Жена звездного адмирала. Найти мужа

Пролог

Я словно наяву видела, как взорвался звездолет Эрделла, как разлетелся на осколки и как… Эрделл…

Мой Эрделл… Боже! Только не это!

Дурное предчувствие сжимало горло удавкой. Сердце прыгало в груди, ладони и стопы стали липкими, ледяными. Меня пробрало до озноба. Эмоции и отдача дара отзывались в теле предательской слабостью.

Я принялась звонить мужу. Еще и еще. Но Эрделл был недоступен. Мой звездный адмирал находился вне зоны связи, где-то в бескрайнем космосе, в шаге от катастрофы!

За ним гналась жадная пасть самой смерти, а я… я видела, чувствовала, воспринимала видение до малейших деталей. Но… не могла предупредить того единственного мужчину, который был мне дорог в этой Вселенной.

Я ничего не могла поделать!

Я набрала его первого помощника – Дирелла Рарби. Он тоже оказался «не абонент». В панике, в каком-то заполошном угаре я вызывала одного за другим членов команды Эрделла, чьи номера у меня были записаны. Однако ни один не отвечал. Все оказались недоступны как те далекие звезды, к которым они улетели, если бы я попробовала добраться туда сейчас, без космолета и экипажа.

Трясущимися руками, не попадая на сенсорные кнопки экта – смартфона и компьютера в придачу – с первого раза, я нашла в базе станции МЧС остальных членов команды Эрделла. Всех. Включая врачей и медсестер корабельного медпункта. И принялась набирать их номера по разным линиям. Одновременно. Всех сразу.

Вдруг кто ответит?

Однако все абоненты оказались «не абоненты».

Да что же делать?

Господи! Что же делать?

Я вся мелкой дрожью тряслась от предчувствия. Оно накрыло, накатило, как выражалась Верка.

В груди перепуганной птицей металось сердце. Я и сама металась. Вначале по нашему с мужем дому, а затем – по серебристой стартовой площадке для космолетов, куда прыгнула при помощи пространственного ускорителя. Эрделл оставил мне его на всякий пожарный случай.

Специальное покрытие гасило не только скорость титанов-кораблей, но и мою тоже. Я прямо чувствовала, как меня замедляют.

Я подходила ко всем, кто здесь сегодня работал. К спасателям, механикам, инженерам, капитанам, рядовым… К каждому с одним лишь вопросом – могут ли они связаться с кораблем или командой Эрделла Форенса. Потому что между звездолетами МЧС был отдельный, особенный канал связи. Гораздо более мощный, нежели по эктам.

Напрасно. Никто не был в состоянии нас сконтачить.

Все пробовали, потому что теперь здесь меня уважали и относились с каким-то даже пиететом. Не мудрено. Ведь я сколько раз многих из них выручала, помогала, вытаскивала из смертельных ловушек. Мне стремились помочь все. Но не смог помочь, в итоге, никто.

Звездолет мужа не отзывался.

Боже! Боже! Боже!

Этого я и боялась, когда выходила замуж за Эрделла Форенса! Я отлично понимала – работа руководителя главной базы МЧС содружества – это вечные чрезвычайные ситуации и происшествия. Это его стихия, его мир. Но, как и море, космос – загадочный, манящий и беспощадный. И никогда не знаешь – ласков и приветлив ли он сегодня с тобой или решил поиграть в смертельный квест.

Я включила приватный режим ускорителя Эра и рванула к Хену – Кхархену Рредлану, заместителю начальника базы МЧС Галактики – то есть, моего Форенса. Пока Эрделл на дежурстве, базой руководил Хен.

Он аж подскочил на месте, когда я «прыгнула» в рабочий кабинет замначальника.

– Что? – вскрикнул так, словно уже о чем-то подозревал. – Что с ними?

– Я видела… видела…

Меня колотило, голос охрип. Жестикуляция не поддавалась описанию.

Я начала сбивчиво объяснять про катастрофу. Про сдвиг Галактик и выход через пространственную щель нескольких гигантских звезд и планет.

…Пламя. Столкновение. Халкот – новейший космический корабль Эрделла – рассыпается как пересохший бублик от удара молотка.

В космосе пляшут языки плазменного огня – единственного, которое тут способно гореть. Алое на черном. Страшное сочетание.

