Мой страстный космос
- -
- 100%
- +
– Впервые я попал в сэлфийский театр два года назад. А потом посещал его так часто, как позволяли разъезды. Но месяца два назад отец вызвал по семейным делам. Проклятье! Я сам убил бы брата за то, что он с вами так… Если бы я оставался на станции, никогда не позволил бы такого! Даже близко бы его к вам не подпустил!
Я резко убрала руки с плеч Ральфина. Почему-то ужасно не хотелось, чтобы он воспринял жест как приглашение к более близкому контакту. Эльталл издал странный звук, похожий на вздох и отодвинулся еще дальше. Теперь он лишь придерживал меня за плечи на вытянутых руках, как скромник-студент свою первую пассию во время медленного танца.
Я заглянула в лицо Ральфина, и наткнулась на непроницаемую маску. Эльталл снова спрятал эмоции и походил на каменного истукана. Только глаза цвета лесного ореха сверкали как-то по-особенному.
Мы постояли еще немного. Ральфин молчал и только дышал все более натужно и рвано. Я боялась вновь поднять глаза на принца, да и ответить ему мне было нечего. Тишина повисла в комнате – томительная, напряженная. Спустя несколько минут, Ральфин отпустил меня, издал очередной непонятный звук – то ли хмыкнул, то ли усмехнулся. И я нашла в себе силы встретиться взглядом с эльталлом. Он все еще смотрел как-то не так. Будто ждал чего-то. Но заметив, что я немного пришла в себя, дежурно улыбнулся – широко и совершенно неестественно и протянул руку:
– Пойдем. Покажу, что приготовил для наших развлечений.
Я положила ладонь в теплую руку эльталла, и та утонула в мощной пятерне. Сейчас вдруг бросилось в глаза, что руки Ральфина скорее походили на руки Эла, чем его насильника-братца. В меру красивые, но и в меру сильные ладони, в меру длинные, но и в меру жилистые пальцы. Все, как мне нравилось. И снова, снова я возвращалась мыслями об Эле! Проклятый вельтанин не желал выходить из головы!
Мы с Ральфином отмерили шагами почти половину громадного транспортника. Теперь стало ясно, что он намного больше охотничьего.
Хотя… чему удивляться? Военные корабли строились по особым проектам. Удобство в них сочеталось с маневренностью, современная сверхаппаратура – с множеством функций, которыми можно было управлять напрямую, вручную. Автопилот отключался движением руки, и почти весь корпус ощетинивался плазменными и лазерными пушками.
Мирные транспортники тоже имели их в арсенале. Но не в таком количестве.
А еще их оснащали сигнализацией. Внушительные красные виртуальные кнопки подмигивали со всех стен кают и коридоров. Любая позволяла вызвать на помощь полицию или все тех же охотников. Теперь пираты совершенно лишились шанса напасть неожиданно. Наверное, поэтому, они и стали объединяться, атаковать скопом, пытались взять числом.
Как бы ни старалась я отделаться от мыслей об Эле, но все, даже корабль эльталлов напоминал про вельтанина.
Просто наваждение какое-то! Я непроизвольно посильнее сжала руку Ральфина. Он сделал вид, что не заметил.
Игровая комната располагалась так же, как и на всех транспортниках, на которых мне доводилось летать. Ближе к «хвосту» корабля, между столовой и медицинским отсеком.
Я вошла и на мгновение потеряла дар речи.
Да-а-а… Ральфин явно готовился к мероприятию.
Самая обычная каюта транспортника превратилась в… эльталлский лес. Я видела такие на картинках в галанете. Но трехмерные изображения вряд ли передавали даже четверть красок и форм.
Гравитация на эльталле немного уступала земной, но не сильно. Как ни удивительно, кости аборигенов не были такими же пористыми, как у большинства уроженцев планет со слабым тяготением. Ходили слухи о том, что эльталлы на самом деле прилетели на родину из космоса. Что предками их были вартанцы, вельтане или даже люди… Но эти цивилизации настолько отличались друг от друга – внешне, культурой и даже манерами поведения, что мне слабо верилось в смелые теории ученых.
Куда более разумной выглядела гипотеза, что эльталлы произошли от водных млекопитающих и некогда жили на большой глубине. Отсюда и крепкие кости, плотные, жилистые мышцы, совершенно не нужные на Эльталле.
