Попаданка и Чудовище. Вернись
- -
- 100%
- +
«В общем, мысль о том, что дархоты жаждут освободиться от гнета агалтов, уже не вызывает столько сомнений. У них реально есть причины ненавидеть агалтов и пытаться от них освободиться».
Спустя какое-то время внезапно в нашей гостиной появился дархот. Он чем-то напоминал Эртрана. Как будто был его братом или вроде того. Те же утонченные черты, синие глаза и высокий лоб. Далеко не все дархоты выглядели настолько аристократично и одновременно не женоподобно.
И все-таки что-то меня в нем отталкивало. Даже не знаю – он казался опасным, хотя рядом с Эртраном я такого не чувствовала.
Дархот несколько минут нас разглядывал, и мне почудилось – меня чуть дольше сына.
Затем улыбнулся: немного хищно, но вроде бы вполне приветливо, дружелюбно.
– Меня Эртран отправил узнать, все ли понравилось в изменении обстановки. Устраивают ли спальни, комфортно ли в доме.
Я пожала плечами.
– Мы в плену. Но определенно обстановка изменилась к лучшему.
– Так и передам.
Он еще постоял, почему-то глядя в упор на меня, не двигаясь и не моргая, а затем пропал.
«Похоже и этот не остался к тебе равнодушен. Я же говорил – ты всегда была очень привлекательной. Но теперь – просто роковая красотка!» – тут же пришло энергетическое сообщение от сына.
«Ну прям! Роковая красотка! Скажешь то же»
«Именно так. У мужиков просто слюнки текут. Только будь поосторожней с этим дархотом. Что-то он мне не очень понравился».
Я пожала плечами:
«Мне тоже… Есть в нем что-то такое…»
«Да-да! Это точно!»
Остаток дня прошел относительно спокойно. А ближе к обеду следующего дня, когда мы с сыном выбирали блюда в меню, вчерашний дархот внезапно опять выплыл из воздуха.
– Эртран хочет срочно вас видеть! Это важно! – с места в карьер заявил он.
Мы с сыном встали, обменялись «письмами» из энергии: мол, наверное, планирует сообщить, что удалось сконтачиться с риррами. И двинулись за дархотом.
Однако внезапно меня с ним отрезало от Матвея, и мы очутились в… оранжерее.
Растений тут было видимо-невидимо. Дорожки будто выбитые в мраморе чуть возвышались над клумбами, где все цвело, росло и благоухало. Тут пахло пряным и сладковатым. Свежестью, пожалуй, и немного влажной землей.
Если в других помещениях свет лился будто из ниоткуда и равномерно, то здесь он был строго направленным. С конкретной стороны. Видимо, имитировал движение солнца.
Растения походили на земные. Нечто вроде дубов с голубыми желудями. Деревья, похожие на березы с сиреневыми отблесками на белых участках коры и более вытянутыми овальными листьями. Какие-то кустарники с листьями-шарами. Они прямо выглядели как эдакие темно-зеленые шарики размером примерно с сосновую шишку. Кажется, полые внутри, но не уверена. Хвойные с самыми разными иголками. В том числе и скрученными в спиральки.
Кустарники с ягодами и цветами. Удивляли цветы в виде звезд. Оранжевые шарики с ответвлениями лучиков-лепестков.
Ветра тут не было, но явственно ощущалось движение воздуха.
Пока я озиралась, думая, что вот-вот появится Матвей или Эртран, дархот, что привел в оранжерею, схватил за руку и потащил в ближайшую беседку.
Я все еще полагала, что там нас встретят. Поэтому спокойно двинулась за провожатым.
В беседке никого не оказалось, зато был пухлый диванчик, и дархот неожиданно толкнул меня, ловко повалив на него.
Я смотрела как тот наваливается и попыталась откатиться. Но сильные мужские руки не позволили. Момент – и я фактически закована в кандалы мощных ладоней нечеловека. Прижата. Я попробовала дернуть ногой, врезать дархоту в пах. Но и это не получилось. Он ловко прижал мои ноги своей и начал раздеваться. А точнее – снимать штаны. Рубашку дархот лишь расстегнул.
– Да что вы делаете! Я не хочу! – закричала я, в надежде, что он очнется или кто-то услышит, явится на помощь.
– Ори-ори! Тут в это время суток никого не бывает! Оранжерея звуко изолирована!
– Да что вы творите! Это же насилие!
