ЧП, или Чертова попаданка

Глава 1

Всем известно – коммуникатор всегда звонит не вовремя. Когда ты сидишь целыми днями, изнываешь без работы, ждешь хотя бы один, пусть даже пустяковый заказ – этот упрямый прибор молчит как зачарованный. Но стоит тебе проспать дольше положенного, пойти расслабиться на ночную дискотеку, в бар с подругами, да элементарно поплескаться в ванне – ты немедленно оказываешься кому-то нужна. Причем, позарез. Настолько позарез, что коммуникатор вот как сейчас трезвонит своим писклявым голоском, не переставая, и один вызов следует за другим без перерыва.

Я выключила видео для йоги, с неохотой приняла позу работающей женщины вместо позы змеи и включила громкую связь.

– Эля? Ну, где же ты? У меня к тебе срочная просьба, – я недавно познакомилась с этой землянкой – Катей, что тратила на станции «Астрея» сбережения родителей. «Предки» владели крупным бизнесом по добыче некоторых особо ценных и прочных металлов, что использовались везде: от медицины до постройки космических кораблей. Сама Катя проработала целых три часа своей недолгой жизни. Заместителем директора отцовского предприятия. Необходимость культурно общаться с «нужными людьми» и инопланетниками, решать сложные задачи, а – главное – постоянно думать о деле – утомили легкомысленную землянку до невозможности. И она отправилась поправлять здоровье на космическую станцию, где собралось немало вот такой же скучающей золотой молодежи. На своем уровне, конечно же. Как говорили в мои времена – в каютах ВИП класса.

У нынешних землян, не говоря уже про инопланетников, я всегда вызывала живой интерес. Что-то неуловимо отличало меня, уроженку 21 века, девушку из прошлого, от современных людей. Вроде бы те же руки, ноги, нос, глаза, рот… Но… меня замечали.

Ярко-рыжая, с белой кожей, без веснушек, фигуристая, но спортивная я легко завоевывала мужчин, что очень хорошо сказывалось на бизнесе. Женщины проявляли интерес. Вот и Катя не удержалась – однажды подошла в баре и познакомилась. И неожиданно для нас обеих мы стали приятельницами. Я даже поведала свою историю. Как однажды отправилась на курорт. Уже воображала, как самолет приземлится среди пальм, море погладит пенными ладошками, солнце позолотит кожу медным загаром, всякие там восточные мужчины привычно заведут песню о моей красоте… А потом бац-блюмц-тарарах! Черная дыра, несколько минут неизвестности, когда вся жизнь пробежала перед глазами черно-белыми кадрами – и я на станции. Какие-то несколько месяцев адаптации, в основном, психологической, чтобы воспринимать чудовищ-инопланетников без характерного писка-визга и требования снять этот ужасный киношный грим – и я почти местная. И это почти длилось уже лет десять…

– Эля? Ну чего ты молчишь? – загнусавила Катя голосом обиженной девочки, безжалостно вырывая меня из воспоминаний.

– Что случилось? – с сомнением уточнила я. В последний раз «ты срочно нужна» вылилось в просьбу проследить за одним манаукцем охранником. «Шикарным брюнетом с торсом, что надо». Выяснить – нет ли у него любовницы или дамы сердца. Я, конечно, не гнушалась и такой работой. Но срочно решать сердечные дилеммы Кати поздно вечером не очень-то хотелось. Часы пробили десять. Я как раз планировала закончить йогу, помыться и отправиться спать.

– Убийство одной моей близкой подруги! – выпалила Катя, которая, похоже, собиралась ошарашить меня при встрече. – Ее родственники заплатят сколько надо. И даже больше. Главное найти гада и… ну ты поняла.

Да, я поняла. Элиту обижать нельзя. Можно убить десяток землян среднего класса, но за одну золотую девочку тебя посадят на кол, трижды, причем минуя всяческие законы и порядки. Ну а что? Вокруг космос! Кто может помешать или свидетельствовать?

Впрочем, человека убили. И это мне совсем не понравилось. Убивать нельзя, тем более, моих соплеменников. Да-да, вот такая я древняя расистка. Инопланетники еще ладно. Но от людей руки прочь!

В дверь постучали так, что казалось – пришедший собирается ее выставить, но сделать вид, что просто «не рассчитал силу». По этому характерному стуку, которому нельзя не открыть, если еще хочешь жить с целой дверью, я догадалась – кто пожаловал. Так… Становится все интересней.