Зато все отмечали, что аборигены не шли – плыли, парили над землей на родине. Чисто физически это легко объяснялось. Но когда я смотрела видео с одного королевского приема на Эльталле, помнится, была впечатлена по-настоящему.
В игровой с гравитацией «поколдовали» тоже. Чуть дальше порога меня словно подбросило в воздух. Казалось, не иду – парю, каждый шаг давался на удивление легко, почти не требовал усилий.
В вышине звонко пели птицы. Заводили длинные трели, трещали и попискивали на разные голоса. В кронах деревьев стрекотали насекомые.
Солнечные лучи золотистыми нитями просачивались сквозь плотную сетку крон и разливались по полянам.
Ральфин улыбнулся, обвел рукой синевато-изумрудные кущи и произнес:
– Один из обычных для Эльталлы лесов. Хвойный, если использовать терминологию Земли.
Так вот почему здесь так пахло сосной! Аромат очень напоминал земной, только казался чуть мягче, нежнее.
Сами хвойные поражали воображение. Они напоминали плакучие ивы и дубы одновременно. Очень крупные, кряжистые стволы не обхватили бы и десяток человек. Разве что вартанцев, и то не факт.
Длинные тонкие колючки выглядели слюдяными – прозрачными и словно искусственными. Громадные шишки вырастали больше моей головы. С нижних веток свисали сотни вьюнов с крупными, остроконечными листьями и лиловыми цветами, от чего чудилось, что сами ветки тянутся к земле.
Между деревьями раскинулись целые поляны растений – такие я видела только в фантастических фильмах и на рисунках.
Крупные, похожие на голубые воронки, мягкие, словно грибы, они венчались желтым мясистым пестиком. Длинный многоугольник устремлялся в высь и заканчивался громадным алым шаром.
Я где-то читала, что если задеть такое растение, оно моментально сворачивалось и превращалось в нечто вроде бесформенной груды листьев. Если зацепить посильнее, шар испускал очень сильный пряный запах.
Ярко-изумрудная трава выглядела такой тонкой, почти невесомой, что, казалось, наступи – и она превратится в прах. Но, на самом деле, насколько я слышала, эльталлской травой раньше даже пытали. Резали заживо, натягивая гибкие былинки вдоль рук или ног.
Многие изящные стебельки венчались цветами. Они распускались почти на уровне моих глаз, а некоторые – и на уровне макушки. Вот что значит пониженная гравитация! Сами соцветия походили на крупные маки, ромашки, но лепестки выглядели кусочками шелка или даже кружева. Некоторые, и впрямь, истончались до причудливой паутинки.
В ярких солнечных лучах внутри громадных листьев и цветов проступал сложный узор жил.
Все здесь выглядело каким-то эфемерным, почти сказочным.
Не успела я насладиться экзотическим зрелищем, как навстречу выскочила стайка красно-коричневых зверьков. Что-то вроде земных белок, только намного больше и еще одна – похожая на черного кролика. На плечо села желтая бабочка почти таких же размеров как те, что наша труппа создавала во время представления с «ручными динозаврами».
Я думала, на этом все. Но послышался треск ветвей. Пахнуло чем-то кисловатым, или кисло-сладким. А затем – терпким. Целая поляна диковинных растений-грибов разом свернулась в холмики.
Нам навстречу вышел эльталлский олень. Вообще этих животных называли зоммы. Но люди однажды нарекли их так, и слово прижилось в общем языке Союза.
Гордый зверь и впрямь напоминал оленя. Высокий, на красивых изящных ногах с серебристыми копытцами, с миндалевидными глазами цвета темной яшмы – большими и почти осмысленными. Голову его украшала корона рогов. Сплошная, высокая, ажурная.
Олень подошел, подмигнул глазом, наклонил голову. Я инстинктивно протянула руку, но она прошла сквозь трехмерное изображение. Ральфин хмыкнул.
– Вот создашь материальную иллюзию – и будешь кататься. А пока только так.
Я посмотрела на эльталла. Он выглядел очень довольным, почти гордым тем, что так удивил меня. Нынешняя – искренняя, теплая улыбка Ральфина совсем не напоминала ту, что растягивала его губы совсем недавно.
– Ну а теперь, идем развлекаться! – тронул меня за руку принц.
Следующие несколько часов мы гуляли по лесу, стреляли по виртуальным животным, которые падали убитыми вполне натурально. Даже кровь сочилась из ран на траву.
Потом мы наблюдали за танцем бабочек и стрекоз.
