Магическая полицейская академия. Третий (не) лишний

Глава 1

Слезы стояли в глазах, рвались наружу неукротимым потоком, щипали веки. Но я стиснула зубы, сжала кулаки и держалась. Да и какой смысл в слезах? Разве не этого они добивались? Бывшие подруги, что клялись в преданности, а затем из зависти к моему повышению строчили анонимки руководству? Генеральному директору и всем его заместителям в придачу, чтобы уж наверняка… А тут еще эта недостача! Ну прямо как назло! В самое неподходящее время, чтобы меня обвинили и потребовали уволиться…Хорошо еще по собственному желанию… Они хотели меня сломить. Но не сломили. Потому что у меня есть стержень.

Только благодаря ему я еще держалась. Даже сильные успокоительные не помогали. Душа горела огнем, мечты рассыпались прахом. Даже самые сильные натуры ломает предательство. Но я выдержу…

Я убеждала себя в этом, бессмысленно уставившись в синий экран компьютера, пока тот не замерцал. Я тряхнула головой. Мда… Интересные сейчас побочные эффекты от успокоительных… Что же они туда подмешали? Наркотики? Психотропные? Я помотала головой и решила, что от греха подальше компьютер лучше выключить. Но у техники были свои планы на вечер. Вдавленную кнопку «Пуск» ноутбук благополучно проигнорировал. Лишенный электричества, только мигнул и зажегся еще ярче, будто в назидание нехорошей хозяйке.

Батарейка моего ноутбука почила смертью храбрых еще прошлым летом. Тогда ближайший сосед – глава местной мэрии – распорядился отключить всему поселку свет, чтобы подстричь деревья возле собственного особняка. У богатых свои причуды, а у бедных – свои беды. С тех пор батарейка моего компьютера так и не ожила.

Даже оглушенная лошадиной дозой лекарств нервная система среагировала на странную ситуацию. Холодок пробежал вдоль позвоночника, я зябко поежилась. Осторожно выскользнула из кресла и попятилась от безумной машины, намереваясь сбежать куда подальше. Но в эту минуту прямо из экрана высунулась мужская рука, дернула меня за плечо и… перед глазами все померкло. Что ж… Если не погас экран, то хотя бы свет перед глазами. Бессмысленно съязвила я и отключилась.

– Ну и что с ней такое? Можете вы мне объяснить? Какого черта, я вас спрашиваю, так пугать будущих адептов и сыщиков? Они у нас и так все прошли первичную инициацию предательством! Нервные до дрожи, обиженные на весь мир и недоверчивые!

Грубоватый, немного хриплый голос приближался, словно говоривший наклонился, чтобы рассмотреть меня получше.

– А она ничего так для своих лет, – констатировал он. – Я ожидал худшего. Омолаживать будем?

– Ща! – отозвался высокий мужской голос. – У нас же все студенты выглядят не старше двадцати. Значит, надо омолаживать. Хотя она и правда ничего так. По ведьминским меркам… Рыженькая, носик вон маленький, ушки почти эльфийские, губки бантиком.

– Ты не очень-то засматривайся! – прервал череду комплиментов грубый голос. – Работай! Ночь на дворе! Все нормальные существа видят десятый сон!

– Работаю, работаю… Ой… седые волоски… уберем… Ага… морщинки… где вы? Я вас найду-у-у…

Несколько минут я думала, что глаза открывать не стоит. Мало ли. Фантасмагория вокруг напоминала дурной сон, а упоминание адептов и сыщиков – откровенный бред. В мои годы не то чтобы учиться, преподавать можно.

Внезапно по телу прошлась теплая волна, а затем еще и еще. Я непроизвольно напряглась и подняла веки. Не хотела, но глаза открылись сами собой. Рядом со мной вышагивал туда-сюда верзила лет тридцати пяти в черной как смоль водолазке и таких же джинсах. Напротив, будто нарочно для контраста застыл среднего роста жилистый блондин, очень похожий на эльфа. На вид ему можно было дать не больше двадцати пяти.

– Ну вот и отлично. Она очнулась. Нервную систему мы временно приглушили. Так что сильных эмоций у нее пока не будет. Пусть передохнет от переизбытка впечатлений, – сообщил кто-то грудным басом. Кто-то – потому что в комнате, кроме меня и мужчин никого не было, но ни верзила, ни «эльф» ртов не раскрыли.