– Заткнись! Я знаю, что ты отдавалась рирру ради питания этой ничтожной твари. А я хочу тебя и хочу от тебя питаться! Ты не можешь не понимать, что я красивей… и, если будешь вести себя хорошо – гораздо полезней. Я знаю, что вы там что-то мутите с Эртраном и могу выдать вас с потрохами. Если, конечно, ты не станешь ласковой любовницей!
Я просто завизжала, потому что отбиваться не получалось, было страшно и мерзко. Хотя, надо признать, выглядел дархот, в самом деле, довольно неплохо. И в других обстоятельствах может я и приняла бы его ухаживания, но не домогательства… По крайней мере, не отреагировала бы с таким отвращением.
Крепкое тело, как у гимнаста, сильные ноги, красивое лицо…
Все, что ниже пупка тоже было вполне себе эстетичным…
Кожа: явно нежная и гладкая… Не настолько гладкая, как у рирров, где найти прыщик или шрам – невозможно, даже под микроскопом. Но все равно. Я у обычных мужчин такую не наблюдала.
И даже эта серо-голубая кожа казалась интересной, экзотичной.
Однако я не собиралась вступать с ним в связь! Я не хотела спать с этим нечеловеком!
Матвей, похоже, остался в наших апартаментах. Тут больше никого не было, и я просто не знала, что предпринять.
Я визжала, извивалась, насколько получалось, но вдруг оказалась под тяжелым мужским телом, и дархот раздраженно рыкнул в лицо.
– Вякнешь еще – вставлю кляп.
Я всхлипнула, понимая, что делать нечего.
Прикусила губу.
– Ты такая красивая, когда страдаешь, – усмехнулся древний. – Не зря Эртран так на тебя запал… Переживает, что тебе нравится принц рирров. А мне плевать кто тебе нравится, кто симпатичен! Ты будешь подо мной столько сколько я захочу, если еще надеешься отсюда живой выбраться…
Я сжала губы, стараясь все выдержать… Свела ноги, но их раздвинули так, что уже ничего не получалось изменить… Дархот закрепил мои руки над головой, удерживая одной ладонью так, что запястья сводило. Другой рукой он стащил мои свободные брючки.
– Да тише ты! Земные женщины очень любили с нами спариваться! Уж поверь! Ваши земные мужики рядом не стояли! Расслабься и получишь удовольствие, какого даже и не представляла!
Я представляла! Удовольствие, которое испытала бы, увидев его мертвым и сломанным.
Дархот нагнулся, пристраиваясь, чтобы загнать «шар в лунку»…
И… неожиданно отлетел в сторону.
Я услышала потрясенно-испуганный вскрик:
– Ты-ы-ы?? Как ты догадался? Как нас нашел?
Ответа не последовало. Но тишина, которая наступила за вопросом, была говорящей.
Так звенит прямая линия на аппаратуре, когда сердце пациента остановилось, а затем наступает беззвучие…
Затем послышался странный хруст, словно кто-то наступил на большую гору попкорна и… все стихло.
Я поднялась, торопливо поддергивая штаны и поправляя одежду.
Было гадко и стыдно, в груди горело яростью и злостью.
В беседке появился Эртран.
Ноздри раздуваются, взгляд практически дурной. Вид такой, будто он только что сражался с полчищами ужаснейших тварей…
Он протянул мне руку, но я мотнула головой, и сама присела на края дивана. Тогда дархот просто устроился чуть поодаль.
– Я убил его, – сказал тихо, не глядя в глаза. А затем поймал мой взгляд.
– У-убили? – потрясенно произнесла я.
– Да. Убил, – спокойно ответил Эртран. – Двоюродный брат заигрался. Сейчас сюда, скорее всего, прибегут древние. Ты должна подтвердить мою версию.
– Какую? – тихо выдохнула я.
– Брат собирался предать нас, похитить тебя и вернуть риррам за вознаграждение в виде…
Дархот сделал паузу. Желваки прокатились по его скулам, ноздри начали раздуваться сильнее. Окончание он не сказал – выплюнул: – В виде постельных удовольствий с тобой. Но ты отказалась и сопротивлялась. Я пришел и в драке убил предателя.
Я сморгнула, все еще в шоке и ступоре от всего, что на меня навалилось за последние дни. Одно за другим, одно за другим.
Эртран пожал плечами и отмахнулся.
– Ладно. Если скажешь – буду признателен. Нет – так тому и быть. Все. Приходи в себя. Больше тебя никто тут не тронет.
Он чуть дернулся в мою сторону, подался ко мне, но торопливо отклонился обратно.