Над громадной поляной, плотно заросшей голубыми растениями-грибами порхали сотни прекрасных насекомых. Не такие яркие, как на Земле, с тончайшими узорами на крыльях, они выглядели изысканными, почти нереально прекрасными.
Вначале бабочки собирались в огромный рой. Быстро кружили друг за другом и сливались в гигантский шар всех цветов радуги. Затем подлетали стрекозы и окутывали шар редкой сеткой крылатых тел. Их перламутровые крылья переливались на солнце, выпуклые фасетчатые глаза поблескивали.
Затем внезапно «пестрый кокон» рассыпался. Бабочки выстраивались парами и начинали выписывать друг вокруг друга замысловатые зигзаги. Стрекозы садились на растения, и застывали, словно причудливые украшения.
Бабочки продолжали свой танец – менялись «партнерами», взмывали повыше и опускались вниз. И, наконец, тоже садились на чудо-грибы.
Действо длилось больше полутора часов, но я смотрела как завороженная, не в силах глаз отвести от природной красоты.
Только когда все закончилось, стало ясно, что ноги здорово устали. Икры заныли, бедра тоже, захотелось куда-нибудь присесть. И Ральфин опять будто угадал мои мысли и желания. Взял под руку и повел на выход.
Я думала, мы отправимся в каюту, но мы прошли дальше, в ресторан, где уже ждал накрытый стол.
Я бы удивилась, если бы там не оказалось жареной камбалы, запеченной картошки и баклажанов.
Эльталлы расстарались на славу. Я и впрямь чувствовала себя гостьей королевской династии.
Ужин прошел в непринужденной обстановке. Сама не знаю, как, но Ральфин очень быстро преодолел мое предубеждение против его расы и семьи. Когда мы выпили достаточно травяной настойки, появился биобот. Я еще не видела их на этом корабле и удивилась – насколько биобот похож на эльталла.
Жилистое, гибкое тело, длинные белые волосы до пояса, собранные в низкий хвост, тонкие черты лица и острый нос. Я приняла бы его за родственника Ральфина, если бы не скупые, выверенные жесты и полное отсутствие нормальной мимики.
Биоботы выражали эмоции лицом. Но только сильные. В остальных случаях они просто каменели.
– Посадка на планету через час по земному времени. По времени Земли на Эльталле около шести вечера, по времени Эльталлы – восемь. Почти стемнело. Машина уже на месте.
Ральфин кивнул биоботу. Тот поклонился, привычно заложив руку за спину, и удалился быстрее, чем я успела произнести слова благодарности.
Глава 9. Дари
Я почти привыкла к тому, что эльталлы ничего не делают так, как другие инопланетники. Вот и сейчас мы не вышли из зеркала космотелепорта в какой-нибудь диковинный зал, а сели прямиком на планету. Транспортники аборигенов выскальзывали из пространственных коридоров где-то на орбите и затем «парковались» в особенном месте. В галанете его называли «тамна».
Ральфин взял мой чемодан и закинул на плечо, как пуховую подушку. Подал руку, и мы вышли из дверей транспортника. Трапа внизу не обнаружилось. Мы очутились на квадратной площадке, которая неспешно спустилась вниз.
Транспортник, похожий на древний самолет моей земной молодости, пристроился в ровном ряду таких же гигантов. Корабли среднего размера, то есть вдвое меньше нашего, стояли чуть поодаль. И совсем на периферии громадной, ровной площадки с гладким, как стекло, желтым покрытием притулились маленькие транспортники. Желто-белые глаза фонарей реяли в воздухе и разливали вокруг мерный свет.
Площадку со всех сторон огибал густой хвойный лес – в точности как в игровой комнате. И пахло также. Я с наслаждением втянула воздух. Эльталла была одной из немногих планет, в чьей атмосфере совсем не обнаружилось вредных для человека газов. Мы даже не захватили с собой адаптационные устройства, которые забирали все ядовитые примеси и регулировали количество кислорода в воздухе.
Не знаю, как глухой ночью, но сейчас, в восемь вечера на Эльталле было темно, хоть глаз выколи. Только где-то наверху в небе сияли десятки огней.
Как таковых городов аборигены не строили. Замки летали в вышине, на строго определенном расстоянии друг от друга. Его регулировали специальные генераторы силового поля.
Я даже подумать не успела, как же мы доберемся до королевского дворца, когда Ральфин осторожно потянул за руку.