– Ну и чего таращишься? – возмутился грудной бас. – Знаю, стены не мешало бы подкрасить, окна помыть, а полы вообще отдраить. А еще эта дурацкая царапина на самом видном месте… до самой штукатурки… Про разбитое окно на дальней башне вообще молчу… Но разве этих лоботрясов заставишь поухаживать за зданием? Только себя любимых и лелеют!

Я огляделась вокруг. Голубые стены комнаты выглядели довольно чистыми, синеватый паркет поблескивал в лучах огромных белых шаров за окнами. Они сверкающей шеренгой повисли прямо в воздухе. Тени ажурных рам невесомыми узорами расчерчивали пол. Вот это интерьер! Кроме сиреневой кушетки, на которой я лежала, мебели в комнате не обнаружилось. Верзила продолжал прохаживаться взад-вперед, словно тренировался на роль маятника. «Эльф» выпрямился и замер.

– Устраивает? – спросил вдруг куда-то вверх.

– Сойдет. Оставляем. Ведите ее в общежитие. Пусть приведет себя в порядок и завтра же отправляется на учебу, – ответил неведомо кто грудным басом.

– Вставай, – предложил мне «эльф» и даже галантно подал руку. Я поднялась на неверных ногах и безвольно двинулась за провожатым. Блондин подвел меня к фиолетовой двери. Та сама собой распахнулась, и мы очутились в голубом коридоре. На стенах горели неяркие оранжевые светильники в виде лилий. От них змеились желтоватые узоры, переплетаясь на стенах и потолке в причудливые кружева.

– Вы еще в шоке от перемещения в иную реальность, – внезапно расщедрился на объяснения «эльф». – Но это пройдет.

– От перемещения куда? – уточнила я, действительно не в силах выйти из оцепенения. Другая бы на моем месте закатила истерику, засыпала провожатого ядреными шуточками, под стать конюху, в конце концов, потребовала прЫнца на белом коне. Или на чем тут вообще ездят? В общем, повела бы себя как нормальная, порядочная попаданка. Только не я.

То ли все дело было в перемещении, о котором толковал «эльф», то ли в «приглушенных» нервах, но воспринимала я все с поразительным спокойствием. Даже более того – с какой-то отрешенностью. Очутилась неведомо где? Ну и ладно. Жива ведь и даже относительно цела. Кто-то там меня омолаживал и вообще что-то со мной вытворял? Да пожалуйста! Зато паспорт менять не потребуется. Столько нервов и времени в очередях сэкономлю. Меня ведут в какое-то общежитие и собираются чему-то учить? Ну что ж… учиться никогда не поздно. В конце концов, где наша не пропадала?

Краем глаза я заметила, как улыбается «эльф» – одними уголками губ.

– Значит так… Вы находитесь в Магической Полицейской Академии на факультете расследования магических предательств, – неожиданно просветил он меня. – Все, кого предали близкие, проходят своеобразное перерождение. Так называемую первичную инициацию. И если в них заложена магия, мы забираем их сюда. Здесь учатся на специальных сыщиков. Они распутывают предательства, совершенные с помощью магии, и отдают виновников под суд. После окончания обучения состоится проверочный экзамен – так называемая вторичная инициация. Адептам дадут возможность вернуться в свою реальность и расквитаться с обидчиками. От того, как вы это сделаете и что предпримете, будет зависеть, примут ли вас в ряды сыщиков или же оставят в старом мире. Все зависит от вашего выбора.

Я покосилась на «эльфа», тот усиленно закивал и потянул за поворот.

Коридор свернул еще несколько раз и трижды раздвоился. Ближе к концу пути мы заметно ускорились, и я вдруг поняла, что усталость и заторможенность как рукой сняло.

Казалось, внутри проснулись прежде дремавшие силы. Провожатый хмыкнул и развел руки в стороны.

– Ну что ж… Выбирайте комнату.

Я посмотрела на совершенно гладкие синие стены без единого признака дверей, и захотелось стукнуть «эльфа» чем-то тяжелым, подражая истинным попаданкам. Ну а что? Сам же напросился! Стоит тут и издевается!

К моему несчастью и к счастью «эльфа» вокруг не обнаружилось ни единого предмета. Я метнула в блондина свое единственное оружие – испепеляющий взгляд и тот даже закашлялся.

– Понял. Вы еще не вошли в полную силу…

На минуту почудилось – он рассуждает, почему я не врезала просто так, кулаком. Но «эльф» продолжил:

– Попробуйте посмотреть словно сквозь стену… Будто бы смотрите в никуда…

Захотелось снова огреть провожатого, но в эту минуту я краем глаза зацепила несколько фиолетовых дверей. Отличались они разве что оттенком – от темно-синего до близкого к лиловому.

