Истинная для звездных воинов

…Несколько секунд позора – когда меня обнаженную несли через всю станцию – и мы в нужном месте.

Альрий остановился и попытался перевести дух. Но вышло плохо. Он продолжал надсадно втягивать воздух, будто вся хваленая выносливость вальтархов – просто пиар.

Хотя я знала, что это совершенно не так.

Видела вчера, на симуляторах.

Какое-то время я находилась в таком смятении, что даже не соображала – что делать и как поступить. Так и сидела в объятиях Альрия. А он прижимал, будто все еще боялся выронить во время стремительного побега от землетрясения. Просто обжигал взглядом, пожирал…

Спустя несколько секунд мои мозги окончательно встали на место. Я огляделась.

Ну хоть тут слава богу!

Альрий принес меня в отдельное помещение для жилья. Не в одну из общих комнат отсека.

И на том спасибо. Мой костюм Евы увидел только вальтарх.

Фу-уф!.. Гора с плеч…

Голый начальник – не тот случай, чтобы подчиненные сразу прониклись уважением.

Такие вещи еще долго не забываются. Смачно и детально обсуждаются в кулуарах. Муссируются во всех подробностях. А тебе в спину летят смешки.

А тут еще и голый начальник на руках у возбужденного варвара. Ну прямо сюжет для порно!

Альрий избавил меня от всего этого. Догадался. Хотя, складывалось ощущение, что он, даже выбежав в костюме Адама из переделки, заставил бы себя уважать. Причем, не только подчиненных заставил, но и превосходящие силы противника. От этого чуткость тторианца еще больше мне импонировала. Хотя прежде я бы никогда в одном предложении не произнесла слова «чуткость» и «Альрий». Даже в соседние абзацы бы их не поставила.

Хорошо. Пронесло.

А теперь новый вопрос. Во что мне одеться?

– А-а-а… Может отпустите? – обратилась я к варвару.

Тот вскинул бровь:

– А надо?

– Как бы вам это сказать. Я голая.

– Знаю.

– И вы меня прижимаете.

– Это я тоже чувствую.

– А что дальше?

Я спросила просто так, чтобы продолжить беседу. А скорее – дать понять варвару, что следует предпринять какие-то действия.

И зря! Играть с огнем не всегда весело. Фаейр шоу может закончиться пожаром. И тогда уже развлекаться совершенно расхочется.

Альрий провел языком по губам. Медленно сглотнул, будто никак не мог протолкнуть кусок в горло. Прокашлялся.

– Хочешь знать мое мнение о том, что дальше, Малика?

От его хрипловатого голоса волоски снова зашевелились на моем теле. Жар бросился к щекам, ударил в голову и вдруг, неожиданно растекся по всему телу.

А вальтарх еще подогрел – прижал чуть покрепче и посмотрел так… Мои мышцы аж загудели от желания бежать: не оглядываясь, не притормаживая, забыв обо всем. Даже о собственной наготе и возможной реакции подчиненных. Даже о землетрясении…

Но одновременно под грудью засосало, стало щекотно и как-то странно. Легко? Немного душно?

Томно?

Не успела осмыслить происходящее, как меня буквально накрыло новой горячей волной.

Мысли будто испарились от жара, улетучились как вода с раскаленной сковородки…

В голове опустело и в теле появилось такое естественное, чисто женское, простое желание – прильнуть к крепкому мужскому телу и… будь что будет…

Природа во всей своей власти и мощи вновь сломала запреты и доводы цивилизации.

Я вдруг ощутила каждую выпуклость вальтарха. Каждую! И не только мышцы!

В голове все перемешалось. И на поверхность этого коктейля мыслей, эмоций, впечатлений вдруг всплыла одна-единственная мысль.

Боже! Какой он большой и горячий! Кажется, я перестала дышать, зато Альрий пыхтел за четверых. Наши взгляды словно сцепились намертво. Я замерла, загипнотизированная вальтархом. Сбитая с панталыки, растерянная.

Землетрясение во сне, а потом – наяву. Безумие планетарного масштаба, перед которым мы – всего лишь блохи на теле бегущего пса.

Побег. На руках тторианца. Знойного, обжигающего и подчиняющего своей истинно самцовой силой мужчины. Вальтарха, который пробуждал во мне какие-то совершенно первобытные, не свойственные серьезному академику ощущения. Желание поддаться его мощи, которая казалась осязаемой, буквально струилась от тела варвара. Пронзала каждую клетку пространства, заполняя его собой. Так заполняет речная вода подземную шахту, если туда прорвалась.