– Проснись, Белоснежка, – мягко произнес он, демонстрируя знание истории сэлфийек. Когда-то нас так и называли – за слишком бледную, белесую кожу.
Прямо перед нами опустился летучий автомобиль. Да-да, снова необычной формы.
Он походил то ли на арбуз, с воткнутым впереди носом, то ли на тыкву. Ярко-зеленый, с черными и оранжевыми полосками транспорт казался игрушечным.
Машина притормозила, дверцы поднялись наверх, словно крылья чудного толстого жука, и Ральфин подал мне руку. Я шагнула в салон и утонула в мягком диване позади автопилота. Привычных кресел внутри не обнаружилось, а сиденье оказалось чересчур уж мягким.
Ральфин, похоже, заметил, как я тщетно пытаюсь устроиться поудобней. Заскочил с другой стороны, дверцы машины бесшумно закрылись, и эльталл нажал кнопку на одной из них. Внезапно диван словно надулся, как надувается воздушный матрас или затвердел, не знаю уж как правильней выразиться. Сиденье стало упругим, плотным, приняло форму тела.
– Мама любит ездить в полусне, – улыбнулся Ральфин, заодно намекая, что мы летим в личном авто королевской семьи.
В салоне зажегся приглушенный свет. Машина стремительно взмыла ввысь, и под окнами заклубились белые облака. Технологии эльталлов все еще поражали мое воображение.
А когда мы поднялись над плотной облачной массой, что окутала ближайшие материки, я не сдержала восторженного возгласа.
То, что я увидела, напоминало старый фантастический фильм про иную планету со слабой гравитацией и трехметровыми аборигенами.
Вот только смотрела я не на природное явление, а на творение рук гуманоидов.
В воздухе парили мириады светящихся точек. Я читала про эти «точечные» светильники на силовом поле. Они сияли так ярко, что, казалось, внизу ночь, а тут – вторая половина дня, лишь подернутая легкими сумерками.
Вокруг, то тут, то там плыли прямо в воздухе земляные площадки, с парками, скамейками, беседками для отдыха и замками… Я привыкла придавать слову «замок» совершенно определенное значение. Воображение немедленно рисовало готический дворец, с острыми шпилями башен или помпезную постройку в стиле барокко с завитушками, барельефами и колоннами. Но эльталлы и тут отличились. Замки выглядели почти игрушечными, мультяшными. Яркие, с круглыми куполами, цилиндрами башен, почти глянцево-гладкими стенами, они выглядели дорогой бутафорией какого-нибудь кукольного театра.
Королевский дворец я узнала бы и сама. Но Ральфин все же указал на него рукой, и почти торжественно произнес:
– Наше родовое поместье.
Замок Лим Олл был почти втрое больше остальных и напоминал торт из белоснежного безе, созданный искусным кондитером.
Только вдоль стен, куполов, башен тянулись кружева изящных серебристых узоров. Почти незаметные в тени. Но едва солнечные лучи падали в нужном направлении, они «проявлялись» и опутывали здание со всех сторон.
Вокруг замка раскинулся сад. Вот именно сад, а не парк. Цветы всех видов и форм издалека сливались в пестрые ковры. Лишь изредка их густые поросли прореживали тонкие стволы белых деревьев. Беседки походили на мини-замки, с открытыми верандами, опутанные густыми светло-лимонными вьюнами. С них, словно сережки с мочек красавиц, свисали градины фиолетовых ягод.
Стоп! Ягоды! Вьюны! Мы так быстро приблизились к резиденции Лим Олл, что я только диву далась. Я где-то слышала, что транспорт на Эльталле движется почти тем же способом, что и корабли космотелепорта, время от времени сокращая путь по пространственным брешам. Но убедиться в этом воочию было еще поразительней.
И все-таки снежно-белое великолепие дворца, галантный спутник, который предупреждал малейшие желания, перспектива провести пару месяцев среди царственных особ почему-то не грели душу. И я точно знала почему. Из-за Эла. Память – гадкая штука. Мы забываем, как сильно кто-то дорог, когда ссоримся с ним, покидаем его и постоянно вспоминаем об этом в безвременной разлуке. Словно это и не память вовсе – карма, что наказывает глупцов, убежденных, будто смысл жизни в сиюминутных спорах, мелочных придирках и подозрениях. Я вдруг поняла – очутись Эл рядом, обними, прижми, я бы плюнула на все. Не ждала больше извинений, не злилась, не сетовала. Просто наслаждалась тем, что он снова со мной…
Я тряхнула головой и заставила себя переключиться на грядущее приключение.