– Я потерял с ними связь… – выдохнул Хен. – Эр позвонил буквально несколько минут назад. Сказал: мол, приборы начали вести себя странно. Показывают то одно, то другое. То будто перед халкотом парад планет, то нет ни одного космического тела. Просил меня проверить тот сектор на предмет аномалий. Я начал сканирование дальними лучами из ближайшего к Эру нанодатчика на комете… Перекинул все данные ему на халкот… И… вдруг все пропало. Связь с датчиком и с Эром…

Так и думал – стряслось что-то неладное. Видимо эта аномалия навела помехи… Глушит все возможные источники связи…

– Пошлите туда кого-нибудь! Пожалуйста!

– Конечно! Уже послал! Несколько лучших поисковых экипажей!

– Передайте им все, что я видела!

– Да! Сейчас же сделаем!

Хен подключил мой экт к своему и включил связь с нужными экипажами МЧС.

Приказал слушать, и я начала рассказывать.

Теперь мне здесь верили безоговорочно. Хотя добиться этого оказалось непросто. Однако мне удалось, а точнее – удалось нам с Эрделлом.

Мой Эрделл.

Я бессильно рухнула в кресло, закрыла лицо руками и залилась слезами.

– Выпей воды… Может, чаю? Дэнна… Ты должна успокоиться и ждать. Я выслал за ними лучших ребят…

– А если… если они не успеют?

– Они пользуются пространственными ускорителями. Всеми, что есть в распоряжении базы. Они должны прибыть на место очень оперативно!

– А если они не успеют? – повторила я, вся дрожа. Глядя на Хена, как на бога во плоти. Словно он мог по щелчку пальцев предотвратить грядущую катастрофу.

– Артархх! Дэнна, прошу тебя, выпей мятного чаю. Мы больше ничего сейчас сделать не можем. Ждем и верим! – твердо произнес фельрианец. – У моего народа не принято хоронить тех, кто еще не погиб, и впадать в панику. Успокойся, пожалуйста, Дэнна!

– Я-а-а так не могу! – я снова заплакала, зарывшись лицом в ладони.

Горько. Безутешно. Безудержно.

Дала себе волю.

Пускай! Я только нашла его! Солдафона с настоящим горячим любящим сердцем! Мужчину, который никогда меня не обижал, не предавал, всегда прикрывал собой. И любил так, как любая женщина мечтала бы, чтобы ее любил собственный муж…

Мужчину, которого не променяла бы ни на кого!

Я только нашла его…

Неужели я его уже потеряла…

Я отлично знала – видения приходят незадолго до катастрофы. На то они и «интуиция». Дар интуитки не позволял видеть ненастья сильно заранее.

Перед внутренним взором кружили обломки халкота. Гротескная картинка возникала раз за разом, и всякий раз дар усиливался, подкидывая новые живописные подробности.

Вот несется кусочек силового двигателя. Однозначно он – видны провода, катушки и прочее… Вон там – искореженные челноки. Комета, сплющенная от столкновения, кружит в космосе, описывая странную траекторию. Будто чертит незнакомые мне письмена.

Несколько мелких металлических чешуек повисли в невесомости – защитный панцирь халкота, корабля, что выглядел как будто скрестили спираль ДНК и змею, рассыпался от мощного столкновения…

Обломки… Обломки… Обломки…

Языки плазмы из пушек. Малиновые разводы акварельными кляксами растекаются по синему фону. Челноки, челноки, челноки…

Все, как один, поврежденные настолько, что если в них кто-то и пытался спастись – точно не спасся… Не мог…

Эрделл

Пространство перед халкотом будто разломилось на три части. Форенс успел отрегулировать курс, чтобы не угодить в расщелину, которая жадной пастью разверзлась впереди. Дирелл и Марек одновременно врубили антигравитаторы и силовые поля, чтобы не затянуло.

– Слава Тамметию, Дэнна сегодня с нами не дежурит! – выдохнул Эрделл, уже понимая, что произошло, и чем все это закончится. – Быстро все в спасательные челноки! – скомандовал экипажу по громкой связи.

Дирелл и Марек пораженно посмотрели на капитана. Курс ведь стабилизировали, все нормально, корабль уходит от расщелины… Зачем?

Однако обсуждать приказы Форенса на его станции, в его команде не посмел бы никто. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.

Эрделл надеялся, что это спасет хоть кого-то.

Пока они прыгали в спасательные челноки – кто в какие, корабли экстренного катапультирования располагались вдоль всего халкота в специальных капсулах под полом.