В оранжерее появился Вортом в сопровождении двух филтов. Вблизи они выглядели еще более жутко и неприятно.
Кожа их чуть отливала болотным, а нависающие над глазами веки будто стекали по сторонам. Но силища у филтов, видимо, была просто огромной. Потому что выглядели они словно горы. При каждом движении бугры мускулов норовили прорвать ткань тонких свободных рубищ и мешковатых брюк.
– Что тут произошло?
Когда Вортом и Зеккарт просто разговаривали, их неприятные, скрежещущие голоса резали слух. Теперь же захотелось заткнуть уши. Казалось, кто-то усиленно водит пенопластом по стеклу и одновременно чешет когти о металл.
– Он предал нас.
Только теперь я взглянула куда указывал Эртран. До этого момента я не видела трупа его родственника. Тело впечатляло – выглядело сломанным в нескольких местах. Будто манекен, по которому проехался грузовик. Эдакая жуткая картинка из триллера.
Я поскорее отвела взгляд – для неподготовленной землянки все эти кровь-кишки… брр…
А еще лужа крови, которая растеклась по белому мрамору… Красное на белом… Прямо какой-то гротеск.
– Он обещал помочь пленнице сбежать взамен на интим и хорошее место при дворе Ранвила. Я лично все слышал.
– А ты… индиго, что слышала? – неохотно уточнил у меня Вортом. Будто я последняя, к кому он обратился бы, но выхода не оставалось.
Эртран посмотрел на меня без намека или же требований. Хотя имел право – он спас меня от насильника.
Я кивнула.
– Дда. Все так и было. Он обещал мне побег. А взамен требовал отдаться.
Вортом подошел к телу, презрительно пнул ногой и кивнул одному из филтов.
– Унесите и уничтожьте.
– Я сам провожу пленницу! – тотчас вызвался Эртран.
Вортом сделал несколько пасов руками – в воздухе появилось туманное марево – вроде носилок. На него фильты уложили тело дархота.
Агалт еще «поиграл» с пространством – и кровь словно исчезла. Только что была целая лужа и вот… девственный мрамор. Белый-белый, чистый-чистый.
Вортом и филты исчезли, не прощаясь.
Глава 5
Я все еще сидела на крае дивана в каком-то оцепенении, ступоре. Смотрела на место, где лежал убитый дархот и даже не знала, что чувствую, думаю.
Все смешалось, все перепуталось.
Сама себе я казалась внутри пустой. Будто там нет ничего: ни эмоций, ни желаний, ни мыслей. Пустота: глухая и гулкая. Крикнешь – и лови себе эхо.
Похищение, рирры, странные отношения с Ранвилом. Плен у древних, попытка насилия, смерть обидчика…
Наверное, это было уже слишком. Даже для индиго, тем более, для той, что еще недавно считалась обычной женщиной.
Слишком даже не то слово.
Эртран выждал, какое-то время меня не трогал. Затем вздохнул и вдруг предложил:
– А давайте прогуляемся? А?
– А? – эхом отозвалась я. – Вы разве не должны проводить меня в клетку?
– Не обязательно. Повелитель дал мне карт-бланш для того, чтобы ваша аура максимально восстановилась. Могу делать что захочу. В разумных пределах, естественно и в пределах военного лагеря.
– Мы так и поняли, что это военный лагерь под землей.
– Ну так что?
Эртран поднялся, приблизился и протянул мне ладонь. Открытую, будто нарочно пытался вызвать доверие.
Я вскинула на него взгляд.
– Матвей волнуется. Я это чувствую. Этот ваш… кхм… Родственник. Сказал, что нас позвали вместе, а потом… потом мы очутились тут вдвоем.
– Понял!
Эртран сделал несколько пасов руками – и мы оказались в наших с сыном апартаментах.
Матвей реально не находил себе места – бросился, обнял, прижал.
– Мама! Боже! Я так волновался! Что случилось?
– Все хорошо, все хорошо…
Я не стала нагружать сына гадкими подробностями. Зачем? Я в порядке, ничего не случилось.
Посмотрела на Эртрана, который замер неподалеку, и произнесла:
– Этот дархот ошибся, не туда меня перенес. Он оказался полукровкой и не очень хорошо управлялся с пространством. Потом нас нашел Эртран. И вот мы уже здесь.
Эртран кивнул: дескать, я понял и подтвержу вашу легенду.
Я одними губами сказала ему: «Спасибо».
Дархот отмахнулся: мол, не стоит благодарностей.
– Может прогуляемся в оранжерее? Хоть какая-то смена обстановки? – спросил уже у нас двоих с сыном.