Машина влетела в королевский сад и притормозила над широкой аллеей, вымощенной белоснежными камушками – мелкими, как морская галька.
Ральфин выскочил наружу, и протянул руку. Я оперлась на нее и недоверчиво ступила на дорожку. Камушки оказались теплыми. В нос ударил сильный пряный и сладкий запах. Не удивительно! Вокруг распустились тысячи цветов – алых, синих, оранжевых, белоснежных, полосатых, пятнистых, покрытых пестрыми кляксами. Одни походили на пушистые астры, другие – на лаконичные калы, третьи – на маки и лилии. Я шла рядом с Ральфином и даже не заметила, как из замка высыпал народ и выстроился у входа, между тремя рядами стройных белых колонн.
Мужчины нарядились в золотистые, белоснежные и серебристые туники с кожаными брюками, женщины – в длинные платья из такой же тончайшей материи и кожи.
Теперь я понимала, почему первые туристы на Эльталле постоянно сравнивали местных с эльфами.
В центре группы встречающих застыла пара высоких эльталлов, заметно старше остальных. Будь они людьми, я дала бы королевской чете Лим Олл лет 38, не больше. Женщина с синими волосами, скрученными в плотные жгуты и уложенными на голове причудливой короной, изучала меня пытливым взглядом. Брюнет с острыми чертами лица, орлиным носом и очень высоким лбом прищурился.
Эльталлы, что выстроились по сторонам от королевской семьи и вытянулись по струнке, одевались попроще. Мужчины – в цветные туники из чего-то вроде тонкого хлопка и такие же брюки, женщины – в платья чуть ниже колена.
Ральфин повел меня на лестницу – неспешно, будто существовала какая-то особая церемония. Но внезапно король даже не сошел – спорхнул навстречу. Взял меня за руку и едва заметно кивнул.
Краем глаза я заметила удивление на лице Ральфина. Но затем, принц внезапно тоже понимающе кивнул и нахмурился.
– Так вот вы какая, Наддария Светлова… Сэлфийка… Хм… Эльталлы очень долго присматривались к вашей расе. Изучали вашу генетическую мутацию. Меня зовут Силлар Лим Олл. Мою жену – Ульбина Лим Олл. С остальными, – он обвел рукой вначале королевскую семью, а затем – и прислугу. – Вы познакомитесь постепенно тоже.
Издалека глаза короля казались очень светло-карими. Теперь же они выглядели оранжевыми и сверкали такой заинтересованностью, что мне стало не по себе. Растерянный и досадливый вид Ральфина не прибавлял уверенности. Принц явно что-то понял, но мне ничего не объяснял.
Тем временем, монарх кивнул еще раз, странно сверкнул глазами вновь и лично повел меня в замок.
Все выглядело чинно, благородно, но меня точил червячок сомнения. Слишком уж загадочно поглядывал на меня Силлар, и слишком нервно реагировал на это Ральфин.
Мы вошли в распахнутые двери замка, испещренные ажурной серебристой вязью и очутились в громадном зале. Он казался бы пустым, если бы не лестница в самом центре. Широкая, витая, с тонкими балясинами, скрученными в аккуратные спиральки. Король повел меня наверх, Ральфин продолжал держаться рядом, королеву я заметила сзади. Остальные «встречающие» отстали на первом этаже.
Здесь пахло свежестью и чем-то вроде манго.
Мы все так же чинно и неторопливо преодолели три лестничных пролета, оставив внизу бледно-розовый и бледно-голубой зал, и вышли в лимонный.
Вначале я не могла понять – зачем король привел меня в очередное совершенно пустое помещение. Но технологии эльталлов удивили снова. Силлар решительно направился в центр зала, и там, словно из воздуха, появилось знакомое серебристое зеркало входа в телепорт.
– Чтобы попасть в жилые помещения замка, нужно пройти сквозь нежилые, – объяснил король, когда мы очутились в просторной, но уютной гостиной.
Пухлый диван, деревянный стол, кресла и высокий шкаф до потолка – все здесь было белым. Король повел меня дальше и распахнул дверь в соседнюю комнату. Обвел рукой спальню с белой же кроватью, тумбочками и гардеробом. Потянул наружу, к противоположной двери, в ванную.
