Под знаком Черного Арахна

Без труда поднялся на шестой этаж. Здоровье позволяло. Сказывались занятия спортом. Удовольствием было погонять по корту с ракеткой в руке, в свободное от работы время, – в тридцать четыре года сил полно. Легким пружинистым шагом дошел до дверей. Глаза привычно скользнули по табличке – «Лаборатория биогенетики». Порывшись в портфеле, достал ключи и отпер двери. Этот процесс каждое утро подтверждал, что он являлся заведующим этой лаборатории. Он один имел право открывать утром двери, а вечером самолично их закрывать. Помещение лаборатории состояло из трех комнат: среднего размера помещение, где сотрудники могли заняться документацией, дальше шла, собственно, лаборатория с рядами стоек, с поблескивающими на них приборами и рядом лабораторных столов, и наконец, его кабинет, хоть маленький, но уютный. В помещениях пока стояла тишина. Но уже через несколько минут появится пунктуальная Анна Рябинина – старший научный сотрудник. К ней он испытывал симпатию и даже, может быть, более сильные чувства. Его тянуло к ней. Хороша собой, умна, чем отличалась от большинства окружавших его женщин. И что самое главное – прекрасный работник, преданный делу. Отдавала всю себя науке, благо, не обременена была мужем и детьми. Следом за ней впихнет свое расплывшееся тело Мария Степановна, – научный сотрудник. Не понятно, зачем было лезть в науку этой клуше? Ни ума, ни способностей. Протирает юбку сколько уже десятилетий. Просиживает на работе положенное время, да и только. Никакой пользы для дела. Одни только мысли в голове: дети, внуки, что им приготовить, и тому подобная чепуха. Да еще болячки, о которых она может самозабвенно токовать часами. Да и вообще, дама склочная, неприятная, – амеба белесая.

Марина, тоже – не подарок для лаборатории. Вертихвостка та еще. Младший научный сотрудник. Одно в ней хорошо – смотреть на нее приятно. Высокая натуральная блондинка с длиннющими ногами. Молодая, – всего-то, двадцать три. Ничего поручить нельзя. В голове полный хаос. Всегда так все перепутает, что исправить тяжелее, чем заново сделать. Еще не замужем. Не торопится взваливать на свои плечи обязанности. Эта сама, кого хочешь, запряжет, да еще и погонять будет.

Эдуард, тот хоть и со сволочным характером, всегда злобный, ехидный, но главное, работник толковый. Эрудит. Игорь Самохин – балагур и хохотун, ходок по женщинам, – ни одной юбки не пропустит. А работник из него, так себе, – средненький. Вот с такими людьми приходится работать изо дня в день. Впрочем, коллектив не лучше, но и не хуже, чем в других лабораториях. Среднестатистический, можно сказать, коллектив. И того немного, и другого. Где найдешь такой, чтобы были все сплошь умницы и умники?

А вот заведовал этой лабораторией, по его непоколебимому мнению, совсем неординарный человек. Можно даже сказать – неординарная личность. Вот так и не иначе. Самый молодой завлаб во всем институте. С большим перспективным ростом – это он знал. Иначе быть не могло.