В командной рубке они тоже были. После закрытия челнока он автоматически выстреливался наружу из звездолета и автопилот следил за тем, чтобы ни с чем не столкнуться. Гуманоид внутри почти ничего не решал. Его судьбой занималась автоматика.

– Артархх! Звезда!

– Твою же! Их несколько! Затягивают нас!

Ругательства и возгласы на всех языках содружества наполнили командный чат халкота. Эрделл уже знал об этом. В прореху материи, искусственно созданную во время попытки сварганить новый стационарный пространственный ускоритель, выскакивали первым делом объекты большой массы. Звезды, гиганты-планеты, мегакометы. И в их гравитационное поле попадало все, что, к несчастью, оказывалось рядом.

Оставалась одна лишь надежда. На то что экспериментаторы сейчас стабилизируют брешь в пространстве, и космические объекты затянет назад. Корабль, который находился прямо на их пути, уже не спасти. Он либо пойдет следом, либо развалится на части. Одна надежда, что челнокам силовые бомбы у основания придадут достаточную скорость, и те вылетят за пределы территории, откуда столкновения со звездами не избежать.

Шансы были. Не для всех. Небольшие. Но Эрделл собирался использовать их по максимуму.

Он надеялся, что если даже окажется один на один с чернотой космоса, неведомо где – куда забросит силовой взрыв и затем – остальные события: схлопывание пространственной щели, возвращение звезд в родную Галактику… его найдут…

И он снова увидит свою Дэнну.

Эрделл верил, что она найдет его, был бы лишь жив.

Дэнна не может его не отыскать. Она ведь калханка! Воительница… Прекрасная, удивительная, нежная и… та самая, ради которой обманешь саму смерть… Выгрызешь себе путь сквозь металл и камень, на пузе, едва живой, но все равно поползешь к ней… Чтобы выжить у ее ног.

Уже внутри челнока, запершись, Эрделл нажал пуск и прикрыл глаза…

Вернулся на полтора земных года назад…

И словно запись перед глазами проигрывал их свадьбу с Дэнной. Самый важный, самый значимый и самый замечательный в его тысячелетней судьбе день…

Ночь… ту самую, что разделила судьбу Эрделла на «до» и «после»…

И нового «после» Дэнны он не представлял. Только с ней, только вместе, только рука об руку с задиристой, сильной и одновременно хрупкой калханкой…

Знал бы он, какое его ждет «после»…

Глава 1

Спустя несколько месяцев

– Итак. Как ваши дела, Дэнна? – пышнотелая психологиня средних лет воззрилась на меня с искренним участием. По крайней мере, она его демонстрировала. Поправила синее длинное платье, закинула ногу на ногу. И кивнула: мол, жду ответа.

– Не особо. Мне снятся кошмары. Я не могу отделаться от мысли, что Эрделл жив…

– Мы ведь с вами это уже обсуждали, Дэнна, – Светлана Марковна – богемка, из расы «улучшенных людей» подалась ко мне. – Это как синдром ампутанта. Слава богу, сейчас почти всегда выращивают нужные конечности, при их потере. Но… синдром – это естественная защита человеческого сознания. Богемки вроде нас – тоже отчасти люди. И психология у нас схожая. Вы чувствуете Эрделла также как раньше ампутанты ощущали боль в утерянных конечностях. Вы очень любили его. И поэтому не можете отпустить.

– Никто не знает, жив ли Эрделл! – возмутилась я.

– Дэнна, прошло уже несколько месяцев с момента той катастрофы. Вы сами мне говорили, и ваши сведения куда более точные, нежели мои – вы работаете со спасателями содружества. Ребята с базы прочесали все квадранты вблизи места той масштабной беды.

– Но его не нашли! Ни живого, ни ме… ртвого… – даже не знаю, как выговорила это слово. Оно застревало на языке, приклеивалось. Категорически не хотело вываливаться наружу. Или я не хотела его выпускать. – Других-то нашли! Либо погибших, либо раненых, либо спасшихся! А Эрделла и Дерома нет!

– Дэнна… Прошли многие месяцы. Даже если бы они уцелели, в космосе, в челноке, вряд ли они смогли бы выжить так долго…

– Они могли высадиться на какую-то планету. Из захолустных и незаселенных. Не иметь связи и робинзонить… Ждать, когда их отыщут…

– Все может быть. Но вы хотите годами мучить себя подобными предположениями? Ждать и думать, что Эрделл вот-вот вернется?