Одновременно возникло ощущение, будто из одной двери льется на меня горячий поток. Я инстинктивно двинулась навстречу неведомому теплу. Дверь не открылась, я просто прошла сквозь нее и очутилась в просторной квартире-студии. Здесь обнаружилось все, что нужно для жизни, даже ванная. Вот только кухня, кабинет и спальня оказались совмещенными. Впрочем, габариты квартиры-студии позволяли разгуляться.

В окна вонзались широкие секиры света летучих фонарей. Со стен тонкими стрелами устремлялись в центр студии лучи маленьких круглых лампочек. «Эльф» очутился рядом и невозмутимо изрек:

– Теперь вы дома. Завтра утром Мальгрим сообщит расписание. До новых встреч, – крутанулся на пятках и вышел в закрытую дверь также, как и вошел.

Эмм… Я плюхнулась на просторную кровать из красного дерева, раскинула руки и ноги в стороны и некоторое время пыталась прийти в себя. Так-с… Я в какой-то волшебной Академии. И судя по тому, что щипки оставляют на ногах синяки, все взаправду. Нервную систему «приглушили», поэтому я спокойна почти как удав. Хотя впору впадать в панику или хотя бы немного поистерить для приличия.

Ну что ж… Поведем промежуточные итоги…

Меня подставили, лишили любимой работы, должности, и теперь я буду расследовать подобные дела. Помогать тем, кто пострадал от лже-подружек, вроде моих, наказывать предателей. А почему бы и нет? К стандартному набору классической попаданки – магическому дару и неведомому учебному заведению прилагаются разговорчивые стены, омолаживание теплой волной и двери, сквозь которые все ходят, словно их и вовсе нет…

Казалось, всю жизнь только этого и ждала, и вот наконец-то…

В старом мире меня ничто не удерживало. С мужем мы развелись по обоюдному согласию, сын с дочкой выросли и завели собственные семьи. Я увлеклась дизайном. Достигла небольшого успеха, получила назначение на должность начальника рекламного отдела и напоролась на зависть, злобу и подлость. Что ж…

Это не худшее, что могло случиться. В конце концов, меня могли закинуть к вампирам в качестве ужина или к плотоядным оборотням в качестве обеда.

Я откинулась на кровати, да так и уснула.

«Адептка Агаева! Адептка Агаева! Срочно вставайте! Через час общее собрание учащихся в главном корпусе!»

Этот бас я узнала бы даже в полной и глубокой коме. Я открыла глаза, протерла их и с удивлением обнаружила, что глюк, вызванный бутыльком корвалола, никуда не делся. Ну что ж, бывает.

Значит надо собираться. Мне хватило нескольких минут, чтобы принять душ и переодеться в вещи, которые очень любезно перенес кто-то из моего земного гардероба в местный. Кожаные лосины и свободная туника показались вполне удачным выбором. Рыжие волосы я собрала в высокий хвост, бросила беглый взгляд в зеркало и ненадолго потеряла дар речи. Из серебристой глади на меня смотрела девочка лет семнадцати, не больше. Огромные янтарные глаза выглядели бездонными, черты лица – еще более кукольными, чем прежде, а все недостатки кожи исчезли неведомым образом. Точеная фигурка дополняла подарки местной Академии.

Хм… А не так уж они и плохи, эти предательницы.

Похоже, мою нервную систему «приглушили» более основательно, чем думалось поначалу. Иначе как объяснить, что тетенька «сорок плюс» так спокойно, не вереща от безудержного восторга, отреагировала на то, что превратилась в юную красотку?

Наверное, оно и к лучшему. Слишком много потрясений – вредно для здоровья. Хороших или плохих – не так важно, дело в количестве. А тут, чувствую, меня еще не раз потрясут. Во всех смыслах слова.

Я развернулась и попыталась выйти в закрытую дверь… но ничего не получилось. Я разбежалась и прыгнула, но дверь опять остановила стремительный полет. Что ж, придется умирать красивой. Наверняка в холодильнике найдется еда, значит, с голоду погибну не сразу. Есть еще вариант – вылезти в окно. Я развернулась, покосилась на него и обнаружила, что напротив курчавятся макушки деревьев. Не очень хорошо. Значит, я на одном из верхних этажей. Я отступила, еще и еще, зачем-то активно попятилась и… выпала из закрытой двери. От неожиданности я полетела вперед спиной и… врезалась в нечто твердое, теплое и явно недовольное. Нечто запыхтело, засопело, и спустя секунду меня резко развернули.

