Любовь высших демонов

Мне вдруг опять вспомнилась Наташа.

…Изящная многоэтажка в форме волны, цветастая плитка двора. Детские рисунки: солнце, небо, птицы, старые классики, полустертые сотнями туфель и кед. Снова подобные игры вошли в моду, спустя многие десятилетия… и Наташа. Распластанное в неестественной позе тело. Карие глаза широко распахнуты, губы растянуты в блаженной улыбке освобождения. Вокруг головы бордовым солнцем растеклась лужа крови. Испачканные в густой жидкости волосы волнистыми протуберанцами разметаны в стороны…

Я тряхнула головой, избавляясь от наваждения.

– Не стоит мне выражать свои эмоции по поводу вашей расы. Вам это не понравится.

Рогатый выпустил мою руку, приблизился вплотную так, что меня обдало жаром его огромного тела, и взял лицо ладонями. Неожиданно, осторожно настолько, что я могла легко высвободиться.

– Скажи, что прошу. Или узнаю сам. С помощью магии, – сказал спокойно, без шантажа – просто предупредил о намерениях.

Я выдохнула, сделала шаг назад, чтобы освободить лицо из лап рогатого и выпалила со всеми эмоциями, о которых тот спрашивал.

– Вы, ублюдки рогатые, надругались над моей подругой! Избили ее! Изнасиловали! Питались от нее! Она выбросилась из окна, чтобы забыть… И теперь в «живой коме».

И как только хватило дыхания на такую длинную тираду! Мне словно кислород перекрыли. В горле пересохло, язык не шевелился. Я сглатывала и сжимала кулаки до боли, до хруста в костяшках.

Демон, как ни странно, не разозлился. Ну просто ни капельки.

Я ожидала от него сатанинской ярости, негодования, очередных агрессивных действий – подавления силой. Однако рогатый неспешно приблизился, взял мою голову за подбородок и спокойно сообщил:

– Я узнаю кто это сделал и убью их. Твоя подруга в состоянии опознать насильников?

От удивления я не сразу смекнула, что от меня требуется. Слово «убью» прозвучало так буднично, как из уст обычных людей «почищу зубы» или «приму душ». Я даже опешила. Сочувствия к тем мразям, конечно же, я не испытывала. Просто меня ошеломило то, как рогатый распоряжается чужими жизнями и раздает смерти будто подарки на Новогодние праздники.

Тем временем, демон слегка повысил голос и отчеканил так, что я даже вздрогнула:

– Давай, Велена! Успокойся и сосредоточься. Твоя подруга может опознать тех ублюдков?

Ого! Он назвал их так, как я сама их называла.

– Ннаверное… – протянула я, все еще немного сбитая с толку.

– Хорошо. Я пошлю пожирателей в полицию… в каком городе вы живете?

– В Эйвилле.

– В полицию Эйвилла. Когда все случилось?

– Десять лет назад.

– «Живая кома» может быть необратима. Посмотрим. Надо выяснить, – задумчиво протянул рогатый. – Как фамилия твоей подруги, сколько ей лет?

– Сто пять, она ведьма. Наталия Берестова.

– Хорошо. Запомню, – рогатый выпустил мой подбородок и молча подтолкнул к порталу. Я все еще не понимала – что происходит. Зачем он берется разруливать мои проблемы, помогать моим близким в их неприятностях? Для чего эндер все это делает? В наш договор не входило ничего подобного.

Рогатый ничего объяснять не планировал. Молча двигал меня, подталкивая в спину. И когда портал оказался прямо перед нами, уточнил:

– На той стороне тебя есть кому встретить?

Я пожала плечами.

– Отлично! Планируешь добраться как выражаются люди «как-нибудь». Очень по-человечески… Шляться ночью по городу в гордом одиночестве и сетовать, что какие-то мрази этим воспользовались…

Я захлебнулась от возмущения, планируя высказать все, раз уж мне дали великодушное разрешение.

Рогатый не позволил ответить, подхватил под руку и утянул в портал.