Я – совершенно голая в коридорах станции, на руках у Альрия. Это пугало до чертиков, смущало до желания забиться в угол и не высовываться… И… будоражило.

Почему-то даже немного заводило.

Правду говорят: стесняющие ситуации, что вызывают всплеск адреналина, всегда толкают на любовные безумства.

Так заводит и волнует нечто запретное. Подростковое желание узнать побольше «об этом». Том самом, что взрослые скрывают и том самом, о чем они недоговаривают. Том самом, что прячется под покровом ночи в родительской спальне.

Когда хихикаешь, ужасаешься и опять хихикаешь.

Но оторваться от запретного уже не в состоянии. Никак… Ни за какие коврижки…

Почему-то именно так я себя и чувствовала. Словно землетрясение слегка опьянило, ввело в какую-то странную эйфорию. Совершенно мне, кстати, не свойственную.

И вот теперь мы с Альрием оказались вдвоем, в одной комнате.

Меня буквально повело.

Не знаю, что такое случилось. Может какое-то облучение или еще что. Я только моргала и смотрела на Альрия.

А он… он опять облизал губы: медленно так, с чувством, будто нечто очень вкусное слизывал: капелька за капелькой. Не спеша и смакуя.

Я только и могла, что смотреть, приоткрыв рот, не в силах отвести взгляд…

Альрий чуть усмехнулся и впился в мой рот поцелуем. Впился, вот хорошее определение.

Ворвался, штурмовал.

Это было так… Не знаю… Как поездка на лыжах со снежной вершины. Очень высокой, крутой. Когда остановиться уже не в твоих силах. И нет пути назад – только вперед. Хотя ветер свистит в ушах и ужас стягивает ребра до боли.

Слабость прокатилась по моему телу, окончательно лишая шанса противиться. Дыхание, кажется, остановилось. Но внезапно Альрий наполнил мой рот раскаленным воздухом из своего собственного. И тут же сделал жадный вдох, будто спешил забрать все назад.

Сильная мужская рука зафиксировала мой затылок – не повернуть голову, не шелохнуться. Но я пока была просто не в состоянии вырываться или хотя бы что-то осмыслить.

Я безвольной куклой растеклась в объятиях Альрия.

Я плавилась и растворялась. Ощущала, как гормоны удовольствия наполняют кровь, заставляя ее быстрее струиться по телу.

Че-ерт! Еще никогда кровь так не неслась по моим венам, наполняя дрожью предвкушения… Томлением, желанием…

Альрий целовал напористо, словно не потерпит отказа. Будто у меня нет ни шанса, ни малейшего пути назад…

А затем принялся играть языком с моим. Нежно и одновременно пылко. Об его тело можно было костры поджигать. Даже странно, что мы оба не вспыхнули, как сверхновые.

Было так жарко… Так томно… У меня не хватало определений.

Только руки сами собой бродили по мускулистому торсу вальтарха. Словно мне требовалось, было просто необходимо, ощущать его мощь еще больше, пропитываться ей до последней капли.

Чувствовать каменные валуны мышц и понимать, что они привыкли раздавать удары, блокировать любую атаку. Но сейчас, здесь, это все мое…

Что это значит я не понимала. Вообще не отдавала себе отчета.

Но мысль сформировалась в голове очень ясно, как в моменты научных озарений.

Раз – и ты понимаешь, что все именно так и никак иначе.

ВСЕ ЭТО МОЕ…

Внезапно мир крутанулся. Альрий прижал меня к стене и устроился между ног. Теперь я отчетливо чувствовала свидетельство его желания. Оно вздрагивало от ударов пульса варвара: горячее, каменное и такое внушительное… Не помню, чтобы у меня были мужчины с такими размерами.

Впрочем… я уже очень давно не была с мужчиной. Уже очень давно не испытывала ни малейшего желания близости. Меня много лет заводили только новые находки и научные изыскания. Они заставляли дрожать, трепетать, слабеть от восторга и наливаться новой силой одновременно…

И, кажется, впервые я испытала это не в момент исследовательского катарсиса… Не в минуту, когда хотелось по-книжному кричать «Эврика-а-а» и прижимать к груди открытие или крутить его в голове, повторять снова и снова…

А в совершенно другой ситуации. Абсолютно не связанной с разумом и мыслительной деятельностью, в принципе.