Перед глазами оказалась мощная мужская грудь в треугольном вырезе серой футболки. Я вскинула голову и увидела лицо незнакомца. Грубо высеченное, но весьма привлекательное. Парень тоже разглядывал меня. И судя по тому, что его кислая мина сменилась слабой улыбкой, увиденное понравилось незнакомцу.

Ну вот! Теперь у меня все как у порядочной попаданки! Первый знакомец в новой Академии – красавец парень с явными замашками лидера.

«Первый знакомец» прищурил льдистые голубые глаза, пригладил пятерней непокорные иссиня-черные вихры и пробасил:

– Тоже из новичков? Проводить к главному корпусу?

Я только кивнула. Верзила неожиданно галантно подал мне руку, и я не нашла ничего лучше, чем схватиться за нее. Парень стремительно сорвался с места, и я с трудом подстроилась под его быстрый шаг. Впрочем, верзила вскоре заметил мои трудности и чуть сбавил темп.

– Тебя тоже предали? – вскинул он соболиную бровь.

Я кивнула, потому что больше ничего в голову не приходило. Делиться подробностями с незнакомцем не хотелось. Да и настроение резко портилось, стоило лишь вспомнить, через что я прошла в последние месяцы. Верзила понимающе кивнул.

– Не переживай. В конце обучения нам дадут расквитаться с обидчиками! – почти прорычал он и сжал кулак так, что костяшки посинели. – Меня Аркарис зовут, кстати. Принц седьмой династии из реальности вирнов.

– Э-э-э… – это было все, что я смогла ответить на поток неведомых слов из уст незнакомца. Верзила внимательно изучил мое лицо и резюмировал:

– Ты из немагического мира.

Я коротко кивнула.

– Тогда почему ты маг? – удивился незнакомец.

– Я-а? – протянула я.

– Все с тобой ясно, малышка, – расплылся в улыбке верзила и спрятал руку в карман свободных черных брюк. – Обрела способности через страдания. Прошла первичную инициацию и стала ведьмой. Бывает… Хотя и редко. Ладно, потом разберешься. А я помогу.

На языке вертелась куча вопросов. Зачем ему мне помогать? Кто такие вирны? С чего вдруг Аркарис взял, что я маг? Но я решила вначале дойти до Главного корпуса или хотя бы выйти из этого. Потому что мы все шагали и шагали по безлюдным голубым коридорам. И вот стоило мне так подумать, как вокруг начали появляться люди. Или существа… кто их тут разберет. Внешне ребята вполне походили на людей. Одни выглядели слишком крупными, с мясистыми чертами лица, и напоминали толкиеновских орков. Другие – худощавыми, тонкими, как лиана, и очень гибкими. Третьи в точности соответствовали образу эльфов, хотя и поражали высоченным ростом. Я едва доставала им до груди, что мужчинам, что женщинам. Мой провожатый оглядывал всех так, словно четко понимал – кто есть кто. А с некоторыми даже здоровался. Ну как здоровался… Короткий кивок или небрежный косой взгляд – вот и все, чего удостаивались окружающие. В ответ большинство кивали тоже. Вполне дружелюбно. Значит, кто такие вирны тут не знаю только я… Ладно… Ничего страшного. Парень поглядывал одобрительно, даже почти по-приятельски, укусить не пытался… Значит все в порядке с этими вирнами. Людей они не едят, кровь не пьют, и этого мне достаточно.

Стоп! Я, что, размышляю, как настоящая адептка? Я же этому вирну в матери гожусь! Или даже в бабушки, как повезет. Я метнула на парня любопытный взгляд. Он ответил тем же, повел могучим плечом и спросил:

– Ну и что тебя так заинтересовало?

С минуту я раздумывала – дать волю любопытству или прислушаться к голосу интеллигентности. Несчастная все еще пыталась образумить мой внезапно помолодевший организм и разум.

Вести себя как обычная попаданка – то есть хамить, дерзить, объяснять всем и вся, как они должны себя вести в собственном-то мире, не хотелось категорически. Но нездоровый интерес пробудился не на шутку.

– А сколько тебе лет? – выпалила я.

Парень даже притормозил от неожиданности. Сморгнул, сглотнул и двинулся дальше, потянув меня за собой. Мы бодро влились в поток адептов и некоторое время просто шагали вместе с остальными вперед, по очередным длинным коридорам. Наконец, Аркарис отмер.