Я отключила звонок специально, чтобы всякие там не ломились поздно вечером и рано утром. Но они, эти всякие, не в курсе, и все равно ломятся. Полагают, наверное, что звонок сломался. Главное, чтобы чинить не надумали.

Дафний, манауканец, чертов альбинос, глава безопасности манаукских уровней. Перед встречей с этим неприятным типом никакая йога не поможет сохранить душевное равновесие. Валерьянка – и та бессильна. Я с тоской посмотрела на ванную комнату, подумала о душе, но отправилась открывать дверь. Пока она еще держится.

Манауканец влетел в жилблок в своих обычных футболке и джинсах, новых, будто только что снятых с одного из манекенов местного торгового центра. Огромный мужчина, просто медведь и такой же воспитанный.

– Эльвира! Нам нужна ваша помощь! И родственники погибшей требуют.

Я прищурилась, инстинктивно оправляя футболку. Думала, этому верзиле не требуется помощь. Мы не раз сталкивались лбами на расследованиях происшествий и мне всегда давали понять, что место женщины-частного детектива где-нибудь на кухне, в крайнем случае, в спальне. Знатоки современных отношений рас расценивали это как заботу о женщине. Мол, на планете альбиносов матриархат и они слабый пол оберегают, что есть мочи. Лично мне это все больше напоминало домострой. Или я просто слишком «хорошо» относилась к Дафнию.

– Неужели я вам понадобилась? А как же это «Женщине не следовало бы появляться в таких местах. Особенно на месте преступления»?

Манауканец поморщился, высокий лоб пошел длинными морщинками. Вообще-то он выглядел неплохо, для альбиноса, которые пугали меня до чертиков. Красные глаза, ну куда это годится? Зачем унжирцы вообще таких создали? Не подумали о том, что, в отличие от них, у некоторых рас нервы не железные и здоровье не лошадиное. В мои времена от одного взгляда на такого брутала, у человека мог случиться сердечный приступ. Белые волосы главы службы безопасности были зачесаны назад, отчего острые скулы и тяжелый подбородок казались еще фактурней.

Помнится, однажды я сказала ему: «Вам бы линзы, и даже ночью, с фонариком, можно встретиться на месте преступления».

– Я же сказал. Нам нужны ваши детективные способности. И родственники требуют, – пробасил Дафний. Я сочла себя достаточно отомщенный – выглядел мужчина так, словно только что получил удар в пах, а потом – для верности – в глаз.

– В общем, так. Екатерина Стужева уже почти меня наняла. Поэтому подождите, пожалуйста, за дверью, пока я приму душ и можем отправиться на место.

Дафний прорычал о том, что даже земляне знают пословицу «семеро одного не ждут», но все же ретировался.

– Я рада, что вы нашли общий язык! – как ни в чем ни бывало продолжила прерванный диалог Катя. – Кстати! Это мы потребовали твоего участия, вернее я. А родственники Лили согласились. И еще. Там вроде все ясно и ничего не ясно. В общем, все как ты любишь. Убийца вроде бы есть, но на теле Лили следы другого мужчины. Тело нашли возле жилблока одного полукровки, наполовину манаукца, наполовину землянина. Такой знаешь, перец забавный. Но он утверждает, что девушка ушла живой. Доказать не может. Они повздорили, и это записалось на коммуникатор Лили. Случайно. Хотя черт ее знает – зачем она вообще записывала кусок ссоры. Главное не всю! Только кусок! – судя по возмущенному голосу Кати, именно это обстоятельство доставило ей максимум переживаний, а вовсе не безвременная гибель дорогой подруги. – Может случайно, а может нарочно. В общем, есть над чем пораскинуть мозгами.

– Стоп! – прервала я рассуждения Кати, прихватывая с вешалки синий махровый халат. – Так у них есть подозреваемый? А зачем я понадобилась?

– Он вроде бы и есть и нет. Не понятно – виноват или нет. Но самое главное… понимаешь… он скрылся. Поговорил с безопасниками – и хрясть, пропал. Сбежал, не иначе. Надо бы его найти.

– То есть нужно найти виноватого не виноватого и заодно попытаться раскрыть убийство? – уточнила я у Кати.

– Ага, – беззаботно прощебетала подружка, словно предлагала мне досчитать до пяти. И сразу опомнилась. – Мы заплатим. Много. Даже очень много. И я в том числе! Ну Эля-я… – так девочка канючит у мамы конфеты.