Это было… непривычно… странно… пугающе…

Но настолько сильно, правильно и мощно, что противиться я уже не могла.

Боже! Как горячо!

Наверное, все ледники полюсов Иданны сейчас начали таять.

Даже не так! Превращаться в пар!

Ни слова не говоря, Альрий стащил с себя футболку и, чуть приподняв меня, спустил брюки.

Двинул бедрами, «прицеливаясь».

Это было так порочно, так альфа-самцово и одновременно так… волнующе.

Так неправильно, ненужно и одновременно так… естественно.

Что у меня сил не хватило все прекратить. Я просто растеклась по постели, позволяя вальтарху продолжить.

И он, естественно, это сделал.

Альрий

Вальтарх проснулся от сильных толчков земли, которые сразу же отвлекли от дискомфорта в паху из-за ночных грез об истинной.

Альрий быстро натянул первое, что попалось под руку и в коридоре столкнулся с Вехлером.

– Удачное время для диверсии! – выпалил тот.

Альрий кивнул. А неплохо он натаскал этого парня! Неплохо!

Вехлер все еще выглядел помятым. Синяки расползались по скулам и стекали на шею.

Руки и плечи испещряли черные разводы – свидетельство разрыва мышц и раны, нанесенные шипами Альрия. Жаль. Но иначе старший вальтарх просто не мог. Не было у него иного варианта.

– Быстро беги в хранилище! Проверь все! Заблокируй хранилище пока не поздно! – скомандовал Альрий.

– А ты куда? – прищурился Вехлер, хотя уже знал ответ. И озвучил его, скрипя зубами и скалясь, как хищник на охоте: – К ней?

– Если мы сейчас сцепимся, я снова тебя уложу. Ты знаешь! Но при этом мы потеряем тучу времени! Мозги включи! – не жалея больше напарника, рыкнул Альрий.

Нет! Он не мог отдать Вехлеру право выручать Малику из ходящего ходуном помещения. Тем более, оллидианка наверняка спит и на ней минимум одежды.

Вехлер полыхнул взглядом, выругался и рванул в указанном старшим направлении.

Вальтархи хорошо знали язык силы. Если Альрий побил Вехлера – его право первым ухаживать за Маликой. Вехлер не отказался, но и не лез вперед более сильного соперника.

Рардах! Альрий уже давно не думал об этом праве сильного! Считал его диким пережитком прошлого Ттории.

Но сейчас он не мог действовать иначе.

Инстинкты сами гнали вальтарха в комнату Малики.

Ноги словно несли туда сами собой. Будто знали – куда направиться.

Будто все тело Альрия уже без команды, само мчалось к ней.

А когда вальтарх ворвался в покои оллидианки и увидел ее, голую под тонким одеялом, на секунду вообще забыл зачем прибежал.

И даже землетрясение уже выглядело несущественным. В ушах барабанил пульс и голод по этой женщине, по ее близости, ее ласкам, растекался по венам таким желанием, что каждый мускул окаменел. Желание выплеснулось наружу неровным дыханием. Как только изо рта вальтарха не повалил пар?

Альрий сжал кулаки, стиснул челюсти, заставив себя вернуться в реальность.

И попытался мягко разбудить Малику.

Она вдруг открыла глаза, повернулась, и одеяло сползло, оголив грудь.

Казалось – Альрию как следует вдарили в пах. Так, что искры из глаз. Он аж дернулся, сжал кулаки до боли, усилием воли возвращая себе концентрацию.

Так. Надо хватать ее и бежать.

Быстрое движение, пол, который так и норовил уйти из-под ног… Мелькание коридоров и дверей…

Ничего это не мешало Альрию чувствовать Малику каждой своей клеткой!

Тайрон и его темные божества! Разве можно от нее оторваться? Нет, не так! Оторвать ее от своего тела!

Сейчас! Когда они так близко! Кожа к коже… Пульс к пульсу…

Альрий даже не чувствовал, что их с Маликой разделяет тонкая ткань его футболки.

Какая там ткань! Какая футболка! Он словно ощущал Малику оголенными нервами. Которые дергались и вытворяли такое, что у Альрия окончательно снесло крышу.

Все! Он больше себя не контролировал.

Секс казался таким болезненно-нужным, что все тело ныло и скручивало.

А то, что творилось в паху Альрий уже и назвать не мог.