То, что он не такой, как все, Даниил понял еще в детстве. Он точно был лучше других. Умнее, способнее. Да и родители все время твердили о том, какой он одаренный. Семена упали на благодатную почву. Сын известных всей Москве, да и не только, медиков, воспитан был гувернанткой с высшим педагогическим образованием, а по второму образованию – психологом. Родители ничего не жалели для единственного чада. У него было все, чтобы стать эрудированным. В его детской комнате шкафы были забиты всевозможной литературой. Различные энциклопедии, вся художественная классика – все было для него одного. И он оправдал надежды родителей. В школу, естественно, пошел не простую, а специализированную – с углубленным изучением английского и с математическим, к тому же, уклоном. Как и ожидалось, закончил ее блестяще – с золотой медалью. Ну, а потом, с таким-то образованием ничего не стоило поступить в любой ВУЗ. Выбрал МГУ. Подготовка приличная, поскольку преподавательский состав – очень сильный, да и престижно было там учиться. То, что будет поступать на биофак, решил еще в девятом классе. И вот почему… Родителей часто приглашали на различные международные симпозиумы за границей. Вот и в то лето тоже надо было ехать в Таиланд. Они поехали, прихватив с собой Даниила. Много чего повидал он в той поездке. Но настоящим потрясением было посещение паучьей фермы. Там разводили всевозможнейших пауков. Разводили их для различных нужд. Даниил узнал, что яд пауков – альтернатива пестицидам. Он опасен лишь для насекомых – вредителей, а для позвоночных же – не представляет опасности. Хозяева фермы разводили таких определенного вида пауков, получали от них своеобразное ядовитое «молочко» и продавали фермерам, которые специализировались на выращивании чистой сельхозпродукции. То есть, выращенной без всякой химии. На это «молочко» был большой спрос, чистая сельхозпродукция стоила дорого, но имела большой спрос среди определенного круга людей, имеющих большие деньги и питающихся хорошей пищей. Даниил и сам в супермаркетах видел целые отделы с такой дорогой продукцией. Еще на этой ферме гены пауков вводили в геном вирусов, которыми инфицировали сельхозвредителей. Это уже была генная инженерия – совершенно новое направление в борьбе с назойливыми насекомыми. Даниил так проникся новыми знаниями, что решил по окончанию школы заняться биогенетикой. Также на ферме выращивались пауки для медицинских целей. Оказывается, яд пауков помогает при сердечной аритмии, применяется после инсультов, и даже – при болезни Альцгеймера. Находит применение и паутина. Ее используют для научных исследований физики. Кроме того, входило в моду держать у себя дома разных экзотических питомцев, в том числе и пауков. А если есть спрос, то есть и предложение. Каких только пауков там не было! Просто невообразимо огромных и совершенных малюток. Безобидных и жутко ядовитых. На любой, как говорится, вкус. По настойчивым просьбам Даниила, не раз и не два приезжали родители с ним на эту ферму даже ночью, поскольку пауки – ночные жители, и наблюдать за ними нужно именно в эту пору суток. Он бродил между пауками и любовался ими. Да, любовался. Наслаждался их внешним видом, их грацией, совершенством, по его мнению. Стоит ли говорить, что из той поездки привезены были в Москву очень интересные экземпляры, которые и дали начало его необычной коллекции. Ее жемчужиной, которой он очень гордился, – был огромный мохнатый птицеед, – самый большой паук из всех существующих видов. Его любимчик – Фердинанд. Размах ног – 25 сантиметров. Мощное тело, элегантность – поражали. А с каким изяществом перебирал он своими сильными лапами! Он – само совершенство! Часто Даниил замечал, что Фердинанд очень уж осмысленно слушает обращенную к нему речь. Вроде бы даже понимает, о чем с ним толкует его хозяин. Иной раз даже думалось: «А хозяин ли?». В те минуты, когда Даниил подходил к стеклянному ящику, который служило жилищем Фердинанду, громадина вставало на задние лапы и, казалось, не он – Даниил рассматривает паука, а паук его. Членистоногие так увлекли его, что, если бы можно было выбирать, в каком теле родиться в следующем воплощении, то Даниил, конечно же, выбрал бы паучье. Были у него в коллекции пауки самых разных видов и расцветок: черные, белые, коричневые и, даже, серебристые. Самых разных размеров. И для каждого из них находилось у него доброе слово. Даниил спешил домой после работы, поскорее стремясь остаться с питомцами наедине. Брал их в руки, вел с ними продолжительные беседы. Какие глупые, в большинстве своем люди – бояться пауков и, даже больше, – брезгуют ими, относятся к ним с омерзением. Какая глупость иметь арахнофобию. А ведь этим страдают большое количество людей. Эта фобия – самая распространенная. Пауков надо не бояться, а – любить. Тяга Даниила к этим загадочным существам усилилась после одного очень странного случая.

Случай этот произошел с ним, когда он учился на третьем курсе. Летом решил поехать в студенческий лагерь вместе со своим другом. Лагерь располагался в окрестностях Нижнего Новгорода. Корпуса находились прямо в лесу. Красотища неописуемая! Отдых получился просто замечательным, но случилось одно происшествие, которое навсегда изменило его жизнь. До сих пор Даниил не мог поверить, что это произошло в реальности.

Среди молодежи, приехавшей на отдых, выделил девушку, которая сразу ему понравилась. Заметил ее еще в столовой. Не заметить ее было невозможно. Она сидела за соседним столом и все время, что – то оживленно рассказывала. Бросалась в глаза ее неординарная внешность. Ярко – рыжие, цвета медной проволоки, волосы, которые закручивались в смешные кудряшки, молочно-белая кожа, какая бывает только у природно – рыжих людей, голубые доверчивые глаза и большой рот. «Надо бы познакомиться поближе», – подумал он. И случай ему представился. Уже вечером довелось слушать ее песни. Голос у нее был звонкий, и играла на гитаре она замечательно. Даниил тут же присел рядом и, когда она закончила петь, представился: «Даниил». Она, широко улыбнувшись, ответила: «А я – Ксюша». Это имя ей очень шло. Такое же задорное, как и его хозяйка. Ужинали за одним столиком, а потом – пошли погулять за пределы лагеря. Эти прогулки стали для них привычными. Гуляли они каждый вечер. Все говорили и не могли наговориться. У них оказалось много общих интересов, общих тем. Ходили, обычно, по проселочной дороге, взявшись за руки. Вот и в тот вечер, быстренько поужинав, поспешили выскользнуть на прогулку. Солнце клонилось к закату. Постепенно наступали сумерки. Им было хорошо вместе. Стройный невысокий Даниил, то и дело поглядывал на Ксюшу своими выразительными бархатными карими глазами, рассказывая очередную историю. Теплая Ксюшина ладошка лежала в его руке. Не успели они ступить на знакомую полянку, как вдруг…