Матвей, как я и предполагала, ухватился за предложение.
– Идем! Отличная мысль! Достал уже этот домик с решетками!
Эртран снова развел руками пространство, сдвинул, поменял. И мы очутились в оранжерее. Пока Матвей разглядывал все, дархот произнес:
– Тут звуко изоляция и пока никто не придет. Как минимум до завтра.
– Знаю, – вырвалось у меня. Матвей посмотрел с удивлением. Пришлось врать на ходу: – Родственник Эртрана, что привел меня сюда, об этом предупреждал. Мы тут очутились вместо лаборатории.
– Ладно… Идемте. Погуляем и поговорим, – дархот жестом предложил двинуться вперед.
Мы с Матвеем поравнялись с ним без труда – древний тоже ловил темп наших шагов. Эртран пристроился справа от меня, оставив сына по левую сторону.
– Значит, смотрите. Связной все получил. Передал Ранвилу. Они с Мейзамиром лично придут вызволять вас из плена.
– Лично? – удивилась я.
– Да. Так Ранвил мне передал. Мейзамир, как его союзник поддержал. Тем более, он – один из самых мощных рирров, благодаря обмену кровью и энергией с индиго.
– Да, мы в курсе, – пришлось кивнуть, потому что Эртран смотрел так, словно ожидал именно моей реакции.
– Побег назначен на завтрашнюю ночь. Вам следует подготовиться.
– Как?
– Ложитесь спать в одежде – такой чтобы было удобно. Прислушивайтесь. Вам подадут сигнал и сразу откроют портал. Взрывом пробьют как дорогу в горах.
– Какой сигнал?
– Это будет скрипичный звук. Словно кто-то провел смычком по струне. На этой частоте большинство древних не слышат. Только дархоты, – улыбнулся Эртран.
– Дальше?
– А дальше придется положиться на нас. Маячки снимут с вас сразу. Но нам придется взять их с собой и раскидать по разным мирам. Я с товарищами взялся за это дело.
– Рирры согласились с вами сотрудничать?
– Да. И нам предоставят убежище. Как только сбежите станет ясно – кто виноват. Вначале начнут вас разыскивать. Потому что вы сейчас для зольфов важнее. Маячками мы здорово собьем их с пути. Постараемся дать аурный слепок движения, чтобы запутать преследователей уже окончательно. Пусть двигаются спиралями, ломаными, выписывают петли. Но спустя несколько дней хватятся и нас. Оставаться тут крайне опасно. Здесь явно случится большая и жесткая чистка. И, скорее всего, всех дархотов отстранят от работы. Как минимум – сошлют на более тяжелые и сложные участки. Как максимум…
– Казнят?
– Скорее всего, нет. В мирное время казнили бы, это точно. Хотя их не жалко – они хотят пресмыкаться перед захватчиками, лебезят перед ними… бррр…
Эртран аж передернулся. Было видно – насколько ему неприятно и мерзко. Примерно также как и мне, когда его родственник пытался… В общем до момента, когда его укокошили.
– Сейчас зольфом нужны руки и воины. Вероятней всего, местных дархотов отправят на передовую, как только начнется вторжение. А пока примутся для этого натаскивать…
– Понятно.
– В общем. До завтра мы больше не увидимся, кроме этой прогулки. Вам следует успокоиться, настроиться и набраться сил. Поэтому побольше напитков. Мой вам совет. Там содержание тоников Зеккарта повыше. Выспитесь и не нервничайте. Ждите сигнала.
– А вы что сделаете? Впустите рирров?
– Да. И дадим им точные координаты. А точнее – знак, где нас искать. Военный городок глубоко под землей. Рирры примерно уже знают – где именно. Но не точно. А тут время будет играть против нас. На поиски его тратить глупо. Мы взорвем в одной из невидимых снаружи труб осмотра местности специальную жидкость. Будет типа вашего фейерверка. Только ярче. Даже может как Северное сияние.
– А ваши не засекут?
– Нет. Я договорился с дежурными. Будем только мы и только проверенные.
Эртран посмотрел на меня – слегка напуганную, взвинченную – и очень мягко произнес:
– Леся. Все будет хорошо. Мы все продумали. Все просчитали. Я и мои собратья – опытные воины. Рирры тоже не раз побеждали древних на их территории.
– Кхм… Считается, что каатлов просто застукали после спячки.
– Это официальная версия. В сети нет, например, истории о том, как рирры Мейзамира вырезали под корень племя агалтов в Мраморных холмах.