– Да! Да! Да!

– Дэнна, вы так доведете себя до психологического истощения. Конечно, вы можете ждать мужа и верить, что он все еще жив. Кто же запрещает?! Но вы должны найти в себе силы жить дальше! Вы должны принять и тот факт, что есть вероятность, что Эрделл Форенс уже не вернется.

– Я не хочу принимать этот факт! Не! Хочу!

– Я вас понимаю… И даже очень. И я бы на вашем месте этого не хотела. Жаждала хвататься за соломинку «его не нашли», «его не видели мертвым»… Эти костыли веры в лучшее… Но вы должны. Ради себя, ради всех, кто за вас беспокоится, всех, кому вы небезразличны… Вы просто обязаны, Дэнна…

Я устало откинулась на спинку кресла из олморлия. Древесины с планеты Богемия, где и зародилась моя раса, новых, улучшенных генной модификацией людей. Мы дольше жили, меньше болели и могли хорошо приспосабливаться к разным мирам… Олморлий был твердым как камень и при этом легким словно пух, почему и использовался повсеместно. Более дорогим вариантом стала феттума с Фельрании. Тоже древесина и тоже широко используемая в Галактике, она имела удивительный серебристый оттенок и выглядела благородно-изысканно. Именно такую мебель заказал мне Эрделл, когда я только приехала жить на его базу… За свой счет… В качестве личного приветствия.

Тот самый Эрделл Форенс, которого Светлана Марковна так убеждала меня забыть, во всяком случае – отодвинуть за границу моего нынешнего мира. Фельрианца, который ничего для меня не жалел и отдал бы последнюю каплю крови и последний галарубль, дабы найти меня.

Перевернул бы Галактику, вывернул швами наружу, лишь бы я снова очутилась с ним рядом.

Одно и то же. Одно и то же. Из сеанса в сеанс. Зачем? Зачем я вообще все еще хожу к ней?

Так предписано. Если хочу остаться работать на базе, я должна посещать сеансы психолога. Я ей не верю. Не хочу верить ей и прислушиваться.

Но прихожу. Слушаю. И ухожу.

Пью прописанные мне препараты. Принимаю все по часам. Но продолжаю упорствовать в своей вере. Даже если ее и назвали – «костыль». Однако уж лучше ходить с костылями, чем лежать бревном на постели судьбы, в надежде на иное лучшее будущее.

– Сеанс окончен? – я вскинула бровь, косясь на свой экт, стилизованный под браслет.

Светлана Марковна кивнула.

– Встретимся через неделю, Дэнна. Обдумайте мои слова. Я вам не враг. Никто вам не враг. Если вы и дальше будете загонять себя в ловушку, вы просто не выдержите. А вы нужны тем, кто за вас беспокоится и кому вы небезразличны. Хену, Вере, Тоне, Светлане. Вы нужны своим родственникам и близким, с которыми недавно наладили связь. Светлана ваша, кстати, недавно о вас справлялась. Вы очень многим дороги и нужны. И ради них, ради себя самой попытайтесь не видеть во мне врага, который отнимает самое дорогое, а понять, что я хочу вам помочь. И я смогу вам помочь! Сумею! Я в этом совершенно уверена! Если только вы мне позволите…

Вот что я больше всего ненавидела – этот ее тон, такой крадущийся, с попыткой пробраться в душу и там зацепиться. За что-то… За желание защиты и помощи, которых я лишилась с пропажей Эрделла… Это ощущение истошного одиночества перед рискованными поворотами судьбы. Оно теперь жило внутри и не уходило.

Когда-то я была самостоятельной и совершенно самодостаточной женщиной. Но считанные годы с Эрделлом Форенсом – и я привыкла к его покровительству, к его ненавязчивой, но всегда такой нужной и своевременной защите, опоре… Именно в эту незажившую рану, в эту прореху в моей броне от вмешательства в мои мысли, постоянно пыталась втиснуться психологиня…

От этого я еще больше закрывалась, старалась защититься на инстинктивном, подсознательном уровне. Не доверяла? А кто доверял бы, если бы ему внушали смириться с гибелью любимого мужчины, чье тело еще никто не видел, и никто не мог подтвердить, что он, в самом деле, ушел из жизни?

А может… может, я чувствовала в этом враче какую-то затаенную неискренность?

