорит, что она ему не нравилась, не уверен, что всё было именно так. Так или иначе, Виктор с Санти не самые близкие приятели на свете: после той истории с девушкой, драки и ссоры они вообще стараются не пересекаться.

На самом деле, этот Санти вообще мало чем отличается от моего брата. Разве что тем, что он выше ростом, красивее (это не я так говорю, а девчонки) и наглее. Наглость его состоит, прежде всего, в том, что меня он пинает в два раза чаще, чем мой брат Виктор.

Себастьян Бальбуэна-младший. Средний сын семейства. 11 лет. «Сначала мы хотели назвать самого старшего Себастьяном, но потом решили, что слишком много одинаковых имён в одной семье… А когда родился второй сын, я подумал: «Вылитый Себас! И не говори!».

Себастьян мой ровесник, он носит очки и круто играет в футбол. Я нормально к нему отношусь, только меня бесит, что каждый раз, когда он приезжает в гости, приходится делиться с ним вещами. Однажды мне даже пришлось уступить ему свою кровать, а самому лечь спать на диван.

Сюзанна Бальбуэна. Младшая дочь. 10 лет. Самый опасный член семейства Бальбуэна. Отличается склонностью к опасным развлечениям: огню (она подожгла оливковую рощу и три фермы, я не шучу), пению, футболу и игре на фортепиано (каждый раз, когда они приезжают к нам, Сюзанна устраивает концерт в гостиной). Это невероятно: она думает, что играет отлично, но на самом деле то, что она делает с музыкальными инструментами, просто ужасно, хуже зубной боли.

Вот такая она, семейка Бальбуэна. Мать у них умерла много лет назад, так что её я совсем не помню. Самое удивительное в них, что они появляются всегда без предупреждения, в тот момент, когда их меньше всего ждёшь. Безо всякой видимой причины. Ты просто заходишь однажды в свой дом, и:

– Смотрите, кто приехал!

Когда мой отец произносит эту фразу, тут сомнений быть не может. Бальбуэны приехали. Может быть, его самого их приезды и радуют. Всё-таки они с Бальбуэной-старшим в академии учились, были тогда молоды и прекрасно проводили вместе время.

Допустим, им есть, что вспомнить. Но я лично весь холодным потом покрываюсь от их визитов! И не только я. Моя мама, например, начинает ужасно нервничать из-за того, что папа с Себастьяном-старшим принимаются пить пиво и травить несмешные байки, понятные только им двоим. Немного опьянев, они переходят от баек к анекдотам, ещё более дурацким и несмешным. Это такие, знаете, анекдоты из серии: «Двое друзей болтают, и один говорит другому:

– Мой дядя умер от ячменя.

– На глазу?

– Нет, в тарелке!»

И давай потом два часа объяснять друг другу, что, мол, речь про ячменную крупу шла, а не про конъюнктивит. И что крупа была отравленная, вот дядя и помер. Ужасная чушь! Но им, главное, смешно! Один раз они четырнадцать часов подряд рассказывали анекдоты.

Честное слово! При этом они ни на минуту не переставали есть. С ними вообще нужно быть очень осторожными в плане еды, потому что всё съедобное, что они видят, они моментально сметают. Троглодиты какие-то. Неважно, сладкое это или солёное, вчерашнее, сегодняшнее или завтрашнее, неважно, хорошо это выглядит или плохо. Они сожрут всё! Оставите на секунду на столе кусок сэндвича: считайте, что у вас его уже нет. Сметут в два счёта! Та же участь будет ожидать макароны и кусок шоколадного торта… Вы опомниться не успеете, а эти пираньи уже всё слопают.

Помимо еды, они большие специалисты во всём, что касается критики.