Я сама не понимала, почему слушаюсь его. Скорее от шока. Просто, когда рогатый начал спрашивать про Наташу и ее насильников, включился какой-то другой режим. Деловой, мало эмоциональный. Ярость ушла на задворки сознания. Я вспоминала факты, стараясь отстраняться от впечатлений.

Мы вышли в темноту Эйвилла, расцвеченную пестрыми огнями витрин и ночных заведений. Пахло свежестью и весенней листвой. Я запоздало подумала, что стоило бы захватить свитер или кофту. В клубе как следует подвигалась и теперь прохладный ветерок пробирался сквозь тонкую ткань одежды.

Рогатый внезапно коснулся моего носа, как поступает взрослый с ребенком, с которым вышел гулять и следующим жестом сжал мои руки в своей огромной ладони.

– И это тоже очень по-человечески. Потом скажете, что из-за мерзких демонов простудились, – прорычал спутник и… сбросил рубашку.

Я попыталась отстраниться. Но хватка рогатого стала просто непобедимой. Он заставил меня надеть рубашку… И прежде чем усмехнулась тому, что тонкая ткань способна спасти от холода ощутила, как стало тепло.

Ого! Магическая материя? Я о такой только слышала. Даже думала – фантазии демонофилов. Любителей рогатых ублюдков. По слухам, в которые я прежде не верила, такая ткань создает комфортную температуру для любого существа. Причем не только там, где надета, окутывает все тело магическим коконом.

А этот… повелитель не замерзнет? Я обернулась к рогатому. На замерзшего тот не смахивал вовсе. Зато теперь, в свете летучих фонариков, я могла разглядеть бугры грудных мускулов и кубики пресса. Сложен рогатый оказался очень неплохо. Мощные плечи, крепкие бицепсы так и притягивали взгляд.

– Я эндер. Не мерзну, – усмешка провожатого показалась кривой и порочной. – Рад, что тебе нравится мое тело. Это облегчает… понимание.

Я фыркнула, отвернулась и оказалась снова развернута лицом к демону.

– Говори! – приказал он. – Или заставлю с помощью магии.

– Какой у вас замечательный способ… эм… найти общий язык, – усмехнулась я.

– Я хочу знать, что вертится в твоей хорошенькой головке в мой адрес. Если ругательства – вываливай, если возмущение – высказывай. Если по-твоему это не способ найти общий язык – значит, ты не так умна, как выглядишь.

Он вновь сообщал, не дразнил.

И я решила ни в чем себе не отказывать. Уж раз дали карт-бланш – почему бы и нет? Как бы ты не пожалел об этом, рогатый придурок!

– Только демон может полагать, будто красивое тело – белзимитный пропуск к сердцу женщины! – выпалила я со всей откровенностью.

Эндер вдруг приблизился, провел ребром ладони по шее, так, что я ощутила, как млею, мурашки побежали вдоль позвоночника. Следующим жестом рогатый коснулся плеча, спины, чувствительного места за ухом. Практически в одно мгновение, и я вздрогнула от приятных ощущений. По телу разлилась блаженная нега, а внизу живота собрался тугой узел. Давненько я подобного не чувствовала… Наверное, со дня смерти Саши…

– Я знаю, как обращаться с женщинами, – констатировал демон.

– Пфф… Вы знаете, как возбудить. То же мне фокус! Но не знаете, как вызвать настоящую симпатию! – процедила я сквозь зубы. – А это – не больше чем физика. Я по-прежнему презираю каждого рогатого и меня по-прежнему вытошнит, если отдамся кому-то из вас.

Опаньки! Я его зацепила!

Эндер прищурился, схватил и прижал. Да уж! Ему точно не холодно! Горячий как сковородка для жарки блинчиков. Жаркое дыхание коснулось моего лица: рваное и шумное. Рогатый жадно втянул воздух, и я почувствовала, что он по-прежнему возбужден. Очень возбужден. Как будто мы собираемся переспать, прямо тут, возле портала.

Ноздри демона раздувались, оскал исказил красивое лицо… Он зарычал, будто дикий зверь и на секунду я испугалась. Нет, он может и не нарушит договор. Но вот что он со мной сделает? Хотя… ради того, чтобы высказать этому ублюдку все в лицо, я пошла бы на многое. Оно того стоило. Я задела его. Заставила задуматься. Стерла самодовольство с лица рогатого!