– Почему нет?
– Потому что никто из агалтов не выжил и уже не может об этом поведать. А риррам наши не доверяют. Считают их истории хвастовством. А то – и вовсе – запугиванием противника. Эдакой психологической атакой, когда каждая из сторон придумывает страшные байки, о том, как и что захватила у врага… Мирные покупаются, потому что удостовериться не в силах. Так нагнетается паника и поддерживается моральный дух сородичей. Обычные военные технологии. На Земле их тоже сплошь и рядом используют.
– Но вы верите? В историю Мраморных холмов?
– Я был там и помогал риррам.
– Почему же с ними тогда не остались?
– Я должен был помочь своему народу! Но и не воспользоваться случаем, не отомстить за порабощение – ведь именно те самые агалты первыми нас завоевали – не мог.
Он выглядел сейчас очень мужественно – просто концентрат мужественности и стойкости. Несмотря на чуть женственные, более мягкие, чем я привыкла, черты лица и нежную кожу, не тронутую щетиной, как у мальчика.
Плечи расправлены, грудь выпячена. Упрямый лоб и волевой подбородок предельно очерчены. Я прямо залюбовались. Эртран заметил, поймал мой взгляд и широко улыбнулся.
– В общем, я очень надеюсь увидеться с вами уже совсем при других обстоятельствах. В замка Ранвила Дарла. Нам обещали убежище неподалеку. К тому же, рирры клялись, что больше не станут вас ограничивать. Имею в виду закрытыми порталами.
– Хих. И не смогли бы! – возразила я. – Мы…
– Знаю. Их пробиваете, – кивнул Эртран.
Спустя некоторое время Матвей ощутимо отстал. Я оглянулась, заметив, что сын расположился в беседке.
– Вы идите! Я тут посижу. Вернетесь и подберете! – махнул он мне рукой.
Эртран подал мне руку, и я замерла, буквально остекленела. Только моргала и смотрела.
– Что не так? – удивился дархот.
– Так всегда делал Ранвил, когда вел меня прогуляться, – тихо выдохнула я.
Эртран вдруг заглянул в лицо и негромко спросил:
– Между вами что-то есть? То есть было? То есть…
– Я поняла. Я не хочу говорить об этом…
– Он вам понравился?
Я всплеснула руками, шлепнула себя по бедрам и вскрикнула:
– Да что ж вам всем так неймется-то! Что вам, что Матвею! Что другим! Я не хочу об этом…
– Хорошо, хорошо, – Эртран сам взял мою руку и положил на свой локоть. – Не волнуйтесь. Я просто хотел сказать, что мой вид куда древнее и лучше. Мы не питаемся никакими гормонами и никогда не убивали людей.
– Вы же сами говорили – всякое случалось.
– Я имел в виду в процессе питания. Нам совершенно не нужно убивать. Мы берем немного энергии – и все. А женщины получают огромное удовольствие. Уж в этом можете не сомневаться!
Я удивленно вскинула брови. Он никогда не походил на бахвала, на мистера самодовольство, вроде того же Зеккарта или Вортома. А теперь вот вдруг начал… Или я просто ошиблась в этом дархоте? Видела в нем то, что хотела?
Эртран усмехнулся и пояснил:
– Это не хвастовство. Мы питаемся энергией страсти, любви, желания, вожделения. И чем ее больше, чем она чище, ярче, тем нам приятней. Поэтому в процессе эволюции наши мужчины и женщины научились доставлять партнеру максимальное удовольствие. Это как хищники учатся охотиться… Не ради того, чтобы им медальку вручили… Не для того, чтобы повесить на стену трофеи и хвастаться перед другими. Для нас это – жизненная необходимость!
– Я поняла…
Я даже немного смутилась. Он сравнивал охоту с… интимом. Это было, пожалуй, чересчур откровенно, порочно, но одновременно как-то уж слишком обыденно. Ведь Эртран не делился подробностями, не рассказывал ничего непотребного. Но сама тема… тема заставляла меня дико тушеваться.
Да! Именно так! Невзирая на возраст, сына и опыт общения с мужчинами.