Он ворвался в помещение и застыл.

Нужно было что-то сделать. Сказать. Возможно, отпустить Малику.

Но как? Рардах! Ка-ак!

Когда каждый нерв Альрия вопил о желании так, что пульс можно было посчитать по вздрагиванию стояка.

Он боролся с собой. Дрался, как вчера с Вехлером. А может и куда более остервенело. Потому что легче победить врага, чем одолеть себя самого…

Но только до момента, когда оллидианка задала этот провокационный, возбуждающий вопрос.

Все! Альрий больше ничего не мог сделать.

Он действовал на инстинктах. Как голодный хищник, что смачно рвет зубами добычу. Наплевав на возможный риск, что вот-вот подтянутся и другие страждущие – такие же хищники и падальщики.

Он не мог остановиться. Даже если бы в Альрия сейчас выпустили сотни плазменных сгустков, он не остановился бы. Рухнул к ногам Малики, только кончив.

Альрий сам не помнил, что делал.

Вот она уже прижата к стене и ноги раздвинуты так правильно. Как надо. Только одежда Альрия совсем неуместна. Буквально бессмысленна.

Он раздраженно избавился от тряпок и торопливо соединился с Маликой.

От того какая же она: узкая, теплая, влажная у Альрия окончательно перегорели все тормоза и предохранители. Внутри словно разверзлась пустыня, которой срочно требовалась живительная, тугая струя жизни.

Малика.

Альрий принялся вбиваться, понимая, что сейчас уже он не остановится.

Это было безумием: мгновением победы природы над разумом. Ведь вальтарх понятия не имел, как отнесется ко всему Малика позже. Учитывая, что и она сама не своя после всего случившегося. Сбита с толку и сбита с ног его собственным напором, желанием.

Но одновременно все происходило так правильно, так честно.

Она принадлежала Альрию. Хотя еще об этом не знала. И Вехлер не понимал, не знал.

Вальтарх снова и снова брал ее. Рычал, изливался, ощущая, как стояк охватывают пульсирующие мышцы Малики. От этого ощущения у него в голове мутилось. Едва вспыхнувшие лучиками света мысли таяли в густом тумане возбуждения. Пьяный, какой-то невменяемый, совершенно потерявший контроль над собой… Вот каким стал Альрий. И уже ничего нельзя было изменить.

Была она и весь остальной мир.

Были их мгновения слияния и все остальное время без нее.

Ее тело. Необходимое. Их контакт. Близкий до предела.

И это сжигающее все внутри дотла желание, которое можно было потушить лишь одним способом. Пока все нутро к Рардаху не оплавилось.

Малика

Я сама не поняла, как очутилась на большой кровати, распластанная и распятая безумием удовольствия. Оно еще звенело в каждой клетке, звучало мощным струнным оркестром в каждом нерве, и я ничего не могла с собой сделать. Внутри меня все еще взрывались сверхновые наслаждения…

Мышцы гудели от напряжения и тут же все тело ухало в негу. И так несколько раз.

Контраст получался таким, что я даже слова сказать не могла. Только дышала, только жила этим мигом и этими ощущениями.

Это было просто… нечто.

Других слов не находилось.

Альрий навис, уткнулся носом в плечо и молчал, тяжело дыша.

Я понимала: надо куда-то бежать, что-то делать, предпринимать.

В первую очередь срочно объясниться! После такого это будет куда сложнее, чем прежде…

Но мысли смешивались в сумасшедший коктейль, закипали в голове и окутывали знойным маревом блаженства.

Хотелось до предела потянуться и поймать этот кайф, когда каждая мышца наливается силой и энергией. На какое-то время сохраниться в нем, отбросив все остальное…

На мгновение просто быть в этом невозможно-приятном ощущении.

Что это было? Я не могла ответить.

Словно на какое-то время я перестала быть собой. А может наоборот – стала собой? Черт его знает!

Я уже столько времени не отдавалась мужчине. Но даже несмотря на это осознавала, ощущала – такого я еще не испытывала. Как бы картинно или книжно ни прозвучало.

Альрий вдруг чуть приподнялся на руках и заглянул мне в глаза.

Зеленые зрачки, подернутые мутью вожделения, начали немного проясняться.

В них будто мелькали сотни мыслей, вопросов. Быстро, как при ускоренной перемотке.