На голову им что-то свалилось. Это было так неожиданно, что они разом подскочили, а Ксюша еще и заверещала во все горло. Что-то неприятно липкое обвило их тела, притиснув близко друг к другу. Это была какая-то сеть Они суматошно стали размахивать руками, стараясь избавиться от неожиданной ловушки, но только еще сильнее запутывались. Материал, из которого была сеть, оказался на редкость прочным, он лишь растягивался под руками, но не рвался – был необычайно прочным, хотя и легким – вес почти не ощущался. Уши заложило от Ксюшиного визга. Она все кричала и кричала и, видно, не могла остановиться. У самого Даниила сердце бухало, толкаясь в грудную клетку. Рывок – и они оказались на земле, плотно притиснутые друг к другу спинами. Он чувствовал, как яростно дергается его подруга, пытаясь освободиться. «Что это за ловушка? Наверное, ребята, проследив их с Ксюшей маршрут, решили разыграть их, насмотревшись всяких приключенческих фильмов. Сейчас, очевидно, их поднимет в воздух, и они будут болтаться, как сосиски, раскачиваясь. Затем их с хохотом окружат ребята», – он был почти уверен в своих предположениях. Луна уже взошла, и все окружающее было четко видно. На высоком дереве, возле которого они лежали, ему почудилось движение. Присмотревшись, понял, что так и есть. По дереву вниз скользила темная масса. К ним что-то, вернее, кто-то спускался с завидным проворством. В быстроте и ловкости, чувствовалось что-то нечеловеческое. Даниил следил за высоким черным силуэтом и не мог разобрать, кто приближается. Почему – то вспомнился Фердинанд. Это у него была такая стремительная поступь. Нехорошее предчувствие появилось у него. Этого просто не может быть. Это же не сон. Он явственно ощущал, как в спину ему давила какая-то коряга, чувствовал хвойный запах окружавших их деревьев. Но кошмар продолжался. Существо подобралось со стороны Ксюши, и уставилось на нее. Послышался резкий всхлип. Даниил понял, что Ксения увидела, кто перед ней. Видно, она уже сорвала голос, и могла отреагировать на увиденное только таким образом. Через некоторое время увидел, что присматриваются уже к нему самому. Да, он не ошибся. Над ним навис арахноид. Рядом с огромным, появилось несколько штук поменьше. Они тоже застыли, рассматривая людей. Потом, двое из тех, кто был поменьше, разом, будто повинуясь неслышному приказу, рванули к лежащим, и быстро перебирая лапами, начали карабкаться по ним, продвигаясь к голове. Острые коготки на концах лап цеплялись за одежду. Добравшись до шеи – остановились. Даниил ощутил, как в его шею вонзается жало, такая пронзила боль! Видно, то же происходило и с Ксюшей, судя по резкому рывку ее тела – оно выгнулось дугой. Пелена заволокла мир… Он уже не видел, как мохноногие волокли кокон с их телами. Не видел, как в странной капсуле отъехала вбок дверь, из образовавшегося проема высунулись лапы, с проворностью ухватили сверток и втянули его вовнутрь. Следом впрыгнули пауки. Дверь задвинулась, и капсула резко взмыла вертикально вверх. Через минуту потерялась в синеве неба. Очнулся Даниил в каком-то странном помещении. Об его неземном происхождении говорило все: обстановка, какие-то приборы, которыми оно было сплошь уставлено, странный синий свет, исходивший непонятно откуда, – ламп не наблюдалось, непривычный запах и какой-то шуршащий звук. Звук этот издавали… лапы. Их увидел боковым зрением. Хотел вскочить со стола, на котором лежал, но не смог, так как его запястья и лодыжки были зафиксированы. Скосив глаза, наблюдал, как к нему движется огромное членистоногое. Шуршащий звук издавали его лапы, которыми он перебирал, продвигаясь к Даниилу. Сказать, что он удивился после происшедшего на поляне, так нет. Не удивился. Прислушался к себе. Болела голова. Особенно в районе макушки. Он ждал, что произойдет далее. Для чего – то их похищали. Если бы надо было убить, давно бы лежали мертвыми. Значит, все было продумало. И укус маленьких пауков был дозирован, чтобы не убить, а лишь отключить на время. В поле его зрения медленно вплыла головогрудь, покрытая жесткой оболочкой – хитином. Хелицеры, подрагивая, приблизились к его лицу. Существо коричневой громадой нависло над ним. С передней выпуклой части головогруди на него смотрели лобные глаза, чуть далее видны были – добавочные. Даниил поежился. Он не мог сказать, что сильно испугался. Это ведь были его любимые существа, удивляли только – огромные размеры. В голове прозвучал голос: «Человек, тебе вживили в мозг имплант, изготовленный по технологиям, пока землянам недоступным. Мы просканировали твой мозг, проанализировали его характеристики – ты нам походишь, а твоя спутница – нет. Когда мы ее вернем, помнить она ничего не будет. А ты будешь нашим представителем в России. Тебе оказала высокая честь служить нам. Будем связываться с тобой, когда возникнет такая необходимость. Перед сеансом будешь ощущать небольшую пульсацию в голове, и далее последует приказ. Выполнять его беспрекословно, и сразу. Общаться будем мыслеобразами, – речь не нужна. Для идентификации необходимо будет приложить указательный палец к импланту для исключения случайного чужого прикосновения. Затем сразу же без паузы, нажать три раза коротко и сильно. Это, когда тебе нужно будет срочно с нами связаться. Мы будем связываться с тобой по мере необходимости. Все понятно?»