– Доплатишь за работу с этим лаптем! – ткнула я пальцем в коммуникатор, как будто прибор, замаскированный под янтарный браслет мог видеть жест или передать его Кате с отключенным визором.

– Да-да! За лаптя особенно! – охотно согласилась Катя. – Придешь?

– Скинь координаты. Скоро буду. Попроси криминалистов ничего не трогать и не убирать. Тело тоже. Родственники имеют право оставить его на три часа на месте. Сфоткай все, что возможно вокруг. Стены, пол, все, что придет в голову. Я разберусь.

– Ждем! – восторженно воскликнула Катя, словно только что не нашла тело своей убитой подруги. – А кто такой Лапоть?

Я помотала головой, изобразила жест «рукалицо». И только потом поняла, что опять не включила визор. Включила и повторила все заново.

– Что-то из прошлого? – догадалась Катя. – Как этот, как его, дундук?

– И он тоже. А еще шкаф, козел, баран…

– Забавно у вас там было, – а вот таким тоном подруга обычно рассуждала о крутых вечеринках.

– Я в душ, – предупредила я, понимая, что она может еще часа три болтать, ожидая меня «срочно» на месте.

Катя кивнула из трехмерной голограммы и выключила связь. Несколько тонких писков оповестили о том, что координаты переданы успешно. В принципе, меня обещал проводить Дафний. Но мало ли…

Горячая вода совершенно не бодрила, а холодную я ненавидела всю сознательную жизнь. Вот такая я загадочная мерзлячка.

Помню, Дафний поиздевался однажды: «Мол, вам не холодно в таких плотных брюках и свитере?»

А я ему: «Да нет, там же термобелье еще».

Мужчина минут пять отходил – не понимал, это я шучу или серьезно. Я, кстати, шутить и не думала.

Махровое полотенце, собранные в пучок волосы, приглаженные брови по принципу «все равно там темно», легинсы и зеленая туника. Да-да! Шила на заказ. Вот люблю я эту форму одежды. Да и мужчины частенько пялились на мои округлые ягодицы, что очень помогало расследованиям. Если же требовалось, чтобы представители сильного пола начали лучше соображать, я поддергивала тунику и поворачивалась лицом. Некоторым помогало.

Дафний подпирал стену плечом возле моей двери. Мышцы есть мозгов не надо. Так говорила моя мама про мужчин подобного телосложения. Дафний обладал вполне живым умом, неплохой смекалкой, но мне нравилось его поддевать, пусть даже мысленно. Не нравились мне эти красноглазые. Хоть убей! А этот еще постоянно под ногами путался. Начальник СБ, куда ж деваться. И норовил дать непрошенный совет.

Здесь опасно, тут рискованно, там можно встретить нехороших инопланетников. Вот честное слово, дала бы скалкой. Найти бы только ее в новой реальности, где места поваров и кулинаров прочно заняли автоматы.

Дафний с минуту смотрел и щурился, будто читал в моих мыслях. Покачал головой, почти по-человечески вздохнул и направился вдоль по коридору. Я последовала за ним.

Серебристые коридоры жилблока сменились развлекательной частью уровня. Торговые центры, бары, кафе принялись зазывать нас пестрыми вывесками, то и дело меняя языки. Запахи струились мимо, обдавая то сладостью, то горечью, то алкоголем, а то не пойми чем. Так я называла все, чем пахли неведомые напитки и еда, если для описания не хватало слов. По крайней мере, приличных.

Дафний шел впереди размашистым шагом, завел в лифт, и мы совершенно молча проехали три этажа. Ага, значит на элитный уровень.

Манауканец сверлил внимательным взглядом, а я все думала – не предложить ли ему черные очки, чтобы эти два рубина не сверкали на светлой коже. Не меньше удивляли губы – будто накрашенные помадой.

– У меня в прическе застряли листья? Ветки? Куски еды? Неведомая субстанция? – решила я разбавить тишину очередной саркастичной репликой.

Привычный Дафний пожал плечами – выработал иммунитет после нескольких предыдущих встреч. Ничего-ничего! Мы еще повоюем.

– А тогда чего изучаешь? Дыру же просверлишь! Придется к врачам обращаться!

Манауканец удивленно сглотнул и вдруг спросил:

– А вы бываете милой?

– Конечно! Когда сплю зубами к стенке! – охотно ответила я. Он ухмыльнулся.