Пару секунд демон свирепо пялился на меня, шумно дышал и свидетельство его возбуждения пульсировало в районе моего живота.

Затем рогатый отпустил, даже слегка оттолкнул и холодно сообщил:

– А с чего ты взяла, что мне нужна твоя симпатия? Желания хватит с лихвой. У меня в замке отличные уборные. Можешь потом бегать туда с приступами тошноты сколько захочется.

И не давая ответить, рогатый провел рукой в воздухе. Ага. Магическое лассо. Сигнализирует такси, на которых установлены специальные маячки, что стоит приехать к нам поскорее – клиент готов платить втридорога.

Долго ждать не пришлось. Я всего лишь минут пять наблюдала, как вздымается грудь рогатого и ходят желваки. После чего перед нами пронесся лимузин хай класса и подкаченный землянин, смертный, по виду, вышел, открывая мне дверцу.

Демон коснулся уха – видимо там крепился мини-компьютер, позволяющий виртуально оплачивать проезд. Люди сейчас пользовались мини-компьютерами в кольцах, реже – в кулонах и браслетах. Демоны иногда предпочитали нечто вроде крохотного чипа на тыльной стороне ушной раковины. Водитель посмотрел в свое кольцо-компьютер и явно удивился – брови его поползли на лоб, а улыбка стала такой сладкой, что мне захотелось воды.

– Добро пожаловать, господа, – произнес он, растягивая слова и даже поклонился.

Рогатый не ответил, подтолкнул меня в салон и сам устроился в соседнем кресле.

– Адрес?

Я даже не сразу поняла, что демон обращается ко мне – смотрел он куда-то в сторону и все еще поджимал губы.

– Зеленая, тридцать пять У, – произнесла я и водителя от нас отделила непроницаемая коричневая преграда. Из пола лимузина выскочил столик с закусками. Бутерброды с красной и черной икрой, мраморной ветчиной, нежной семгой соседствовали с солеными крекерами, орешками, пухлым белым чайником с чаем и кофейником.

Запах еды и напитков наполнил салон ощущением уюта и фешенебельности.

Пиршество сохранялось при помощи магии в каком-то особенном куполе, пока столик в сложенном виде располагался в днище машины.

Есть не хотелось, поэтому я отвернулась к окну и думала, что поездка пройдет в полном молчании. Но спустя некоторое время рогатый вдруг разродился:

– Есть хочешь?

– Нет, – ответила я, не поворачиваясь на голос демона.

– Вот так и веди себя! – почти приказал он. – По крайней мере, искренне.

Я покосилась на рогатого. Ноздри все еще раздуваются, скулы заострились – хоть булку режь. Непохоже, что ему понравилось. Ну да ладно. Просите – и получите. А там уже не мои проблемы – ваши, и только.

– Скажи сыновьям, чтобы не кидались защищать маму. Ничего плохого я им не сделаю. Судя по аурам у них только маленький магический бонус – долголетие, – внезапно почти нейтрально сообщил спутник.

Я удивленно оглянулась на него. Откуда? Нет, откуда? До дома еще далеко, он не мог учуять моих сыновей на таком расстоянии. Или мог?

Я вопросительно посмотрела на демона.

– Хочешь что-то узнать – найти со мной общий язык! – оскалился рогатый ублюдок. Ну да, естественно! Чего еще ожидать от этого мерзавца. Не понимает он и никогда не сможет понять, как мать печется о своих детях. Я ему глотку перегрызу, если хоть пальцем коснется моих мальчиков.

Рогатый оскалился снова – скорее с усмешкой.

– Не пыхти! Ты и твоя семья под моей защитой. Ничего твоим сыновьям и друзьям не угрожает. Считай, это входит в условия сделки.

Я развернулась к рогатому всем корпусом.

– Думаешь, я поблагодарю за то, что не обижаешь моих близких?

Мой голос настолько сочился ядом, что я сама поразилась. Рогатый не удивился, оскал его расширился, а глаза сверкнули металлом:

– Не думаю. Ты вообще на редкость неблагодарная. Но твои причины я понял и принял их к сведению.

Он замолчал и отвернулся к окну.

Вот же гад! Он, действительно, убежден, будто я должна испытывать признательность за то, что не угрожает моей семье и близким? Какая же мразь!

Кажется, я даже фыркнула. Рогатый усмехнулся, но не проронил ни слова.

Оставшийся путь мы проделали в полной тишине. Напряжение буквально звенело в воздухе.

Я безумно наблюдала как за окнами машины разливаются пестрые кляксы огней города, размазанных по пространству из-за нашей безумной скорости. Демон больше не пытался вывести меня на откровения. Видимо, наелся. Что ж… Кушайте, не обляпайтесь. Я могла бы и сдерживаться. Даже не так! Я готова была сдерживаться! Сегодня, завтра, даже все три месяца пребывания в поместье демона. Сам же потребовал вести себя естественно и максимально откровенно!

…Забор считал мою ауру и начал открываться. Я надеялась тихонько пройти в дом и не будить сыновей. Но ребята уже ждали за воротами.

Дени – белокурый, поджарый, немного долговязый, весь в отца и Клим – крепкий, коренастый, каштаново-рыжий, с красивыми фамильными чертами лица – мой мальчик.

Ждали, переживали… Мои ж вы хорошие…

Внутри сразу потеплело, глупая улыбка напросилась на губы. Демон оценил, хмыкнул, но ничего не сказал.

Ребята, по всей видимости, считали по магическим датчикам, что я не одна и уж точно смекнули, что с демоном я вернулась бы в последнюю очередь. Вот и всполошились. Защитники мои.

Я опять улыбнулась, а рогатый издал новый смешок. Вот же придурок! Тебе, конечно же, не понять – каково это гордиться своими детьми. Отродье рогатое!

В руках сыновей блеснули пузыри с магическим огнем – мы держали их на случай непредвиденного. Залезут воры – немедленно вспыхнут факелом. Нынче, если ты без разрешения проник на чужую территорию, закон о превышении самообороны на тебя не распространяется. Сам, дорогой, сам. Не выжил – сам виноват, выжил – сам молодец.

Я думала, рогатый выпустит меня из машины первой, чтобы не схлопотать ненароком магическим огнем в лоб. Эндер выживет, но приятного мало.

Однако демон вылез прежде, чем я успела привстать с кресла. Расправил широкие плечи и приказал сыновьям так, словно он здесь – повелитель, а не в какой-то там Гойе.

– Не отпускайте больше маму невесть куда в одиночестве! Завтра пришлю пожирателей за вашей сестрой и матерью. Мы так договорились о лечении Маргариты. Остальное узнаете у мамы.

Демон создал портал и ушел, не прощаясь… О как! Вроде рогатым требовалось добраться до территории междумирья? Впервые вижу, чтобы демоны перемещались с Земли в свой Дергошт из точки, очень далекой от стыка измерений. Впрочем, я ведь и повелителей вижу впервые. Наверное, у них и силы особенные.

Не мудрено, если рогатый уверен, что излечит мою Марго. Ей ведь уже давали сыворотки из крови и даже ауры демонов. Простых. В основном, раргоев и пожирателей. Иногда черняков – демонов, что питались непосредственно энергетикой.

Значит, и магия у этого рогатого не в пример сильнее, чем у остальных.

Не успела докрутить в голове эту мысль, как Дени открыл дверцу, а Клим предложил:

– Мама, выходи. Он ушел. Мы заварили чай, сварганили макароны с сыром и ждем тебя на ужин.

Мальчики мои! Как прожить без вас целых три месяца?!!

Я вышла из машины и обняла ребят. Крепко-крепко. Потрепала по макушкам.

И мы втроем отправились в дом, который мне предстояло покинуть на целых девяносто дней. Бесконечных дней в разлуке с любимыми.

Такси беззвучно скрылось за воротами и те снова укрыли нас от всего мира, на время отрезав от его суеты, жестокости и бед…