Вырастить тыкву, помочь планете, приручить дракона

ПРОЛОГ

Смерч надвигался на нас, сметая все на своем пути. Болото и пустошь вздрагивали, словно живые существа под натиском беснующейся стихии. Сломанное заклятье – одичавшее, озверевшее, поглотив множество себе подобных, стало настоящей угрозой всему живому и неживому. Уничтожало людей, оборотней, зверей, превращало горы в странную кашу, почву – в неприятную жижу, которая растекалась мерзким болотом.

Гор выругался, его беты застыли, в ожидании приказов от вожака, альфа-дракона и поглядывали на меня с недоверием…

Я тоже замерла.

Сейчас будет либо мой успех, либо…

Хорошо, что Славу спрятали в поселении, в подземном убежище, за заклятьем-щитом. Хоть какая-то надежда, что сын точно не пострадает.

Я дрогнула, глядя, как смерч разросся, стал больше, затем словно вздулся, как гигантский пузырь… И распахнул зев прямо на нас…

Я в ужасе отшатнулась от границы поля и всю решимость, всю смелость словно рукой сняло.

Показалось, Гор дернулся, чтобы заслонить меня своим телом, если вдруг не успею отскочить.

Да не-ет же! Этого не может быть! Я нужна ему только и исключительно, как игрушка в постели. Да и то – не особенно. Он же даже не пытался ухаживать, наладить общение, если не считать намеки на совершенно конкретное, горизонтальное времяпрепровождение.

А ради таких женщин жизнями не рискуют…

Уж прям он любовницу себе не найдет!

Мысли путались, эмоции шпарили, Гор поглядывал так странно, будто, реально, готов спасать, если что…

Кажется, у меня началась паника или истерика или бог знает что.

Господи! Да с чего я взяла, что эти растения способны поглотить сгусток озверелой остаточной магии?

Сейчас мне это представилось ужасным бредом.

Даже расхохоталась бы, если б не обстановка.

Да и случаи, что натолкнули меня на подобную мысль, были двоякие…

Вдруг я ошиблась?

Вдруг у этой стихии какие-то совершенно другие принципы поведения?

Это же не просто природное явление, это куски поврежденных заклятий – злые, свирепые и непредсказуемые, с какой-то своей логикой и даже зачатками мышления…

Господи! Я ведь даже не агроном и не садовод! Дома терпеть не могла сажать, поливать, пропалывать… Так, малину подровняла, пару кустиков мелиссы высадила на участке – и все.

Может у хозяйки был какой-нибудь артефакт или еще что?

Возможно, Эми, сохраняла свой кусочек земли вовсе не за счет особой породы тыквы с какой-то причудливой магией-энергетикой?

Ведь по никому неизвестной причине аура ведьмы была изодрана в клочья, почему и пришлось вживлять ей мою… точнее, это вышло случайно. А в результате, я получила новое тело, новую жизнь и новый опасный мир…

Зев магического смерча стал больше, раззявился так, что уже все мы туда могли поместиться без особых проблем, и рванул к нам.

Мы шарахнулись назад в едином порыве… и Гор неожиданно оказался впереди меня. Будто, реально, пытался заслонить меня от ненастья.

Я ожидала, что Гор, с его-то характером, сейчас, наоборот, отдаст меня на съедение разбушевавшейся стихии, которую столько времени отталкивали всеми правдами и неправдами мощнейшие драконы его племени и загадочный первородный колдун…

Теперь я уже искренне сомневалась, что тыквы им, действительно, помогали.

Беты вожака смотрели на меня так, словно готовы просто разорвать в клочья.

Гор же пялился как-то странно. Как будто клялся или обещал, что не даст в обиду никому, ни за что.

Да что за бред?

Наверное, это я так воспринимала его в минуту крайней опасности. Уверена, он взбешен не меньше, чем беты.

Ведь столько сил и времени угрохано на это поле, столько мы работали и старались. И все ради чего?

Выходит, что просто бессмысленно.

Разве что тыквенный суп сварить сможем… Который в племени драконов-мясоедов даже и нюхать-то не захотят. Ну или… кидаться тыквами в яростное заклятье, пока оно само не помрет с хохоту…

В нас пахнуло запахом болотной трясины, гниющего мяса и вконец рассвирепевшее чудище распахнуло рваную пасть, кажется, до самого неба.

Выглядело жутко и омерзительно одновременно.

Нечто колышущееся, серо-болотное, что втягивает воздух, как пылесос.

Фу-у-у…

Я смирилась со своей участью, уверенная, что уж Славу тут не обидят. Я, действительно, сделала все, что могла. Из сил выбивалась на этих плантациях…

К тому же, в племени Гора к детям относились как-то по-особенному.

Для драконов не было чужих детей, и тех, что отвечали за поступки родителей.

Сыночек, удачи тебе в новом мире…

Может тебя эвакуируют на местную Землю, где нет ужасных поврежденных заклятий, что все еще правят бал на Сварайе…

Через межпланетный портал пропускали не всех. Но, уверена, что ребенка, попаданца, который угодил сюда не по собственному желанию, все-таки примут на безопасной планете…

Я выдохнула и окончательно понурилась…

Гор вдруг подскочил, толкнул меня на землю и закрыл собой от ненастья.

– Неожиданно, – выдавила я из себя, ощущая жар большого мужского тела.

Сиреневые глаза Гора были сейчас близко-близко и заметно начинали темнеть. То ли от злости, а то ли… Ну нет, уж точно не из-за этого.

Дракон нахмурил густые черные брови, его красивое лицо с резкими, хищными чертами было сейчас близко-близко. А мощная грудь буквально вжималась в мою.

Гор невесело усмехнулся и произнес:

– Ну, что ж… Если все зря, и мы сейчас можем стать пищей для этой мерзости…

Я боялась даже предположить, что же он теперь сделает и как отомстит.

За обманутые ожидания, за риск для себя и для бет. За то, что все племя работало на меня вместе с первородным, как какие-нибудь колхозники, а в итоге, все оказалось бессмысленным.

За то что поверил. Почему? С какой стати? Ведь изначально он ко мне как-то настороженно относился. А в первую минуту мы вообще не поладили.

Гор резко выдохнул и… неожиданно впился губами в мои губы так, что я едва не задохнулась…

Вот это поворот!

Вот он дает!

Я ощутила, что горячий дракон целует взасос, с языком, да так, что голова кружится, и все вокруг становится не столь уж и важным.

Разве что судьба моего Славы…

Небо и земля поменялись местами. Вторичное растение среди тыквенных листьев и гигантских плодов, похожее на низкорослую лиственницу, слегка щекотало спину и руки.

Но мягкие, знойные губы Гора перетягивали на себя все ощущения и впечатления…

Я и не думала, что он так целуется, что он такой…

Казалось – время остановилось, мир замер, и даже чудовищный смерч остановился…

Хотя я знала, что это не так.

ГЛАВА 1

Эминея, она же Ольга

Зигзаг молнии рассек небо, и осветил наш участок, словно сейчас день.

Слава вскрикнул и прижался ко мне.

– Пошли домой, пока дождь не начался, – спокойно предложила я сыну.

– Я хотел встретить папу…

– Да приедет, куда же он денется?

Я вздохнула – действительно, Тимур немного опаздывал к обычному времени, когда возвращался с работы домой. Но черное небо ночи сплошняком заволокло сероватыми тучами, даже Луну уже видно не было.

Новая молния расчертила воздух ослепительным желтым зигзагом.

Я подхватила под руку Славу, и мы заполошно побежали к крыльцу.

Внезапно прямо перед нами возникло нечто – фантастическое, странное…

Полупрозрачная, странная, колышущаяся масса высотой больше дома, и шириной в весь мой участок.

Я попыталась затормозить, но по инерции влетела и… потеряла сознание…

…Очнулась я от яркого света в глаза. Причем, открыв их, неожиданно обнаружила, что лежу на «плавающей» в воздухе кровати. Неподалеку, в белоснежной палате, реяли подобные же, и на них, под тонкими простынками распластались тела мужчин и женщин.

Я дернулась, и ощутила, что тело какое-то вялое, деревянное, будто я пролежала месяцы без движения. Следующим рывком мне удалось приподняться, и кровать, словно автоматически, подставила под спину изголовье с подушкой.

Я выдохнула и… вдруг поняла, что ноги стали немного длинней. Вроде бы тело было и мое и в то же время – будто бы не совсем. Я точно ощущала его, как свое, собственное, но что-то все равно было не так.

Руки… пальцы выглядели также, как прежде. Ну почти, только шрамы исчезли.

Лица увидеть я не могла. Однако же, исследовав остальное, обнаружила, что пропал также и шрам от кесарева сечения.

Я подорвалась с постели, истошно крича:

– Слава! Где мой Славочка?! Где мой сыночек?!!

Сил прибавилось столько, будто я прямо искупалась в адреналине. Я рванула к двери палаты, и почти столкнулась с крепким мужчиной, похоже, врачом. По крайней мере, на нем был белый халат и бейджик «Фасхал Рун».

Прищурившись, я увидела ореол дракона вокруг его тела. Расслабила глаза – и образ исчез. Мужчина был, прямо скажем, монументальный.

Метра два ростом, крепкий, такой прямо мощный, но совершенно не грузный. С вздыбленной огненной шевелюрой и бронзовой кожей, словно только что загорел.

Его синие глаза вперились в мое лицо с удивлением и непониманием. Взгляд скользнул ниже, еще ниже и опять быстро вернулся к лицу.

– Эм… Такого даже я не мог ожидать, – удивился он. – Впрочем… такого мы еще ни разу не наблюдали…

– Ччего? Чего вы не наблюдали? Где мой сын? Немедленно скажите мне, где он?

– Мальчик двенадцати лет? – уточнил врач.

– Да!

– С ним все в порядке. Но вначале вы должны меня выслушать. И потом вы с ним обязательно встретитесь.

– С ним точно все хорошо?

– Клянусь.

– А со мной что? Почему вы так странно меня рассматриваете? У меня, что, стало три глаза?

Я ощупала лицо. Вроде бы все как было, но и не совсем.

Пропала пара шрамов от ветрянки, нос казался чуточку меньше…

– Все нормально с вашим лицом. Видите ли… давайте присядем, – он так настойчиво предлагал мне опору, что стало ясно – новости сногсшибательные.

Впрочем, все вокруг выглядело настолько фантасмагорией, что я уже ничему не удивлялась.

И самое странное, что не хотелось.

Как будто я знала, что все вокруг – точно реальность. Не галлюцинации, и не бред.

Я села на кровать, где проснулась.

Врач достал прибор, вроде смартфона, и нажал несколько кнопок на сенсорном экране.

Тотчас с потолка сорвались какие-то шарики и закружили возле меня, меняя цвет и даже немного форму. Они то удлинялись до овалов, то снова становились практически круглыми. То мигали синим и красным, а то вдруг зеленели или желтели.

Врач, тем временем, поправил подушку, чтобы она подпирала мне спину, и произнес:

– Вас засосало в наш мир. Это планета Сварайя. Вы попали сюда из параллельного измерения, с Земли.

– В смысле, попали? Как попаданцы из книг?

– Именно так.

Я ущипнула себя несколько раз и убедилась, что это все также больно, как и раньше, особенно, если щипать за бедро.

– Извините, это, видимо, нервное… – произнесла тихо.

– Все нормально. Эминея… Или как вас атм звали в своем мире?

– В смысле? У меня в разных мирах разные имена?

– Не совсем так. Вот смотрите. Это экспериментальная реанимация для лечения безнадежных пациентов особенными методами. Скажем так – нетрадиционными и отчасти спорными.

– Звучит странно, но я почему-то не особенно удивляюсь, – потрясенно произнесла я. – И это как раз-таки самое поразительное.

– Это вполне нормально, учитывая обстоятельства. Итак. Смотрите. Это тело… точнее то, каким оно было, принадлежало Эминее – одной нашей очень важной ведьме-знахарке. Она лечила не только существ, но и планету при помощи каких-то растений. Так вот… Эминея столкнулась с магическим смерчем и ее аура была практически полностью уничтожена. Мы постарались поддерживать в ней жизнь и искали подходящую энергетическую оболочку. А затем случился временный разрыв пространства и сюда вывалились вы с сыном. Ваше тело было очень сильно повреждено, хотя сын совершенно не пострадал. Но ваша энергетика внезапно оказалась поглощена остатками ауры Эминеи…

– То есть, если я правильно вас поняла, я потеряла тело, а она – ауру.

– Ну упрощенно можно сказать и так. В результате того, что мы готовили Эминею к пересадке в любую минуту, когда отыщется подходящая энергетика, остатки ее ауры как бы впитали вашу… А ваша… ощущая, что тело уже не спасти, тоже подключилась к процессу… И… тело Эминеи… изменилось.

– Изменилось… Так это не мое тело?

– Теперь ваше.

– Но вы хотели оживить Эминею?

– Да. Но, видимо, та часть ауры, что отвечала за ее сознание, уже улетела в пространство-время, за грань.

– Душа?

– Иногда ее так называли.

– Стоп! И кто же я теперь?

– Идемте…

Мне помогли слезть с кровати и, придерживая за локоть, повели к двери. Я ощущала себя странно донельзя. После того, что мне рассказали, следовало бы усомниться либо в собственной адекватности и разуме, либо в адекватности и разуме медика. Но у меня не было ни малейших мыслей, что все это бред или же глюки. Я почему-то верила каждому слову.

Мы вышли в белесый коридор, словно подсвеченный с разных сторон. Причем, я так и не определилась – откуда струятся нити-лучи. Они шли будто отовсюду и ниоткуда.

Мимо нас сновали медсестры, врачи. Я спохватилась, что на мне лишь тонкая ночная пижама без белья. Однако стесняться было уже поздно.

Босые ноги ступали по теплому полу.

Наконец, мы вошли в какую-то комнату, отдаленно похожую на ординаторскую, как их демонстрировали в кино моего мира. Тут были диваны, стулья, столы… Врач завел меня за большую ширму с узором в виде драконов, которые то дрались, то смирно лежали, и повернул…

Я отшатнулась от зеркала и торопливо ощупала себя снова. Выглядела я довольно-таки необычно. Слава богу, хотя бы не настолько, чтобы родной сын меня не узнал.

Тем не менее…

Лицо стало чуть более вытянутым и треугольным. Волосы вместо каштановых – красными. Глаза были карие, а стали… почти изумрудными. Цвет казался просто нереальным: ярким, неоновым, очень красивым.

Тело тоже слегка изменилось. Ноги, и правда, стали немного длинней, хотя и мои были довольно эффектными. Грудь поднялась, талия выглядела совсем тонкой, а бедра остались круглыми, пышными.

Я покрутилась перед серебристым стеклом в человеческий рост и резюмировала:

– Ладно. Не все так страшно, как я могла бы предположить. Когда я увижу своего сына?

– Скоро. Только вначале пройдем обследование до конца и еще вам нужно немного поесть. А потом я приглашу к вам вашего Славу.

– В ту реанимационную палату, где лежат еще несколько «не жильцов», как вы выразились?

– Да не-ет. Теперь мы переведем вас в одноместную ВИП-палату.

– Спасибо. А сколько я была без сознания?

– Эминея или именно вы?

– Я.

– Если считать с момента, когда ваша аура стала частью нового тела, то где-то неделю.

– И как он жил все это время? – всполошилась я.

– Все хорошо. Не надо так переживать. Ваш сын находился в детском отделении для тех, чьи родители у нас лечатся. С ним все нормально. Его кормили, ему давали гулять в больничном дворике. И к новому миру он приспособился без проблем. Мы обещали, что вы очнетесь и, как видите, не обманули. Сейчас, после всех процедур и трапезы, вы с ним непременно увидитесь.

– А-а-а… Я теперь вообще кто? – уточнила я. – Что это за Эминея?

– Как я и говорил – это одна из самых важных в нашем мире ведьм-знахарок. Ей… то есть уже теперь вам – принадлежит участок земли между Синим болотом и Пустошью мертвых заклятий. Там обитают самые страшные на нашей планете поврежденные куски магии. Когда-то Сварайя умирала от загрязнения остатками магии. Они витали в воздухе и разрушали природу также, как вредные выбросы атмосферу, океаны и почву в вашем родном измерении. Потом нашу планету начали восстанавливать. Но эти места – самые гиблые. Но самое худшее даже не это! Были бы несколько необитаемых островков – да и ладно… Однако здесь остались очень опасные магические смерчи и ураганы. С ними тоже пока справиться не удается. Эминея сдерживала их, каким-то образом заставляла отступить, благодаря посадкам на своей территории… И постепенно нейтрализовывала. Поэтому мы и бились за ее жизнь столько лет… Окончательно освободить Сварайю от озверевших поврежденных заклятий, которые превратились в энергетических монстров, можно лишь с помощью ее каких-то растений… Пока другого способа не нашлось. Посадки обладали особенной аурой, притягивали осколки вредной магии, словно нектар насекомых… и будто бы их поглощали… Очень медленно, но, тем не менее… Главное вырастить достаточное количество, чтобы хватило для поглощения…

– Мда… Эдакие Венеры только не мухоловки, а монстроловки…

– Ну вроде того.

– Так сколько лет вы лечили Эминею?

– Шесть…

– Вы думаете, я знаю, как и что она там останавливала?

– Мы очень надеемся, что какая-то мышечная память или еще что-то поможет. Если магические смерчи и ураганы продолжат бушевать в этой части планеты, если природа будет и дальше разрушаться из-за яростных сломанных заклятий, рано или поздно все вернется на круги своя… И вся работа по восстановлению Сварайи окажется напрасной – планета опять начнет умирать…

– А почему без Эминеи не начали выращивать те же культуры… или чем там она останавливала эти ваши монстры-заклятья?

– Пробовали, но растения умирали…

– И вы надеетесь, что я смогу их воскресить?

– Остались семена, которые не прорастают… Возможно, вам удастся их оживить…

Зашибись!

От меня ждут, ни много, ни мало, спасения целой планеты! Причем, я не помнила ни Эминею, ни чего-либо из того, что эта ведьма вообще могла знать.

Со мной оставались лишь собственные воспоминания – попаданки…

Красота!

Ладно… Вначале надо увидеться с сыном. Потом обмозгуем, что дальше делать.

ГЛАВА 2

Слава жался ко мне, словно боялся, что внезапно возьму – и исчезну. Мы устроились в пухлых удобных креслах моей новой огромной одноместной палаты и пили чай с травами и ягодами. Хотя врачи и уверяли, что сын вел себя довольно спокойно и стоически все пережил, я видела, насколько ему было страшно. И как он все еще нервничал.

Мало-помалу мы оба успокаивались и немного приходили в себя…

…Затем пошли дни, когда мне делали процедуры, проводили очередные обследования… а остальное время мы со Славой либо общались в палате, смотрели видео на огромном экране-телевизоре, либо гуляли в больничном дворике.

Издалека, в дымке тумана, виднелись какие-то поселения. Здания в виде волн, странных птиц и зверей, которых мы здесь, кстати, не наблюдали. Природа Сварайи походила на ту, к которой мы привыкли на своей родине.

О муже и отце мы не говорили.

Да и смысл?

Отсюда назад уже не вернуться. Значит, мы с ним больше не встретимся.

Я грустила и скучала по тому, с кем прожила почти тридцать лет.

Но… убиваться, когда все равно нет выхода, не было смысла. Так что я постепенно готовила себя к тому, что придется жить дальше одной.

Тем более, что с момента, как я очнулась, прошли месяцы, и боль, тяжесть одиночества немного утихли.

У меня остался мой Слава! И это лучшее, самое важное, что муж мог мне подарить напоследок.

Конечно, остаться вдруг без мужчины, без поддержки… казалось непривычным и странным. Это стало еще одним моим страхом, помимо того, что не вспомню, как действовала Эминея и ничем не помогу местному миру.

Фасхал – мой врач-дракон – сказал, что лично сопроводит меня до владений ведьмы-знахарки и понаблюдает – не вызовет ли у меня ее жилище каких-то ощущений и впечатлений. Кажется, он на это очень рассчитывал, потому, что племя Фасхаля обитало как раз неподалеку. Их называли вельзеры – игольчатые драконы. Вместо чешуи на некоторых местах тела вельзеров были эдакие шипы…

Все это я почерпнула из местного интернета, который сюда принесли с альтернативной Земли, где также была магия и прочее.

В сети «гуляли» фотографии вождей племен оборотней и их помощников – бет.

Племенем Фасхала руководил легендарный Гортран – черно-белый вельзер, по виду суровый и вредный мужик. Хотя красивый, гораздо привлекательней моего врача.

Плечистый, поджарый, куда более гармонично сложенный, с мужественным лицом, которое хотелось рассматривать ближе. Пронзительный взгляд его фиалковых глаз с фото и видео завораживал. Резкие, хищные черты сочетались с чувственными, пухлыми губами… При этом жестко очерченными, без женственных линий.