– С вами не соскучишься. Даже не знаю, как я раньше работал, – он то ли язвил, то ли пытался разрядить обстановку. Выяснить не удалось, да как-то и не очень хотелось. Мы вышли на нужном этаже и отправились в жилблок. Ага. Девушка вначале покутила, а уже потом отбросила коньки. Разумно. Будет что вспомнить на том свете.

– Катя… эм… Екатерина Стужева сказала, что вы якобы нашли подозреваемого, но он скрылся из лап правосудия. Это как же он улизнул от нашей доблестной охраны? Ваши соплеменники даже слона схватят, скрутят и заставят стоять по стойке смирно? Может даже играть на гитаре? Он, что, Супермен? Тогда рекомендую срочно найти криптонит.

Дафний издал странный звук – так реагирует тигр, которому наехал на хвост экскаватор. Вроде и зло берет, и возражать бессмысленно. Молодец! Так держать. Еще немного и с ним даже можно будет общаться… минут десять… не прибегая к успокоительным.

– Так что? По поводу подозреваемого? – не отставала я, пока мы петляли по золотистым коридорам.

– Руслан Геллес. Сто двадцать лет. Полукровка. Воспитывался землянами.

– Стоп! – прервала я монотонную речь манаукца. – Это как? Разве его не должны были воспитывать ваши сородичи? Как это… совершенное существо, от слово совершать глупости, а не совершенство?

Дафний пропустил мою шутку мимо ушей, только недовольно фыркнул и пояснил:

– Родители погибли в какой-то космической катастрофе. Давней очень и непонятной. Вроде столкнулись корабли или корабли с астероидом или что-то такое. Нашли только обломки. Ребенка, по всей видимости, выбросило в спасательной капсуле.

– И земляне подобрали его на свой корабль-летучий дом. Я догадалась. И что? Они по глазам мальца не поняли, что надо спасаться? Вернуть находку, и еще приплатить, чтобы забрали?

Дафний фыркнул снова – уже отчетливей. Вздохнул и пояснил:

– Не поняли. У них как раз семья альбиносов. Воспитали как сына.

– А по физике тоже не поняли? – не отставала я. – Ребенок как Илья Муромец. Тронул одного за руку – рука долой, другого за ногу – нога долой, а родители все думают, что это побочный эффект взрыва?

– Нет, – терпеливо ответил Дафний. – У них поселение космическое особое. Воспитывают физически сильных мужчин, генетически выводят. Корабль назвали «Спарта». Так что парень не слишком выделялся.

– Но потом выделился? – я притормозила, потому что в коридоре появилась Катя – размахивала руками и одновременно все фотографировала. Казалось, у нее не две руки, а, как минимум, пять. Впрочем, на дискотеках подруга выделывала и не такие фортели.

– Лапоть? – беспечно ткнула она в Дафния.

Тот обернулся ко мне, вопросительно прищурился.

– Сапог! – ответила я так, словно ничего не поняла.

Катя повела плечами и запрыгала навстречу. Даже сейчас она была одета как на вечеринку. Короткое платье – алое, с черным поясом из нежной, струящейся ткани подчеркивало ее стройную фигурку, открывая точеные ножки. Белые локоны лежали один к одному, как у фарфоровой куклы. Голубые глаза, щедро подведенные и подкрашенные синими тенями, казались огромными, широко распахнутыми, удивленными.

Катя неслась на алых туфлях с двадцатисантиметровыми шпильками как марафонец в кроссовках. Только каблучки цокали.

Тишину жилотсека ничего не нарушало – звукоизоляция тут отличная, ничего не попишешь. Хорошо для сна, но плохо для расследований. В многоэтажках-муравейниках моего времени слышалось, как моют посуду на пять этажей выше. А уж если включали музыку или ругались… или еще что-нибудь… Туши свет, зажигай факелы.

– Эля-я! – завопила Катя мне в ухо так, словно мы находились на разных концах станции. Ничего-ничего. Я привыкла. Пару минут контузии – и можно уже слышать громкие звуки. Дафний усмехнулся, оценивая мое выражение лица – я скривилась, словно лимон проглотила.

Катя обняла меня и немного потискала. Я утонула в облаке ее парфюма. В меру сладком, слегка персиковом запахе витали едва уловимые нотки кардамона.

– Идем! – безапелляционно потребовала Катя, выпустила из цепких объятий и потащила вперед. Мы бодренько промаршировали мимо ошарашенного Дафния, и углубились в жилотсек.