Дархот, тем временем, воспользовался моим замешательством, стеснительностью и добавил:
– А вот рирры… да, они, конечно, тоже умеют доставлять не меньшее наслаждение. Для них это тоже – способ питания. Им требуется, чтобы в кровь женщины попало максимальное количество гормонов… Поэтому партнерша должна эм… дойти до самых высот блаженства… Отрицать это было бы глупо. Но ведь рирры убивают! Грязно и подло! В самый такой момент… ты же понимаешь в какое время они высасывают свою жертву?! Тут вариант лишь один! Мы же – никогда так не делаем… Точнее не ради питания… Леся! Я не отрицаю, что в любой расе есть уроды, моральные уроды. Те, кому нравится убивать, пытать, издеваться и прочее. Но я имею в виду… ты понимаешь ведь, что я имею в виду? Ты слишком умная, чтобы не разобраться!
Да. Я слишком хорошо все понимала. Этот разговор для взрослых вызывал у меня столько противоречивых чувств и эмоций… Не настраивал против Ранвила, не-ет! Но я не могла он нем не думать еще больше, еще эмоциональней.
А этого я как раз усиленно пыталась сейчас избегать…
Поэтому отвела взгляд и взмолилась:
– Пожалуйста, давайте закроем тему…
Эртран замолчал и некоторое время мы шли по дорожке, вперед: спокойно, четко, размеренно.
Неожиданно дархот подхватил меня как пушинку и… посадил на ветку дерева. Высоко, над своей головой.
Ветка выглядела как естественные качели. Выгнутая по форме сиденья, даже чуть расширенная с изгибами в виде поручней.
Я так и уселась. Думая, что все.
Но Эртран вдруг начал меня… раскачивать. И ветка реально закачалась.
– А-а-а… Она не упадет?
– Нет, – усмехнулся дархот. – Это петранца… Резиновое дерево. Крепкое и очень гибкое…
Не знаю как, но нечеловеку из подземелий зольфов удалось-таки меня «раскачать». Не только в прямом смысле слова.
Сначала ушли куда-то тревоги. Затем злость и раздражение на Ранвила. Который стал причиной моего побега и – соответственно – плена у древних. Да! Я винила его во всем! Может очень по-женски. Но все же.
Потом стало вдруг лучше и гораздо спокойней.
А потом… потом я начала раскачиваться как в детстве.
Тело еще помнило это ощущение, оно осталось где-то глубоко внутри. Игривое, яркое, искристое, как ожидание чуда на День рождения… Когда родители что-то прячут в шкафу, но ты уже знаешь, что это – новенький планшет или кукла или что-то другое, о чем давно мечтала и просила купить.
Было легко, радостно, здорово. Ветер ударялся в мое тело, когда летела вперед, и словно оттягивался, когда качели уезжали назад.
Волосы развевались, щеки горели. Я прикрыла глаза и просто наслаждалась.
Конечно, где-то там, на задворках сознания я помнила, что мы с Матвеем – пленники древних. И завтра тяжелый день, а точнее – тяжелая ночь.
Но… Эртран знал, что делает, слишком хорошо.
Я успокоилась и расслабилась. Болтала ногами и даже начала негромко посмеиваться.
А потом… потом хохотала. Потому что на душе стало легче. Словно бетонная плита с плеч свалилась.
Наконец, я немного устала, голова слегка закружилась. Слова сказать не успела, как Эртран остановил. Будто чувствовал меня или оценивал по ауре? Может и так. Он ведь говорил, что лучший спец по этому делу.
Я посмотрела вниз. Высоты было метра два с половиной, не меньше. Чтобы закинуть меня на «качели» Эртран, оказывается, забирался на возвышение, рядом с местом, где начиналась клумба.
Дархот протянул руки и мне ничего не оставалось как в них спуститься…
Эртран подхватил меня легко и уверенно. Медленно поставил на дорожку и продолжал удерживать за талию. Чуть подался ко мне и молчал. Но я ощущала напряжение, которое рождается порой между двумя. Откуда-то берется, словно из воздуха. Вот вам вместе легко и спокойно и – бац – эта натянутая тишина. Молчание, в котором сплошные эмоции, порывы и невысказанные признания. Лишний воздух в груди и сердцебиение…
Эртран отпустил. Не сразу, но отпустил.
Мне не хотелось думать, что Матвей прав, и у этого дархота на меня какие-то виды. Но складывалось ощущение, что не без этого.
От этой мысли стало немного не по себе. Вот уж что мне сейчас совсем не к месту и не ко времени – так это очередной поклонник-чудовище.
А Эртран вдруг начал горячо меня уговаривать. Вроде бы – просто перечислял, но тон был именно таким.
– Тут еще есть дерево-паутина… Фальсия по-нашему. Там можно бродить как в лабиринте. А еще есть куды. Это такие гигантские цветы, на них можно сидеть и тоже качаться… И еще…