Вырастить тыкву, помочь планете, приручить дракона

ГЛАВА 4

Эми

В доме пахло мятой и мелиссой.

Кхм… Неожиданно.

Слава сидел за большим столом из непонятного материала – то ли дерева, то ли пластмассы. На вид он очень напоминал дерево, даже были как бы естественные круги эти, линии и все остальное. Пах как дерево. Но был легким, как пластик и поверхность казалась слишком уж гладкой, при условии отсутствия лака.

Стул, на котором устроился сын, тоже был сделан из подобного материала. Подушечки под спиной и на сидении, похоже, принимали форму тела, хотя не были гелевыми, а выглядели обычными, бархатными.

Убедившись, что с сыном все хорошо, я неспешно продолжила изучать диспозицию.

Потолки тут оказались очень высокие – не меньше шести-семи метров, если опираться на мой глазомер.

Стены и пол выглядели отделанными тем же материалом, из которого вырезан стол. Хотя снаружи дом вроде бы был каменным. Причем, его как будто выбили в цельном куске минерала, которому затем придали нужную форму.

Я оставила сына в первом помещении и двинулась дальше исследовать здание.

Толкнув внушительную дверь, обнаружила, что она легко открывается, потому что… да, сделана все из того же загадочного дерева-пластика. Как и остальная мебель, как потом выяснилось.

В соседней комнате обнаружилось нечто вроде лаборатории агронома или типа того. Возле всех стен выстроились стеллажи, на которых кучковались батареи баночек с семенами, какие-то небольшие горшочки с полузасохшими растениями, мешки с удобрениями и садовые инструменты.

Где-то стеллажи сменяли закрытые шкафчики. В некоторых обнаружились прямо шкатулки с семенами. Уже не баночки, что удивительно! Похоже, этой рассадой Эми дорожила как-то особенно.

Дальше шла гигантская ванная комната. Похоже, Эми любила помыться с комфортом и даже с шиком. В ванне можно было разместиться хоть вчетвером. Само помещение казалось просто гигантским и полупустым.

Через следующий коридор и дверь я попала уже в спальню.

Кровать, столики, стулья, тумбочки и шкафы – все это было утилитарным, удобным и довольно вместительным.

Из спальни двери вели в еще несколько комнат схожего предназначения, я так поняла – гостевые. Кухню я нашла с огромным трудом. Войти в нее удалось только из одной спальни, причем, та располагалась примерно посередине между остальными.

Первое, что бросилось в глаза – странная плита в виде эдакой платформы из дерева-пластика, с десятью конфорками. Не совсем, конечно, понятно, зачем Эми столько, ведь она жила совершенно одна. Ну может, множество гостей принимала…

Холодильник в форме цилиндра смотрелся довольно футуристично, как и стол для готовки, чья столешница вначале выглядела обычной, но затем загибалась и поднималась углом. Загибалась еще раз и образовывала как бы стенку, высотой сантиметров тридцать. В шкафчиках и стеллажах толпилась причудливая кухонная утварь.

Тут были и странные, круглые кастрюли без плоского днища, и сковородки с разного уровня стенками – то выше, то ниже. Впрочем, и самые обычные тарелки-ложки-кастрюли тоже нашлись.

Не успела подумать, как тут стираться, как заметила еще один агрегат, который располагался сразу за кухней. Судя по тому, что там как раз лежала одежда, правда, сухая, но пахла она свежестью – апельсинами, мятой – это и было нечто вроде стиральной машины.

Я уже знала, что техномагия умела практически все то же, что и высокие технологии моего мира, только при помощи особой энергии и существ, что способны ей управлять.

Я задумалась, куда девать чужую одежду и что с ней вообще теперь делать, учитывая, что хозяйка больше сюда не вернется, а точнее – вернулась, но это уже не она, когда на плечо легла горячая пятерня.

Я вздрогнула, отшатнулась и, выбросив руки вперед, откинула Гортана к дальней стене.

– А, я смотрю вы с мужчинами-то не церемонитесь, – язвительно заметил он, оправляясь. – Ваш муж, вероятно, носил доспехи? Или весь дом был оббит мягкими гелевыми подушками?

– Вы мне не муж! – возмутилась я вполне искренне, – И, если хотите церемоний, нормального общения, то и сами, пожалуйста, не панибратствуйте всякий раз. Не надо класть на меня руки, и прочие части вашего тела!

Гортан так рыкнул, что я аж вздрогнула, сжал кулаки и начал надвигаться так, словно вот-вот проглотит: целиком, не жуя. При этом взгляд у него был такой дурной, мутный, что мне стало страшно. Сиреневые зрачки потемнели и начали странно пульсировать, губы словно бы налились краской.

Сейчас дракон почему-то казался еще больше, еще массивней и еще более диким, нежели на самых, что ни на есть, боевых видео в сети. Например, на том, где дрался за право стать вожаком полуголым, одетым до пояса лишь в бицепсы и кубики пресса…

Я хотела снова выбросить вперед руки, хотя понятия не имела – как работала эта магия, лишь видела, что эффект был, однако между нами резко возник Фасхал.

– Простите, что мешаю, а вернее вмешиваюсь, – произнес он в сторону Гортана, – Но, вроде, ты только что мне обещал…

И он многозначительно посмотрел на вожака.

Тот еще раз рыкнул, однако попятился.

– Эми, я предлагаю спокойно все обсудить. Без помощи племени Гортана и Шаруха вам с участком все равно не справиться. Вы же не будете сами копать, убирать сорняки и все остальное? Тут, между прочим, еще и земля, как бы это сказать… с норовом…

– Что значит «с норовом»? – опешила я.

– Сами увидите немного позже. Вам обязательно понадобится помощь племен драконов, как и Эми. Я уже не говорю о том, чтобы вырастить нужную культуру, если вдруг вы ее все-таки опознаете. Поэтому давайте работать вместе.

– С ним? – возмутилась я. – Да он же дикарь! Как будто впервые женщину увидал! По-моему, моряки дальнего плавания после возвращения так себя не ведут!

– Ты поосторожней-ка с выражениями! – гаркнул Гортан, и Фасхал показал ему рукой – мол, ниже тон. – Ладно, – произнес тот, все еще хмурясь и глядя на меня исподлобья. – Давайте поговорим. Надо выработать план и вообще разобраться – что тут происходит.

– Вряд ли я сейчас смогу это выяснить, – Пожала я плечами. – Я прошлась по дому, посмотрела на обстановку и пока ни воспоминаний, ни ассоциаций… Вообще по нулям.

– Ничего. Лиха беда начала, – улыбнулся Фасхал. – Вы же еще по саду не прогулялись. Мы пойдем с вами и будем стараться наблюдать за происходящем. Верно же, Гор?

– Да! – рыкнул вожак.

– Вы на меня еще пламенем пыхните! – возмутилась я.

– По-моему, пока только вы пытаетесь причинить мне телесные повреждения! – отплатил той же монетой Гортан. – Я же лишь защищаюсь. Даже странно, что ваш сын столько времени с вами рядом выживал…

– Не трогайте моего сына! – поднялась я.

– Стоп! – снова возник между нами Фасхал. – Нам надо работать вместе. Вы помните?

– Помню, – пробурчал Гортан.

– Да! – фыркнула я.

– Вот и пойдемте. Еще раз обойдем дом и сад. Это сейчас самое главное. Заодно, если возникнут вопросы – как работают техномагические устройства, как тут чего делать, я помогу. Хорошо?

Я кивнула и под внимательным взглядом Гортана, который, казалось, прожжет насквозь, направилась в ближайшую дверь…

Фасхал разделил нас собой, будто боялся, что стоит нам соприкоснуться – и произойдет мощная детонация.

В принципе, это не исключалось.

Гортан повел себя, как какой-то маньяк, набросился на меня с эрекцией, причем, такой мощной и очевидной, как будто женщин не видел сто лет.

Я знала, что у драконов и некоторых оборотней временами случается гон, когда они почти не контролируют гормоны. Но не представляла, что это случится со мной и была уверена, что Гортан способен обуздать древние инстинкты.

В конце концов, в его племени полным-полно привлекательных женщин…

Видимо, когда гормоны из ушей валят, уже все равно – что пингвин, а что попаданка…

И это еще сильнее меня злило.

Как мужчина вожак мне вполне импонировал. Он был красивым, мужественным, статным и, как бы это сказать – надежным.

Рядом с ним чувствовалась эта незыблемая сила, стена, за которой можно спрятаться женщине.

И кто бы мог подумать, что у него такой гон…

Едва видит женщину после обращения и чуть ли не насилует на месте…

В сети писали, что переход из звериной ипостаси в человеческую стимулирует приток гормонов еще дополнительно.

Но я-то в этом не виновата!

***

…В течение нескольких часов я бродила и касалась всего подряд: стен, мебели, окон, пола и после – растений в саду Эми… Иногда Гортан вдруг подскакивал и ловил мою руку, поясняя:

– Оно ядовитое!

Я даже слегка опешила от подобной заботы. Казалось, у этого дракона только одно на уме. Но, тем не менее…

Я старалась.

Правда.

Выбивалась из сил.

Взывала к памяти Эми, пытаясь через касание уловить какие-то флюиды, может забытые ощущения, впечатления… Прикрывала глаза, освобождала голову и силилась воскресить ассоциации, чувства… Может, порывы… желания, наконец?

Что-то хотелось вырастить, о каком-то растении заботиться сильней, нежели об остальных.

За какую-то культуру особенно волновалась…

Семечки я брала в руки и пересыпала их из ладони в ладонь…

Мы с драконами проделали несколько кругов по участку Эми, и дому…

Сын занялся какой-то игрой в местном аналоге компьютера, разумеется, работающем на техномагии. Фасхал его включил и показал – куда жать и что нужно делать.

Время текло, а ничего не менялась.

Мои, собственные воспоминания шли одно за другим.

Как я впервые увидела дом на Родине…

Как мы со Славой собирали малину. Брали пластиковые ведерки от соленостей, вешали на шею с помощью лент и энергично забуривались в самые заросли…

Как мы подстригали недавно мелиссу, потому что уже близко похолодание.

Мда… Чай мне с ней попить уже не удастся.

Вспомнилось, как сын пытался разделить пополам маленькую земляничку… чтобы меня угостить…

Как мы наблюдали за пауком, что поселился внутри трубы, которая горизонтально стабилизировала забор…

Стоило сунуть тому веточку, как гигантское насекомое принималось ее атаковать…

Как мы слизывали смолу с почек сосны на своем участке.

Она была терпкой, приятной и еще долго во рту оставался этот невероятный вкус…

Я много чего вспоминала: вздыхала, почти плакала иногда, но ничего из жизни и огородничества Эми. Ничего про ее колдовство, магию и все остальное.

Я была собой. Никакой Эми в этом мире уже не осталось…

Ничего от нее… Кроме горстки семян, которые Фасхал считал крайне важными, потому что они лежали в специальной шкатулке, вроде той, где женщины хранят украшения и на полочке, куда ведьма-знахарка обычно клала ценные вещи.

Однако семена не разговаривают и объяснения от них не получишь.

Я понимала, что от меня ждут спасения, помощи целой планете… Но… к несчастью… не могла им этого дать.

Настроение падало все ниже и ниже.

Я посматривала на драконов и под конец прогулки тихо сказала:

– Простите. Я не помню ничего… из того, что знала и делала Эми.

Как ни удивительно, Гортан не взорвался возмущением или же гневом, как я от него ожидала, помятуя его предыдущие слова и действия.

Он даже чуть улыбнулся. Ну как улыбнулся – это сильно сказано – скорее чуть дернул уголком губ…

– Ничего. Тебе тут еще осваиваться. Что-то нужно для жизни? Из еды, из одежды?

Предложение выглядело настолько неожиданным, что я посмотрела на дракона с искренним удивлением. Тот аж скривился от моего взгляда и буркнул:

– Я же должен попытаться защитить свое племя. Так или иначе мне нужна твоя магия. Даже, если Эми не вспомнишь…

Фасхал странно на него покосился, и произнес:

– Скажи, если что будет нужно.

– Сложно сказать. Я должна начать тут жить, – вздохнула я. – Пока хотя бы ужин сварганить.

– В таком случае, я останусь и помогу! – произнес Фасхал, странно поглядывая на Гортана.

Тот отмахнулся:

– Валяй. Пойду. А то наши, наверняка, уже заждались. Да и беты с Шарухом жаждут понять, что здесь происходит.

Он еще постоял, будто ожидал, что мы пригласим на ужин или просто остаться, крутанулся на пятках и неспешно вышел из дома.

Мы же с Фасхалом отправились к Славе и уже спустя полчаса вовсю шуровали на кухне Эми.

Шкафчики, оказывается, работали по принципу какого-то «маринования» в искусственной ауре. Все продукты сохранялись, как были. Печенье – свежим, фрукты – не портились.

Холодильник работал похоже. Так что продукты Эми вполне были пригодны для готовки.

Плита… Это вообще отдельная тема.

Как выяснилось, дерево-пластик так и назывался. Причем, оказалось, что это – настоящее растение и обитало оно только лишь на Сварайе. На Земле почему-то не прижилось, как ни пыжились тамошние агрономы. Не нравилось ему там – и все тут.

Готовка.

Ставишь на платформу, ну например, сковородку, и включается виртуальное табло рядом. Там находишь нужный режим – причем не только температурный. Можно окружать продукт «горячим коконом»: равномерно или же нет… Вокруг сковородки образуется эдакий ореол из энергии – и внутри него готовится блюдо.

Я сделала оладьи из капусты, кабачков и куриного фарша. Пожарила блинчики и лепешки.

Диковинный изогнутый стол для кулинарии попробовать пока что не удалось. Но я чувствовала, что все впереди. Фасхал и Слава помогали во всем.

Месили «тесто» для оладьев и блинчиков, резали, подавали, что требовалось.

Наконец, мы сели втроем ужинать.

– Вообще тут неплохо, – сказал Слава, уплетая мою стряпню за обе щеки.

Фасхал попробовал, улыбнулся:

– Очень вкусно. Вы прекрасно готовите, Эми…

– Спасибо, – я усмехнулась. – Обычно в таком случае, в нашем мире говорили: перспективная невеста получится.

Фасхал очень странно на меня посмотрел и вдруг произнес:

– Эми. Вы зря так отнеслись к нашему вожаку. Гортан отличный лидер. Он сильный, он помогает нам продержаться. Если бы не он и не его правление, не его договор с соседними племенами, магические катастрофы давно вырвались бы и начали уничтожать природу Сварайи. По кругу, второй уже раз. Гортан великий вожак, и это вам любой подтвердит.

– Я понимаю. Я много читала про него статей в сети в больнице. И там его очень хорошо характеризуют. Даже восторженно, я бы сказала… Он явно пользуется большим уважением среди вождей разных племен оборотней. И, тем не менее, пусть прозвучит немного по-детски, несколько инфантильно, но… это ведь он первый начал, – я покосилась на сына, чтобы не ляпнуть при нем лишнего.

Фасхал заметил, кивнул:

– Вы просто не совсем его поняли.

– Там можно было еще не понять что-то? – вскрикнула я, намекая на торчащий колом эрегированный член, с которым Гортан направлялся ко мне.

– Можно было, поверьте, – вздохнул врач с видом «тяжело же мне с вами приходится».

– Ну, знаете… – я опять посмотрела на сына. – Я понимаю, что некоторые вещи сложно контролировать. Но все же…

– Давайте мы потом это обсудим. Прошу вас, дайте Гортану второй шанс. Вот увидите, он вовсе неплох. Я вам говорю это, как тот, кто знает его уже больше трех веков.

– Я сделаю вид, что мы с ним едва познакомились. Но если в следующий раз он будет вести себя по-другому. Более уважительно и кхм… сдержанно.

– Очень надеюсь на это, – кивнул Фасхал.

Мы еще обсудили новый мир и новую жизнь, закончили ужин, и медик оставил нас с сыном устраиваться.

Я пока что не стала просить его принести новую одежду для себя – вначале принялась инспектировать то, что висело в шкафах. Сказала только, что неплохо бы для Славы раздобыть вещи в размер.

В шкафах ведьмы-знахарки царствовали энергопотоки, которые не позволяли вещам мяться, и покрываться пылью.

В основном, у нее были свободные брюки и нечто вроде футболок – с рукавами и без.

В принципе, то, что надо. Для садовода – вообще самое оно.

Я ведь планировала заняться именно этим.

Итак, первый день в новом жилище мы пережили.

Помылись и отправились по кроватям. Тем более, что еще во время нашего ужина с Фасхалом вокруг участка сгущались синие сумерки, и начали выплывать из темноты целые «стайки» летающих фонарей.

Они буквально реяли в воздухе и чем темнее становилось вокруг – тем больше их скапливалось.

В доме зажигались какие-то кристаллы на стенах, видимо, также реагируя на освещение снаружи. Потому что я не нашла ни выключателей, ничего…

Стоило лишь зашторить окна – и кристаллы сразу же гасли.

Перед тем, как заснуть, я продумывала план действий.

Нужно проверить – что там за семена берегла в шкатулках Эми. Плюс у нее была какая-то тетрадь с заметками. Здесь все давно записывали мысли в электронных устройствах – на компьютере, в аналогах смартфонов. Их называли бааты и бартры соответственно. Но Эми, видимо, не особо таким доверяла или была приверженцем классики на бумаге. Поэтому ее записи от руки никакие электронные гаджеты не дублировали. Так сказал мне Фасхал. И добавил, что некоторые заметки проявлялись исключительно от касания магии и энергетики хозяйки. Вот почему, большую их часть до сих пор расшифровать так и не получилось.

Он, кажется, хорошо знал ведьму-знахарку. По его словам, Эми много раз помогала в клинике. Делала какие-то особенные отвары, которые отличались от уже существующих лекарств тем, что содержали куски ауры. Те смешивались с энергетикой пациента и помогали ему выздоравливать.

В общем, дел предстояло навалом.

Так что я прикрыла глаза и постаралась поскорее заснуть, чтобы встать пораньше и начать действовать.

ГЛАВА 5

Гортан

Шарух и его беты ждали меня возле поселка, вместе с парой моих воинов.

Я вкратце посвятил их в ситуацию, зная, что ни один из драконов не расскажет другим, что Эми – моя истинная пара. Разумеется, они все видели и поняли. Но подобные вещи у нас было не принято обсуждать.

Бетам пришлось все рассказывать заново.

Безымянный, как назло, куда-то запропастился, а мне так хотелось бы с ним посоветоваться!

В общем, я до самого вечера бегал между разными драконами, посвящая их в сногсшибательные новости.

Затем, наконец-то, остался один и неспешно вернулся в свой особняк.

Я жил на самом краю поселения, намеренно заняв место, более опасное, чем центровые. Дабы все видели, что вожак не боится осколочной магии, всех этих смерчей и прочих штуковин.

Разумеется, мой дом, как и многие остальные, был окружен энергетическим щитом.

Но, видя, что я не страшусь находиться в таком месте, и другие воспрянули духом.

Свет включился, едва я переступил порог.

В доме пахло свежими пирогами и шашлыком – служанки загодя принесли ужин. И, зная, что я терпеть не могу это барство, типа прислуживания за столом, ретировались тоже заранее.

Желудок заурчал в преддверии трапезы.

Я мотался туда-сюда до позднего вечера и есть хотелось, действительно, зверски.

Я принялся энергично жевать, почему-то почти не чувствуя вкуса. Словно для организма теперь еда была лишь средством для поддержания энергии – и не более.

Нежный пирог с акутом – сладко-кислым клубнем Сварайи, считавшимся деликатесом – казался пресным и совершенно безвкусным. Сочный шашлык, что позволял и зубами порвать мякоть, и растекался на языке множеством оттенков мяса и пряностей, больше не приносил прежнего удовольствия.

Я понимал – все дело в гоне.

И стоило мне нормально поужинать, как тот немедленно дал о себе знать.

Отправившись в ванну, я вдруг понял, что не могу отделаться от воспоминаний о ведьме. Груди, бедрах, сверкающих негодованием и возмущением глазах этой чертовки. Эта женщина была просто шикарной, и мне нравилось даже то, как она злилась и честила меня… Это возбуждало не меньше, нежели ее прелести.

Опустившись в теплую воду, я прикрыл глаза, чтобы расслабиться.