Нужный коридор долго искать не пришлось. Оттуда слышался шум и негромкие разговоры.

Трое землян-экспертов исследовали место преступления, две землянки, одетые также непрактично и дорого, как Катя, явно ждали меня, еще несколько манаукцев охраняли место преступления, перебрасываясь взглядами.

По моему знаку, эксперты разошлись и «тело» предстало взгляду.

Лили… Восточная красавица напоминала принцессу Жасмин из сказки и одевалась в том же стиле. В голубые полупрозрачные шаровары и синий топик, больше похожий на бюстик. Щедро подведенные черным карандашом глаза, не менее густо накрашенные ресницы и алые губки, на зависть манаукцам. Хорошая помада, разбил губу – никто не поймет разницы.

Умерла девушка от какого-то яда. Хм… И правда странно для полукровки манаукца. Даже если его и воспитывали земляне. Ладно бы сломал пополам, в сердцах, вырвал руку или ногу – случайно, в процессе постельных игр – и жертва умерла от удивления и кровотечения. Конечно, тогда она не добежала бы до коридора. Но кто ж знает нынешних людей? Бегали же в мои времена безголовые курицы по двору? В том, что у некоторых местных представителей золотой молодежи спинной мозг развит куда лучше головного, я давно не сомневалась…

Лицо девушки выглядело спокойным, почти умиротворенным. Значит, либо яд действовал на психику расслабляюще, либо она ничего плохого не ожидала. Умерла внезапно. Впрочем, это установят эксперты. Тут я полный ноль. Насколько теплые пальцы-губы, синюшная кожа… брр… Нет уж, увольте. Я потом почитаю данные вскрытия. Шаровары помяты. На топике не застегнута нижняя пуговица. Значит, собиралась впопыхах. Белые лодочки на двадцатисантиметровых каблуках как бы напоминали, что они не только обувь, но еще и оружие…

– Ну что? Ну что? – подскочила Катя, приобнимая меня за плечи. Поначалу меня очень раздражала эта ее манера постоянно меня трогать. Но потом привыкла, возможно, скоро начну получать удовольствие… всякий раз, когда подруга отпустит. Дафний опять все понял – ухмыльнулся своими яркими губами. Стереть бы это выражение с его лица.

– Ну и что выяснили? – вскинула я бровь. Манауканец поперхнулся, закашлялся и ответил:

– Ничего особенного. По логике она шла от Руслана. Но на теле следы землянина. Ну и отравили ядом. Не способ полукровок, даже если они частично люди. Манаукцы вообще не стали бы убивать женщин, – опять этот непонятный взгляд, будто Дафний всерьез занимался рекламным бизнесом и впаривал мне собственную расу, как самую расчудесную. Вот спасибо-то!

– Это я все поняла. Заучила, пока обживалась на станции. Манаукцы не убивают, чтят женщин, земляне убивают и никого не чтят. Но все равно хорошие. Унжирцы… Ладно, не будем о плохом.

Дафний усмехнулся – я намекнула на страстную не дружбу его расы с создателями.

– А по существу? Руслана воспитали земляне. Дальше?

– Вы телепат, что ли? Их же не существует? – боже! Он еще и шутить пытается!

– Я вообще экстрасенс! Устрою себе битву один на один, сама себя одолею и приз заберу! – возмутилась я.

Дафний не понял ни слова и это четко отразилось на его лице. Но возражать манауканец не стал, покачал головой и продолжил:

– У него есть первая судимость.

– Ого? И? Жажду подробностей! – воскликнула я с притворным восхищением. – Надо же! Манауканец полукровка, воспитанный землянами, с судимостью. Да это же как единорог, смешанный с пегасом! Редкий зверь, мифический. Удивите меня еще раз – и получите приз.

– Вы перестанете язвить на сутки? – с надеждой спросил Дафний.

– Вы не настолько меня удивите, – разочаровала я начальника безопасности.

Он вздохнул, словно сетовал на мои скороспелые отказы от обещаний и продолжил:

– Какой-то пьяный урод приставал к матери Руслана.

– Ясно, – перебила я Дафния. – Кровная привычка к матриархату неправильной жидкостью ударила в мозг. Вот они, полукровки. Как нечистокровные сиамские коты. Того и гляди нападут из-за угла.