Если честно, я уже начинала теряться. То ли взыграла странная паранойя, потому что еще недавно мы жестко конфликтовали с отставной любовницей Эрделла – Лилофеей, по совместительству – коллегой Светланы Марковны. И я знала, что они когда-то приятельствовали. Были знакомы и много общались. До того, как Лилофею уволили и запретили ей въезд на базу. То ли реально была какая-то почва для сомнений. Я никак не могла определиться.

Светлана Марковна бессменно и единолично «занималась мной» после катастрофы с мужем. Тогда меня три дня колотило, все мышцы непроизвольно сокращались, я не могла взять себя в руки. Меня словно марионетку дергали за нитки некие неведомые силы. Ни стакан ко рту не поднести, ни ложку.

Светлану Марковну вызвал Хен из психологического корпуса базы. Презентовал, как автомобилист новенькую иномарку. Дескать – она лучшая и вообще не особо общалась с Лилофеей.

Впрочем, первые сеансы мне, правда, очень помогали. Именно Светлана Марковна сняла первый «спастический» синдром, и я перестала дергаться как кукла на нитках. Затем, после бесед с ней я начала есть, начала работать и даже ожила.

И вроде все складывалось неплохо.

Но меня не оставляло ощущение, что психологиня усиленно, с каким-то просто маниакальным упорством, подводит к мысли о том, что Эрделл точно погиб. Я не понимала, зачем. Зачем ей это вообще понадобилось?

Она ведь меня, если можно так выразиться – стабилизировала. Я больше не билась как рыба, выброшенная на берег, не задыхалась в приступах паники ночью, когда снилось как взрывается корабль Эра…

Я вернулась на службу-работу. Я участвовала в операциях МЧС. И вела себя вполне адекватно.

Можно было на этом и остановиться.

Но Светлана Марковна будто была обязана внушить мне, что Эра ждать больше не стоит. Искать не нужно. А следует начать жизнь заново… и личную жизнь налаживать уже без Форенса.

Вот этот момент меня очень смущал.

Мы не раз обсуждали мои сомнения с Хеном. Однако складывалось стойкое впечатление, будто он как раз очень даже «за» то, чтобы я забыла Эра и начала с чистого листа…

С ним… Напрямую фельрианец этого никогда не заявлял, но… я очень хорошо это чувствовала и воспринимала невербальные сигналы временного исполняющего начальника базы МЧС в городе Ледяном, расположенном на полюсе Земли. Эти легкие, ненавязчивые объятия, которые вроде бы ничего и не значили, но, по факту, значили очень многое. Они были попыткой сократить дистанцию: порой неловкой, как и сам крупный, простоватый воин с Фельрии, порой чересчур навязчивой, а порой неуместной, когда мы находились в присутствии свидетелей. И я неизменно из них выворачивалась. Эти приглашения на обеды-ужины. Невинные, казалось бы. Совершенно дружеские. Но было заметно, как Хен старается сделать наше общение ближе. Перевести количество встреч в качество.

А вот Дирелл… Фельрианец Дирелл Рарби, когда-то первый помощник Эрделла, меня понимал и поддерживал мою веру в то, что Форенс может еще и вернется…

И я от души благодарила судьбу за то, что Рарби выжил в той катастрофе. Он стал моей опорой в зыбком море многомесячных отчаянных поисков мужа. Мы вместе, втайне от всех, заключили небольшой пакт. И воплощали планы в реальность. Шаг за шагом. Пункт за пунктом. День за днем.

Я встала и двинулась на выход, чувствуя на себе взгляд Светланы Марковны и получив ее стандартное напутствие:

– Встретимся через неделю.

Да уж. Куда же я денусь с подводной лодки ваших обязательных консультаций?!

Глава 2

Два года назад

– А ну, стой! Наш товар, ваш купец! – я смотрела по экту, как Тоня и Верка встретили Эрделла возле моего дома на летающих мотоциклах. Транспорт девушки освоили лишь недавно, но уже вполне справлялись с ситуацией. Походили на каких-то фей-рокерш. Да и наряды соответствовали.

Черные кожаные лосины и белые блузки, эдакие леди на железных конях. Волосы развеваются, макияж выгодно оттеняет красоту каждой. Впервые я увидела Тоню с распущенными темными волосами. И, надо сказать – ей очень шло. Из учительницы старой закалки, какой всегда выглядела создательница агентства интуиток, она превратилась в эдакую русскую красавицу: дородную, круглолицую и улыбчивую. И теперь жутко напоминала Верку с ее крутыми бедрами, пышной грудью, круглым овалом лица и темными волнистыми волосами до пояса.