Ванна вместила бы нас с Элом без труда. Ступеньки, сиденья, гелевые подушки позволяли устроиться с максимальным комфортом. Напротив, за полупрозрачной белой дверью, располагалась душевая. Над раковиной и по правую руку от нее белели полочки с тюбиками, баночками, склянками.
Ах, да! Эльталлы лучшие в Галактике знатоки не только ядов, но и косметических средств.
– А теперь мы должны оставить гостью передохнуть. Ральфин, прикажи слугам принести вещи Наддарии. Через полтора часа торжественный ужин в честь гостьи. Ей стоит подготовиться.
Король очутился у двери так быстро, что я только моргнула. Ральфин застыл посреди комнаты. Силлар нахмурился и едва заметно мотнул головой. Принц постоял еще секунды две и нехотя побрел за отцом. Он явно что-то хотел сказать мне, предупредить. Но не осмелился ослушаться монарха.
Дверь беззвучно закрылась, и я очутилась одна, среди нечеловеческой роскоши в прямом смысле слова. Насколько я знала, белоснежное дерево стоило целое состояние. Эльталлы выращивали его искусственно, в особых оранжереях, чтобы пальцем не касаться природы родной планеты.
За окном тянулись ввысь тонкие ветки деревьев, покрытые резной листвой.
Я присела на диван и застыла, не зная – что делать. Наряжаться ли мне на ужин, готовиться ли как-то… Король так быстро увел Ральфина, что я не успела ничего толком спросить. А вопросы множились с каждой минутой.
Странное поведение короля, которое принц разгадал не сразу, а потом заметно расстроился. Непонятные разговоры о нашей редкой мутации. То, что монарх лично проводил меня до гостевых покоев. Я заметила, что многие удивились, хотя и старались не подать виду. Начиная с королевской семьи, и заканчивая слугами.
Боже! Куда я попала? Зачем вообще согласилась на эту авантюру? Как же легко и хорошо было с Элом! Порой вельтанин бесил так, что от ярости темнело в глазах, но он никогда не держал камня за пазухой. Не прятал корысть за изяществом красивых фраз и жестов. Ничего не скрывал! Даже своей темной стороны. И это подкупало.
Боже! Хочу к Элу!
Я прикусила губу и всхлипнула.
– Наддария? – я вздрогнула, обнаружив, что Ральфин мнется на пороге. На лице эльталла застыло очередное уже загадочное выражение. То ли растерянное, то ли расстроенное, то ли все вместе.
Я прищурилась, встала и произнесла не резко, но с таким нажимом, что брови принца приподнялись.
– Ральфин. Либо я улетаю назад первым же попавшимся транспортником, даже грузовым, если понадобится. Либо вы объясните мне, что означают все эти речи короля, взгляды и явно слишком теплый прием для залетной инопланетницы.
Принц выдохнул, нахмурился, а потом жестом предложил вернуться на диван. Я послушалась просто потому, что сочла свое прежнее поведение слишком уж вызывающим для воспитанной гостьи.
Ральфин закрыл дверь наглухо, подошел и опустился так близко, что рука его почти касалась моей.
– Видите ли… Наддария. Некоторые ученые Эльталлы пытаются совмещать гены сородичей и… сэлфов. Они пробовали замещать некоторые гены, менять их. Но желанного результата не достигли. Эмбрионы умирали раньше, чем вырастали до жизнеспособного состояния. Затем появилась идея скрестить сэлфов и эльталлов физически, – Ральфин отвел глаза, и уставился в белый пол. – Но и тут ничего не вышло. Зато выяснилась интересная деталь. Чем более искренние и сильные эмоции испытывают друг к другу ээээ… те, чьи ДНК пытаются совместить, тем дольше живет потомство. Ученые считают, что если эльталл полюбит сэлфийку, и она ответит тем же… у них может родиться ребенок. Жизнеспособный ребенок. С лучшими чертами эльталлов и даром…
– Ткать материальные иллюзии… – бесцветно произнесла я.
Вскинула глаза на Ральфина и обнаружила смятение на его лице. Взгляд эльталла уперся в мой. Какой-то дурной, и почему-то ужасно похожий на взгляд Эла.
– Ну и что? – пожала я плечами. – Причем тут я? У меня нет никакой влюбленности на Эльталле.
Ральфин резко отвернулся, затем встал, а потом снова вернулся на диван и выдавил: