Время вчерашнее

Глава седьмая

Что не происходит все к лучшему.

Перевоплощение в русского человека. Знакомство с директором пионерского лагеря.

Ключи от наручников обнаружились в нагрудном кармане форменной рубашки мента, как и тощая пачка долларов, ранее реквизированная у Влада.

Пачка советских денег нашла себе приют в кармане у водителя, а документы канадского гражданина присвоил себе Экскурсовод.

Перетащив водителя на заднее сиденье, Влад сел за руль Москвича и поехал вперед, осторожно переезжая кучи песка, которые на дорогу нанесла недавняя буря.

Через сорок минут неторопливой езды с правой стороны дороги появился знак: «Муйнак – двадцать км».

«Бандиты меня почти довезли до города, но почему-то об этом не говорили. Теперь пусть сами об этом жалеют!» – решил Влад, сворачивая на первую попавшуюся проселочную дорогу.

Проехав километров пять, Влад нашел бетонную скамейку, над которой красовалась вывеска автобусной остановки и выгрузил всех налетчиков, предварительно тщательно обыскав всю троицу.

Итогом десятиминутной работы явилась пачка документов, которые Влад решил подробно изучить в свободное время.

Оттащив всю троицу в кусты колючего растения, заросли которого росли метрах пятидесяти от остановки, Влад положил в приемное устройство прибора гражданский паспорт экскурсовода и через пять минут получил точно такой же документ, но только со своей фотографией.

А вот паспорт водителя Влада заинтересовал. Местом рождения водителя был ПГТ с ничего не говорившим Владу названием Кызыл – Су.

«Раз это название мне ничего не говорит, то и остальным людям тоже!» – решил Влад копируя паспорт водителя, служебное удостоверение мента, – оставив остальные документы не раскрытыми.

Въехав в город, Влад внимательно смотрел по сторонам, стараясь отложить в памяти одноэтажные домишки с облупившимися стенами и чуть не наехал на пузатого мужика в темном костюме, который сидел на середине дороги, повесив голову на грудь.

– Вам плохо? – выскочил из автомобиля Влад, отмечая, что передний бампер автомобиля остановился всего в пяти сантиметрах от левого плеча мужика.

– Ты мне снишься? – спросил мужик, с трудом поднимая голову.

– Я вполне реальный и вас чуть не задавил, – пояснил Влад, присаживаясь на корточки около мужика.

– Отвези меня в лагерь! – попросил мужик, дыхнув на Влада таким перегаром, что тот чуть не упал.

– В какой лагерь? – переспросил Влад, которого чуть не разобрал смех – до того странной показалась беседа на дороге.

– Я директор республиканского пионерского лагеря и могу тебя взять на хорошую работу. Мне нужен завхоз лагеря. Дам ставку завхоза, шофера. Двести пятьдесят рублей в месяц будешь получать! – предложил директор, двумя руками хватая Влада за рубашку.

– Вы только дорогу покажите! – попросил Влад, поднимая толстяка.

Усадив директора на переднее пассажирское сиденье, Влад пристегнул толстяка привязными ремнями, справедливо рассудив, что в таком состоянии, директор ни на что не годен и спокойно может упасть на него.

Тронув с места, Влад медленно поехал вперед, прикидывая, что вполне можно устроиться работать в пионерском лагере без всяких справок и вопросов.

«А это не плохой и вполне реальный вариант трудоустройства,» – согласился внутренний голос.

– Надо подумать, – нейтральным тоном ответил Влад, останавливаясь на перекрестке.

– Поверни направо. Налево дорога в порт, – пояснил директор, снова роняя голову на грудь.

Теперь Влад понял, куда надо двигаться и увеличил скорость.

– Хорошая у тебя машина! – не открывая глаз, заметил директор, приваливаясь к пассажирской дверце.

– Машина не моя. Я взял ее напрокат у приятеля, – пояснил Влад, проезжая мимо одноэтажного здания на котором было написано: «Милиция».

Нехороший холодок пошел по позвоночнику, но Влад не показал вида, ведя машину, как по нитке.

– У нас в Каракалпакии странные вещи случаются. Пропадают люди, машины, даже вагоны и никто не может их найти, – совершенно трезвым голосом сказал директор, кладя руку на колено Влада.

– Четыре тысячи рублей! – наобум ляпнул Влад, прикидывая, что надо как-то избавляться от автомобиля. А с помощью аборигена сделать это намного проще, чем просто бросить автомобиль в песках.

– Три тысячи я прямо сейчас даю, и ты выходишь из машины, оставляя мне ключи! – сделал неожиданное предложение директор.

– Давайте деньги! – согласился Влад, останавливая автомобиль.

Отстегнув директора, Влад вышел из автомобиля, забрал пакет с вещами, сумку, смотря, как директор, мотая головой, усаживается в машину на водительское место.

– У меня есть младший брат, который хочет пару месяцев поработать в пионерском лагере. Он собирается поступать в институт, и хотел бы немного поработать перед учебой! – неожиданно сказал Влад, убирая деньги в карман рубашки.

– Тебя, как зовут парень? – спросил директор, высовывая голову из окошка автомобиля.

– Сергей. – ответил Влад, вешая сумку на плечо.

– Вот мой телефон! – протягивая клочок бумаги с четырьмя цифрами. Не давая Владу сказать ни слова, директор продолжил, выпустив изо рта клуб дыма:

– Предварительно позвони сам и напомни о себе. Если брат не пьет, то работу найдем, – медленно сказал директор и, включив первую скорость, поехал по дороге нимало не интересуясь судьбой продавца.

Глава восьмая

Путешествие по Аральскому морю.

До морского порта Влад добрался часа через полтора, когда уже небо начало сереть.

У бетонного причала стояло штук пять моторных баркасов и одна шхуна, которая готовилась отдать швартовые.

– Вы не на КС – пятую идете? – спросил Влад, ставя правую ногу на деревянный трап, который готовился убирать узкоглазый абориген.

Влад вопросительно посмотрел на вахтенного, перевел взгляд на шхуну и обнаружил на борту еще одного моремана, с широкой окладистой бородой, который, протянув правую руку вперед, выразительно потер указательный о большой палец.

– Как скажешь капитан! – склонил голову в знак согласия на любую сумму Влад, которую запросит Борода.

– Пропустить! – скомандовал Борода, делая два шага в направлении рубки босыми ногами.

Картинно оперевшись о переборку рубки, на которой висела ярко начищенная рында, Борода внимательно смотрел на Влада, который подхватив сумку и пакет с вещами, бегом направился по трапу, привычно бросив правую руку к виску.

Борода одобрительно хмыкнул, но говорить ничего не стал, открыв дверь рубки.

И сразу затарахтел дизель, постепенно набирая обороты.

Тем временем, на пирс вышли два аборигена, с трудом неся большой котел, покрытый снаружи толстым слоем сажи.

Еще один абориген, одетый в рваную зеленую майку и обрезанные на ладонь ниже колен штаны, тащил металлическую треногу, с метр высотой. Последнему аборигену на вид было лет пятьдесят, и его лицо украшала редкая бороденка, в десяток волосков, но приличной длины.

Бородатенький тащил треногу по бетонному пирсу, которая своими металлическими ногами противно скребла по поверхности, вызывая визг децибел под девяносто. У Влада от такого противного звука заныли зубы, но кажется, кроме него никто из присутствующих на это не обратил внимания.

«Вот толстокожие аборигены!» – восхитился про себя Влад, прислоняясь к невысокому жиденькому фальшборту, сделанному из десятимиллиметровой проволоки – катанки.

– Отдать швартовы! – последовала громкая команда капитана, на секунду высунувшего голову из рубки.

Бородатенький абориген мигом бросил треногу и рванул к носовому кнехту, в то время, как матрос со шхуны, втаскивал на борт деревянный трап.

Еще минута и кормовой канат был сброшен со второго кнехта и матрос на судне стал споро сворачивать его, аккуратно укладывая в бухту у правой ноги.

Влад не стал медлить, а схватив багор с пожарного щита, бросился на нос и стал отталкивать судно от пирса.

Шхуна медленно и осторожно пошла вперед.

Десяток секунд спустя рядом оказался второй матрос с багром, который стал помогать Владу отводить судно от пирса.

Дизель застучал шустрее, и шхуна двинулась вперед, одновременно забирая влево.

Пара минут хода и шхуна, развернувшись на девяносто градусов, вышла точно на створ еще горевшего белым светом бакена, еще больше увеличила скорость.

Слева показался огромный ржавый корабль, который стоял на двух якорях.

«Приличная коробка тысяч на пятьдесят!» – в лет определил Влад, отмечая рыжие ленты отслоившейся краски, сильно смахивающие на щупальца медузы.

«Интересно: а в Аральском море медузы есть?» – сам себя спросил Влад, дав себе зарок на досуге поинтересоваться у капитана корабля.

Справа стоял еще один сухогруз, но в более запущенном состоянии. У него имелись две приличные дыры на пол метра выше ватерлинии.

Пятнадцать минут спустя, сделав всего один левый поворот, шхуна вышла в открытое море и плавно повернув налево, пошла вдоль пустынного берега.

На высоком мысе, Влад обнаружил какие-то строения под шиферными крышами, но больше ничего разглядеть не удалось, да и шхуна, несмотря на свой неказистый вид, бойко шла вперед.

– Римс! Встань к штурвалу! – скомандовал капитан, выглянув на секунду из рубки.

Матрос, ни слова не говоря, заскочил в рубку, а из нее показался Борода, на ходу доставая пачку Опала.

– Давай я тебя лучше своими угощу! – предложил Влад, доставая из сумки пачку солдатского Кемела.

Блок сигарет, купленный в Найхоби, завалялся на дне сумки, а вот пачка сигарет лежала у Влада в нагрудном кармане рубашки.

– Откуда такое богатство? – тоном настоящего ценителя, спросил капитан, с чисто русской особенностью, разминая сигарету пальцами.

– Из Ташкента, – коротко ответил Влад, всматриваясь в пустынный берег.

– На флоте служил? – задал вопрос капитан, глубоко затягиваясь американской сигаретой.

– Было дело! – односложно ответил Влад, кидая взгляд на безоблачное небо.

– Здесь погоду надо определять не по приметам, а по сообщениям ТАСС! – махнул рукой капитан, глубоко затягиваясь.

– Почему? – заинтересовался Влад, поворачиваясь к капитану.

– Раньше все было понятно: раз облака на небе – значит идет непогода. Сейчас – все наоборот! – выкидывая окурок за борт, скривился капитан.

– На Тихом океане существуют множество примет, по которым можно определить подход шторма: это и уменьшение полета летающих рыб, уход медуз от берега, – начал перечислять видимые причины ухудшения погоды Влад, но первый после Бога [13] – властно махнул рукой, приказывая собеседнику замолкнуть.

– У нас тут недалеко есть местечко, откуда стартовал первый космонавт. Ты, наверное, слышал о нем, раз служил в ВМФ. Как только там стартует ракета, так моментально погода меняется на противоположную. Если штормило, то идет штиль. Если была тихая погода, то совсем наоборот – будет шторм. А есть дни, когда видишь, как взлетает ракета! Огненный шар поднимается от горизонта, до самого неба! – махнул рукой капитан.

Влад вопросительно посмотрел на капитана, отводя взгляд от шести навесов, стоящих прямо на береговой линии. Между навесами тянулась прямая, как струна белая дорожка и уходила к трем недостроенным баракам, около которых копошились, похожие на муравьев, люди. Как и все моряки, Влад обладал прекрасным зрением и даже смог разглядеть синий Москвич, стоящий около крайнего барака.

– У вас бинокль есть? – спросил Влад, требовательно смотря на капитана.

– Конечно, товарищ пассажир, – криво усмехнулся капитан, исчезая в рубке.

Через десять секунд капитан вышел из рубки с бутылкой и двумя стопариками в левой руке и большим морским биноклем в правой.

– Выпьем, пассажир? – спросил капитан, качнувшись вправо.

– Нет проблем! – согласился Влад, наводя бинокль на берег.

Москвич, стоящий около одноэтажного дома, был именно тем автомобилем, на котором Влад приехал в город, а вот номера не нем уже были другими.

«Вот это скорость! Не прошло и двух часов, а у машины уже другие номера!» – восхитился Влад, опуская бинокль.

Изумление так ясно было написано на лице Влада, что капитан, протягивающий стопарик, до половины налитый водкой, спросил:

– Что тебя так удивило на берегу незваный пассажир?

– За тех, кто в море! – поднял стопарик Влад и ловко его опрокинув, выпил и занюхал рукавом.

– Ты не ответил на мой вопрос, пассажир! – жестко сказал капитан, пристально посмотрев на Влада

– Странные строения стоят прямо на берегу моря. Зачем ставить такие навесы в непосредственной близости от воды? – попытался высказать первую попавшую на ум мысль Влад.

Лицо капитана разгладилось, и он принялся объяснять:

– На берегу строят пионерский лагерь для особо одаренных детей. Это отрядные места.

– Что такое отрядное место? – спросил Влад придав своей физиономии туповатое выражение.

– Дети должны где-то сидеть, разучивать песни, речевки. А лучшего места, чем на берегу моря, здесь не сыщешь. Прохладно, ветерок продувает. Посмотри, ведь в лагере нет ни одного дерева. Пока тут деревья вырастут, море может совсем уйти, – печально пояснил капитан, опрокидывая без тоста свой стаканчик.

– Не может такое огромное море, взять и высохнуть! Оно миллионы лет стояло, и ничего ему не было! Раньше только Сыр-Дарья в Арал впадала и все было нормально! – вспомнил Влад, невесть каким образом пришедшую на ум подробность о жизни Аральского моря.

– Море постепенно мелеет. На островах появились нехорошие люди и построили там аэродром, с которого постоянно летают самолеты в Аральск, Комсомольск на Устюрте. На островах нельзя жить, а только можно пасти скот и ловить рыбу летом. Не зря же остров назвали «Барса – кельмес [14]»! – махнул рукой капитан, отпивая водку прямо из бутылки.

«Я бы тебе многое мог рассказать о Аральском море, которое в двадцать первом веке превратится просто в соленую лужу, но не стоит травмировать твою нежно ранимую душу!» – выдал про себя Влад, протягивая руку за бутылкой.

Капитан отрицательно покачал головой и неожиданно приказал:

– Сейчас пройдем Тигровый Хвост [15] и ложись спать, вечером мы пристанем к берегу и поможешь с разгрузкой!

– Как прикажешь капитан! – согласился Влад, рукой показывая на беленький домик с высокой мачтой.

– Это метеостанция. Когда-то у меня там работали родители! – махнул рукой капитан, знаком показывая внутрь шхуны.

– Можно я лягу снаружи? – спросил Влад, которому до смерти не хотелось спать в душном вонючем трюме.

– Я сказал в кубрик, значит, иди в кубрик! – повысил голос капитан, свирепо посмотрев на своего собеседника.

– Если капитан приказывает прыгать с борта, ты должен только уточнить: с какого борта прыгать? – негромко выдал Влад, но капитан услышал и расплылся в широкой улыбке.

Глава восьмая

Продолжение путешествия по Аральскому морю. Приключения на берегу.

Едва начало темнеть, как Влада грубо растолкали.

– Вставайте сэр! Вас ждут великие дела! – приветствовал капитан, тронув Влада за плечо.

Рывком сев на рундуке, Влад обнаружил Бороду, протягивающего какую-то старую куртку и брезентовые брюки.

– Таскать мешки в этой робе удобнее! – пояснил капитан, сам одетый в точно такую же форму, что говорило о том, что капитан сам будет принимать участие в ночном аврале.

И началась работа.

Маленький матрос подавал из трюма мешки, с чем-то сыпучим наверх, а Влад с капитаном шустро перетаскивали их на берег, где молчаливые парни укладывали мешки в ГАЗ – пятьдесят первый.

Мешки были не тяжелые, килограмм по восемьдесят, но поднимать их на плечи, с непривычки было тяжело.

Через три часа все было закончено и два ГАЗончика, нещадно пыля, отправились от моря.

– Надо было тебе с ними уехать! – хлопнул себя по лбу капитан, демонстрируя фатальную забывчивость.

Это было столь нарочито сделано, что Влад усомнился в искренности сказанного, и в ответ неопределенно хмыкнул.

– Днем была радиограмма: разыскивается органами внутренних дел мужчина лет тридцати пяти – сорока, одетый в синие джинсы и иностранную рубашку с погончиками, – негромко сказал капитан, потягивая чай, только что налитый из большого китайского термоса.

Влад напрягся и явственно услышал невысказанные слова Бороды:

«Надо было мужика прирезать и тело сбросить в море! Хотя мужик работал как зверь и не задал ни одного лишнего вопроса. Надо ему дать шанс! Все-таки свой, мореман! Или все-таки прирезать? Сейчас выйдет на палубу Римс и вместе завалим пассажира!»

– Я тебе отдам все деньги, только отпусти, капитан! – приложив руки к груди, в подсмотренном у азиатов жесте, попросил Влад, чуть поворачиваясь вправо.

Теперь он мог фиксировать выход из трюма, в котором до сих пор работал матрос.

Из трюма, как будто его позвали, выскочил маленький матрос и с ножом в левой руке бросился молча на Влада.

Удар ногой на растяжке и матрос покатился обратно в трюм, где и затих.

Капитан тоже оказался не прост.

Мгновенно вскочив на ноги, капитан выхватил из-за спины здоровенный палаш и медленно стал наступать на Влада, оттесняя к корме.

«Сейчас махну палашом и кину нож. Не сможет этот урод сразу защититься от такого оружия!» – представил капитан ход дальнейших своих действий.

Финт корпусом вправо, уход влево, и вот уже Влад уже в метре от капитана, который никогда в жизни не видел классический маятник. Потом последовал энергетический удар в солнечное сплетение, и вот уже Борода скорчившись, лежит на палубе, размышляя про себя:

«Не человек, а какая-то ртуть. Человек десять я уже таким финтом с палашом и ножом на тот свет отправил, а этот не только ушел, но и меня с ног сбил. Если останусь жив, то с браконьерством и пиратством завяжу! Но где взять деньги на лечение жены и сына? Честно приличных денег не заработаешь. Да и документы на пацана пропадут. Этот урод наверняка судно сожжет. Я бы на его месте так и сделал! Жалко, что на мопеде мальчишка не покатается!»

Скупая мужская слеза покатилась из правого глаза капитана.

– Треть денег с контрабанды, твои документы, мопед и я спокойно уйду, не причинив тебе вреда! – поставил условие Влад, связывая руки капитана сзади.

Взяв капитана за шкирку, Влад посадил его спиной к переборке рубки, а сам присел на корточки рядом, поигрывая флотским палашом.

– Денег за контрабанду у меня нет, парни повезли их домой, где отдадут жене. Осталось в судовой кассе четыре тысячи. Их можешь взять. Мопед можешь забрать, он лежит под кроватью, – спокойно ответил капитан.

– Будем считать, что я тебе поверил, и завяжем последний узел [16], – предложил Влад, поднимая палаш. [16] – флотское сленговое выражение означает умереть. Прим автора.)))

– Семь тысяч рублей лежат в баке мопеда! Это все, что у меня осталось! – взмолился капитан, подергивая плечами.

– Не развяжешь. Я связал тебя специальным водолазным узлом, которые обычные моряки не знают, – пояснил Влад, поддергивая свободный конец троса вверх.

Привязав трос к креплению на пожарном щите, Влад отправился в капитанскую каюту, по пути, захлопнув трюмный люк и задвинув засов.

Как Влад и предполагал, судовые документы хранились в ящике письменного стола, где нашлось и немного денег, которые без зазрения совести были положены в новые штаны капитана.

Паспорт, приписное свидетельство и даже трудовая книжка с отметкой о последней работе в магазине очень понравились Владу, а вот листок убытия из кишлака Кизил-Су, прямо привел в восторг.

А наличие пачки денег в бардачке и бензобаке мопеда Ява, еще больше улучшило настроение Влада.

Влад хозяйственно наполнил два китайских термоса из бутыли обложенной льдом и потащил все свое богатство наверх.

– Бензин где? – спросил Влад, одетый в капитанскую одежду.

– На корме. Там кусок брезента есть, аварийный запас, пригодится в пустыне, – посоветовал капитан, с пояса смотря на Влада.

Влад шустро привязал десятилитровую канистру с бензином к багажнику, квадратный ящик и, обвязав все брезентом, добавил сверху старое шерстяное одеяло. Опасную ты игру затеял, парень! Одному в пустыне опасно передвигаться. Давай я тебя лучше до КС – пятой [17] – доброшу, а оттуда автобусы ходят и до Жаслыка и до Бейнеу.

– Где находится твой кишлак Кизил-Су? – вместо ответа спросил Влад, наливая из новой канистры в бак бензин двухколесного передвижного средства.

– Вон за теми холмами, куда ушли машины! – мотнул головой капитан, смотря как Влад сводит по трапу ярко-красный мопед.

Мотор завелся с первого толчка кик-стартера и, оседлав мопед, Влад медленно поехал по берегу, ища место для нормальной лежки.

Глава девятая

Взрыв шхуны и поселка.

Не успел Влад отъехать километра, как с севера поднялся огненный шар и разгораясь все больше, дернулся, заметался в стороны и лопнул, огненно-белым пламенем, пролив на землю огненный дождь.

Влад не стал оглядываться, а увидев дорогу, которая поднималась вверх, помчался по ней, не жалея мотора.

Десять минут спустя, Влад стоял на краю огромного обрыва и смотрел вниз.

С неба продолжал падать огненный дождь, выжигая песок. Даже вода горела жарким пламенем.

Шхуна с предателем – капитаном вовсю пылала, выбрасывая из трюма снопы искр, сильно смахивающие на бенгальские огни. Через минуту грянул сильный взрыв, разметав остатки шхуны по поверхности моря и песку.

«Интересно, что такое взрывоопасное везла шхуна, что могло так взорваться?» – сам себя спросил Влад, переведя окуляры реквизированного бинокля на поселок в паре километров от берега.

Весь поселок был сплошь залит белым огнем, от которого заболели глаза. Влад сощурил глаза, внимательно смотря на две параллельные улицы, вразнобой заставленные разнокалиберными домишками, которые сейчас все горели. В центре поселка стояли два больших вовсю пылающие здания.

Из дальнего здания выскочили два человека и не пробежав и пяти метров, вспыхнули как спички.

«Значит, был разлив ракетного топлива!» – успел подумать Влад, как подул сильный порывистый ветер.

«Капитан же предупреждал, что после пуска ракеты, погода меняется на противоположную!» – вспомнил Влад, включая первую скорость на мокике.

Через двадцать километров сухой глинистой почвы показались невысокие горы и начал накрапывать дождь.

– Вот тут можно устроить лежбище! – сам себе сказал Влад, въезжая в странное ущелье, с обеих сторон которого высились меловые горы, а дно было вымощено огромными каменными плитами, что было как нельзя кстати, так как полил сильный дождь, в пару секунд вымочивший Влада до нитки.

Подул сильный встречный ветер, норовивший снести мопед, вместе с седоком.

И когда справа мелькнул, узкий, не больше метра проход, Влад, не раздумывая, свернул в него.

Дорога здесь была не каменная, а засыпанная мелкой щебенкой, но зато ветра не было, хотя по-прежнему хлестал сильный дождь.

Проехав два огромных темно-коричневых валуна, Влад свернул под козырек и оказался в небольшой пещере, где было сухо.

– Теперь еще бы валуном можно было закрыть проход и можно здесь сидеть до скончания века! – сам себе посоветовал Влад, выключая двигатель мопеда.