– Эм… Интересный у вас, в немагическом мире, способ знакомиться – покачал он головой. – Мне триста. Вирны живут около 10 тысяч лет, учатся до четырехсот. А что?

– То есть по вашим меркам ты юноша? – поразилась я собственному выводу.

Он утвердительно мотнул головой.

– Размер ноги не спросишь? – прищурился Аркарис. Я хихикнула, парень даже не улыбнулся.

Я помотала головой.

– Уже хорошо, – прокомментировал вирн. – Сколько тебе, спрашивать не буду. Вроде в некоторых мирах считается невежливым интересоваться у женщины ее возрастом.

Я решительно закивала. Объяснять Аркарису, что по меркам его расы я младенец в подгузнике, а по меркам своей – старая перечница, которую зачем-то внезапно омолодили, желания не возникало.

Аркарис косился на меня с любопытством, но молчал. Дружной толпой мы оставили позади еще несколько коридоров и четыре развилки. Кроме меня, все, похоже, отлично тут ориентировались и точно знали, куда направляются… В стену… Ну да, как же иначе. Когда очередь дошла до нас с Аркарисом, мы смело шагнули в совершенно гладкую синюю стену с небольшим розовым пятнышком посередине и… очутились на лужайке. Несколько фонтанчиков в виде букетов роз распыляли в воздух серебристую жидкость с сладковатым запахом. На небольших клумбах раскинулся ковер мелких оранжевых цветочков, источавших приторно-медовый аромат. Я вскинула глаза и открыла рот. Здание, которое предстало взгляду, не то чтобы впечатляло, сбивало с ног своей необычностью.

Ярко-синий замок размером с иной небоскреб раскачивался туда-сюда и что-то напевал. Да-да, напевал. Голубые пристройки, соединенные со зданием длинными проходами, мурлыкали в такт, заглушая стрекот насекомых и птичьи трели.

Не успела я удивиться – на каком же языке поет здание, как песня перевелась в голове сама собой. Вернее, слова стали знакомыми. Замок с упоением выводил «Гаудеамус игитур…», а пристройки почему-то подпевали: «Да-да-да! Все беды ерунда! А вам ребята – сюда!»

– Ты чего застыла? – удивился Аркарис так, словно у него в мире абсолютно все постройки встречают гостей нестройной акапеллой.

Я пожала плечами и обнаружила, что большинство адептов уже у Главного корпуса. Мы с вирном остались одни, на цветущей лужайке среди фонтанов.

– Если что-то с ногами, могу помочь, – невозмутимо сообщил парень. И не дожидаясь ответа, схватил меня, закинул на плечо и понес. Вот так я и въехала в Главное здание, пятой точкой вперед.

Не сбавляя темпа, Аркарис врезался в толпу адептов как ледокол в обледенелое северное море. Мы миновали огромный круглый холл, поднялись на два этажа и очутились тоже в круглом помещении, в самом центре которого высилась трибуна. Пение резко оборвалось, все вокруг стихло, и адепты замолкли. Аркарис очень вовремя поставил меня на ноги – с широкой лестницы в обрамлении ажурных перил спустились пятеро.

Честно говоря, я немного расслабилась от гуманоидного вида учащихся и такого подвоха не ожидала. Поэтому снова приоткрыла рот. Аркарис среагировал моментально, и, перечисляя вошедших справа налево, пояснил – кто есть кто. Чем дольше я общалась с парнем, тем больше казалось, что он просто незаменимый экскурсовод по местным достопримечательностям. Иначе я незнакомцев назвать ну никак не могла.

Первый из них походил на плакучую иву, ради смеха наряженную в длинный балахон, типа судейского. Все было при нем: болотного цвета кора, короткие сучки на шее и пальцах и толстые, словно ветки, волосы, по цвету не отличимые от кожи.

Второй напоминал суслика, переодетого в джентльмена прошлых лет. На нем как влитая сидела жилетка, брюки в полоску и шелковая рубашка с накрахмаленным воротничком. Разве что физиономия «суслика» выглядела почти человеческой, лишенной меха. Зато на лапках росли и шерсть, и когти.

Перед мужчиной и женщиной рядом с «сусликом» любители американских комиксов пали бы, наверное, ниц. Переодень их как женщину-кошку и супермена, многие фанаты бросились бы искать криптонит. Мужчина имел фигуру бодибилдера, только без ужасных вздутых вен, буйволиную шею, квадратную челюсть, но на удивление красивое, почти аристократичное лицо. Его челка, цвета воронова крыла, небрежно зачесанная набок, дополняла сходство со знаменитым Кларком Кентом. Выбивалась из образа только одежда мужчины, больше похожая на форму физкультурника – зеленые трикотажные брюки и водолазка того же цвета. Женщина в длинном алом платье не двигалась – текла, и разве что не мурлыкала. На голове у нее между смоляными прядями красовались два мохнатых уха. Замыкал ряд удивительных незнакомцев лысый гигант с темно-фиолетовой кожей. Он беспрестанно теребил кольцо в носу и поддергивал белую футболку, словно та могла сесть еще лучше. Почему-то сразу вспомнился Джин из диснеевского мультика.

– Справедливость, – ткнул пальцем в дерево Аркарис. – Или коротко – Прав. Преподает основы магического равновесия. Учит вникать в суть вещей и событий. Хранитель Весов Правосудия. На них мы кладем вещи противных сторон в том случае, если сыщики бессильны разобраться в очередном преступлении. Энергии на решение задачки уходит очень много, даже здание начинает трещать по швам. А Мальгрим – очень мощный маг. Хотя и замок. Поэтому не стоит злоупотреблять. Но ответ выдается точнее некуда. Мохнатый – это Пронырливость или Ныр. Он учит втираться в доверие к подозреваемым, раскалывать свидетелей. Двое рядом – Допрос и Разговорчивость. Рос и Чи, если коротко. Ну ты поняла. Один учит выбивать сведения, другая заставляет проговориться. Фиолетовый – Маскировка или Кир. Говорят, он так хорошо маскируется, что почти никто из выпускников не видел Кира иначе, как на приветственном собрании.

Сразу вспомнился анекдот про неуловимого Джо, но от шуточек в таком стиле я решила воздержаться. Так, на всякий случай.

Я посмотрела на Аркариса, на пятерку перед нами, снова на Аркариса, и вирн не выдержал.

– Привыкай, скоро придется ходить на их занятия.

– Откуда ты про них знаешь? – вырвалось у меня, пока толпа безмолвствовала, а пятерка не спешила приветствовать нас.

– В магических мирах их проходят в школе. Персонажи более чем известные, – объяснил Аркарис, хотел что-то добавить, но Прав вдруг заговорил.

Голос его звучал на удивление чисто и мелодично.

– Приветствую вас, будущие сыщики. Все вы оказались тут потому, что стали жертвой предательства и обрели магический дар через страдания. Должен заметить, что такая первичная инициация рождает очень сильных колдунов. Наша Академия – особенная. У нас нет лекций, лабораторных работ, решения задач. Только редкие недолгие консультации с преподавателями. Адепты учатся раскрывать преступления на практике. А это значит, что уже сегодня вы сформируете пары. Два дня дается студентам на адаптацию, а затем приметесь за расследования. Параллельно мы будем давать наставления, проводить обучение. И так в течение двух-трех лет, смотря кто как быстро освоит науки. Затем вы вернетесь в момент, когда столкнулись с предательством. С новыми способностями и возможностями Академии, о которых вам еще предстоит узнать, вы сможете сделать с обидчиками все, что захотите. Это и будет вашим экзаменом на профпригодность. Вторичной инициацией, как мы ее называем.

– Э-э-э! – потянула руку вверх жгучая брюнетка в черных ботфортах на шпильках и с конским хвостом.

– Да, – разрешил Прав.

– То есть от того, как мы расквитаемся с предателями, будет зависеть – возьмут нас сыщиками или нет? – низкий, бархатный голос девушки звучал очень сексуально.

– Именно так, – подтвердил Прав.

– Но как мы узнаем, что правильно? – не унималась брюнетка в ботфортах.

– Вы не узнаете. Правильно, так как вы поступите. И станет ясно – подходите вы для нашей работы или же нет.

Брюнетка нервно пристукнула каблучком по полу и вздохнула.

– Гварлы, они такие гварлы, – с заметным пренебрежением шепнул мне Аркарис.

Я решила, что позже выясню, что он хотел сказать. Тем более, что название расы мне ровным счетом ни о чем не говорило.

Тем временем Прав замолчал, а Ныр приподнялся на цыпочках, и по залу разнесся утробный бас. Я аж вздрогнула, Аркарис пожал руку так, словно защищал. Хм… Странный он все-таки.