«Да, да, понятно! Буду счастлив выполнять ваши приказания, Я буду предан вам. Бесконечно благодарен за оказанную мне честь. Я даже представить не мог о подобном». Сознание померкло…

Пришел в себя уже на поляне. Машинально глянул на часы. С момента, когда они с Ксюшей вышли на поляну, миновало два часа. Рядом зашевелилась Ксюша. Облитая ярким лунным светом, села, поморгала удивленно глазами: «А что это я делаю на земле?» Она, как и обещали ему, – ничего не помнила. Пришлось соврать, что ей внезапно стало плохо. С трудом оба поднялись с земли, поддерживая друг друга. «А с тобой – то что? Тоже обморок?» «Не знаю, вдруг ни с того, ни с сего закружилась голова», – почти правду сказал Даниил. Голова и вправду кружилась. Так и побрели в лагерь потихоньку, поддерживая друг друга.

Пробрались в лагерь и разбрелись по своим корпусам. Сил не на что не было. Еле добравшись до своей кровати, Даниил, как был, в грязной, облепленной хвоей и липкими остатками паутины, одежде, рухнул в кровать и забылся тревожным сном. Ему снились… Конечно, пауки. Проснулся в пять часов, что определил, взглянув на свои часы. На макушке свербило. Вспомнил, что – то говорили про имплант. Вот туда – то, наверное, и всунули, недаром болит именно это место. Прощупал пальцами. Какой-то овал чуть-чуть выступал над поверхностью кожи. И лучи, от него расходящиеся в стороны. Вот бы взглянуть, что же все-таки это такое. Хотя были у него кое-какие соображения насчет этого. Встал, с трудом разогнулся и побрел в туалет. Надо было хоть умыться, чтобы не привлекать к себе внимания товарищей своим видом. Что он им может рассказать? Может то, что его похитили инопланетные существа? Или то, что он теперь является, как бы их агентом? В туалете, как он и ожидал, никого не было. Ребята крепко спали в этот предутренний час. Попытался рассмотреть свою макушку. Но разве увидишь? А так хотелось бы подтвердить свою догадку. Тут дверь, тихонько заскрипев, открылась, в помещение протиснулась, гремя ведром, тетя Паша. В руках держала швабру. «Ой, что ты так рано встал? Я хотела быстренько убраться здесь, пока еще все спят» – она поставила ведро на пол. «Тетя Паш, а ну, поглядите. Что-то болит у меня на макушке. Не прицепился ли кто?», – наклонил голову Даниил. «А ну, милок, встань – ка сюда, чтобы лучше видно было» – подвела его под лампу. «Вот посветите», – вспомнил, что, не переодевшись, лег спать. В кармане джинсов остался лежать фонарик, который так ему мешал во сне. Направив луч света на голову, и прищурившись, тетя Паша раздвинула волосы, и осмотрела голову. «Вот он, паразит! Гляди, как вцепился, прямо врос в кожу. Ты не тяни, прямо с утра сходи к врачихе, пусть вытащит этого клеща. Как бы энцефалитным не оказался», – поморгав, посоветовала она. «Так и сделаю», – сказал Даниил, поблагодарив тетю Пашу. А вечером…