Ну просто праздник истинно-славянской красоты!

Мои летучие воительницы выглядели вполне готовыми отразить атаку варвара с Фельрии.

Я смотрела и внутри что-то плясало. С самого утра я словно была слегка навеселе, на кураже. Все виделось в розовом свете, все неприятности куда-то подевались. Сломала ноготь – да наплевать! Разлила чай на фату – туда ей и дорога! Не больно-то и хотелось напяливать на голову мини-шляпку с куском тюля.

Казалось – ничто не сможет испортить мне сегодняшний невероятный день.

День моей свадьбы с Эрделлом. Который осаждал мой дом прямо сейчас.

К Форенсу тотчас подоспело подкрепление. Ну куда же без его бравых друзей, с которыми Эр прошел огонь и воду!

Хен, Дирелл, Михаил, Радиус и Арстин появились как нельзя вовремя. Мужчины, надо сказать, собрались как на подбор. Таких бы в журналах снимать на первые полосы.

Эрделл оделся, как я просила – в белую рубашку, черный пиджак и брюки. Выглядел почти по-человечески, если так можно выразиться про громадного иноплатетника с изумрудными радужками глаз и черными, как смоль, волосами. Я давно заметила – варвары, вроде Форенса, с резкими чертами лица, настоящие воины, как их рисует воображение, роскошно смотрятся в костюме. Этот контраст: пафосная тройка в одежде и немного дикарский, воинственный вид – ну просто шах и мат!

Диреллу и Хену, невзирая на их массивные фигуры, костюмы пошли бы тоже. Как, впрочем, и немного более долговязому рядом с ними фельрианцу Арстину. Но парни ограничились чем-то вроде белой толстовки и брюк. Зато Михаил и Радиус переплюнули всех в плане пафосности стиля. Коротко остриженный по-военному землянин Михаил, крепкий и поджарый, по виду лет тридцати пяти, надел чуть ли не фрак. Радиус тоже. Но тот нашел еще и бабочку. Красавчик с волосами цвета воронова крыла и серо-болотными глазами смотрелся в этой одежде как какой-нибудь осовремененный дворянин.

И вот вся эта компания военных – красивых, здоровенных – окружила моих девушек. Однако Верка свистнула – нет, правда, засунула два пальца в рот и заливисто засвистела – и к ним на помощь подоспели еще интуитки на летающих мотоциклах. Сразу девять девушек. «Подружки невесты» выстроились в ряд.

– Прежде чем жених увидит невесту, он должен доказать, что достоин! – выпалила радостная Верка.

Мужчины аж растерялись от такого феминистского напора.

– Э-э-э… Я думал, что уже… – удивился Эрделл. – Доказал, в смысле… Добился…

Сразу видно – русские земные свадьбы он не представлял, и моего фельрианца ждали бо-ольшие сюрпризы.

Я увеличила экран экта до размера большой плазмы, какие очень давно выпускались на Земле, и наблюдала. Улыбалась так, что скулы сводило, и ощущала себя сейчас полностью, абсолютно и безраздельно счастливой. Не знаю, были ли в моей жизни еще подобные дни, часы или даже минуты. Разве что – дни рождения сыновей.

Эти моменты, когда держишь на руках свое маленькое, пухлое чудо, еще слегка отекшее, и оно теребит пальчиками твои волосы, поворачивается в твою сторону в колыбельке… Сложно переоценить те эмоции. Тогда да, ощущаешь наплыв, прилив этого безбрежного, теплого и тихого счастья.

Но сейчас моя радость не была тихой. Я взвизгивала и хихикала. Я стучала ладонями по столу. И ощущала себя совершенно дурной и счастливой, пока Эрделл добивался возможности зайти ко мне в дом.

– Итак. Эрделл, хорошо ли ты знаешь нашу Дэнну? – спросила Верка.

Форенс пожал плечами.

– Да, знаю.

Как всегда спокоен, честен и лаконичен.

– Проверим, девочки? – обратилась синхрон к остальным.

– А то!

– Да-а-а!

– Давай!

– Самое время!

Слышались радостные возгласы девчонок.

Тотчас Верка из своего экта вытащила гигантский экран – такие размеры давали только самые передовые устройства.

На виртуальном экране появились несколько «помадных поцелуев».