Ага!

Сейчас!

Размечтался!

Моментально в голове возник облик Эми, и фантазия услужливо дорисовала все, что мне не было видно из-за одежды.

Мда… Один ствол эта ведьма, по крайней мере, вырастила без труда…

Усмешка искривила внезапно ставшие горячими губы.

Я с досады саданул рукой о поверхность воды, и та изошлась крупными брызгами.

Я будто весь горел – каждая клетка. Вода не остужала ни капли, хотя я сразу добавил холодной.

Организм вельзеров имел определенные особенности, из-за которых самоудовлетворение выглядело бессмысленным.

Мне жутко хотелось довести себя до оргазма, чтобы хоть немного сбросить градус желания.

Однако выброс семени после наступления гона запускал следующий этап – когда гормонов становилось еще больше. Вельзеры всегда обитали в самых опасных регионах планеты и им требовалось, при встрече с парой, быстро зачать здоровое потомство. Поэтому стоило кончить лишь раз, и возбуждение стало бы почти постоянным, непроходящим в присутствии пары. Чтобы в любую минуту, когда вокруг достаточно безопасно, слиться с ней в страстном порыве. Длилось это месяцев шесть, либо же до наступления беременности. После чего кожа женщины начинала выделять вещества, что позволяли мужчине терпеть и перестать сходить с ума от желания и возбуждения.

Затем гон постепенно сходил на нет до следующего сезона…

Я совсем не хотел дойти до новой естественной стадии гона.

Потому что шансов на то, что ведьма меня приголубит, было еще меньше, чем на то, что она разгадает план Эми по спасению планеты от магических чудищ.

Я постарался успокоиться и подумать о чем-то другом, кроме пышной груди Эми… и сразу же вспомнил ее бедра и попку. Член запульсировал, и в паху стало еще горячее. Болезненные ощущения усилились.

Я направил душ с холодной водой прямо на свой стояк, и стало немного полегче.

Откинул голову на гелиевую подушку на краю ванны и медитировал.

Ощущения были… хуже и не придумаешь.

Словно меня вывернули наизнанку, и уже непонятно, что делать.

Желание нестерпимым зудом будоражило и заставляло быстро сглатывать, часто дышать.

И эрекция не спадала.

Ладно.

На кой черт мне так расслабляться?

Я поднялся и начал энергично мыться, натирая кожу до боли. Драконью кожу не так легко повредить, даже в человеческом облике. Но я-то уже знал, как следует действовать.

Наконец, когда легкие ссадины покрыли ноги, торс и живот, начав сразу же заживать, стало полегче. Стояк немного опал, и я принялся вытираться жестким полотенцем, закрепляя эффект.

Та еще предстоит ночка.

Там-то я себя не контролирую.

Представляю, какие сны будут меня мучить и взбадривать!

Однако выспаться все равно нужно.

Я надел свежие свободные брюки, рубашку и вышел прямо навстречу Фасхалу.

Тот окинул внимательным взглядом и только сказал:

– Я принес тебе препараты. Может рассказать ей про гон и истинность? А то первое знает, второе нет, и впечатление о тебе очень превратное. Ты – альфа, Гор, и поэтому гон у тебя очень мощный. Тут уже ничего не поделаешь – природа. Ты лучший лидер из всех, что я видел, и боец отменный, а это… это… оборотная сторона медали. Чем более мощный предводитель вельзер, чем лучше он сражается, тем важнее, чтобы он поскорее оставил потомство… Если все это грамотно объяснить попаданке…

– Нет! – рыкнул я нервно. – Только этого мне еще не хватало! Она вспоминает своего мужика. И тут я… со своими чувствами и желаниями… Во-первых, я не терплю жалость. Во-вторых, не хочу, чтобы она считала, что может мной управлять.

– А она может?

– Наверное… если хорошо поднажмет… я вполне способен перестать себя контролировать… Поэтому, прошу тебя, давай оставим все как есть. Я постараюсь как можно меньше с ней пересекаться.

– Сам знаешь, что не получится.

– Знаю. Но и ты меня знаешь. У меня железная воля.

Фасхал развел руками и отмахнулся.

– Делай, как хочешь. Я бы честно все ей сказал.