Дафний опять не понял ни слова, но привычка общаться со мной на тарабарском его не подвела. Безопасник спокойно дослушал пассаж и ответил:

– Человеческие гены. Что поделать?

– Хотите сказать, что поделать, чтобы они возобладали в следующий раз над вашими? – парировала я.

– Лапоть! – ткнула в Дафния Катя, придавая нашей комедии над убиенным телом еще больше гротеска. Впрочем, мы с Дафнием и не на таких происшествиях пересекались. Помнится, полгода назад случилось массовое убийство землян каким-то инопланетным вирусом. Меня подтянули свыше. Какие-то правительственные чиновники решили, что я окажусь очень полезной. Вот мы насмотрелись на мертвые тела! На три жизни хватит! Цинизм – меньшее, что после этого могло выработаться. Кроме нервного тика и заикания.

– Черти меня забери! – всплеснула я руками и невольно поймала взгляд Дафния. Он смотрел так, словно принял ругательство за руководство к действию.

Я присела, разглядывая коричневатые пятна на коже девушки. Я уже видела подобное, но действовал так вовсе не яд – вещество, что должно вызывать полное подчинение. Выпил – и ты дрессированный пудель. Сказали – сидеть, сел, лежать – лег, фас – бросился на нужного субъекта.

Дафний приподнял бровь, понимая, что я что-то нащупала, Катя подскочила и, прыгая у моего плеча зайчиком, нетерпеливо уточнила:

– Ну что? Ну что?

– Мне надо все обдумать! – сообщила я обоим заинтересованным. Родственники Лили смотрели на меня как на богиню, внезапно сошедшую с Олимпа и восхищенно шептались в те минуты, когда скорбно не шмыгали. Они выглядели расстроенными, раздосадованными, но в большей степени жаждали мести, чем переживали за случившееся. Черт! Да тут просто Рай для психиатров! Одна радостно носится как газель после смерти любимой подруги, другие потирают ручки в предвкушении мести, вместо того, чтобы переживать за убийство родного существа. Боже! Как хорошо, что я одинока.

В эту минуту я поймала на себе очередной странный взгляд Дафния – пронзительный, как лазерный луч. Я повернулась к манаукцу всем корпусом и нарочито вежливо попросила:

– Пожалуйста, предоставьте мне результаты вскрытия, – и не сдержалась, добавила. – Боюсь, вас многое там удивит.

– Я занесу вам их, чтобы обсудить ситуацию, – с обычной готовностью согласился Дафний, словно погостить у меня в жилблоке стало его маниакальной идеей.

– Нет-нет! – поспешила я огорчить манаукца. – У меня освещение не подходящее для общения с такими… эм… экзотическими собеседниками. Полумрак… На экране компьютера красавцы-вампиры. И тут вы, с красными глазами. Сами понимаете, у меня и так работа нервная. Что ни вызов – то труп. А трупы, сами понимаете, не слишком приятные собеседники.

Дафний с честью выдержал весь мой пассаж. Охранники манаукцы прикрыли рты, чтобы спрятать улыбки, но глаза их прямо светились смешинками.

– Ничего, ничего. Вы же сами посоветовали мне приобрести этот незатейливый аксессуар. Я долго выбирал и специально для вас прикупил несколько штук. – С этими словами, безопасник извлек из кармана три пары черных очков из сверхпрочного стекла, что меняли форму, подстраиваясь под овал лица владельца и демонстративно надел одни из них.

– Как бы это вам сказать, – попыталась я снова отделаться от гостя. – У меня совершенно нет еды. А изучать придется-то долго. Боюсь не смогу прокормить такую… эм… крупную мужскую особь…

Дафний оглядел себя, будто оценивал – действительно ли он настолько крупный и парировал:

– Хорошо, что вы об этом предупредили! Захвачу ведра три еды и для вас коробочку!

Победный взгляд алых глаз – я прямо видела его даже сквозь черные очки, сдержанные смешки охранников и Катина реплика лишила меня последнего шанса переиграть Дафния:

– Я буду ждать, когда вы свяжетесь и расскажете как дела. Родственникам сообщу. Аванс уже у тебя на счету, можешь проверить через коммуникатор.

Глава службы безопасности довольно улыбнулся. Я пожала плечами и отправилась к себе, обдумывать происшествие. Знакомиться с родственниками, что обдумывали сто тридцать три пытки виновника, не хотелось. Заплатили – и ладно. В чем в чем, а в денежных делах я Кате доверяла на все сто процентов.