А еще Гортан двигался с какой-то особенной пластикой. В своем мире, где не было ни магии, ни оборотней, я представляла, что драконы должны быть слегка неуклюжими, немного косолапыми, а вот двусущие типа лис или рысей – пластичными и гибкими, как их животные. Тот же Фасхал почти убедил меня в собственной правоте – он, действительно, двигался и жестикулировал слегка суматошно, как-то слишком уж резко и одновременно чуток неуклюже. А вот Гортан… Этот перетекал из позы в позу, как какой-нибудь барс или тигр в моем представлении. Каждый его жест, каждое движение казались отточенными, словно выстрел из лука и одновременно пластичными, словно вожак танцевал…

Я могла часами смотреть видео, как они с племенем отражали атаки магических смерчей или ремонтировали поселение, успокаивая себя тем, что хочу просто ознакомиться с этими местными ужасами. Сломанными заклятьями, что стали настоящими монстрами, напитались энергии Сварайи и представляли угрозу всему живому.

Да. Это выглядело очень и очень страшно.

Стихия, реально, похожая на смерчи вдруг обращалась в нечто еще более ужасающее.

Начинала изменяться прямо на глазах. Распахивала пасть, с какими-то иглами, с чернотой, что словно засасывала и безвозвратно втягивала все живое. А то, иногда, наоборот, налетала и сметала все на своем пути.

Временами это выглядело как природное бедствие, а временами, как настоящее чудище из фильмов ужасов с мириадами глаз, с клыками, когтями, щупальцами, присосками и еще бог знает с чем.

Порой оно напоминало уродливое, гигантское насекомое, ужасающего, не симметричного осьминога или даже что-то типа чужого…

А иногда вообще становилось невидимым.

Судя по сведениям из сети, эти штуковины имели подобное свойство. Вообще обычные сломанные, поврежденные, травмированные заклятья видели только лишь избранные. Однако же те, что сейчас все еще господствовали в некоторых местах Сварайи, были уже настолько энергетически насыщенными, развитыми и мощными, что их наблюдали даже и существа, совершенно лишенные нужной магии.

Беты Гора выглядели менее впечатляющими.

Аэлмер – бронзовый вельзер – рыжий, как и Фасхал, более поджарый и жилистый, нежели вожак или врач, казался слишком уж хищным с этим своим носом с горбинкой, тонкими губами и глубоко посаженными глазами.

Мастрикс, наоборот, выглядел слишком простым и грузным, будто медведь. Каждое движение – как гора начинает что-то изображать. Мастрикс был зеленым вельзером, и вот как раз они обладали более массивным телом в любой ипостаси.

Женщины драконицы меня удивляли. Некоторые казались прямо штангистками, другие же выглядели изящными, хрупкими…

Мы со Славой часами смотрели видео про местные расы – как со Сварайи, так и с Земли.

– Смотри! Мама! Оборотни-сфинксы! Они, реально, в звериной форме похожи. Гляди!

– Оборотни-химеры-ы-ы! Практически как на картинках! Тело огромной кошки, львиная грива. Только разве что хвост не в виде змеи! Они же вроде бы – почти единственные – четко видят поврежденную магию и живую?

– Ага. Именно так, – кивала я и улыбалась.

Нам нужно было в срочном порядке изучить местных существ, чтобы после выписки хоть понимать – с кем придется дальше взаимодействовать.

– Лельдисы! Нечто среднее между драконом и птицей! Голова птицы и драконье тело, покрытое опереньем. Пишут, они почти не показываются в зверином облике другим расам!

Слава находился в полном восторге и от вида местных сверхъестественных существ и от их описания.

– Мда… Значит, волки, медведи и прочие двусущие, что обращаются в животных, считаются низшими, потому, что практически не обладают магией.

– Ага. Высшие – это типа драконы, лельдисы, василиски, сфинксы…

– Вот, смотри. На Земле есть первородный колдун – Ковалль. Женат, кстати, на трехликой химере. Она может сразу обращаться в разных химер, и у каждой собственные возможности. Были где-то еще несколько первородных. Вроде бы как раз на Сварайе. Один исчез после битвы с Коваллем, про других ничего неизвестно. По слухам – все они давно сгинули.

– То есть… мам… кто-то из них может все-таки быть где-то здесь?

– Да не дай бог!