Вальтарх прочистил горло, и я ожидала – он что-то скажет. Вместо этого Альрий вдруг подался вперед и поцеловал меня: в щеку, в нос, в другую щеку. Принялся покрывать поцелуями мое лицо, плечи, шею…

А затем просто откатился и подхватил меня. Слова сказать не успела, а мы уже стояли под тугими струями душа. И шелест воды казался шепотом каких-то удивительных существ.

Я молчала, а вальтарх просто меня мыл. Затем вновь поднял и поставил снаружи ванны.

– Пока воспользуйся полотенцем и халатом на крючке, – наконец-то подал он голос. И тот все еще звучал с песком, с приятной возбужденной хрипотцой.

– А потом? – уточнила я с вызовом.

– Я раздобуду тебе одежду.

Больше он ничего не сказал. Раздобуду. И все.

По-военному четко и однозначно. Без оговорок.

Я вытерлась и вышла из ванной, слушая как бурлит и звенит вода. Словно, едва лишь коснувшись тела варвара, тугие струи душа превратились в бурлящий водопад.

Я все еще не понимала – что произошло. И чувствовала лишь одно – мне было это нужно! Еще как! Я получила такую разрядку! Словами не описать.

Даже страх, жуткие эмоции и воспоминания о вчерашнем бое с гортеком, от которых еще бросало в дрожь, вдруг оставили меня в покое. Просто исчезли…

Мне стало легко, хорошо, спокойно…

Но это вовсе не значит, что мы повторим все с Альрием снова.

Что о себе думает этот варвар? Что я уже у его ног? Готова ластиться, как кошечка и выполнять все его сексуальные фантазии?

Я приготовилась сообщить Альрию «приятную новость» о том, что мы занимались любовью в первый и, очень даже может быть, в последний раз. Хотя даже для меня самой это было уже слишком.

Бурный секс с мужчиной, которого я почти не знаю, больше похожий на полет без страховки, пугающе-яркий, сладко-острый… И заявление, что мы даже встречаться не станем. Обычно я все-таки имела хоть какие-то отношения с тем, с кем ложилась в постель. И уж точно, без всяких сомнений, они продолжались после бурного слияния. А не заканчивались.

Особенно если секс становился таким… Похожим на парение в облаках и падение с высокого трамплина в синее марево теплого бассейна.

Но я была полна решимости поставить большую жирную точку в нашем пылком приключении с варваром.

Потому что… да черт его знает. Просто я не понимала – как могу стать любовницей того, кого едва знала и с кем едва перемолвилась парой язвительных реплик.

И то, что мы начали вот так – с постели – очень все усложняло. Потому что ну как после этого вдруг начать просто ходить на романтичные вечера, пытаться узнать друг друга…

После того, как узнали друг друга так глубоко и интимно, что дальше просто невозможно узнать.

Я прокручивала в голове фразы, пыталась найти нужные слова. Подбирала аргументы и факты…

Но когда Альрий вышел из ванной с полотенцем на бедрах, все мгновенно выветрилось из головы.

Вальтарх смотрел на меня так… Не знаю, словно я – центр его Вселенной. Смысл его существования.

Единственный смысл. Но полноценный. Четкий и осознанный.

И я просто проглотила заготовленные фразы.

Ненадолго совсем растерялась. Альрий чуть дернул вверх уголками губ. Улыбнулся? Я следила за его мощным торсом, мышцами, который бугрились и двигались под кожей. Зрелище было просто завораживающим. Таким, что я ненадолго забыла вообще, что он обещал.

Однако варвар порылся в шкафах и нашел запасную одежду. Моего размера ничего не оказалось. Оно и понятно. Средний житель далекой станции в космосе – мужчина, крепкого телосложения и недюжинного запаса здоровья.

Так что пришлось выкручиваться.

Альрий надел какие-то трико, которые выглядели на нем как длинные шорты. Рубашки и футболки он, видимо, решил не мерить. Зачем рвать еще новую одежду? Боюсь, они разошлись бы по швам в первую же минуту!

Я же подвернула штанины трико и добавила мешковатую футболку. Ну, по крайней мере, так я смогу встретиться хоть с кем-то из подчиненных. Не боясь, что меня не так поймут.

Мы все же не на Олимпе, чтобы я рождалась из пены в костюме Афродиты…

А там… дождемся конца землетрясения…

Датчики сейсмической активности, расположенные на стене комнаты, говорили, что ненастье еще в самом разгаре.

Альрий молча двинулся на кухню. И я услышала, как он открывает шкафчики, включает автоматы. А уже спустя несколько минут мне доставили глазунью, бутерброды с сыром и нарезку из ветчины.

– На скорую руку, – произнес вальтарх, подвозя ко мне прозрачный передвижной столик. – Заработают пищевые агрегаты – сварганим что-нибудь получше. А пока надо подкрепиться. Тем более, ты не завтракала… Да еще и я тебя сейчас умотал.

Он сказал это настолько недвусмысленно, что я ощутила, как заливаюсь краской, словно малолетка. Вот уж новости! Я, наверное, уже несколько столетий не краснела!

Да еще из-за мужчины!

– Сспасибо, – смущенно произнесла я, пряча глаза. Альрий налил нам цикорий, чай и присел рядом. Немного помолчал. Хотя я чувствовала жар, что исходит от варвара, и слышала его шумное с присвистом дыхание. Наконец, он разродился.

– Не напрягайся ты так. Ничего я тебе не сделаю.

Хм… Странные слова и непонятные.

Альрий еще чуть подумал и перефразировал.

– Я вовсе не ожидаю, что после сегодняшнего… кхм… Ты станешь моей любовницей или вроде того. Если ты себе это надумала. Я хотел бы. Потому что ты – моя истинная пара. Но понимаю, что для тебя все это как снег на голову. Так ведь говорят люди?

Я только сглотнула и замерла, остекленела. Смотрела на Альрия, не в силах сказать ни слова. Вот так запросто он признался? Во дает!

Оставалось лишь хлопать ресницами и пытаться хоть как-то научиться дышать заново.

– И чтобы тебя совсем уже ошарашить. Ты истинная и для Вехлера тоже. Я сам слегка в шоке. Вчера мы немного подрались… Выяснили кто сильнее. Но он будет за тобой ухлестывать. Как и я. Этого не избежать. Хотя ты уже наверняка заготовила речь на тему «Это был одноразовый секс, останемся друзьями». «Мы как-то не так начали, не с той точки отношений, поэтому нам лучше пока не иметь никаких отношений». Так?

Я только рот приоткрыла.

Хорошо, что сижу – первая мысль, что пришла в голову. Вторая – и что мне теперь делать?

Третья – а зачем мне все это надо?

И последняя… Мне нравится Альрий. Но то, как начались наши отношения… Ну не знаю! Неправильно все это! Ощущение, что его представление о связи с истинной парой ограничивается именно «постельной связью».

Эдакий блиц крик с целью заполучить единственную женщину.

Пришел, спас, пошутил. Спас, схватил, поимел.

Что потом? Все сначала или только последний пункт?

Ах, да! Заполнить собой всю мою жизнь до последнего, дальнего ее уголка. Не оставлять ни на секунду!

Ни в душе, ни в совещательной с подчиненными, ни во время землетрясения.

Вот и вся романтика.

И меньше всего мне хотелось бы выяснять – так ли это, на самом деле, для вальтарха. Даже поднимать тему не хотелось.

Будто именно я больше всех здесь заинтересована в отношениях.

Моя гордость сразу же вставала на дыбы и напоминала, что я – не какая-нибудь пустышка, каких в космопортах, да и на планетах тысячи, миллионы. И которым лишь бы удачно выскочить замуж. Сидеть себе дома, рожать детей и ублажать своего мужчину.

Я – умная, начитанная, интеллигентная женщина.

Я спокойно и без проблем одна прожила столетия!

Мне мужчина и нужен-то не был! А теперь, если начну расспросы, все будет выглядеть так, словно я напрашиваюсь? Надеюсь на какие-то там романтические жесты? Ухаживания, а не ухлестывания, как выразился Альрий. Конфетно-букетный период, будь он неладен?

Альрий, может, иначе и не умеет! Только схватил, спас – и в койку. Если не нужно спасать – просто в койку!

А Вехлер ко мне еще ни разу не приставал!

Хотя я понимала – как на него действую. Какое влияние оказываю. Видела, как и любая женщина. Может, причину не знала…

Кто их разберет, этих наемников с Ттории. Может у них в порядке вещей, «расслабляться» с «объектом миссии», если «объект» привлекателен и не против?

А вдруг с любым из варваров все должно быть так остро, так ярко и настолько на грани? Может дело не в Альрии, а в том, что я его – истинная?

Кажется, он прочел на моем лице отголоски мыслей. Стиснул кулаки и отошел к окну.